Невидимые нити, продолжение (Пока есть надежда - 4)

Санкт-Петербург, Зимний Дворец, за много лет до описываемых событий

Екатерина - София Ангальт - Цербст - Самарская, императрица Всероссийская Екатерина II Алексеевна, не любила Зимний Дворец. Вот и сейчас, собираясь отойти там ко сну, она не могла успокоиться. Не то, что подмосковные загородные красоты - Новая Рига, Дмитров, Шереметьево, где ощущаешь себя словно среди природы на родной самарской земле. Город - а Санкт-Петербург с самого своего задумывания Алексеем Михайловичем и до завершения первой очереди строительства сыном его Петром Великим, был именно городом - будоражил, пинал ноги гранитными мостовыми даже сквозь мягкую военно-спортивную обувку завода Рингера, побуждал к действию звонами Казанского храма, шпилями Адмиралтейства, академическими зданиями Васильевского, жилыми высотками Ладожской и Выборгской стороны, пирсами Прибрежного района, верфями Кронштадта.

Однако, последних два месяца поводы для дискомфорта были не только ностальгически - эмоционального характера.

Случилось, наконец-то, предсказанное французским эмигрантом из Континентальной Британии Франсуа Вольтером, осевшим в Гонконге, ее постоянным абонентом, почитателем и публичным критиком в сети почтовых рехнеров "Корона Евразии". Франсуа был грамотным историком, знавшим старофранцузский и умевшим объяснять такие вещи, о которых даже маститые академики вспоминали, как правило, только по случаю заседания диссертационного совета или очень хорошей дозы Крымского. Например, механизм смены поколений войн. Или причины нестабильности политической системы Европы, заложенные еще до Длинной войны и появления Двуединой Британской монархии. Его комментарии по поводу новой редакции Регламента прав и обязанностей Российского дворянина, открыто выложенные в сетевой рассылке, вызывали в свое время нешуточную бурю страстей, вплоть до прошений об отставке некоторых тайных советников.

Но однажды Франсуа написал в своем сетевом дневнике страшную вещь, которую никто, кроме нее, не заметил. Или же посчитал очередным предсказанием "конца света" для околонаучной прессы.

Рост наших технических возможностей, - написал Франсуа, - в первую очередь объясняется потребностью противостояния хищникам с Острова, как правило - противостоянием военным, то есть спором за право осуществлять суверенитет над территорией по своему произволу. И уже потом - противостоянием экономическим, то есть спором производительных сил за права удовлетворять потребности улучшения жизни народов и получать с них натуральный либо денежный доход, без оглядки на их подданство. Наш мир расколот, и это не нужно пояснять никому, кто в нем живет.

Этот раскол становится элементом внутренней политики империй, и порождает уже в мирное время "туман войны", который не в силах развеять ни коммерческие связи через третьи страны, ни личные контакты населения, ни вездесущие разведки. Более того, он становится экзистенциальным самодостаточным фактором, способным двигать пружины противостояния. В результате, рост технических возможностей, дающих военное преимущество, получает опережение над критическим осмыслением последствий осуществления этих возможностей, поскольку потребность улучшения жизни в невоенной сфере становится вторичной, и, более того, подвергается критике под жупелом "антипатриотичного гедонизма". Рано или поздно, такой рост военной мощи должен принять катастрофический характер для одной из сторон противостояния или, скорее всего, для обеих сторон и всей их экономической периферии. Сохранение этой ситуации - "игры с сохранением суммы ресурсов", в которой прибавление у одной из сторон означает обязательно отъем у другой, - обязательно должно стать причиной катастрофы всемирного масштаба, равной которой не знала история, страшнее легендарного Потопа, и весь вопрос - когда это будет.

Екатерина не посчитала заявление Франсуа очередным предсказанием, поскольку имела о современной научно-технической "кухне" отнюдь не поверхностное представление, отучившись экстерном за год до коронации в Академии Генштаба по сокращенной программе подготовки высших офицеров. Но и не заострила на нем внимание - просто было не до того, и забыла задать Франсуа один, но важный вопрос по личному почтовому каналу. И два месяца назад сполна расплатилась за свою ошибку.

В её руках была копия плана "Eastern Control and Maintenance", он же ECM, снятая спецом ГРУ в британском Адмиралтействе, с отметкой "Top Secret (A0) / Sample 2 of 2" в правом верхнем углу титульного листа. Готовый сценарий той самой катастрофы, родившийся в голове гениального безумца с Острова 2 года назад и, увы, похоже, принятый бриттами к исполнению. Целью плана было установление мирового господства Острова на долговременную историческую перспективу, с полным устранением главного конкурента - России.

