Месть кровожадного бога. Глава 10

ГЛАВА 10

Франсуа Бишо был возмущен до предела. Решение капитана оставить тысячи людей которым не повезло оказаться выше двенадцатой палубы на произвол судьбы, а по сути на гибель, казалось ему сверх циничным и кощунственным. От капитана Джеральда Торнсвайта, всегда казавшимся ему человеком чести, он такого не ожидал. И Бишо был не одинок в своем мнении. Несколько офицеров и с десяток матросов громко и открыто негодовали по поводу приказа Торнсвайта. Подчиненные Рона Бэйли решительно заявили, что не оставят шефа и товарищей внизу. Пока между ними и офицерами, готовыми выполнить приказ капитана шла перепалка, Бишо со своими сторонниками прошли в противоположную часть мостика, где устроили короткое совещание.

- Друзья, - обратился пылкий француз к столпившимся вокруг него. – Мы должны спасти людей, наших пассажиров и членов экипажа с нижних палуб. Предлагаю сформировать отряд и отправляться прямо сейчас.

- Может, стоило бы подождать рассвета? – осторожно заметил кто-то из матросов. – Военные моряки сделают это лучше нас.

- А что же мы?! – вскричал Бишо. – Смалодушничаем? До рассвета еще несколько часов. И каждый час, каждая минута будут стоить кому-то жизни! Нет, господа, так нельзя!

- Ну, а как же приказ капитана? - сказал один из вахтенных офицеров. – Я конечно, тоже не доволен решением Торнсвайта. Но он главный на судне. Он наш капитан. И его приказы…

- Подчинятся преступным приказам – значит быть таким же соучастником преступления! – вскричал Бишо. – Хватит обсуждать этическую сторону. Время не ждёт. Поднимите руку кто со мной.

Вверх взметнулось несколько рук. Но были и колеблющиеся. Начались, как обычно споры и препирательства. И тут, проталкиваясь через толпу появился сам Джеральд Торнсвайт. Его сопровождало несколько вооруженных офицеров.

- Что здесь происходит? – грозно сдвинув седые мохнатые брови спросил он, возвышаясь над директором круиза на целую голову. – Мне доложили, что вы месье, сеете раздор среди подчиненных, призываете к открытому неподчинению моим приказам!

- Ваши приказы сэр, они противоречат…

- Молчать! – рявкнул капитан и разрубил ладонью воздух. – Я вас предупреждаю, Бишо. Предупреждаю только один раз. Если до меня только дойдут слухи, что вы своими речами разлагаете экипаж, я прикажу поместить вас под арест. Попытки спуститься ниже двенадцатой палубы, также будут жестко пресекаться.

- Но я…

- Это вам понятно, месье?

Директор круиза не ответил. Он стоял весь красный от гнева. Руки его тряслись от возмущения. Тем не менее капитан решил, что не смотря на протестующий вид, Бишо больше не решится на мятежные речи и действия. Да и сторонников у него почти не осталось. Больше половины, уже заметно колебались. Привычка подчиняться слову капитана сделали свое дело.

- Расходитесь, - приказал Торнсвайт толпившимся вокруг. – Вам есть чем заняться. – Повернувшись к Бишо, он добавил: - Вы, ступайте обратно в рубку связи и будьте все время там. Возможно, скоро понадобитесь, когда нужно будет обратиться к людям с ободряющей речью. У вас месье это хорошо получается.

И в следующее мгновение капитан был захвачен водоворотом людей и событий. Один из вахтенных офицеров доложил, что на связь вышел руководитель службы безопасности.

- Что?! Рон? – Джеральд Торнсвайт чуть ли не бегом поспешил к аппарату связи. Про Бишо он напрочь забыл.

* * *

На втором этаже бара помимо нескольких вспомогательных помещений, конференц-зала и кабинета управляющего был большой зал выходящий окнами на Променад. Сюда то и вбежали работники бара, привлеченные криком Софи Кольер. Глазам изумленных людей открылась картина от вида которой у всех без исключения в жилах застыла кровь.

По проходу между зданиями в разных направлениях бродило с дюжину окровавленных людей разной степени изувеченности. А из боковых улочек подходили всё новые и новые. Где-то вдали слышались ругань и пронзительные женские крики, плач детей, звуки ударов. Напротив бара располагался магазинчик по продаже сувениров. Центральная дверь его была закрыта, но на балкончике второго этажа стояли две продавщицы-азиатки: Лина Хань и Санэ Сао. С таким же ужасом и отвращением на лицах, девушки наблюдали за тем, что происходит на улице. В пиццерии по-соседству ещё трое человек испуганно выглядывали из окон первого этажа.

