Армагеддонотерапия. Глава 12. Апокалипсис в коробке.

То, что находилось у Кирилла в ящике, представляло собой абсолютное зло, смерть всему живому. Апокалипсис в коробке. Вещество, которое погубит мир при неправильном обращении с ним. Кирилл прижал контейнер к себе, чтобы не открылась сломанная крышка. Шёл он медленно вдоль трамвайных путей. Подвёрнутая нога болела и не давала спокойно идти. С каждым шагом он охал и кривлялся от боли, останавливался, дабы передохнуть и уменьшить муки. Впереди Кирилл увидел свой вещмешок. Он валялся на путях весь вымазанный в грязи. Медик поспешил добраться до него и проверить всё ли на месте. На этот раз удача улыбнулась ему. Вещмешок оставили нетронутым, флаконы со спиртом и шприцы с морфием оказались ненужными. Кирилл был счастлив как никогда, радовался как ребёнок. Он покопался в мешке. Один флакон разбился, видимо при падении, и спиртом залило все пойки. Кирилл вывалил из мешка инструменты и попытался запихнуть контейнер внутрь. У него получилось, но закрыть мешок не вышло. Довольный медик захромал дальше. На подступах к центральным улицам он всё же вколол себе обезболивающее. Теперь всё шло как по маслу.

***

Непрерывная пальба рвала барабанные перепонки, заставляла постоянно вздрагивать и пригибаться. Шальные пули свистели над головой, вжикали перед лицом, плескались по песку и стрекотали по баррикадам. Настя находилась прямо у баррикад, которые окружали лагерь и главный вход в бункер, и наблюдала за всем происходящим безумием за спинами закутанных в броню воинами. Ей предлагали спуститься вниз вместе с эвакуированными жителями лагеря, но девушка отказалась, оставшись в гуще событий. Она ждала возвращения Кирилла. Настя верила, что с ним всё в порядке, он жив и движется сейчас на базу с опасной посылкой в руках. Она надеялась на лучшее, отгоняла прочь дурные мысли и тревоги. Сейчас главное не сдаваться, а продолжать стремиться к цели, выполнить задание.

- Настя! - раздался грубый голос за её спиной, и на плечо упала тяжёлая ладонь.

Анастасия обернулась. Перед нею стоял Смирный, облачённый в химзащиту, поверх которой были натянуты увесистые доспехи. Сквозь стёклышки противогаза на неё смотрели два свирепых глаза.

- Да товарищ подполковник.

- Кирилл! Где его чёрт носит? - захрипел он, тормоша девушку за плечи - Где вы с ним разминулись?

Его слова заглушил ор бойцов, бросившихся в атаку. Солдаты спрыгивали с баррикад и под прикрытием пулемётов неслись в самое пекло.

- От тебя никакого толку, дура! - Смирный толкнул девчонку и помчался к открытым воротам, из которых выезжала военная техника.

Настя только утёрла нос и продолжила смотреть, как отважно бьются бункерцы, как из последних сил они держат оборону и пытаются остановить нескончаемый поток бездушных ублюдков. Число головорезов только увеличивалось, а боеприпасы неминуемо заканчивались.

***

Сколько осталось времени? Как долго он пробыл в бессознательном состоянии? Солнце уже было высоко, значит, несколько часов Кирилл был в отключке точно. Он подсчитывал оставшееся время с надеждой о том, что скоро всё это кончится.

Кирилл ковылял по тротуару, опираясь о стенку. Эта улица была ему хорошо знакома, именно здесь располагался госпиталь, в котором он применял свои навыки во время первых стычек с отморозками. Он прошёл через арку во двор и вынырнул на другую сторону улицы. Тут начали происходить странные вещи. Кирилл заметил, как трое отморозков спасаются бегством, размахивая руками. Они выбежали на перекрёсток, оглядываясь назад и выискивая преследователя, но за ними никто не гнался. Вереща от ужаса, троица спряталась в автобусе. Медик продолжал наблюдать, оставаясь на месте. Он ждал, когда появится то, что так напугало этих недолюдей. Вскоре на перекрёсток выплыло белое облако. Кирилл скрылся за расколотым фонарным столбом, вспомнив, какую опасность несёт этот туман. Набравшись храбрости, он всё же решил поглядеть, чем же кончится эта заварушка.

