Долгая дорога домой

Решил поднять одноимённый рассказ, который начинал писать для вас 2 года назад.

Прошу оставлять замечания и пожелания, для того что бы он получился действительно интересным. Также хотелось бы услышать ваши предложения по поводу названия, изначально он назывался Выживший, но мне оно сейчас не нравится. Это история об одиночестве, поиске себя, дороге через погибшую страну. Да и, его по прежнему будет сопровождать музыка.

Я дух, всегда привыкший отрицать,

И с основаньем: ничего не надо.

Нет в мире вещи, стоящей пощады.

Творенье не годится никуда.

“Фауст”

За окном идёт дождь.

Я сижу в одном положении, худой, тихий, сосредоточенный. В комнате царит полумрак, лишь изредка нарушаемый редким отблеском молнии.

Мой остекленевший взгляд устремлён в пустоту. Всеобщее, всеобъемлющее умиротворение. Кажется, что время ушло, и стрелка часов замерла. И я застыл вместе с ней, я недвижим.. непоколебим. Мои лёгкие продолжают наполняться воздухом, сердце не перестаёт биться в груди, но я далеко. Меня нет. Я закрываю глаза, мгновение, в комнату врывается оглушительный поток звуков, холодные капли дождя заливают лицо, ветер пытается сорвать тонкую шёлковую занавесь, что отделяет меня от сумрака ночи. Я встаю, делаю, шаг, затем второй, третий..Я знаю что ждёт меня там, всё та же картина..она не меняется... Тёмные силуэты зданий, сотни брошенных автомобилей, истлевшие останки владельцев этого застывшего на века металлического хлама, мёртвый город.

Говорят, что надежда умирает последней. Чепуха. Надежда умерла год назад. В тот день, когда я понял что остался один.

Это похоже на сон, ты пытаешься проснуться, кричишь, колотишь руками о стену, рвёшь на себе одежду и волосы, но ничего не происходит. Безумие.

Ещё не мёртвый но уже и не живой. Вне времени, вне пространства.. на обочине жизни, лишённый прошлого, не имеющий будущего.

….

Задавался ли кто-нибудь вопросом, каким будет последний человек на земле?

Вряд ли они представляли меня. Спутанные волосы. Грязные лохмотья. Безумный, отрешённый взгляд.

Знала бы моя бедная мать, какое будущее ждёт её сына.

В последнее время я стал много пить. Терзаемый одиночеством, страдающий от безделия, я не находил себе иного занятия кроме как опустошать одну бутылку за другой. Еды было достаточно, в спиртных напитках нужды я так же не знал. Каждый день я надирался в стельку, пытаясь забыться. Человеческое сознание довольно хрупко. Долгое время алкоголь позволял мне не сойти с ума. Хотя сейчас я в этом уже не уверен. Всю свою осознанную жизнь я бежал от терзающих меня страхов,день за днём,год за годом...

Многое ушло, но не он.

В детстве я боялся громких звуков, было ли это вызвано тем, что мой первый учитель орала на нас, 6-ти летних мальчиков и девочек, после чего нередко больно прикладывалась указкой по лицу или рукам я не знаю. Теперь на земле не осталось ни одного живого садиста учителя, в этом я уверен.

Раскат молнии. Оглушительный рокот грома заставляют меня на мгновение вздрогнуть.

Делаю хороший глоток из объёмной бутыли.

Воспоминания, какие то не связанные между собой отрывки прошлого мелькают у меня перед глазами. Вот мне семь лет, отец впервые взял меня на рыбалку.

Я стою по колено в воде, крепко сжимая в руках холодную скользкую рыбу.

Какое то время она безуспешно пытается вырваться, после чего сдаётся и просто смотрит на меня своими огромными пустыми глазами. О чём она думает? Ведь есть же какие-то свои, рыбьи мысли у неё в голове? Отпускаю. Тёмный силуэт исчезает в мутной речной воде.

Чёрт, как же здесь холодно.

