Месть кровожадного бога. Глава 8

ГЛАВА 8

Центральный Торговый Променад страшно шумел и волновался. Первое сообщение Франсуа Бишо никого особо не встревожило, но когда раздался приглушенный грохот и ощутилась встряска, это вызвало у людей серьёзные опасения. Затем, директор круиза выступил повторно и его сообщение про взрыв, уже многих испугало основательно. Как и на всех других палубах, пассажиры начали покидать кафе и магазины, салоны и парки. Тут и там на дверях заведений стали появляться таблички с надписью «barred to the public».

Из-за всей этой суеты и волнения никто не заметил, как в конце Променад- улицы, там где располагались служебные лифты появился странный человек. Шёл он медленно, раскачиваясь из стороны в сторону, но не так, как обычно передвигаются «перебравшие лишку». Движения его, не смотря на неестественность и несбалансированность, вместе с тем несли в себе признаки некоего автоматизма, словно шел не живой человек, а машина. Впечатление это усиливалось ещё и пугающей, просто шокирующей целеустремленностью, так не вязавшейся на первый взгляд со спотыкающейся походкой. На мужчине была ярко-желтая спецовка ремонтника. И весьма заметно, на куртке в районе плеч и верхней части спины выделялись темные расплывшиеся пятна. Воротник же, сплошь пропитался кровью. Спереди над левым карманом куртки был значок с именем: «Фрэнк Шольц».

Глядя прямо перед собой немигающими, мутными глазами, ремонтник шел в сторону скопления людей. Чем ближе он подходил, тем движения его становились, словно бы нервными, нетерпеливыми, да и шаг Фрэнка Шольца ускорился. Лицо, искаженное судорогой было чудовищно бледно и страшно в своей застывшей неподвижности. Из уголка рта стекала вязкая струйка зеленоватой слюны.

* * *

Представление в аква- театре «Нептун» прервали, уже после первого сообщения Франсуа Бишо. Служащие, как обычно вежливые и обходительные начали налаживать организованный выход. Но людей было много и дело продвигалось медленно. Не успела выйти и половина, когда со стороны правого борта раздался грохот и пол под ногами дрогнул. Красивые декоративные вазы из искусственного хрусталя в виде морских раковин, установленные в стенных нишах - переливчато зазвенели. Толпа загудела, со всех сторон неслось на многих языках.

«Что это! Что случилось! Господи! Это был взрыв, да? Что происходит? Корабль тонет?» С каждой минутой нервное напряжение в толпе возрастало. Работники театра, как могли успокаивали людей. Но признаки паники, уже начинали себя проявлять: плачь женщин и детей, злые, нервные возгласы, толкотня, всё более агрессивная, тут и там яростные выкрики и ругань. Внезапно раздался пронзительный женский крик и тут же мужской возглас, полный страха:

- Боже! Исусе! Он её укусил!

Людская масса всколыхнулась и совершенно вышла из-под контроля. Кто-то начал пятиться от выхода обратно, другие, напротив - напирать. Уже вышедшие в коридор, с криками побежали прочь, но это привело лишь к тому, что нескольких человек сбили с ног. Один пожилой мужчина так и не поднялся. Шагах в двадцати от него молодая женщина, пронзительно крича и заливаясь слезами, подхватить с пола своего маленького ребенка, но бегущие всякий раз задевали истошно кричащую малышку ногами. Доставалось и матери. У самого выхода толпа немного рассеялась, точнее, образовала круг вокруг двух катающихся по полу людей. Это были женщина средних лет, одетая в фиолетовое вечернее платье и мужчина в ярко-желтой спецовке ремонтника. На значке, приколотом над левым карманом куртки было его имя: «Джон Форман».

Ремонтник стискивал обеими руками горло женщины, а зубами вгрызался ей в щеку. Она хрипела и пыталась оттолкнуть напавшего, кровь хлестала, заливая лицо агрессора и его жертвы. Один из мужчин, высокий белокурый швед после секундного замешательства бросился даме на помощь. Ему удалось разжать пальцы Джона Формана, при этом швед поразился, какие они жесткие и холодные, словно одеревенелые от мороза. Повсюду, уже распространялась паника. Все истошно кричали, начали толкаться и протискиваться к выходу. Служащие пытались успокоить людей, но это никак не удавалось.

