Пертурбация. Часть 2. Глава 2. Танец за краем галактики.

Глава 2. Танец за краем галактики.

До чего же все это казалось безумным, неподдающимся полному осознанию. Стоя в паре сотен метров от станции, в белоснежном скафандре, Глория, задрав голову, глядела на разноцветную панораму Млечного Пути.

Как же странно – ведь это еще совсем не та галактика, из которой она прибыла сюда. Предельная скорость света давала изображение тысячелетней давности, а значит это вид Млечного Пути, когда человек еще скакал верхом на лошади, облаченный в металл, с мечом на перевес. И Глории хотелось верить, хотелось представить, она уже представляла – как кто-то, в то далекое время, стоит в открытом поле, под ночным небом и смотрит на звездную пыль над своей головой. И возможно догадывается, что там, среди этой россыпи мерцающих точек, на черном полотне, есть что-то еще. Есть кто-то еще. Кто-то такой же как и он – из плоти и крови. С такими же эмоциями. С такими же слабостями. Кто-то живой в мертвой и беззвучной бездне Вселенной.

Глория растрогано вздохнула. Осознание того, что смотришь в прошлое, совсем не приводило в восторг. Наоборот, наводило тоску и толкало на философию. И где, как ни здесь размышлять о вечном? Великие философы человечества ей бы сейчас позавидовали. Наверное. Ей неуютно было ощущать себя чем-то неопределенным, здесь, где время задавало хорошую задачу для разума. То, куда она смотрит - прошлое, свершающееся у нее на глазах. Но именно это прошлое кажется сейчас настоящим, ведь настоящего там еще нет. Настоящее сейчас – будущее.

Глупо было думать о подобном, она это понимала, но что-то не позволяло ей оборвать эти мысли. Мало того, Глория не хотела этого делать. Что это? Попытка разума понять то, что он видит и ощущает? Попытка восхититься этим моментом? Желание запечатлеть этот грандиозный момент ее жизни не только визуально, но и эмоционально? Пропустить все через душу, чтобы оставить там неизгладимый след? Да, возможно. Глория улыбнулась – что гадать и пытаться оправдать свои нелепые мысли, на самом деле ей все равно, чего хочет ее разум, главное, что это ей никак не мешает.

Глория медленно подняла руку и протянула ее к Млечному Пути. Очертила пальцем спираль и восторженно произнесла:

- Ты прекрасен!

Превосходен, великолепен… ей хотелось бы употребить все синонимы, но ни один из них, как и все они вместе, не смог бы передать действительную красоту галактики.

- Глория. – Послышалось в маленьком динамике возле уха. – Глория, как слышишь, прием.

Резко вырванная из своих размышлений, Глория не сразу сориентировалась.

- Да, я… в норме. Связь в норме.

- Отлично. Объясни теперь, что ты делаешь в такой дали от объекта?

- Осматривалась.

- Да ты на расстоянии не меньше чем двести метров.

- Жора, повторяю еще раз – я осматривалась.

- Ладно, только давай закругляйся с этим и дуй к объекту. Туда сейчас Солнцева направили.

- Солнцева? Зачем? Я думала его если и задействуют в этой экспедиции еще раз, то это произойдет не раньше того момента, когда мы проникнем во внутрь объекта.

- Не знаю, передо мной он не отчитывался, так что бегом шагай к объекту.

- Уже иду.

Связь прервалась. Что ж, времени, для того чтобы побыть наедине с вечностью, у нее было достаточно.

Путь назад занял почти двадцать минут. Не смотря на то, что гравитация здесь была близка к земной (что заводило ученых в тупик, ведь размеры аномальной точки были меньше Луны!), тяжесть скафандра не позволяла идти даже со скоростью обычного человеческого шага. Когда Глория оказалась возле объекта, там уже стоял Илья.

- Илья Алексеевич, - произнесла Глория в свой микрофон, - как же странно видеть вас здесь.

Илья развернулся к ней лицом и на миг, совсем короткий, Глории показалось, что в скафандре был совсем не Илья. Словно какая-то тень мелькнула под защитным шлемом Солнцева и на нее смотрели совершенно нечеловеческие глаза, под взглядом которых внутри Глории все сжалось.

- От чего же? – С ухмылкой спросил Илья, все тот же Илья, которого Глория почти каждый день видит на станции. С трудом переведя дух от привидевшегося, она ответила:

- Ну вы ведь по другой части здесь. Я имею ввиду разведывательную деятельность.

- То есть уже разведывать нечего? – В голосе Ильи явственно слышалась ироническая нотка.

