Пертурбация. Глава 3. Мудрец.

Глава 3. Мудрец.

Совершенно простой внешне, компактификатор, тем не менее, поражал мое воображение гениальностью своего внутреннего устройства. Это было одно из величайших чудес научной мысли. Сколько я не трудился над чертежами и расчетами этого устройства, ни разу не мог представить его как готовую модель. Теперь, находясь всего в шаге от компактификатора, похожего на старинные карманные часы, я ощущал, как внутри меня все трепещет от нетерпения, от безумного желания наконец использовать его.

Мы трудились над проектом уже около месяца. Было множество не состыковок в наших разработках и каждый раз, на разрешение таковых, уходило по несколько дней. Первые пол месяца мы, в принципе, работали отдельно, так как друг друга мало понимали. Ученые все время пытались общаться со мной на своем языке, сплошь пестрящем незнакомыми мне понятиями и делали упор на теоретический расчет эксперимента. Я же работал больше полагаясь на свою интуицию и орудовал при этом лишь минимумом необходимых знаний. Часто, во время консультаций по нашим разработкам, ученые бросали на меня недоуменные взгляды, в которых читалось – парень, как тебе только удалось создать столь сложный проект, обладая неполными физическими знаниями? Но именно это давало мне превосходство над ними, в этой разработке. Мои мысли, не переполненные множеством ложных (по моему мнению, причем мнению, которое я считал единственно верным) связей мироздания, были сконцентрированы в одном направлении. Не было никаких лишних расчетов. Те проблемы, которые Владимир, Анатолий и Евгений не могли решить, в течение многих дней и недель, я решал буквально за несколько часов. Именно столь большая плодотворность моей работы, заставила ученых уважать меня и относится ко мне, в этом проекте, как к равному. Но мы по прежнему не понимали друг друга. Я всех трудно выговариваемых понятий и десяти метровых формул, выводящихся из двадцати метровых. Они же не понимали моих выводов, сделанных из простых размышлений, основывающихся на обыкновенной физической интуиции, а так же формул, совсем не громоздких, выражающие лишь основную суть. Мои формулы не тянули за собой устоявшиеся понятия той физики, которая была всего лишь частным случаем во Вселенной. Если наш проект должен был перевернуть научные понятия человечества, тогда почему его теоретическая основа должна состоять сплошь из этих понятий? Я старался мыслить дальше всевозможных законов, которые в случае «пространственного компактификатора» были всего лишь ненужными препятствиями. Я старался делать открытия уже на теоретическом этапе.

Однажды, на очередной вечерней консультации разработок, у нас завязался любопытный разговор:

-…Стойте, Илья, то есть здесь вы хотите сказать, что не согласны с теорией относительности? Прошу прощения, но мне кажется, что подобные размышления стоит оставить глупцам и задавакам, не способным сделать в науке вообще сколько-нибудь важное открытие. Зато умеющим хорошо трепать языком и туманить головы необразованным людям! Но мы же с вами не относимся к этой категории, верно?

- Ну-ну Владимир, заметьте, я нисколько не пытался опровергать теорию относительности.

- А как же ваше предположение насчет того, что с помощью компактификатора, будут возможны пространственные перемещения, которые свет проходит за миллионы лет, а мы сможем их преодолеть за доли секунды?

- Но ведь я не имел ввиду скорость перемещения! То есть я совсем не пытаюсь опровергнуть значение граничной скорости перемещения в вакууме. Я вообще не употреблял значение скорости!

- Тогда, что вы хотите этим сказать, я не совсем понимаю.

- Смотрите дальше, уважаемые! Почему перемещение в пространстве, с помощью компактификатора, должно происходить за счет скорости, тем более столь огромной, как скорость света? Это совсем не качественный подход! Ведь какая основная цель проекта?

- Доказать существование больших измерений.

- Вот оно! Но мы, существа, созданные и способные жить лишь в четырехмерном пространстве, не сможем так запросто взять и выпрыгнуть где-нибудь в шестимерном, чтобы потом вернуться вновь в наше и сказать: «А мир-то не четырехмерный!». Наше доказательство мы сможем реализовать лишь с помощью пространственных перемещений. При компактификации больших измерений, мы слаживаем их, словно лист. Потом делаем небольшое отверстие в этом сложенном листе, вновь выравниваем его и оказываемся за миллионы световых лет от нашего первоначального места нахождения!

