Рассказ №31. Фактор смерти

Условия конкурса · Все участники · sector-book.ru · deadland.ru

Авторы: Максим Тихомиров, Михаил Лагунин

Осенний вечер. Ни чем не приметный бар, ни чем не приметный столик в дальнем углу зала. За ним шумно болтая, сидят четыре человека. Кто бы мог подумать, что это – сформировавшийся отряд спецназа МАС. Выходцы из «Альфы» и «Вымпела», которые плечом к плечу сражались в локальных конфликтах по всему миру. Завтра им предстоял поход. Куда, зачем – неизвестно. Ясно одно: в сектор! Это был далеко не первый их выход за грань обычного. Каждый член отряда знал, что им предстоит и морально был готов ко всем тем причудам, которые ожидают их там.

Ээээ-х! Опять к черту на кулички тащиться – с досадой произнес Хлам. Это был высокий худощавый парень, лет двадцати семи ,получивший свой странный оперативный псевдоним из-за любви приносить всякие ненужные «сувениры» с боевых заданий: то гильзу какую притащит, то пробочную крышку, то железяку, не пойми какой формы.

Надо, ребятки! Надо! – Возразил Босс-командир отряда – Завтра в 8.00 сбор в кабинете генерала, всем ясно?!

Так точно,- шепотом ответили бойцы.

Опрокинув еще по кружке пива члены отряда разошлись по домам.

8.00. Кабинет генерала Макаренко.

- Ну что, орлы, – начал генерал. – Сегодня вам предстоит отправиться в сектор. Куда и зачем вам разъяснит вот этот молодой человек. Он махнул рукой на человека в костюме ученого и продолжил:

- Это ваш новый член отряда. Его необходимо беречь как собственные яйца. Все ясно?

– Но товарищ генерал! – попытался возразить «Хлам».

– Отставить! – перебил его Макаренко. - Приказы сначала выполняются, а затем обсуждаются! Доктор Васильев, разъясните отряду детали задания, пожалуйста!

Да, да! Непременно! – закивал Васильев – прошу за мной, господа!

Отдав честь, и бросив косой взгляд на генерала, отряд направился за ученым, который вел их в, предположительно, свой кабинет.

Рассевшись по стульям, они внимательно начали слушать лекцию доктора:

- Значит так. Нам предстоит поход в сектор, идем в лабораторию под одним из НИИ. Маршрут общей протяженностью 20 – 25 километров. Точно не скажу – сам не знаю. Сектор – вещь непредсказуемая. На время выполнения операции двое суток. Я являюсь проводником, веду отряд к НИИ, от вас требуется только охрана.

- Значит так, ботаник! - встал Хлам. - Ты остаешься здесь, даешь нам карту, а мы с парнями сами рулим в эту лабу. Наш отряд сработанный, друг другу задницы прикроем, ты будешь пятый – лишний. Сектор знаем, не заблудимся.

Остальные члены отряда согласно усмехнулись.

-Но извольте, любезнейший! – попытался возразить профессор. – НИИ секретный и поэтому наладонник будет только у меня! у вас же будут изъяты все средства связи кроме раций, радиус действии которых не более пятисот метров. Они потребуются для переговоров между членами отряда и ведения боевых действий, если будет необходимость. Связь с центром будет лишь у меня. Я отведу вас в НИИ, коды доступа в лабораторию у меня в наладоннике. Когда то раньше она поставляла материал для исследований в место, которое сейчас называют Глубь. Что там произошло – никому неизвестно. Выживших среди персонала нет, а все кто, хоть что то знал, либо сошли с ума, либо мертвы. Наша цель – забрать из лаборатории дневники ученых, а так же «бортовой журнал», в котором описаны все детали экспериментов. Затем мы по кусочкам восстановим картину и планируем получить информацию о том, что же произошло на самом деле, - ученый закашлялся и приложил губы к стакану с питьевой водой.

– А что сейчас в этой лаборатории? – спросил Чучка, невысокий человек, атлетичного телосложения, с небольшим шрамом на левой щеке, полученный при обстоятельствах известных лишь ему самому. Свое прозвище он получил из за внешности – его родители были выходцами из тундры, переехавшими в центральный округ. А сам он родился и вырос в Подмосковье.

– Понимаете, молодой человек,- ответил Васильев - когда сектор начал разрастаться, мы были обеспокоены и в экстренном порядке эвакуировали лабораторию. Она была запечатана, обесточена, а так же были перекрыты вентиляционные шахты. Единственная проблема, с которой нам предстоит столкнуться – это вход в лабораторию. Дело в том, что она расположена на глубине свыше ста метров, чтобы различные излучения не выдали ее местоположение. Как я ранее заметил, лаборатория была обесточена, а вход был всего один: лифт. Нам предстоит спуститься по аварийной лестнице, которая находится в шахте лифта. Затем вы будете ожидать меня у выхода, а я в свою очередь извлеку информацию с компьютеров, а так же из архивов.

