Умей проигрывать

Александр Зубов по праву считал себя успешным и целеустремлённым человеком, добившись к 25 годам высокой должности в транснациональной корпорации и пересекая мир вдоль и поперёк по служебным делам. Любовь красивой девушки, и мысль о том, что она преданно ждёт его дома, в Москве, делали Александра почти счастливым.

В этот раз Зубова занесло на юг Испании, где он должен был заниматься вопросами развития испанского представительства компании. Никогда ещё он не разлучался так надолго со своей Наташей, поэтому прощания в аэропорту были особенно тяжёлыми, но хлопоты обустройства на новом месте заставили на время позабыть о личной жизни. Алекс не любил перемен, но в большей степени лишь потому, что вся его жизнь состояла из них, поэтому он научился без особого труда приспосабливаться к любой обстановке.

Стояла середина июня, солнце плавило белые каменные стены, улицы Гранады задыхались выхлопными газами, запахом пота и бесконечным гомоном туристов. А в арендованной квартире было прохладно, и тишину нарушало только натруженное гудение кондиционера. Душный рабочий день остался позади, и Александр отдыхал, общаясь через видеочат со своей невестой – они обсуждали планы её приезда на каникулы в Испанию.

Неожиданно голос девушки прервался на полуслове, а её красивой личико замерло в неподвижном, слегка удивлённом выражении. Александр ничуть не удивился, и позвал несколько раз Наташу, в то время как внутри закипала досада на медленную и нестабильностью связь. Александр откинулся на спинку стула, любуясь лицом любимой и размышляя о возможных причинах отключения Интернета. Потом он заметил появившийся на панели задач значок отсутствия подключения и горевший красным индикатор работы ноутбука от батареи.

- Ну что за…! Опять вырубили свет! – недовольно выругался он и поднялся со стула, чтобы размять затёкшие ноги и спину.

Открыв банку пива и подождав несколько минут, Александр с неохотой взялся за презентацию для работы. До ночи электричество так и не появилось, и ситуация усугублялась отсутствием воды. Через несколько часов батарея ноутбука разрядилась и раздосадованный Алекс решил лечь спать раньше, чем обычно, успокаивая себя мыслью, что, по крайней мере, хорошо выспится.

Занималось тихое солнечное утро, такое естественное для этих широт. Александр спал плохо и поднялся почти с рассветом из-за царившей в квартире жары и духоты, от которой не спасали даже настежь открытые окна. К огромному его удивлению электричество так и не появилось. Теперь его переполняло не столько раздражение, сколько любопытство, чем могли быть вызваны такие серьёзные неполадки в сетях. После того как оба телефона, домашний и мобильный, отказались работать, стало немного тревожно. Позавтракав и кое-как умывшись водой из чайника, Зубов решил, что расспросит об аварии у коллег в офисе.

Как и всегда в ранний утренний час улицы были пустынными, и город ещё дремал опущенными на окнах жалюзи, закрытыми магазинами и кафе, рядами машин на парковках. Вдохнув свежий, пахнущий цветами, воздух Александр отправился на работу, щурясь от поднимающегося над горизонтом Солнца. Он наслаждался царившими кругом тишиной и покоем.

Сзади послышался шум приближающегося автомобиля, но ничего необычного в этом не было до тех пор, пока поравнявшись с Александром, не остановилась полицейская машина.

- Сеньор, возвращайтесь домой, - сказал ему высунувшийся из окна офицер с уставшим взглядом не выспавшегося человека.

- Почему? Мне нужно на работу…

- Военное положение, все разъяснения передают по радио. Скоро восстановят подачу электричества, не волнуйтесь, а до тех пор вам нужно находиться дома.

Алекс удивлённо уставился на полицейского, соображая, правильно ли он понял слова испанца.

- Вам нужно идти домой. Послушайте радио, - громко повторил тот, тщательно выговаривая слова.

- Хорошо, - ответил Алекс и, развернувшись, пошёл в обратную сторону. Складывалось впечатление, что происходит что-то очень не хорошее.