Если любой подданный одной из империй, имеющий домашний консоль с выходом в сеть, наберет в поисковой строке сочетание латинских букв "ECM", он найдет первой транснациональную продовольственную компанию "Ecological Clear Manufacturing - Food Company", чьи яблоки стоят в разы дороже липецких, хотя лютеция в них едва ли не столько же. Если перед нами умный субъект, он даст команду отбросить сочетания со словами "Ecological" и "Food", и мы получим "Electronic Counter Measures", а по-русски - электронное противодействие, или РЭБ - один из секретных спецпредметов четвертого курса ЮВУ-2, до которого Кате Чичаговой осталось грызть гранит военных наук 2 года. Если же субъект наберет сочетание, на которое сейчас смотрит императрица, "Eastern Control and Maintenance", - он ничего не найдет. А вот его, скорее всего, найдут, в обеих Империях, и не факт, что первыми - местные спецслужбы.

Как и всякое творение гениальных безумцев, план был прост и изящен.

Он включал в себя не пошаговое выполнение каких-то действий, которые можно было прервать и запутать соответствующими контрмерами, а запуск множества социально-экономических процессов с заданными целями и периодически обновляющимися проверяемыми условиями. Процессы делились по статусу на критические, значимые, вспомогательные и спящие, причем каждый из них мог менять свой статус в зависимости от ситуации. Это напомнило ей принцип работы мощного рехнера "Антей", выполняющего функции БИМа противовоздушной обороны Санкт-Петербурга. Уж не под командованием ли БИМа, построенного на новейшем суперрехнере с невиданной ранее скоростью расчетов, задумали воевать новые Потрясатели Вселенной?

Первая группа процессов включала себя изучение противника, построение модели его действий и поиск в его оборонительных системах как постоянных слабых мест, так и неожиданно возникающих. Прочитав его, императрица усмехнулась. КГБ, руководимый Степаном Шешковским и Григорием Гориным, хорошо ограненными самородками из "третьего сословия", для противодействия таким ситуациям держал целое аналитическое подразделение из докторов наук и узел рехнеров, занимавшиеся формально иными задачами. В конце раздела давалась выписка из перечня критических технологий ограниченной публикации, приводившегося в её собственном законе 10-летней давности, что особенно позабавило императрицу.

А вот следующий раздел уже настроил на серьезный лад. Вторая группа процессов позволяла взглянуть на осуществление цели глазами противника под другим ракурсом, а именно - со стороны собственных неожиданно возникающих возможностей Острова, не зависящих от ситуации в стане его противников. Причем, возможностей как предсказуемых, так и ранее неизвестных. Про предсказуемые давалось вполне внятное приложение, помятое и захватанное предыдущими читателями из РСО ГРУ, наверняка уже ваявшими методичку для будущих разведчиков. В нем в привычном порядке шел перечень относительно новых критических военных технологий - БИМы, средства связи, РЭБ и орбитальной разведки, трансзвуковые самолеты-роботы, микроаэроботы и микророботы-разведчики, высокоэнергетичное и нейроподавляющее спецоружие, а также средства защиты от всего этого ансамбля убийственных инструментов и высокопроизводительные рехнеры, предназначенные для разработки подобной техники. Про ранее неизвестные возможности не давалось никакого материала, кроме превознесения "белого человека, выпестованного в постоянной борьбе со стихией и своей передовой эволюционной ролью призванного принести новые знания диким и отсталым народам Востока", а также ссылки на некие успешные работы по программе "Нью-Дели", расписанные в приложении ECM-A1 с грифом "Top Secret". Спасибо и на этом, поскольку приложение отсутствовало.

Третий раздел относился скорее к вспомогательным процессам, но не менее ответственным. Управление когнитивным мироощущением и изменение сознания противника. Несмотря на практически полный облом с такими вещами в России, признанный как факт составителями документа, бритты попытались, тем не менее, использовать эти наработки для себя - для "психической накачки" своего населения и колониальных войск. И это резко осложняло работу ГРУ на Острове.

Прочитав все это, императрица вспомнила, а вернее - переформулировала тот вопрос, который она не успела задать Франсуа Вольтеру. А именно: каковы возможные выходы из ситуации "игры с сохранением суммы ресурсов", если развитие событий уже пошло по катастрофическому сценарию, и до какого момента эти выходы вообще возможны, кроме крайнего - всеобщего разрушения и гибели обеих сторон? Теперь, когда прошло столько времени и у нее в руках этот чертов документ, о том, чтобы писать Франсуа, и думать не стоит. Иначе даже студент-первокурсник разведфака Вест-Поинта сможет и связать одно с другим, и сделать далеко идущие выводы.

