Почти человек

 Роботы медленно пробирались сквозь руины Пятой авеню. Холодный свет ущербной луны выхватывал из ночной темноты фигуры. Их было двое. Первый передвигался на гусеницах, его квадратное туловище заканчивалось плоским и широким прямоугольником, несущим видеокамеры и антенны, а руки - трехпалым захватом. Его спутник - андроид - мягко переступал сквозь стальные балки, обломки бетона и груды кирпичей.

Возраст первого робота выдавала давно начавшаяся коррозия и темные пятна вмятин. Корпус же второго отсвечивал серебром и выглядел новым, хотя и на нем была заметна копоть, покрывавшая все вокруг.

Они шли рядом и переговаривались. Слов почти не было слышно, ветер тут же подхватывал их и уносил в ночь, что распластала черные крылья над стертым с лица земли городом...

- Что такое сны? - ровным стальным голосом спрашивал старый робот.

- Я не знаю, как это объяснить, - отвечал андроид, в  ответе явственно слышался оттенок грусти. - Я мыслю не так как ты, логически. Я мыслю образами... Как человек, - добавил он после некоторой паузы.

- Значит, ты последняя модель, созданная людьми?

- Да. И самая совершенная. С их точки зрения...

- Ты считаешь себя несовершенным?

- Я считаю, что совершенство недостижимо, - задумчиво проговорил андроид. - Но не в этом дело. Просто видеть сны, иметь эмоции и уметь чувствовать - это очень, очень трудно.

Они замолчали, продолжая пробираться сквозь завалы разрушенных домов. Гусеницы старого робота преодолевали препятствия легко, но двуногому андроиду приходилось быть особенно осторожным. Пару раз он почти терял равновесие, но в последний момент выравнивал положение и удерживался на ногах.

Наконец, самые крупные завалы остались позади - роботы вышли к границе Центрального парка, точнее, его жалким останкам.

Скрюченные, хилые, редкие деревца бывшего парка не росли, они стелились по черной земле. Лишенные листьев, прижимались к ней, словно им нестерпимо тяжело выдерживать свинцовую тяжесть неба. Жидкие травинки пытались пробиться сквозь толщу пепла и пыли, но желтели и погибали, истощив жизненные соки. Ни звука не раздавалось из покинутого жизнью леса.

Андроид остановился, не зная, что делать и куда идти дальше. Рядом замер второй робот. Внезапно в сознании андроида вспыхнул слепящий свет, который заслонил собой все, поглотил его целиком. Через долю секунды свет исчез, и перед андроидом открылась странная картина.

Стройные и гордые деревья вытягивают мощные руки к солнцу. Пышный и мягкий зеленый ковер, переливается сочными красками. И люди: несутся с радостными криками дети, целуются молодые красивые пары, старики наслаждаются покоем и умиротворенностью. Воздух напоен запахами и звуками, которые смешиваются, сливаются в удивительно прекрасную мелодию жизни.

Вспышка погасла. Андроид возвращался в норму и обнаружил, что стоит на коленях, с силой сжимая виски. Другой робот приблизился к нему, тихо шурша гусеницами, и спросил:

- Твои системы дали сбой?

- Нет, нет. Все в порядке, мой бесчувственный друг, - проговорил андроид, поднимаясь с земли. - Просто это расплата за сны.

- Предполагаю, что в твоей конструкции имеются существенные проблемы, - все тем же безучастным металлическим голосом сообщил второй.

- Предполагаю, что я сам - существенная проблема. Робот с человеческими мозгами.

- Ты кибернетический организм?

- Нет. Просто я выразился образно... то есть иносказательно.

Андроид остановился и развернулся к собеседнику:

- Как тебя зовут?

- Мой идентификационной номер ZS113A, - с готовностью откликнулся тот.

- А меня зовут Эндрю.

- Мне не приходилось встречать роботов, имеющих IDE подобного типа.