Индонезиец Шарку Пан, работавший кондитером открыл одну из створок и перегнувшись через нижнюю часть оконной рамы начал смотреть, то в одну сторону, то в другую, пытаясь оценить, насколько теперь опасна улица. А вот увидеть то, что делается возле входа в их бар он не мог, поскольку этому препятствовала наклонная крыша-козырек, начинавшаяся от нижнего края окон второго этажа и нависавшая над распахнутыми дверями.

В той стороне, где располагались пассажирские лифты Шарку Пан увидел четверых людей: двух мужчин и двух женщин, склонившихся над телом юноши. То что они делали, заставили индонезийца похолодеть от ужаса. Из разодранного живота парня эти люди вытягивали внутренности и жадно рвали их зубами. Шарку Пан сдавленно вскрикнул и отшатнулся. Его начало рвать на пол. Все от него шарахнулись в разные стороны.

- Что.. Что там? – закричал Ораси – один из подсобных рабочих. Он стоял дальше всех от окна и поэтому ещё не видел, что творится за стенами бара. Протолкнувшись к окну и выглянув, он также отшатнулся. Ораси ничего не сказал, но по его лицу и так было видно, насколько он потрясён происходящим.

Лэйла открыла другое окно и начала осматриваться. К ней со своего балкончика обратилась Линь Хань. Азиатку изрядно трясло.

- Скажите… Пожалуйста… Что происходит? Что с этими людьми? Почему они нападают?

- Это мертвецы. Ожившие мертвецы, - ответила Лэйла, ловя себя на мысли, как должно быть нелепо и даже глупо звучат ее слова.

- Мертвецы… - как эхо отозвалась китаянка.

- Разве, такое может быть? – закричала ее подруга Санэ Сао.

- Посмотри на них! – Лэйла указала на одного из бредущих внизу мужчин. Горло его было прокушено, на правой руке не хватало двух пальцев, с половины лица содрана кожа и мясо, так что местами обнажился череп. У совершенно голой женщины, идущей рядом, была почти оторвана и сильно изъедена правая грудь, с левой стороны, сквозь проткнутую насквозь кожу торчали обломки ребер. Из её полуоткрытого рта тянулась нить зеленоватой слюны. Но ужаснее всего было то, что среди мертвецов встречались и дети. Внутри Лэйлы всё, словно бы заледенело, а горло сжал спазм, когда она увидела девочку лет семи в окровавленных лохмотьях, оставшихся от розового атласного платья. Левая щечка малышки, нежная, как у всякого ребенка была разорвана чьими-то зубами грубо, по-звериному, без всякой жалости. Она была босиком и её ступни при каждом шаге оставляли на полу маленькие мутно-красные следы. Кто-то изгрыз девочке ещё и левую ножку от коленки до щиколотки почти до кости. На глаза Лэйлы навернулись слезы. Девушка поспешно смахнула их. Ей было отчаянно жаль эту крошку, чья жизнь оказалась так коротка, а смерть так мучительна и страшна. Но все же, не следовало поддаваться чувствам и эмоциям. Следовало помнить, что ещё недавно живой очаровательный ребенок, теперь превратился в опасного хищника. Губы девочки были вымазаны кровью. Она волокла за собой оторванную по локоть руку взрослого человека – непонятно только мужчины или женщины и время от времени жадно отрывала от нее зубами куски мяса.

Остальные погибшие были также страшны и отталкивающе уродливы. Некоторые из них были полностью голые, некоторые в нижнем белье, но большинство все, же одеты. Смерть застала их в разных местах: в барах, ресторанах, магазинах, на развлекательных мероприятиях или же во время прогулки. В основном среди зомби были пассажиры, но встречались и члены экипажа. Лэйла увидела одного матроса правая сторона головы которого представляла собою сплошное кровавое месиво и хорошо знакомую ей официантку Кэти из ресторана «Спайс Трек». Девушка шла, громко шаркая туфлями по полу. Её застывший остекленевший взгляд был устремлен в одну точку. Из правого уголка рта тянулась зеленая слизь и такого же цвета пена пузырилась на губах. Видимых повреждений у Кэти не было, однако по внутренним сторонам ее бедер тянулись кровавые дорожки и официантка отмечала свой путь вереницей кровавых пятен и брызг на полу.