Впрочем, у нее есть кому задать этот вопрос.

- Владимир Григорьевич! Да, это я, Ваша маленькая Софи! Что там с ветроэнергетическим каскадом Санкт-Петербурга? Завтра уже заседание ученого совета? Нет? А не залететь ли Вам ко мне на чашечку кофе прямо в Царское Село? Конечно, к четырем жду Вас ...

...

Через неделю после той встречи она получила-таки ответ на свой своевременно не заданный вопрос, и ответ ей не шибко понравился. Выход был, но в условиях катастрофического сценария он затрагивал внутреннее существование России не меньше, чем катаклизмы последних 3-х столетий, вместе взятые: утверждение Москвы и покорение Орды, административно-территориальная реформа Ивана Великого и династический кризис 1580-1600-х годов, промышленно-научная революция Алексея Михайловича, войны Петра Великого, кризис престолонаследия после его смерти, да и ее собственные войны тоже. Собственно, он содержал в себе следующие 4 четко сформулированные задачи.

Во-первых, заставить противника пережить катастрофический сценарий в неожиданном и неблагоприятном для него ключе, поскольку без этого дальнейшая работа резко осложнялась. При этом, по умолчанию, имелось в виду, что катастрофический сценарий Россия переживет в некоем "более благоприятном" ключе, хотя куда уж дальше-то?!

Во вторых, извлечь из собственного населения, которое переживет катастрофический сценарий, а этого населения и так останется с гулькин нос, максимум экономического и военного ресурса. А для этого - любой ценой ускорить развитие кадрового потенциала. Не гнушаясь, в том числе, и самых решительных и жестких методов - медикаментозной терапии, вплоть до пренатальной, погружения в виртуальные среды обучения, или даже временного введения самого страшного табу маститых профессоров-социальщиков - нейросоциальной селекции, а попросту - смягченного и осовремененного варианта кастового отбора с лазейками для особо способного к развитию молодняка. Все эти возможности должны быть заложены до того, как катастрофический сценарий войдет в "горячую" фазу, поскольку закладывать их после будет, скорее всего, просто некому. В современной войне научные центры, кузницы знаний и оружия, - вполне привычная цель для удара.

В третьих, направить все возможности - и вновь полученные, и сохраненные после "горячей" фазы, - на окончательное добивание ослабленного противника и на укрепление собственного положения России, не поддаваясь никаким сантиментам. Борьба с разбойными островитянами должна идти до последнего островитянина. При этом нельзя загонять в угол тех, кто пожелает бежать с тонущего "непотопляемого линкора Великая Британия" - с самыми активными из них можно будет разобраться и позже, а прочие так или иначе либо ассимилируются на новом месте, либо погибнут в неблагоприятной среде. В новые Темные Века, которые воцарятся по периферии бывших империй, чужаков и еретиков со смутными, от слова "смута", мыслями, будут не любить так же активно, как и в прежние. Особенно если заранее провести разъяснительную работу по извечной русской повестке дня "кто во всем этом виноват и что с ними делать"...

Ну, а в четвертых, после победы - не повторить ошибок поверженного врага. И своих - тоже. Новое "мягкое покорение" мира должно вырасти из качественно иной основы, чем военный спор, скажем, из извечной тяги человека к уменьшению зоны тьмы и к покорению неизведанного. Да хоть того же космоса. Хотя и меланхолический настрой, и прочитанные на досуге фантастические книги Державина и Радищева подсказывали императрице, что при столкновении там с иными человеческими мирами, или даже при разрастании своего, экс‑земного человечества до неконтролируемых величин, миром дело отнюдь не закончится.

Все, хватит. Пора и честь знать - как‑никак, перечисленная куча вопросов в экстренном темпе отрабатывается аппаратом ГРУ и тайных советников. Императрица она или где?

Откинувшись на подушки, Екатерина движением ладони перевела коммуникатор в ночной режим и попыталась заснуть ...

...