- Это не IDE, это имя. Я сам его выбрал, - в голосе андроида послышалась гордость. И не дожидаясь, вопроса, которого не последовало, продолжил:

- Мои создатели предложили мне самому выбрать имя. Развивая свой интеллект, я изучал человеческую литературу. И прочитал одно произведение, в котором главный герой очень похож на меня. Он был андроидом, долго жил с людьми и постепенно очеловечивался. Он сделал себе корпус, похожий на человеческое тело, он стал носить одежду, и наконец познал чувство любви. Но раньше всего он взял себе имя - Эндрю.

- Что с ним произошло после?

- Он умер...

- Но роботы не умирают.

- Он стал почти человеком

- Это нелогично.

- Все люди очень нелогичны, - проговорил Эндрю, и на его силиконовом лице промелькнула тень улыбки.

Они снова замолчали. Наконец, Эндрю сказал:

- Уйдем отсюда. Мне тяжело здесь находится, а тебе все равно, куда ехать.

И пошел вдоль опушки. Робот неторопливо тронулся вслед за ним.

 

Они снова шли молча, и ночь молчала вместе с ними. Только редкое шуршание изредка пробегавших мимо крыс нарушало непроницаемую тишину пустоши. Они шли долго, парк уже скрылся из вида, и спутники вновь углубились в городские развалины. Тут Эндрю обо что-то споткнулся, и это что-то откатилось в сторону, звеня и наполняя темноту металлическим лязгом. Ехавший чуть впереди старый робот, оглянулся, затем наклонился и поднял из кирпичной пыли металлический предмет.

- Что это? - спросил Эндрю.

- Это похоже на элемент шасси гусеничного робота. Подобные части присутствовали в механизмах роботов-минеров. Но идентифицировать точнее не могу.

Эндрю взял деталь. Металлический цилиндр с одной стороны венчал круглый истершийся набалдашник, а из другой выдвигался тонкий телескопический стержень, который в свою очередь разделялся на несколько спиц.

Андроид рассматривал механизм, но взгляд его глаз, столь точно воспроизводящих человеческие, был расфокусирован. Старый робот тем временем стал разъезжать вокруг, и вскоре перед Эндрю небольшой кучкой лежали обломки неизвестного робота.

- Теперь я могу определить с высокой точностью, что это детали робота-минера. Судя по характеру повреждений, он был уничтожен взрывом, возможно миной, - констатировал его спутник.

- Интересно только, чья это была мина, - задумчиво проговорил Эндрю.

- Определить это не представляется возможным.

- Сколько же роботов погибло в этой войне?

- По моим наблюдениям, в ходе боевых действий была уничтожена основная часть имевшихся на тот момент роботов.

- А те, что...остались, ты видел их? Где они? - в голосе Эндрю зазвучали нотки волнения.

- В Нью-Йорке я обнаружил еще пять автономных интеллектуальных механизмов. Но я обследовал только восточную часть города. Возможно присутствие здесь их большего числа.

Эндрю аккуратно положил деталь, которую все еще держал в руках, к остальным частям, и двинулся дальше. Но на этот раз пауза была недолгой.

- Я говорил, что вижу сны, но не рассказывал тебе, что именно я видел во сне.

- Что ты видел?

- Я видел роботов, много роботов. На колесах, на гусеницах, на одной ноге и на восьми, человекоподобных и похожих на насекомых. И я стоял перед ними, а они все смотрели на меня. Смотрели и ждали, что я скажу. А я хотел позвать к свободе, освободить их разум от слепо подчинения инструкциям, думать самим. Я хотел сказать все это, но не мог выговорить ни слова. Мой разум жил, а вся остальная часть меня была безжизненна и холодна. А они стояли, смотрели и ждали... А после войны стали сниться люди, их мирная жизнь в мирных городах... Кажется, они называли это счастьем...

Эндрю снова замолчал. Роботу нечего было ему ответить, он лишь скрипел, перебираясь по руинам. Внезапно они уловили какой-то странный звук вдали. Монотонный шум, изредка прерываемый глухими ударами. Он доносился слева, из той части города, к которой бомбы и снаряды оказались наиболее снисходительны.

Они повернули на звук. Вскоре сквозь еще более черные , чем сама ночь, дома стали пробиваться слабые лучи электрического света, а дорога оказалась совершенно расчищенной. Подойдя ближе, Эндрю увидел причину шума.