По дороге домой, Алекс присел на одну из скамеек и задумался. Радио у него было только в детстве, и уже много лет он даже не вспоминал об этом примитиве. Можно было зайти к соседям и спросить у них. Потом на ум пришёл сотовый телефон, в котором, среди прочего, была предусмотрена эта бесполезная функция. Поковырявшись в меню телефона, он нашёл нужную опцию и настроил первую попавшуюся волну. Беглый мужской голос профессионального диктора передавал какое-то сообщение. Прослушав его несколько раз, Алекс разобрал, что в связи с началом боевых действий в стране объявлено военное положение, всем необходимо оставаться дома и ждать дальнейших распоряжений.

Осознав, и с трудом поверив в услышанное, Александр почувствовал себя совершенно одиноким и потерянным в этой чужой стране, где фактически у него не было никаких прав. Необходимо было ждать, пока за него решат, что он будет делать дальше. Складывалось крайне неприятное положение, смириться с которым он не мог.

Обхватив голову руками, Александр пытался вспомнить всё прочитанное и увиденное про войну, но в мыслях была сплошная мешанина из кадров кино и исторических хроник. Война – это понятие было для него исключительно теоретическим. Прежде всего – составить план действий. Основной неизвестной оставался масштаб военного конфликта, от размеров которого зависело очень многое. Однако одно для себя он решил однозначно, какие бы там ни давались предписания - выполнять их он собирался с точностью наоборот, - Александр всегда был выраженным индивидуалистом, а кроме того русским. Некоторое время он продолжал строить гипотезы, пока по радио не стали передавать новое сообщение. На этот раз прозвучало обращение премьера, которое заставило Алекса усомниться в реальности происходящего.

Премьер говорил о том, что произошло худшее для всего человечества, ядерный конфликт. На территории Испании атаке подверглись крупнейшие города, в числе которых Мадрид, Барселона, Бильбао, Валенсия и Малага. Звучали призывы не паниковать, что правительство держит ситуацию под контролем и дальнейшие удары не предвидятся. Планировалось организовать центры гражданской обороны в каждом крупном населённом пункте, которые будут заниматься нормализацией жизни. Завершал своё обращение премьер патриотической речью, в суть которой Александр вникать не стал. Единственная деталь, которая определяла всё – это глобальная война с применением ядерного оружия.

Образ любимой Наташи отозвался тупой болью в груди Алекса. Чувство бессилия лавиной отчаяния навалилось на него, а разум лихорадочно прокручивал варианты и просчитывал условия, цепляясь за те, при которых невеста Александра оставалась невредимой. Он проклинал судьбу, не позволившую ему быть рядом с самым дорогим на свете человеком в момент, когда он, быть может, в последний раз мог увидеть такую близкую и родную Наташу.

Очнувшись от болезных раздумий, Алекс вскочил со скамейки и бросился бежать вниз по улице, соображая на ходу, где находится ближайший спортивный магазин. Прежде всего, Алекс решил обеспечить себя необходимым снаряжением для выживания в условиях, которые вскоре должны были стать весьма экстремальными. Пока он бежал, обливаясь потом под палящим утренним солнцем, в голове складывалась всё более печальная картина произошедшего. Прежде всего, почему Испания, эта не имеющая значимой военной мощи и серьёзного политического веса туристическая страна? Удар по ней носил лишь одно объяснение – остальные цели уничтожены. Эта мысль потрясла Алекса, но вслед за ней родилась слабая надежда, ведь ракеты наверняка были свои, русские, а значит им было откуда взлетать, когда основные цели противника закончились.

Пробегая мимо лавки спиртного, Алекс заметил, что стеклянная входная дверь разбита, и внутри хозяйничают какие-то панки, гремя бутылками и создавая вокруг себя кучу шума. Через несколько улиц появился, наконец, магазин спорттоваров и туристического снаряжения – он был закрыт. Алекс машинально глянул на часы работы, но тут же с досадой обругал себя за глупость. Некоторое время он пребывал в нерешительности, разглядывая тёмные витрины и озираясь по сторонам. Улица была пустынной – видимо осведомленные и перепуганные граждане благоразумно предпочитали оставаться в своих квартирах, перешёптываясь с соседями и наивно надеясь, что вскоре всё разрешится само собой. Откуда-то сверху из окон доносились чьи-то непрерывные стенания, похожие на мусульманскую молитву, едва слышимые, но особенно зловещие на фоне царившей тишины и обманчивого умиротворения слепящего солнечного утра.