... Владимир Григорьевич Орлов, граф Российской Империи, кавалер Креста св.Анны без мечей, медалей Ломоносова и Эйлера, председатель Императорской Российской Академии Наук, заснуть и не пытался, ибо его рабочий день был ой как далек от завершения. Снова и снова он мысленно прокручивал детали плана "Восточный контроль", похищенного ГРУ из святая святых Острова - Королевского Министерства флота. Да, совершенно правильно, что "план противодействия особой угрозе", который государыня получила тогда из его рук, был оформлен простой служебной запиской без темы, просто с грифом личного доступа государыни, не привязываясь ни к Генеральному плану обороны Российской Империи 1785-го года с позднейшими приложениями, ни к планам ООО. Просто дата такая-то и номер. А то, что дата проставлена задним числом, за 3 дня до проштамповывания на типографском "Восточном контроле" грифа Top Secret, пока все черновики лежали у бриттов в РСО либо по сейфам - так это даже лучше. Пришла записка ко вниманию Её Императорского Величества - записка обработана - записка уничтожена, как сотни других. И никаких следов в сети, только в нужных головах, которые оторвали от стульев руководящие филейные части и шустро побежали работать.

Кстати, по первому пункту. Что можно сделать с сэром рыцарем, чтобы "заставить пережить катастрофический сценарий в неожиданном и неблагоприятном для него ключе"? - Наилучший вариант, правильно, подложить ему нашу свинью под ноги ровно в тот момент, когда он со своим грязным хрюном на плече подобрался к самой дырке в нашем заборе. Не раньше и не позже. Раньше - надо залезать в его суверенное владение, и мало того, что мы будем в этом еще виноваты, сэр еще скажет, что намерения лезть к нам у него не было, а ходил он по своей земле в сверкающих доспехах, устраивая любимому поросеночку турне, а себе - разминку. Позже - тварь пятаком своим уже будет наш собственный огород поганить, и, пока мы будем ей заниматься, прочие нежеланные гости пожалуют. А у загородки - в самый раз. И вещдоки на месте, и мы всего лишь на самооборону спровоцированы. Значит, надо подловить сэра в этот самый единственный момент ...

Все-таки, его интуиция ученого-первооткрывателя сработала, он может гордиться, хотя рассказывать про такое ... Сначала вечеринка с Рихманами и Шмитом, и разговор о невидимых звездах, о которых еще Михайла Васильевич писал, светлая ему память. Потом ему при сборах в Севастополь подвернулась эта Катькина книжка какого-то мутного писателя с Острова, годного только для синематографа, или же в дороге почитать на денек. "Истребитель". Сюжет как по нотам. Отважные островитяне, измученные угрозой ракет русской сатрапии и манчжурского нашествия на Австралазию, построили сверхразумный БИМ для автономной обороны колоний. Сверхразумный БИМ тихо расширил свои возможности, захватил власть, отобрал колонии у Острова, устроил Всемирную Войну, по счету островитян 2-ю, будто война за колонии им была не всемирной, и перебил почти всех. А когда люди задумали привести его к молчанию - изобрел, прям как Брюс свою самозарядную винтовку, что бы вы думали? - машину для перемещения в прошлое, и забросил туда человекоподобного робота-истребителя, чтобы убить отца главковерха, воспитавшего сына крутым воином. Правда, он не рассчитал малость, потому что отцом оказался смелый и ушлый адьютант главковерха, который за роботом в эту самую машину и прыгнул, познакомился с матерью и, как водится, она родила и воспитала героя для борьбы с роботами, чтобы упростить жизнь режиссера.

Ну, для ровного счета, и тема, которую его лучший докторант Али Альхусейнов копает, наследник наш багдадского оптического возрождения, чей шийский род уже век как удрал на Русь от османов. Алькеры эти самые для ракетных гироскопов. КУВСы... Он вообще молодец, с одного раза все ухватил.

Мы не можем переместить частицу с ненулевой массой в наше прошлое, потому, что тогда в это прошлое проникнет вращательное состояние из "его" будущего, и там все пойдет иначе. Образуется новая последовательность рождения безмассовых частиц, и нас просто может не появиться, а причинно-следственный закон еще не отменен. Но - мы можем засунуть поближе к той самой невидимой звезде алькер. Тогда свет у него в кольце будет терять время, преодолевая поле тяготения. Если мы воткнем в кольцо дополнительный ввод и подключим к нему объектив от камеры, то усиленный сигнал с него до приемников алькера дойдет не только позже, чем за светоинтервал обхода кольца, но и сильно растянутым. А что будет, если мы засунем часть кольца алькера, хотя бы ту, где нет приемников и зеркал, под горизонт возврата невидимой звезды?