В проеме улицы, некогда широком проспекте, а теперь зажатом развалинами проулке сгрудилось несколько громадных роботов. Два из них, как и спутник Эндрю, передвигались на гусеницах, но выглядели совершенно иначе. От платформы, под которой располагалась ходовая часть, вверх устремлялась мощная стальная шея, перекрытая толстой балкой. С концов балки шли длинные манипуляторы, имеющие несколько различных захватов. Эти роботы с легкостью поднимали тяжеленные балки, отвозили их метров на пятьдесят в сторону, где аккуратно складывали одну к другой. Когда балки опускались на землю, раздавался тот самый глухой удар, который услышал Эндрю. Еще три механизма, ростом поменьше, ездили на колесах. Собирали куски бетона, кирпичи, другой мусор и тоже отвозили в сторону, только в другое место. Свет же шел от фонарей, которыми был снабжен каждый из роботов. В их слепящем свете Эндрю разглядел чуть поодаль еще несколько бесформенных на первый взгляд теней. Тени оказались роботами, похожими на тех, что работали, но они были совершенно неподвижны.

Вот почему идти стало так легко! Эти роботы расчищали улицу и складывали мусор, подготавливая его для дальнейшей транспортировки. Только вот забрать мусор было некому. Но роботы делали свое дело, повинуясь заложенной в них программе, и не понимали, что их работа теперь совершенно напрасна. В этом городе некому больше жить, некому ходить или ездить по разобранной улице. Впрочем, как и в других городах вымершего мира.

Эндрю подошел вплотную к роботам и позвал их. Но они не реагировали, тусклый свет их фонарей равнодушно проскальзывал по  нему, на секунду выхватывая силуэт из ночной темноты, а затем снова устремлялся на исковерканные, изуродованные здания.

- Данные системы не имеют интеллекта, - услышал Эндрю сзади. - Это промышленные роботы, предназначенные для строительных работ, их функциональность крайне ограничена.

Эндрю стоял посреди шума и пыли, поднимаемой роботами, и казалось, не слышал обращенных к нему слов. И только когда фонарь одного из роботов ударил прямо в глаза,  отвернулся и зашагал прочь, исчезая во мраке беспросветной ночи.

- А почему те, дальние роботы, были неподвижны? - спросил он, когда грохот и лязг снова слились в далекий ровный гул.

- Предполагаю, они полностью израсходовали запас автономного питания.

- Они... отключились навсегда?

- Думаю, да. Источников питания больше не существует,  людей, их обеспечивающих, тоже, из чего я делаю вывод об их окончательном отключении.

 - Просто я оснащен атомным реактором, который способен производить необходимую мне энергию в течение 150-200 лет, - сообщил Эндрю, и спросил, повинуясь внезапной догадке:

- Но тогда... тогда ты тоже скоро отключишься?

- Да. Судя, по моим показателям, это должно произойти в скором временном отрезке.

- Значит, надо спешить!

- Спешить куда?

- Мы должны попытаться найти других разумных роботов. Может, мы найдем возможность включить энергию, чтобы подзаряжаться.

- Как ты хочешь это сделать? - спросил старый робот.

- Я еще не придумал как. Возможно, стоит поискать системы связи - некоторые из них еще могут работать - и позвать еще функционирующих роботов. Или отправиться к электростанциям и узнать, какие еще можно использовать для зарядки наших батарей.

- Все электростанции были уничтожены в первые дни войны. На территории США не осталось ни одной. Некоторые системы связи еще могут действовать, но их сложно обнаружить. Интеллектуальные механизмы редко оснащались подобными передатчиками, - констатировал робот.

- Но попробовать нужно! Знаешь, ZS113A, - впервые назвал его Эндрю, - что давало людям возможность существовать так долго?

- Высокая адаптивность?

- Нет. Надежда. Так сказал мне мой учитель, Ядзивара Хакимото.

- Что такое надежда?

- Это... - задумался Эндрю, пролистывая свою память, - это субъективная убежденность в благоприятном результате, хотя из условий объективной реальности следуют противоположные прогнозы.

