Рассказ №2. Петля

Условия конкурса · Все участники · sector-book.ru · deadland.ru

Трасса А104 Дмитров – Дубна.

Иван Григорьевич Шмаков….

«Фууу... вроде цел… только на обочину вылетел. Это что за мудила такой врубил свои прожектора и на встречку вылетел. Точно нужно спать, хотя бы немного выспаться, может это я на встречу вылетел? Так и загнуться можно с такими приказами шефа. Вот урод этот шеф, наипротивнейший, вызвонил же меня в самый не подходящий момент. Ну, сколько раз себе говорил – после работы трубку не брать. Надо – ну и поехал бы он сам. А время то? Так… два ночи, ещё посплю до пяти лучше, прямо тут - на трассе. Как раз и хмель выйдет, и на встречу будет не стыдно идти. Документы, документы? Так, на месте»… Мысли, словно шальные пули, проскакивали в голове Ивана Григорьевича.

Тук.. .Тук… Тук…

Что за стук? Чёрт! Проспал! Уже все пол шестого.

Тонированное окно трехсот пятидесятого черного, как воронье перо, новенького лексуса медленно поползло вниз. А со стороны улицы в салон заглянула небритая харя старика. Старик был одет в брезентовую куртку до колен, старые камуфляжные штаны и берцы. Типичная одежда деревенских людей не особо притязательных к собственному внешнему виду. Старик был заросший и с двух или трехнедельной щетиной на лице. Щетина была с сединой, но седина шла по бороде не равномерно, а пятнами, из-за чего старик казался ещё уродливей.

- Здорова, мужик! Проговорил хриплый голос небритого субъекта, внешним видом старик был похож на бомжа, только в его лице было что-то знакомое Ивану Григорьевичу, но не различимое, словно где – то его часто видел. «Может, он на отца моего похож»? - подумал водитель, ведь он не всегда был таким обеспеченным как сейчас, а родители Ивана Григорьевича были из простой семьи, отец работал в былые времена в совхозе, мать учительницей в школе, но, прогнав мысли, он ответил:

- Эй, бомж, ты, что ли стучал по машине?

- Я стучал. И договорив фразу, нелицеприятный субъект закашлялся, а водитель протянул руку с купюрой:

- Держи тогда тысячу, сходи, купи себе пожрать. Хоть разбудил, один от тебя толк есть.

- Оставь себе. Тут деньги не имеют никакой стоимости. Да и тебе они не потребуются.

Бомж демонстративно отвернулся и пошел вперед. Водитель высунулся из окна машины и крикнул:

- Гордый что ли нашелся? Ну как знаешь, второй раз предлагать не буду. Я поехал.

Иван Григорьевич подумал на мгновенье, что это такой деревенский развод на простака: «что мало дал, сейчас мне стыдно должно стать, и я дам больше, но я не из чувствительной инфантильной золотой молодежи… ты бомж ошибся. Никакой стоимости… нашелся тут мне философ. Деньги стоили со времен древнего мира, и ещё будут стоить тысячелетия, когда и следов наших тут не останется».

Бомж на эту фразу наглого водителя на дорогой машине пробубнил, оборачиваясь спиной:

- Езжай, если сможешь.

-Жик.. жик…жик…

-жик… жик… жик…

Стартер почти новой иномарки вхолостую проворачивал двигатель. В сознании промелькнула картина разбоя с целью завладеть транспортным средством то ли из фильма «Бумер» то ли из «Бригады». И тут Иван Григорьевич всерьез задумался: «Не мог ли этот старикашка чего с машиной сделать пока Иван Григорьевич спал»? Хотя, через мгновенье мысли эти ушли из разболевшейся головы: «Бомжи уж слишком трусливы, что бы связываться с владельцем дорогой иномарки».