- Смотря в каких областях. Впрочем, с каким поручением вы сейчас здесь?

Илья медленно махнул рукой.

- Да без поручений я сейчас.

- Значит просто осматриваетесь?

- Именно.

Глория понимающе усмехнулась.

- Это мне знакомо. Увы, здесь работа только для техники, а моя на станции. Так что тоже вот, осматриваться иногда выхожу.

Илья задрал голову.

- А засматриваться есть на что.

Глория последовала его примеру.

- Необычно, правда? – Слегка отрешенным голосом произнесла она.

- Что именно?

- То, что мы смотрим в прошлое нашей галактики.

Илья задумчиво хмыкнул и ответил лишь через несколько секунд:

- Признаться, я об этом не задумывался.

- А меня эта мысль терзает с самого нашего прибытия в эту систему.

- Я думал все мысли ученых заняты объектом.

- Пока нет особых продвижений в его изучении, он помалу теряет свою притягательность. В этом плане у него здесь много конкурентов.

- Да уж, эта система поистине уникальная находка для человечества. Наша наука застряла здесь надолго.

- Нет, - довольно уверено сказала Глория, - очень скоро аномальная точка приобретет вполне определенное название и все будут знать его значение.

Глория вновь ощутила на себе пронзающий взгляд, словно тысячи глаз сошлись в одной точке и этой точкой была она. Глория резко повернулась в сторону Ильи, который уже отвернулся от Млечного Пути и смотрел на нее.

- Вы очень уверены. Мне это нравиться.

У Ильи было все тоже добродушное выражение лица и легкая ухмылка, которая, казалось, вообще не сходит с его уст. Значит снова показалось – философия в одиночестве, плохо влияет на психику, таков был вердикт Глории.

- Уверена, еще и как уверена. Припомните мои слова – мы здесь ненадолго, скоро наши корабли полетят к новым горизонтам неизведанного, это лишь короткая остановка по пути туда.

- Жаль, я совсем не разделяю вашей уверенности.

- От чего же?

- Боюсь, аномальная точка станет революцией для человечества, а значит ученые здесь надолго.

Глория непонимающе приподняла бровь, Илья же продолжил:

- Разве вы не видите этого? Наука здесь зашла в глухой тупик – из которого без переворотов не выйти.

- Но о какой именно революции вы говорите?

- Научной и, - Илья немного помедлил, - возможно еще религиозной.

- В самом деле? Весьма странно слышать подобные слова от человека такого лихого склада как вы.

- Даже не знаю как воспринимать такие слова – как комплимент или как оскорбление.

- Точно не как оскорбление. Комплимент – от части. Просто удивленна, что именно вы приплели сюда религию.

- Вы подобрали не совсем удачное слово. Приплел – это вроде как ей здесь совсем не место.

- Так оно и есть.

- Хо-хо! – Илья наиграно слегка приподнял руки. – Да вы никак ярая атеистка?

- Совсем не ярая, но по поводу существования Бога у меня есть большие сомнения.

- Вот! Сомнения! Сомнения это хорошо, вот если бы вы были уверенны, то было бы намного хуже. Где вы выросли?

- Родилась на Земле, но все детство прошло на Марсе.

- Марс. Конечно Марс, я так и думал. Это совсем другой мир в духовном плане. Очень бедный мир.

- Это точно не комплимент – значит я должна воспринять это как оскорбление?

- Нет-нет, что вы, ни в коем случае. Просто вас воспитала наука, сухая, четка и определенная. То, что вы не понимаете, вы просто обозначаете иксом и пытаетесь найти его значение путем подстановки логичных теорий, базирующихся на теориях прошлого. Вы не любите неопределенность, она загоняет ваш разум, привыкший идти одним путем, в тупик. И вы стараетесь избегать ее, вместо того, чтобы попытаться воспринять и понять, что она неотъемлемая часть Вселенной. Что неопределенность – сама суть Мироздания.

Слишком точные слова, слишком. Глория не могла ничего возразить, что ее жутко раздражало.

- Так что же, вы значит верующий?

- Смотря, что вы понимаете под этим словом.

- Тоже, что и все – вы в Бога верите?

- Да. Просто некоторые по разному понимают слово «верующий». У некоторых это слово неотделимо от религии. Но ведь религиозная вера и личная вера каждого – совершенно разные вещи.

- Даже так.