В противоположной стороне, неподалеку от арочного заграждения группа из пяти-шести мертвецов ломилась в дверь небольшого магазинчика. Те, кто пытался укрыться там, не успели захлопнуть дверь и под давлением остервенело рвущихся внутрь зомби, она постепенно приоткрывалась. До слуха Лэйлы доносились истерические крики женщин. Да что там, криками. Стонами, душераздирающими воплями и плачем был наполнен сейчас весь Променад. Хаос, беспорядочные зверские убийства происходили повсюду. Подняв голову к потолку Лэйла увидела через прозрачную панель-окно, как на следующей палубе происходит всё тоже самое. Люди метались туда-сюда, пытаясь спастись, но их первыми врагами были слепой страх, паника и замкнутое пространство. Несмотря на то, что ожившие мертвецы двигались медленно, многие попадались им зачастую по вине других пассажиров. Лэйла стала свидетельницей нескольких возмутительных сцен. Какой-то крупный мужчина, весом наверное килограмм под сто двадцать сбил с ног девушку. Она упала прямо на панель-окно, тянущееся над Променадом и не смогла подняться, видимо ошеломленная болью и силой столкновения. Здесь её и настиг один из зомби, тоже мужчина не маленький и весьма упитанный. Он навалился на нее сверху и вцепился зубами в левое ухо своей жертвы. Рывком оторвал его и принялся вгрызаться в шею. Под ними стремительно начала растекаться темная лужа крови. Через несколько секунд голову девушки и её лица уже не было видно, только беспорядочно, конвульсивно бьющие по пластику ноги.

На Променаде возле фитнес-центра одна женщина средних лет - раненая, истекающая кровью, внезапно выхватила из рук другой женщины ребенка – годовалую крошку и швырнула её мертвецам. Сердце Лэйлы подпрыгнуло, в ушах зазвенело, а ноги начали подгибаться. Мать бросилась было на помощь. Что стало с малышкой Лэйла не увидела, а вот в руки и плечи обезумевшей от отчаяния женщины впились сразу трое озверевших от крови зомби. Ну а та, сука, что отвлекла от себя столь подлым способом погоню, смогла скрыться. Знала бы она, что смерти ей всё равно не избежать, и что не было никакого смысла пятнать перед этим свою душу грехом.

Пронзительный женский крик, раздавшийся со стороны одного из многочисленных проулков, примыкавших к центральному Променаду, заставил Лэйлу переключить внимание к источнику шума. Дробный стук каблуков указывал на то, что кричавшая женщина не стоит на месте, а спасается бегством. Через мгновение она выбежала на центральную улицу. Молодая блондинка в средней длинны вечернем платье вызывающе декольтированном и с разрезами доходящими до бедер. Черные лакированные туфли. Яркий макияж. И на руках… На руках женщины был ребенок – мальчик лет двух или трёх, одетый в ползунки. Женщина, скорее всего не была его матерью. Какая мать отправится с такой крохой в бар или на дискотеку? А судя по наряду, макияжу и прическе кошмар, творившийся теперь повсюду застал её в каком-то из увеселительных заведений. Скорее всего, родители мальчика погибли или же в наступившем хаосе потеряли его, она же, пробегая мимо, решила спасти малыша. Ребенок вцепился женщине в шею ручонками, не кричал, но трясся всем своим маленьким тельцем от ужаса. Беглянка резко затормозила и начала дико, загнанно озираться. Видимо она не ожидала, что попадёт в такую гущу мертвецов. К ней и малышу потянулись десятки рук со скрюченными запачканными кровью пальцами.

- Суки! Твари! Пошли к черту! – закричала женщина.

Она рванулась было в сторону лифтов, но завидев, что там твориться, как мертвые каннибалы рвут тело юноши, резко повернула вправо, желая скрыться в другом проулке. Но оттуда ей на встречу шагнул мертвец – здоровенный, абсолютно голый детина. Видимо этот человек был в ванной, когда смерть настигла его. На спине ожившего виднелись следы от мыла, а беспорядочно растрепанные волосы пенились от шампуня. Шея мужчины была прокусана, виднелись также многочисленные раны оставленные зубами на руках и ногах. Беглянка оказалась прижатой к маленькой цветочной лавке. Возможно, бросив ребенка, женщина смогла бы спастись сама, но она этого не сделала. Напротив, отступив к самой стене, только крепче прижала мальчика к себе.