- Отверстие?

- Абстрактно конечно. Здесь нашим орудием станут струны высших измерений, пронизывающие наше собственное.

- Мы, честно говоря, рассчитывали на несколько иной принцип работы компактификатора.

- Какой же?

- Аналогично вашим размышлениям, мы хотели скомпактифицировать более высокие измерения до наших координат, но мы совсем не рассчитывали на столь огромные перемещения, за которые говорите вы. Во-первых, неизвестно справиться ли с подобным путешествием наш уязвимый человеческий организм. Во-вторых, мы даже приблизительно не можем рассчитать, где нас выбросит. У нас гораздо больше шансов попасть в открытый космос или на какую-то суровую планету, нежели туда, где человеческий организм сможет нормально функционировать.

- Подождите, но тогда какой смысл от вашего компактификатора?

- Тот же, что и у вашего! – Озлобленно ответил Владимир.

- В самом деле? Но как вы собираетесь доказать существование высших измерений?

- Процесс компактификации должен вызвать колоссальные изменения пространства, зафиксировать это, не составит никакого труда – раз. Так же мы должны будем наблюдать возрастание плотности воздуха, причем значительное – два!

- Но это ничего не докажет! Все равно теория останется теорией, просто дополненная незначительными фактами! Конечно, я не спорю, это сделает ее более увесистой. Но она так и останется не доказанной!

- А что докажет ваш безумный прыжок в пространстве, после которого на Землю даже не вернется ваш остывший труп?

- Это риск, я согласен. Но не больший, чем тот, которому вы подвергаете себе во время этапа компактификации. Вы говорите за колоссальное изменение пространства? А где гарантии того, что оно не изменится до такой степени, что вы начнете изменяться вместе с ним? Или во все погибните при таких трансформациях? Как сильно увеличится плотность воздуха?

- Да-да, все это так, но мы, по крайней мере будем здесь, на Земле и при успешном завершении эксперимента, останемся тут же. А где будете вы? Для вас успешного исхода быть не может, так как вы попросту не сможете вернуться!

Я рассмеялся. Мне действительно было весело, я чувствовал себя, среди этих заумных ученых, каким-то взрослым в окружении непонятливой детворы.

- Уважаемые, если бы вы прочли до конца мои разработки, а так же еще и разобрались бы в них, вы бы мне, сейчас, такого не говорили. Я-то как раз вернусь, причем самым банальным образом – по тому же пути, вернее по той же струне.

- Но это невозможно, компактификатор не сможет вычислить ту же струну, из бесконечного множества прочих. Вероятность этого имеет крайне малый процент.

- Я повторюсь – вам нужно было прочесть мои разработки до конца. Струну и не нужно будет вычислять! Компактификатор среагирует на нее автоматически, так как эта струна будет, как бы лучше выразиться, «помеченной».

- Но где уверенность, что эта струна не изменит своего положения?

- Уверенности нет, есть только вера в однородность пространства.

Глаза Владимира и Анатолия сверкали от огромной умственной деятельности, которую они сейчас проделывали в своем разуме. Проклятые бумажные крысы, уверен, сейчас же сидят и просчитывают по ложным формулам вероятность моих предположений. Один лишь Евгений стоял, опустив задумчивый взор в пол, пытаясь представить мною сказанное.

- Допустим, все будет так, как вы сказали. Но если вас выбросит в открытый космос?

- Ответ гениально прост – скафандр. Лишь бы не выбросило на звезду или…

При следующем предположении у меня даже оборвало мысли, внутри что-то не хорошо заиграло.

- Или?

- …или к черной дыре.

Ученые и сами призадумались. Увидеть на мгновение «гравитационную могилу» – стоит ли это жизни? Однако Анатолий быстро собрал свои мысли и произнес:

- Звезды и черные дыры, тем не менее, составляют малый процент вашего попадания на них, существует множество других космических тел, на которые попасть у вас куда как больше шансов.

- Да, но вы забываете, что наибольший процент попадания приходится на открытый космос.

- Так-то оно так, но ведь все еще и зависит от того, насколько близко вы будете к какому-либо космическому телу и вообще, что это будет за тело.

