Я бегу по выжженой земле. 50-летию Карибского кризиса.

Предуведомление. Данный рассказ является одной из глав, не вошедших в книгу «Принуждение к войне», которая выходит в издательстве «Яуза-Эксмо» в ноябре 2012г. Первоначально предполагалось, что эта книга будет прямым продолжением предыдущей моей книги «Бронемашина Времени» («Эксмо» 2009-2010г), но в процессе работы над книгой редакторы настояли на ряде сокращений и упрощений. В итоге, «Принуждение к войне» уже не является прямым продолжением «Бронемашины Времени» (её можно рассматривать разве что как «вольное продолжение»), а ряд сюжетных линий полностью выпал из окончательного варианта рукописи, в том числе и предлагаемый вашему вниманию кусок. Добавлю, что описываемый здесь главный герой – наш современник, являющийся агентом хроноспецслужб из будущего, в данном рассказе управляющий чужим телом и оказавшийся в описываемой реальности почти случайно. Планы и боевые возможности сторон в случае развития худшего сценария «Карибского кризиса» анализировались мной достаточно подробно (всё-таки я историк со степенью), но если возникнут вопросы и просто «реплики» - я готов их выслушать. Поскольку я всё-таки не исключаю, что этот сюжет ещё войдёт в какую-нибудь из следующих моих книг.

Я бегу по выжженной земле.

29 октября 1962-го года. Куба. Авиабаза Сан-Антонио де Лос Баньос. Утро.

На настоящей войне, как известно, горит даже то, что совсем не должно гореть. Куба же, известная в широких кругах ограниченных людей, как «остров зари багровой», за истекшие, поистине адские день и ночь стала багровой окончательно и бесповоротно. Превратившись в один гигантский незатухающий пожар. Американцы пока что не нанесли по острову ядерных ударов, но на обычные зажигательные боеприпасы, от напалма до фосфора в гранулах, не поскупились. В итоге за неполные двадцать часов «остров Свободы» быстро превратился из бело-зелёного в серо-чёрный. Местами пожары были такой силы, что для их тушения пришлось надевать противогазы и ОЗК. Чтобы не задохнуться.

Для меня сам момент подключения к здешней версии индуктора стал незабываем. Хлоп - и ты смотришь на мир сквозь стеклянные бельма противогаза. А кругом ночь, отсвечивающая одним огромным пожаром. В итоге, чтобы придти в себя и сорьентироваться в обстановке мне потребовалось некоторое время. Конечно, как оказалось, здесь всё тоже сложилось несколько по-другому. Не как у нас. Сначала, начиная с 14 октября, как и положено, был скандал и прочие шаманские пляски сторон, связанные с рассекречиванием прибытия советских войск и, особенно, ракет на Кубу. Кстати, нельзя сказать, что эти самые ракеты кто-то стремился спрятать. Похоже, вся эта акция изначально была откровенной работой на публику. Потом последовало решение Кеннеди о морской блокаде острова. 27 октября ракетой комплекса С-75 с советским расчётом в кубинском небе был сбит американский U-2. А дальше…. Короче говоря, здесь никто отчего-то не понял, что заигрался, не принял решение «сдать назад» и не начал переговоры. То есть возобладал не здравый смысл, а нечто прямо противоположное. Утром 28 октября американцы подняли для удара по острову всю свою наличную ударную авиацию, заранее сосредоточенную для такой масштабной акции – не менее 400 машин. За несколько часов до этого начались боевые действия в Европе, и там уже произошёл первый обмен тактическими ядерными ударами. Поэтому руки у советского контингента на Кубе были развязаны и он был готов сделать то, зачем его, собственно, послали в эти далёкие и жаркие края, в рамках пресловутой операции «Анадырь». С 25 октября все три полка советских РВСН, дислоцированные на острове находились в полной боевой готовности. А через три дня, едва узнав о подходе американской ударной армады генерал Плиев отдал единственный, возможный в этой обстановке приказ. Собственно, санкцию Хрущёва и Малиновского на запуск он получил ещё за сутки до начала открытых боевых действий. И 35 ракет – 24 Р-12 и 11 Р-14 с мегатонными боеголовками на огненных столбах прыгнули в небо над Северной Америкой. Последовавший удар американцев был отбит, но частично. Они потеряли больше двух сотен самолётов, но при этом всё же смогли выполнить часть поставленных задач. Они уничтожили больше половины пусковых установок Р-12 и Р-14 и ЗРК, часть радаров. Погибло огромное количество наземной боевой техники и запасов советского контингента. Было уничтожено большинство не задействованных в первом ударе и складированных почти без всякой маскировки ракет и 75% наличных запасов ГСМ. От 40, дислоцированных на острове, Миг-21Ф-13 213-го ИАП (он же законспирированный 32-й гвардейский ИАП) после отражения первого массированного налёта осталось 18, от отдельной эскадрильи из 12 Миг-19П – 7. Мало что осталось и от вертолётного полка Ми-4. Почти мгновенно перестал существовать минно-торпедный полк Ил-28, чьи самолёты в полном составе сгорели на стоянках. Отдельная эскадрилья однотипных носителей ядерного оружия тоже погибла полностью, но вполне геройски. Поскольку пара её Ил-28, прежде чем их завалили американские F-104, сумели достигнуть вражеской территории и сбросить пару «подарков», мощностью в десяток килотонн, на военно-морскую базу Ки-Уэст. Одновременно с началом налётом подразделения американской армии при поддержке большого количества танков атаковала части РВС Кубы по всему периметру базы Гуантанамо, а у Матансаса и Пуэрто-Манати за кубинский берег попытались зацепится крупные десанты их морской пехоты. Десанты были атакованы крылатыми ракетами и ракетными катерами, понеся достаточно серьёзные потери в кораблях. Кроме того, одна из нескольких, болтавшихся в Саргассовом море советских дизельных подлодок, прежде чем её уничтожили, сумела поразить атомной торпедой противолодочный авианосец «Кирсардж». И ещё в момент, когда американские самолёты плотно бомбили несговорчивый остров, ракеты начали достигать целей - вырубилась к чёртовой матери вся связь, после чего воюющие стороны резко ослепли и оглохли. Электромагнитный импульс, ничего не попишешь.

Довоенные американские планы и расчёты, как водиться, дали сбой, поскольку большинство выпущенных с Кубы ракет благополучно попали в цель. В том числе одна Р-12 накрыла Майами, подтверждением чему служило офигенное зарево во весь горизонт. О том, что последовало за этим в глобальном плане, думать как-то не хотелось. Я, едва придя в себя, попытался активировать свои встроенные навигационные «опции», но открывшаяся картинка ничего, кроме головной боли (в буквальном смысле) не принесла. Помехи от проникающей радиации и взбесившихся электромагнитных полей были почти невыносимыми. При этом, картина складывалась предельно нерадостная. Похоже, СССР вдарил по США и НАТО всем, что имел. Потом, естественно, прошёл ответный удар. При этом, американский потенциал ответного удара заметно превышал советский. Согласно моим предварительным прикидкам, советские ядерные фукалки накрыли до сотни целей на территории США (кроме ракет с Кубы здесь явно поработали стратегическая авиация и иные возможные средства, вроде байконурских Р-7), не считая Западной Европы, Тайваня и Японии. Американцам удалось накрыть более 350 целей, в СССР, Восточной Европе и КНР. То есть, некоторый паритет в плане глобального взаимного смертоубийства был более-менее соблюдён. Радовать здесь могло только то, что ядерный потенциал сверхдержав в начале 1960-х был явно недостаточен для полного уничтожения биосферы на планете. А значит, после этого «мирового пожара» кто-нибудь да выживет, даже если воспоследует ядерная зима и прочие подобные «радости». В общем, всё как всегда. Предотвратить или остановить войну генералы и политики, практически всегда, оказываются неспособны. А вот похоронить (или, на худой конец, кремировать) убиенных – это у нас всегда пожалуйста.