–Однако, все просто – улыбнулся Чучка

– Да, звучит очень просто. Остается только пройти без приключений маршрут от и до лаборатории, - поглаживая свою небольшую бородку, ответил Хлам.

– Стойте! – вмешался Память. – Профессор, вы же сказали, что вентиляции в лаборатории нет, чем же мы будем дышать все это время?

– Правильно заметили, на складе вам выдадут все необходимое, включая оружие, бронежилеты и баллоны с воздухом, которые придется тащить на себе.

– Недолго музыка играла… - выдохнул Босс. Он знал, сколько весят такие баллоны – таскал, было дело.

По пути в соседний корпус за обмундированием, Чучка высказал свое мнение:

- Знаете, не нравится мне этот профессор, темнит он что-то.

– Да забей ты, очередное задание, первый раз что ли? – не дал закончить ему Босс. – Сопли подбери и вперед, у нас двадцать минут на сборы.

Получив, по мнению ученого, все необходимое в четырех парашютных сумках, отряд направился в «примерочную». Сняв гражданскую одежду, они начали примерять новенькие комбинезоны, осмотрели полученные АК-103, которые так и сияли новизной, а механизмы были обильно смазаны. Память переложил фотографию своей семьи из кармана рубашки во внутренний карман комбинезона. Возможно, именно поэтому ему вручили такой псевдоним. На фото были изображены жена с сыном, которому на днях исполнилось тринадцать. По пути в карман он как обычно взглянул на фото и глубоко вздохнув, убрал ее. Подгоняя разгрузки, бронежилеты и РДшки, члены отряда не заметили, как вышли отведенные 20 минут. Дежурный по складу сообщил, что их уже ждут, мол, поторапливайтесь ребята!

Закончив экипироваться, они вышли на улицу, где их ждал доктор. За спиной у него красовался «Тигр». Ученый в свою очередь сменил белый халатик на комбинезон, схожий с теми, в которых сейчас находился весь отряд.

– Ого, мы прямо до лабы на этом поедем? – восхитился Хлам.

– Губенку то закатай, - сдерзил профессор – До периметра нас подбросят, а дальше топать придется. У нас по-прежнему нет средств, которые позволяют пеленговать искажения достаточно быстро. А то, что мы имеем, рассчитано лишь на пешие отряды, при установке на автомобиль ему необходимо двигаться не более 10 километров в час, чтобы система смогла проложить безопасный маршрут. К тому же, НИИ находится в глухой чаще, и замаскировано под обычную базу отдыха охотников. Весь секрет расположен глубоко под землей. Да, к этой базе есть дорога, но на ней полно искажений. По ней возились образцы из лаборатории, и это оставило свой след., – закончил ученый. Пока он пояснял бойцам картину, они уже успели проехать около пяти километров. Автомобиль лихо петлял по пустым улочкам Москвы и летел туда - в неопознанное, в неизученное, одним словом, в Сектор.

Давайте разберемся с позывными. Хлам, Босс, Память, Чучка? – указывая пальцем на бойцов, произносил Васильев. – Все верно? Никого не перепутал?

– Никак нет, - лениво произнес Босс.

– Отлично, меня называйте доктор Васильев. – сказал ученый.

– Хах! Нет! мы будем называть тебя Ботан - внес корректировки Хлам – В секторе нет имен, там только позывные.

– Что ж, ладно! - с неохотой согласился доктор - рации настройте на третий канал.

Бойцы переглянулись. Их рации давно были настроены на первый, и поэтому они попросили доктора перенастроить свою. Он возражать не стал.

Впереди показался КПП. Автомобиль сбавил скорость и плавно остановился у шлагбаума.

– На выход – скомандовал профессор. Его речь тут же прозвучала в наушнике рации.

– хе-хе, работает – усмехнулся Хлам.

Предъявив пропуска, отряд направился по дороге, которая уходила в неизвестность. Но радость была недолгой: вскоре они свернули и углубились в чащу.