-Жик.. жик…жик…

-жик… жик… жик…

Машина ни в какую не хотела заводиться. «Вот вам и хваленый японский автопром. А машине и месяца нет. Говорили же друзья - бери немца, он лучше. А тут сломалась в самый неподходящий момент. Нет! Вернусь в Москву, я этому автосалону устрою! Сдам машину назад к чертям. Шлак всякий нормальным людям подсовывают» - с горестью думал Иван Григорьевич, но сознание мгновенно нарисовало картину злого шефа, лишение премии, а возможно и всей зарплаты за пропущенную важную деловую встречу: «Так, так. Нужно понять, где я, по-хорошему тут до Дубны километров десять. Нужно тачку ловить или такси попытаться вызвать. Время ещё есть».

-Жик.. жик…жик…

-жик… жик… жик…

На приборной доске дорогой иномарки загорелся индикатор, свидетельствующий о неисправности двигателя. «Вот же влип» - Подумалось водителю дорогого транспортного средства, превратившегося в недвижимость. Иван Григорьевич сейчас бы с радостью бросил его тут и пересел в менее комфортабельное средство передвижения, хоть - ту же шестерку такси. Но, увы. На мобильном телефоне признаки видимости сети отсутствовали, Ивану Григорьевичу подумалось страшное: «Боже мой! Что за страна. Уже сто километров от Москвы отъехал, как телефон не работает. Бардак! Кругом один бардак!»

- Эй, мужик, постой! Мне в Дубну срочно нужно, как туда попасть? – Прокричал в след прохожему старику водитель, при этом Иван Григорьевич заметил болтающееся за спиной у старика ружье, завернутое наполовину в выцветший брезент, похожее на Калашникова: «Наверняка карабин Сайга. Ну и деревенские хоть бы в чехле носили что ли, по правилам, как нормальные люди. Вот, что он и обиделся за Бомжа то, наряжен так – охотник получается».

- Эй, охотник, ну что ты, в самом деле. Помоги в город попасть! Сколько до Дубны то ещё? Прокричал в след уходящему путнику Иван Григорьевич.

- До города километров десять осталось, только ты их один не пройдешь. Ответил старик.

«Чудной тут народ живет, а может белочка у деда или маразм. В любом случае с вооруженным человеком лучше не спорить. Пойду пешочком, а потом попутку поймаю до города или такси вызову, если телефон заработает. Главное документы прихватить». С предвкушением короткой пешей прогулки размышлял Иван Григорьевич.

- Охотник, а ты откуда сам?

- Отсюда, откуда же ещё?

Не пройдя и пяти метров, Иван Григорьевич запнулся об выбоину на асфальте:

- Еп твою! У вас тут чего, дороги десять лет не делали? Сказал менеджер, рассматривая начавшую отходить подошву на носке именитых итальянских туфлей.

- Нет, не десять, уже лет пятнадцать как.

- Оно и видно. Обидчиво пробубнил Иван Григорьевич. Места эти он хорошо помнил. И в Дубу ехал не первый раз. Только этот раз был совсем не удачным. Шеф в десять вечера в пятницу позвонил и сообщил, что Иван Григорьевич, занимавший должность исполнительного директора в крупной строительной организации, должен немедленно снизить стоимость в спецификации на четыре процента. После чего эту спецификацию нужно передать в семь утра человеку в Дубне, а восемь утра этот человек уже будет готовить встречу с администрацией и подсунет им эту бумагу с описанием плана работ. Хорошо ещё этому человеку пообещать хорошее вознаграждение и подарить бутылочку коньяка, тысяч за пятнадцать двадцать. Все бы было хорошо, только Ивану Григорьевичу пришлось оставить празднование тридцатилетия лучшего друга, на что юбиляр был очень зол и не понимал, как это ехать в пятницу вечером работать, когда все топ менеджеры уже «в гавно». Чтоб снизить цены в спецификации на четыре процента, нужно было её заново напечатать и поставить печать, а это непременно ехать в офис и сидеть там ночью. Но все это Ивану Григорьевичу далось легко, даже за вождение в нетрезвом виде взяли всего лишь пять тысяч рублей, что по меркам расценок московских гаишников было сущими копейками, только лишних тридцать минут потерял. В Дубну Иван Григорьевич решил ехать сразу ночью – в случае чего выспится перед встречей, зато поедет без пробок. Утром наверняка Дмитровское шоссе забьется толпой дачников, уже, начиная с четырех утра, будет не протолкнуться. Вот только перед самой Дубной Иван Григорьевич немного закемарил за рулем, а когда тряхануло на кочке – увидел ослепительно белый свет перед глазами. Казалось, он бил струей в небо и пробивал его до самого космоса. В этот момент он испугался, отвернул руль в сторону и вдавил педаль тормоза так, что подошва ботинка начала хрустеть. Чуть не налетел на фуру.

