Умри стоя! Родина. Глава 0. Тени

Товарищи, вашему внимание очень короткий труд, на создание которого вдохновил мир УС Артема Мичурина. Цель - никакая, лишь развлечения ради, повышения интереса к миру УС, возможно (и искренне надеюсь) - полигон для обкатки пары-тройки идей оригинальным Автором УС. Некий эксперимент, если совместить суровый мир УС с очень понравившемся мне сюжетом повести К-10 Олега Дивова.

Никакой коммерческой ценности, лишь развлечения для. Приятного чтения.

...на тактическом экране совершенно не вовремя замигал красный маркер - ровная цепочка зеленых меток наступающих мгновенно сократилась не несколько отметок и неприятно выгнулась вокруг алой точки. Скупо потекли оперативные данные - машина поддержки пехоты, тип 2059, "Сегун"... Припомнив характеристики этой коробки, Глеб так сжал зубы, что вырвавшееся проклятие прозвучало в кабине Матрешки сиплым рыком.

- Первый, не понял, повтори, что по Сегуну? - мгновенно отозвался Преклов.

- Химере встать на юго-западе промзоны, окопаться и ждать, - выдавил из себя Глеб. Эта дрянь совместной нипоно-американской разработки уже которые годы собирает богатую кровавую жатву войск Союза. На редкость удачное сочетание мобильности, малозаметности и мощного радиоэлектронного комплекта захвата и сопровождения целей делало эту тварь смертоносной для всего, что передвигается по земле и по воздуху. А высокий уровень автоматизации сократило экипаж всего до двух операторов, тем самым напичкав свои девять тонн полной массы просто неиссякаемым боезапасом для работающих раздельно четырех автоматический пушек, ПТУРов и ЗРК.

Но не сегодня. Сегодня эта проклятая коробка из стали, керамики и электроники с очень незначительным вкраплением человеческого мяса ограничится лишь теми тремя штурмовиками, что так неудачно попали в засаду. Причем плату за смерть экипаж понесет весьма экзотичным способом - за эти смерти штурмовиков обитатели ада будут долго аплодировать Глебу.

Бросив Матрешку рыскающим бегом пересечь не очень плотную застройку поближе к Сегуну, Глеб начал воплощать в жизнь казнь экипажа.

- Химера, дымы по всему углу, где остатки наших, с тебя прикрытие. Волкова, отстрели ему все линзы, какие сможешь. Выцеливай привода, блоки, навесное, не мне тебе объяснять. Талос, перемещения, азимут 210, 219, обратно 187 - заставь понервничать. Не высовывайся, твой шлем не держит этот калибр.

Одновременно Глеб вывел перед собой новое меню, содержимое которого он досконально успел выучить перед выброской, а от содержимого которого у Лютина начинали дрожать руки и голос срывался от восторга. "Что ж, зверята, ваш выход" - подумал Глеб накидывая в очередь исполнения каскад команд. Практически мгновенно на тактическом дисплее с центрального направления наступления стала стремительно перемещаться метка стаи "зверят".

Удивительно, но термин "зверек" ну никак не подходил для тех особей, что размытыми серо-зелеными тенями, отрабатывая команды Глеба, синхронно разделившись, взяли Сенуга в идеальный квадрат, причем наличие естественных преград никак не влияло на длину стороны окружения или на скорость передвижения. Три метра в длину, почти пять вместе с хвостом, полтора в холке... Все самое лучшее, что за миллионы лет эволюции семейство кошачьих выработало в своих неисчислимых подвидах воплотилось в новом проекте команды генных инженеров Крайчега. Плюс Лютин скорее даже с любовью оснастил зверят прекрасными игрушками, а над управляющими модулями его команда корпела не один месяц. БИВни? Ха, по сравнению со зверьком - неуклюжая, неуправляемая и требующая слишком теперь много времени и внимания тупая ходячая колода. Зверек - это тень смерти, - бесшумная, неотвратимая, гарантированная. И послушная. Управляющие модули и программное обеспечение - шедевры команды Лютина, с ними могут поспорить по эффективности только модульная броня и навесное оборудование каждого зверька. БИВень - в силу тупости и неуправляемости - копеечное дерьмо, берущее только числом и животным упрямством, зверек - весьма недешевый высокотехнологичный идеальный тактический инструмент. Дубина или стилет, - выбор только за задачей.