Луч в кольце должен повести себя так, как будто фактор преломления части тела зеркал и объема кольца меняет знак. То есть, вернуться из прошлого? Или вернуться к нам, развернувшись на пути в будущее? ...

... Добыть невидимую звезду у него не получилось. Вместо нее подошли многослойные зеркала из искусственного граната вперемешку со слоями стекла, с управляемыми электрическими вакансиями от лантана‑157 в решетке рабочего тела. На их пыление и нанесение полупрозрачных серебряных миниэлектродов ушло больше месяца, считая обмен бумажками с АВИИ атомной физики. И вот, наконец, алькер не алькер, а так - чудо ... чудо с синемакамерой на приемной призме и с объективом на штативе, подключенным через гибкий 3-х метровый светопровод и поляризационный рассекатель к каналу стабилизации кольца, со странными, рыжего блеска зеркалами и кабелями, отходящими от них к стойке управления рехнера, стояло перед ним и Али на лабораторном стенде.

Неважно, что 22:30 по Санкт-Петербургскому времени. Белые ночи же, добираться светлее светлого, и дело неоконченным бросать не хотелось.

- Ну, Али, сейчас дело до конца доводим? Или в понедельничек на свежую голову, аки сапоги в армии положено?

- Да поразит меня Аллах неспособностью ума сосчитать "пи" через ряд Гюйгенса до 4-го знака! Владимир Григорьевич! И это я от анненского кавалера слышу?

- Тогда врубай машинерию. Только давай начинаем с камеры, чтобы потом побольше материала было. Ставь пока карточку "Grenadier" на полчаса записи, после "горячим включением" переткнем.

Али направил повернул штатив, направил объектив на лабораторную стойку с часами и ионными микроракетными двигателями, которыми занимался его однокурсник Шнейдер, и щелкнул тумблером. Загудел вентилятор камеры, и на плоском контрольном экранчике, что повыше прицельного окуляра, появилось мутное изображение стола. Это же изображение, выведенное с камеры через кабель в рехнер и "отшлифованное" им, появилось в гораздо более приглядном виде на экране настольного консоля Орлова.

- Ага, видеотракт работает. Отлично! Теперь начинаем руками регулировать режимы возбуждения. Двигай потенциал одновременно на обоих зеркалах по десять процентов от запрещенной зоны рабочего тела. Я пересчитал вчера еще, но шкала размечена примерно, поэтому лучше по потенциалометру. Зона 9,2 электрона на фактор переноса.

Верньер под рукой Али плавно встал на первое деление. Избражение на контрольном экранчике помутнело и зарябило косыми поперечными полосами, как испорченный синема-проектор. Али сдвинул ручку на толщину линии - полосы пропали. Плавно провернувшись обратно, он вернул на экран безобразие.

- Отлично! Это у нас запаздывание передних фронтов визуального сигнала на треть шага строчной развертки. 15 микросекунд. Возбуждения контрольного видеотракта нет, значит запаздывание положительное, и мы снимаем события, которые уже произошли. Пиши первое опорное значение: на 10% зоны происходит перемена фактора преломления, реальная часть положительная, глубина сдвига фазы порядка 7,1 миллиарда длин волн по красному рубину, 11,2 миллиарда по Солнцу. Настроечный множитель потом переведем.

- Ставлю следующее значение, давайте сразу 30%. А то ток смещения слабый, и насыщение внутренних уровней поглощения без вакансий не развивается. Готово!

Изображение пошло такой рябью, что стало ясно - это не просто расстройка. Полосы мелькали взад-вперед, меняли наклон, то пропадали, то появлялись снова, изображение между ними не просто пропало, а залилось серой пеленой. То же самое случилось на настольном консоле Орлова. Сам Орлов давно уже пересел на задний пустой "ученический" стол для семинаров, чтобы видеть всю картину творящегося открытия.

- Ну вот, Али! Это случилось твоими силами. Похоже, мы сейчас на территории загадок Александра Георговича. Вводи в видеодешифратор блок задержки, на камере больше ничего не увидишь. Давай!

Али мягкой указкой подтащил по экрану консоля пиктограмму, со входом и выходом в виде стрелочек внутрь и наружу, и положил ее на рисунок линии видеотракта. Стрелки разорвали линию.

- Ставлю 15 микросекунд.

Полосатая муть на экране оставалась прежней.

- 30.

Та же картина ...

- 40! Длина строки развертки!

Муть подергалась и вернулась на место.

- 200! 10.000, это четверть экрана! 20.000, половина экрана!

Полосы побежали медленнее ...

- 25.000!