А теперь дорогу в сторону Дубны он совсем не узнавал. Раньше тут была узкая двух полоска, но всегда ухоженная, со свежей разметкой и знаками. По краям дороги росли кусты и невысокие деревца. Теперь же растительность была более пышной, кусты разрослись и выползали прямо на дорогу. Сам асфальт был избит, такое можно встретить только на деревенских улицах, не ремонтированных с самой постройки. «Странно, а ехал, так гладко было, даже кочек не чувствовалось».- Подумал Иван Григорьевич. На время его взяла даже гордость за купленную машину и комфорт при езде по такой дороге, но он усомнился: «Может быть, только этот участок такой»? И посмотрел назад, но сзади машины дорога была точно так же избитой. Казалось, он идет в сторону, какой - то деревни, но попавшийся указатель ему на пути указывал на приближение к городу.

- Эй, Охотник, а ты где тут охотишься, тут же город кругом, леса то толком нет? Для начала беседы решил разговорить собеседника Иван Григорьевич из соображений, что охотнику всегда будет приятно поговорить об охоте или рыбалке.

- А зачем мне лес? Я и тут хорошо охочусь и в городе дичи много, главное чтоб самому не попасться.

- И на кого ты охотишься, интересно узнать, да ещё в городе, не на людей ли? Полюбопытствовал у странного субъекта Иван Григорьевич. Самому ему было абсолютно все равно сейчас, где охотится этот старик и чем он вообще занимается по жизни. Как у него дела и что он несет в своем рюкзаке.

- Есть тут звери такие «хамелеоны», на них и охочусь. И тебе этим скоро придется заняться. Проворчал старик.

- Ну, ещё чего, мне до ваших «хамелеонов» дела нет. Мне бы до города добраться, да что – то, как назло - даже попуток нет. Может, есть, где машина?

- Нет тут машин.

- Машины всегда есть. Странный ты ей богу, тебя как звать?

- Иваном звали. Сейчас называют «Шрамом».

- Это ещё что за странное кличка у тебя «Шрам»? Боевиков, дед, про крутых хлопцев пересмотрел? Иван Григорьевич недоверчиво посмотрел на путника. Явно представляя, что «как доберется до связи, сразу же сообщит «куда следует», что по трассе Дмитров – Дубна шляется вооруженный ополоумевший дед».

На это дед, словно ожидая, засучил рукав и показал громадный укус на руке со шрамами и рубцами, словно руку прожевала громадная собака или даже медведь. Одна деталь запомнилось Ивану Григорьевичу – наколка на левой руке, характерная такая с надписью «ЗА ПВ!». Такая же была и у него самого.

- Дед, а ты что, в пограничниках служил?

- Служил.

- И я служил. А ты где?

- Да какая разница. Давно это было, всего и не помню.