Внезапно из бассейна, где давали представление всеобщие любимцы: морские котики и дельфины, сивучи и даже огромные моржи раздался такой ужасающий крик, что все на мгновение оцепенели. А потом, толпа людей рванулась прочь. Теперь, даже те, кто ещё пытался сохранять спокойствие, от ужаса потеряли над собой контроль. Крик повторился, он был полон боли и отчаяния и не мог принадлежать человеку. Один из служащих, бежавший между рядами кресел оглянулся. От изумления рот его открылся. Одна из женщин, погибшая на его глазах всего пару минут назад, теперь был в бассейне. Там, вцепившись руками в спину дельфина, она яростно грызла его спинной плавник. Её собственная кровоточащая рана на горле, нанесённая чьими-то зубами, женщину совершенно не заботила. Обезумевшее от боли и ужаса животное металось из стороны в сторону. И кричало, кричало в смертной тоске. Вода в бассейне ходила ходуном и вздымалась волнами, кровь хлестала во все стороны. Ещё один человек – мужчина, лежавший до этого неподвижно начал подниматься. Вот, выпрямившись, он сделал пару неуверенных шагов. Затем, не раздумывая, прыгнул в бассейн. Его жертвой стал средних размеров морской котик. Мужчина вцепился зубами ему прямо в глаз. Животное взревело, заметалось, резко мотнуло головой. Напавший отлетел в сторону, и с размаху, приложился спиной о край бассейна. Всякий человек после такого удара, как минимум получил бы тяжёлую травму и не смог бы двигаться, но мужчина, поднялся, как ни в чём не бывало и напал на сивуча, который пытался выбраться из бассейна.

Бежавшие люди начали скапливаться возле ограждения в форме высокой арки – она отделяла аква-театр от остальной части Променада. Здесь была металлическая дверь и двое служащих, силясь перекричать толпу, пытались наладить организованный проход. Но совершенно потеряв от ужаса голову, бежавшие зрители напирали всей массой. Было уже много задавленных и растоптанных, умирали люди и от нехватки воздуха. Ноги скользили в крови, задевали о лежавшие тела, кто-то падал, кого-то затеял драку, совершенно отчаявшись добраться до выхода. Ограждение гудело и сотрясалось и даже возникли опасения, что оно может рухнуть. В дверь порой пытались протиснуться сразу несколько человек, отчего давка только усиливалась, а движение тормозилось. Люди ругались, рвали на себе одежду, наносили друг другу яростные удары. Мужчины и не думали пропускать женщин, даже с маленькими детьми на руках. Зачастую их бесцеремонно отшвыривали в сторону. Страх и стремление спасти собственную жизнь мгновенно сорвали с людей всегда такой тонкий и ненадежный налёт порядочности и цивилизованности. Толпа превратилась в обезумевших от ужаса животных.

Служащие всё менее могли контролировать это паническое бегство. Поначалу они пытались первыми пропускать женщин, детей и пожилых людей, но вскоре это стало невозможно. Более того, некоторые из мужчин начали угрожать членам экипажа расправой, если их попытаются задержать.

- Что будем делать?! – в отчаянии воскликнул молодой парень по имени Трэвис. – Они там давят друг друга! Они не желают проходить по очереди!

- К чёрту! – заорал его более старший напарник Уильям. – Мы сделали всё что могли!

- Но мы не можем всё оставить на самотёк! – взвыл Трэвис. – Жертв будет ещё больше!

Уильям вдруг схватил его за руку. Трэвис, даже отшатнулся, увидев глаза товарища - страшные, совершено дикие.

- Мы сами должны бежать! Ты видел, что началось? Мертвые оживают!

- Я не… Как? Господи! Ты думаешь, оживают?

- А что еще, по-твоему происходит?

- Может это помешательство или какое-нибудь бешенство?

- Люди с разорванными глотками поднимаются! Какое к черту бешенство?! Это зомби! Валим отсюда!

