Рабочее название "Известь". Глава 1. Часть 1.

"Известь"

Старогорный. 13 июля.

Лучи теплого июльского закатного солнца ласково щекотали лицо. Веки закрывались словно утяжеленные свинцом. Мозг давал сигнал телу, что надо бы прилечь, а то сидя греться на солнышке - не тот эффект. Максим, чуть подумав, решил, а и в правду, прилягу я прямо на лавочку. Перед тем как лечь, Максим открыл глаза и оглянулся. «Курилка» была полностью заполнена его и вторым взводом, солдаты лениво грелись на солнце, кто-то при этом, счищал со своих комбинезонов мчс смолу от сосен и прочую лесную грязь. А кто-то лениво переговаривался друг с другом. Картина напомнила какой-то старый фильм про вторую мировую войну. Там была аналогичная сцена, грязные уставшие солдаты наслаждались редкими минутами отдыха. Сравнение вызвало скромную улыбку в своих мыслях. Чуть потянувшись, и подняв с края лавочки сумку с чулками от озк, положил её под голову и в полном предвкушении маленького наслаждения, Макс растянулся на лавочке.

Измученные ноги за четверо суток поисковых работ в авральном режиме, в лесах, под беспрерывным дождем, окатились неимоверной приятной волной расслабления. Положив ногу на ногу, и поправив чулки под головой, Макс погрузился в розовый мир, видный лишь через закрытые веки, и полный всевозможных звуков. Слегка зашелестела листва тополей, от приблудившегося ветерка, где-то рядом раздавались тихие шаркающие шаги, наверное, это Кулёмин – подумал Максим. Только он во всей роте так шаркал. С ветерком стали долетать отдельные фрагменты разговоров солдат, с другого конца курилки.

- Ну как выезд прошел? – с явным нетерпение спрашивал один другого. Спрашивающий был из молодого пополнения, давший присягу чуть меньше трёх недель назад. Видимо из оставшихся, в наряды. Раз не попал на выезд.

- ну как…. Да…. Нормально… - отвечающий, говорил размеренно вяло, и явно с не охотой, а может просто не мог подобрать слова. Макс вспомнил первый свой спасательный выезд. Он был в самом конце ноября, притом еще до присяги, сбор был экстренный, тогда потерялся маленький ребенок в лесу, и на поиски отправили вообще всех кто был в части. И когда они, спасрота из срочников, вернулись с выезда, у «молодых» тоже не было слов, что бы дать хотя бы скромное описание прошедшего. Была только усталость и благодарность случаю, за то, что они попали не в типичную часть МЧС, в которой вся служба с метлой. А в учебку, при которой была спасрота из срочников, стабильно выезжающая на какие либо спасательные мероприятия. Поиски заблудившихся туристов, ликвидация завалов, лесные пожары и прочее.

- ну че делали ли то, рассказывай, а то кроме тумбочки и ведра ни хрена не видел за эту неделю. – всё не унимался несчастный дневальный.

- ну это… в общем… - не успел отвечающий продолжить, как его перебил громкий, сильный и озлобленный выкрик со стороны входа в казарму.

- Рядовой Фурункевич! Ты охренел что ли?! Или ты выпросить сегодня у меня решил трячек?!?!?!

Это был Артем. Младший сержант, командир отделения, где Макс сам был замком и первым комодом.

- Ты херли тут еще делаешь, придурок?! Ты покурить присел?! Сейчас покуришь! Сейчас заявку на поздний ужин не успеешь отдать на спасроту, звиздец тебе!!!!!! - Артем разошелся не на шутку, видимо за неделю, когда в роте осталось шесть молодых для нарядов в дневальные, и два «слонодеда» (как иногда сам себя называл сержантский состав учебки) Артем и Олег, сержанты старшего призыва. Их изрядно погрузили все возможной «высокоинтеликтуальной» и «суперважнецкой» будничной работой в части. Например уборка территории, загрузка свалки в кузов мусорщика лопатами, да и бог знает, чем еще могли их загрузить офицеры.

Артем был грозой батальона. Огромный, по телосложению, сильный и высокий. Славился всегда тем, что проще ему дать в лицо кому-либо, не желе разжевывать и детально что-то объяснять. Пользуясь стереотипом: большой деревенский парень – значит глупый. Артем пудрил мозги всем офицерам, в частности командиру роты и комбату. Когда те начинали раздавать задания на какие-либо работы или тренировки, в общем, ставили какие-то задачи, младший сержант Жуковин Артем хмурил брови (нет, брови он хмурил не специально, у него просто привычка такая, когда он внимательно слушает) и смотрится это так, будто огромная детина, не может переварить вышесказанное. Тогда лопалось терпение у офицеров, и они, прервав установку задач говорили: «Жуковин, твою мать, бери блокнот и записывай, остальные дальше слушаем». За такую хитрость и звучную фамилию, ему хотели пришить прозвище Жук, но как то не прижилось, потому что Артему это не понравилось, и это стало чревато для тех, кто пытался его так назвать. Кроме конечно тех, с кем близко сдружился за службу.

- Ты в столовку заявку нёс что ли? – быстро выпалил солдат, тот, что отвечал на вопросы дневального.

В свою очередь, несчастливый дневальный, ничего не ответил, понимая, чем ему сейчас грозит такой провал.

