Записки мертвеца; Глава 11: Джунгли

ГЛАВА 11: ДЖУНГЛИ

Четвёртое октября. Шестьдесят восьмой день с начала вымирания

Вот уже около месяца не притрагивался к дневнику. Не потому, что нечего было сказать — занят был. Все постоянно чем-то заняты: строят, добывают, изобретают, словом — есть работа в нашей скромной деревеньке. Да, наверное, лучше определения не найти: такая себе деревенька размером с два квартала внутри большого города. Пока мы связали между собой восемь жилых домов, десять одноэтажных магазинов вдоль по улице, полицейский участок, паспортный стол, автосалон и даже тренажёрный зал. Планировали присоединить ещё бизнес-центр через дорогу от Лёхиного дома, да передумали: слишком много монстров внутри, рискованно.

Словом, жизнь налаживается. Настолько, что сегодня вечером у меня даже выдалась минутка, чтобы чиркнуть сюда пару строчек о сегодняшнем дне.

ДЕНЬ ШЕСТЬДЕСЯТ ВОСЬМОЙ

День начался в шесть утра с зарядки, кофе на балконе и овсяной каши. Ира проснулась через час после меня. Ну, как проснулась: я разбудил. По утрам, после завтрака, у нас тридцатиминутная пробежка по крыше, а потом — зал. Много, кто решил заниматься в фитнес-центре после того, как он был присоединён. Находится он прямо под окнами соседнего дома, и путь до него сам по себе был физическим упражнением: между центром и четвёртым этажом дома был канат, но на нём пока не было роллера, так что приходилось ползать вручную.

Утром в зале было пять человек. Все занимались разным: кто-то тренировал выносливость, кто-то — силу, а кто-то делал растяжку, завязывая себя в узел на ковриках. Изначально всех нас инструктировал здоровый, битком набитый мускулами мужик, обосновавшийся здесь с самых первых дней. Люди учились очень быстро, и через пару занятий помощь им уже не требовалась. У нас с Ирой на сегодня были силовые.

После занятия мы передохнули в раздевалке, а потом вернулись в квартиру и с десяти до двенадцати коротали часы перед ежедневным собранием на крышу у Лёхи. Ходили туда не все — в основном те, у кого хватало энтузиазма что-то делать, как-то способствовать развитию сообщества и построению чего-то нового на обломках прежнего мира. Иные же ограничивали свой вклад в общее дело лишь торговлей и соблюдением какой-никакой чистоты в своих подъездах.

Всего в джунглях наших обитает сорок шесть человек. Шестнадцать из них, включая нас с Ирой, собрались сегодня на крыше. Сергей и Кристина — те люди, во многом благодаря которым мне удалось добраться до Иры, тоже были там. Маленькую Юлю они оставили в квартире.

— Всем привет! — поздоровалась Лёхина голова, показавшаяся из дыры в полу.

Его-то мы и ждали: он был координатором наших собраний. Не то чтобы Лёха являлся харизматичным оратором или имел непререкаемый авторитет. Он был незаурядно тактичным, учтивым и участливым человеком, умевшим выслушать каждого и обеспечить возможность высказаться любому, кто хотел что-нибудь сказать. За это общим голосованием он и был назначен этаким модератором нашего скромного форума.

В первую очередь, мы ещё раз вернулись к теме целесообразности присоединения бизнес-центра и ещё раз, но теперь — с большим перевесом, решили, что лучше туда не соваться. Опасность пребывания там превышала полезность того, что там можно было бы откопать.