- Господи, боже мой, Господи, - зашептала она голосом полным отчаяния. – Спаси… Спаси, Господи.

- Я помогу ей! – закричал вдруг Ороси и бросился к окну.

Никто и глазом моргнуть не успел, как филиппинец уже съезжал по крыше-козырьку. Благодаря её наклону, до пола оставалось не так уж и высоко. Хотя, Ороси и упал при приземлении, к счастью ничего себе не повредил. Вскочив на ноги, он ринулся на голого мужчину. Зомби был выше Ороси на целую голову и весил должно быть в два раза больше. Яростные удары филиппинца его ничуть не озаботили. Ни свалить с ног, ни оттолкнуть в сторону эту гору мертвого мяса он не мог. Друзья Ороси - ещё два его соотечественника, прильнув к окнам принялись, что-то орать по-своему. Скорее всего просили товарища бросать всё к чертям и бежать. Как бы там ни было, действия храброго филиппинца всё же обернулись во спасение женщины и ребенка. Многие зомби отвлеклись на нового, кричавшего, суетящегося человека. И было бы большой глупостью этим не воспользоваться. Круг, уже было сомкнувшийся вокруг беглянки и малыша, оказался разорван. Женщина увернулась от рук голого толстяка и побежала по Променаду в сторону противоположную от лифтов. Проскочив мимо магазинчика, куда мертвецы, таки сумели вломиться, и откуда теперь раздавались душераздирающие вопли, она скрылась за углом последнего заведения и вероятнее всего устремилась к лестнице, ведущей… Наверх? Или вниз? Вот только, где теперь было безопасно? Женщине и спасенному ею малышу оставалось, лишь пожелать удачи.

Удача нужна была и Ороси, теперь оказавшемуся в окружении мертвых тварей. Они двинулись к нему со всех сторон. Лэйла заметила и женщину с ножом, торчащим из щеки. Она вышла из бара, как и двое мужчин, гнавшихся за Лэнсом.

Ороси оттолкнул от себя женщину-зомби и попытался прорваться в бар. Рука другого каннибала вцепилась в рукав его форменной куртки. Секундная задержка привела к тому, что голый здоровяк добрался до филиппинца и ухватил его пальцами за волосы. Ороси издал пронзительный вопль и рванулся прочь, что было сил. Оставив в пятерне толстяка клок волос, Ороси ударил другого мертвеца кулаком в висок. Тот пошатнулся и отпустил рукав куртки. Но в это время со спины на филиппинца набросилась официантка Кэти. Её зубы почти дотянулись до его шеи. Ороси резко начал пятиться и бешено крутиться туда-сюда. Вскоре их скрыл из виду край крыши-козырька.

- Я за ним! – воскликнул Санди, бросаясь к лестнице.

- Не дури! – его остановил Шарку Пан, уже немного пришедший в себя после приступа рвоты.

- Пусти! Ороси нужна помощь!

- Он сам виноват! Если вы откроете дверь эти твари ворвутся сюда!

Они принялись громко кричать друг на друга, перейдя на филипино и размахивать руками. Впрочем, грохот, а затем и звон разбитого стекла быстро положили конец их перепалки. Похоже, пытаясь стряхнуть с себя официантку, Ороси врезались в большое ветровое стекло бара. Через пару секунд он выбежал обратно на середину Променада. Куртка на его спине была забрызгана кровью. Непонятно только, был ли филиппинец ранен? Оживших вокруг стало больше. Они шли сюда с обеих концов улицы. На этот раз первым на Ороси напал пожилой мужчина, одетый в белую футболку и шорты. Он был такой же оживший, как другие, но не имел видимых ран или каких либо увечий. Лишь, лицо его, белое, как мел было перекошено мукой и судорогой, на губах пузырилась зеленая слизь. Но скорее всего смерть этого пассажира была ненасильственной, а вызвана либо какой-то болезнью, либо приступом.