Делаю очередной глоток. Обжигающая рубиновая жидкость медленно растекается по моим венам, приятно согревая моё закоченевшее тело.

И вновь забытие.

Образы..имена..даты…всё это переплетается в каком то едином хаотичном водовороте.

Сейчас я на крыше типовой ивановской многоэтажки, держу за руку девушку своей мечты, мне 17, смотрю куда то вдаль, всем своим естеством ощущаю что она чего-то ждёт. Моё тело словно скованно цепями, я не в силах пошевелиться, вся моя воля, вся моя уверенность, всё куда-то ушло, ничего нет. Она медленно размыкает пальцы и убирает свою руку.

Холодно, кажется моя одежда промокла насквозь.

Грязная занавеска валяется на полу, а ветер свободно гуляет по комнате.

Я смеюсь, и снова плачу, и вновсь сквозь слёзы смеюсь.

Кто Я? Всего-лишь маленький смешной человек, безвольная песчинка в огромном рокочащем океане жизни. Уйди я сейчас в долину вечности, никто не заметит этой пропажи, потому что некому замечать.

Мир останется прежним.

Пустынные улицы, горы истлевших тел, оборванные линии электропередач, выбитые глазницы типовых советских многоэтажек останутся последним скорбным напоминанием о тех, кто, когда то населял третюю от солнца планету.

Я с трудом размыкаю веки.

Пьяный и лохматый сижу привалившись к стене. Бутылка давно опустела. Пытаюсь потянуться за новой, падаю. Опираясь на локоть, что есть сил протягиваю руку, снова падаю.

С трудом переворачиваюсь на спину. Глаза увлажняются, крупные слёзы стекают по моим щекам.

Почему я? Почему я!!! Ты грёбанный больной ублюдок!!! Что я тебе сделал?? Что они тебе сделали!!!? Я знаю, что ты сейчас смотришь на меня и смеёшься!! Чёртов трусливый гандон!! Покажись!!! Я знаю что ты там...я знаю..

Содрагаясь в рыданиях, сворачиваюсь калачиком. Я пьян. Я чертовски пьян.

Глава 1 "И был последний день".

Это началось как простой вирус гриппа. В начале никто не придавал ему особенного значения. В школах и детских садах проводилась обязательная вакцинация, людям рекомендовали воздержаться от посещения массовых мероприятий. Ничто не говорило о надвигающейся беде. Тёплая осень принесла с собой множество приятных солнечных дней. Улицы были полны прохожих. Всем хотелось урвать свой последний кусочек “лета”.

Между тем обратный отсчёт начался. Стрелка часов, медленно, но неумолимо приближалась к нулю. Первый случай летального исхода был зафиксирован в октябре. В областной клинической больнице умер десятилетний ребёнок. Случай этот вызвал большой общественный резонанс, не утихали долгие ожесточённые споры, обвинения в адрес местных врачей, родителей которые поздно обратились за медицинской помощью. В срочном порядке была проведена проверка, результатом которой стали серьёзные кадровые перестановки. Однако в течении последующих четырёх дней, число погибших перевалило за сотню, новые летальные случаи регистрировались каждый день, пока не стали чем-то пугающе постоянным. На улицах, в магазинах, метро, чувствовалось напряжение. Всё больше людей ходили в марлевых повязках, всё больше мужчин, женщин, детей страдали от острых респираторных заболеваний. Мои соседи, коллеги, друзья, мои родители.. Всех подкосила эта неведомая болезнь. В глазах у людей проскальзывал страх. Интернет полнился слухами. Радио и ТВ хранили молчание. Каждый день на экранах телевизоров крутили одни и теже глупые телешоу, где кто-то вот уже 7-й год хочет построить свою любовь, звёзды забросили танцы на льду и вспешке учились летать, в мире как всегда всё было плохо, ибо по словам усатого диктора не прекращались ожесточённые столкновения на востоке, война с Ираном зашла в тупик, и только наша страна, оставалась последним островком спокойствия, надёжности и благополучия.