По экрану медленно переползала одна широкая полоса, перемежаемая лохматыми пятнами.

- 28.000!

Полосы пропали. Экран заполнила серая мгла.

- Даю АРУ с циклом четверть кадра и программный контраст 1/1000 полной шкалы, выделение по контурам! - Али провернул рукоятку чувствительности на камере, потом пересел за консоль и положил пиктограмму контрастного преобразования на тракт после точки замыкания обратной связи, сразу перед предусилителем очистки ...

Это случилось. Серая мгла на консоле потускнела, и на ее фоне появились линии. Край стола, круглый циферблат часов, копья стрелок, башенки штативов с бочонками микродвигателей ...

Али и Владимир Григорьевич пару минут молча смотрели на экран. Первым очнулся Орлов.

- Ну вот, получилось. Значит, прав был Иоганныч фон Бернулли насчет слоистости и эха между мирами.

- Да, Владимир Григорьевич. Значит так. У меня сразу была мысль - первая Сура. Я ведь первый мусульманин, который точно узнал, что это так.

- Надеюсь, что не последний. Когда тему рассекретят, тебя в Соборной мечети, как шейха, на руках носить будут. А теперь - фиксируем, - и Орлов, взяв со стола дорогую корреспондентскую фотокамеру, впихнул в нее карту и сделал первый снимок. Общий вид лаборатории, с алькером в центре и изображением стола с часами на консоле. - Мы видим будущее близкого к нам слоя, или что-то очень похожее на него. То, что происходит там через 28 миллисекунд после того, как здесь сигнал попадает с призмы в камеру. А теперь прибавь задержку до полного экрана.

- Заодно ставлю комбинацию выделения по контурам и тональной обработки, - Али подрегулировал блоки на изображении видеотракта. Теперь стол с часами и лабораторным хозяйством стал похож не на контурную картинку для раскраски, а на черно-белый газетный снимок. - Изображение держится. Задержка тракта 50 миллисекунд вместе с обработкой.

- Идем дальше. - Орлов щелкнул камерой. Теперь переходим на аномальный участок фактора преломления с обратным знаком реальной части, и идем к большим модулям. Усиление алькера где-то 1% на единственной собственной частоте, значит селективность 100. Включай автомат подстройки и выводи модуль на 12 миллионов единиц по нашей модели.

Стойка управления тихо запищала, подавая питание в пробуждающиеся блоки. Зажглась зеленая лампочка.

- Готово! Проверяем! - и Орлов положил свои спортивные наручные часы с длинной секундной стрелкой на стол перед камерой.

Изображение зарябило.

- Запускаю запись! Закончил! Запускаю воспроизведение! - Али сохранил изображение в память консоля и запустил просмотр. - Точно, Владимир Григорьевич! А ошиблись Вы с добротностью алькера, раза в два. Вот - и он показал на таймер рехнера в углу изображения, отстававший от стрелки не менее чем на 3 секунды.

- Ошибся, однако, да! А теперь - Орлов снова щелкнул камерой, - сделаем иначе. И повернул входной объектив в окно лаборатории, выходившее на забор академгородка с будкой КПП. Модуль на 600 миллионов!

Через 3 минуты первооткрыватели наблюдали, как разводящий караула споткнулся о порог КПП и, чертыхнувшись, вошел внутрь. Эта сцена практически без изменений уже присутствовала в виде неподвижного снимка на консоле Орлова.

- А теперь - гвоздь программы. Модуль на 60 миллиардов. Уважаемые господа, Вы смотрите репортаж из будущего. Санкт-Петербургское местное время завтра, 03:30.

Экран консоля погас.

- Что за черт! Али, где обрыв?

Али полез за стойку управления с щупами от переносной испытательной станции, предусмотрительно оставленной лаборантами на перекатной тележке у рехнера.

- Нет обрыва, Владимир Григорьевич. Метки пакетов поступают в канал предусилителя очистки. Просто данные определяются как шум, и АРУ их не поднимает.

- Сигнал не поступает на уровне алькера? Черт!!! Есть генерация?

- Есть, Владимир Григорьевич. Видна глазом на призме канала стабилизации, так что шайтан тут точно не при чем. Можно даже камеру не снимать с приемной призмы. При таком собственном сигнале усиление того, что на входе, должно быть ...

Орлову стало не по себе.

- Переключи модуль обратно на 600!

- Готово! - Али тоже стало неуютно, хотя изображение вернулось на консоль. - Мы наткнулись на что-то. При этом модуле сигнал не проходит, хотя зеркала целы и генерация идет. Такое впечатление, что там ничего нет. Никакого эха ...