Очень странный спутник Ивана Григорьевича особо не радовал рассказами, ни про охоту, ни про службу, не про что другое. А между тем, ни одной машины не проезжало мимо. Мобильник по-прежнему не ловил. Дорогие туфли уже были со сбитыми носами из-за постоянных колдобин и ям на дороге. А один из его туфлей явно напоминал крокодила из московского зоопарка, в который не так давно Иван Григорьевич ходил с женой Галей. Накрахмаленные и выглаженные черные брюки, были до колен заляпаны брызгами грязи. А Ивану Григорьевичу лезли мысли в голову: «Может и не стоит торопиться? Все равно опоздаю. Ну и хер, с ним, с проектом этим, с кем не бывает, не он первый не он последний. Как в таком виде я покажусь человеку? Как оборванец, какой, приехавший на маршрутке. Кто с такой дешевкой будет серьезные дела иметь? Только фирму подставлю». Сомнения при виде остова от автомобиля на обочине, примерно такого же, как и у него, сгоревшего, и полностью заржавевшего заставили топ менеджера снова завести разговор с «очень странным попутчиком», каким называл его мысленно Иван Григорьевич.

- Батя, ты мне скажи, что за чертовщина тут у вас твориться. Вроде же тут дорога то нормальная была – шоссе? Я тут два года назад проезжал, все нормально было, и дорога была и зарослей таких не было, тут чего закрыли её что - ли?

Охотник развернулся, посмотрел на лицо собеседника, громко шмыгнул носом и сказал:

- Эх, была дорога, хорошая, все раньше было хорошо, да сейчас этого нет.

А Ивана Григорьевича, прежде всего сотрудника большой строительной компании, посетила очередная мысль: «Не зря босс так цеплялся за этот проект, если тут бабки такие вбухивают просто так - была нормальная дорога, работала, нет - взяли, перестроили. Точно делать нечего тут администрации кроме как инвестициями из казны разбрасываться. Тоже мне инновационный город! А если такое дело – не на этом так на другом проекте заработаем. Попилим и мы федеральное финансирование».

Размышления прервались выползшим из кустарника указателем «Мельдино». Дорога вела в ближайшую деревню. Иван Григорьевич решил, что это последний шанс не опоздать – поймать хоть какой-то транспорт. Телефон так же и не ловил, а у попутчика телефона не оказалось. До города всего-то рукой подать, хоть даже на велосипеде десять – двадцать минут. Отчаявшись встретить попутку, Иван Григорьевич рванул вправо, в сторону ближайшего дома. Но дом был полуразрушенный и заброшен. Со следующим домом было абсолютно тоже. Дома, черными провалами окон глядели на солидного мужчину, в хорошем черном костюме метающегося между развалин.

- Эй, охотник, а как же это, никого нет? Отчаянно прокричал Иван Григорьевич, что даже это многократно отражаясь, закружило над поселком.

- Нет тут никого, пошли дальше скорее. Пробубнил спутник и стал развертывать ружье, завернутое в кусок брезента. Но старик не успел. Иван Григорьевич успел подойти к очередному дому и стал причитать что-то себе под нос, громко ругаясь и проклиная эту поездку, как с крыши черный комок, катясь и скрипя по железной крыше, стал скатываться на надутого господина в пиджаке. Иван Григорьевич начинал свою карьеру в строительном бизнесе не с руководящего места, ему пришлось немало проработать на стройке. Из-за этого у него выработалась привычка прикрывать голову от всяких посторонних звуков сверху – не дожидаясь, когда кирпич неудачливого каменщика упадет ему на голову. Так случилось и в этот раз, что спасло ему жизнь. Черный клубок метился в горло и сонную артерию напыщенному господину, но в место этого клыки вцепились в дорогие часы «Ника» на левом запястье бедняги. Силы укуса зверька, внешне похожего на кошку – переростка, не хватило, чтоб прокусить сапфировое стекло золотых часов и, порвав когтями всю левую руку хозяина, животное вынуждено было ретироваться. Не ожидая подвоха от такого летящего кирпича, Иван Григорьевич потряс укушенной рукой и успел напоследок отвесить хорошее пенальти маленькому злобному созданию, придавая такое ускорение, что задние лапы существа побежали вперед, обгоняя передние.