Облако накрыло ржавую посудину. Металл начал деформироваться, борт автобуса сплющило. Полопались оставшиеся стёкла, и из окон хлынула кровь раздавленных отморозков. Жестянку скручивала невиданная сила, туман мял железо, рвал его на части и пресовал ублюдков, спрятавшихся внутри. У Кирилла округлились глаза, когда он такое увидел, мурашки побежали по рукам и ногам. Раньше он никогда не наблюдал, чтобы «хищный» туман охотился в центре города, обычно он витает возле гаражей. Сейчас видимо почуял крупное скопление свежего мяса и решил освоить новую территорию.

Кирилл обошёл опасный участок глухими дворами. Он оказался у громадного спортивного комплекса, большая часть которого теперь - груды пыльных обломков, пересёк парковку с расплавленными остовами автомобилей и добрался до эстакады. Здесь медик передохнул, присев в тени обрушенной колонны. Он обработал свои раны спиртом, принял немного внутрь, вколол себе ещё обезболивающего и проверил дисплей контейнера.

Маленький чёрный экран не показывал никаких данных. Пусто. Кириллу это не понравилось, более того он испугался, ужаснулся, увидев пустой экран. Он постучал по измятой крышке возле потухшего дисплея, вытянул специальную ручку и снова увидел цифры. На этот раз на экране мигали четыре нуля.

- Как это понимать? - сам с собой говорил Кирилл.

Его избитое лицо, заплывшее в синяках, загорело на солнце, и обгоревшая кожа теперь шелушилась. Он очень устал и измучился. Ничего не хотелось делать, никого спасать, никуда идти. Желание было одно - лечь и спокойно умереть, покинуть этот жестокий мир, забыть о нём навсегда и забыть самого себя. Кирилл мечтал исчезнуть, раствориться и всё, избавиться от тяжести искалеченного тела и грешной, мерзкой души. Он хотел погрузиться в ночь, вычеркнуться из истории и никогда не существовать. Но ради чего он снова шагает вперёд? Зачем спрятался от пробегающих мимо отморозков? Сейчас они бы убили его и дело с концом. Зачем он продолжает двигаться?

Кирилл думал о Насте. Он стремился найти и защитить её, он стремился быть с нею, потому что Кирилл любил её.

Контейнер работал исправно, батарея всё ещё держалась, просто сломался дисплей, оповещавший, сколько времени осталось. Медик очень надеялся на это. Другого объяснения нет. Иначе если бы вирус высвободился, он бы уже не стоял на ногах, а лежал бы в позе эмбриона, весь покрытый быстро растущими бубонами, и выблёвывал свои внутренние органы. А если он взял не то, что требовалось? Тогда конец наступит чуть позже, когда вирус окажется на свободе и распространиться по воздуху. Кирилл пытался не думать об этом, больше концентрируя своё внимание на пробегающих врагах. Его заметили, когда он поднял шум, нечаянно оступившись. Два отморозка ринулись к нему. У обоих в руках блестели ножи. Они бежали, перепрыгивая через разрушенные блоки и кучи мусора, с воплями и проклятиями в адрес своей жертвы. Кирилл уходил от погони, но расстояние между ними быстро уменьшалось. Как вдруг парочка бешеных отморозков при следующем прыжке через препятствие провалилась в подземные коммуникации, разинувшие острые пасти. Преследователи разбились насмерть. Их тела подёргивались в конвульсиях, распластанные на искорёженных трубах. Кирилл заглянул вниз и чуть не ошарстнулся. Он удержал равновесие и, плюнув в темноту, отправился дальше.