В одном из мусорных баков Алекс нашёл пустую бутылку из-под вина, в нерешительности встал напротив витрины и ещё раз оглянулся. Александр медлил, - в его душе смешались страх, стыд и отчаяние. Когда-то давно он был робким и послушным ребёнком, и жутко боялся, что его действия кто-то осудит и будет ругать, поэтому внешне он никогда не шёл на конфликт с обществом, хотя в тайне осознанно презирал его. Сейчас позабытые детские страхи снова охватили его. Внутренняя борьба закончилась, когда вспомнив забравшихся в винную лавку панков, он, наконец, отмёл остаток сомнений, словно перед прыжком в бездну, и, размахнувшись, со всей силы бросил бутылкой в витрину. Раздался взрыв лопающегося стекла и звон осыпающихся осколков, но Алекс этого не увидел, так как тут же трусливо скрылся в ближайшей подворотне, где притаившись, стал с замиранием сердца прислушиваться к происходящему на улице. Он никак не мог избавиться от ощущения, что ведёт себя как малолетний хулиган, или нашкодивший ребёнок.

Наконец логическими доводами убедив себя в том, что всё делает правильно, Алекс принял непринуждённый вид, выглянул из-за угла дома и уверенным шагом направился в сторону магазина. Остановившись у разбитой витрины, он притворился, что удивлённо рассматривает произошедший на этом месте инцидент. Постояв и несколько раз лениво оглянувшись, он быстро нырнул внутрь магазина.

Выбрав рюкзак поудобнее, не слишком большой, но достаточно вместительный, Алекс стал спешно заполнять его одеждой и туристическим снаряжением вроде примуса, фонарика, охотничьего ножа, спального мешка и прочих незаменимых для выживания предметов. Его раздумья над тем, что ещё может пригодиться прервал звук раздавшейся у самого входа в магазин серены. Вздрогнув, Алекс обернулся, его бросило в жар. Схватив рюкзак, он кинулся к выходу, замечая сквозь ряды одежды, остановившуюся у разбитой витрины полицейскую машину. Александр уже жалел о своём наивном безрассудстве, но отступать было поздно. Остановившись на миг возле кассы, дрожащими руками он вытряхнул из своего бумажника почти всю наличность вместе с кредитными картами и юркнул в служебные помещения. В торговом зале слышались шаги и голоса полицейских, обыскивающих помещение. За товарным складом обнаружилась единственная дверь. Алекс разбежался, прыгнул, и с грохотом выбил косяк, выкатываясь под слепящее солнце. Не замечая боль, он вскочил, и, не разбирая дороги, бросился со всех ног через старинные извилистые улочки.

Некоторое время он слышал топот в паре поворотов за спиной, но страх подгонял, и вскоре Алекс оказался в небольшом парке недалеко от своего дома. Погони больше не было. Александру было совестно за свою выходку, но вместе с тем он понимал, что это лишь начало того, что вскоре станет обыденным. Когда твоя цель выжить – о совести приходится забывать, так как места на всех не хватит.

Дома Алекс наспех переоделся, упаковал самое необходимое, выпил банку едва холодного пива из оттаявшего холодильника, и, окинув последний раз взглядом свою квартирку, оставил её, даже не закрыв дверь. Во время сборов он думал о Наташе, и план сам собой складывался в его голове.

По радио звучали всё те же призывы оставаться в домах, которым, судя по опустевшим улицам, следовало большинство горожан, хотя группы неформалов, латиносов и арабов уже вовсю орудовали на улицах. Если на территории Испании взорвалось пять зарядов, рассуждал Алекс, сколько же тогда досталось России, и сколько из них преодолело системы ПРО. Было очевидно, что Мадрид лежит сейчас в руинах, после того как многокилометровый плазменный шар поглотил его, и что южное, восточное и северное побережья смыты за счёт образовавшихся от взрывов цунами невиданных размеров. В течение двух недель было необходимо держаться подальше от эпицентров, остерегаясь радиационного заражения, и желательно подальше от крупных городов, чтобы не остаться в ловушке вместе с голодающим и выходящим из-под контроля населением и пытающимися его сдержать силами гражданской обороны. Вначале будут предприниматься попытки соблюдать порядок и поддерживать централизованную власть, но рано или поздно мародёрство и борьба за выживание захлестнут и утопят в анархии погибающую страну. Алекс не хотел разделить участь обречённых. Он не имел понятия, что происходит на Родине, но твёрдо решил, что должен добраться до дома, - он верил в свою страну и в свой народ, а главное он не могу смериться с безызвестностью, разделившей его с любимой. Его упрямый характер не мог ему позволить отречься от избранного пути, а надежда стала единственной его путеводной звездой, звездой красного цвета.