Другим немаловажным вопросом был вопрос оружия. С самого начала, когда мы залезли в полицейский участок и достали оттуда всё, что только можно было достать, мы решили раздать стволы поровну, в одинаковой пропорции. Подумали, что так будет честно и правильно. Правда, кому-то достался автомат, а кому-то — всего-навсего пистолет, но худо-бедно мы обеспечили баланс количеством выданных патронов. Итого, все были вооружены, все имели возможность себя защитить в случае нападения и все теперь могли делать вылазки за припасами, имея гораздо меньше шансов быть съеденными или забитыми насмерть. Однако многие не спешили пользоваться последним, предпочтя просто выменивать оставшиеся вещи из своих квартир на еду у тех, кто постоянно выходил в продуктовый. В конце концов, им пришлось отдавать патроны, а после — и пушки в обмен на продовольствие. И теперь вышло так, что где-то пятнадцать квартир сидели обезоруженными.

— Нет, по-моему, это ни в какие ворота не лезет! — говорил мужчина лет сорока с густой чёрной бородой, — Надо их как-то заставить хоть что-то доставать.

— Как? При таком раскладе придётся снова отдать им стволы, которые они же недавно обменяли на хлеб, — отвечала Кристина.

— Так давайте раздадим! — сказал Сергей.

— Чтобы они опять нам по пульке за грамм риса отдавали? И чем это будет отличаться от иждивенчества? — парировала Кристина. Казалось, кого-то сегодня дома ждёт семейная ссора.

— Ага, не говори! Лучше уж просто им всё носить и с ложечки кормить, как ту чокнутую, — поддерживал бородатый.

Под чокнутой он имел в виду женщину из дома, соседнего к Лёхиному. Ей было сорок или даже около пятидесяти, но выглядела она на все шестьдесят: седые волосы, морщины, гнилые зубы и одичавший взгляд. Она кричала, материлась и чуть ли не набрасывалась на всех, кто к ней заходил. По всем внешним признакам она была монстром, но она умела говорить, а значит что-то человеческое всё ещё теплилось где-то внутри неё. По рассказам соседей, в первые дни с ней случилось страшное: на её глазах монстры разорвали мужа, сына и маленькую дочь, а всё, что она могла сделать — это смотреть, плакать и звать на помощь. Как так получилось — никто не знал, свидетелей не было. Всё, о чём соседи были в курсе, они почерпнули непосредственно из рассказов, которые лились из неё вместе со слезами до того, как она окончательно лишилась рассудка. Какое-то время соседи поддерживали её: не только продуктами, но и своим обществом. Потом, когда дома объединились канатами и тросами, ей стали помогать другие. Лёха часто захаживал к ней, делал что-то по квартире, готовил еду. Он пытался с ней разговаривать, но в ответ она только материлась и сыпала безадресными проклятьями.

— Ну-ну, давайте всё-таки как-то помягче, — ответил Лёха.

— А какая разница? Суть-то одна. Ладно уж с ней с единственной: не шибко трудно, да и чисто по-человечески жалко её. Но пятнадцать квартир! Это сколько? — продолжал бородатый.

— Не знаю. Человек двадцать, получается, — сказал я.

— Двадцать! Это уже не благотворительность, а рабство какое-то. Нет, я никого снабжать так не собираюсь.

— Поддерживаю, — вставила Кристина.

— Я тоже!

— Да ну вас! — отмахнулся Сергей и отошёл в сторону.

Вслед за Кристиной и бородатым ещё семь человек закивали головами и сказали своё «да». Я был в их числе. Сергей, Лёха и Ира — нет. Какое-то время мы спорили и дискутировали, а после отложили решение этого вопроса на завтра, чтобы сегодня заняться чем-нибудь полезным.

Я, Сергей и Лёха отправились в магазин одежды — последний из тех, в который был доступ из крайнего дома, чтобы продолжить баррикадировать его. Монстров на улице теперь стало меньше: часть от былой бесчисленной толпы мы отогнали машинами по методу автоматчиков из «Радуги», а часть разбрелась туда-сюда на звуки стрельбы, криков и сигнализаций где-то вдалеке. Однако безопасностью первых этажей любых зданий мы не пренебрегали.

