Аридность часть третья.

Зной. Потоки света и тепла падали на землю. От горячего ветра, едва заметно шевелившего ветви сосен, становилось только жарче. Всё живое, что могло двигаться, попряталось по более прохладным местам.

Кроме тех, кто не успел управиться с делами до наступления жары. Телега, нагруженная дровами, медленно въезжала в ворота. Правящий телегой подросток, вытер пот со лба.

– Ну, наконец-то добрались. Когда же это кончится?

– Мало запасли, - ответил ему пожилой седоволосый человек. – Зимой ты чем топить собираешься?

– Ну, вон уже сколько, - подросток показал на сарай. – Как жара спадёт, ещё навозим. А почему бы не завести краулер и не смотаться на север? Находим на станции вагон с углём, и мы обеспечены топливом, и на еду будет, что обменять.

– Ты думаешь, ты первый, такой умный? Последний уголь на станциях сожгли лет сорок назад. Гришкевич рассказывал, как они в молодости его на паровозах вывозили. А насчёт еды, тут Вадим идею выдал, вечером обсудим. А сейчас распрягай, в такую жару действительно отдыхать надо.

Безопасность, еда, топливо. Всё это надо было обеспечить до зимы. Группе в пару десятков человек, из которых мужчин-работников было шестеро, даже если считать мужчинами четырнадцатилетних подростков, не так просто это сделать в незнакомом месте. С соседями, правда, повезло. Вполне приличные люди, пока не затрагиваешь то, что они считают своим. Но кроме соседей могли найтись и другие, для которых горстка беженцев была лишь добычей. Такой же, как прежние жители, ставшие добычей эмиратских охотников за рабами лет двадцать назад. Да и горцы с Мархотского хребта тоже могли попытаться захватить живой товар. Поэтому все, кто старше двенадцати, ходили с оружием, в рабство не хотел никто.

С едой было хуже всего. Если дрова ещё можно запасти в лесу, то сажать что-либо в августе уже поздно. Рыбалкой решить проблему не получалось. Во-первых, никто не умел ловить рыбу, а плавать умел только Игорь Андреевич, который последний раз плавал полвека назад. Во-вторых, не было ни лодок, делать которые тоже никто не умел, ни достаточно хороших снастей. Мидии и фрукты были неплохой прибавкой к рациону, но постоянным источником пищи им не стать. Орехи, которые можно будет осенью собирать мешками в одичавших садах, ну и все, пожалуй.

Именно над этим думал Вадим, заходя в калитку. Снял обувь на пороге, открыл дверь, чмокнул жену в щёчку, отдал ей сегодняшний улов, состоящий из пяти рыбок, общим весом около килограмма, и присел на лавку, наслаждаясь прохладой.

– Улов! – Вика положила связку на разделочную доску. – Вечером уха будет. С Гришкевичем плавал?

– Нет, с Греком. Ничего, за зиму, если живы будем, я лодку сделаю.

– Плавать научись, главное. – Она поставила перед ним тарелку супа. – А то утонешь, что я тогда буду делать? А завтра чем займемся?

– Вот это будем сегодня решать.

Вечером, за столом, обсуждали идею добыть еду путём охоты на сайгаков. Когда ехали, видели много следов, при удачной охоте можно было запастись самим, а также обменять на зерно. Местное население охотилось мало, поэтому мясо ценило. Уже придумали, как сохранить добычу, куда и каким маршрутом ехать. Осталось решить одну мелочь.

– Надо решить, кто поедет на охоту, а кто останется.

– Надо ехать всем – Вадим решил в этом вопросе настоять на своём. – Если краулер и почти все мужчины уедут, остальные останутся совсем без защиты. А если охота удастся, работы на всех хватит.

После короткого спора, с ним согласились, и на следующее утро краулер направился на восток.

Здесь, недалеко от моря, дожди выпадали, поэтому условия для жизни были, на взгляд уроженцев пустыни, вполне хорошие. Но людей жило очень мало. До сих пор местные рассказывали о дронах, из-за которых выжить на открытой местности было невозможно. Рассказывали и об эмиратских отрядах охотников за рабами, практически опустошивших побережье. Последний раз такой набег был десяток лет назад, а дронов не видели лет пятнадцать, но над территорией до сих пор висел страх. Краулер ехал мимо заброшенных домов, фруктовых и ореховых деревьев, густой травы, на которой могли прокормиться тысячи голов скота, и люди думали о том, что человек сам добил остатки своей цивилизации.