А далее над Кубой повисла зловещая тишина. Конечно, очень относительная, поскольку на побережье острова продолжались ожесточённые наземные бои. В ночь с 28 на 29 октября энергичными советско-кубинскими контратаками был уничтожен американский десант в районе Пуэрто - Манати. Морпехи у Матансаса были прижаты к морю и взяты в плотное «колечко». Был отбит и удар со стороны Гуантанамо. Но какой ценой? В трёх советских мотострелковых полках после ожесточённого встречного боя вряд ли осталось хотя бы десять исправных Т-54. РВС Кубы тоже потеряли в этих ожесточённых танковых дуэлях почти всю тяжёлую технику – обугленные джунгли и тростниковые плантации вокруг Гуантанамо были густо уставлены горелыми Т-34-85, вперемешку с «Паттонами» и «Бульдогами». Последних, правда, было намного больше. Связи не было никакой, да и быть не могло, учитывая, что от Москвы остались одни воспоминания, и неизвестно было, уцелело ли вообще Политбюро ЦК КПСС и прочее военное руководство. Американцы, видимо, были не в лучшем положении, поскольку не знали, где нынче находиться Кеннеди, министр обороны, комитет начальников штабов и прочее. Даже относительно того, живы ли ещё руководители сверхдержав, были большие сомнения. Остался ли в живых главный барбудо Фидель, тоже было никому неизвестно. Пока сменившие тяжелораненого Плиева, генералы Гречко и Гарбуз могли полагаться только на себя и свою интуицию. И решение в их шаблонных мозгах времён 2-й мировой созревало только одно. Если американцы нанесут второй авиаудар по Кубе, то он, скорее всего, будет однозначно ядерным. Вряд ли они теперь станут жалеть кучку своих солдат в Гуантанамо и под Матансасом. Уничтожение бородатых ребят Фиделя в компании «проклятых комми» будет куда важнее. И, если всё пойдёт именно так, рассуждая логически, остаётся только удар всем, что осталось (тактической «Луной» и крылатыми ракетами с ядерными боевыми частями) по американским войскам и кораблям у побережья. Плюс к этому пуск восьми уцелевших Р-12 и Р-14 по целям в Штатах. И это будет всё. То есть теперь точно окончательно всё. Во всяком случае, для Кубы и остатков сорокапятитысячного советского контингента….

На авиабазе Сан-Антонио царил слегка упорядоченный хаос. Подсказчик выдал мне информацию о том, что на аэродроме находилось больше двух тысяч человек. В основном, кубинцев, занятых ремонтом техники и вооружения, тушением остаточных пожаров и починкой ВПП, которую при налёте довольно густо истыкали воронками. При этом число непогребённых покойников на базе и в её окрестностях, по данным того же Подсказчика, несколько превышало численность живых. Правда, ПВО базы ещё оставалась частично боеспособной – вокруг ещё уцелело больше полусотни зениток, калибром от 12,7 до 85мм. Сохранилось и пяток пусковых ЗРК С-75. Подсказчик также доложил, что из боеготовых самолётов на аэродроме сейчас находилось 4 Миг-19П , 9 Миг-17Ф и 23 Миг-15бис и Миг-15УТИ. Последние официально принадлежали кубинским ВВС. Кстати, здешний «вариант», Саши Юрьева, в тело которого меня и вышибло, в этот момент тоже находился на Кубе. Только оказался он уже не журналистом, а военным лётчиком, как раз переучивавшим «соколов команданте Фиделя» на, уже порядком устаревшие, «пятнашки». Только маловато было этих «соколов», даже трёх эскадрилий до начала войны подготовить не удалось. В этой реальности Юрьев (то есть я) был старшим лейтенантом, лётчиком-инструктором. Вполне готовым лететь на перехват американских агрессоров. Вот только взлетать пока можно было, видимо, лишь с уцелевших рулёжных дорожек. И неизвестно, успеют ли кубинцы до следующего удара американцев, который неизбежно воспоследует, полностью засыпать воронки на взлётной полосе.

На рассвете, когда пожары несколько поутихли, я наконец содрал с себя противогаз. И, наверное, зря. В маске у меня болела голова от вони потной резины, а на «свежем воздухе» вокруг стояла сплошная пелена дыма, копоти и сажи, сопровождаемая запахами, от которых выворачивало наизнанку. Пережаренный дрянной шашлык вперемешку с ароматами горелой нефти и резины. Сизая дымная пелена, похожая на туман, плотно висела над обгоревшей травой, кустами и аэродромным бетоном. А яркое солнце тропического рассвета с трудом пробивалось через затянувшие горизонт дымы. Подсказчик аккуратно информировал меня, что ветер со стороны Флоридского пролива, несёт на Кубу не только дым и копоть, но и изрядный радиоактивный фон, с кремированных Ки-Уэста и Майами. Радиация меня заботила мало. Было такое ощущение, что я здесь надолго не задержусь. А вот копоть….Ещё ночью она покрыла меня толстым слоем, намертво въевшись в гимнастерку и сапоги (перед началом американского налёта почти все русские переоделись из «гражданки» в свою полевую форму, традиция аж с времён героического самоутопления «Варяга» и «Корейца», знай наших, блин), а из носа полезли сопли, цветом и твёрдостью напоминающие каменный уголь. В общем, я напоминал сам себе помазок, или трубочиста. Ну, или помазок трубочиста. То есть, был я весь какой-то чёрно-серый, от подошв до подворотничка гимнастёрки. И в момент, когда я в очередной раз тщетно пытался высморкать на подкопчённую кубинскую землю уголь из своих ноздрей, меня деликатно тронули за плечо.

Подсказчик информировал меня, что это мой непосредственный начальник - командир 202-й учебной эскадрильи подполковник Пазаркевич. Сейчас подполковник, как и мы все, больше всего походил на оперного дьявола – чёрная от сажи физиономия, откровенно посеревшая форменная рубашка с прожжёнными дырами на рукавах и оторванным правым погоном. Военачальник….

Фуражки на его голове не было, а причёска, как и у всех нас, представляла собой нечто невообразимое.

- Юрьев!- гаркнул он,- Ты чем занят?

При этом, его красные глаза смотрели чуть ли не в разные стороны. Было такое впечатление, что подпола, помимо прочего, ещё и слегка контузило при налёте.

- До рассвета занимался пожаротушением, как и все остальные!- доложил я.- В данный момент тщетно пытаюсь прийти в себя, товарищ подполковник!

- Отставить разговорчики, старший лейтенант! У нас война на дворе!!

- Так точно, есть отставить разговорчики. А что такое?