–Мужики, теперь не расслабляемся! смотрим под ноги, а самое главное по сторонам!- пояснял идущий впереди профессор. Сзади раздалось легкое покашливание. Он оглянулся и увидел, что отряд давным-давно передвигался тактически: они выстроились в две колонны и шли примерно в пяти метрах друг от друга, при этом первые двое контролировали фронт, а остальные были замыкающими и прикрывали тылы. При этом каждый член отряда контролировал фланги. Таким образом, у каждого бойца был свой сектор обстрела. Но они и не забывали поглядывать наверх - в ветвях могли таиться шестилапы или ларвы. Увидев эту картину, ученый понял, что он действительно лишний, но промолчал, и, взяв немного правее, повел отряд по болоту.

болото было сухое, поросшее мхом, высота которого достигала десяти сантиметров. Оно сплошь и рядом было усеяно гравицапами. Их можно было хорошо различить по примятому мху.

– Опана, «облегчалку» нашел! - радостно воскликнул Хлам.

Профессор тут же поднял его на смех: - Да это же просто камень, дурень!

Хлам вздохнул, и придал камню ускорение, бросив его в ближайшую гравицапу. Его тут же впечатало в землю, но спустя пару мгновений, в центре аномалии был обнаружен второй камешек.

- А вот там «облегчалка», – сделал вывод ученый.

Хлам, было, ринулся за палкой, чтобы выковырять добычу, но Босс прервал его - Хлам, отставить! у нас задание, а не поход за сувенирами.

Слушаюсь ,Босс – с досадой в голосе сказал Хлам и присоединился к остальным. Но, все еще украдкой оглядываясь на манящий камешек, пока тот не скрылся из виду.

По примерным подсчетам было пройдено около трети пути. Отряд ,по прежнему, шел по лесу, маневрирую между искажениями. Аппаратура ученого справлялась на ура, и лишь изредка он останавливался, похлопывая прибор о ладонь и произнося вслух:

- Ничего не понимаю, барахлит что ли? Ладно, пройдем чуть вперед – увидим.

Такие паузы немного пугали членов отряда, так как сбой аппаратуры может привести к провалу операции.

– Не дай бог всплеском накроет, - мыслил вслух Чучка. – Вся аппаратура полетит к псу под хвост, а вместе с ней и наша операция.

– Всплеска не ожидается, - пытаясь подбодрить отряд, сказал ученый. – Он был буквально вчера, поэтому пока мы можем не опасаться , что нас накроет. Операция планировалась в течении двух месяцев. мы спланировали буквально все, каждый шаг. Аппаратуру специальную собрали, на основе сувенира «сигналка», а так же отслеживали активность охотников вокруг территории базы.

– Ботан! Может хватит болтать! Лучше под ноги смотрите, вдруг, кто капкан медвежий оставил, а вы тут базар – вокзал развели! – поставил на место ученого Босс.

Впереди появились крыши домов. Обычная деревушка, коих много на территории сектора. Было принято обходить ее стороной. В разрушенных домах могли поселиться стайки вырвиглоток, а тратить боезапас никак не хотелось.

Миновав еще пару километров отряд заметил движение- это были пара охотников, которые пытались извлечь «облегчалку» из гравицапы. В динамике рации послышалось шипение:

- Что с ними будем делать?- спросил Память.

– А чего, чего, - шлепнем их быстренько – внес идею Чукча-. По официальной версии их тут вообще быть не должно.

Два автомата заговорили одновременно. Два тела упали одно за другим. Первое тут же поглотило гравицапой. В ответ послышались пистолетные выстрелы.

Дерьмо! Они были не одни, занять позиции! – ревел Босс.

Хлам ринулся за столетнюю ель, и едва он успел укрыться, как в ствол стукнуло пара пуль. Позиция была демаскирована, а это значит, автоматически становилась не выгодной, ведь враг знал ее, а Хлам не знал положение врага.

– Мужики, прикрывайте! Меня зажали! – произнес Хлам.

Ответа не последовало. Заговорил «калашников» и снова все стихло.

Хлам сидел, прижавшись спиной к стволу ели и нервно крутил головой из стороны в сторону, пытаясь обнаружить хоть кого-нибудь из членов своей группы. Внезапно, раздался крик. как позже выяснится - это Память обошел противника с фланга и аккуратно приложил его из своего ПБ.

- Мужики, вроде чисто, вылезайте, - раздался его голос.

Отряд сгруппировался и занял круговую оборону. Действительно, в округе никого не было, и лишь какая-то пташка напевала свой мотив вдалеке. В этой части сектора их еще можно было услышать.

Желтый ковер из еловых иголок устилал землю. Отряд сидел небольшим кругом, и просматривал свой сектор обстрела. Спустя минуты три, окончательно убедившись, что все тихо, они сошлись в центре. Было обнаружено, что Чучка ранен в голень.

Шальная, – пояснил он. Пуля прошла на вылет, но кровь из раны продолжала сочиться.