– Не поверю, чтобы такие места бросили из-за набегов. Тут может прокормиться столько людей, что от набегов отбиться можно. Астрахань же отбилась. Почему здесь, где такие условия, пусто? – Кирилл недоумевал.

– Это сейчас так, потому что этим летом дожди были, – ответил Вадим. – Местные рассказывали, что такие года редко бывают. Перед этим два года подряд была засуха, трава выгорела ещё в мае, даже на побережье речки все пересохли. Ничего из посаженного не выросло. Только море и спасало. И такие засухи здесь примерно три года из четырёх.

С продвижением на восток, исчезли деревья, трава приняла типичный степной облик. Для этого не потребовалось отъезжать далеко от моря, сотни километров вполне хватило. Ещё пара сотен, и местность незаметно перейдёт в пустыню. Краулер стал в удобном месте, а мужчины верхом начали обследовать окрестности.

Как оказалось, сайгаки здесь были непуганые, так что охота пошла. Женщины едва успевали коптить и консервировать мясо. Навыки жителей Южного Урала, с детства умеющих это делать, оказались как нельзя более кстати. Запасы росли, и уже никто не сомневался, что еды хватит до весны. Через несколько дней собирались трогаться в обратный путь.

– Что это? – Антон показал на юг.

Вадим с Кириллом навели бинокли на точку над горизонтом, и Кирилл сразу же обречённо произнёс:

–Дрон!

Вадим тоже узнал эту страшную машину. О её возможностях ему рассказали достаточно много. Он скомандовал:

– В кусты!

Все, спрыгнув с коней, укрылись, хотя понимали, что это не поможет, если дрон подлетит близко. Беспилотник двигался зигзагом, иногда возвращаясь назад, но каждый раз подлетая всё ближе. Вадим помянул тех, кто утверждал, что все дроны давно вышли из строя.

– Невысоко летит. Попробую его сбить, - Антон поднял карабин.

– Рано, не достанешь, только привлечёшь внимание. Попробуем залпом, когда будет прямо над нами. Если не собьем, уходим на восток, нужно отвлечь внимание от наших.

Голубовато-серая рукотворная птица опустилась ниже, сделала несколько кругов над ровным участком в паре километров от сидящих в кустах людей. Выпустила колёса и пошла на посадку. Не успел никто ничего сказать, как вдали показались несколько машин.

Не теряя времени, Вадим, вместе с подростками, отвёл лошадей за бугор, привязал поводья к ветке дерева и втроём вернулись на прежнее место. Машины за это время подкатили заметно ближе, это не краулер, который это расстояние ползёт почти час.

Первым шёл небольшой грузовичок, в кузове было что-то, похожее на ракетные направляющие времён второй мировой войны. За ним двигалась машина, которую Вадим, с некоторым усилием, классифицировал как броневик. За ним тягач, волокущий здоровенный фургон, и замыкал процессию грузовик с цистерной. Доехав до места посадки, машины остановились, из них выпрыгнули одетые в камуфляж, вооружённые люди. Машина, идущая первой, подкатила к дрону, и двое в серой однотонной одежде начали протягивать тросы от машины к летательному аппарату. Остальные разошлись кто куда, скоро задымил костёр.

– Ночевать будут, - озвучил Вадим очевидный факт.

– Как думаешь, это охотники за рабами? – Кирилл, судя по всему, прикидывал, как подобраться поближе. Работорговцев он почему-то очень не любил.

– Пока не знаю. Отползай к лошадям, скачи к нашим, пусть все боеспособные двигаются сюда. Наших коней тоже забери.

Когда подросток скрылся, Вадим продолжил наблюдение. Десять человек, четыре машины. Один, явно начальник, работой по устройству ночлега не занимается вообще. Ещё двое в основном командуют, в бинокль хорошо видно.

Главный сделал короткий жест. Один из командующих вытащил пистолет и выстрелил в затылок человеку с лопатой. Остальные глянули и отвернулись, кроме одного, который, активно жестикулируя, упал на колени. Второй выстрел успокоил его навеки. Двое взяли трупы за ноги и отволокли в сторону.

– Так, осталось восемь. Если, конечно, никто не сидит в броневике за пулемётом. Я как посмотрю, у них царит дружба и сотрудничество.