- Вы что себе позволяете!?!

- Виноват, товарищ подполковник, я после налёта малость оглох и соображаю туго.

- Оно и видно. Эк удивил. Тут, по-моему, все напрочь контуженные, кто жив остался. В общем, так - для тебя есть боевое задание, по твоей основной специальности.

- Есть боевое задание, товарищ подполковник! А конкретнее?

- С рулёжки взлететь сумеешь?

- Ну, это, смотря на чём….

- На Миг-15бис, естественно.

- Постараюсь, товарищ подполковник.

- Постарайся, старший лейтенант, - сказал Пазаркевич и добавил: - Пойдём, я тебя проинструктирую.

Куда пойдём, и о каком инструктаже может быть речь, я не очень понял, поскольку большинство строений на этой авиабазе после налёта полностью сгорело. Особенно досталось ангарам и складам. Венчала композицию выгоревшая вышка управления полётами. Наверное, это он мне предлагал чисто по инерции. Динамические стереотипы советской армии…. Проходя мимо остовов двух полностью сгоревших Ил-14, я отметил для себя, что в кабинах четырех стоящих в обваловках Миг-19П в «готовности №1» парятся пилоты. Значит, всё-таки с нетерпением ожидаем налёта? Ладно. Взлететь-то они с рулёжек взлетят, а вот как сядут? Уж больно коротки рулёжки и велика посадочная скорость у «девятнадцатого». Хотя, вряд ли им вообще будет суждено после этого куда-то сесть. Мы не все вернёмся из полёта, как пелось в одной старой песне. Особенно из такого. Миновав обломки сбитого накануне «Скайхока», от которого остался, фактически только вбитый в землю обгорелый двигатель, мы вышли к стоянке Миг-15. Возле некоторых из них шла суета, истребители заправляли топливом из чудом уцелевшего заправщика и заряжали пушки, опустив на бетонку лафеты пушечных установок. Взмыленый, почерневший от копоти и клинического ужаса безнадёжной ситуации, советский техсостав метался между самолётами, помогая себе в работе упоминанием какой-то матери и прочих исконно русских персонажей. Немногочисленные кубинские технари поминали свою, национальную «карамбу», вперемешку с разными «ихо де путами». Эти выражения были тем более уместны, что исправных автомашин и прочей техники на авиабазе почти не осталось.

Инструктаж кратко свёлся к следующему. Связи не было совершенно никакой. И давно. О том, что делается в остальном мире, никто на Острове Свободы не представлял. При этом, уцелевшие радары островной ПВО видели воздушную обстановку километров на 200 с небольшим, то есть не дальше побережья Флориды. А командованию советского контингента хотелось видеть хоть немного дальше. И они не придумали ничего лучшего, как периодически посылать самолёты на разведку, в сторону американского побережья и Багамских островов. Ничего лучшего для этой цели, кроме Миг-17Ф и Миг-15бис под рукой у советских генералов не было. Этих старых истребителей завезли на Кубу довольно много, и после первого налёта американцев их уцелело несколько десятков, если считать «спарки» Миг-15УТИ. Понятно, что никакого специального разведывательного оборудования на них не было в принципе, но выбора всё равно не было. А никаких специальных самолётов-разведчиков, вроде Як-27Р или Ил-28Р на Кубу перебросить не догадались (видимо, в Генштабе думали о возможных вариантах развития данного конфликта, как обычно, пятой точкой, а не головой) поэтому выбирать теперь не приходилось. Фактически, это напоминало откровенный жест отчаяния – оснащённые подвесными баками Миг-15бис высылались для чисто визуальной разведки воздушной обстановки в глубину американской территории. Как я понял, всё что требовалось в данном случае от пилотов – доложить по радио (открытым текстом) в случае обнаружения большой группы воздушных целей. То есть речь, по сути, шла о архипримитивном, раннем предупреждении о воздушном нападении. При этом, из-за помех, вызванных радиацией эта самая радиосвязь была весьма неустойчивой. Теоретически, особо везучий и глазастый пилот «пятнашки» мог засечь приближение бомбардировщиков ВВС США где-то на широте Сарасоты, или Сент-Питерсберга с Тампой, и даже попробовать после этого вернуться – дальность такое позволяла. Вопрос только – куда в этом случае возвращаться, и зачем всё это вообще было нужно? В ПВО острова после первого налёта зияли бреши и дыры, и шансов, что второй налёт будет отбит, не было совершенно никаких. Даже при условии, что доклад от пилота-разведчика будет своевременно услышан. В общем, в данном случае, похоже, жертвовали теми, кого не жалко.

И теперь Пазаркевич предложил мне поиграть в подобного героя-одиночку, типа Николая Гастелло. А именно - взлететь и, максимально углубившись в воздушное пространство США над Флоридой болтаться там, насколько хватит керосина. При этом, докладывать о любых замеченных воздушных целях, уклоняться от огня ПВО (интересно знать, как можно реально увернуться на Миг-15 от ракеты, скажем ЗРК «Найк», или «Хок»? это же просто смешно!) и, по возможности, не ввязываться в воздушные бои. Это, понятное дело, был приказ вышестоящего командования, который категорически не полагалось обсуждать. Выглядело всё это чистым самоубийством.. В плане того, что я с этого задания обратно по-любому не прилечу. Ну и ладно. Не очень-то и хотелось здешнюю копоть нюхать. Для порядка я спросил подполковника о том, летал ли кто на подобные задании до меня. Он ответил, что с рассвета на аналогичную визуальную разведку, в разных направлениях и с разных авиабаз острова, уже вылетали 12 Миг-15бис, пилотируемых, в основном, кубинцами. При этом две машины с задания не вернулись. То есть я был тринадцатым в списке. В общем, Пазаркевич меня страшно обрадовал и обнадёжил….

Слушая его, я смотрел на чумазых кубинцев, лихорадочно заравнивающих воронки на полосе – вручную и с помощью единственного сохранившегося бульдозера. Мартышкин труд…. Чуть дальше, среди чёрно-серых, копчёных, пальм валялся труп американского пилота, так и не успевшего отстегнуться от своего цветного парашюта. То ли катапультировался неудачно, то ли его в воздухе, при спуске, застрелили. Меня в случае парашютного прыжка над Флоридой ждало примерно то же самое. Чертовски радостная перспектива.

Для вылета мне выделили Миг-15бис, с синим бортовым номером «33». На руле поворота – кубинский флажок, на фюзеляже и крыльях - белые пятиконечные звёздочки в красном треугольнике, вписанные в синий круг. Под крыльями – 400 литровые ПТБ. Прежде этот «пятнадцатый» отсвечивал на солнце ослепительным серебром неокрашенного дюраля, но, сейчас машина изрядно закоптилась и чернота въелась во все щели и заклёпочные швы «мигаря». Оно и к лучшему – заметность уменьшилась. Вообще, у меня с «пятнашкой» связаны исключительно приятные воспоминания. Были в моей карьере агента КТБ пара войн, где прочность конструкции и мощь вооружения Миг-15 спасали мне и другим людям жизнь. В одном случае мою спину прикрывал канадский ас Берлинг, за деньги записавшийся на службу в ВВС Египта. Было это над Синаем, в 1954-м, во время второй и последней арабо-израильской войны. Последней в том смысле, что после этого Израиль кончился. В том варианте реальности, естественно. Но про это я лучше, как-нибудь в другой раз расскажу….