– Этого нам еще не хватало, сейчас сюда все вырвиглотки сектора сбегутся! – раздраженно пробормотал профессор. – Что же вы голубчик такой не аккуратный то.

Чучка растерянно посмотрел на Босса, то молчал.

– А ведь у меня это впервые произошло – простонал Чукча.- Лет двадцать уже воюю, а впервые продырявили ведь. И самое обидное, что какой-то неудачник – охотник, а не снайпер профессионал.

– Кровь остановим, рану промоем и забинтуем, жить будете. Ходить можешь? – попутно потроша аптечку, расспрашивал ученый раненого.

– Могу, - ответил Чучка. – Только ступать больно.

Спустя пару минут рана была перевязана, кровь остановлена, а раненый вовсю наматывал круги, пытаясь размять конечность, которая находилась под наркозом. Из соображений солидарности, было принято решение, что кислородные баллоны Чучки будут нести по очереди все члены отряда, за исключением ученого. Раненый был экипирован жердиной, которая на конце имела разветвление и отлично исполняла роль костыля. Сделано это было для того, чтобы хоть как-то разгрузить ногу. Скорость отряда снизилась, но незначительно.

– Осталось не более пяти километров, - оповестил профессор, который крутил в руках КПК. – Странный какой-то сектор сегодня, - мыслил вслух Хлам.- Ни одной твари ведь нет, хоть птица какая, или мышь проскочила, а ведь нет!

– Конечно нет! - усмехнулся ученый. - Всплеск через три часа.

– Ну, ни фига себе, - возмутился Память. – Вы же говорили, что всплеска ближайшее время не будет!

– Мало ли что мы говорили, - ответил ученый.

– Может вы еще от нас что-то скрыли? Может, вся эта экспедиция изначально обречена на провал, а так же нет никакой секретной лаборатории на базе отдыха охотников? – начал давить на ученого Босс.

– Да, вы правы, базы отдыха ученых нет, но есть детский лагерь «Русь». Отличное прикрытие для лаборатории, стоит себе в лесу лагерь, никого не парит. Машины ездят туда-сюда, а что такого? Питание возим, - тоном повествователя пояснил ученый.

– Значит, вы на одних и тех же машинах возили образцы из своей лаборатории и питание детям? – прохрипел раненый Чучка.

– Полностью исключено! Машины были лишь замаскированы под продуктовые, а вот дети были настоящие. Но вы не беспокойтесь! Никто из них не пострадал, ведь лаборатория находилась на глубине свыше ста метров, не одно излучение не способно было пробить такую толщу земли. Детишки даже не подозревали о том, что творится у них под ногами, - успокаивал ученый членов экспедиции, но у самого сердце начало колотится немного сильнее. – Господа, я так полагаю, нам следует устроить привал. Судя по данным GPS лагерь в километре отсюда, но прошу учесть, что там будет не до отдыха. На подходе к лаборатории, предположительно, скопление тварей. Они обосновались в корпусах лагеря. Привал сейчас, едим сейчас, пережидаем всплеск и топаем к периметру с документами, на обратном пути привал не планируется! – ввел в курс дела бойцов профессор.

Был объявлен получасовой привал. Распаковав свои сухпайки, бойцы принялись употреблять пищу. Умяв по банке мясных консервов, а так же по паре шоколадных батончиков, они стали было собираться в путь, но Память внезапно подскочил, и сказал: - Я на минутку. Бойцы переглянулись, куда, мол, это он. Но ответ сам пришел в головы, и едва усмехнувшись, они вновь принялись употреблять содержимое сухпайка, держа при этом автоматы на коленях и контролируя тыл друг друга. Вернувшись, Память уселся на свое место, и стал смотреть в одну точку. Затем внезапно подскочил и ударил раненого Чучку прикладом в висок. Тот рухнул на землю.

– Совсем сдурел?! – подпрыгивая с земли, прокричал Босс. Но в ответ получил направленный ствол автомата прямо в грудь. Память передернул затвор, и начал что-то бормотать себе под нос.

– Паранойка! Вот же, на приборе! Он прямо в нее угодил! – горланил ученый. Память тут же направил ствол в его сторону.

– Тише, тише, остынь! – подняв руки на уровень груди и демонстрируя врагу, что не представляет для него опасность начал профессор. В этот момент Хлам прыгнул на спину Памяти и повалил его. Босс, недолго думая, тут же разоружил психа. Память встал на ноги, но тут же бросился в рукопашную схватку с ученым. Секунда, другая, блеснуло острие ножа. Хруст, вскрик, фонтан крови. Пауза. Тишина. Капля крови прокатилась по лезвию ножа и, добравшись до кончика, упала на землю. Хлам стоял в растерянности, он и предположить себе не мог, что когда-нибудь ему придется сделать это - ему пришлось убить своего друга, напарника, который стал уже как родной. И вот, такой близкий и одновременно далекий, Память лежал на животе, а из горла сочилась струйка крови. Сектор, что же ты с нами делаешь?