- Верю ли я в парня с бородой, который несколько тысяч лет ходил по планете Земля и совершал так называемые чудеса, после чего его распяли, а через три дня он как ни в чем не бывало восстал из мертвых и благополучно направился на небеса, где находится и поныне, всячески помогая людям? Нет. И находясь здесь, в нескольких тысячах световых лет от той планеты, где все это вроде как происходило, еще больше убеждаешься в нелепости данной истории. Верю ли я в Бога, который испытывает к человеку множество эмоций, который следит за каждым человеком в отдельности – прощает и казнит, спасает и убивает? Нет. Ведь это уже не Бог, а просто какой-то сверхчеловек.

- Во что же вы тогда верите?

- В то же, что и вы, просто вы не хотите давать определение этому.

- Может тогда это сделаете вы?

- Конечно, с большим удовольствием. Возьмем теорию, которой уже несколько веков, но она так и не была доказана, как и не была опровергнута, поэтому жива до сих пор – теория Большого взрыва.

- И? – Глория не понимала к чему ведет Илья.

- У меня к вам всего лишь один вопрос – что породило этот взрыв?

- Это был результат расширения и охлаждения, после которых во Вселенной начались фазовые переходы, аналогичные конденсации жидкости и газа, только в данном случае это были элементарные частицы. Фазовый переход вызвал экспоненциальное расширение Вселенной…

- …Стойте. Давайте по другому – почему сверхплотная точка, единственное пятно материи в безвременной пустоте, неожиданно начала расширяться и охлаждаться? Откуда вообще взялась эта сверхплотная точка в ни в чем?

- Я… никто не знает. Наверное она была всегда.

- Вот! Это тоже самое!

- Что тоже самое?

- Спросите любого священника, откуда появился Бог. Что он вам ответит? Он был всегда! Это их религия. Большой взрыв – ваша. Вы все еще не улавливаете связи науки с религией?

- Вы мне так и не ответили, во что же верите вы сами.

- Я знаю, что вся Вселенная это четко продуманная система. Причем продуманная до таких мелочей, что ни одному человеку, ни одной машине будет не под силу продумать так что либо. И я верю, что все Это, не могло появиться спонтанно. Именно здесь я заключаю определение Бога.

Глория улыбнулась.

- Я ожидала более оригинального ответа.

- Думали я начну сейчас читать какие-то сектантские проповеди? – Илья улыбнулся в ответ.

- Нет. Просто ваш ответ прозвучал довольно обыденно и логично.

Он ничего не ответил, просто вновь перевел свой взгляд на Млечный Путь, все с той же улыбкой на устах. На некоторое время в динамике повисла тишина, но вскоре Глория вновь слышала в нем голос Солнцева:

- Вы часто посещаете отсек отдыха?

- Да так, была всего раз для разведки. Я лучше всего отдыхаю в своем собственном отсеке.

- Да так и скажите – что просто не разобрались в системе управления этим отсеком. – В голосе Ильи явно звучала насмешка, что Глорию здорово разозлило.

- Что за чушь!

- Да ладно, с кем не бывает, там действительно слишком мудреная система, надо специально сидеть и разбираться, какой уж там отдых после этого.

Глория вновь попыталась протестовать, но Илья перебил ее:

- Приходите в четвертый отсек отдыха, где-то часика через три – сможете?

Глория не сразу дала ответ.

- Да.

- Вот и отлично, тогда до встречи. – Солнцев кивнул головой и медленно переставляя ноги, направился к станции. Глория озадаченно смотрела ему вслед. Это что же, он ей только что назначил свидание?

Вернувшись на станцию, Глория быстро просмотрела данные с нескольких компьютеров, которые следили за техникой работающей возле объекта, и, не обнаружив никакого отличия их от вчерашних, тут же все забросила и направилась в свой отсек, где расслабленно упала на кровать. Мало помалу на нее начал наваливаться сон. Глория уже пожалела, что согласилась прийти через несколько часов в четвертый отсек отдыха – ведь так хотелось спать. Тут в голову пришла замечательная идея. Глория медленно привстала, чтобы случайно не согнать призрачный сон, протянула руку к пульту управления своим отсеком, который находился в стене над кроватью, и поставила будильник, который должен был сработать через два часа. Довольная, она вновь опустила голову на подушку и уже не сопротивлялась крепчающему сну.

Будильник сработал как и положено, поэтому резко вскочив с кровати, Глория уже знала, что у нее всего пол часа на то, чтобы приготовиться к так называемому свиданию. Но, по правде говоря, пол часа это было даже много. В более цивилизованных условиях, где она могла принять нормальный душ и помыть голову (а не проходить дезинфекцию при помощи специального устройства, ведь вода на станции была в ограниченном количестве), где она могла сделать специальную укладку для волос с помощью различных гелей, где у нее было куча косметики и прочего – полчаса показались бы отрезком, в который нереально вложиться. Здесь же, после того как она как следует расчесала свои рыжие волосы, ей оставалось только выбрать в чем пойти. Что тоже заняло немного времени, так как в ее гардеробе был выбор всего из трех комбинезонов – белого, синего и белого. Грустно вздохнув, Глория прикинула, что на фоне белого цвета ее рыжие волосы будут выглядеть ярче, что вроде как прибавит ей привлекательности – это и стало основным аргументом при выборе. Через пятнадцать минут она уже вышла из своего отсека.