Солнце заходило, длинные тени протянулись от небольших возвышенностей. Люди, сидящие у машин, уже поужинали и теперь сидели у костра. Их действительно было всего восемь. Маловато для охотников за рабами. Может, просто торговцы? Хотя о торговцах с эмирата никто здесь ещё не слышал.

Сзади послышался шорох. Кирилл вернулся, с ним явились все мужчины посёлка и, к возмущению Вадима, не только мужчины. Вика и Зухра, виновато улыбаясь, маячили на заднем плане, а за ними виднелась тоненькая фигурка Инны.

Инна осталась с ними после того, как Айгулька необычайно быстро сладила себе новую семью. Руслан обвенчался с молодой вдовой и увёз её к своим родителям. Девушка поплакала, но идти ей было некуда, и она поселилась у Игоря Андреевича в качестве не то приёмной дочери, не то служанки.

– Есть у них торговцы, - Инна тут разбиралась лучше всех. – У них на машинах эмблема: колесо с крыльями. А у охотников за рабами перевёрнутая пентаграмма.

– На фургоне как раз пентаграмма. Значит не торговцы. А на броневике другая.

– Какая?

– Белая гора в синем круге.

Вадим мог бы поклясться, что девушка внутренне сжалась от ужаса, но внешне это почти не проявилось. Твёрдая девчонка.

– Эмир Мурат. Его знак.

– Неужели сам эмир за рабами пожаловал? – Игорь Андреевич не поверил.

– Скорее машину одолжил по дружбе, - Вадим поверил сразу. – И дрон, наверное, он же одолжил. Вот только мало их для охотничьего рейда.

– Значит, есть второй отряд, который идёт сзади или другим путём. Охотники идут вдоль побережья. А здесь только транспорт.

Вадим подумал, что ехать всем было правильным решением. Представляя всадников, окружающих почти беззащитный посёлок, он почувствовал глухую ненависть к тем, кто так распоряжался человеческими судьбами. Кирилл рядом скрипнул зубами. Капитан тем временем продолжил:

– Если так, этих надо убить. Броневик, дрон, информация, и самое главное – ослабление врага. Их меньше десятка, на нашей стороне фактор неожиданности. Они не зря сюда заехали, уверены, что никого здесь не встретят.

– У них есть приборы, которые видят в темноте, – Инна вмешалась в разговор.

– Тогда надо напасть на рассвете. И сделать всё надо быстро, чтобы не вызвали помощь по радио.

Солнце давно зашло, но темнота не настала. На востоке взошла полная луна, и Вадим, пользуясь источником света, попеременно с остальными вёл наблюдение. Дежурили у врага двое: один – в серой одежде, с трубой, напоминающей портативный телескоп, с помощью которой он оглядывал окрестности. Из оружия у него был только пистолет на поясе. Второй – рослый, в камуфляже и с автоматом, он не торчал на виду, и понять, где он засел, удалось только в момент смены. За ночь автоматчики сменились дважды, «серые» – один раз. Эти «серые» спали в своём грузовичке. А все остальные спали в шатре, такая беспечность в полностью безлюдной степи была вполне понятной.

На рассвете, когда «серый» со своей трубой скрылся в машину, капитан отдал приказ. Подобравшись достаточно близко, Вадим выскочил, как чёртик из коробочки, и выпустил в часового очередь. Очередь получилась длиннее, чем следовало, но свою задачу выполнила. Часовой, получив несколько пуль в грудь и голову, сполз на землю. Вадим тут же отступил и залёг, когда капитан бросил в шатёр тяжёлую, больше килограмма, гранату.

Взрыв снёс полотнище шатра, в ушах зазвенело. Вадим подбежал к лежащим и убедился, что стрелять вроде бы не в кого. Двое были явными покойниками, взрыв снёс им головы. Остальные не шевелились, кроме одного, который подавал признаки жизни. Молодёжь уже держала под прицелом выскочивших из машины «серых», противник как-то быстро закончился.

Прекрасной половине группы строго-настрого было приказано сидеть в укрытии и не высовываться. Они и не высовывались, пока «серым» скручивали руки и обыскивали, а затем подошли.