Всё больше меня волновала судьба моей семьи, однако родители оставшиеся в трёх сотнях километрах от Москвы (куда я переехал учиться), просили не приезжать, так как по их словам дома всё было хорошо, да и симптомы оказались обычнойпрос простудой. Мне же напротив, совсем не казалось, что что-то где-то ещё может быть хорошо. Скрывать информацию тем временем становилось всё сложнее. Люди понимали, что происходит нечто экстраординарное. Все, включая последнего пьяницу, словно заворожённые ждали очередного выпуска теленовостей, однако никаких официальных обращений со стороны правительства по прежнему не поступало. Открыв однажды утром свой ноутбук, я обнаружил на рабочем столе маленькую красную иконку, нет сети. Обычно в таких случаях люди звонят в техническую поддержку, я не был исключением. Набрать семизначный номер не составило большого труда, трубка молчала. Как потом оказалось, отсутствие связи было явлением повсеместным. В людских массах царило смятение, взять хотя бы моих престарелых соседок, обычно они с упоением перемалывали косточки всем особам женского пола старше 16-ти лет, бросая в след презрительное-вырядилась, проститутка, куда родители смотрят. Однако сегодня они тихонько обсуждали последние новости, а именно неожиданный обрыв всех городских телефонных линий. Население требовало ответа, думаю что и местная власть хорошо это понимала. Вечером по телевизору передавали историю о том, как подвальная крыса случайно замкнула какую-то там электрическую цепь, после чего весь городской интернет, а вместе с ним и телефонная линия навернулись медным так сказать тазом. Починкой неисправного оборудования уже занимаются наши лучшие специалисты, гордо отрапортовал толстый краснощёкий чиновник, то и дело вытиравший грязным платком свою вспотевшую свиноподобную физиономию. Почему эти так называемые "специалисты" отдавали друг другу честь, и куда вдруг пропала сотовая связь, он так и не ответил.

Прошло ещё два тревожных, проведённых в неведении дня.

Не имея возможности связаться с родителями, я решил нарушить данное мною же обещание оставаться дома, и поехал на щёлковский автовокзал. Признаюсь честно, подобного столпотворения я не видел там никогда. Сотни людей стояли у главного входа, двери которого были надёжно закрыты. По громкоговорителю то и дело передавали, что все рейсы отменены, и когда вокзал снова откроется никто не знает, поэтому ждите дальнейших распоряжений. Попытка вырваться из города на автобусе оказалась неудачной. Примерно та же картина ждала меня и на ярославском вокзале, только там в отличии от щёлковского стояло ещё и оцепление из нескольких десятков военных грузовиков.

Помню, как возвращался домой в переполненном вагоне метро. В метре от меня к двери прислонилась девушка, кажется её лихорадило, на лбу проступила испарина, она посмотрела на меня каким то странным, жалобным взглядом, мгновение спустя попыталась что то сказать, но её ноги подкосились, и она упала. Никто не поспешил к ней на помощь, наоборот, люди в страхе попятились в разные стороны, маленький, но уже не живой человечек покачивался в такт движениям подземного поезда. Я остался стоять на своём месте, не в силах отвести взгляда от её остекленевших, поблекших навсегда глаз. Кажется, она смотрела на меня с укоризной. Тем временем поезд остановился, началась давка, пассажиры поспешили выбраться на перрон. Последним вышел я. Одинокая хрупкая фигурка так и осталась лежать в пустом вагоне уходящего во тьму тоннелей состава.

Через три дня метро закрылось, навсегда.

Я старался преодолеть страх и жить своей привычной жизнью. По утрам обязательно крепкий зелёный чай, эту традицию я завёл ещё в школе, после чего следовал холодный освежающий душ. Ледяная вода очень бодрит, и вместе с тем позволяет собраться с мыслями.

Днём я читал, много читал, институт к тому времени закрылся на карантин и нас всех распустили по домам.