***

Настя укрылась за стеной в тот момент, когда взрывом всполохнувшего баллона огнемёта, висевшего за спиной одного из солдат, разнесло бойцов в стороны. Девушку оглушило, а после короткой контузии она обнаружила, что ранена. Металлический осколок вонзился ей в левую лопатку. Анастасия завизжала от боли, потянувшись к железяке, торчащей из спины. Кровью пропиталась её одежда, к коже теперь неприятно прилипала мокрая ткань комбинезона. Она попыталась посмотреть - насколько плохи её дела, повернувшись назад. Но боль не позволила девушке долго любоваться своей раной. Нужно было что-то предпринять, пока она не потеряла много крови. Настя не могла справиться с этим в одиночку, она проскочила мимо стрекочущих пулемётов и оказалась у медицинского шатра. Внутри ей предоставили помощь. Настя забыла о своей ране, оглядевшись вокруг. Прямо на полу, на расстеленных брезентах доктора и сёстры оперировали раненых бункерцов. Здесь стоял жуткий ор, нарастала паника, но медики продолжали принимать всё новых пациентов. Тяжёлых спускали в бункер, со всеми остальными справлялись полевые врачи. Настя не ожидала такого поворота, считав до этого момента отморозков дикарями, деградировавшими до первобытного строя, но эти черти не так-то просты. Они оказались сильным противником, хорошо владеющим стрелковым оружием. Бункеру угрожала страшная опасность.

Окруженный баррикадами лагерь, где находился главный проход в убежище, превратился в крепость, осаждённую толпами злобных отшельников. Они наступали с новыми силами, нескончаемым потоком рвались завладеть территориями бункера, казалось, где-то недалеко от города расположилась гигантская матка, которая плодит орды кровожадных ублюдков.

Насте наложили швы и асептическую повязку, когда кровотечение остановилось, она снова стала наблюдать за сражением. Бункерцы теряли свои позиции, слабела защита, и обороняться становилось всё тяжелее. Смирный надрывался в хрипливом крике, давая разные указания и распределяя технику по периметру. Он продолжал командовать, даже когда его ранили. Протирая закопчённые стёклышки своего противогаза, Юрий Григорьевич срывал голос, перекрикивая выстрелы. Он указывал, где расположить пулемётчиков, и с какого фланга удобнее атаковать противника. Лучше всего было напасть на отморозков слева от баррикад, там бронетехника могла проехать свободно. Так он и распорядился. Бронемашины направились к выходам из окружённого лагеря. Настя видела, как тяжёлая техника открыла огонь по противнику, как гусеницы смертоносных машин давят истерзанные пулемётной очередью обезображенные тела. Отморозки отступали, встретив на своём пути бронированную технику, но продолжали биться, не прекращали пальбу, отступая назад.

***

Кирилл уже слышал скрип гусениц движущихся танков. Звук становился громче. Выстрелы и взрывы сопровождались криками и стоном. Он приближался к мясорубке. Ещё пара кварталов и Кириллу открылась панорама жестокого смертоубийства. Толпы отморозков бежали, отстреливаясь от преследователей. Танки гнали их прочь из города, давили и размазывали по асфальту, разрывали их тела в куски, обрушивая снаряды. Кирилл шёл сквозь дым прямо на них. После нескольких доз обезболивающего и выпитого спирта он забыл о страхе, его не тревожила боль и усталость. Кирилл плёлся через горящие руины, не обращая внимания на пробегающих врагов, которым он тоже был безразличен. Опьянённый наркотиками и спиртом, медик шёл против течения, его сбивало с ног, но он вставал, цепляясь за прохожих, и снова был в пути.

Его отбросило взрывной волной от снаряда, врезавшегося в самую гущу. Он грохнулся в груду кирпичей, а сверху его накрыло облаком пыли. Кирилл перевернулся на спину и стёр с лица кровь. Он не чувствовал боль, но ощущал ленивую слабость по всему телу. Ноги его не слушались, в ушах свист, а перед глазами всё вертится. Кирилл посмотрел наверх. Прямо над ним висело чьё-то туловище с культёй ноги. Он с отвращением поморщился, когда на него закапала чужая кровь. Кирилл отполз подальше от изувеченных останков, висящих на фонарном столбе. Он приник к бетонной плите и, наглотавшись пыли, громко закашлял.