Трэвис резко обернулся. Окинув беспомощным взглядом Променад, заполненный сотнями кричащих и бегущих людей, он вновь обратил своё внимание на вход в арочной перегородке. По ту сторону осталось ещё около сотни человек! Но их, уже начали атаковать. На тех, кто стоял дальше всего от двери набросились несколько человек минуту назад лежавшие неподвижно в лужах собственной крови. И в довершении всего в толпу врезался здоровенный сивуч. Он выбрался из бассейна и устремился на толпу давя или расшвыривая все, что попадется по пути. Животное было сплошь покрыто кровью, в боках его зияли ужасные раны, словно кто-то гигантскими щипцами вырвал целые шмоты мяса, так что местами даже были видны обнажившиеся ребра сивуча. Скорее всего, это была работа другого самца или же двух крупных северо-морских котиков. Боже! Неужели и животных поразило бешенство. Если так, нельзя их выпускать! Нельзя ни в кое случае!

Трэвис ударил одного мужчину в лицо и заставил его отпрянуть назад. Затем, резким движением захлопнул дверь и повернул язычок замка. С той стороны перегородки раздался оглушительный рёв толпы. От удара вся арка задрожал, но выдержала. А затем начались такие душераздирающие крики, что Тревас, закрыв глаза и зажав уши руками, помчался прочь. Уильям едва поспевал за ним.

* * *

Пришло время принимать сложное решение об эвакуации судна. Несмотря на то, что затопление «Повелителю морей» не грозило, а пожар так или иначе будет ликвидирован, он не имел права рисковать жизнями более семи тысяч человек, находившихся сейчас на лайнере. Итак, пора начинать. Нельзя терять драгоценного времени. Джеральд Торнсвайт уже собрался было отдавать соответствующие распоряжения офицерам, как вновь ожил аппарат связи. Из трубки раздался перепуганный голос директора круиза.

- Сэр началась паника! Мне докладывают, что люди с первой, второй и третьей пассажирских палуб бегут вниз на шлюпочную палубу!

- Что?! – вскричал капитан.

- Ужасная паника! Просто кошмар! Я сам ничего понять не могу! Мне докладывают что во все помещения через систему вентиляции проник какой-то странный зеленоватый газ. Он якобы состоит из каких-то микроорганизмов! Приходят сообщения о многочисленных нападениях и убийствах!

- Нападения… Убийства? – Джеральд Торнсвайд буквально изменился в лице. – Что черт возьми происходит? Объясните толком! Кто на кого нападает?

- Сэр, мне самому в это трудно поверить, но похоже… Похоже происходит какое-то массовое безумие. Люди… Пассажиры нападают друг на друга. Боюсь, это помешательство вызвано тем самым газом.

Тут, к капитану подбежал один из операторов связи и сообщил, что с ним срочно хочет поговорить главный судовой врач Рейнолд Линс. Капитан кивнул и велел переключить его на медблок.

Рейнолд Линс, всегда отличался взвешенностью и хладнокровием. Речь его обычно была неторопливая, четкая с ясным изложением сути. И в этот раз голос врача, был вроде, как спокоен, но Торнсвайт , таки уловил в тоне старины Линса не присущую ему взволнованность и напряженность. Врач сообщил:

- Сэр, не сочтите мои слова помешательством. Я тридцать пять лет отдал медицине и моя квалификация позволяет мне со всей серьезностью…

- Ближе к делу, Линс! – вскричал капитан.

- Сэр, оживают мертвые. Оживают и нападаю на людей.

Джеральд Торнсвайт на минуту потерял дар речи. Мысли в его голове завертелись, как бешеная карусель, ладонь и пальцы, сжимавшие трубку стали скользкими от холодного пота. Наконец, после затянувшейся паузы он спросил хриплым осевшим голосом:

- Мистер Линс, вы уверены? Вы это сами видели?