Там, внутри, заколачивая окна и двери и таская туда-сюда хлам, мы продолжали горячо спорить на тему безоружных. Пока вырисовывалось два варианта решения: снова раздать оружие, но перестать вести с теми людьми обмен, дабы стимулировать их на добычу благ хотя бы для себя, либо же просто перестать вести с ними обмен, дружно объявив этакий бойкот, пока они не решатся показать нос из своих уютных норок и голыми руками достать что-нибудь, как в своё время это приходилось делать нам всем.

— Но они же могут это… кхм… другое в обмен предлагать, — сказал Сергей.

— Что? У них в домах стены голые — всё повытащили.

— Ну там же… Женщины, все дела. Девушки. Девочки. Ну, ты понял.

Я понял и озадаченно кивнул.

— М-м… — промычал Лёха, тоже, видимо, догадавшись, — Это да. Это — да.

— А вообще говоря, что такого? Нет, это, конечно, низко, но мы-то кто такие? И что вообще сейчас «низко», а что — «высоко»? Новый мир — новая мораль. Им так удобно — пусть так оно и будет. Вам вот удобно по городу скакать, драться, стрелять и головой рисковать, чтобы достать очередной пакет хлопьев, а им удобно так, — размышлял я.

— Проблема в том, что я тогда не буду с ними дел вести.

— И я.

— Я тоже, но кто-то же будет, — пытался я защититься, — А если нет, то деваться им будет некуда — пойдут тоже по магазинам бегать.

— Ага. Или прирежут кого-нибудь из соседей, — сказал Сергей.

Ответить на это мне было нечего.

Вечером мы разошлись по квартирам. Ира вместе с горячим ужином ждала на балконе. Мы с ней устроились там, стали кушать и смотреть на плывущие по небу облака.

Ночью, едва Ира уснула, я выбрался на крышу вместе с приёмником, чтобы послушать полуночное включение «Фаренгейта».

«Привет-привет, дорогие слушатели! Знаю, знаю, вы уже удобно устроились в креслах, диванах, палатках или где-то ещё, чтобы послушать мой расчудесный голос. Что ж, вот и он! Ха-ха. Так, ладно, ближе к делу: сегодня к нам присоединились ещё два человека. Это — супруги… А, нет, стоп, стоп, давайте-ка сами!

— Меня зовут Захар.

— Я — Лена.

— Очень приятно, очень. В общем, нас теперь аж восемнадцать человек, с чем нас, полагаю, можно благополучно поздравить. И, наверное, на этом я заткнусь на сегодня. Завтра — в тот же час в том же месте, радио «Фаренгейт», сто четыре и три ФМ, Бакунина сорок девять, а пока Захар и… Лера, правильно? Ой, прошу прощения! Захар и Лена скажут пару слов о себе, а после — нон-стоп умопомрачительных рок-баллад для любителей ночного образа жизни. Пока-пока!

— Ну, в общем…

— Так…

— Ладно, давай ты начинай.

— Да нет, давай ты.

— Ну ладненько. Так, меня зовут Захар, и я это уже говорил. Лену мою зовут… хех, ох-хо, ладно, простите, давайте заново. Просто я в первый раз вот так вот, возле микрофона… В общем, нам с Леной по двадцать пять, мы счастливы в браке, и мы пока живы. Вот. Пришли издалека, не думали даже, что удастся добраться. Но вот мы здесь. До этого какое-то время мы жили на окраине, в торговом центре. Раньше он назывался «Радугой». В общем, там были выжившие, много выживших, а округа была почти полностью свободна от монстров, но… В общем, там — полная жесть, и если вы сейчас где-то в том районе и вдруг захотите туда перебраться или вам просто надо будет мимо проехать — лучше за километр это место обойти, отвечаю. Рассказывать не буду: вспоминать не охота. Ну, а на этом, в общем-то, и всё. На, Лен, твоя очередь.

— Ну, меня зовут Лена, я…»

Рассказ Лены я уже не слушал.

Ваша оценка: None Средний балл: 7.7 / голосов: 9

Быстрый вход