И тут со всех сторон посыпалось в его адрес: - да убежал ты уже! Жрать хотим! Не успеешь – молись!

Пока незадачливый дневальный летел к столовой, словно спринтер под возгласы своих сослуживцев. Макс заметил с приятными для себя эмоциями то, что все-таки эти два взвода, с которыми он был на выезде, все-таки стали превращаться в команду. А среди кричавших возмущения, были слышны особенно четыре голоса. Это были голоса ефрейторов второго и третьего взводов, а в будущем сержантов, приемников нынешних, когда старые будут уходить на дембель. Все-таки выезд и постоянная нагрузка со стороны сержантов, заставила ребят звереть и становиться свирепыми, но грамотными пока еще не настоящими командирами.

- Твою мать, оставили одних дураков, как на подбор. – Это уже сетовал Олег, слегка «жующим» свои диалектом, или же дефектом речи. Олег по национальности был русский, просто его говор не попадал под определение никого народа или народности. За спиной его иногда называли Буквожуем. Прозвище то обидное, но его специально не меняли. Особенно молодой призыв, узнав какое у младшего сержанта Олега Николаева прозвище среди своих. Это была своего рода месть, которую они могли позволить себе. Так как Буквожуя, никто не любил из молодых. Человек был в большей степени молчаливый, с маленькими темными, глубоко посаженными глазками, которыми он никогда не смотрел в чужие глаза. И они у него всегда бегали как в нервном состоянии. Молодой призыв никогда не знал, что от него ждать, он всегда вел себя вызывающе нагло. Подчеркивал свое звание и должность если кого-то заставлял что-то сделать. Если дело доходила до своего рода, «неуставных взаимоотношений», то Олег наносил самые «пакостные» удары, носком армейского ботинка в голень например. И Буквожуй, никогда не давил на морально или физически сильнее себя солдат, если был с ними один на один. Собственно, и среди товарищей своего призыва, а точнее сержантского состава и «заштатников» то же не пользовался особой популярностью. Общаться общались, по службе, к тому же без общения никак. Тем более, когда на семь человек сержантского состава и трех заштатников сформировали роту, где шестьдесят девять человек молодого призыва. И что бы держать порядок и дисциплину, приходилось держаться вместе. Да и всех сержантов мучал один вопрос, как вообще Олег Николаев остался в учебке сержантом, да еще и в спасроте. Вроде не блатной (то есть не по знакомству попал в часть), вроде не местный. Но проблемы в отношениях между подразделениями в формате «в не устава» в основном у третьей спасательно-учебной роты возникали именно из-за него.

- Че, вечные дежурные, как служба? Много жизней спасли, или вы так, доблестно защищали казарму от набегов жестоких крыс? – заливистым и задорным голосом приветствовал младших сержантов, сержант Толмаков Антон, замок второго взвода их роты.

- Да иди ты, Антоха. Так задрочились уже здесь… - пробурчал Буквожуй.

Антон был в кучи остальных солдат, когда Макс ложился на лавочку, у него во взводе где-то потерялась фляжка. Собственно её потерять не страшно, просто не хотелось лишней суеты, что бы искать новую взамен, тем более за два часа до сдачи имущества после выезда. И он решил просто вытрясти все мешки своего взвода. Судя по сверх обычной нормы задора в голосе, у Антона получилось её найти у кого-то в вещмешке.

- Здорова, пацаны – протягивая руку на ходу Антону пробасил Артем и смотря на развалившегося на лавочке Макса добавил – Макс, чё, вырубился что ли?

Это вопрос вытянул Максима из забытья и заставил, открыв глаза подняться из сладкой дремы и сесть. Парни все поздоровались между собой и сели на лавочку и каменное ограждение курилки так, что бы быть напротив друг друга.

- Ну как поиски прошли? – спросил Артем

- Очень, мля, весело. Просто, мля, цирк бесплатный был, а клоуны в нем были мы – начал Антон.

Пока Антон задвигал своим задором и иронией первое предложение-характеристику прошедшего выезда, Макс стал ковыряться в своем вещь мешке стоявшим у ног и достал оттуда блок сигарет «Русский стиль». Артем и Олег присвистнули. – Ты кого ограбил там?

- Это благодарность – расплылся в улыбке Макс – можно сказать, всучили, сколько не отказывался.

- Макс просто девочку из туристов тех нашел, а у нее нога была сильно вывихнута, вот он её и пронес на себе километра три, наверное. Вот, батя, её и отблагодарил. Кстати, еще мешок «чуханины» всякой нам передал, но пакет уже в каптерки заныкали.

- Девчонка то хоть красивая? Сразу же накинулись с расспросом парни.

Предчувствуя занимательный рассказ в исполнении своих сержантов, к в негласно обозначенной «сержантской» лавочке, стали подтягиваться солдаты приехавшие с поисков и в данный момент находившиеся в курилки. Так как замки второго и третьего взвода, славились своими веселыми рассказами и их всегда было интересно слушать.

- Там история у нас вышла, ну хоть кино снимай. Спилберг отдыхает. И нетолько туристы отличились, но и наши с «вэвэшниками».

- Да, когда всех нашли, и выяснили что случилось, ржали долго – добавил Макс к сказанному Антоном.

