Я твоя смерть, мать твою!

Он осторожно ступал босыми ногами на голубоватый от небесной пыли песок. Стараясь не проронить ни звука, он украдкой передвигался по песчаной долине, лишь изредка ускоряясь, чтобы незаметно перебежать от одного укрытия к другому.

− Да помогут нам Трое из Шести, − повторял он себе под нос, теребя в руках обрез трехствольного ружья.

Слепящие лучи солнца с легкостью пробивались сквозь набухшие слои облаков, освещая всю долину ровным огненным светом. Сухой, насыщенный голубой пылью воздух, казалось, готов был взорваться от палящего жара небесного светила, но порывистый ветерок то и дело приносил приятную расслабляющую прохладу.

Иногда ветер завывал сильнее, поднимая вверх вихри нежно-синей пыли, которая в алых лучах солнца казалась почти фиолетовой. Человек с обрезом в руках постоянно оглядывался на эти миниатюрные торнадо, которые кружили вокруг него как стая падальщиков. Они неожиданно поднимались из песка, протяжно завывали, и также неожиданно растворялись в знойном воздухе, оставляя за собой лишь тоненький шлейф голубоватой пыли.

− Да помогут нам Трое из Шести, − вновь пробормотал человек, устало прильнув к одинокой каменистой глыбе.

На вид было трудно определить возраст путника. С одной стороны, это был взрослый мужчина с седоватыми клочками бороды на обветренном лице. С другой, его движения казались немного неловкими, как у ребенка. Он часто спотыкался на ровном месте. Иногда его оружие почти выпрыгивало из рук, и он в последний момент подхватывал его, теряя равновесие и выполняя забавные движения телом, чтобы не оказаться на земле.

Его голова была небрежно выбрита по бокам, но на макушке оставалась довольно густая полоска каштановых волос с проседью. Эта причудливая прическа не казалась бы такой нелепой, если бы в почти обезумивших глазах ее хозяина мимолетно не пролетал пронзительный взгляд глубоко задумчивого человека с огромным жизненным опытом за плечами.

Несмотря на полуденный зной, путешественник был одет в плотную куртку, соштопанную грубыми стежками из рыжей кожи. Она заканчивалась сзади свисающим куском твердой резины, который служил подкладкой для пятой точки для более удобного сидения.

Поверх куртки выделялись две патронташные ленты, перекрещенные на груди и на спине, но вместо привычных ружейных патронов 12-го калибра, в каждой ячейки находился подсохший отрезанный палец. Эти странные боеприпасы наполовину торчали из гнезд патронташа, показывая свои малопривлекательные лица из потрескавшихся ногтей.

Осторожно выглянув из-за булыжника, путешественник окинул взглядом долину, и вдруг его взор остановился на неподвижном теле, лежавшем на песке лицом вниз.

− Трое из Шести! − вскрикнул человек, и тут же вернулся за укрытие.

Он прикрыл рот рукой, чтобы звуки больше не покидали его, и аккуратно положил обрез на землю. Отвязав от пояса небольшой мешок из грубой ткани, человек достал оттуда живое существо размером не больше человеческой головы.

Он осторожно держал создание обеими руками за круглый болотного цвета панцирь так, чтобы то могло свободно перебирать по воздуху своими крабьими лапками.

− Посмотри, Берни, это ведь человек, так? − обратился путешественник к своему животному.

Вытянув руки, он высунул существо из-за булыжника, чтобы то рассмотрело находку через темную щель в панцире, в которой виднелись четыре маленьких желтых глазика.

− Ну как? Видишь? − прошептал человек, − Как думаешь, он живой? Если нет, то я соберу еще пару патронов.

Дав питомцу насмотреться, путешественник спрятал его обратно за булыжник.

− Берни, − начал человек, протерев пот со лба, − А если он жив? Ты представляешь? Нет! Не говори этого! Откуда тебе то знать?

Существо моргнуло желтыми кругляшками, и из щели в его панцире донесся еле различимый бурлящий звук.

− Ну и что, что ни разу, − продолжил человек, срываясь с шепота на тихий голос, − Но, Трое из Шести! Он выглядит живее живых!

Закончив фразу, путешественник уставился вдаль своими остекленелыми от раздумий глазами. Казалось, он либо с головой погрузился в размышления, либо, на что указывал его приоткрытый рот, просто заснул на минуту.