... - или ему ... - ставь чистую карту в консоль, живее!

Какое счастье, что Орловы не склонны к рефлексии.

- Модуль на 30 миллиардов! - Изображение появилось. - 40! 50! 55! - Изображение пропало. - 53!

Изображение появилось и замерцало. Оба первооткрывателя замерли, глядя в экран.

- Что за спецэффекты? АРУ не держит сигнал?

- Держит. Похоже, колебания фона короче, чем ...

Договорить Али не успел. То, что Орлов увидел на экране, заставило его схватиться за местный коммуникатор.

- Это академик Орлов! Проректора по РСО мне! Нет? Ушел? Тогда дежурного по КВП! Быстро!

А Али молча наблюдал, как за оконной рамой на экране, за соснами в направлении на Колпино, распухает, пробивая облака, гигантский апельсин дыма и огня.

Экран снова залился ровным белым светом. Потом сигнал пропал.

...

... Из преддремотного состояния Екатерину вывел шум автомобиля на Дворцовой набережной. Через полминуты послышался топот военной обувки по лестнице и возглас караульного в аванзале. С этого мгновения время вокруг нее понеслось со скоростью зенитной ракеты.

"Беркут" сам вылетел из-под подушки в руку, становясь на одиночный. Плавным быстрым движением, больше характерным для молодой гимнастки, чем для дамы за полтинник, императрица переместилась за буковый секретер с усиленной политексом задней стенкой, удерживая под прицелом дверь и не выпуская из бокового поля зрения окно.

- Государыня! Срочный фельдкурьер от Орлова!

- Стоять! Стоять, **** твою мать! Щас дырку в башке сделаю, фельдкурьер! Допуск и карту!

- Да хоть десять, товарищ лейтенант! Обыскивайте и дайте отдать посылку. Или Вы считаете председателя Академии унтером, по белке списанным, который по ночам к императорам за водкой шлет?

- Но, но, но! А по спецсвязи отбить не мог, фельдкурьер? Или на КВП нынче про защищенные линии не учат?

- Хватит трепаться, товарищ лейтенант! Если боязно, свяжи меня тут и зови государыню, мне срочную посылку надо отдать! - "беседа" во весь голос была слышна через всю аванзалу.

Убедившись, что шума со стороны прочих постов нет, Екатерина накинула маскировочный плащ поверх легкого бронежилета, держа пистолет у бедра, выскользнула из спальни и резко переместилась от двери вправо, туда, куда не падал свет. Если вдруг граната, то вряд ли будут бросать рядом с собой в помещении, да еще с зеркалами.

- Тихо все! Кирпичников, в чем дело! Что положено часовому делать в первую голову? А ну-ка, фельдкурьер, представьтесь!

- Ваше Императорское Величество! Курсант КВП химфака Санкт-Петербургского Императорского Госуниверситета имени Ломоносова Оболенский Сергей Петрович, фельдкурьером по особому поручению председателя академии доктора Орлова. Он просил срочно посмотреть вот это. 3 минуты 45 секунд от конца дорожки, - и взъерошенный, как сыч, студент измазанной машинным маслом рукой протянул карту.

- Ждите здесь! Хотя, нет. Посторонние могут присутствовать?

- Доктор Орлов не сказал.

- Подождите у окна, оба.

Сорвав с зарядки в спальне такон и перекинув его на боевой режим, Екатерина переместилась на совещательный столик и вставила карту в разъем. Видеопроигрыватель сразу включился и начал сканировать карту на наличие "троянских коней".

- Отмена проверки! Каталог!

В каталоге оказалась одна дорожка с синема-камеры. Екатерина, поставив такон экраном к себе, молча выставила время, запустила просмотр и полминуты молчала. Потом быстро прошла в спальню за коммуникатором и набрала номер.

- Владимир Григорьевич, это оттуда, откуда я думаю? Проверили? На пятиминутном совпало? Время какое? Что?!! Убирайтесь оттуда! - и повернулась к лейтенанту.

- Боевая тревога!!! Кирпичников, зови старшего охраны, живо! Отдашь ему ключ, - Екатерина бросила через столик карту. Коменданту в 0:30 отменить закрытие метро, начать учения ООО по городу. Уводите дворец. Галерею в бункер. Вы - бегом готовить гараж, курсант с Вами. Я приду - и вцепилась в такон, набирая коды.