Этот разговор начинал постепенно выводить меня из себя.

- Уважаемые, мы не с пробирками тут балуемся и не новую формулу на клочке бумаги выводим! Риск есть, но ведь это и не открытие каких-нибудь новых частиц. Мне порой кажется, что размах этого эксперимента, наш разум не в состоянии охватить!

Владимир устало потер лоб и не глядя на меня, ответил:

- Ладно, Илья, ладно. Все это разговоры о будущем. Давайте вернемся к разработке.

- Я только за.

После месяца работ, мы, наконец, решили реально объединить усилия и понять друг друга (а не проводить бессмысленные консультации). Владимир и Анатолий, как можно проще, пустились в объяснения своего проекта. В действительности он не был столь сложен, как я думал в начале, мало того, половина всех их расчетов были абсолютно не нужны, как собственно и половина всей структуры компактификатора. За какую финальную стадию они мне рассказывали?! Да они были всего лишь на пол пути! Вот тут я попытался им раскрыть свой проект и во время объяснения постоянно до меня доносились нескончаемые «почему», «зачем», «а это для чего» и прочее.

Оказалось, что мой проект целиком и полностью включает в себя разработки ученых, которые носили половинный характер, а так же он имел ту самую финальную стадию, до которой Владимиру и Анатолию нужно было еще идти и идти.

- Я все-таки никак не пойму, Илья, мы работали над компактификатором больше десяти лет и сделали только половину работы. При этом имели все необходимое оборудование и помощь со стороны друг друга. Вы же, работая в домашних условиях, без чьей-либо помощи, обошли нас на многие годы!

- Вы просто слишком сильно привязаны к частной физике, боясь увидеть природное явление, которое не подчиняется законам. В нашем проекте, те самые законы лишь тормозят нашу деятельность, ущемляют мышление. Они словно мелкие стенки в нашем разуме, натыкаясь на которые, мы тут же поворачиваемся и ищем другой ход. Но здесь мы должны сносить эти стены! Какие бы абсурдные выводы не напрашивались, мы должны идти дальше! Охватить все разом, без каких-либо стен!

- Тем не менее, вы и сами использовали множество законов в своем проекте.

- Я же не утверждал, что все законы ложные. Я лишь говорю о том, что они не должны выступать ограничением нашего мышления. Если наши выводы не совпадают с законом, это не значит, что они не верны, это лишь значит, что этот закон носит частный характер!

После этого наша работа стала куда как более продуктивной. В течении еще нескольких месяцев, мы буквально собрали компактификатор заново. Финальная стадия была очень близка, но мы столкнулись с новой проблемой.

- Подача энергии слишком мала, для стартового запуска.

- Стартового?

- Да, после него, питать компактификатор энергией нам больше не придется.

Однако, увидев озадаченные лица своих коллег (да, теперь мне казалось, что я мог их так называть), я понял, что они были еще очень далеки от этих выводов.

- Кажется, вы этого не знали? – Произнес я с улыбкой.

- Не представляю как это возможно. – Владимир и сомневался в какой-то степени, и в тоже время верил мне. Анатолий весь сосредоточился, кажется ожидая моего ответа. Евгений, как всегда молчаливый и задумчивый, стоял неподалеку, прикусив нижнюю губу.

- Да очень просто. Во время стартового запуска мы должны дать компактификатору столь мощную энергию, которую он не сможет полностью израсходовать. В последствии, имея даже совсем малые ее резервы, он, продолжая работать в экономном режиме, автоматически заполниться энергией, до необходимого значения.

Одновременно поступило два вопроса от Владимира и Анатолия:

- То есть, вы хотите сказать, что запустившись однажды, компактификатор уже не остановиться до какой-нибудь критической ситуации?

- За счет чего, интересно, он автоматически наполниться новой энергией?

Я опять не удержался от усмешки.

- Я по порядку буду отвечать, ладно?

Ученые, явно ощущая некое неудобство, переглянулись.

- Насчет пополнения запасов энергии – будет выполняться абсолютный закон сохранения энергии. Компактификатор создаст такую точку в пространстве, после запуска, которая будет иметь мгновенное заполнение.

- Заполнение чем?