Инна, увидев уцелевшего в шатре человека, громко всхлипнула, вскинула пистолет-пулемёт и выпустила в лежащего весь магазин. Даже когда кончились патроны, её пальцы продолжали судорожно нажимать на спуск. Потом её лицо исказилось в попытке сдержать эмоции, а ещё через несколько секунд она уронила «Кипарис» и разрыдалась Вика взяла её за руку, отвела в сторону и слегка успокоила. Через десять минут, девушка подошла и, не глядя ни на кого, сказала:

– Это младший сын эмира. Он меня купил сразу, как меня в Эмират привезли, учил меня, как женщина должна доставлять удовольствие мужчине. Много способов заставил выучить. А самое большое удовольствие для него было, когда девушке в это время кожу угольком прижигали. Чтобы страстно стонала.

– Ты всё правильно сделала – Вадим подошёл, поднял оружие и вручил девушке. – А теперь посиди, нам ещё с этими двумя надо разобраться.

Инна благодарно взглянула на него, отошла и встала рядом с Зухрой и Викой. Вадим кивнул Кириллу, они взяли одного из пленников под руки и отвели подальше. Игорь Андреевич с остальными подростками занялись вторым.

Вадима, как и любого разведчика, учили правилам допроса, но пленник и не думал запираться. Расправа над вожаком, а особенно одобрение этой расправы, произвели такое впечатление, что захваченный был готов на что угодно ради сохранения жизни. Он рассказал, что в Эмирате, вернее в той его части, которая ещё контролировалась эмиром Муратом, произошёл переворот, сопровождающийся массовой резнёй. Сын эмира, загрузив в машины всё наиболее ценное, с горсткой верных людей попытался доехать до Крыма, где его троюродный брат имел достаточную силу и власть. По дороге от верных людей осталось не больше половины, остальных эмирский сынок приказал расстрелять, как ненадёжных. По мнению пленника, он после резни слегка свихнулся. Ещё он рассказал об общей ситуации на развалинах Эмирата, если ему верить, то крупных набегов не должно быть ещё долго, у них сейчас все разделились на отдельные кланы и роды, между ними идёт грызня. В общем, это совпадало с тем, что рассказывал Руслан. Также пленник напирал на свою полезность, поскольку он и его напарник самые лучшие технические специалисты во всём бывшем Эмирате. Могут и радиосвязь наладить, и эхолот для ловли рыбы собрать из разного барахла, и любую другую технику привести в рабочий вид. Не зря эмир доверил им последний работающий дрон. О возможностях дрона он разглагольствовал четверть часа, не забыв упомянуть, что кроме этого экземпляра, они есть только у короля Восточных Штатов Америки. Тут Кирилл не утерпел и спросил какую-то мелочь по двигателю краулера. Получил ответ, что в двигателях внешнего сгорания не разбирается и нужно посмотреть. Вадим припомнил свои познания в электротехнике и начал задавать вопросы. Наконец он не выдержал:

– Какой же ты техник, если закон Ома не знаешь?

Наконец, пленника отвели обратно к машинам, и вся группа собралась для обмена информацией.

– Нет второго отряда – начал Игорь Андреевич. – Это такие же беженцы, только не низы, вроде нас, а элита. В бензовозе несколько тонн бензина, фургон забит добром, а ещё броневик с пулемётом. А что у вас был за человек? Наш строил из себя техника, но, на мой взгляд, он только управлять техникой умеет.

– Наш тоже в технике разбирается хуже меня. Но важнее то, что мы не сможем им доверять.

Все окружающие согласились с этим, капитан, подумав, решил:

– Ну, пусть так и будет.

Он прошёл за машину, оттуда раздались два пистолетных выстрела. Выйдя обратно, он приказал:

– С машины скинуть дрон, затем уничтожить. Можно просто поджечь. Вадим, Кирилл, займитесь. А я попробую вспомнить, как я в молодости водил такие штуки. Олег, Антон, берите Зухрушку и к краулеру. Расскажите, как тут и что. Вика, Инна, готовьте завтрак, мы голодные.

Перевернуть дрон оказалось несложно, но некоторое время занял демонтаж оборудования, прикреплённого к нижней части аппарата. Пулемёт, вместе с боекомплектом, и ракеты в пусковых установках сжигать не хотелось. Когда закончили, разворотили корпус и крылья с помощью монтировок, подготовили к поджогу, а после еды взялись осматривать другие трофеи.