- Расплодили тут зверинец, едрить за ногу! Найду хозяина этого кота – посажу, будет мне всю жизнь компенсацию выплачивать. Не ну ты видел? Как там тебя… Шрам… видел, что за ерунда бросилась на меня?

На это охотник только и мог, что еле сдерживать хохот, а потом произнес:

- Ха, а я думал, что это не смешно выглядит, оказывается ещё как смешно! Кот это был, особенный, одичавший.

А когда существо скрылось в зарослях кустов возле дома - из них раздалось жалобное и в то же время зловещее мяуканье наполовину с шипением. Через пару секунд ещё два голоса на чердаке брошенного дома подхватили этот боевой клич, а потом и ещё в ближайших домах. Услышав эту перекличку в рядах противника, Иван Григорьевич решил убежать прочь из этого поселка на трассу. По пути, на бегу ему пришли мысли в голову, что «… инноваторы чертовы… денег куры не клюют, выкупать земли под всякие НИИ прямо возле города, столько земли свободной, а они целый поселок под снос».

Когда путники вышли на дорогу, Иван Григорьевич обратил внимание, что дикий кот оставил не просто царапины, со всей руки капала кровь, а раны очень сильно жгло, как будто на них плеснули уксусом…

- Только бы не бешенством... Охотник, помоги перевязаться.

Иван Григорьевич решил, что торопиться теперь уже некуда, в таком виде никакая встреча не светит, тем более что пиджак был порван на ленточки, а до времени встречи оставалось всего пара минут. «Не успел,… Что я босу скажу, что кошка покусала? Да… за такого идиота меня ещё никто не принимал, а вроде серьезный мужик - скажу, что в аварию попал» - вытирая слюну неприветливого зверя с дорогих часов о разорванный рукав пиджака, размышлял бывший день назад менеджер строительной конторы. С такой, невероятно свалившейся на него - Ивана Григорьевича, горести, он уселся на разбитую скамейку бывшей остановки. Иван Григорьевич, достал из кожаного коричневого портфеля бутылку коньяка в футляре из розовой кожи.

- Ну что, давай дезинфицируемся, а охотник, спешить мне уже некуда?

- Ого, да... давно такого не пил. С причмокиванием ответил охотник, усаживаясь рядом на скамейку.

- Да, уж, скажешь давно. А пил ли вообще, это коньяк «Мартель», его в бичеватых пивных не подают.

- А как же, ты же не знаешь, кем я раньше был?

- Ну, явно не олигархом, раз в такой заднице живешь.

- Это, точно, насчет задницы ты, верно, подметил, давай рану промоем, и забинтую – у меня аптечка есть.

Когда половина бутылки коньяка была распита - Охотник помог Ивану Григорьевичу снять пиджак, снять рубашку, обмыл рану коньячком, достал какую-то мазь – «видно из народных средств» подумалось топ менеджеру, обмазал ею всю руку и замотал обычным бинтом. Потом помог одеться. Последнее, что в ясном уме смог произнести Иван Григорьевич – это «Станное какое место, хоть бы одна падла мимо проехала», а дальше пошли только непонятные вспышки сознания… они шли и шли - казалось, шли, по шоссе, несколько дней… Погода не менялась – всегда было пасмурное утро, хотя должно было давно уже встать солнце. Следующая вспышка сознания выхватывала канал слева от шоссе, торчащую башню ржавого танка с задранным дулом вверх… МТЛБ с раскатанными траками по дороге… Россыпь гильз большого калибра на дороге.… Потом, Старика, садящего очередями, в каких- то жутко ободранных больших собак, перебегающих шоссе прямо перед ними. Туман, вязкий - словно кисель… Непонятные молнии, идущие наоборот. Уродливую машину. Заднее, обшарпанное сиденье нивы. Фары, в свет которых попадают непонятные существа с горящими глазами. Брошенное здание маяка впереди, выплывающее из-за кустов. Старика снимающего с себя разгрузку, брезентовую куртку. Стекла противогаза и разобранный автомат Калашникова на сиденье автомобиля. Лодку со Стариком, пытающимся запустить бензиновый мотор ещё времен СССР, когда были «Ветерки» и «Вихри» взамен «Ниссанмарану» и «Ямахе». Старика, кричащего: «Прочитай записку…. Прочитай записку…».