Руки зомби , готовы были, уже вцепиться в Ороси, но тут неожиданно распахнулась дверь магазина и оттуда выбежала Санэ Сао, вооруженная металлическим ломиком. Воинственно закричав, она ударила им пожилого мужчину в лицо. Послышался приглушенный хруст и голова зомби резко мотнулась назад. Сам он сильно пошатнулся. Это позволило Ороси и его спасительнице заскочить обратно в магазин и захлопнуть дверь. Тут же, голый здоровяк ударил по ней кулаком и навалился всем своим весом. Но дверь выдержала. Ещё пять или шесть мертвецов теснились рядом, скребли согнутыми пальцами по стенам и косякам. Из глоток их вырывалось шипение и бульканье. Близость живых, каким-то образом подействовала на них: твари стали и быстрее двигаться и вести себя явно злее и агрессивнее. Но дверь была крепкая, а самое главное внизу все окна были, уже закрыты раздвижными пластиковыми щитами.

- Он спасся! – радостно воскликнула Лэйла. - Санэ Сао, умничка!

Ороси и японка появились на балконе минуту спустя. Их встретили радостные крики, раздавшиеся из всех ближайших зданий. Видимо за отчаянной борьбой филиппинца следили все без исключения. Все, кто ещё остался жив. Но вот сколько их? Кто теперь знает?

* * *

Долгое время вентиляционная шахта вела прямо, лишь иногда делая повороты. Но вот, сомалийцы добрались до места, где располагалось три люка, закрытые массивными крышками. Открыть их не составило труда: достаточно было, лишь сдвинут задвижки. Через люк, расположенный прямо можно было продолжить начатый путь. Те, что располагались в полу и на потолке вели соответственно на палубы, находящиеся ниже или выше той, на которой пираты были сейчас.

- Ну что? Куда? – хрипло спросил Хазеб Файси.

- Давайте наверх, - предложил Жозе. – На следующей палубе находятся спасательные боты. Я посмотрел по схеме. Планы помещений здесь чуть ли не на каждой стенке.

- И что? Ты собираешься выйти в одном из них в море? – усмехнулся Хазеб. – Утром нас зацапает любой катер с военными.

- Ну, а если мы возьмём заложников? – не сдавался Жозе.

- В этом случае, лучше тогда потребовать нормальное судно, - ответил Черный лев. – Вот этим нам и следует заняться. Я имею ввиду заложников. Полагаю, на следующей палубе их будет предостаточно.

- Что ж, тогда нам наверх, - усмехнулся Саид. Сейчас, он опять напоминал волка – решительного и целеустремленного хищника. Словно и не было тех минут, когда в окружении людей из службы безопасности лайнера, он весь трясся и скулил, как жалкий пес.

Пираты начали карабкаться вверх по металлической лесенке, проложенной в вертикальной шахте, проходящей почти через весь корпус судна от верха и до низа. Через пару минут они достигли горизонтальной шахты, идентичной той, через которую пробирались до этого. Здесь, лезший первым Юсуф Алмакса вдруг замер на месте и громко выругался.

- Что случилось? – недовольно спросил Джума, карабкавшийся следом.

- Я вляпался в какую-то дрянь… Дай-ка фонарик, а той мой сдох.

Джума протянул товарищу фонарик, тоже, кстати, дышавший на ладан. Юсуф направил тусклый луч света в шахту. На ее полу он заметил нечто зеленоватое, похожее на пыльцу. Точно такая же мерзость покрывала пальцы и ладонь его левой руки. И эта пыльца непрестанно шевелилась!

Юсуф разразился проклятиями и начал трясти рукой, желая, во что бы то ни стало избавиться от зеленой гадости.

- Что там? – крикнул снизу Хазеб, недовольный внезапной задержкой в движении.

- Здесь какие-то жуки… Я не знаю! – заорал Юсуф. – Очень мелкие, но их много!

- Ты что, испугался насекомых? – прорычал Черный лев. – Живее влезай в шахту!

Продолжая ругаться и жаловаться, что твари ползают по его рукам, Юсуф всё же полез дальше. Следующий за ним Джума, тоже вскрикнул, когда зеленая шевелящаяся пыльца оказалась и на его руках. Потом, разразился проклятиями Саид и далее все, кто следовал за ним.

- Первый раз такое вижу! – вскричал Жозе, с омерзением обтирая руки о штаны. Чтобы передвигаться в шахте, приходилось упираться в пол коленями и ладонями, так что вскоре они оказались сплошь вымазаны странной биомассой. Раздавленная пыльца превращалась в тошнотворную слизь, хорошо, хотя бы, что она после этого прекращала свое суетливое шевеление.