Встрепенувшись от возвращения к реальности, человек вновь заговорил:

− А если он жив, Берни, как мне ему представиться? Трое из Шести, я даже не знаю. Ты точно думаешь, я похож на Дига?

Положив своего питомца на небольшой камень перед собой, путешественник полез себе за пазуху, нервно покопошился и достал оттуда мятый, обожженный по краям лист бумаги. Этот клочок явно многое пережил, но на нем всё еще можно было различить изображение мужчины с двумя пистолетами и с такой же забавной прической, как и у человека, державшего этот листок.

Несмотря на то, что краски на бумаге давно потускнели, и во многих местах виднелись прожженные дыры, при желании можно было заметить выцветшие буквы, сложенные в слова: «Дигнити Илиотт в новом ураганном боевике братьев Рсезеско «Я твоя смерть, мать твою!»»

Приставив лист бумаги рядом со своим лицом, человек обратился к животному:

− Ну как? Похож? Только не ври мне, Берни. Только не ври! А так?

Прищурив глаза, он попытался создать похожее лицо, но Берни молчал.

− Ничего ты не понимаешь, глупый краб, − обиделся человек, − Мне многие говорили, что я как две капли воды похож на Дигнити. Хочешь ты или нет, тебе придется меня так называть. Всё. Достаточно нагулялся. Полезай в мешок.

Спрятав животное, и привязав его к поясу на бедре, Дигнити поднял обрез и выбежал из-за булыжника. Он успел преодолеть половину расстояния до тела незнакомца, как вдруг ветер поднял из песка очередной сиреневый вихрь.

От неожиданности Илиотт нырнул вперед и рухнул на землю, пытаясь скрыться из виду.

− Проклятый танцор! − пробормотал он, крепко сжимая обрез в руках, − Иди, води свой глупый хоровод в другое место.

Не спуская глаз с вихря, Дигнити продолжил двигаться ползком.

− Ну давай же. Что ты здесь забыл? − подгонял он сиреневую заверть, пока та не развеялась.

Илиотт тотчас поднялся и, прижимая голову к плечам, продолжил бежать. Достигнув своей цели, он бросился к земле и по инерции проскользил по песку, подняв облако голубой пыли, которое тут же закрутилось в вихрь, подхваченное ветром.

Сидя на земле, Дигнити проводил заверть дулом дробовика, пока та не растворилась в знойном воздухе.

− Так то лучше, − тихо произнес Илиотт, опустив оружие.

Когда пыль окончательно осела, тело незнакомца уже не выглядело таким живым. Сквозь рваные лоскуты ткани виднелась потемневшая от разложения кожа. Но ни запах, ни внешний вид сильно не выдавали покойника. Он скорее медленно иссыхал, чем поддавался процессу гниения.

− Эй, мистер! − окликнул мертвеца Дигнити, держа обрез наготове, − Не суйся, Берни, − обратился он к животному, положив руку на мешок, − Я без тебя разберусь.

Подобравшись поближе, Илиотт похлопал мертвеца по плечу и тут же отпрыгнул назад и прицелился из дробовика.

− Мистер, меня зовут Дигнити. Дигнити Илиотт. Если вы живы то … Да не боюсь я! Сам переверни его!

Отдышавшись, Диг положил свободную руку мертвецу на плечо, всё еще держа его на прицеле, и резко перевернул на спину.

− Мда, − протянул Илиотт, увидев осунувшееся морщинистое лицо с пустыми глазницами.

Выдохнув, Диг вытер рукавом пот со лба и сел рядом с покойником.

− Как думаешь, Берни, мы когда-нибудь встретим живого человека?

Положив дробовик, Илиотт отвязал мешок и аккуратно достал оттуда животное. Он посадил его на камень рядом с собой и достал из подсумка добротный кожаный сосуд с водой.

− Если не встретим, то я не расстроюсь, − продолжил Диг, приложив самодельную флягу к пустоте в панцире Берни, откуда показались два хватких коготка и подтянули горлышко вовнутрь, − Помнишь отца Мэйсона? Хотя как ты можешь его помнить? Тебя тогда еще не было со мной. Так вот, он мне постоянно говорил, что от людей никогда не стоит ждать ничего хорошего. Хотя сам он был неплохим человеком. Кстати, это он послал меня на испытание. Что значит зачем? Потому что он понимал меня. Другие не понимали, но отец Мэйсон всегда понимал. И вообще, я не больно ладил с ребятами из поселка. Они меня как-то не воспринимали всерьез. Наверное, завидовали, потому что я похож на Дигнити. Ну всё, присосался! Дай и мне попить.