Но без командира-оператора, зверьки так и остаются лишь инструментом, без инициативы, без самостоятельности. Но может оно и к лучшему - пекло только может знать, что зверьки могут наделать, вздумай им побыть обычными домашними котами. Особенно в брачный период, если бы репродуктивную способность сохранили генетики.

Гибкие тени зверят отрабатывали весь каскад команд Глеба, ни на секунду не замерев, создавая иллюзию самостоятельности - буквально на секунду мелькнув в проемах они успевали сделать по два-три выстрела из встроенной крупнокалиберки, причем ни разу не дрогнув от отдачи. Стремительными размытыми тепловыми сигнатурами, зверята перегружали управляющую электронику Сегуна, внешних модулей сканирования которых становилось все меньше благодаря Волковой и присоеденившемуся к ней Талосу. Автоматика не успевала отрабатывать цели, так как как стрельба Волковой, Талоса и зверят по сигнатуре практически не отличались, балистический компьютер никому не мог выбрать приоритет на уничтожение.

Все внешние блоки НУРов давно стали решетом, чей-то меткий выстрел перебил магистраль, откуда рывками хлестала парящая гидравлика. Из-за этого манипулятор заряжающего НУРов автомата застыл скрюченной клешней, портя весь вид прилизанной машины. Юбка воздушной подушки болталась нелепой бахромой, за которой искрили застывшие подъемные и маршевые двигатели. То ли она изначально была повреждена, и экипаж вынужденно сидел в этом углу, оттянув на себя часть сил наступления, то ли ее все же успели измачалить штурмовики первой волны, кровью заплатив за обездвиживание этой юркой машины.

Через четыреминуты весь внешний обзор у Сегуна пропал, но эта коробка оставалась все еще дьявольски опасной. Четыре скорострелки чертили витиеватые конуса, создавая сплошную зону прикрытия вокруг себя. Рассчитывать на окончание боезапаса было бесполезно, однако была одна лазейка в работе автоматических пушек, позволяющая к ней подобраться – каждый раз, когда автомат заряжания подавал новую ленту скорострелке – возникала спасительная пауза на 3 секунды. И вот, пользуясь этими незначительными перебоями, зверьки методично подбирались к сеющему свинец и вольфрам бронемашине. Наконец, один из зверей вплотную подскочил к борту, размытой тенью мелькнув в призмах утопленного в броню резервного внешнего обзора – единственное, что осталось у экипажа для контроля внешней обстановки. Один из автоматов дернулся чтобы пролить огнем опасный сектор, когда встал на осечку другой автомат задней сферы противоположного борта, чем мгновенно воспользовался еще один из зверей. Апофиоз генной и электронной инженерии оказался сноровистее отлаженной механики автомата – расправа над Сегуном приближалась к своей кульминации.

Углеродные когти вкупе с нечеловеческий силой лап в мгновение ока взломали обслуживающие лючки автомата, три выстрела по приводам и по жгутам трубок и кабелей сделали автомат бесполезно торчащим в небо бессильно плюющимся свинцом агрегатом. С разницей в пару секунд такая же участь постигла еще один автомат, выпустившей очередь в землю у самого борта и окончательно заклинивший. Противно на высокой ноте заныли привода, стараясь сдвинуть кусок уже окончательно мертвого железа.

Звери отлично выполнили первый комплекс команд, теперь и Глеб решил присоединиться к расправе. Не дожидаясь очередной перезарядки скорострельной пушки, Глеб в несколько прыжков достиг бронированной машины. По пути он все уже успел получить пару увесистых тычин в районе правого предплечья, но броня матрешки благополучно стерпела эти попадания, сохранив целостность и свою ценную начинку в виде Глеба. «В Иване меня точно бы снесло или руку оторвало…» - догнала мысль Глеба уже на самой броне. Чудовищные кинетические удары от попаданий Матрешка частично скомпенсировала гироскопами, остальную работу по удержанию скорости и направления сделал вестибулярный аппарат Глеба, который через импланты связал его с Матрешкой в единый организм.