Как и в первой горизонтальной шахте, здесь в полу время от времени встречались участки, закрытые решётками. Но понаблюдать за тем, что происходит внизу не удалось: в помещениях над которыми двигались пираты почти повсеместно царила тьма. Сомалийцев это весьма озадачило и встревожило. Ещё более странными были звуки, которые до них доносились снизу: неуверенные, порой спотыкающиеся шаги, одновременное шарканье десятков, а может и сотен ног по полу. Все это сливалось в единую, весьма странную, монотонную, а при отсутствии человеческих голосов, ещё и зловещую композицию. Создавалось такое впечатление, что во тьме бродят толпы слепых и глухонемых. С каждой минутой в сердца пиратов всё более и более проникал леденящий ужас. Ведь точно такие же шаги были у их мертвых товарищей, оставшихся на яхте. Неужели здесь повторится то же самое? Но как зараза, или что бы это ни было, успела так быстро распространится?

Пару раз до сомалийцев доносились пронзительные женские крики и яростная ругань мужчин, торопливый топот и тихий детский плач. Юсуфу, стало даже не по себе. Он живо представил, каково это маленькому ребенку, оказаться одному в кромешной тьме, даже ещё когда вокруг кто-то бродит? Разумеется, ни у одного из пиратов не возникло желания спуститься где- то здесь, хотя пару раз они и пробирались над помещениями, где от светильников исходил тусклый свет и никого не было видно.

- Что-то серьезное тут произошло, - озадачено пробормотал Саид. – Может, нам лучше не выбираться из трубы?

- А что делать? Сидеть здесь и ждать неизвестно чего? – огрызнулся Хазеб. – На лайнере нельзя оставаться. Спасательный бот, нам, скорее всего не захватить. Но в любом случае, чтобы убраться отсюда понадобятся заложники. Вот только здесь, я не хочу их искать.

- Вижу люк, - сообщил Юсуф через несколько минут.

- Это хорошо, - пробормотал Хазеб.

Он ожидал, что люков будет снова три, а значит и три возможных направления. С учётом того, что четвертая палуба оказалась крайне опасна и встретить здесь людей – потенциальных заложников представлялось мало вероятным, главарь собирался пробраться по вертикальной шахте вверх, чтобы оттуда попасть на палубу, расположенную выше.

- Здесь нам делать нечего, - сказал Хазеб своим людям. – Сами видели. И слышали.

- Думаешь, под нами бродят мертвецы? – поежившись, спросил Саид.

- Уверен в этом, - кивнул Черный лев. – Эпидемия распространилась с огромной скоростью и здесь на четвертой палубе живых почти не осталось.

- Это гнев божий, - прошептал Жозе. – Мертвые восстали и…

- Закрой пасть, - прорычал Хазеб. – Что толку от твоих причитаний?

- Там внизу, где-то дети, - прошептал Юсуф. – Слышали плач? - он тяжело и горестно вздохнул: - Помоги им Аллах.

- Вообще то - это дети неверных, - усмехнулся Хазеб. – Что ты за них переживаешь? Пусть хоть все передохнут. Это расплата для кафиров – достойная их нечестивой жизни. Этот вирус наверняка для мусульман готовили, собаки. Аллах наказал их.

Юсуф ничего не ответил, лишь опять вздохнул, не в силах равнодушно отнестись к судьбе малышей, пусть даже это дети неверных.

- Посвети-ка наверх, - велел ему Черный лев.

Луч фонарика скользнул по металлической стенке, перебрался на потолок.

-Так, так, - озадаченно произнёс главарь, не увидев люка, через который можно было бы попасть на палубу расположенную выше. – Ну и дела.

- Значит, придется тут выбираться? – выдохнул Джума, нервно стискивая потными ладонями «Калашников».

- Нет, вернемся назад и поднимемся по лестнице там, - покачал головой Хазеб. Он посмотрел на Юсуфа. – Какая это будет палуба?

- Пятая. А из пассажирских первая.

Сомалийцы, уже было собирались двигаться в обратном направлении, как по ту сторону люка раздался душераздирающий женский визг. А через мгновение, на английском закричал и мужчина:

- Отойди от двери! Отойди, черт возьми! Её надо закрыть! Чёрт!...