Диг отдернул сосуд с водой от Берни, проронив пару капель на песок, и с удовольствием сам приложился к горлышку.

Утолив жажду, он убрал флягу обратно в подсумок и принялся нехотя разувать мертвеца. Илиотт стянул сначала один пыльный сапог, затем второй. Потом, достав из своего кармана ржавые садовые ножницы, Дигнити поместил в них большой палец ноги покойника и силой сжал лезвия. С характерным хрустом, суховатый, но плотный отросток резво отпрыгнул в сторону. Тоже Диг проделал и со второй ногой, получив тем самым два боеприпаса для своего оружия.

Этот процесс не занял больше пяти минут, но он все же отвлек обычно настороженного путешественника от окружающего мира. Тот не заметил ни приближающихся фигур, ни издаваемого ими шума.

Когда Диг подобрал пальцы и поднял голову, два человека напротив него были уже так близко, что можно было отчетливо рассмотреть их пустынный камуфляж и бликующие на солнце защитные стекла респираторных масок.

− Стеклолицые! − во всё горло прокричал Дигнити, − Бежим!

Он дернулся в сторону, но, вспомнив про Берни, подскочил к нему. Подхватив животное, Илиотт бросился было бежать, но его взгляд тут же наткнулся на еще двух людей, размеренно шагающих с другой стороны. Попятившись назад, Диг чуть было не споткнулся, но, устояв на ногах, он нашел в себе силы метнуться в сторону. Однако далеко убежать ему не удалось. Не преодолев и десяти метров, Дигнити встал как вкопанный, услышав грубый мужской голос, приглушенный радиопомехами:

− Стоять!

Положив Берни на землю, Диг поднял оби руки вверх и медленно повернулся.

Теперь все четверо бойцов стояли почти рядом друг с другом. Один напыщенно держал штурмовую винтовку матового черного цвета на плече. Двое других хранили точно такое же оружие на ремне за спиной, а последний напряженно держал путешественника на прицеле, не сводя с него глаз. Он и нарушил недолгую тишину голосом из динамиков на шлеме:

− Гражданин, вы находитесь на территории Джордан Фоллс. Немедленно сдайте ваше оружие и проследуйте за нами.

Неожиданно один солдат подтолкнул говорящего в плечо:

− Прекрати, Ван Хорн. Мы и так парня до смерти напугали. Забудь про этот чертов протокол.

− Капрал, я хочу сегодня вернуться в город живым, да и Арчер, думаю, хочет провести эту ночь со своей мамочкой. Так ведь, малыш?

− Ван Хорн прав, капрал − согласился парень, стоявший в стороне, − Может, сделаем всё по быстрому и вернемся поскорей.

− Да ладно вам, − заговорил четвертый солдат, доставая пачку сигарет из нагрудного кармана, − Признайтесь, что вы чуть не обосрались, увидев этого гринго возле трупа. Особенно ты, Ван Хорн.

− Заткнись, Боуман! − вспылил боец, не уводя с прицела, стоявшего как статуя Дигнити.

− Не затыкай меня, гринго − ответил солдат, вытряхнув последнюю сигарету из помятой пачки.

− Пошел ты, Боуман, − в полголоса пробормотал Ван Хорн.

− Ну-ка повтори, пидор?! − рявкнул боец, сжав пустую пачку в кулаке.

− Да я тебя грохну, сука! − закричал Ван Хорн, резко переведя дуло винтовки на своего сослуживца.

− Эй, оба! − пробасил капрал, встав между вспылившими бойцами.

Неожиданно заговорил Илиотт.

− Я знаю, кто вы ребята такие.

Бросив разбирательства, солдаты невольно повернулись к Дигу, стоявшему всё время с поднятыми руками.

− Мы называли вас стеклолицые, но вы простые солдаты. Я сразу это понял.

После слов Дигнити воцарилась мертвая тишина, лишь изредка нарушаемая порывами ветра. Но через мгновение боец с сигаретой в руке раскатисто засмеялся. Его партнеры вздрогнули от неожиданности, а сам Боуман уже без устали хохотал, уперевшись руками в колени. Его смех, искаженный радиопомехами, казался звериной хрипотой и не вызывал даже улыбки у стоявших рядом людей.

− Фуф, − выдохнул солдат, насмеявшись вдоволь.