- Энергией, чем же еще. То есть в ней, вроде как и будет убывать энергия, но тут же будет и прибывать. Значение энергии будет константой! Компактификатор станет в пространстве чем-то вроде точки равновесия убывающей и прибывающей энергии.

- Но то, что вы описываете, по сути, есть вечный двигатель!

- Отнюдь! Чем компактификатор существенно отличается от любого рода двигателя?

- Да многим…

- Всем! Как вы вообще его можете ставить рядом с двигателем?! Они работают по совершенно разным принципам и выполняют абсолютно разную работу! Поэтому разговоры о вечном двигателе, я считаю здесь неуместными, уж простите.

Теперь я повернулся к Владимиру:

- Насчет вашего вопроса – да, компактификатор остановить уже будет не возможно, он будет постоянно находится в активном режиме, если, конечно, на него не будут действовать деструктивные внешние силы.

- Хорошо, какая же энергия нам необходима, для этого самого стартового запуска?

О дорогой Владимир, как бы я и сам хотел это знать, но из расчетов не выходят даже приблизительные значения. Ударить лицом в грязь сейчас недопустимо, однако и ложных предположений делать не хочется.

- Тут еще нужно поработать с вычислениями. – Только и ответил я.

И мы принялись за работу. Но довольно скоро стало ясно, что эта затея не увенчается успехом. Тогда, забросив математику, мы обратились к методу случайных подстановок. Как и следовало ожидать, ничего толкового и из этого не вышло. Энергии катастрофически не хватало, компактификатор находился в покое.

Решение пришло неожиданно и предложено оно было молчаливым Евгением, который постоянно вел какие-то свои расчеты.

- Вот. – Подошел он ко мне однажды и протянул несколько листов, исписанных формулами.

- Что это? – Не сразу понял я.

- Вы посмотрите.

Я стал разбираться. Когда прочитанное мной, наконец-то усвоилось в голове, я рассмеялся. Этот парень точно не был простаком, как мне казалось с первого взгляда. Он рассчитал необходимое значение энергии и сделал это так изящно и просто, что, честное слово, удержаться от смеха было невозможно. Переполненный позитивными эмоциями, я потрепал Евгения по плечу.

- Это превосходно!

Затем эти расчеты мы показали нашим ученым. Анатолий, словно малое дитя, несколько раз подпрыгнул от радости и это в свои-то годы. Владимир же ограничился радостной улыбкой.

Однако вскоре радость сменилась новыми размышлениями, угнетающими разум. А первым, кто решился уничтожить призрачный миг ликования, был Владимир со своим вопросом:

- То что нам теперь известно необходимое значение энергии, конечно хорошо, но оно же просто огромно. Где мы найдем источник, способный дать подобную энергию?

Анатолий, словно с опаской, произнес:

- Может возложим этот вопрос на наших покровителей?

Владимир и Евгений одновременно покосились на Анатолия. У всех читалась легкая взволнованность. Владимир неуверенно ответил:

- Но тогда мы должны хотя бы предложить им варианты источников, способных давать такую энергию.

- Думаю они зна…

- …Мы должны еще подумать над этим вопросом! – Озлобленно перебил Владимир Анатолия, который, словно опомнившись, замолчал и потирая лоб уселся на ближайший к нему стул. Не видел я еще, чтобы ученые так между собой общались. Но сейчас нервы были у всех на пределе, так что до точки срыва был всего один неосторожный шаг. Правда, я редко видел, чтобы Владимир выходил из себя, ведь он всегда являл собой эталон спокойствия.

- Тогда продолжим работать, уважаемые.

И вновь понеслась. Каждый должен был предложить свой источник, после чего, Владимир решил собрать все возможные идеи и отослать их союзникам нашего проекта, а там как сложиться. Если что, мы готовились приняться за создание своего источника.

Тщательно обдумав, какой источник способен выдать необходимое нам значение энергии, каждый из нас написал свои идеи на этот счет и отдал их Владимиру. Когда все идеи были собраны, Владимир удалился с ними из лаборатории на несколько дней.

Вернулся он охваченный бурей эмоций и похоже не только позитивными. Мы все ожидали его ответа и он прозвучал:

- Илья, ваша идея пришлась очень кстати. Они нашли подобный источник.

- Как скоро его доставят?

