Сага о Вороне.

Конец пути.

Часть первая. Волк.

-Мать твою,- злобно выругался Ворон, стряхивая с ботинка громоздкий ком налипшей грязи. После, брезгливо смахнув засохшие серые капли с плаща, высокий, кареглазый мужчина обернулся и посмотрел через плечо. За его спиной распахнул свои объятия густой лес, вздымаясь к небесам исполинскими дубами и елями. В глубине беспроглядной чащи бесновался ветер, играя пышными ветвями, словно расшалившийся ребенок спичками. Среди океана пляшущих теней, едва заметно маячила белая точка, все быстрее нагоняя одинокого путника…

-Лай, давай быстрее, я не буду ждать тебя вечно!- рявкнул Вал, шутливо изображая грозный тон. В ответ человеку донесся глухой рык, и чавканье лап по вязкой грязи. Пес в несколько прыжков настиг хозяина, и гордо швырнул на землю тушку крупного зайца.

Что бывает, когда ты начинаешь жить день в одном мире, а продолжаешь в другом? Или, возможно, это уже далеко не этот день, неделя, год ? Ведь никогда не знаешь, сколько времени съест беспамятство , у тебя, придавленного грудой обломков кирпича и прошлой жизни? Но…имеет ли все это значение, когда в твоем разуме буйствуют безумие , выплясывая на остатках здравого смысла свой дьявольский танец? Имеет ли значение то, что мир вокруг превратился в огромный спекшийся блин из камней и грязи, горизонт перед твоими глазами пылает алым заревом… имеет ли хоть малейшее значение для этого Нового мира…кто выжил, а кто нет? Скорее всего, нет…теперь, ничего не имеет значения,…все кончено…мир рухнул…

По-весеннему сочная, ярко-зеленая трава густыми волнами колыхалась на склонах невысокого холма. В чистом голубом небе сверкал желтым шарик солнца - светлый и веселый, наверное радуется тому, что можно поджаривать своим теплом мелких букашек-людишек и оставаться в недосягаемости для них. Противное...

"Солнце в зените, а это значит скоро должна подойти одна пернатая морда..." - Сеш лениво потянулся и сбросил осточертевший за энное количество дождливых дней брезентовый плащ с капюшоном в траву, сорвал стебелек травинки и сунул в рот. Пожевал. Скривился.

- Тьфу ты гадость! - травинка повинуясь законам аэродинамики и всемирного свинства спланировала на рукав.

- Гмммм... - смахнутая ладонью травинка полетела на землю.

Сеш устроился поудобнее в уже порядком подавленной траве достал трубку и медленно, но основательно начал набивать ее табаком.

Легкий шорох заставил Ворона метнуться взглядом вверх, источник шума тут же смолк, затерявшись в беспроглядном озере теней. Глаза мужчины узко сощурились, стараясь выхватить любое движение. Густой сумрак, над его головой, разрывало несколько ярких лучей света, струящихся золотистым водопадом из больших дыр в прогнившей крыше. Вал сделал едва различимый шаг вперед, и тут же перед его лицом, из стенки железного контейнера, вырос сноп ярких искр, застывая в ушах невыносимым звоном. Ворон метнулся назад, одновременно поднимая вверх два ствола серебристых пистолетов:

- Все еще жив? Пернатый,- раздалось откуда-то сверху громкое восклицание, сменившееся напряженной тишиной… Пальцы ворона судорожно прильнули к курку, ожидая лишь приказа. Через миг, его лицо исказила злорадная гримаса, и оба пистолета в унисон грянули яркими вспышками. Многоголосный звон рикошетов слился с глухим топотом тяжелых сапог. Высоко под потолком, лишь на миг, мелькнула сгорбленная фигура, прячась от повторной порции свинца.

- А ты все не дождешься!?- рявкнул Ворон, обращаясь в пустоту,- а вот хрен тебе!

         Темнота…успокаивающая, таинственная… скрывающая все –достоинства…недостатки…она, обволакивает словно противная жижа, как грязь, проникает в рассудок, заполняет тело невыносимой болью, пульсирующей по венам обжигающими волнами. Попытка встать растворяется в бесполезности, ощущения собственного тела больше нет. Вместо этого, есть лишь боль, за которой приходит страх, перерастающий в неописуемый, дикий ужас…В разуме яркими вспышками рождаются вопросы…Где он? Что произошло? Что он видел? Он жив? Он мертв? Это ад?

         Он кричит, Крик... Морозной пеленой застывает в груди, вырываясь из глотки густой массой, превращаются в черные осколки, сыплющиеся во тьму.

         -НЕТ…НЕТ…я не хочу…я хочу жить… Тело, застыв безвольной куклой, в миг взорвалось отчаянными судорогами, извиваясь подобно змее, игнорируя дикую, нестерпимую боль. Взгляд останавливается на крови, растекшейся по земле алым пятном. По земле? Разум вновь накрывает волна ужаса…здесь нет земли…нет неба…есть лишь тьма.

-Как думаешь, он жив?- осторожно спросил Ворон, выглядывая сквозь пыльное стекло опустевшего дома. Там, посреди грязной улицы, лицом вниз лежал человек, распластавшись посреди глубокой лужи.

-Ага, сей час встанет и побежит,- раздался в ответ насмешливый, басовитый голос,- вот только отдохнет не много, водички попьет и вперед, на встречу ветру,- сидевший в углу человек залился хохотом, который сменился частым, надрывистым кашлем.

- Вот блин Вал, убьешь ты меня, своими шутками…хе-хе…жив блин,- человек в углу встал, расправляя широкие плечи.

- Ну, тебя нахрен Сеш, убью тебя не я, а эта гадость, которую ты вместо воздуха употребляешь,- Ворон злобно покосился на изящную трубку в руках собеседника, испускающую тонкую струйку белого дыма.

- Да ладно тебе, обидчивый ты наш,- с этими словами Сеш опустил свою массивную руку на плече Ворона. Тот протяжно охнул, и выгнулся, освобождаясь из объятий товарища.

- Не обидчивый, а расчетливый! А вдруг он живой, и знает где здесь склады с оружием?- в глазах Ворона вспыхнули две ярких искры.

         Порыв свежего, осеннего ветра волной хлынул на землю, потянув за собой тонкую дымку рваных облаков, дрейфующих в вышине голубых небес. С приятным шорохом качнулись размашистые ветви деревьев, осыпая растрескавшийся асфальт горстью пожелтевшей листвы. Сквозь пышные, древесные шапки пробивались золотистые лучи, падая градом солнечных зайчиков, пляшущих на угрюмых лицах редких прохожих.