Комбеза мне, понятное дело не нашли. Единственное, на что расщедрились – притащили ведро воняющей керосином воды. Я кое-как умыл рожу, шею и руки, после чего влез в подвесную систему парашюта и, по стремянке, взобрался в кабину. Слава богу, хоть плекс фонаря отмыли от копоти перед вылетом. Нацепил кожаный шлемофон, кислородную маску, глянул на приборы. Ну что же, повоюем, трогай, милый! Пора взлетать, но жить, наверное, поздно…. Техник задвинул крышку фонаря в закрытое положение и убрал стремянку. Засвистел, набирая обороты ВК-1. Я махнул рукой товарищу подполковнику и порулил к точке старта, которую обозначал кубинский солдат с красным флажком в руках. Подрулил к нему. Прибавил оборотов – и земля за стеклом кабины быстро понеслась назад. Рулёжки едва хватило, но всё-таки я успешно взлетел. Убрал шасси и, набирая высоту, сразу же увидел внизу множество непотушенных пожаров и дымов. Сильнее всего горела, по-моему, революционная столица, красавица Гавана. Да и другие населённые пункты острова тоже стремительно вылетали в трубу с дымом пожарищ. Я прибавил обороты и, с набором высоты рванул в сторону побережья, как мне посоветовали перед вылетом. А то ещё живые расчёты натыканных по всему острову одноствольных и счетверённых ДШК и прочих ЗПУ могли запросто свалить и своего. Местные малограмотные милисианос увлечённо палили без разбора по всему что способно летать. И точно, уже над побережьем меня обстреляли. Только упреждение взяли неверно и трассы прошли далеко позади. Через пару секунд темный пальмовый лес побережья остался позади. Под крыльями «мигаря» замелькали песчаные плёсы и морские волны. Подсказчик аккуратно доложил, что ничьих самолётов он в воздухе пока не видит, зато радиационный фон усиливался с каждой минутой, по мере приближения к американскому побережью. Ки-Уэст на островах Флорида-Кис горел знатно, но я прошёл правее него. Было не до любования дорогими пиротехническими эффектами. Примерно на двадцатой минуте полёта впереди замелькало американское побережье и справа открылось гигантское пожарище, заслонявшее горизонт. Это догорал Майами, успешно подпалённый вчера. Флорида это, как известно, в основном, леса и болота. Рваните в относительно сухом осеннем тропическом лесу мегатонный ядерный заряд, и увидите что получиться. Именно это я сейчас и наблюдал. Похоже, пожары здесь было уже некому тушить, да и фонило вокруг просто чудовищно. Я слегка набрал высоту и снизил скорость, переходя в «патрульно-разведывательный» режим. Обратил внимание, что, по мере удаления от Майами вглубь Флориды, радиационный фон не снижается, а количество пожаров внизу тоже меньше не становиться. Конечно, горело, в основном, не так ярко, как в Майами и вокруг него, но всё равно земля внизу была затянута плотным сизым дымом. Леса, дороги, дома, всё сливалось в сплошной серый фон апокалипсиса. Хотя, настоящий апокалипсис тут явно был накануне, когда ядерные «подарки Хрущёва» только взрывались. И, надо признать, что пресловутая «кузькина мать» сработала здесь если не на пятёрку, то уж точно на твёрдую четвёрку.

- «Две тройки», как слышно, приём! – проскрипел глухой, искажённый помехами голос у меня в наушниках.

- Я «две тройки», - доложил я.- Прошёл Майами. Никаких воздушных целей не наблюдаю. Как слышно, приём!

- Понял тебя, «две тройки». Слышу тебя нормально. Продолжай выполнение основной задачи!

- Выполняю,- доложил я и заложил левый вираж. Я направлялся в сторону Сент-Питерсберга. Там вроде бы наблюдалось меньше дыма на горизонте. Хотя, дело тут не в количестве. Похоже тем, кто ещё жив внизу, сейчас фатально хреново. Но, с другой стороны, как ни крути, первый удар нанесли всё-таки они. А значит ответ, в духе того, что я сейчас наблюдаю, был закономерен, адекватен и неотвратим. В конце концов, в СССР сейчас дела нисколько не лучше. «Титаны», прочие МБР и стратегическая авиация США явно накрыли большинство намеченных для ударов целей, а значит и у нас пейзажи сейчас расцвечены подобными же «весёленькими» пожарищами.

Между тем, минут через десять, Подсказчик в моей голове начал нервничать и выдавать первые тревожные предупреждения. Сначала он засёк пару работающих радаров, прямо и справа у меня по курсу. Причём один из них однозначно был РЛС наведения ЗРК «Хок». Начинается….

Хотя, до этих РЛС было с полсотни километров. Слишком далеко для результативного пуска по мне зенитной ракеты. Я заложил крутой вираж, стремясь не приближаться к ним на расстояние пуска, но, всего пару минут спустя, Подсказчик доложил о том, что наблюдает подход со стороны американского континента большого количества воздушных целей. Он насчитал более восьмидесяти. На высоте около 20 тысяч метров шло 8 В-52, ниже эшелонировались ударные машины классом по скромнее. И все курсом на Кубу. Похоже, наступал тот самый «последний парад».

- Я «две тройки»! – сказал я в эфир.- Как меня слышите, приём!

- «Две тройки»,- отозвался далёкий голос «острова Свободы»:- Слышу вас нормально, приём!

- Наблюдаю более 80 воздушных целей с направления Тампа-Орландо, курсом на Кубу. На предельном потолке до 10 В-52, ниже истребители-бомбардировщики, - доложил я.- Как поняли? Готовьтесь встречать гостей!

- Поняли тебя, «две тройки». Спасибо. Удачи тебе!

- И вам аналогично. Прощайте, мужики!

Рация что-то неразборчиво заперхала в ответ. Но, никакого смысла в разговорах для меня более не было. Мне, похоже, предстояло, пасть смертью храбрых в этом бою. И ведь я был один в небе Флориды. Совсем один. Советский лётчик, в кабине «мига» с кубинскими опознавательными знаками. То есть, я здесь, по сути, представлял в одном лице всех коммунистов мира – и СССР и Варшавский договор и Кубу. Сам себе и Политбюро, и Совмин и Хрущёв, и главком Вершинин, и ещё бог знает кто. Но не скажу, что осознание этого факта придавало особую важность моей миссии. Скорее наоборот. В общем, я - передовой рубеж обороны социалистического содружества. Правда, надо признать, довольно слабый рубеж. И недолговечный.

И, тем не менее, раз ничего другого не остаётся, попробуем повоевать. Полагаясь на указания Подсказчика, который лучше любого радара дальнего обнаружения. Я довернул свой аппарат в сторону подлетающей армады «проклятых империалистических агрессоров» и увеличил скорость. Навоюю я, конечно, при любом раскладе, не сильно много. У меня всего три пушки - 37-мм Н-37 с боекомплектом в 40 снарядов и две 23-мм НР-23 со 160 снарядами. Плюс к этому довольно примитивный прицел АСП-3Н, относящийся к временам Корейской войны, закончившейся почти десять лет назад. Не густо….