- Он уже здесь. В лабораторию он не вместиться, поэтому его разместили снаружи. Теперь все нужно делать очень быстро, пока из-за этого источника нас не обнаружили.

Вот так огорошил новостью. Но времени на лишние мысли не хватало, судя по взволнованному виду Владимира, нужно и вправду спешить.

- Как будем его подключать? – Спросил я. Владимир лишь махнул рукой, зовя за собой и вылетел прочь, я направился следом. Мы добежали к выходу из лаборатории, где валялась связка толстых проводов и огромная металлическая пластина, с множеством кнопок.

- А это еще что такое? – Спросил я, кивая на пластину.

- Регулятор подачи. Быстрее Илья, нужно это все оттащить в помещение с компактификатором. Анатолий и Евгений займутся сборкой.

И мы словно пару грузчиков, на утреннем рынке, начали бегать взад и вперед, перенося тяжеленные провода. Регулятор перенесли последним, после чего принялись помогать Анатолию и Евгению, присоединять это все к огромному устройству, в центре которого, в прозрачном прямоугольнике, находился компактификатор. Это заняло несколько часов. После сборки в лаборатории повисла тишина. Каждый, погруженный в свои мысли, следил за компактификатором. Я находился всего в шаге от него, переполненный противоположными эмоциями.

- Запускать? – Сдавлено произнес Анатолий, не отводя взгляда от компактификатора.

- Да. – В один голос выпалили я с Владимиром.

Анатолий, словно искусный пианист сидящий за своим игральным инструментом, забил пальцами по клавишам клавиатуры. Со стороны устройства, в котором находился компактификатор, донеслось глухое гудение. Воздух завибрировал, от огромных энергий, проходящих по толстым проводам. Замигали различные счетчики, фиксирующие состояние той или иной, составной части компактификатора и неожиданно раздался пронзительный писк одного из них.

- Евгений - регулятор! – Вскинулся Владимир.

- Стой! Не нужно! – Бросившись на перехват послушного лаборанта, выпалил я.

- Какого черта вы делаете Илья?!

- А вы чего ждали? Что все счетчики будут стабильны? Они не были рассчитаны на такое огромное значение энергии! Глупо снижать подачу энергии из-за их бессмысленных показаний!

Владимир хотел было крикнуть мне что-то в ответ, но в лаборатории отчетливо послышался некий щелчок и крайне знакомый голос произнес:

- Евгений, сейчас же снизьте подачу энергии.

- Да какого… - Слова остановились у меня в горле, когда я увидел человека, похожего на меня, словно отражение в зеркале, который стоял с пистолетом, направленным на Евгения.

Лаборант тут же дернул за ручку регулятора, но не вниз, как я ожидал, а вывел ее на максимальные значения. Громкость гудения устройства резко подскочила и стала прилично давить на уши. Однако выстрел был слышен хорошо и я с остолбенением наблюдал как Евгений бездыханно упал на пол. На лбу молодого лаборанта образовался алый кружок, из которого быстро потекли ниточки крови. А мой близнец, тем временем, бросился к регулятору, перепрыгивая тело Евгения. Но не успел он коснуться ручки, на пульте управления, как нас всех дружно подбросило в воздухе неизвестной силой и швырнуло к стене.

Удачно пригнув голову, мне удалось избежать ее удара о стену. И тут же раскрыв глаза после столкновения, я увидел, как пространство вокруг компактификатора было стянуто, словно какая-то ткань, только без складок, в одну точку. Устройство, в котором находился компактификатор, медленно деформировалось и разламывалось на кусочки, которые исчезали в точке стягивания пространства. И совсем неожиданно, это самое устройство, мгновенно приняло форму спирали, которая, закручиваясь и уменьшаясь, пропала в области компактификатора, левитирующего, как ни в чем не бывало, в воздухе. То же самое стало происходить со всеми предметами, находящимися на очень близком расстоянии от компактификатора.

Зрелище, поистине лишающее дара речи и каких-либо мыслей. Ошарашенный происходящим, я позабыл и о близнеце с пистолетом, и о погибшем лаборанте. Я сидел, боясь даже шелохнуться, все наблюдая, как компактификатор сворачивает и затягивает в себя все новые и новые предметы, находящиеся крайне близко к нему.