Росчерк мысли, непроизвольное сокращение ножных мышц, и лапы Матрешки клацнули уже на крыше Сегуна, до металла содрав серо-синюю краску камуфляжа. На носу машины один из зверей крутился у моторно-трансмиссионного отделения, пытаясь когтями зацепить один из обслуживающих люков. Керамика с треском крошилась, на металле люка множились следы когтей, но вакуумная система герметизации пока успешно сопротивлялась натиску животной силы.

Еле уловимое движение, и Матрешка Глеба застыла у кормы над люками бронекапсулы экипажа машины. Чуть присев, Глеб ухватился за край одного из люков подбрюшными манипуляторами, усилив давление спрямлением лап, с писком стравливаемого из капсулы воздуха, Глеб вырвал командирский люк.

На Глеба смотрело матовое забрало глухого шлема, который венчал тщедушное тело нипонца. В отражении забрала Глеб увидел как по его же команде манипулятор медленно и неотвратимо приблизился, раскрылся, сомкнулся. Вытянув прямо за шлем дергающееся тело, Глеб поднял его на уровень своих глаз. Голова оператора была вывернута весьма неестественным образом, так как толстый жгут проводов тянул голову за шлем обратно в капсулу.

- Талос, доставай второго, - бросил Глеб, и манипулятор Матрешки как будто брезгливо тряхнул все тело за шлем. Глеб как будто вытряхивал нипонца из скорлупы, охватившей его голову. Писк отчаянно барахтающегося человека сменился на высокачастотный вой, а затем на глухое бульканье. Человеческая плоть оказалась намного слабее пластика шлема – столь варварское его снятие, минуя стандартные процедуры нейроотключения, вывода визиодатчиков от глазных яблок, демпферов от ушей, медленно распаласовывало все голову оператора от подбородка, по всему лицу, от глаз до затылка на ровные лоскуты. Относительно целыми остались только щеки, но это вряд ли приносило какое либо облегчение нипонцу.

С алым шлейфом голова наконец покинула шлем, Глеб сжал манипулятор, и шлем лопнул как перезрелый фрукт, брызнув на захваты жидким фаршем, оставшимся от лица и скальпа.

Со вторым членом экипажа справились еще быстрее – одним рывком Талос выкинул его из кабины, а летящее тело на лету перехватил и припечатал к земле один из зверьков. Взмах когтистой лапы – и шлем откатился в сторону под ноги к спустившемуся Талосу с красивыми сквозными росчерками от когтей на всю длину забрала с алым обрамлением по краям. Когтям зверя все едино, что твердый углерод или пластик, что теплая плоть по ним. И длины когтей хватило, чтобы с легкостью разлиновать лицо вместе с хрящами и лицевыми костями до самого розового нутра. Но удар был настолько быстрый, что не смотря на четырехкратную трепанацию черепа, оператор оставался жив – слабо трепыхаясь на земле он беззвучно шевелил нижней челюстью, в то время как верхняя, уже отделенная от все остального оставалась неподвижной. Глаза тоже остались целыми, практически вылезшие из орбит с превратившимися в точку зрачками вращались в разные стороны не зависимо друг от друга, как недавно управляемые им автоматические пушки.

- Ебать ну и клоун получился, - развеселился Талос. Причем пара отметин на забрале его шлема, плюс росчерк рикошета на лбу над глазом с бахромой кевлара, придавали его звериному облику далеко не грозный вид. Как будто ребенок по контуру его немалой головы решил парой линий нарисовать удивленное лицо.

- За то у тебя вид страшнее некуда. Местные театры передерутся, чтоб заполучить такого актеришку демонических сил. Детвора не будет прохода давать. Любишь детей? – тут же встрял Преклов, сменил позицию прикрытия поближе к распотрошённому Сегуну.

- Отсоси, детка, ты ведь только так теперь можешь? – у Талоса, видимо всегда и на все найдется свое весьма ценное замечание. Он наклонился и подобрал располосованный шлем.

- Подарю Боссу, уверен он будет рад сувенирной пепельнице с берегов Окинавы.