Что ж, в этот раз придется нарушить правило, согласно которому девушка просто обязана прийти на свидание позже мужчины. В конце концов, они здесь далеко от цивилизации, а значит, многие правила попросту не работают. Однако Глорию ждало приятное разочарование. Войдя в четвертый отсек отдыха, она тут же увидела Илью Алексеевича, который бродил в центре отсека и с наслаждением подпевал неизвестному, для Глории, исполнителю, игравшему в отсеке: «Suddenly, I’m not half the man I used to be, there shadow hanging over me, oh, yesterday came suddenly…». Заметив Глорию, Илья тут же умолк и расплылся в улыбке.

- Биттлз «Yesterday».

- Что простите? – Не поняла о чем речь Глория. Илья ткнул пальцем в потолок.

- Сейчас играет Биттлз, их песня «Yesterday». Не слышали?

- Нет, что-то вообще незнакомый жанр. Они с какой планеты?

Солнцев искренне рассмеялся, после чего ответил:

- С той, где зародилось человечество. Они играли еще в ХХ веке.

- А звучат вполне сносно, учитывая разницу в несколько веков.

- Сносно? Да эти парни лучшее, что я когда-либо слышал. Сейчас уже нет тех инструментов, на которых они создавали эту замечательную музыку. Сейчас уже нет такого разума, который бы смог написать подобные песни. Сейчас… - Илья неожиданно помрачнел. - …совсем не тот мир, не та Вселенная.

- Что вы, для Вселенной эти несколько столетий – несколько минут. Можно считать это погрешностью, если хотите, так что Вселенная все та же. Изменилось лишь общество.

Солнцев несогласно помотал головой, после чего нажал какую-то кнопку на пульте, который держал в руках и весь отсек погрузился во тьму. Но ненадолго. Вскоре потолок разошелся и свет Млечного Пути залил весь отсек.

- Нет, Вселенная другая. – Еле слышно вымолвил Илья, глядя вверх. Однако Глория уже не слышала этих слов, зачаровано глядя вверх.

- Я не знала, что эту красоту можно наблюдать и отсюда.

- Да, но, - Илья вернулся в свое прежнее, радужное состояние, - я пригласил вас сюда не за этим.

Он нажал еще одну клавишу на пульте, после чего Биттлз сменила обычная инструментальная музыка, звучащая в спокойных тонах. Илья положил пульт на столик, очертания которого с трудом угадывались в полумраке отсека, а затем протянул правую руку.

- Позволите пригласить вас?

Глория почувствовала себя девочкой-подростком, которую впервые приглашают на танец, и радостно положила свою руку на ладонь Ильи. Он тут же притянул ее к себе и обхватил за талию, Глория же медленно оплела руками его шею.

Музыка задавала темп – спокойный, умиротворяющий, позволяющий насладиться едва заметными движениями тела, как своего, так и другого, прижавшегося вплотную. Илья аккуратно наклонился к ее уху и прошептал:

- Посмотри вокруг.

Глория оглянулась и ее сердце восторженно забилось вдвое быстрее. Они танцевали в черной пустоте космоса, лишь далекий Млечный Путь был последним оплотом света в этой тьме. Но эта тьма не вызывала ужаса, наоборот, она порождала бурю перемешивающихся эмоций, прекрасных эмоций.

- Я повысил уровень поглощения света внутри отсека, думаю так выглядит эффектней… - Илью прервал приставленный к его губам палец Глории.

- Тсссс, не нужно больше слов. – Она положила голову ему на плече и они продолжили танец, который, как казалось теперь, был прямо на краю галактики.

Созданная атмосфера позволяла музыке задевать каждый уголок души Глории, делая ее все более чувствительной к окружающему. И когда Илья прижал Глорию к себе плотнее и начал клонить голову к ее губам, она прикрыла веки и с волнением стала ждать момент поцелуя. Их губы соприкоснулись – в этот самый момент раздался дикий рев сирены, бесцеремонно вырвавший Глорию из их Вселенной.

Ваша оценка: None Средний балл: 9.7 / голосов: 15

Быстрый вход