Неожиданно, в коридоре лаборатории раздался непонятный грохот и буквально, меньше чем через секунду, в помещение влетело человеческое тело и упало прямо в зону компактификации. И прежде чем компактификатор превратил человека в жуткую спираль (из которой фонтаном хлынула кровь, но не долетая до земли, она также принимала спиралевидную форму и уменьшалась до исчезновения), я успел увидеть в незнакомце еще одно мое зеркальное отражение. Не успел я удивиться появлению еще одного близнеца, как в помещение вбежал третий. В какой-то средневековой мантии, правда, которая была обвешана непонятными предметами, совсем не средневекового вида. Он тут же вытащил из складок мантии предмет, выглядящий точь-в-точь как наш компактификатор. Проведя пару раз по его поверхности большим пальцем, словно стирая грязь, близнец распался на мелкие пылинки, которые мгновенно очутились в зоне компактификации и сгустились вокруг левитирующего компактификатора. Еще несколько секунд и пространство, в зоне компактификации, вновь приняло свой привычный вид, а сгусток пыли превратился обратно в моего близнеца, который держал теперь в руках два компактификатора.

- Мудрец?! – Удивленно воскликнул человек застреливший Евгения и уже успевший встать на ноги. Тот, кого назвали Мудрецом, поднял свой пронзительный взор на убийцу и выдал всего одну фразу:

- Ты со мной?

- Что?

- Не прикидывайся глупцом, Скользящий – ты со мной?

Скользящий, колеблясь буквально пару секунд, сделал еле заметное движение пальцами и в воздухе вспыхнуло множество маленьких язычков пламени, которые образовали подобие стены, понесшейся на Мудреца. Но тот даже не двинулся и спустя миг, огненная стена пропала также неожиданно, как появилась. Мудрец ненадолго прикрыл веки и тут же раздался жуткий вопль Скользящего, плоть которого стала высыхать буквально на глазах, выпуская наружу клубы пара. Он упал на пол, мотыля пересохшими ногами, разбивая их на черные кусочки и сдирая мертвую кожу с горла, посеревшими руками. Продолжалось это совсем не долго и когда, наконец Скользящий перестал подавать признаки жизни, Мудрец подошел к нему и поставил ладонь в нескольких сантиметрах от его лба. Прошло несколько минут, после чего Мудрец, наконец, отошел от близнеца-убийцы и направился прямиком ко мне.

Я, все это время находившийся в шоковом оцепенении, видя как ко мне подходит этот человек (или не человек?), творивший только что тут невообразимые вещи, тут же подскочил и попробовал бежать. Глупо конечно рассчитывать убежать от существа, распадавшегося на пыль, остановившего процесс компактификации без помощи техники (хотя я был уверен, что предмет в его руках, было не что иное как компактификатор), развеявшего непонятную огненную стену, а потом еще и сделавшего Бог знает что, с еще одним существом-близнецом. Но я бежал, бежал не думая (а думать я перестал еще тогда, когда запустился компактификатор) и конечно же далеко не убежал. Ноги перестали меня слушаться и я как бревно повалился на пол. Сзади послышался спокойный голос Мудреца:

- Нет, Илья, ты пойдешь со мной. Давай поднимайся, но только не нужно глупых действий.

Я вновь почувствовал силы в своих ногах и тут же подскочив с пола, выпалил первую мысль, наконец посетившую мой отмороженный, на какое-то время, мозг:

- Ты кто такой?

Мудрец недовольно поморщился и абсолютно проигнорировав мой вопрос, обратился к забившимся по углам ученым:

- Вы справились, примите мои поздравления и соболезнования. Евгений сделал ошибку и я бы должен был вас так же покарать за это, но у меня нет на это времени, да к тому же с этим отлично справятся другие, которые будут тут с минуты на минуту. А теперь позвольте откланяться.

Мудрец вежливо поклонился и направился к выходу из лаборатории. Неведомая сила потянула меня за ним. Как только мы вышли за пределы лаборатории, я увидел полностью разбитый коридор, заваленный трупами моих близнецов. Бесцеремонно ступая по мертвым телам, Мудрец доставал из своей мантии непонятные приборы, приводя их в активное действие.