- Там в общем как все вышло - начал Антон. Собралась компания старых школьных товарищей. Приехали к своему однокласснику в Челябинск. Ну, тот мол, у нас природа ништяк, а мы «а ля суровый спорт». Потащил своих друзей в леса и горы, на недельку попу проветрить от газов и всё такое.

- Собрались они серьезно так, там палатки каркасные, это при том, что они пешком пошли – вставил Максим.

- И что, если ребята крепкие и хотели лишнего потаскать? – удивился иронии Артем.

- Дело в том, что они поперли на очень и очень нехилое расстояние, а тащить на себе палатку в семь-десять кило, так глупо, когда можно по скромнее и полегче. Ну да ладно. Гуляли они два дня, весело, с бухлом и песнями. Но потом они отчудили. Встав на третью ночь не осмотревшись, и в итоги своими воплями привлекли медведя подранка, видимо от браконьеров ушел и отлеживался рядом с их стоянкой. И тут вечеринка у них разошлась с новым весельем – Максим посмотрел на Антон, дав понять что бы принимал эстафету.

- В общем ди-джей Потап Михалыч, добавил их опен-эйру чутка задора. В панике народ, конечно, же, решил заняться еще и бегом помимо туризма. И ломанулись кто куда. Но не тут, они еще заблудились. – Антон с ехидной улыбкой оглядел всех окруживших их лавочку, как буд-то проверяя, заинтересованы ли рассказом еще слушатели. – Они собрались минут через десять рядом с лагерем, в котором орудовал раненный мишка. И попытались вытащить что-нибудь полезное из их лагеря, понимая, что медведь не собирается уходить еще долго. А погодка портится. – Антон жестом руки, как бы приглашая, передал очередь рассказа Максу.

- И вот эти кадры, нет, что бы по краю лагеря тихо-тихо пройтись и свалить подальше на ночлег. Они решили, я правда думаю что они кроме алкоголя ничего не употребляли, но то что они отмочили следом, говорит о том что, что-то было в купе с алкоголем явно. В общем, эти кадры, решили без криков и воплей, дабы не пугать мишку, молча забежать в лагерь схватить оставшееся рюкзаки, до которых Потапыч не добрался пока, и убежать. Но медведь, быстрое приближение людишек, принял не так как хотелось туристам. И не стал сидеть и смотреть с открытым ртом, как людишки хватают свой шмот и убегают. И Потапыч, сам побежал навстречу храбрым туристам, только не молча. А очень не хило сопровождая свой бег ревом. – Макс замолчалподкуривая сигарету. Антон продолжил:

- И вот не ожидав такого поворота событий, наши доблестные бойскауты ломанулись пуще прежнего, только в разные стороны. Вот тут то они и заблудились. – Антон передал несколько пачек сигарет от Макса солдатам, стоявшим со стороны Антона. Они еще в дороге решили, что один из подаренных блоков раздадут своим по приезду.

- Трое парней и одна девушка, из семерых туристов все же к вечеру следующего дня встретились у реки, нашлись по дыму. У одного зажигалка осталась в кармане. Но, рано расслабляться! Еще под утро, один из парней, вроде слышал далекое рычание или вой, похожий на волчий. И рассказав встретившимся друзьям, погрузил их в еще больший транс. Вот они такие голодные, напуганные, ободранные и мокрые сидят у коптящего костра без пламени и думают, как выбираться. И тут один выпучив глаза тычет пальцем за спины друзей…

- И что вы думаете, он там увидел – подхватил Максим. – Ребята просто джек-пот уральского сафари сорвали. Он увидел на другом берегу маленькой речушки, шириной максимум три-четыре метра, волка.

На лицах Артема и Олега замерло удивление от интригующего момента. К курилке подходил первый взвод, который только что приехал с полигона, на котором занимался строительством полосы препятствий для соревнований спасателей.

- Ну, вот тут ребятки и стартанули так, как ни когда не бегали и на глухо потерялись.

Первый взвод подошел к курилке и стал здороваться с присутствующими. Со взводом были и его сержанты и заштатники, которых прикрепили на время работ на полигоне к первому взводу.

Почти вся рота собралась у казармы. Шел обыденный процесс обмена новостями, историями и тому прочее.

- а как ты один то девушку нашел и пер на себе? – это к Максиму обратился замок первого взвода Николай, которому, как и всем остальным вкратце пересказали историю на поисках.

- Да просто, комбат как всегда отличился. Пришли на отсыпную в лагерь, а комбат меня выцепил дал на карте точку, мол, у тебя с ориентированием нормально, и отправил на реку. Там у реки, одно из звеньев поисковых, связку сигналок оставила. Как потом выяснилось, это комбат бухой, с друзьми ночные поиски проводили там, пили на берегу и сигналки запускали. А мы по лесу шумели. – с негодованием уже закончил Макс

- Ну у кого звезды на плечах – тот и супермэн, все равно они себе всю славу припишут – это уже Дима, младший сержант за штата прокомментировал.

- Ну как, в случае Макса то попытались, да опозорились капитально, но это сам Макс расскажет – вставил Антон.