Постепенно город просыпался ото сна и приходил в себя от потрясения. Дезориентированные люди бесцельно бродили по улицам, одни куда-то спешили, другие ждали, сами не зная чего. Особенно растерянными казались туристы, попавшие в ловушку чужой страны, - не зная языка, они не могли понять и поверить в происходящее, тщетно пытаясь получить разъяснения от местного населения, тряся при этом картами и разговорниками. Тут и там раздавались завывания сирен, над городом барражировали вертолёты национальной гвардии – из громкоговорителей раздавались призывы соблюдать спокойствие и не покидать своих домов. Александр шёл, наблюдая угнетающие картины начала заката человечества.

Привлекая внимание Алекса, мимо проехал мотоциклист на Дукати и остановился у одного из выходивших на улицу подъездов. Отчаянно барабаня в дверь, он стал зазывать какую-то Изабель. Неожиданно для самого себя, ведомый пробудившимся животным инстинктом хищника, Алекс направился к мотоциклу, - взгляд его был пуст, но движения полны решимости. Парень обернулся, с недоумением смотря на незнакомца. Без каких любо предисловий Алекс подошёл и хладнокровно ударил мотоциклиста кулаком в солнечное сплетение, от чего тот, выпучив глаза и открыв рот, повалился на землю, не в силах проронить ни звука. Где-то наверху поднялись жалюзи, и раздался женский вопль и крики о помощи. Одинокие прохожие поспешили удалиться, не желая добавлять к своим и без того неразрешимым проблемам ещё одну.

- Извини, - прошептал Алекс, забирая у скорчившегося человека ключи, и стягивая каску.

Выехав из центра города на украденном мотоцикле, он остановился у пустующей автобусной остановки, и достал карту страны. Иберийский полуостров, окраина Европы, на другой стороне которой простирается необъятная Родина. Достав ручку, Алекс обвёл подвергшиеся атакам города окружностями диаметром примерно в 50 километров и заштриховал их. Получилось пять крупных пятен, равномерно распределённых по территории страны. В обведённые зоны соваться не стоило – кроме разрушений и радиации там ничего не осталось. Наметив маршрут, Алекс направился к северному выезду из города. Пересечь всю страну, а за ней и остальную Европу казалось вполне вероятным – в России такое расстояние не испугало бы и рядового автолюбителя.

Приходилось лавировать сквозь ползущий поток автомобилей, заполонивших всю автостраду. Машины были загружены тюками и баулами, некоторые тянули громоздкие прицепы. Из окон на одинокого мотоциклиста смотрели испуганные лица детей, женщин и собак. На очередной дорожной развязке, выехав на виадук, Алекс остановился и удивлённо окинул взглядом проходящую внизу магистраль, - по всей ширине дороги от самого горизонта выстроился бесконечный караван из автомобилей, - люди эвакуировались с прибрежной зоны, из окрестностей попавшей под удар Малаги.

На самом выезде из города дорогу преграждал блокпост.

- Извините, дорога закрыта, - сказал солдат с винтовкой Хеклер-Кох и испанским триколором на плече.

- Почему?

- Нет-нет, дорога закрыта! - Настойчивее повторил солдат с раздражением, и отмашкой сделал жест разворачиваться, - Можете проехать по федеральному шоссе.

Бросив баррикады и прикинув варианты, Алекс развернулся – о быстром путешествии по автостраде можно было забыть.