В отсутствии интернета, моими новыми друзьями стали книги, я был отрешён от реального мира, наверное, это была такая своеобразная защитная реакция моего организма на всё происходящее за окном.

Однако, несмотря на все мои попытки, убежать от себя было трудно.

Город тем временем погружался во тьму. То и дело повсеместно происходили отключения электроэнергии. Случайность то была или чей-то злой замысел, я не знаю. В начале третей недели всем стало ясно, что ситуация выходит из под контроля, люди начали запасаться средствами первой необходимости. Приступом брались аптеки, один за другим, пустели стеллажи магазинов. То тут, то там происходили мелкие стычки, нередко перераставшие в ожесточённые драки. Московские полицейские быстро утихомиривали смутьянов, а особо ретивые, пробовали на себе вкус резиновой ментовской дубинки.

Я же в отличии от своих легковерных, и не побоюсь этого слова беспечных сограждан, заранее запасся продуктами, водой и лекарствами, ещё в тот первый далёкий день, когда мне не удалось уехать из Москвы.

-“Мы не позволим никому подрывать демократические основы нашего государства, законность и правопорядок будут соблюдаться всеми доступными способами. Вчера я отдал приказ отозвать из отпусков и вывести на улицы весь личный состав министерства внутренних дел. Ситуация находится под нашим контролем. В целях безопасности и предотвращения мародёрства, на территории Москвы объявляется комендантский час, законность и правопорядок будут поддерживать военнослужащие центрального федерального округа. С великой скорбью и тяжёлым сердцем, я вынужден сообщить,что сегодня 2-го ноября 2016 года, мы закрываем город на безвременный карантин, любые попытки проникнуть через заградительные кардоны будут пресекаться самым серьёзным образом”. Так говорил последний мэр Москвы. Коренной сибиряк, он отличался железным характером, огненным нравом. В период его правления, местный чиновничий аппарат поумерил свои аппетиты, уровень жизни горожан не переставал расти, за что он быстро снискал любовь и признание москвичей. Я помню, как впервые увидел его на телеэкране три года назад, тогда его манера ставить себя перед лицом собеседника, показалась мне вызывающей и требующей определённого мужества, однако на этот раз к моему большому удивлению в его голосе звучали тревога и страх.

Через неделю этого человека нашли мёртвым в кресле своего собственного кабинета с простреленной головой. Старик не смог перенести того ужаса, который царил на улицах в те морозные дни. Наградной пистолет, с позолоченным гербом российской федерации, валялся под столом, предсмертная записка содержала только два слова, "простите нас".

Ваша оценка: None Средний балл: 8.6 / голосов: 13
Комментарии

Это что, начало или весь рассказ?

Это начало

Продолжение скоро напишу

Какие-то детские мысли. Язык хорош, а вот подача и смысл... Тебе нужен совет? Не выматывай читателя унылым соплежуйством о тягостных думах и пережеваниях гг. Их нужно развешивать по всему тексту, а не нагружать в десять абзацев с самого начала. Это утомительно. А учитывая отсутствие какой-либо новизны в завязке сюжета, то и неинтересно. Ну вот совсем-совсем. Мой совет - начинай с действия. С яркой картинки, которая захватит внимание читателя. Мысли и моральные страдания потом приложишь. Но очень хорошо подумай, что именно это должно быть за действие.

Я вот пока не знаю как наполнить сюжет действием, всмысле не просто действием, в стиле я иду, значит я активен, а именно ДЕЙСТВИЕМ! С большой буквы. По плану это рассказ о путешествии главного героя домой, где он надеется найти своих родителей. Он остался один в пустом мёртвом мире. Тут тема одиночества безусловно будет занимать огромное место. Тема одиночества и тема дороги в стиле книги Кэруака (в диких условиях) Хочу развить идею того, как быстро природа начнёт отвоёвывать своё, и как опасна она для человека. Сейчас выложу продолжение, поправляйте меня местами, если есть какие-то мысли и предложения относительно сюжета, пишите, обязательно постараюсь принять их к сведению.

Быстрый вход