- Мне об этом сообщил один из моих помощников доктор Крамси. В 20.45 он позвонил из корабельного морга и сказал, что к жизни вернулся Майкл Мэррон, умерший накануне от инсульта. Биологическая смерть была определена со стопроцентной вероятностью. Но Мэррон внезапно поднялся и напал на Крамси, пока тот занимался бальзамированием тела Амелии Грэмшоу. Но этого мало, пожилая леди, тоже ожила и пока Крэмси боролся с Мэрроном укусила его за руку. Крамси удалось вырваться и он запер дверь в помещение морга. После позвонил мне. Я прибыл в морг в 21.20.. Со мной были, также доктор Антуан Эжон и трое санитаров. Крамси открыл дверь морга, а когда мы вошли внутрь Мэррон и Амелия Грэмшоу напали на нас. На просьбы успокоиться они не реагировали. Двоих санитаров покусали. Пациентов с большим трудом удалось привязать к столу, после чего я произвёл вскрытие миссис Грэмшоу.

- Что?! – вскричал капитан. – Её супруг просил не делать этого на судне!

- Я помню о его просьбе. Но ситуация сложилась чрезвычайная. Сейчас я разговариваю с вами и стою прямо перед столом. На данный момент произвел вскрытие брюшной полости и грудной клетки, извлек сердце и часть кишечника. Амелия Грэмшоу жива, если так можно выразиться. Все произведенные мною манипуляции на нее никак не повлияли. Похоже она совсем не чувствует боли и на лицо все признаки начинающегося разложения, что исключает вероятность даже клинической смерти или какого-либо другого пограничного состояния. То есть, она абсолютно мертва, по всем известным нам законам науки. Но вместе с тем, она реагирует на мое присутствие и присутствие моих коллег. Всё время пытается вырваться, дотянуться и укусить. Сейчас я приступлю к вскрытию черепа, а после займусь мистером Мэрроном. Кстати, хочу сообщить о любопытном обстоятельстве. Органы и внутренняя полость покрыты страной зеленой массой, что-то вроде пыльцы. Но судя по всему это микроорганизмы – они достаточно быстро передвигаются. Кошмарное зрелище. Органы, словно сами по себе живые и шевелятся.

Капитан слушал доктора молча. Что он ещё мог сказать? Все, что было сообщено, звучало дико и невероятно. Наконец, с трудом сглотнув, Джеральд Торнсвайт спросил:

- Как чувствуют себя Крамси и санитары?

- Санитары пока нормально, а вот Крамси немного не в себе. Оно и понятно. Столкнуться с таким феноменом и сохранить при этом спокойствие просто не возможно. Ещё, он жалуется на тошноту и легкое головокружение. Рана его, сама по себе не опасна, физическое же недомогание я думаю связано с интоксикацией. Сэр, эти микроорганизмы… Я не знаю, что это такое и откуда они взялись. Рекомендую начать эвакуацию пассажиров и переместить их на две верхние палубы.

- Линс, скажите, а не может быть как-то связано то, что произошло с мистером Мэрроном и миссис Грэмшоу с газом, который начал распространяться через вентиляцию?

- Впервые об этом слышу! – воскликнул Рэйнолд. – Что за газ? Откуда?

- Этого я не знаю. До вас со мной говорил Франсуа, он сообщил о зеленоватом газе, состоящим вроде бы из каких-то микроорганизмов! Боюсь тех же самых, которые обнаружили вы.

- Вот чёрт! И когда же это случилось?

- Не так давно и пока на трех технических и трех нижних пассажирских палубах. Также, ко мне поступили сообщения о нападениях одних пассажиров на других.

- Все ещё хуже, чем я думал, - пробормотал Рэйнолд Линс. - Отключите систему вентиляции и срочно эвакуируйте людей, начиная с четвертой пассажирской палубы! Всё что находится ниже необходимо изолировать. Полный карантин!

- Что вы говорите! – вскричал капитан. - Предлагаете запереть более трех тысяч человек?

- Мы столкнулись с каким-то неизвестным и чрезвычайно опасны вирусом, сэр, - произнес доктор. Голос его дрогнул и в нем послышался не скрываемый страх. - Необходимо предотвратить распространение эпидемии любыми средствами.

- Линс вы часом не свихнулись? – заорал Торнсвайт. - У нас тысячи людей на борту! Какой к дьяволу карантин? Я собираюсь отдать приказ о начале эвакуации!

- Боюсь, это серьезная ошибка сэр. По моим наблюдениям и первым впечатлениям, я готов сделать уже некоторые выводы. И они не утешительны.