- Да не суть, - махнул Максим, - пошел на поворот у горы, дошел. Сел на бережку, чувствую рубить начало, спать клонит, сил нет. А сигналки сразу нашел, с остатками вчерашних посиделок рядом на бревне лежала связка.. Это хорошо, что Антоха увидел, что меня напрягли, а на кухне только-только готовить начали для нас. Ну, он к гражданским смотался, у него там земляки оказались знакомые среди добровольцев, ну и термос с кофем настоящим горячим принес, ну бутеры нормальные…

- Но-но, ты без деталий давай, а то нормальную еду там трескали, а мы опять «мясом белого медведя» давились. Так же и свихнуться можно, что за пытка-то? – возмутился слегка Дмитрий.

- Ну, в общем, расположился на берегу, налил кофе в крышку термоса, закурил, сижу, смакую. Завтрак как никак, с ночных же пришли. Что в лагерь возвращаться? Поем с начало, вернусь, сдам добро и сразу спать. И тут слышу, недалеко, где-то рядом. Такой тонкий голосок, слегка хриплый: - ну вот и крыша поехала. Уже кофе чувствую.

Окружавшие Максима стали гоготать. – У меня брови то поднялись, сам думаю, что это было? Глюк с недосыпа, или реально кто-то бормочет – у солдат смех стал усиливаться. Макс продолжал – А кофе горячий еще такой, я и швыркнул немного. И мне тут из кустов опять этот голосок слышится – ну точно, рехнулась с голодухи.– Вся курилка загрохотала смехом.

- Я сразу же проснулся и до меня дошло, скорее всего, где-то тут рядом кто-то из «потеряшек». Я к кустам подхожу с кружкой кофе в одной руке и бутербродом в другой, раздвигаю ветки и наблюдаю такую картину. Сидит девушка под деревом, смотрит на реку, ножки свои подтянула к себе, а у самой глаза красные, заплаканные, лицо в грязи лесной испачкано. Вот сидит она, утирает слёзы, смотрит на реку и разговаривает сама с собой. Ничего лучше не придумал как сказать – Ваш завтрак, кофе к сожалению без сахара. И улыбаюсь.

Те, кто сидя слушали рассказ стали закатываться от смеха на рядом сидящих.

- А она голову на меня повернула, как у нее глаза округлились, я а ж испугался за нее. Попыталась что-то мне сказать – не получается, заикается. Ну напоил кофем, бутер мой весь схарчила зараза такая, а потом и говорить начала, с улыбкой закончил Макс. – Правда нога у нее вывихнута сильно была. Но это уже другая история.

А когда в лагерь притащил её, сразу же комбат меня в сторону подвинул, слава богу, сразу хоть в санчасть проводил её. Потом журналисты, родня набежала, просто военные и менты, кто на поисках был. Ну отец девочки комбата обнимает, руку ему трясет благодарит, все это журналисты снимают. Комбат все повторяет, это наш долг, я старался, мы старались, распинается весь.

- И тут девушка говорит – продолжает уже Антон – пап, а что ты его то благодаришь? Думаешь, он по лесу, что ли ходил нас искал? Нет, вон тот сержант меня нашел и нес на себе всю дорогу!

- ооооооо – протянули слушавшие сослуживцы, а Максим стал покрываться краской опустив глаза в пол.

Антон продолжил – тут у комбата чуть слюна не брызнула, он уже походу придумал, что в знак благодарности трясти будет с отца найденной, а тут такой облом. И журналисты все снимают. Но комбат нашелся что сказать: дык, я же его туда отправил.

- вот же с обиды,наверное,ляпнул он – сказал Артем.

- Наверное, но то, что он фигню сморозил, он понял сам, потому как выглядело это все, как спор маленьких детей. Но и журналисты, почуяв что-то забавное задали ему вопрос: мол,какого ляда одного сержанта, без группы отправили туда?

- а комбат что? – спросил кто-то из солдат первого взвода

- да, что ответил? – спросил еще один

- не поверите: извинился, сославшись на службу и ушел.

Дальше рота стала разбираться по взводам и заканчивая разговоры о выезде стала строиться, первый взвод на проверку и в казарму, а второй и третий в столовую. Уже менее детально, обрисовали всю картину поисков, через три часа в тот же день, на дорогу вышло двое парней из потерявшихся, еще к ночи ближе, команда, что работала на лодке, подобрала ниже по течению еще троих человек вышедших из леса. И еще одну девушку просто нашли в лесу на одном из больших холмов. Все были живы ив порядке. Не считая одного очень сильного вывиха, ссадин, изнеможения и стресса. Данильчик Максим, отозвал четверых человек из роты будущих ефрейторов второго и третьего взвода, и достал и своего вещь мешка каждому по две пачки подаренных сигарет и по сникерсу. Добавив при этом – Молодцы, хорошо поработали. На что ему ответил Саша Быков, он же бык (прозвище заработал не только за фамилию, но и порой чрезмерное упрямство, и за телосложение, небольшого роста с широкими плечами и очень короткой шеей) – Прям похвала от сэнсэя – и расплылся в улыбке.

- Ладно вам, давай, стройте роту - скомандовал Макс, а сам пошел к отдельно толпящимся сержантом.

В отдельно стоящей группе сержантов, Антон очень оживленно рассказывал какие девушки были на поисках, дополняя это жестами рук в воздухе, чем изрядно забавлял парней. На самом деле, пока Данильчик разговаривал с ефрейторами, Антон успел поведать как на самом деле Макс тащил «потеряшку». Какая у нее была истерика, какие проблемы были, и как же тяжело досталось Данильчику.