Фургон раньше действительно использовался для транспортировки невольников. Об этом говорили цепи с наручниками, видневшиеся кое-где из-за тюков и ящиков, а также застарелый запах, который ни с чем не спутаешь. Содержимое фургона, как и предполагалось, представляло собой склад вещей, представляющих в Эмирате ценность и срочно погруженных в первую попавшуюся машину. Ящики, коробки, связки книг, несколько агрегатов непонятного назначения, всё сложено без всякого порядка.

– Это разбирать придётся неделю, не меньше, - Вадим открыл ближайший ящик и вынул оттуда змеевик из нержавеющей стали. – Похоже на деталь от самогонного аппарата.

Вика, скользнувшая за ним в фургон, посмотрела в ещё паре коробок.

– В этой посуда металлическая, серебряная, похоже. У нас дома такие ложки были. А в этой… вроде сухие пайки. Половину коробки уже слопали.

Инна, которая не смогла удержаться от любопытства, оказавшись внутри, поёжилась и сразу же вышла. За ней вышли и Вадим с Викой, решив отложить исследование на будущее. Вместо этого решили осмотреть броневик. Внутри он совсем не был похож на грозную боевую машину. Мягкие кожаные кресла, деревянная отделка приборной панели, полированный металл. Между местом стрелка и двигателем располагался трёхметровый салон, обитый кожей, с мягкими диванами, в котором можно было свободно разместиться шестерым. Окна, закрытые толстыми, в несколько сантиметров, тёмными стеклами, давали хороший обзор. В случае необходимости, рядом с окном открывалась бойница.

– Мягко, – Вика присела на диван, подпрыгнула для пробы. – Вадим, может, закроемся?

Мысль была необычайно привлекательная. Настолько, что Вадим вылез и предложил всем отдохнуть несколько часов, сославшись на бессонную ночь. Игорь Андреевич, подумав, согласился, сказав, что ему спать не хочется, и он присмотрит за горизонтом.

В обратный путь колонна тронулась два дня спустя. Игорь Андреевич вёл фургон, которым, по его словам, управлять было труднее всего. Его жена настояла на том, чтобы составить ему компанию. Кирилл, гордый оказанной честью, управлял бензовозом. Антону с остальными подростками доверили вести краулер. Вадим сидел за рулём броневика, а в салоне устроились Вика, Инна и Зухрушка. Увидев внутренность салона, девочки пришли в восторг, и выставить их без грубости оказалось невозможно. Как это не печально, но скорость колонны пришлось приспосабливать к скорости самого медленного звена, то есть машины тащились медленно, да ещё и останавливались каждые несколько минут, чтобы подождать отставший краулер. С учётом качества дороги и неопытности водителей, это было оправданным. Только в одном месте, где старая дорога сохранилась в отличном состоянии, Вадим решился прибавить ходу. Самым сложным оказалось правильно переключить передачи, но когда он с этим справился, машина легко набрала скорость под сотню километров в час, если верить стрелке на циферблате. Из салона донёсся восторженный визг, машина пронеслась десяток километров, пока дорога не потеряла свой вид. Броневик плавно остановился, Вадим доложил по рации, что дорога впереди свободна. Получил порцию жёсткой критики и приказ ждать. Затем капитан разрешил Кириллу прибавить ход и, судя по всему, тоже увеличил скорость.

Вадим открыл дверцу, вышел, вдохнул степной воздух. Солнце, ветер, шорох травы… красиво здесь. И будущее выглядит лучше, чем месяц назад. А если сравнивать с тем днём, когда он выехал из своего родного посёлка, то гораздо лучше.

Сзади послышались лёгкие шаги. Вика подошла, стала рядом. Когда Вадим обнял её, она улыбнулась:

– А я к тебе. Соскучилась. Не прогонишь?

– Тебя? Никогда в жизни.

Огромное пространство степи дышало покоем, Вадим почувствовал, как внутри него затеплился огонек радости. И причина этой радости стояла сейчас рядом с ним, прижавшись к его плечу.

Ваша оценка: None Средний балл: 8.9 / голосов: 21
Комментарии

Что это за граната такая весом больше килограма?

Обычная фугасная противотанковая граната. Ну, например:

http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%CF%C3-40

http://weaponland.ru/board/ruchnaja_protivotankova...

Выпуск таких гранат вполне возможно было наладить в Южноуральском ханстве.

Продолжение будет, не?

Нет, этим рассказ думаю закончить.

Быстрый вход