Визуально я воздушных целей пока не видел, хотя и шёл на сближение с ними на скорости почти 1000 км/час. Но, Подсказчик уже начал выдавать мне первые целеуказания. Ниже! Правее! Так держать! А, спустя пару секунд – «огонь!». Причём с уточнением, что именно применять. В перекрестии прицела я еще толком ничего не видел, но послушно нажал гашетку 37-мм пушки, и десять светлых снарядных пунктиров дружно усвистали вперёд, по моему курсу. И, судя по вспышке, через пару секунд вспухшей в небе впереди меня, нашли-таки цель! Повинуясь командам Подсказчика, я начал набирать высоту, и, спустя какие-то секунды, ниже меня проскочило нечто горящее, похожее на неряшливую комету, от которой отваливались какие-то куски. Парашютов я не заметил. Подсказчик идентифицировал полыхающее нечто как бомбардировщик В-57. Далее он порекомендовал левый вираж со снижением, что я и выполнил. В ходе выполнения этого манёвра до меня дошло, что я влетел-таки в самую гущу американской ударной группы. Кругом вокруг меня, куда ни кинь взгляд, замаячили в дымном небе белые следы инверсии. То есть, целей вокруг меня было хоть отбавляй. Можно бить и на выбор, и без разбора. Вопрос, долго ли я прокувыркаюсь тут, один против всех. Храбрый портняжка, блин… Понятно, что, к примеру, до ползущих на головокружительной высоте В-52 (их инверсионные следы были мне еле-еле видны) на моём «старичке» я нипочём не дотянусь. До них и новые Миг-19 не очень-то достают. А значит надо бить то, что ближе. Пока мне самому фатально не дали сдачи. Между тем, Подсказчик наводил меня на ближнюю группу из девяти истребителей-бомбардировщиков, которые он обозначил как FJ-4B. Что ещё за FJ-4B? А, вспомнил! Это же «Фьюри» морской, палубный вариант знаменитого «Сейбра» F-86. Машина не столь известная, как её сухопутный прототип, поскольку её активная служба началась после Кореи, а закончилась раньше, чем в небе Вьетнама начали воевать всерьёз. Они только во время «Карибского кризиса» и отметились. Ладно, «Фьюри», так «Фьюри». Мы не привередливые.

Свалился я на эту, идущую на крейсерской скорости, девятку, похоже, совершенно неожиданно для её пилотов. Выскочил я так близко от них, что ясно рассмотрел характерные тупоносые силуэты с длинным, загнутым назад килём и широкими стреловидными крыльями, под которыми торчали гроздья бомб и зажигательных баков с напалмом. Отметил для себя, что самолёты были из Корпуса Морской пехоты США. На их светло-серых фюзеляжах, помимо белых звёзд на синем фоне, выделялись черные надписи «MARINES» и эскадрильные эмблемы, в виде красной молнии на белом фоне. Подсказчик чётко определил ведущего группы - «Фьюри» с чёрными цифрами «16» на фюзеляже и верхушке киля. Ну, а, зная с кого начинать, можно было приступать. Я сбросил ПТБ, начисто отсекая себе последнюю возможность к возвращению, и «миг», словно почувствовав облегчение резко (как мне показалось) прибавил скорость. А через секунду я начал стрелять.

Похоже, эти морпеховские летуны поняли, что их атакуют только когда разорвались первые мои снаряды. В реактивную эру воздушные бои вообще скоротечны, и всё заняло считанные секунды. Я, стреляя из всех трёх стволов, всадил в них десятка три 37-мм и полсотни 23-мм снарядов. В основном досталось машине ведущего вражеской девятки. Его «Фьюри», схлопотав десяток попаданий, клюнул носом и красиво взорвался в воздухе. Из огненной вспышки всё-таки вылетело кресло с человеческой фигуркой, над которой чуть позже раскрылся бело-оранжевый парашют. Счастья тебе, мужик, и долгих лет, в том дымном радиоактивном аду, который тянется у нас под крыльями! Ещё один, получивший пару попаданий, ведомый «Фьюри» начал падать вертикально, показав длинный язык пламени из сопла двигателя, и я быстро потерял его из виду. За третьей машиной, которую, видимо, зацепило лишь слегка (не исключено, что обломками самолёта ведущего) потянулся белесый шлейф вытекающего керосина. Значит, этот тоже, в принципе, уже «не жилец». Оставшаяся шестёрка мгновенно освободилась от бомбовых подвесок (далеко внизу, на земле заплясали вспышки разрывов, добавили сами себе хаоса, придурки…) и, резко увеличивая скорость, разошлась в стороны. Я, выйдя из атаки, перевернул машину вверх брюхом и начал резко снижаться, понимая, что они очень быстро сориентируются, поймут, что я здесь всего один, и наваляться на меня вшестером. Я здраво оценивал свои дальнейшие шансы весьма невысоко. Но, реально, всё случилось ещё быстрее. Едва я выровнял «пятнашку», перейдя в горизонтальный полёт над дымной зеленью земной поверхности, как Подсказчик вежливо информировал меня о том, что меня атакуют со стороны задней полусферы, и мои шансы пережить эту атаку равны 0,5 %.... Поскольку атаковали аж четыре F-100 и два F-104, несущих ракеты «воздух-воздух». Но даже в этой, безнадёжной ситуации, когда «наши не пляшут» я сумел напоследок подгадить америкосам. Почему-то первый из атаковавших меня «Супер Сейбров» не стал сразу выпускать ракеты, а открыл огонь из четырёх своих 30-милиметровок. Наверное, решил маленько сэкономить. От его пушечных трасс я кое-как увернулся и, более того, пользуясь своими, нечеловеческими, возможностями, сумел довернуть тупой нос Миг-15 в хвост выходящего из атаки F-100, на доли секунды поймав «Супер Сейбра» в прицел. Почти все оставшиеся у меня в запасе снаряды попали в массивный серебристый силуэт с длинными стреловидными крыльями. Последовала яркая керосиновая вспышка и падение на флоридскую землю ещё одной рукотворной «кометы». А дальше случилось полное и окончательное «алаверды» со стороны ВВС США. Конечно, первые «Сайдуиндеры» были ещё довольно примитивны в плане наведения на цель и точности попадания. Но, попробуйте увернуться от десяти ракет сразу, да ещё на Миг-15бис! Как минимум три ракеты попали точно в цель. Одна влетела точно в сопло двигателя, а ещё две, или три добавили зрелищности в этот фейерверк, нашинковав зловредный «пятнадцатый» в мелкие брызги металлического лома. Я почувствовал только сильный удар сзади, и больше ничего. И никаких особо неприятных ощущений, вроде распада на атомы…. Наверное, потому что на этом жизнь индуктора, старшего лейтенанта Сани Юрьева на этом временном отрезке закончилась. Собственно, в нашей основной реальности существовал и третий Александр Юрьев, тоже, кстати, военный летчик. В нашем времени он также поучаствовал в событиях вокруг Кубы. Но без особенных последствий. Сначала, переодевшись в пресловутую «клетчатую рубашку», обучал пилотяг местных Революционных ВВС. Потом, во время того самого ракетного кризиса, как и все сидел в полной боевой готовности, писая кипятком. Ну, а через год, честно выполнив свой «интернациональный долг» вернулся в СССР. Правда, не скажу, что его жизнь сложилась особо удачно и счастливо, и была сильно долгой. Поскольку капитан советских ВВС Александр Юрьев позже погиб в Египте. Его Миг-21МФ был сбит за Суэцким каналом израильским «Фантомами» 30 июля 1970года. В ходе попадания в устроенную с чисто еврейским коварством «воздушную засаду». Кроме него в тот день в этом бою погибли ещё три советских летчика.