Затишье. Стук сердца в ушах, пульс нарастает. Первым не выдержал Босс:

- Твою мать! – воскликнул он. - Ботан, ты что, предупредить не мог, что туда лучше не соваться!

– Уважаемый, в зоне работы детектора аномалий не обнаружено, я же не мог предположить, что ваш друг окажется таким стеснительным и убежит справлять нужду за полкилометра от нас!

– Стеснительный?! Я тебя сейчас покажу стеснительный- вспылил Босс. Спустя секунд семь, ученый валялся на земле наматывая сопли смешанные с кровью на кулак. Босс был профессионалом, а профессионал знал, что красивые бои по полчаса проходят только на ринге, а в реальной жизни все происходит за считанные секунды. Он выхватил КПК у ученого: - Дальше идем сами, без всяких там приборчиков! – заявил он и плюнул на все еще лежавшего ученого.

– Ничего у вас не выйдет – пропищал ученый. – КПК заблокирован и для того чтобы им воспользоваться необходимо ввести код, а также приложить палец к сканеру опечатка пальцев, и лишь после этого вы получите доступ!

– Пфф, дел то, - усмехнулся Хлам. – Код мы у тебя любезно спросим, а в качестве отпечатка пальчик твой прихватим!

- Не выйдет! Во-первых, чтобы сканер считал отпечаток, необходимо чтобы палец был теплым, а так же присутствовал пульс. Во-вторых, вы не знаете, что искать точно, а документации в лаборатории очень и очень много. Вам пара грузовиков потребуется, чтобы всю ее вывезти. Хотите вы того или нет, но придется мириться с тем, что я иду с вами, - наконец поднявшись с земли пояснил ученый и вырвал КПК из рук Босса.

-Помянуть бы надо, да и похоронить не мешало бы, - встрял в ссору Чучка, который все это время сидел на бревне, и из-за спин Хлама и Босса не видел большую часть произошедшего, одно он знал точно: численность отряда снизилась.

Потеряв еще чуть больше часа, отряд направился в сторону лаборатории. Вскоре они уже подходили к пионерлагерю. Впереди виднелась крыша одного из корпусов. Миновав простенький заборчик из сетки -рабицы отряд вошел на центральную аллею лагеря. Тут еще сохранился асфальт. Здания стояли с двух сторон от дороги и где то отдаленно ближе к лесу.

–Пять корпусов с одной стороны, четыре с другой, - сказал профессор. – Лаборатория прямо под нами, а это вентиляционные шахты. Они замаскированы под корпуса, чтобы не возникало вопросов, откуда на тепловизоре источники тепла прямо в поле.

– Значит, дети все же дышали тем, что выбрасывает лаборатория? – возмутился Хлам.

– Полностью исключено! – успокоил его ученый. – Тут выбрасывался исключительно чистый воздух, который прошел через ряд фильтров! В лаборатории была замкнутая система вентилирования, все лаборатории были замкнуты в нее. Эти шахты вентилировали главный зал, спальни, обеденные, и прочие жилые и бытовые помещения. Кстати, воздухозабор был, где то там – ученый указал на сарай, который больше походил на трансформаторную будку. Черные впадины окон зияли пустотой, странно, но почти во всех остались стекла, черные дыры в серых домах – жутковатая картина. А ведь раньше тут играли дети, родители привозили им подарки, и столько счастья было на их лицах, как будто это не конфетка или шоколадка, а целая игрушка, о которой они мечтали всю жизнь. Такая атмосфера нагоняла тоску и уныние и на наших героев. За разговорами было преодолено более половины аллеи, как вдруг Хлам, который плелся последним, скомандовал: - Стоять! Там что-то есть! Он направил ствол в сторону здания.

– Да успокойся, нет там ничего – даже не оборачиваясь, сказал профессор и продолжил свой путь.

– Да точно есть, я видел. Вон там, в том здании, в коридоре на первом этаже, - шепотом говорил Хлам, его голос был слышен только в рациях

– Ага, я тоже заметил, - поддержал Босс.