Все время, что мы шли, меня терзал ужас безвыходности и непонимания. Что там произошло? Кто эти близнецы? Откуда они взялись? Что за силами владеют? Эти вопросы не давали мне покоя и будоражили разум куда более чем запустившийся компактификатор. Я вновь попробовал задать вопрос на вскидку:

- Скажи хотя бы, что тебе от меня нужно?

Но Мудрец даже головой не повел. Он продолжал на ходу возиться со своими приборами. Мы молча повернули к лифту, где нас ждал еще один близнец, одетый в какой-то футуристический костюм будущего. Завидев нас, он радостно заулыбался и развел руки в стороны.

- Превосходно! Проблемы были?

- Были, но не большие. – Ответил Мудрец.

- Значит он тоже. Жаль – жаль, очень жаль.

- Теперь это уже не важно. Ты лучше объясни мне, что это за горы трупов в коридоре - когда я шел в лабораторию, их было значительно меньше.

- Это группа поддержки Скользящего.

- Я думал он оставил большую часть снаружи.

- Так и было, но ребята очень чутко среагировали на шум в лаборатории и бросились вслед за тобой. Ты бы видел их лица, когда они завидели меня. – Говоривший заулыбался еще шире.

- Представляю. Тех, что устранял я, пожалуй, имели аналогичные.

- По крайней мере, теперь можно сбавить темпы, основная команда устранена, остальные подтянуться не скоро.

- Нет, времени у нас теперь еще меньше чем прежде. Этим, - Мудрец кивнул в мою сторону, - таки удалось запустить компактификатор.

- Проклятье! – Веселая ухмылка в момент слетела с лица говорившего и сменилась ужасом. Он тут же нажал кнопку, раскрывающую двери лифта.

- Ты что делаешь, Ловкач? – Спокойно спросил Мудрец. – Через лифт мы можем отсюда не выбраться, я уверен, Он уже на подходе. Пойдем иначе.

- Да из этой лаборатории всего-то один выход!

- Не будь глупцом. В таких местах, как это, никогда не оставляют один выход, да еще и через лифт. Есть еще один, правда искать его времени нет, воспользуемся техникой, не хочу привлекать еще большего внимания.

- Ладно, чего ж ты ждешь?

- Ступайте за мной.

И я двинулся следом за Мудрецом и Ловкачом, хотя не имел ни малейшего желания, однако невидимая сила целиком и полностью овладела моим телом. Мерзкое чувство абсолютного бессилия приводило в ужас и порождало внутри растущий гнев. Наконец я не выдержал:

- Да что тут происходит, черт бы вас побрал?! Кто вы такие?! Что вам нужно, ведь компактификатор все равно у вас, куда вы еще и меня тащите?

Мудрец продолжал идти, по-прежнему игнорируя мои вопросы. Ловкач же оглянулся, на его устах сверкала ехидная улыбка, но он, как и Мудрец, ничего мне не ответил. Мы молча продолжали наш путь ко второму выходу.

Противоположные эмоции, целиком овладевшие мною, лишили способности трезво мыслить. Я все думал, как же освободиться из-под этого невидимого контроля и как вернуть компактификатор. Уже намного позже я заметил удивительное сходство наших шрамов, на левых щеках, а также то, что ощущал некую родственную связь с этими людьми.

Пока я строил в голове банальные планы освобождения, мы, наконец, остановились. Правда нигде не было и намека на какую-то дверь или что-то еще, похожее на выход.

- И? – Ловкач, кажется, прибывал в таком же замешательстве, как и я.

- Ну я же говорил, что прийдется пользоваться техникой. Надо было просто отойди подальше от лифта.

- Лишнее внимание.

- Абсолютно верно, оно самое.

- Что ж, приступай, только куда потом?

- Сейчас это не главное, потом просто следуй за мной.

Мудрец достал один из своих непонятных предметов и после минутной возни с ним, выставил его перед собой - тот выплюнул поток ослепительно белого света. Когда мне вновь вернулась способность видеть, я заметил огромную дыру в стене, за которой виднелось ночное чистое небо, усеянное звездами. Мудрец достал еще один предмет и бросил его прямо в отверстие, образовавшееся в стене. Не успев коснуться земли, предмет мгновенно трансформировался в черную плиту (вообще не отражавшую света) перекинувшуюся между лабораторией и внешним миром. Ничего не произнося, Мудрец двинулся по плите наружу и тут же невидимая сила толкнула меня за ним. Ловкач проводил меня все той же ехидной улыбкой и двинулся следом.