Ваша оценка: None Средний балл: 9 / голосов: 10
Комментарии

Понравилось.Красочно,ярко..

"..я всё-таки не исключаю, что этот сюжет ещё войдёт в какую-нибудь из следующих моих книг.."

Было бы отлично.Полноценных книг на тему "Карибского кризиса" пока что не встречалось, интересно было бы почитать о дальнейшем развитии событий начавшейся Третьей мировой.

Действительно хорошо написано. А где можно прочитать "Бронемашину..." и " Принуждение..."?

"Бронемашина" в онлайн-библиотеках (в которых так же можно и скачать) лежит уже давно http://lib.rus.ec/b/293822/read

Всем спасибо. "Бронемашина времени" в электронном варианте есть много где, достаточно вбить в любой поисковик название и имя-фамилию автора. В бумажном виде она сейчас есть, в частности, на OZONе. А "Принуждение к войне" стоит в планах "Яуза-Эксмо"на ноябрь 2012г. Следите за рекламой. Что же касается отдельной книги про ядерную войну образца 1962года - можно подумать. Только вопрос, будут ли это печатать - маркетинговая политика издательства, это не шутки. А чего приходит в голову редакторам в этой связи, зачастую никто не способен предугадать. Кстати, есть у меня ещё ряд наработок по темам "Третья мировая" и " Завоевание России НАТО" - то что планировалось, но, опять-таки "не вошло". Если кому-то интересно - могу постепенно выложить.

"..Только вопрос, будут ли это печатать - маркетинговая политика издательства, это не шутки.."

Странно...Сколько книг по теме "Сталин и попаданцы" наклепали(в том числе и однообразно похожих друг на друга) а другие темы не востребованы что ли? Если так -то очень жаль..

"..есть у меня ещё ряд наработок по темам "Третья мировая" и " Завоевание России НАТО" - то что планировалось, но, опять-таки "не вошло". Если кому-то интересно - могу постепенно выложить..."

Ждём.

РС Жаль что не наоборот -"Завоевание НАТО Россией" -не нынешней конечно же,а другой,альтернативной и очень-очень злой(ну,как нас в западных фильмах рисуют - жуткие"фошисты" только и мечтающие передавить танками все европейские демократии).Было бы интересно почитать..

Вопрос конечно интересный. Со Сталиным и попаданцами вариантов действительно уже как палок в заборе. Или, почему например фэнтэзи клепают в немеряном количестве, хотя там по идее всё одно и то же, а все отличия в мелких деталях? Мне вон, к примеру, предлагали написать что-то мистическое из жизни тинейджеров и на тинейджеров же и рассчитанное. Я вопрос изучил и затруднился. Оказалось, что неизбитых тем по данной проблематике, похоже, практически нет, да и тинейджеры, как оказалось, читают, мягко говоря, очень мало. В общем, подумать надо на эти темы. Чтобы и неглупо было и хорошо продавалось. А по поводу "злого СССР, который всех победил" - у меня в "Принуждении к войне" про это есть. Там главный герой как раз и устранил угрозу возврата в будущем нацистов с помощью Сталина, ну и, в итоге, получилась альтернативная реальность, где мир был завоёван СССР. Почитайте, как выйдет. А идеи на сей счёт принимаются, оно даже интересно. Вот только сочинять нечто в духе "Красного рассвета наоборот"по-моему не стоит, уж больно тема избитая. А что-нибудь ещё из "не вошедшего"на неделе обязательно выложу, раз есть интерес.

"..Мне вон, к примеру, предлагали написать что-то мистическое из жизни тинейджеров и на тинейджеров же и рассчитанное. Я вопрос изучил и затруднился. Оказалось, что неизбитых тем по данной проблематике, похоже, практически нет, да и тинейджеры, как оказалось, читают, мягко говоря, очень мало.."

Мистическое? ...Хмм..Про подростков и вампиров, а так же попаданцев в фентезийные миры к эльфам книги, наверное, есть.И немало.

Интересно,есть ли уже написанные произведения,в которых

в иные миры попадают благодаря воле (точнее своеобразному подарку) демонических созданий,причём попаданец тоже очень не типичный -этакий достаточно злобный юноша лет 16 с нацистскими взглядами и нехилым зарядом злобы в душе.Естественно,на светлой стороне такой тип сражатся не будет,скорее наоборот...Правда уровень жестокости и чернушных приколов едва ли позволит отнести подобное произведение к "тинейджерской литературе".

Впрочем,если подходить к этому потихоньку...сперва показать реалии его изначального мира( естественно,весьма скверные на вроде все той же оккупации),затем случайная встреча с этими самыми демоническими созданиями(допустим,парень полез в заброшенную линию метрополитена за медным кабелем,зная что в этом опастном месте есть риск нарватся на каких ни будь гадов типа сатанистов),Ну и дальше происходит некая встреча,может быть он случайно кому ни будь поможет. И позже выяснится что это был не человек а нечто совсем иное,случайно в этот мир забредшее из любопытства.Может они даже подружатся - есть же куча книг в которых дружат (или любят) с вампирами,так почему бы где то кому то не завести дружбу с каким ни будь инферальным существом(например в обличье странно одетой 12 летней девочки с черными глазами?) - которое в дальнейшем откроет для него дверь в иную реальность?

В общем, придумать можно не мало интересного...

РС "..Вот только сочинять нечто в духе "Красного рассвета наоборот"по-моему не стоит, уж больно тема избитая.."

Есть подобные книги отечественного происхождения?

Просто на Западе то понятно - "Красный шторм" и прочие литературные клоны. А у нас я как то до сих пор не особо встречал...

Ну, на счёт вампиров, демонов и т.д заранее есть уверенность, что такое не напечатают - у нас сейчас активно давят на политкорректность. Была, кстати, занятная книга Кирилла Кудряшова "Чёрное Безмолвие" (выходила по-моему, только один раз, в 2006г. в изд-ве "Корпорация Сомбра") - так там такого антуража сверх меры. Мало того, что всё происходит во время ядерной зимы, в условиях непрекращающейся войны со Штатами (отдельные ракеты продолжают падать), так ещё и положительные персонажи - людоеды. И Люцифер присутствует, причём напрямую общается с главной героиней. Да и написано неплохо. А наш вариант "Красного Рассвета" - это мысля, вот только мне почему-то кажется, что приди НАТО - не пойдёт народ партизанить. Да и были какие-то подобные сюжеты, например про городских партизан в руинах Москвы. Хотя, подумать про это, наверное стоит.

"..Ну, на счёт вампиров, демонов и т.д заранее есть уверенность, что такое не напечатают - у нас сейчас активно давят на политкорректность.."

Ну,можно придумать что то иное - и слова "вампир", "демон" не произносить.Так,просто включить в произведение размышления главного персонажа - с кем он может иметь дело.А на деле-это будет нечто совсем иное.