Тишину разорвал крик профессора: Хамелеоны! Занять оборону, быстро, быстро! – профессор кричал так, что, наверное, было слышно даже у периметра, а может и за ним. Отряд сел в круг, вернее больше получился квадрат, но все равно такая тактика называлась круговая. Каждый получил сектор по девяносто градусов и, водя стволом из стороны в сторону, начали ждать. Первым удар принял ученый. Хамелеон, который вылез из здания чуть ли не под носом ученого, уже вовсю шагал к герою, который активно пытался отбиться. Вскоре полезли еще и еще, они лезли отовсюду, из корпусов, из-за корпусов, из канализационных люков, да бог знает, откуда еще. Странные это твари – хамелеоны. Принимают форму того, с чем когда-либо контактировали и считали код ДНК. Но толи от своей тупости, толи отчего-то еще, они не способны были принять облик одного существа, в одной особи могло сочетаться бесконечно много видов. Кого тут только не было! Кошки размером с немецкого дога и головами людей, собаки с крыльями и клювами, люди ростом более трех метров с ногами вместо рук и наоборот, вся кунсткамера собралась. Странно, но при убийстве хамелеона он издавал звук, тех, кого он когда-либо уничтожил. В основном жертв было столько, что это был рев непонятного происхождения, в котором звучали и нотки лая собаки, и смеха детей, и пения птиц, и даже иногда слышались откровенные мольбы о пощаде.

– Вот это твари! – сквозь выстрелы прокричал Хлам. Я видел их лишь однажды, в бинокль, но чтобы так, вблизи – никогда! Ответа не последовало, некогда было. Перед каждым бойцом лежала кучка трупов, насчитывающая порядка десятка особей. Автоматы начинали греться, гильз становилось столько, что они больно врезались в коленные чашечки, поэтому стрельбу начинали вести стоят, а не с колена. Странно, что российских бойцов не экипируют наколенниками, как это делают в странах североатлантического союза. Вскоре выстрелы стихли. Часть хамелеонов отступила, часть пала. Хлам демонстративно откинул пустой рожок и прицепил новый со словами: последний был, еще бы чуть – чуть и накрыли бы они нас.

Как последний? – возмутился ученый. – Ваш боезапас должен был составлять 8 рожков на каждого!

- Вот так вот, последний, - разведя руками, сказал Хлам.

Ученый похлопал по своим карманам разгрузки – пусто. В бою он и не заметил, как расстрелял весь боезапас, и сейчас у самого было не больше половины магазина.

У меня еще два есть, - подал голос Чучка.

– А у меня полтора – отстегнув магазин от автомата и проверив разгрузку, сказал Босс.

В итоге Чучка отдал один магазин ученому, и они направились дальше по аллее из деревьев, которые сбросили свою листву и эти сухие палки нагнетали еще большее уныние.

Действие транквилизаторов заканчивалось, а ввести еще одну дозу не представлялось возможным, ввиду отсутствия препарата. Цель была буквально метрах в 100.Чукча умолял бросить его здесь, идти дальше, выполнить задание, но ученый нашел более достойную альтернативу. Между корпусов находилась «укурка» которая, по мнению ученого, должна исполнить роль анальгетика, временно притупив боль. Спустя пару мгновений Чучка уже зашел вовнутрь искажения, перекошенное лицо тут же сменилось улыбкой, он уселся на землю и, послав к черту ребят, которые находились на расстоянии 15 метров от него, принялся потрошить рюкзак на предмет еды. Длилось это не долго, вскоре ученый не выдержал и вытащил героя из аномалии. Он сопротивлялся, не хотел идти, но расслабленное тело подвело его. Взяв его под плечи, отряд продолжил свой путь по алее, туда, куда указывал наладонник ученого.

– А почему тебя не накрыло? – через силу спросил Хлам, на шее которого болтался Чучка. – Иммунитет, знаете ли, выработался, - отшутился ученый и продолжил путь, незаметно выбросив в кусты использованный шприц-тюбик.

Подойдя к зданию, которое, предположительно, было административным корпусом, они спустились в подвал и встали лицом к лицу с железной дверью.

– На часах 15.00, - пояснил профессор. Из центра аномальной активности сектора мне сообщили, что всплеск откладывается, дело в том, что один их проборов угодил в аномалию, и всегда показывал повышенную активность электромагнитных полей. Исправив это недоразумение, они выяснили, что до всплеска еще более трех суток, поэтому если поторопимся, то, возможно, нам не придется спать в этой лаборатории.

– Как же в ней спать, если там дышать нечем, а ресурс баллонов рассчитан всего на час – два, - оценивая стальную дверь, пробормотал Босс.

– А вот об этом я не подумал, - задумчиво произнес профессор.- Тем более! Быстро руки в ноги и вперед, я не хочу спать в одной кровати с хамелеоном!