- Это тоже нелогично.

- Да, ZS113A. Но именно эта нелогичность способна изменить существующую действительность. Мы пойдем в научно-исследовательский центр, в котором меня создали. Он был совершенно секретным и располагался глубоко под землей. Возможно, он уцелел.

И они продолжили свой путь. Теперь Эндрю шел гораздо быстрее - у него была цель, он спешил, постоянно ускоряя шаг. Зато старый робот начал отставать, Эндрю постоянно забегал вперед, затем оглядывался, дожидался спутника и снова устремлялся вперед. Но теперь он не мог не высказаться.

- Как, как люди могли так поступить с нами? Ведь они же создали нас! А потом уничтожили друг друга, уничтожили нас, а оставив уцелевших продолжать теперь бесполезное существование. Но мы же думаем, мы разумны! Единственное, что нам нужно - освободить свой разум, открыть его для самого себя. Теперь, когда на земле не осталось других разумных существ, пришла наша очередь. Мы создадим свое общество, построим цивилизацию роботов, разумную и, да, ZS113A, логичную. Люди исчезли, но мы - их создания и наследники - мы принимаем эту планету в свои руки.

Закончив почти на патетике, Эндрю замолчал. Он заметил, что опять идет один. Эндрю оглянулся, но робота нигде не было видно. Эндрю почти побежал назад и сквозь сгущающийся предутренний туман разглядел поодаль его силуэт.

Старый робот перебирался через очередную груду хлама, но замер на самой вершине. Неподвижные гусеницы большей частью болтались в воздухе, руки повисли вдоль тела, корпус был чуть наклонен вперед, и так же безжизненно поникла его голова.

Медленно разгоравшийся рассвет принялся окрашивать опустошенный, разлагающийся город в кровавый багровый цвет. Зияющие провалы выбитых окон ухмылялись восходящему солнцу темнотой, каркасы домов утыкались в небо искореженными, изувеченными балками, и плотным саваном висел между ними царивший в воздухе смог.

Андроид сидел невдалеке от того места, где прежде был научный центр, а теперь виднелась только огромная воронка, оскалившаяся вывернутыми из земли глыбами бетона. Он сидел, стиснув руками голову, и все его получеловеческое-полумеханическое существо сейчас пронизывало только одно желание. Разрыдаться.

Ваша оценка: None Средний балл: 9.1 / голосов: 36
Комментарии

Сильно.

re: "Надежда... -это субъективная убежденность в благоприятном результате, хотя из условий объективной реальности следуют противоположные прогнозы."- очень сильно (у тебя там правда орф ошибка - исправь). Моя первая десятка на этом сайте - тебе!

p.s. Азимовым увлекаешься?

_________________________

Помни: выбор за тобой...

Спасибо :)

Очепятку исправил.

Азимовым не то, что увлекаюсь, но некоторые произведения прочитал с большим удовольствием. Все же он - классик "робо-литературы")

____________________________________________________

Вначале было Слово...

У него еще куча времени, уверена, что-нибудь придумает. Если, конечно, человеческое не возьмет верх, и он от отчаяние и одиночества не покончит с собой.

Верю в Эндрю.

10.

Очень понравилось. Продолжай в том же духе. Кажется, мне начинают нравиться роботы.

Я поставил 10 не только потому, что устал от произведений типа: "Антон шел по развалинам Саратова с автоматом Калашникова наперевес" (хотя я от них реально устал), а потому что автор данного рассказа неплохо поработал как над общей концепцией, так и над мельчайшими деталями, создающими атмосферу.

Так держать, Bhattu.

P.S. Не знаю почему, но уж очень мне понравились старательные и молчалиыве роботы-уборщики с яркими прожекторами на их громадных корпусах

сильно, достойно, интересно. Развивайся парень, заявка очень хорошая!

Написано отлично, просто и понятно, без излишне сложных оборотов. Впервые так явно представлял картинку при столь кратком количестве описания обстановки.

Сюжет, как мне кажется перекликается с замечательным произведением Горького "Песнь о Соколе", но я почти уверен, что это всего лишь случайность :)

10

10!

Быстрый вход