Тут ведь как дело обстоит - верующий человек действительно может принять пришельца из иной реальности за демона.А человек иного склада ума,увлекающийся фантастикой - может посчитать демона - за пришельца.

"А наш вариант "Красного Рассвета" - это мысля, вот только мне почему-то кажется, что приди НАТО - не пойдёт народ партизанить.."

Ну,отдельные граждане-патриоты наверное будут .Впрочем и на Западе едва ли всё отличается.И если вдруг так сложится что уже наша армия высадит десант в Европе,Англии или США -тоже есть большие сомнения что местные в массовом порядке тут же начнут геройствовать против нас.

"...Да и были какие-то подобные сюжеты, например про городских партизан в руинах Москвы.."

Подобное встречалось в первой книге дилогии Олега Кулагина "Московский лабиринт".Но и по мимо этого там много чего было...в том числе и зомби.

РС А насчёт положительных персонажей которые людоеды...подобное было в пост.ядерном цикле "Еда и патроны".Там,один из главных персонажей был не брезглив и при нужде мог себе позволить подобным образом решить острую продовольственную проблему.

прикольно... пиши ысчо

Мне понравилось.Жаль что не войдет в книгу.10 баллов.

Всем спасибо. Если будут ещё идеи - высказывайтесь. А что-нибудь ещё из подобных рассказов на днях обязательно выложу. Поскольку задел есть.

Очень захватывающе. Но все таки в "альтернативной истории" всегда интересно узнать, что "там за горизонтом". Здесь же концовка с обилием военно-технической информации напрочь сводит на нет всю изначальную интригу сюжета. Все таки гуманитариям-историкам не зачем увлекаться техническими подробностями.

_______________________________________________________________________

"... Все говорят, что "МЫ ВМЕСТЕ", все говорят, но не многие знают в каком..."

В том-то и дело, что не было "за горизонтом" ничего. Там с момента гибели тела, в котором находился главный герой всё закончилось, поскольку он оттуда выскочил. Я тут дал текст в том виде, в каком он планировался к вкючению в книгу (что не получилось). А вообще, конечно, мысль сделать отдельную книгу о ядерной войне обр. 1962г. Собственно, есть ещё варианты - ядерная война обр1951-53гг (перерастание Корейской войны в мировую), ядерная война обр.1956г (перерастание венгерского восстания в большую европейскую войну), ядерная война обр.1961г ( Берлинский кризис, об аналогичных событиях, но произошедших в 1986-м есть очень приличный американский фильм "На следующий день"), ядерная война обр.1968г (операция "Дунай", ввод войск ОВД в Чехословакию). Вот только ни один из них мне достаточно убедительным не кажется.

"..Собственно, есть ещё варианты - ядерная война обр1951-53гг (перерастание Корейской войны в мировую).."

А вот это вполне правдоподобный сценарий.Обстановка была весьма напряженной:

"....В ходе Корейской войны советские корабли не приближались к району боевых действий. Зато при подлете американских самолетов к Владивостоку неоднократно происходили воздушные бои между нарушителями и советскими Миг-15.

26 декабря 1950 г. на Дальнем Востоке над районом устья реки Тюмень-Ула была обнаружена летающая крепость В-29. На перехват вылетели два МиГ-15 из 523-го истребительного авиаполка. Истребители хотели принудить В-29 сесть, но в ответ получили очередь из 12,7-мм пулеметов. Ответным огнем «летающая крепость» была сбита.

9 октября 1951 г. четырехмоторный реактивный разведчик RB-45C стартовал с аэродрома в Йокоте в 10 ч. 30 мин. утра по местному времени и взял курс на южную оконечность острова Сахалин. Полет происходил на высоте 5500 м, камеры и радары фиксировали все заданные объекты. Советских самолетов замечено не было, и без всяких происшествий RB-45C вернулся на базу в Йокоте. Полет продолжался 4 ч. 10 мин.

Весной 1952 г. начались регулярные облеты северо-восточного побережья СССР самолетами ВМФ P-2V «Нептун», оснащенными PЛC и аппаратурой радиоперехвата, и самолетами-фоторазведчиками ВВС RB-50. «Нептун» следил за местностью, определял на ней объекты, перехватывал сигналы в широком диапазоне частот. Как только удавалось определить местонахождение важного объекта, RB-50 его фотографировал.

Первый такой совместный полет состоялся 2 апреля 1952 г. Оба самолета соблюдали полное молчание в эфире, даже в моменты взлета и посадки. «Нептун» вылетел с базы Кодьяк на Алеутских островах. Полет проходил днем, на высоте 4500 м. RB-50летел позади и выше «Нептуна». Маршрут проходил над территорией СССР в 20–30 км от побережья. Эти полеты продолжались до конца весны 1952 г., при этом «Нептун» дважды встречался с советскими МиГ-15. Первый раз над Беринговым проливом недалеко от острова Святого Лаврентия, а второй — в небе над территорией СССР. МиГ-15 взлетел и пристроился рядом с тихоходным «Нептуном». Оба раза никаких активных действий советский самолет не предпринимал.

Последний совместный полет состоялся 16 июня 1952 г. Всего было произведено девять полетов. Разведчики облетели обширные районы над Камчаткой, Беринговым проливом, островом Врангеля и северным побережьем Сибири.

15 октября 1952 г. первый полет над СССР совершили два новых разведчика В-47В, созданных на базе шестимоторного бомбардировщика В-47. Самолеты, стартовали с авиабазы Йельсон на Аляске. Над морем они заправились от двух авиатанкеров КС-97, а затем пролетели над островом Врангеля, сфотографировав его. Далее самолеты направились на юг и несколько часов летали над Восточной Сибирью. Звено «мигов» пыталось перехватить их, но неудачно. Полет продолжался 7 часов 45 минут, за это время разведчики прошли расстояние в 5500 км, причем около 1300 км — над территорией СССР.

18 ноября 1952 г. в нейтральных водах произошел бой между четверкой МиГ-15 781-го истребительного авиаполка Тихоокеанского флота и четверкой палубных истребителей F9F ВМС США. В результате на свой аэродром вернулся лишь один советский самолет. Летчик другой машины был смертельно ранен, но смог дотянуть до берега и совершить посадку у самой воды, а два других советских летчика по сей день считаются пропавшими без вести. Американцы, по их данным, потерь не имели.