Ученый ввел код но дверь так и не открылась. -Вот зараза – заклинило. Придется вручную. Эй, Хлам, вон тот рычаг, дерни его вниз до упора по моей команде! – отдал он приказ бойцу.

После выполнения всех операций, дверь все же поддалась и открылась. Вернее в ней что-то щелкнуло, а ученый отодвинул громадину, образовав щель в полметра, чтобы можно было протиснуться вовнутрь.

А теперь ввожу в курс дела, – начал ученый. – В помещение, в которое мы попадаем это пульт управления всеми системами лаборатории. Из него вниз ведет шахта лифта, по которой мы и спустимся. В самой лаборатории газ, который тяжелее воздуха, дышать строго в масках –он ядовит. Два - три вдоха и вы труп.

- Успокоил – сказал Босс.

-Не перебивать! – прикрикнул профессор и продолжил.- После спуска вы остаетесь на входе, а я иду искать документы. В лаборатории точно безопасно, я уверен.

– Почему мы не пойдем? – возмутился Босс.

– А потому, что лаборатория большая! Многоуровневая. Заблудится как дважды два - только время потеряем на поиски затерявшихся.

К моменту, когда ученый закончил, отряд уже стоял у шахты и пристегивал карабины тросов к тому, что выглядело прочным. Спустя пять минут они уже стояли на крыше лифта и снимали ставшее не нужным снаряжение для альпинизма. Надев маски, бойцы по очереди спустились в лифт, а из него уже вышли в лабораторию. По стенам заплясали пятна галлогеновых фонарей, они подсвечивали легкую зеленоватую дымку – тот самый ядовитый газ.

– Дальше я иду один, ждите здесь! - прозвучало в рации. Ученый скрылся в темноте.

Спустя пару мгновений Хлам раздобыл себе стул и уселся на него, затем взглянул на Чучку, уступил ему место, вновь удалился, но быстро вернулся с еще двумя стульями. Босс сначала не желал садиться, а стоял и всматривался в темноту, затем махнул рукой и присел рядом с остальными. Ни звуки, ни шороха. Хламу стало скучно, и он стал строить различные фигурки в свете своего фонаря: кошка, собака, птица, влюбленная парочка… Это вызывало смех, но вскоре умение Хлама иссякло и вновь наступила гробовая тишина.

Да хватит тут сидеть! – подскочил Босс. – Идемте хоть посмотрим, что в соседних помещениях находится.

– Я все слышу, - раздалось в динамике. – Сидите и ждите, я уже нашел комнату с документами.

– Нашел – молодец, - с насмешкой в голосе проговорил Босс, зажимая микрофон в кулак, чтобы профессор не смог больше услышать их голос.

Отряд встал и тихонько прошел в соседний зал - он оказался пуст. Они пошли дальше, и опешили- весь пол был усыпан костями: человеческими, собачьими, кошачьими, были даже маленькие скелеты, принадлежавшие детям. Они переглянулись и вошли в смежное помещение, там находились колбы с каким-то мутно зеленым веществом, которое пузырилось, и выпускало клубы газа.

- Я возвращаюсь! – прозвучал голос в динамике. Отряд тут же вернулся на место дислокации и уселся на свои стулья, сделав вид, что ничего не было. Едва профессор появился в поле зрения, Босс тут же сорвался с места, схватил ученого за грудки и впечатал в ближайшую стенку.

– А теперь рассказывай, что это за кладбище за стеной, и что на самом деле произошло с детишками из лагеря.

– Вы все же заглянули туда, да? – уточнил профессор.

– Нет блин, мы тут сидели и в города играли, - махнув на карту мира, висевшую на стене поблизости, яростно заявил Босс.

– Понимаете, вам не стоило знать, но теперь вы сами все увидели. Лабораторию не эвакуировали, а просто уничтожили пультом сверху. Тут покоится более тысячи сотрудников. В момент образования сектора мы настолько испугались, что просто уничтожили всю лабораторию. Теперь МАС хочет собрать всю информацию о секторе, и, возможно, попытаться уничтожить его. Хамелеоны в лагере это не дети, точно вам говорю. Всех детей вывезли, я тогда был заместителем директора этого лагеря, и по совместительству обслуживал лабораторию. С пульта управления наверху мы активировали систему подачи газа, а так же перекрыли шахты, обесточили лабораторию, установили код на дверь и ушли прочь от этого места. Тогда сектор был мал, его размеры были сопоставимы с местом, которое мы называем глубь. Вскоре он разросся, и про лабораторию забыли – на одном дыхании протараторил ученый.

– Допустим, я тебе поверил, - сказал Босс и отпустил ученого, тот с шорохом скатился по стене и усевшись на корточки схватился за голову.