- Короче, встретили его дежурные у палаток, тут же народ сбежался, влез комбат, ну вы уже знаете. Данильчик только и смог сдать рапорты, отчитаться, и не тормозя пошел в нашу палатку, там сел на кровати, закурил. Мне сказал, что он просто охренел и уснул сидя с сигаретой. Я, вон, с еферами, Золоторевым и Быком, берцы с него стянули и положили на лежанку. Девушка хоть и взрослая, но хорошо, что с хорошей фигурой – не тяжелая, а тут дождь, в гору еще идти и ее на спине тащить. Да после ночных без отдыха….

Сержанты глянули на своего товарища, а тот доставал, что то из рюкзака ефрейторам со своим не изменено спокойным лицом.

- Ну что, Тёма, видимо Макс перехватил у тебя эстафету «счастливчика» - резюмировал все мысли в слух Кирилл, это был комод первого взвода. В спасроте, было множество различных поверий, как и в любом подразделении в армии среди срочников. Вот у спасателей одно из них, и было «счастливчик», это тот, кому везло на выполнение поисков или просто выполнение задач спасателя намного больше, чем другим, но при этом ему всегда доставалось это очень тяжело и в принципе доставалось от начальства по любому поводу.

Рота построилась. Солдаты тихо переговаривались между собой, ефрейторы автоматически уже просматривали строй, проверяя все ли на месте. Сержанты отдельной группой стояли на против строя проверяя свои сержантские книжки периодически называя кого-то по фамилии и проверяя свои записи. Из казармы вышел Артем с «расходником» и маркером, стал вносить по правки.

- Хорошо же все таки в выходной, когда офицеров вообще почти нет в части, кроме тех, кто в нарядах. – Сказал в слух Марсель, младший сержант заштата. Он не к кому конкретно не обращался, выразив свои мысли в слух. Сослуживцы Марселя поддержали.

- А кто у нас в батальоне из офицеров сегодня? - к Артему и Олегу задал вопрос Антон.

- Сегодня наш «кв» за батальон ответственный, и то с похмелья дикого, сейчас в концелярии ротного в комп рубиться. – ответил Тёма. А в четвертой роте, только наряды по роте, у них всю роту на машинодром отправили позавчера, у них и вождение и строительство новых путей для вождения.

- О, лейтенант Лопатов - улыбнулся Антон, ну значит все ровно будет. Значит, сегодня отоспимся, или в клуб на киношку сводят.

- Лучше бы поспать – отозвался Золоторёв – а то в клуб приведут, киношку врубят, а мы один хрен дрыхнуть станем, потом «качать» нас начнут, мол, мы охренели.

- Да, лучше после «хавки» время на самоподготовку дали - под итожил Бык.

- Да придумаем чего-нибудь, да Макс? Со своим то командиром взвода договоримся же. – Обратился Артем к Максу.

- Попробуем, че. – Макс немного посерел, еще не прошла обида на своего командира взвода за прошлые пьяные его выходки на «рабочке».

Артем командным голосом рявкнул:

- Рррота, смирно! На праааа-во!

Сержанты хором заговорили: - Тема, давай по короткому – ну на фиг через плац, и так все умотанные.

- Не, не получится, дежурный по части звонил по селектору, сказал что бы через плац шли. Там комиссия по бункеру которая приехала, и сбор у них какой-то у штаба. Посмотреть видимо хотят на доблестную спасроту. – и Артем расплылся улыбке.

- Да ну фиг - засетовал Буквожуй – остальное его бормотание уже никто не смог разобрать

Сержанты стали вклиниваться в строй по своим местам, и рота с начало обычным шагом, а затем и строевым двинулась по уже осточертевшему маршруту через плац.

Идя параллельно строевой коробки роты, Артем, внимательно разглядывал строй, затем бросил взгляд в сторону штаба. На площадке, сгрудилась масса офицеров. Комиссия выделялась сразу. Все высшие чины были в стандартной синей формы МЧС, еще офицеров восемь, были в новой столичной «зеленке». Максим посмотрев на Артема, и увидев знакомый азарт в глазах, понял, что тот хочет что то напакастить. Толи Артем хотел роту подбодрить, которой даже в дико уставшем состоянии приходится выпендриваться перед проверяющей комиссией, толи для себя что то захотел веселого. Рота подходила к середине своего маршрута через плац. Макс смотрел на «середину пути» и на Артема. Ответ пришел сам собой на ум. Артем специально выжидал именно середины пути, именно неодобренной начальством части но очень полюбившейся в роте строевой песни хватало как раз на пол пути парадным ходом.

Вообще, после последнего строевого смотра части, все подразделения выразили благодарность третьей роте за её песню. Так как обычно женщины военнослужащие заставляли своим пением замереть весь плац. В тот смотр, песня третьей роты, заставила практически подпевать весь плац, что то новенькое, с боевым настроем а неприевшиеся уже песни и переделки, очень порадовали всех участников смотра. Рота сразу одобрила предложение Макса. Новым и к тому же запрещенным хитом, что удваивало ценность песни, с легка переделанным тактом, под строевой марш, стала песня Виктора Цоя «Группа крови». Да и к смотру впервые с толком подошли. Со второй по четвертую шеренгу, специально выставили тех у кого слух и мало-мальский голос. Да и музыканты из клуба помогли расставить так как нужно запевал и подпев. Благо «голосистые» практически нормально вписались по росту в коробку.