Из док.книги "Атомный таран" А.Б Широкорада http://lib.rus.ec/b/216417/read

Ещё,В одной из книг Ф.Березина (Пепел) так же был яркий момент на эту тему:

"..«… Их было восемь человек и они управляли чудищем. Не все из них были на первых ролях, но все они ощущали себя сплоченной командой. И волновались они по-разному: в основном это определялось непосредственной занятостью в текущей работе. Например, у стрелка, сидящего в задней части гиганта и соединенного со всеми остальными только телефонным шнуром, была работа — осматривать небо. Сей труд невозможно не сочетать с отвлеченными мыслями, чем стрелок и занимался, покуда никто не мешал. Ему было так же скучно, как какому-нибудь часовому, выставленному на пост вблизи запечатанного склада войскового имущества, даже несмотря на постоянно сменяющийся облачный ландшафт и периодически мелькающие в зоне видимости самолеты прикрытия — красавчики „Суперсейбры“. Иногда они выныривали из облаков снизу, порой валились откуда-то с немыслимой высоты: их реактивный движок давал тягу более шести тысяч килограммов, потому их скорость более чем в полтора раза превосходила крейсерский ход охраняемого объекта. Они шли за ними давно, иногда они менялись, поскольку у очередной группы приканчивался ресурс топлива. Зато их гигант двигался без отдыха. Шесть громадных толкающих винтов мерно ревели у задней кромки большущих крыльев. Слабый в маневре, он тем не менее превосходил в одном из боевых параметров любые самолеты своего времени, а поскольку его массовое применение в реальном деле влекло за собой прекращение истории, то, следуя логике, он должен был остаться непревзойденным шедевром атомной истерии. Назывался он „Конвоир“ и главными его достоинствами считались дальность полета в сочетании с гигантской грузоподъемностью. Сейчас он тащил в своих внутренностях то, ради чего создался, — Мод-17, всего одну штуку, но больше не поднял бы никто: ее вес превосходил двадцать тонн, но был мизерным в сравнении с мощью, спрятанной в ее нутре. Весь экипаж был уверен, хотя знания его базировались на ограниченной информированности, что Мод-17 является самой могучей штуковиной из способных встряхнуть мир. Если бы обычная химическая взрывчатка попыталась сравняться с Мод-17, ее устали бы возить — потребовалось бы четыреста тысяч больших железнодорожных вагонов, а может быть, и больше. Вот какую „колотушку“ тащили они с собой, и сегодня кто-то должен был испытать ее силу на себе. Самыми прелестными целями для таких утрамбованных вагонов тротила являлись города — только их раскинутые вширь постройки и близкие пригороды давали самый большой коэффициент полезного действия для этой вместительной авиабомбы, только здесь ее силища не тратилась впустую на удивление мертвой, несознательной материи. Вот к такому большому городу они и должны были вскоре подлететь.

Но враг не дремал, и вскоре вокруг «Конвоира» завязались воздушные дуэли. Местность предварительно хорошо подчистила тактическая авиация: она сумела почти задавить зенитные батареи, способные забросить снаряд на полтора десятка километров. Неплохо поработали и истребители: у города осталось мало летающих защитников, а один аэродром пришел в полную негодность, дым и копоть с его складов горючего застилали нижние ярусы неба.

«Суперсейбры» умчались вперед, не подпуская юркие перехватчики русского производства — и возможно, с русскими же пилотами-добровольцами внутри на опасную дистанцию. Теперь пулеметчикам «Конвоира» стало не до грез о будущих медалях и девушках: они пялились в прицелы и последний раз подглядывали в вызубренную баллистическую таблицу, однако пока целей на дистанциях их орудий не было — Ф-100 прекрасно справлялись с порученной работой.

Все в бомбардировщике стали заняты по уши. Пилоты выжимали из пропеллеров максимум возможного, штурманы наводили последние штрихи на карту, оружейники проверяли свою драгоценную ношу, а еще штурманы считали сбитые самолеты: это происходило так далеко, что трудно было не ошибиться, определяя государственную принадлежность, но при любом допущении там должны были попадаться и свои. Это пугало, сейчас не время было думать об обратном путешествии, но все-таки без сопровождения оно становилось очень проблематичным. Была надежда на Мод-17; кто знает, что последует за ее взрывом, вполне допустимо, что после вознесения пыли на восемьдесят километров всем станет не до их медлительного бомбовоза.

Миг-19 вывалился сверху, он, видимо, прошел над зоной контролируемой «Сейбрами», имея большую высоту подъема. На «Конвоире» никто не дремал, и в его сторону сразу потянулись трассирующие линии, рожденные застоявшимися многоствольными пулеметами. Истребитель имел два мощнейших турбореактивных мотора, работающих на форсаже, — он уже не выглядел точкой-комариком в обращенном к небу стекле кабины: проскочив размеры мухи, обогнув смертельные пулевые потоки, он выплыл перед экипажем в натуральную величину и тут же провалился ниже, заставляя умолкнуть потерявшие его из виду верхние пулеметы. У тех, кто видел маневр, похолодело внутри: перед ними был ас, не оставалось сомнений, какой он национальности. И еще все знали о подвесных ракетах и о трех тридцатисемимиллиметровых артиллерийских пушках.

Командир летающего корабля нарушил режим радиомолчания и вызвал прикрытия: им стоило прекратить начатые на окраинах бои и спешно подтянуться к левиафану Б-36. Если бы они успели…

А стремительный славянский ястреб уже заново наводил ужас, пикируя сверху. И снова он вырос, перемещаясь со скоростью пули, огибая смертельные лучи. Штурман был в некотором недоумении: на то, чтобы их обстрелять или выпустить противосамолетные ракеты, у противника вполне хватало времени — нужны были секунды, а он кружил возле них, казалось, вечность. «Конвоир» даже не пытался уклоняться, он был слишком неповоротлив в сравнении со стремительным вражеским малюткой, он продолжал запланированное дозвуковое движение и у пилотов потели ладони.

— Может, у него нет боезапаса? — предположил штурман.

— Готовить груз! — распорядился командир, хотя до цели полета было еще далеко. — Он все равно не даст нам сбросить, где надо, — оправдываясь и конкретно ни к кому не обращаясь, пояснил он.

— Давай форсаж и увеличь высоту! — приказал он первому пилоту, зная, что все на максимуме. — Надо попробовать, так «малютка» пролетит дальше по инерции.

Он снова оправдывался, хотя никогда раньше не был разговорчивым человеком. И сразу, словно угадав их намерения и задавливаемую внутреннюю панику, пилот истребителя выпустил шасси. Они еще не поняли, потому что колеса резко снижали его боевые качества, а он уже шел на них сверху на встречном курсе. Короткий визг и ровный гул двигателей нарушился: лопасти крайнего правого винта, рассыпаясь в клочки, разлетались в окружающем пространстве вместе с передним шасси Мига. Но он не загорелся и уже делал новый маневр.

— Будет таранить! — предположил штурман, самый догадливый из всех.

А вражеский истребитель еще раз выскочил из зоны его видимости.

— Наши возвращаются! — передал по внутренней линии пулеметчик.

Но им не стало легче, вновь из небытия вывалился круглый воздухозаборник истребителя. Они уже заглушили симметричный толкающий пропеллер противоположного от повреждения крыла и скомпенсировали

снос, но скоростные показатели упали. А он уже шел навстречу, и надо было отворачивать.

— Он ненормальный! — сделал ненужное пояснение штурман. — Самоубийца!

— А разве мы нормальные? — спросил командир, не поворачивая голову.

Вопрос завис в воздухе: люди очень медленно мыслят, а еще медленнее говорят. У них были очень плохие маневренные возможности — оседланный ими монстр планировался для других целей. И полыхнуло не успевшее использоваться топливо — все сразу. И громадный факел залил окрестности, а внутри него горели маленькие светлячки, млекопитающие животные, считающие себя разумными. Только Мод-17 спокойно перенесла творящийся катаклизм, хотя оседлавшие ее запечатанные парашюты добавили в огненную лавину немного полимеров. Затем вся эта горящая рассыпающаяся свора рухнула вниз на эту плотно населенную китайскую провинцию…»

Быстрый вход