Выпрямившись, Боуман хотел было закурить, но его сигарета уткнулась в защитное стекло респираторной маски.

− Черт! Опять чуть в шлеме не закурил, − усмехнулся он, взявшись за прорезиненный воротник респиратора.

− Боуман! − крикнул капрал, − Не вздумай…

− Да ладно, Джон, − успокоил солдат, стянув с головы защитный прибор.

Положив шлем подмышку, боец прикурил сигарету и с нескрываемым удовольствием демонстративно выпустил дым.

− Черт, Ван Хорн, − сказал он, еще раз затянувшись, − Ты, правда, собирался пристрелить меня? А я думал, мы все братья.

− Доиграешься ты когда-нибудь, − огрызнулся боец.

− Что у него в руке? − неожиданно спросил молодой солдат, заметив на одной из поднятых вверх рук Илиотта, крепко сжатый кулак.

− Черт, − удивился Ван Хорн, вскинув винтовку, − Малыш, ты молодец.

− Хорошая работа, Арчер, − добавил капрал, достав из-за спины свое оружие.

− Что у тебя в руке, гринго? − спросил Боуман у Дига, не убирая сигареты изо рта.

Напряжение нарастало с каждой секундой, но вскоре Илиотт разжал кулак. Выпав из ладони, отрезанные ржавыми садовыми ножницами пальцы ног, подпрыгнули на земле, немного прокатились и замертво остановились на месте, приковав взгляд всех четырех солдат.

− Какого черта?! − ужаснулся Ван Хорн, − Да у него не все дома.

− Уууу − протянул Боуман, указав сигаретой на патронташ Илиотта, − Кажется, наш гринго стреляет такими же патронами, как и ты, Ван Хорн.

− Не смешно, остряк.

− Это не я убил этого парня, − встрял Диг, − Я всего лишь хотел пополнить боеприпасы. Ему то они уже не нужны.

− Скольких еще людей ты покалечил? − с призрением проговорил Ван Хорн.

− Да я всего лишь…

− Заткнись! − закричал боец, − Отвечай на вопрос!

− Остынь, рядовой, − попытался успокоить капрал.

− Джон, − присоединился Боуман, − Давай оставим этих двух ненормальных наедине, а сами…

− Тебе не иметься, урод?! − вскипел Ван Хорн, снова взяв на прицел своего сослуживца.

Тем временем, Дигнити услышал за спиной шум и оглянулся. На его глазах ветер создавал очередной сиреневый вихрь.

− Осторожно! − прокричал он, бросившись к земле.

Подхватив свой обрез, лежавший на песке, Илиотт навел его на кружившую заверть.

− Брось оружие! − раздался из динамиков крик капрала.

Не обращая внимания, Дигнити провожал дулом дробовика закрученный вихревой поток, но вдруг Ван Хорн подскочил к Дигу и ударил его прикладом в лицо. От удара Илиотта опрокинуло на землю.

− Какого черта ты схватил пушку?! − прокричал капрал, − Мы же тебя грохнуть могли.

Сплюнув кровью, Дигнити приподнялся и проговорил:

− Эти фиолетовые хрени… Очень опасны.

− Фиолетовые? − удивился Боуман, чуть не выронив сигарету изо рта, − Да наш гринго еще и дальтоник.

− Че вы его слушаете? − заговорил Ван Хорн, − Он просто издевается над нами, − повесив винтовку за спину, боец схватил Илиотта за волосы, − Откуда ты, придурок?!

− Я … − прошептал Диг, − Я из поселка, что за долиной тысячи дыр.

− Что ты несешь!? − проревел через динамики Ван Хорн. Не выдержав, он ударил кулаком Дигнити в лицо, и уткнул его носом в землю, − Какого цвета песок?!

Кашлянув пылью, Илиотт с трудом проговорил:

− Он… Синий.

Услышав ответ, Ван Хорн несколько раз ударил Дига лицом о землю, а затем приложился армейским ботинком ему по ребрам.

− Этот хрен издевается! Он, блин, смеется над нами.

− Да ладно тебе, − попытался успокоить капрал, − Он просто…

− Я не сумасшедший, − перебил Илиотт, переворачиваясь на бок, − Я из поселка, что за долиной тысячи дыр. Меня зовут…

− Ну вот, − сказал Ван Хорн, − Опять начинает. Представляешь, сколько с ним геморроя будет?

− Это ты прав, Ван Хорн, − согласился Боуман, выбросив докуренный до фильтра окурок.