- Там люди, - прошептал Саид. – Может, стоит захватить их? Кто знает, удастся ли это сделать на следующей палубе?

Хазеб размышлял секунду-другую, потом кивнул. Юсуф начал открывать люк.

Пираты выбрались и оказались в небольшой комнатке. Освещение здесь было, но лампы на потолке почти всё время мигали, что очень нервировало. Судя по всему это был какой-то инженерно-технический пост. На стенах висело два массивных металлических ящика: в одном был упрятан электрощит, в другом свернутый кольцами трос и баллон огнетушителя. Был ещё ящик с инструментами чуть меньших размеров.

Выход из помещения находился по левую сторону от люка. Там, было двое: мужчина и женщина из обслуживающего персонала, на что указывала их униформа. Стюард отчаянно пытался закрыть дверь, но несколько мертвецов упорно лезли внутрь. Три или четыре руки уже торчали между косяком и дверью и закрыть последнюю из-за этого было невозможно. Мужчина давил на дверь всем своим весом, но противодействие с той стороны было сильнее. Вскоре, в комнату начала медленно протискиваться голова одного из каннибалов. Кожа на лице мертвеца была почти везде содрана, отчего обнажившиеся, сочащиеся кровью мышцы влажно блестели, вместо глаз зияли черные провалы, окровавленный рот с разорванными губами жадно открывался и оттуда стекали вниз зеленые слюни. В колеблющемся, мигающим свете, это казалось каким-то нереальным фантасмагорическим кошмаром. Дурным сном. Бредовым видением психопата. Девушка, стоявшая за спиной мужчины, снова пронзительно закричала.

- Дай мне топор! – заорал стюард. – Быстрее!

Она в панике оглянулась и тут заметила пиратов, выбиравшихся из люка одного за другим.

- Кевин! – завизжала она.

- Топор, черт возьми! Элис, дай мне топор!

Оглядываться и разбираться, что там случилось у него не было времени, в неравной борьбе он уступал сантиметр за сантиметром.

- Не с места! – рявкнул Хазеб, направляя на девушку пистолет. – Лицом к стене, живо!

Элис вся затряслась и начала пятиться. В её широко открытых глазах были ужас, смятение и непонимание. Откуда тут взялись эти чернокожие и смуглокожие люди с оружием? Кто они такие?

Саид бросился к ней, пнул ногой в живот и со всего размаху приложил девушку грудью и лицом к стенке.

- Ты, что ли оглохла, сучка!

Стюард, все же оглянулся. При виде сомалийцев брови его удивленно поползли вверх, рот сам по себе открылся.

- Помогите ему! – резко бросил главарь, кивая в сторону Кевина.

Жозе, Джума и Юсуф бросились вперёд. В этот момент взгляд стюарда остановился на Элис, согнувшейся от боли возле стены и на Саиде, намотавшим ее светлые волосы на кулак своей левой руки. Мужчина зарычал и прыгнул в сторону пирата. Дверь, более никем не сдерживаемая с грохотом открылась и в комнату разом ввалились двое мертвецов. А за ними теснилось ещё невесть сколько. Жозе и Джума застыли на месте, до входа осталось шагов пять. Юсуф начал пятиться и весь при этом трясся.

- Стреляйте! – заорал Хазеб.

Первым грохнул его пистолет. В условиях небольшого помещения звук выстрела прозвучал, как гром и резко ударил по барабанным перепонкам. Почти сразу же начали стрелять и остальные пираты. От резких, быстрых хлопков «Калашниковых» уши, вообще заложило, помещение заполнилось едким пороховым дымом. Один из мертвецов, принявший в себя разом с дюжину пуль повалился на спину. Второй сильно зашатался и наверное, тоже бы упал но ему не позволили другие зомби, хлынувшие в комнату.

- Назад в люк! – заорал Хазеб.

Жозе и Джума, пятились и продолжали палить в напиравшую толпу мертвых каннибалов. Саид дрался со стюардом, пытавшимся вырвать из его руки пистолет. Юсуф и девушка застыли на месте в состоянии некоего ступора. Они то и стали первыми жертвами. В горло Элис вцепилась здоровенная толстая женщина, чья одежда: кремового цвета блузка и длинная черная юбка почти сплошь были запятнаны засохшими сгустками крови. Обнаженные по локоть руки пассажирки покрывали кровоточащие раны-укусы.