- Черт возьми, Линс, не сейчас! Нет времени на дискуссию! – рявкнул Торнсвайт и отключил связь с медблоком.

Но тут, на связь снова вышел Франсуа Бишо.

- Сэр, офицеры с нижних палуб докладывают, что не в состоянии контролировать ситуацию. Особенно всё плохо на шлюпочной палубе.

- Я направлю туда ещё несколько офицеров и отряд матросов! – закричал Торнсвайт. – Нельзя допускать паники! Передайте это всем Бишо! Пусть ваши сотрудники всё объяснят людям! У них есть подготовка, есть инструкции на такие случаи. Пассажиры напуганы, я понимаю, но мы, то, не должны терять головы! Сейчас всё зависит только от нас! От нашего экипажа!

* * *

На палубе № 4, называемой обычно шлюпочной в полутьме метались сотни людей. Где-то оказалась повреждённой проводка, возможно из-за недавнего взрыва и пожара на третьей палубе. Даже там, где лампы ещё горели, свет был тусклым и часто мигал.

Здесь в основном собрались пассажиры, склонные поддаваться панике сильнее и быстрее других. На многих были надеты спасательные жилеты, кто-то даже держал в руках упакованные чемоданы и сумки. Мужчины орали и ругались, женщины прижимали к себе плачущих детей.

- Назад! – кричал офицер в белой рубашке, строгих темно-фиолетовых брюках, но без фуражки. Головной убор упал и затерялся где-то под ногами напирающей толпы. Все рвались через металлические заграждения и турникеты к бортовым кабинам, откуда можно было пройти в спасательные боты. Два десятка матросов, всеми проклинаемые, осыпаемые ругательствами и оскорблениями, мужественно сдерживали толпу. Но надолго ли им удаться сохранять контроль над ситуацией? Пассажиров было человек триста, но постоянно подходили ещё и ещё.

– Пройдите к другому борту, пожалуйста! – надрывался офицер. – Там тоже есть спасательные боты!

- Лжёшь! – закричал какой-то упитанный краснолицый толстяк. – Я слышал, что по правому борту уничтожены все боты! Вы хотите захватить оставшиеся и сами спастись!

Толпа возмущенно заревела. Оправдания офицера совершенно потонули в этом оглушающем шуме.

- У меня 18 номер и левый борт! – завопила средних лет женщина со всклоченными волосами и разорванном на плече платье. – Почему я должна идти к правой стороне? Я ни кому не уступлю своё место!

И на этот раз толпа взорвалась возмущёнными криками, но теперь многие из пассажиров начали ругаться друг с другом. Кое-где даже вспыхнули потасовки.

-На нас напали! – раздался вдруг истошный вопль из задних рядов. – Боже, мою жену укусили!

Это стало последней каплей. Началась дикая паника. Оцепление из матросов было смято, причём многие из них упали и оказались под ногами обезумевшей толпы. Кто-то ударил офицера в лицо. Женщину в разорванном платье опрокинули и затоптали. Внезапно, перекрывая все остальные крики раздался чей-то душераздирающий визг. Но пару секунд спустя он резко оборвался и перешёл в сдавленный хрип.

Женский плач, вопли детей, брань мужчин и призывы соблюдать порядок - все это слилось в единую ужасающую симфонию катастрофы, массовой истерии и паники. Раненые, затоптанные и раздавленные насмерть, исчислялись десятками.

Офицер поднялся с пола. Перед глазами всё плыло, взор застилала желтая пелена. Он поднёс руку к губам и тут же отдёрнул её, ощутив на пальцах липкую влагу. Но вот в глазах стало немного проясняться. Прямо перед собой он увидел лежавшего на спине мужчину с окровавленной головой. Рядом с ним примостилась девушка в легкой блузке и коротенькой юбке. Лицо её было в крови. Она вытягивала из разорванного живота мужчины зеленовато-розовые ленты кишок и жадно впивалась в них зубами.