Мимо проезжали танки, с башен которых добивали убегающих отморозков бункерцы. Кирилл не двигался, лёжа на спине с приподнятой головой, он провожал взглядом бронетехнику. На него оседала пыль, песок облепил вымазанное в крови лицо. Он перевернулся на бок, чтобы было лучше видно проезжающих, и тут его словно молотом по голове огрели. Вещмешок пропал. Кирилл сразу пришёл в себя. Он потерял его при взрыве. Медик порыскал глазами по мусору, подполз к тому месту, где он приземлился, но ничего не нашёл. Его охватил страх, паника захлестнула его и не хотела отпускать. Да ещё он плохо соображал от принятых наркотических средств. Его взгляд остановился на тропе, по которой громыхали гусеницы бронетехники. Кирилл ужаснулся, дыхание перехватило, и голова здорово закружилась. Он подполз ближе к дороге. Его залитые кровью глаза не могли сконцентрироваться, он не мог нормально разглядеть. Вещмешок валялся прямо на дороге среди трупов. К счастью под гусеницы тяжёлых машин попали лишь лямки вещмешка. Кирилл не был точно уверен, что с содержимым мешка всё в порядке. Он потянулся к нему, когда последний замыкающий броневик проехал мимо. Кирилл дотянулся до лямок, залез внутрь вещмешка и с облегчением плюхнулся на спину. Содержимое мешка в целости. Кирилл с трудом поднялся, закинул мешок за плечо и пошёл по телам, выстилавшим дорогу, к лагерю. Хромая вдоль тротуара, он проматывал в голове последние сутки, все эти смерти, жертвы. Ради чего? Он не мог понять. Голова была забита мыслями, его тревожила судьба Анастасии. Где она? Что с ней? Жива ли она?

Он шёл по дороге, усеянной трупами, сквозь чёрный дым. Солнце пробивало густые клубы и напекало ему затылок. Навстречу ему шли люди. Он слабо видел, шёл, прищурившись, выискивая в толпе людей одну единственную. Уже терял надежду, разглядев сквозь чёрную завесу здоровых мужиков в химзащите, как вдруг выделилась одна хрупкая, миниатюрная фигура. Она бежала к нему.

- Настя - шепнул Кирилл, увеличивая шаг, - Настя - повторил он громче и уже перешёл на бег.

Он забыл про хромоту, ему уже было не до контейнера, и весь мир для него больше не существовал. Они встретились, вцепились в объятиях и не хотели отпускать друг друга больше никогда. Они были счастливы, влюблены до безумия. Дым окутал их чёрной пеленою, отрезав от внешнего мира. Влюблённые слились в крепком поцелуе и, наконец, заговорили.

- Как ты? Цела? Всё нормально? - Кирилл стёр с её лица грязь и осмотрел всю с ног до головы.

- Да порядок. Задело чуть-чуть - сквозь слёзы смеялась Настя - Ты-то не ранен?

- До свадьбы заживёт. Боже, я думал, что потерял тебя - он не сводил с девушки глаз, продолжал любоваться и восхищаться ею.

- Я так боялась за тебя, Кирилл. Давай больше никогда не расставаться. Кирилл, я люблю тебя.

Они снова поцеловались.

Анастасия резко вздрогнула во время поцелуя, и Кирилл почувствовал вкус крови у себя на губах. Он держал её за плечи и с ужасом смотрел, как из уголка Настенного рта вытекает кровь. Ноги её покосились, но Кирилл смог удержать девушку. Она обмякла, повиснув на нём. Кирилл потерял дар речи, когда увидел, что бедной Анастасии воткнули в спину стальной прут. Арматуру в руках держал раненный отморозок. Он с широкой улыбкой на лице выдернул железку из тела и повалился в бессилии на спину. Подбежавшие бойцы застрелили гада, но было уже поздно. Месть не вернёт жизнь и не облегчит боль.

- Нет! Нет! Нет!

Кирилл сел на колени, держа на руках холодеющее тело девушки. Он не успел ничего понять. Из его бегающих глаз ручьём потекли слёзы.

- Настя! – кричал медик – Настя! Нет!

Кирилл зарыдал, крепко прижимая к себе Анастасию. Он гладил её по волосам и целовал в лоб, стирал с её бледного лица кровь и что-то невнятно бормотал. Его сердце бешено колотилось, душа разрывалась от жуткой боли. Ему было чертовски плохо.

Кирилл потерял любимую, Анастасия ушла из жизни.

Их окружили бункерцы, все с поникшими головами сняли каски. Сквозь стёклышки противогазов были видны грустные глаза солдат. В ряды скорбящих протиснулся подполковник Смирный. Он махнул рукою, чтобы все расходились, а сам стоял и смотрел, как Кирилл качает на руках безжизненное тело Анастасии.