- Рррота, левое плечо вперед! – право фланговые уменьшили шаг, лево фланговые равнялись по право идущим. Уже вся рота знала, какой «выкрутас» задумали сержанты. Так как и Артем улыбался во все «тридцать два», да и сержанты аккуратно до поворота перетащили певунов по нужным местам. И все догадки окончательно подтвердились, когда Макс из первой шеренги незаметно юркнул во вторую шеренгу и встал на место запевалы.

- Рррота, смиррррно! Песню, запевааай!

И Макс показательно задрав голову, закрыв глаза, выложился на полную:

- Тёплое место, но улицы ждут

Отпечатков наших ног,

Звёздная пыль на сапогах.

Следующие две строчки подхватила вся вторая шеренга.

-Мягкое кресло, клетчатый плед,

Не нажатый вовремя курок.

А финальную строчку куплет, максимально на распев и в унисон пропели Максим с рядовым по прозвищу Ара: - Солнечный день в ослепительных снах!

А припев, в общем подогретом настрое хулиганстава и дерзости в рамках устава вся рота громыхнула:

- Группа крови, на рукаве…..

Пройдя мимо штаба. И уже когда обычно при смотрах подразделения переходили просто на строевой шаг, третья рота продолжала маршировать и петь. Проходя мимо казарм ленейных подразделений, рота шла по команде «смирно», своего рода строевой привет таким же солдатам. Те в ответ на любимую песню и уставной привет, давали команду смирно всем своим кто был на улице у казарм.

- Ну вы дали – с улыбкой за сержантский стол подсел старший рабочий из наряда по столовой. Уже из штаба позвонили. Сказали третьей роте передать что молодцы. Комиссия прям офигела.

- еще бы им не офигеть – с полным ртом проговорил Антон.

- Ага – и еще что-то в след пробубнил Буквойжуй. Все сидящие за столом глянули на Олега, тот продолжал уплетать кашу и не обратил внимания, что следовало бы ему расшифровать свои бормотания.

- Я тут забыл сказать пацаны. Пока вас не было, на моем наряде отрабатывали забеги в бункер по тревоге.

- Ну это мы все делали. – Ответил Коля.

- Не, нас заставляли уложиться со всеми сборами в пять минут сорок пять секунд.

- Ого.

- Вот те и ого. Наряд то успевал все норм, а как мы всем стадом успеем – фиг знает.

Коля вытер руковом рот и пробасил: - пять сорок пять, это с построением на первом уровне?

- Да, поэтому еще наверное уложимся – как задумчиво ответил Артем. – Да и еще, после обеда, каждый свою кучу проверяет, подписывает если что не сделали и укладывает на место.

- На взлетке мешки что ли? – спросил Макс

- Ага, и сухпай, и насесоры полные всего, и аптечки согласно штату. Я почти все с дневальными разложил, вам только персонально проверить своих, упаковать, и на тревожный стеллаж. Его, кстати, из коптерки, перетащили в шинельный кубрик.

- Лучше б ремонт без нас бахнули – прокомментировал Антон.

- Что еще интересного произошло, пока нас не было? – задал Артему вопрос Антон.

- Бункер по ходу сегодня сдадут, насколько знаю, сегодня последние семьсот килограмм радио запчестей запасных для верхнего пульта управления спустят, и все. С бункером больше возни у нас не будет.

- Ну, уже лучше. Сколько ж с ним возиться то можно было. – как то растянуто пробасил Коля.

Рота, не спеша уже пила чай, кто-то доедал добавку. Те, что были на спасательном выезде, выкладывали на столы из карманов различные сладости. В столовой стояло тихое и ленивое бормотание, кто-то негромко смеялся, сержанты почти полулежа развалились за своим столом и пили коку-колу. О чем-то лениво спорили и смотрели в панорамное окно столовой.

Еще на втором месяце службы.

Более-менее понимающих в работе компьютеров, срочников из спасроты (кто совсем не давно написал добровольную о переводе в спасроту и о не разглашении) связисты и секретчики прикомандированные из центра, забрали на пять дней для работ в бункере. Солдаты помогали протягивать и соединять различные сети и автоматические системы на верхних трех уровнях.

На второй вечер безвылазных работ, один капитан из центра позвал всех своих помощников в отсек управления системами на верхний уровень. Рассадил за не разобранный стол для совещаний, показал на огромную стопку вдоль стены коробок с не распакованными ноутбуками, и сказал: - будите винду ставить на все. Винда почти как обычная, но слегка переделана. Ничего сложного. Плюс ко всему выдам флэшки, с них поставите все проги на буки. Все устанавливается как и обычно. Но ничего не запускаете. Ясно?

- Так точно – хором ответили солдаты. Всем уже не терпелось посмотреть на странные буки, которыми обеспечивают бункеры военные, да и одним глазком глянуть что хоть за ПО будут ставить на компы.

И работа закипела. Солдатам термосами приносили из столовой бункера какао и кофе, все конечно на радостях опивались таким добром. И отмечали, что «вояки» из центра не «занощивые засранцы» все-таки, как их характеризовали местные офицеры.