Неожиданно встрял молодой солдат:

− Он не издевается. Тысяча дыр – это наверное ядерный полигон на северо-востоке от Битерлэйк Спрингс, а поселок…

− Помолчи сопляк, − перебил Ван Хорн, − Пусть даже песок синий! Какая нахер разница? Я не собираюсь целый день возиться с рапортом из-за какого-то идиота!

− Да-да, − согласился Боуман, разминая шею, − Я тоже не хочу за бумагами весь вечер просидеть. Отрапортуем, что как обычно никого не нашли. В разнос этого гринго.

− Уже двое, − заметил Ван Хорн, − Ты, что скажешь, капрал?

− Я… я думаю, что надо…, − почувствовав большую ответственность, капрал взял себя в руки, выдохнул и ответил, − Мы будем действовать согласно протоколу. Сопроводим его до базы.

− Черт, Джон, − удивился Боуман, − Ты чего? Нахер это надо?

− Как командующий разведгруппой, я приказываю выполнять протокол!

− Ты приказываешь?! − прокричал Ван Хорн, − С каких это пор? Попробуй, заставь меня!

− Рядовой! − крикнул капрал, вскинув винтовку, − Выполнять приказ!

− Ой-ой-ой! − затянул Ван Хорн, − Малыш Джонни уже совсем взрослый! Знаешь, что, капрал? Бери Арчера под ручку и возвращайся к мамочке.

− Джон, − попытался разрядить атмосферу Боуман, − Подумай. Ты и пяти минут не знаешь этого гринго, а мы с тобой уже столько прошли.

− Выполняйте приказ, − уверенно скомандовал капрал.

− Ладно, Джон, − выдохнул Ван Хорн, − Хочешь, чтобы всё было по совести? − спросил он и сделал несколько шагов к стоявшему на коленях Дигнити, − Тогда скажешь, что это была самооборона.

Диг пытался понять, о чем спорили солдаты, но чем больше он сосредотачивался, тем больше слов ускользали от его понимания.

− Эй! Придурок! − окликнул Илиотта Ван Хорн.

Вытерев рукавом песок с лица, Дигнити повернулся и увидел, как боец занес свой армейский ботинок над крабоподобным животным.

− Что это за хрень в панцире? − усмехнулся солдат и с силой опустил ногу.

Илиотт не успел ничего предпринять, кроме как зажмурить глаза, но до него всё равно донесся смачный хруст.

− Трое из Шести! − вскрикнул Диг и попытался встать на ноги. Он боялся поднять взгляд на то место, где минутой назад сидел Берни. Через мгновение его ноги подкосились, и он свалился на песок.

− Господи, Ван Хорн, − отозвался Боуман, − Это было обязательно? Меня чуть не вырвало.

Когда Дигнити осознал, что его друга больше нет, на его глазах проступили слезы.

− Зачем?! − вопросил он, задыхаясь от обиды.

Ван Хорн тем временем подпихнул ногой к Дигу его дробовик.

− Ну же, возьми пушку, − подговаривал боец, повесив за спину винтовку и достав из кобуры пистолет, − Давай, отомсти за друга.

Всхлипывая, Дигнити подполз к оружию и поднял его. Трясущимися руками он подобрал лежавшие на песке отрезанные пальцы. Борясь с комом в горле, Илиотт переломил обрез и попытался зарядить его пальцами покойника.

− Всё, Ван Хорн, − усмехнулся Боуман, − Тебе конец.

Запихнув с трудом оба отрезанных пальца в стволы, Дигнити защелкнул дуло, и навел оружие на Ван Хорна. Тот наклонился к Илиотту и стянул с себя шлем с респиратором.

− Давай, стреляй, − с издевкой произнес боец, уперевшись острым подбородком в дуло дробовика.

Стиснув зубы, Дигнити крепко сжал перетянутую тряпками рукоятку обреза. Его глаза наполнились слезами, которые, вырвавшись, устремились вниз по лицу, оставляя за собой две грязные от песка борозды.

− Я…, − проговорил сквозь зубы Диг, − Твоя. Смерть. Мать твою!

Встретившись с налитыми ненавистью глазами Дигнити, Ван Хорн заметил третий ствол обреза над двумя другими. На лице бойца пробежала безмолвная паника, когда он осознал, что в этом третьем стволе мог быть не палец, а настоящий ружейный патрон, но тут Илиотт нажал на спусковой крючок.