- Кстати, а что с учеными-то? – Спросил на ходу Ловкач. Мудрец, не оборачиваясь, ответил:

- Их лаборанта пристрелил Скользящий, а самих ученых я оставил на растерзание того, кто первый доберется до лаборатории.

- Ты полагаешь, они будут смирно сидеть и ждать когда подойдет подкрепление?

- Они потеряли психическое равновесие на какое-то время, так что думаю да. Но даже если постараются убежать, их все равно найдут, это будет не сложно.

- Вряд ли он станет их искать.

- Теперь не станет, но остальные будут из кожи лезть, чтобы их поймать.

Ловкач лишь усмехнулся.

- Жаль пропустим столь забавное зрелище.

- Если не успеем, то забавное зрелище будет у нас.

Прекратив улыбаться, Ловкач с опаской оглянулся и, словно разговаривая сам с собой, промычал еле слышно себе под нос:

- Хотел бы я знать, где он сейчас.

Как только мы все прошли плиту, Мудрец поднял ее, вроде она весила не больше одуванчика и, дождавшись, когда она сожмется до прежних компактных размеров, засунул ее в складки своей мантии.

- А теперь слушай меня, - обратился он к Ловкачу, - ровно через час, ты запускаешь компактификатор и отправляешься как можно дальше от этой линии Вселенной. Запуск произведешь по этим часам, - Мудрец протянул крохотный блестящий шарик, размером с горошину, на котором не было каких-либо чисел или знаков, однако он с одинаковой периодичностью производил красные мигания, - на них время уже пошло. Как только услышишь звуковые сигналы, приступай к запуску компактификатора. При сплошном, длинном сигнале ты должен уже быть в пути. Часы рассчитают потерю времени на запуск, поэтому все должно произойти с большой точностью. На максимальную надеяться не приходится, техника, как ни как.

Ловкач с сомнением взял шарик и, покрутив его в правой руке, задумчиво ответил:

- Я вновь отвлекающий момент?

- Это необходимо, думаю тебе не нужно объяснять, почему. Я надеюсь ты сделаешь все как надо?

- Я тоже на это надеюсь.

- Ловкач, мы не можем оступиться теперь, когда с нами Илья. Ты хоть осознаешь важность происходящего для нас и для нашей плоскости Вселенной в частности?

Ловкач молчал и Мудрец продолжил:

- Я не знаю, почему этот человек или не человек, существо или вообще неживой объект, начал уничтожение наших копий. Но ты прекрасно знаешь, к чему может привести гибель Ильи. Ты сможешь дать ему необходимые знания для защиты?

- Я бы мог попробовать!

- Нет времени пробовать! Нужно знать однозначно!

Ловкач лишь махнул рукой и пошел прочь от здания, в котором находилась лаборатория. Мудрец повернулся ко мне.

- Сделает все как надо, просто не может без препирательств.

Я хотел было что-то ответить, да только понял, что это «что-то» затерялось глубоко в голове.

- Ну, а у нас с тобой совсем другой путь Илья. Вскоре мы дадим тебе другое имя, причину этого ты еще поймешь, а пока нам нужно как можно скорее уходить отсюда.

- Как я понимаю, выбора у меня нет?

- Нет.

- Но могу я все же узнать, для чего я вам нужен, если компактификатор уже у вас?

- Моей целью был совсем не компактификатор, который, кстати, ты сможешь вскоре получить обратно. А вопрос касательно тебя я бы предпочел рассмотреть несколько позже. Однако я готов по пути ответить на ряд более простых вопросов.

- Это уже значительно лучше.

Мудрец повернулся к дороге и уже собирался идти, как вдруг произнес:

- Я могу положиться на твое благоразумие и не тратить силы на то, чтобы тащить тебя за собой?

Похоже, других вариантов у меня действительно не было, кроме как ступать за близнецом в мантии, да к тому же пытаться убежать от него бесполезно. Значит:

- Да.

- Превосходно, тогда вперед, у нас длинная дорога. Ты должен еще многое увидеть… и осознать.

Ваша оценка: None Средний балл: 7 / голосов: 4

Быстрый вход