Юсуфа подмяли под себя и опрокинули на спину сразу двое оживших. Один из мужчин был пассажир, другой, судя по обрывкам халата медработник. Этот последний тянулся зубами к горлу сомалийца. Пират уперся ладонью мертвецу в подбородок и что есть сил давил вверх в обратном направлении. Другой рукой он ожесточенно бил по изуродованному, полуизъеденному лицу пассажира. Ещё один зомби впился зубами Юсуфу в ногу. Пират заорал от дикой боли и начал яростно кататься туда-сюда, пытаясь скинуть себя противников. Но они все наваливались и наваливались сверху и кусали со всех сторон. Несколько рук намертво вцепились в ноги жертвы, окровавленные зубы жадно рвали плоть. Под этой кучей шевелящихся тел стремительно растекалась темная лужа. Крики боли и агонии, сами по себе ужасные, усиливались ещё и эхом.

Через секунду-другую толпа зомби могла отрезать Саида от его товарищей. Хазеб не колеблясь, выстрелил стюарду в затылок. Пуля прошла навылет, выйдя изо лба с фонтанчиком крови и ошмётками мозгов, забрызгавшими стену. Голова Кевина дернулась, глаза закатились, руки, сжимавшие горло пирата разжались. Но прежде, чем тело успело повалиться, разъяренный Саид всадил в грудь и живот стюарда несколько пуль.

- На, получи, кафир! Получи!

- Сюда, живее! – Хазеб, стоял возле открытого люка яростно махал рукой.

Один за другим в проём протиснулись Жозе и Джума. Каждый из них расстрелял по обойме, но это не остановило оживших, уже почти полностью заполонивших комнатушку. Группа из пяти-шести тварей преследовала Саида. Остальная толпа, топча упавших, теснилась вокруг тел Элис и Кевина. Каждый из зомби норовил дотянуться до вожделенной плоти. Тела служащих были разорваны и изувечены до неузнаваемости. Это окровавленное месиво из мяса и костей продолжали пожрать, вытягивая оттуда обрывки внутренностей, и в пароксизме кровожадного безумия жадно рвали эти сочащиеся куски зубами.

Едва Саид протиснулся в люк, туда полез и Хазеб. Он успел, но вот закрыть люк не удалось. Один из мертвецов начал заползать следом. В вентиляционную шахту протиснулась его голова. Хазеб выстрелил почти в упор. Пуля оставила во лбу ожившего дырку, но не остановила его. Сомалиец разразился проклятиями и снова нажал на курок, но в этот раз прозвучал, лишь сухой щелчок. Вставлять новую обойму не было времени. Хазеб ухватился за ручку люка и что есть силы ударил им мертвеца несколько раз. Каждый удар пришелся в левый висок зомби. Слышался приглушенный хруст. Кровь забрызгала всё вокруг, в том числе штаны и ботинки пирата. Череп ожившего с левой стороны страшно деформировался, один глаз вытек, кожа местами разорвалась, тут и там наружу вышли осколки лицевых костей. Но проклятый каннибал не желал отцепляться, напротив, он по-прежнему лез в шахту. Пули, удары – все ему было не по чем. Тут подошли и другие зомби. Уже несколько рук вцепились в створку люка, сразу три мертвых тварей протискивались внутрь, движимые лишь одной целью – добраться до живой плоти.

Черный лев плюнул бы в эти окровавленные, изуродованные рожи, но во рту у него было сухо, как в пустыне, а в горле образовался комок, который мешал и глотать и дышать.

- Отступаем! – прохрипел он и отпустил ручку люка. Удержать тварей было невозможно. Оставалось надеяться лишь на то, что удастся закрыть люк в другом конце шахты, но туда нужно было добраться как можно скорее.

- Ползите! Шевелитесь!

Черный лев пятился и подгонял своих людей криками и проклятиями, тычками и отборной бранью. Больше всего доставалось Саиду, хотя тот двигался вперед что есть сил. Мертвецы ползли следом. Разрыв между ними и беглецами увеличивался, но медленно. Слишком медленно. Хазеб с ужасом думал, что будет в конце шахты, где непременно произойдет задержка из-за подъёма по вертикальной лестнице до шахты следующего уровня. Успеет ли он, будучи последним из отступавших ускользнуть?

Ваша оценка: None Средний балл: 7.5 / голосов: 26

Быстрый вход