К горлу подкатила тошнота, в ушах стоял звон и было состояние какого-то полного отупения. Вокруг пронзительно кричали, слышны были стоны, хрипы и отчаянные призывы о помощи. Преодолев слабость, офицер поднялся и в это мгновение сзади на него набросился высокий мужчина в футболке и шортах. Правая сторона его лица выглядела, как фарш вперемежку с кусками кожи и волос. На правой руке не хватало двух пальцев, оторванных по первую фалангу. Разинув рот, мужчина вонзил зубы офицеру в незащищенную шею. И оба они упали на пол в огромную лужу крови.

В полутьме дико метались тени, обреченные, дезориентированные пассажиры гибли в муках, вся палуба была завалена телами, а из вентиляционных шахты, расположенных на стенах и потолке неспешно выплывали зеленоватые, слегка фосфоресцирующие во мраке облака спор. Они чувствовали кровь и тела, чувствовали смерть повсюду. Возбужденные этой аурой страданий и повсеместной гибели, споры нервно пульсировали, сталкивались друг с другой, роились и растекались во всех направлениях, чтобы, наконец, добраться до вожделенной, ещё теплой плоти.

* * *

Подняться на лифте с третьей палубы на четвёртую не получилось. То ли, все лифты вышли из строя, то ли были преднамеренно отключены. Стас склонялся к последней версии.

Как бы там ни было, попасть наверх было необходимо. Пришлось искать иной путь. Миновав служебный коридор, беглецы вышли к лестнице, ведущей на четвертую палубу. Стас выбросил автомат, поскольку магазин, уже давно опустел и по примеру Олега вооружился топором. Это оружие оказалось намного эффективнее в борьбе с мертвецами.

- Нужно отрубать этим тварям головы, - сказал Олег. – Без башки, они не смогут причинить вред.

Его слова полностью подтвердились при столкновении с первым же ожившим. Зомби – высокий лысоватый мужчина в футболке и шортах спускался по лестнице. Лицо его от переносицы до подбородка было сплошь покрыто подсохшей кровяной коркой. Обе губы и нос напрочь оторваны, горло в районе кадыка прокушено. Белая футболка спереди стала багрово-черной.

- Вот, черт, - пробормотал Стас. – Откуда принесло тебя, урод?

Джейн смотрела на приближающегося мертвого каннибала, словно кролик на удава. Сильнейший страх, сковывал её тело всякий раз, как она видела ожившего. Руки и ноги становилось ватным и одновременно, как будто бы наливалось свинцом. Этот раз не был исключением. Стас вынужден был поддержать молодую женщину, поскольку она едва стояла на ногах.

- Смотрите, - сказал Олег и шагнул вперёд на встречу мужчине.

Увидев, а скорее как-то учуяв живых, мертвец чуть ускорил свой шаг. Поднятые руки потянулись к Олегу. Тот размахнулся и одним точным ударом отсек голову мертвому каннибалу. Джейн сдавленно вскрикнула, когда голова с разинутым ртом и застывшими мутными глазами подлетела вверх и после, шмякнувшись о стену, оставив на ней кровавые брызги, покатилась вниз по ступеням. Тело, словно наткнулось на невидимую стену. Сначала, оно замерло, а затем начало слепо и хаотично тыкаться туда-сюда и бестолково размахивать руками.

- Поднимайтесь и прижимайтесь к стенке, - сказал Олег.

Стас и Джейн, опасливо косясь на тело, пробежали мимо него и оказались на несколько ступенек выше. Олег пнул безголовый труп ногой. Потеряв равновесие, он рухнул с лестницы вниз.

Но едва шум от падения тела стих, до слуха беглецов донёсся звук неторопливых шагов. Кто-то ещё спускался сверху им навстречу. Шаги были характерные, уже узнаваемые.

- Встречаем гостей, - шепнул Олег.

Стас ободряюще улыбнулся Джейн и сказал:

- Постой, пока здесь. Мы разберёмся и пойдём дальше.

Молодая англичанка кивнула и даже спустилась на пару ступенек ниже, чтобы не мешать.

На этот раз мертвецов было двое: мужчина и женщина. Оба преклонных лет. Но имело ли это значение? Люди, ставшие зомби в более молодом возрасте… Были ли они сильнее и быстрее, а значит опаснее? На такие наблюдения, ни у Стаса, ни у Олега времени не нашлось. Единственное, что мог сказать Олег это то, что более тонкая шея женщин перерубается легче. Слава богу, им ещё ни попался обратившийся в зомби бодибилдер, борец или штангист. Таким едва ли снесешь голову одним ударом.