Капитан, который посадил солдат за установку ПО на ноутбуки, проходя по коридору с какими то офицерами в столичной новой форме остановился прямо у открытой двери в комнату, вернее в отсек, но по правилам которые приезжие устанавливали в бункере – комнат нет, есть отсеки. Часть разговора офицеров стал слышен находившимся в отсеке солдатам.

- А разницу сигналов надеюсь не забыли установить?

- Никак нет. Все сделали. Боевая тревога будет работать как обычно. Учебная же, с небольшим обрывами. Обрывы на звук, как скок иголки с пластинки, словно звук стоит на повторе. Все как по инструкции. Первый срыв на четвертой секунде сирены, остальные каждые пять….

- А капитан то, диджей прям – расплылся в улыбке Антон, сидевший за ноутбуком рядом с Максом – «скрэйтчи» бахнул в «тревогу». За остальные восемь месяцев, эта учебная сирена отпечатается буквально в коре головного мозга всех служащих в этой части и заодно местных жителей поселка.

Старогорный. 13 июля.

- Макс, Мааакс. – Олег повернулся к остальным сидящим за столом – не, ну опять залип.

- Макс, твою за ногу! – рявкнул Аретм. Максим не спеша отвернулся от окна, проморгался и буд-то сонным голосом спросил: - да че надо-то?!

- Я говорю сумки наши, дембельские, я перепрятал из-за перестановок в роте. Пока за шенельным шкафом сложил. – специально деловитым тоном ответил Артем Максу.

- Ты чего залипаешь, Макс? Опять что ли? – обратился Антон к Максу.

- Что опять? - Не понимающе оглянул сидящих за столом сержант из наряда по столовой.

- Да Макс постоянно так залипает в думках своих, особенно когда чуйка у него взбесится.

Понимая куда уйдет разговор, Максим отвернулся обратно к окну, и перебирал в голове мысли о том, почему ему опять так не спокойно. Эта странное чувство тревоги, не дающая покоя. Не оставляло его как только его рота закончила поиски.

- Особенно когда у него и у Золотого одновременно совпадет, то прям сто пятьсот будет большой кипишь. А так у Макса стабильно перед суетой какой, чуйка срабатывает. – Увлеченно рассказывал Коля своему земляку из наряда по столовой.

- Золотой! – позвал Антон ефрейтора из взвода Макса и Артема.

- Я! – отозвался Золотой с другого конца ряда столов.

- Че у тебя там по предчувствиям, шаман, итить-колотить тебя.

По столовой протянулся гул смешков.

- Да что-то не спокойно, товарищ младший сержант, я уже говорил с сержантом Данильчиком.

- ай, ну вас – наиграно разочарованно махнул рукой Антон и потянул из лежащего на столе пакета самою большую конфету.

В следующее мгновение, сначала в маленьких колонках в столовой развешанных по углам, а затем с опоздание в доли секунды и в динамиках на улице. Что-то щелкнула, прошуршало и завыла сирена.

За одну секунду, уже неоднократно отрепетированными движениями, со столов все съестное перекачивало в карманы солдат, все сгруппировались, и машинально ждали команды сержантов, что бы в буквальном смысле «ломануться» к казарме за своими вещами и экипировкой, согласно инструкциям. А затем согласно расчетам разбежаться по предписанным местам.

Все повернули головы на «тревожное» табло, на нем пока еще не загорелся индикатор тревоги, уже пошла третья секунда сирены. Но табло пока молчало, обычно все происходило синхронно, но не в этот раз. Даже атмосфера буд-то растянулась во времени.

Буквожуй сплюнул, и пробурчал. Все рядом сидящие с Олегом, его бормотание поняли как – «накаркали».

Из роя всевозможных мыслей митавшихся в это мгновение у Макса в голове, одна буд-то льдинкой кальнула разум. – Что-то не так. И мурашки побежали по спине.

Четвертая секунда сирены. Все впали в оципенение. Табло не горит. Тип тревоги не ясен, толи на плац, срочный сбор, толи учебная тревога – но тогда какая? Бежать по постам, или же за мешками и сумками в казарму и на плац, или в бункер опять отрабатывают сбор.

На табло вспыхнула красный сектор с цифрой 3. Сирена продолжала визжать без запинки. В это мгновение, кажется перестали биться даже сердца всех находящихся в столовой.

Тишину оборвал синхронный ор Максима и Артема, они буквально на пределе своих возможностей заорали одновременно: - Рота в казарму бегом, по инструкции полный сбор своего барахла и строится у казармы! Бегом!

И рота сорвалась со своих мест. Первым из столовой буквально перелатя ступеньки крыльца выбежал Артем. Ему нужно было успеть как дежурному по роте, еще документацию офицеров и их тревожные сумки вытащить на взлетку, что бы их повзводно тащили солдаты.

К концу второй минуты начала тревоги, казарма уже была пуста. Только дневальные вытаскивали «дембельские» сумки своих мсержантов на улицу. Перед казармой, пока еще сумбурная толпа, образовывала строй, у солдат за спиной было по два вещмешка. Один общевойсковой для тревог, второй специальный рюкзак спасателя. В руках держали свернутые свои матрацы с пастельным бельем. Сержанты стояли перед строем, их вещи лежали у ног горой. К своим собственным добавились еще тревожные сумки своих командиров. Когда дневальные выбежали из казармы с гражданскими сумками своих сержантов, Олег сразу же крикнул им: - по взводам отдайте бегом!