В одно мгновение выстрел из дробовика снес переднюю половину головы солдата вместе с лицом. Подкосившись, тот упал на колени, а потом рухнул всем телом на песок.

Чуть не подпрыгнув от неожиданности, капрал с Боуманом в панике потянулись за оружием. Увидев вокруг брызги от содержимого головы Ван Хорна, Арчер, издав через динамики рвотный рык, вытошнил в шлеме, забрызгав внутреннее стекло респиратора.

Заметив, что Боуман замешкался с винтовкой, Илиотт бросился на него, но солдат извернулся, и Диг оказался на песке. Секундой ранее капрал выпустил в него очередь, но та пришлась в спину Боумана. От удара по бронежилету, бойца пошатнуло, и он получил последнюю пулю в незащищенный шлемом затылок.

Вскочив на ноги, Дигнити метнул обрез в капрала, отчего тот выпустил вторую очередь в песок. Не успел солдат снова вскинуть винтовку, как Илиотт набросился на него всем весом и повалил на землю.

Подхватив попавший под руку булыжник, Диг ударил им со всей силы капрала по шлему, но защитное стекло лишь немного треснуло, выдержав удар. Тогда Дигнити занес каменную глыбу обеими руками над головой и с криком обрушил ее на голову солдата. Искаженный радиопомехами панический вопль капрала тотчас затих.

Вытерев чужую кровь с лица, Дигнити поднял армейскую винтовку, и не обращая внимания на сидевшего на песке Арчера, принялся собирать с трупов запасные обоймы. Обзаведшись боеприпасами, Илиотт повесил винтовку за спину и подошел к парню. Тот трясущимися руками снял с головы шлем, из которого потекла рвотная масса.

− Только не убивайте меня! Пожалуйста!

− Меня зовут Дигнити, но многие зовут меня просто Диг, − представился Илиотт и протянул руку солдату, но тот в ужасе отпрянул назад.

− Пожалуйста! Не надо!

− Шестеро из Шести! Я не собираюсь тебя убивать! Поднимайся, давай. Продолжим путь вместе.

Дигнити вновь протянул руку Арчеру, но солдат вскочил на ноги и, бросив свою винтовку и заблеванный шлем, кинулся прочь.

Проводив взглядом удаляющийся силуэт, Диг глубоко вздохнул и устремил голову к небу.

− Всё, друг. Наше путешествие закончилось. Шестеро из Шести.

Ваша оценка: None Средний балл: 8.4 / голосов: 17
Комментарии

Неужели так никто и не прокомментирует?

_________________________

Я не знаю, каким оружием будет вестись Третья мировая война, но в Четвёртой будут использоваться палки и камни.

Альберт Эйнштейн

Написано складно, читается легко, но честно говоря, не вижу что тут коментировать т.к. так и не понял в чем задумка автора.

________________________________________

Можешь не писать - не пиши.

Шолохов М.А.

И на том спасибо)

_________________________

Я не знаю, каким оружием будет вестись Третья мировая война, но в Четвёртой будут использоваться палки и камни.

Альберт Эйнштейн

Это было здорово!! Написано живо. Читалось легко, а концовка непредсказуема. Спс!

Понравилось как написано. А сюжет по мойму подкачал)))) +8 )))

Про отрезанные пальцы довольно кровожадно, но оригинально. Правда, не совсем понял, в чем смысл фразы "Трое из шести".Это предписывалось заданием "испытания" - убить шестерых "стеклолицых?"И про фиолетовый песок че-то не все ясно? Если это изменение цветовосприятия, вызванного мутациями из-за ядерных испытаний, то каким образом он опасен? А так, вполне приятная вещь, легко читаемая. От меня +8

...И вообще, какая разница, упадёт тебе на голову тонна кирпича или десять тонн?..

Спасибо за комментарий, FaktorX. Ты все правильно понял насчет фразы "трое из шести". А что касается фиолетового песка, так это измененное цветовосприятие только главного героя. И только он один думает, что вихри этого песка опасны. А вообще, приятно, что ты разобрался в этом полупсиходелическом трэше. Не знаю, что на меня нашло, когда я это писал =) Р.S. клевая подпись. С ней трудно не согласиться =) ________________________

Я не знаю, каким оружием будет вестись Третья мировая война, но в Четвёртой будут использоваться палки и камни.

Альберт Эйнштейн

Хихи, ниче так... 10.

Быстрый вход