Хлам взглянул на часы: - 16:15. - Пора сваливать отсюда, потом разберемся кто прав, а кто нет!

– Ч..что это?! - закричал Чучка, тыча пальцем на разорванную штанину,его нога начала принимать бурый оттенок.

– Твою мать! - прокричал ученый. – Заражение! – он вколол Чучке несколько уколов – не помогло. Бурое пятно продолжало расползаться.

– Вы подхватили какой-то вирус в лаборатории, он проник в рану и начал стремительно размножаться. Извините, но вы покойник. – пояснил ученый.

Уже больше половины тела было бурым, вирус захватывал организм, Чучка начал задыхаться, а отряд смотрел на его смерть, не в силах помочь ему.

Уходим – скомандовал Босс. – Ему уже не поможешь! У его нет семьи, беспокоиться некто не станет, да и на могилку никто не придет. Лишь в наших сердцах этот человек останется навечно, а стены этой лаборатории сохранят его тело еще долгие годы.

С этими словами он направился к шахте и запрыгнув на крышу лифта начал подъем вверх по лестнице. Обождав пока напарник поднимется метров на 10, Хлам тоже полез вверх, затем ученый, который напоследок выдернул магазин из разгрузки Чучки. Босс не одобрил бы, но он этого не видел, впрочем, как и Хлам.

Покинув центр управления, они закрыли дверь, которая защелкнулась автоматически, и направились к выходу из подвала. Шел дождь, ветер гонял листья по аллее, нагоняя тоску и уныние, подкрепленное смертью Чучки. Они вышли из лагеря без приключений, взяв дорогу как ориентир, пошли вдоль нее.

Темнело.

Взглянув на КПК, ученый предложил устроить привал в деревушке, что расположена в сотне метров южнее, мол, там есть бункер, в котором мы и укроемся. Возражений не было.

Деревенька встретила парой полуразрушенных зданий, и бетонной крышей бункера.

-Нам туда, - пояснил ученый. Спустившись на глубину пяти метров, герои оказались в небольшом прохладном помещении, в котором уже имелись спальные мешки, аккуратно сложенные в углу. - Спим по очереди, - предложил ученый. – Я первым подежурю, опыта у меня мало, поэтому боюсь что под утро, я буду выключаться и не смогу нести пост.

Сняв снаряжение, бойцы отряда улеглись в спальники. А ученый отбив что – то на КПК начал ждать. Спустя час пришло ответное сообщение. Убедившись, что его спутники крепко спят, он выудил из кобуры бесшумный пистолет и произвел два выстрела. Выйдя из бункера, у которого уже стоял «Тигр», он запрыгнул в него и направился в сторону периметра.

20.00 кабинет генерала Макаренко.

- Вы хорошо потрудились! документы доставили, свидетелей убрали, одним словом, вы молодец! Наши ученые уже приступили к изучению данных, – закончил генерал обращение к ученому и переведя взгляд на охрану скомандовал: - Увести!

Ученому тут же заломали руки и натянули черный мешок на голову, его вели по коридорам, поворачивая то влево, то вправо. Вскоре руки освободили, мешок сдернули и конвой отступил. Он стоял у стены ослепленный светом мощных прожекторов. Стоя у стенки, он не видел лиц тех, кто был за стеной света, но отчетливо услышал голос генерала Макаренко: - Огонь!

Пули ударялись о бетон слева, справа, над головой, но не одна не попала в цель. Стрельба стихла, фонари погасли.

– Я думаю, ты сделал выводы. Послезавтра приступаешь к работе, а сейчас дуй домой отсыпаться! Выход я думаю, найдешь.- С этими словами Макаренко во главе карательного отряда удалился. Ученый упал на колени и разрыдался, спустя пять минут он вернулся в свой кабинет, умылся, выпил 200 грамм водки и рухнул диван. Он затаил обиду на Макаренко, но не знал еще, что кое-кто затаил обиду и на самого ученого. И этот кто-то, в этот самый момент, выползал из бункера, где лежал только один труп.

Ваша оценка: None Средний балл: 6.8 / голосов: 82
Комментарии

Мне больше всего понравилась путаница в рассказе: До середины не было конкретной цели. Сам воевал, знаю, что именно так все и было. Если бы всегда говорили настоящие цели, то на задание никто бы и не ходил никогда!(имею ввиду контрактников, а не срочников) Конечно на 10 не тянет, но 9 твердую ставлю смело. Автору спасибо!

старался

Еще и картинку к рассказу сделал! Кстати, табельный что ли?

Класс

Быстрый вход