Лицо Александра Васильевича Суворова, фельдмаршала и первого заместителя главковерха, было для одногодки с императрицей весьма бодрым, но вида заспанного, даже через камеру конференц-связи, что говорить. Зато вопрос у него, в отличие от Кирпичникова, был только один.

- Ваше Величество, чашечку арабского успею пропустить?

- Нет, фельдмаршал. Дело плохо. Предположительное время удара особыми силами 3:00. Объявляйте проверочные учения и убирайте всех с дислокаций. Переключайте спутники в режим "ПС", заводите "Антея" и "Заставу". ПВО Западного округа поднимайте первой. Держите мою линию на приеме. Я еду в Пулково на ВКП. До связи. - И, закрыв такон, не включая света, бросилась по внутренней лестнице в гараж.

Словарь непонятных терминов, сокращений и событий

РЭБ - радиоэлектронная борьба

БИМ - боевой искусственный мозг

РСО - режимно-секретный отдел, режимно-секретное обеспечение

Алькер, ALCEIR, КУВС - amplification de la lumière dans le cercle par émission induite de rayonnement, кольцевой усилитель вынужденного светоизлучения, применяется в высокостабильных вибростойких гироскопах

Светоинтервал - время прохода света по некоторому пути x, t = x / c

Горизонт возврата - поверхность, из-под которой от невидимых звезд не доходит сигнал

АВИИ - академический военно-исследовательский институт

Электрон на фактор переноса - e / h, потенциал 0,5 В; за неимением большого количества именитых несекретных ученых, великие державы пользуются системой физических величин наподобие "натуральной" СИ без большого числа именных единиц типа "вольт", "ампер", "кулон", в привязке к базовым физическим константам - метр (длина 1 / 40.000.000 среднего меридиана), килограмм (масса 1 / 1.000 кубометра воды), секунда (длительность 1 / 86.400 стандартных суток 23 сентября 1700 г.)

АРУ - автомат регулировки усиления

Первая Сура - 1-я сура Корана, начинается словами "Хвала Аллаху, Господу миров!"

КВП - кафедра военной подготовки

ВКП - воздушный командный пункт

Ваша оценка: None Средний балл: 7.8 / голосов: 6
Комментарии

Читабельно. Но очень утомили псевдонаучные описания.

Можно все и укоротить. И гомосексуализма добавить. Это сейчас на Деадленде становится модным. ;)

-Эй, Алька, тащи яблоко с тарелкой! - почесываясь крикнул Орлов.

- Нясу-нясу, начайника! - отозвался старый таджик.

Через минуту на столе перед Орловым красовалось серебряное блюдечко и большое румяное яблоко.

- Ну шта, Алька, на мужиков поглядим? В будущем то? - подмигнул граф и покатил наливное яблочко по серебряному блюдечку.

- Катись, катись, яблочко наливное, по серебряному блюдечку, покажи мне и города и поля, покажи мне леса, и моря, покажи мне гор высоту и небес красоту, всю родимую Русь-матушку да баню с мужичками, что завтра мыться пойдут.

Вдруг раздался звон серебряный. Вся горница светом залилась: покатилось яблочко по блюдечку, наливное по серебряному, а на блюдечке все города видны, все луга видны, и полки на полях, и корабли на морях, и гор высота, и небес красота: ясно солнышко за светлым месяцем катится, звезды в хоровод собираются, лебеди на заводях песни поют. И мужики голые в бане моются.

- Мням. - причмокнул таджик.

- А! Видал? Это тебе на Марс разглядывать! - воскликнул Орлов и вплотную прильнул к блюдцу. - Уф, пойду руки кремом смажу. Не отключай блюдце, я быренько!

И граф проворно выскочил из кабинета.

А старый Али молча наблюдал, как в блюдце, разметав баню, мужичков, шайки, лейки, мыло, мочало, тазики, веники, ведра, ковши, щетки, губки, чарки, запарники, подголовники, скамьи, шапки и труселя, распухает, пробивая тучки, гигантский мандарынка дыма и огня.

Белочка, Ваша настоящая фамилия не Сергей Толкиенович Лукьяненко? То, как Вы отразили Ваше представление о научной работе "в поле", очень на него похоже. В меру чертовщинки, в меру бытовухи, да и злые "игильщики"-колдуны присутствуют ? :) Словом, пересказ сказок Пушкина пьяненьким мужичком со 101-го километра.

________________________________________________________________

Доктор Чазов сказал: лечиться, лечиться и еще раз - лечиться!

Прошу пардона за несоответствие: горница читать кабинет.

Быстрый вход