У мертвой старушки была прокушена левая щека и на правой руке не хватало двух пальцев по вторую фалангу. Рот и нос вымазаны в крови, но судя по всему не в своей. Своя натекла за воротник блузки. Окровавленные зубы, половина из которых вставные, тоже заляпаны кровью. Видать, отведала старушка человечины.

Пожилой джентльмен, в явно дорогом фирменном костюме серого цвета видимых повреждений не имел. Но то что он мертв не вызывало сомнений. Таких, ничего не выражающих, застывших глаз не может быть у живого, даже у слепца от рождения.

Узкая лестница не позволила напасть на зомби одновременно. Размахнуться топором тут мог только один человек.

- Нужно их по отдельности, - сказал Олег, нервно поджав губы. – Старуху я оттяну вперед, а ты мимо неё пробеги и завали этого… от Версачи.

Стас энергично, с самым решительным видом кивнул, хотя ладони его от страха и волнения изрядно вспотели.

Старуха оставила позади поворот лестницы. Второй зомби всё ещё был на небольшой площадке, разделявший лестничные пролёты. Олег резко выбросил руку вперед в направлении старухи и вцепился в рукав ее блузки. Рванул на себя. Она не удержалась на ногах и упала лицом вниз, ударившись о ступеньку. Стас перескочил через женщину и преодолев две ступени, отделявшие её от мертвого старика, атаковал последнего, целясь в шею. Но оказалось, что к большому пожарному топору, который приходилось держать обеими руками, нужно было приноровиться. Вместо того, чтобы прорубить шею, лезвие с тошнотворным хрустом вонзилось в левую скулу мертвеца.

- Бля! Мать твою!

Стас выдернул топор. Старик повалился на бок, но сразу же начал подниматься. Из огромной, ужасной раны кровь так и хлестала. Из-за рассеченной кожи и прорубленных до самой глотки мышц лицо мертвеца деформировалось, сползло с левой стороны вниз и при каждом движении верхняя часть головы болталась туда-сюда. Но такие пустяки вовсе не беспокоили зомби.

Стас ударил снова, целясь на этот раз ниже. Теперь, лезвие вошло точно в шею, рассекло ее и с приглушенным хрустом перерубило позвоночник. Мертвец сильно пошатнулся и с грохотом приложился спиной о металлическую стенку, которую, тут же окатило фонтаном крови. Теперь, голова зомби держалась, лишь на мышцах с правой стороны шеи. Но она не могла удержаться в вертикальном положении и завалилась в бок. Тело поволокло туда же - в результате мертвый старик тяжело осел в самый угол площадки.

Между тем, прижав старуху ногой к лестнице Олег, без проблем отделил её голову от тела. Подпрыгивая на ступеньках, она отправилась вниз.

-Всё! Бежим, быстрее!

Олег схватил Джейн за руку и они, перепрыгнув через подергивающееся тело старухи, влетели на площадку где их ждал Стас.

- Что у тебя?

Он мельком взглянул на старика-зомби. Потом, переложив топор в левую руку, правой взялся за седые волосы. Потянув вверх, Олег чуть приподнял голову мертвеца.

- Переруби.

Стас ударил топором в пол силы, что оказалось вполне достаточным. Олег поднял отделенную голову на уровень своего лица. Глаза старика все такие же мутные, по-прежнему были застывшими, челюсти слегка сходились и расходились, подчиняясь последнему из инстинктов – рвать чью-то плоть. На обескровленных губах выступила зеленоватая слизь. Олег выбросил голову в пролет, образованный поворотом лестницы и сказал:

- Нам нужно поспешить. Драться тут неудобно. А если подвалит целая толпа этой нечестии, нам вообще придется отступать.

Спорить никто не стал. Оставив беспомощное тело старика позади, беглецы быстро преодолели оставшуюся часть лестницы. На этом отрезке пути мертвецы им больше не повстречались.

Ваша оценка: None Средний балл: 8.6 / голосов: 19

Быстрый вход