***

Смирному было тяжело, но он всё же решился и постучал в распахнутую настежь дверь обители убитого горем медика. Он не стал дожидаться приглашения и вошёл в тёмную комнату. Здесь повсюду были разбросаны газетные статьи и плакаты, которые заменили обои, разбитое стекло и детали переломанной мебели. Юрий Григорьевич обнаружил Кирилла сидящим за столом с флаконом спирта.

- Где контейнер? - послышался хрипловатый голос подполковника сквозь фильтр противогаза.

- У меня - ответил Кирилл, не оборачиваясь на своего гостя.

- Сколько осталось? - спросил Смирный, подходя ближе.

Кирилл не сразу ответил. Он выпил ещё.

Смирный слышал, как тот громко дышит и повторил свой вопрос.

- Около семи часов - сказал медик.

После минутного молчания подполковник вновь заговорил:

- Мне жаль. Настя была хорошей девушкой...

На пол зазвенели пробирки. Кирилл скинул со стола ещё один флакон с йодом и всё же посмотрел в сторону Смирного.

- Вы пришли утешать меня? - промолвил пьяный медик.

Смирный не стал отвечать.

- Ты можешь вернуться в бункер. Задание выполнено, и теперь ты получаешь амнистию.

- К чёрту всё! - крикнул Кирилл, долбыся пустым флаконом по столу, - Мне некуда возвращаться.

- Как знаешь - вздохнул Юрий - У тебя есть время подумать.

Кирилл кивнул, соглашаясь с последним предложением.

Смирный уже собирался уходить, как вдруг остановился в проёме и сказал:

- Она всё равно бы умерла.

- Что? - оборвал его Кирилл, выпучив безумные глаза, - Что ты сказал?

Кирилл с грохотом перевернул стол и подлетел к гостю.

- Повтори – процедил медик сквозь зубы, приперев подполковника к стенке.

- Она бы умерла…

Кирилл в ярости сорвал с его лица противогаз и схватил за шею. Задыхаясь, Смирный продолжил с трудом говорить:

- Она подделала медицинскую документацию. Настя не должна была идти с вами на поверхность.

- О чём ты говоришь? – заорал Кирилл, ослабив хватку.

- У неё не вторая группа крови – спокойно сказал подполковник – Она подделала документы. Настя всё равно бы скончалась от сильного облучения.

- И ты знал об этом?

Смирный глядел на медика виноватым взглядом. Он освободился от рук свирепого хозяина комнаты.

- Когда она узнала, что ты отправляешься на задание, сама пришла ко мне в кабинет и умоляла, чтобы я дал добро на её задуманное бегство.

- Ты ведь мог не отпускать её! Мог остановить! – Кирилл метался по комнате, громя всё вокруг, – Это ты убил её! Ты виновен в её смерти!

- Дубль Т, отдай мне контейнер – скомандовал Смирный, наставив на медика перезаряженный ствол.

Кирилл увидел в руке подполковника пистолет и немного успокоился.

- В этом мире ничто не заслуживает жизни – сказал он, поднимая с пола увесистый вещмешок.

Он вынул помятый и исцарапанный контейнер, высунул из него один хромированный цилиндр:

- И никогда не заслуживало.

- Что ты делаешь? –вскрикнул перепуганный Юрий Григорьевич.

- Провожу армагеддонотерапию – выговорил Кирилл с кривой ухмылкой на лице.

Смирный, не задумываясь, выстрелил. Кирилл упал на колени и чуть не выронил блестящий цилиндр.

- Положи это – приказал подполковник, целясь ему теперь в лоб, – Дубль Т, положи это обратно в контейнер.

Медик нажал на кнопку, спрятанную под донышком цилиндра, и открыл круглую крышку.

- Меня зовут Кирилл – человек, который исцелил Землю.

Конец.

Ваша оценка: None Средний балл: 7.9 / голосов: 26
Комментарии

Хорошее произведение, понравилось.

Отдельное спасибо за концовку))) +10

Спасибо! Рад, что вам понравилось!

хорошо написано

Интересная концовка)

Быстрый вход