Протрезвление сознания Иван Григорьевич почувствовал внезапно. Он оказался на берегу Волги в старой Ниве, на нем была одета брезентовая куртка и одежда старика. Сначала он подумал, что его обокрали, но его одежда, портфель и кошелек лежали рядом на переднем сидении. Первое что он подумал и сказал, сам того не ожидая, в слух: «Куда же меня привез этот старый черт?».

В салоне машины горел плафон освещения, а на улице была уже глубокая ночь. Иван Григорьевич осмотрелся, он не был обворован, не связан, не было заметно, что к нему применялись какие-то насильственные мероприятия. Рука по-прежнему болела, но уже меньше и была аккуратно забинтована. Между сиденьями лежал автомат Калашникова, дулом направленный в лобовое стекло машины. Все окна машины были заделаны с наружной стороны сеткой из тонкой арматуры – такую сетку кладут между рядами кирпича, когда строят несущие стены. Где то впереди машины из земли били молнии в небо, а посередине реки, на острове затянутом туманом в небо уходила струя света, окруженная синими и зелеными, пульсирующими световыми кольцами. Видно улицу было очень плохо, потому, что окна машины давно не мыли, и они были заляпаны грязью, как с внутренней, так и с внешней стороны. На руле лежала страница спецификации, на обратной стороне которой было оставлено ему послание:

«Ну, здравствуй, Ваня. Ты, наверное, думаешь, что это все сон, происки друзей или розыгрыш коллег по работе. Потом, осознавая свое положение, ты будешь думать, что умер - но нет, я тебе скажу, что ты жив и вполне здоров. Ты попал, Ваня. Я не буду вдаваться в подробности, сам которых не знаю. Когда ты ехал на машине – ты заехал в неудачное место, это я тебе могу сказать точно. Знал бы ты, в каком положении я сам остался тут восемь лет назад – ты бы себе позавидовал. Будь внимателен и дочитай эту записку до конца. Сейчас читай внимательно и ни в коем случае не выходи из машины. Сейчас, за окном 2026 год. Ты находишься в особой аномальной зоне, называемой «Сектор» это охраняемая зона, напичканная неизвестными тебе животными и очень опасная, но немного приловчившись в ней можно выжить. Та тварь, что тебя укусила – кошка мутант, я пытался тебя спасти, но в предыдущий раз, ты мне не поверил, счел за ополоумевшего старика, убежал и вообще погиб в том поселке, поэтому на этот раз я не стал препятствовать естественному течению обстоятельств. По этой же причине не стал тебе сразу рассказывать, куда ты попал. У этой твари, именно той разновидности, что тебя укусила, есть особое свойство – яд, этот яд способствует очень быстрому старению организма, ты бы мог вообще умереть от этого яда, но я вовремя тебя вылечил. Есть и хорошие свойства – раны твои, благодаря укусу будут заживать гораздо быстрее, кроме конечно, раны от кошки, ты не будешь чувствовать губительного излучения от зоны. Чтоб выжить, тебе нужно регулярно ловить мутантов, из них получают особый продукт, называемый «биотином», без употребления этого продукта ты сможешь прожить год – два, потом умрешь от старости или недомогания. За пределы зоны выход существует, зона располагается от самой Москвы до Твери, но за пределами зоны выжить тебе будет тяжелее. Единственный способ спастись – найти самого себя. Твоя машина появляется каждые четыре года в этот самый день на трассе. Готовься к этому. Спасай самого себя, как это сделал я. Нового себя ты должен оставить на берегу, а сам плыть на остров Могилевский. Что дальше делать я не знаю. Эту информацию мне передал ты, тот, ты – который сумел спастись и оставил меня в бедственном положении в одном пиджаке на берегу истекающим кровью. Потом он узнал, что я жив и рассказал эту историю, конечно, не сам, а через людей. Возвращает с острова ровно в тот день, когда ты ехал на машине. Это все, что я знаю. Дубна пуста и разрушена, но там есть люди, большинство из них охотники за удачей, или простые мародеры – отбросы общества. Есть и ловчие – охотники за зверьем. Теперь ты один из них. В бардачке лежит твое удостоверение, береги его. Как дальше жить решай сам. В городе ты можешь наткнуться на охотников – они объяснят тебе, как и на кого охотиться и кому сдавать. Ещё я оставил тебе на листочке в бардачке адрес и схему как добраться до моего убежища в Дубне – ночлежки, там ты найдешь немного еды, препаратов и оружие. К сожалению, укус этой твари вылечить невозможно, может быть в будущем это станет возможным. За Галю не волнуйся – я знаю, что с ней все будет хорошо. Береги себя – ведь ты, это я».