- Талос, кстати об отсосе – была вероятность, что и тут бы Преклов тебя обставил, если бы отстрелили бы твою голову. Тебе очень повезло, что ты поймал все забралом на излете. А если я скажу, что шлем не держит удар Кулака, - ты тоже подставишь голову чтобы проверить? – сказав это Глеб, просматривал последние данные такблока – линия наступления вновь ровно ползла по промзоне, планомерно давя незначительно сопротивление. Стена пресса, против слабого содержимого давилки – исход был ясен с самого начала операции. Нипонцы слишком полагались на свои высокотехнологичные игрушки, потеряв которые, они сразу становились худосочной смазкой для техники Палачей.

- Извини, командир, очень уж хотелось посмотреть на котят в действии, - кивнул Талос на застывших в позе ожидания зверей.

- Тогда тебе это точно понравится, - сказал Глеб, запуская последние пункты команд из меню управления Зверят. Казнить и убивать – это разные вещи. Этот экипаж достоин казни, Палач и его инструменты в наличии, важно только максимально эффективно это совместить.

Пункт меню зверят «Еда. Создание запаса в полевых условиях» был обрамлен тонкой зеленой рамкой, обозначая его очередность, рядом пульсировала точка, показывая, что команда в процессе выполнения. Двое из заставших статуями зверей плавно перетекли гибкими тенями к распростертым телам. При подходе к ним еле слышный мягкий топот лап сменился на скрежет выдвинутых когтей.

Это пункт программы управления предполагал поиск, разделку и транспортировку еды из любой доступной биомассы в радиусе действия зверя. Программисты не поленились и досконально просчитали алгоритмы и критерии к полевой еде. Она должна быть обильна животным белком, следовательно лучше подходит мышечная ткань, еда должна быть легко усваемой, соответственно с меньшим содержанием жил и хрящей. Заготавливаемый рацион должен быть удобен в транспортировке, иметь определённые размеры, чтобы торчащие из транспортных карманов на броне зверя конечности не демаскировали его и не мешали его перемещению. И еще – куски, должны быть пронизаны одной-двумя костями, чтобы кусок оставался куском, а не плавающим в крови в кармане бесполезным студнем. Чтобы зверь смог сам этот кусок достать, передать напарнику, если потребуется, и съесть в опять таки определенный рассчитанный норматив.

Полусвободному мозгу зверя под контролем управляющего модуля было одинаково безразлично что именно кромсать – относительно свежую, но мертвую плоть, или полуживой труп, отмеченный оператором управления.

Методично как машина, ловко и грациозно как живое хищное существо, звери разделывали экипаж Сегуна. Через несколько минут у танка остались болванки людей, без рук и ног, но с в беспорядке разбросанными ладонями и ступами, с вырванными кое где ребрами, где куски были помясистее.

Даже если после этой вивисекции экипаж и выживет, то никакой боевой ценности он уже не представлял. Но для Глеба они уже стали иметь определенную ценность – живое напоминание, что с силами нового порядка играть в войнушку не стоит – солдаты Нового Союза жили войной, дышали войной, война – это их Бог, и осквернять его – очень сильный риск получить жизнь, которую никогда и никому никто не пожелал бы.

Палач может убить, а может и казнить, но убийство – это дар Палача, который еще нужно заслужить.

- Так, заканчиваем здесь. Талос, термит в Сегуна, устроим прощальный фейерверк. Химера, у тебя со мной свой график, выполняй, я следом. Волкова, запроси у Центра уточненный график движения. Живее, здесь еще слишком много лишних ртов, нашими планами они не предусмотрены, - Глеб выстроил охранный ордер вокруг себя и Химеры зверятами и начал движение к следующей контрольной точке плана наступления.

Ваша оценка: None Средний балл: 9.2 / голосов: 13
Комментарии

Косяков конечно хватает, но и на Хьюго я не рассчитываю.

НА ХЬЮГО???!!!!Вот этот бред? Да что ты! Я вообще охуеваю:

"Бросив Матрешку рыскающим бегом пересечь не очень плотную застройку поближе к Сегуну, Глеб начал воплощать в жизнь казнь экипажа. "

Вот такое вот писать... Каким же долбоёбом надо быть?! Был бы Артём упоротый - ладно, но нет! Это на полном серьёзе! Он считает, что это шедеврально!