- Тема, все? - Обратился к Жуковину Коля. В ответ Коля услышал лишь тираду отборного русского мата от проходящего в доль еще нормально не построенной роты и пытавшийся всех пересчитать.

- видимо нет - сам себе в слух ответил Николай.

Максим услышал как рядом чиркнула зажигалка, это подкурил себе сигарету Серега Устинович, младший сержант заштата. Его примеру последовали все сержанты. Максим подкурив, посмотрел на часы, на которых сразу по выходу из столовой включил секундомер.

- две сорок девять, быстрее, блять, строимся! - Слишком злобно и нервно рявкнул Данильчик.

Николай подошел практически в упор к Максиму и стараясь как можно тише спросил: - ты реально думаешь что тревога «тройка»? нас же комиссия в штабе сегодня, сто по сто они проверяют.

Как бы тихо Коля не старался произносить слова, но они как молот били по гаму стоявшему от роты. Во круг повисла тишина, даже Артем перестал считать ряды, уже построившейся роты и посмотрел в стороны говорящих.

- Предупреждения не было. И сирена орет от штабной автоматики. Учебная не орет в колонках помещений. И на учебный корпус посмотри, антенны складываются. Это автоматика, а она только срабатывает по команде из штаба округа. Ты чем, блять, слушал в учебке?! Вместе же в бункере нас дрочили!

- Да успокойся, ты. – встрял в накалившийся разговор Антон.

- Да спокоен я. Просто вы уже достали, если я за старшину то должен роту как котенка командами тыкать что и как при тревоге делать?! Сирену слышите? Так вот я сам ничего не понимаю, но из того чему нас учили следует, что это пиздец.

Макс сделал большую затяжку, выкинул окурок, закинул на одно плечо свою «дембельскую сумку и сумку своего командира взвода.

- Макс, а где наш литеха?

- А я от куда знаю?! Я с тобой в столовой был. Ты же сказал что он в ротной концилярии был.

- Да не было его там, я ж сейф выгружал.

- Супер у нас кэвэшник. Тревога, а его и нет. РРРота, на ле-во! Бегом марш.

Находу Артем поровнялся с Данильчиков и вопросительно глянул на его часы:

- четыре семнадцать – поняв немой вопрос ответил Максим.

Третья спасрота коробкой бежала по плацу. Казалось бы спящая в поздний субботний вечер часть ожила. У линейных казарм была толкотня, под их казармами была своя маленькая система убежищ входы которых находились рядом с входами в сами казармы. У Штаба не было никого видно. Возле караулки мелькнули солдаты в бронниках и с автоматами на перевес, они бежали к убежищу под лабораторией. У казармы первого батальона, уже была тишина, как в фильме ужасов. У первого батальона под казармой было свое убежище, соединенное с бункером. И убежище хорошее, его достраивали и пополняли одновременно с основным бункером, который был под учебным корпусом, самым большим зданием в части, не считая ангары и склады.

На второй неделе службы.

Вопросы есть? - Командир третьей роты, как обычно с ироничной улыбкой оглядел свою третью роту.

Один из солдат потянул руку.

- ну говори

- товарищ Капитан, вы все типы тревог нам назвали, а вот номер три, красная, это что за тревога?

- это значит всем нам пиздец – с прежней улыбкой ответил ротный. По казарме прошуршали смешки – это боевая тревога, оповещающая нам о атомной/ядерной/биохимической атаке. Но нам этого не услышать.

Старогорный. 13 июля.

- у всех убежища под казармами, а у нас в жопе – пропыхтел на бегу Бык

- Зато в основном бункере, а там все как в кино – ответил ему Золотой

- неужели ты думаешь что это по настоящему?

- Хлебало закрыли и прибавили бега!!!! - рявкнул на себя не похожий всегда спокойный Коля.

…..

Рота завернула строем за учебный корпус, у входа в бункер с огромным ящиком корячились два офицера, один был местный связист второй явно из комсиссии, и еще два солдата. Антон на ходу гаркнул рядом бегущим солдатам: - ящик на рельсы на хуй бегом помогли поставить!!!!!!! Несколько солдат из строя подбежали к офицерам, бросили свои матрацы на землю, и схватили ящик. ….

Ваша оценка: None Средний балл: 9.3 / голосов: 4
Комментарии

"Не нормативная лексика - пока что экспериментально и местами, далее скорее всего, просто откажусь от нее"

Ну хоть предупредили. Не стал читать.

:( писал по образу из опыта..... как служил..... на 1500 слов 3 мата примерно:( это еще по скромному(((((

ну и где тут ненормативная лексика ивторой вопрос агде командир

Скоро выложу продолжение, там будет все и о всех. Это лишь начало. Ненормативная лексика - зачем я только об этом написал:)

арасказ понравился

Андрей Кит

":( писал по образу из опыта..... как служил..... на 1500 слов 3 мата примерно:( это еще по скромному((((("

Я так понимаю, если бы посетили общественную уборную, её содержимое тоже бы перенесли на страницы своей книги?

"Ненормативная лексика - зачем я только об этом написал:)"

Привлечь прыщавых подростков-читателей?

Быстрый вход