«П.С. Наш босс сильно поднялся на строительстве стены вокруг сектора, если вдруг ты решишь покинуть пределы сектора простым способом – через КПП, убей его».

Иван Григорьевич закрыл глаза, зажмурил их так сильно, как только мог. Но, открыв их, он снова увидел ту же самую картину. Подумав, что всему есть разумное объяснение, он обыскал машину, нашел в багажнике двадцатилитровую ржавую железную канистру бензина, полную почти до пробки, большой светодиодный фонарик, полтора литровую бутылку воды и сумку с сухарями и консервами. Ключи были в замке зажигания. «Может быть это все бред?» подумалось ему в тот момент. Сбросив автомат на водительское сиденье, Иван Григорьевич решил закурить, сам он перелез на пассажирское. Прикурив сигарету и сделав несколько затяжек, Иван Григорьевич начал опускать стекло пассажирской двери, когда стекло было опущено, он решил осмотреться, взял светодиодный фонарь и направил луч света в темноту. Луч выхватил в темноте темную фигуру в измазанном грязью и порванном спортивном костюме, которая видя свет, начала медленно разворачиваться как башня тяжелого корабельного орудия. Иван Григорьевич уже хотел заговорить с незнакомцем и поднял фонарь для того, чтоб рассмотреть его лицо, как увидел лицо незнакомца: оно было все изъедено язвами из которых сочилась зеленая слизь, на левой скуле отсутствовала кожа и торчала кость, часть носа отсутствовала, а на Ивана Григорьевича смотрели нечеловеческие глаза с кровавыми прожилками и белизной вокруг зрачка. Существо было скорее мертвым, чем живым. Холодный страх сковал цепями все тело, а сигарета упала прямо на штаны.

Через две минуты на берегу Волги прозвучал выстрел, по звуку похожий на автомат Калашникова калибра 5.45.

Ваша оценка: None Средний балл: 6.8 / голосов: 37
Комментарии

вот это покруче, интересно только - герой сам застрелился, или убил зомбака просто.)

Каждому свое.

Идея в принципе не нова, но реализация довольно интересна. Любопытно показан и Сектор. В целом, оценить можно довольно высоко. 8

Язык слабый. Взять хотя бы первые три предложения, в которых три раза повторяется слово "вылетел". Но сюжет лучше, чем в первом рассказе. Оценка 6+, но поставлю 7.

Хм.. язык то у меня сильный.. до носа достаю свободно, да и жена не жалуется :)

А вот по поводу произведения могу сказать, да.. слабо. Но учитывая, что писалось во время субботней-воскресной работы дома, когда в перерывах что-то писал и потратил на текст 4 часа... Я даже очень рад. Наверное стоило действительно более-менее потрудиться и подправить текст.

Первые три предложения мне кажутся вполне логичными... представьте мысли пьяного мужика ночью, чуть не попавшего в дтп.. Но это уже к литературе отношения не имеет.

Неплохо,но с окончанием я как то не разобрался.8

Быстрый вход