" Глеб так сжал зубы, что вырвавшееся проклятие прозвучало в кабине Матрешки сиплым рыком. "

Сиплый рык! Сожмите зубы - попробуйте!

Она должна быть обильна животным белком, следовательно лучше подходит мышечная ткань, еда должна быть легко усваемой, соответственно с меньшим содержанием жил и хрящей. Заготавливаемый рацион должен быть удобен в транспортировке, иметь определённые размеры, чтобы торчащие из транспортных карманов на броне зверя конечности не демаскировали его и не мешали его перемещению. И еще – куски, должны быть пронизаны одной-двумя костями, чтобы кусок оставался куском, а не плавающим в крови в кармане бесполезным студнем. Чтобы зверь смог сам этот кусок достать, передать напарнику, если потребуется, и съесть в опять таки определенный рассчитанный норматив.

Представляте? Такое пишет допустим кто-то из "золотой" волны фантастики после ВМВ? Вот такую дичь?! Охренеть же можно! А Артёмка говорит - огонь! У него тактический экран! Это каким же законченным уебаном надо быть, чтобы иметь у себя дома - тактический экран?! Вы! Блядь! Долбоёбы от дэдленда, есть у вас тактический экран?! Хуилы тупые....Не ну дальше некуда!

на тактическом экране совершенно не вовремя замигал красный маркер - ровная цепочка зеленых меток наступающих мгновенно сократилась не несколько отметок и неприятно выгнулась вокруг алой точки.

Вот это Артём! Вы , бля , почитайте!

Мне конечно, глубоко похуй на тебя и твои переживания по поводу того, куда катится современная фантастика... Но ты хотя бы на миг сфокусируй зрение на авторе поста! Какой еще, блять, Мичурин!? Это фанфик, фан-фик, понимаешь?

Такое чувство, что стоит любой, самый гениальный текст подписать "Мичурин А.", "Дартс П." или "Death" - и тут же у тебя заполыхает.

Искренне надеюсь, что ты сливаешь почти весь свой негатив в чатах и на форумах - и его не остается на окружающих в реальной жизни. Так что можешь и дальше подогревать труп сайта своим "жарким пламенем" :)

Мне его искренне жаль, мне кажется его жизнь настолька сера и убога, что ему только и остаётся что бомбить по форумам) все признаки на лицо)

Фанфик? !!!! Да не может быть! А фанфик чего? Я не узнаю!

Такое чувство, что стоит любой, самый гениальный текст подписать "Мичурин А.", "Дартс П." или "Death" - и тут же у тебя заполыхает.

Какой гениальный текст? Я тебе долбоёбу говорю - на этом сайте потрачено туева хуча времени, и никто, ВООБЩЕ НИКТО!, не выдал тут не то что генеальонго, а вменяемого хотя бы. Какой ты всё-таки уёбок))) Любой текст? Подписать? Подпиши, конечно, и у меня заполыхает...написано потому что говёно, уёбищно, стрёмно, лажово. Можешь сам подписаться, дегенерат, разницы никакой вообще - ты долбоёб!

что то я, кроме невнятного матерного бульканья, ничего вразумительного и конструктивного от данного персонажа так и не вычитал... Судя по однообразному содержимому постов, - банальная проекция собственных комплексов от нереализованности. Раз у вас там есть куча времени на вахте, или посту, уж не знаю, - все же попробуйте более содержательно подходить к критике, а то от вас, извините, подзаборной школотой несет, хотя человек вроде взрослый.

У него нет кучи времени, иногда его отпускает белочка и в эти минуты он несётся на форум, а потом белочка приходит опять - и он пропадает.

Дрейк, а как это: КОНСТРУКТИВНО! В формате допустим ДЕДЛЕНДА - что такое конструктивная критика? Как считаешь? Вот Серёжа просил конструктивной критики, Дима, иногда, тоже просил... Все ведут речь о неком ЕДИНОРОГЕ, это ладно... Но что это? В какой форме этот Единорог выглядеть должен? Как язык? Как парад? Как воздушный шарик?

Прекрасно. Жаль что продолжения этого фанфа нет.

Быстрый вход