Федеральное шоссе серпантином виляло по горам, врезаясь в толщу скал крутыми поворотами и пронизывая их тоннелями. Вокруг громоздился каменный лес из тонувших в тумане горных пиков. Ехать приходилось медленно и аккуратно, обгоняя немногочисленные машины. Небольшие горные деревушки, возникавшие на пути через каждые несколько километров, встречали проезжающего мимо путника безмятежным покоем, царившим в этих горных районах многие века. Печные трубы старинных домов дышали клубами дыма. На склонах наливались спелыми фруктами небольшие сады.

Глядя на это умиротворение, Алекс не мог поверить в произошедшие в мире изменения, был не в силах их представить и в полной мере осознать. Казалось неправдоподобным, что мир, такой уютный и приветливый, уже мёртв и его труп, постепенно остывая, погружается в ядерную зиму и социальный хаос разложения.

Наконец перевал остался позади, и дорога вышла на равнину, причесанную симметричными рядами бескрайних оливковых рощ. На очередной автозаправке Алекс решил наполнить бак, и заодно перекусить. Здание магазина было закрыто, внутри темно; бензоколонки не работали. Недолго думая, Алекс выбил окно и забрался внутрь, чтобы раздобыть чего-нибудь съестного, а главное отыскать бензин. Он настолько потерял бдительность, занятый мыслями о своих планах, что не сразу заметил, как на заправку въехал полицейский джип. Опомнился он слишком поздно – бежать на этот раз было некуда, а двое полицейских уже подходили к разбитому окну.

- Как же это глупо с их стороны, заниматься такой бессмысленной ерундой вместо того, чтобы спасать свои шкуры и семьи, - подумал скованный наручниками Алекс, садясь в патрульный автомобиль.

Александра привезли в расположенный неподалёку городок, и доставили в местный участок. Впервые в своей жизни он ощутил себя в роли человека преступившего закон и оказался за решёткой. Работы у полиции, по-видимому, было предостаточно, и в единственно камере КПЗ уже теснилось человек пять. На одной кушетке сидели: молодой парень, непримечательной наружности, негр с дрэдами, похожий на рэпера, и отстранившись от них, девушка, всем своим видом дающая понять, что все вокруг козлы. На кушетке напротив них развалился здоровый смуглый мужик, с покрытыми татуировками мускулистыми руками, короткой стрижкой и толстой золотой цепью на толстенной шее. У задней стенки, смотря в пол, стояла аккуратно одетая старушка лет семидесяти, нервно перебирая в руках сложенный веер. У самой решётки, повернувшись к остальным спиной, расположился потерянного вида мужчина в деловом костюме.

- Как жизнь, брат, за что тебя? – спросил Алекса косивший под рэпера негр.

- Заправиться хотел.

- Ха, я вот тоже, хотел, всего-то покурить – полез за сигаретами в автомат, а эти козлы меня загребли, как будто они не понимают, что всё равно всему конец!

- Как бы нам свалить отсюда?

- Я вижу ты, мужик, правильно мыслишь – не время сейчас тут сидеть – растащат ведь всё, пожрать даже нечего не останется! Кстати я Лари. Эй, сестричка, подвинься-ка, - обратился он к девушке – та, игнорируя его, никак не отреагировала.

- Вот коза! – Лари подвинулся сам и жестом пригласил Алекса сесть рядом.

Больше всего сейчас Александр хотел остаться один, но выбора в этой тесной камере не оставалось.

- Хочешь дунуть? У меня тут косячок заныкан, - негр нагнулся, и достал откуда-то из носка самокрутку.

Девушка оживилась, бросив заинтересованный взгляд.

- Ещё есть? – коротко спросила она.

- Конечно, специально для тебя у меня найдётся большая чёрная сигара.

С соседней койки раздалось шевеление, проснулся мужик в татуировках – Эй вы, мрази, заткнитесь там, наконец – я отдыхаю, - прохрипел он, отворачиваясь к стене.

План действий созрел в голове Алекса сам собой – припомнив ругательства, выученные им в числе первых слов испанского языка, он обратился к здоровяку, выразительно обзвав того пришедшими на ум словами. И без того перепуганная старушка вжалась в стену и несколько раз перекрестилась, мужчина в деловом костюме с испугом покосился на Алекса. Окончательно проснувшись, здоровяк встал, напоминая при этом разъярённого быка перед мулетой тореадора.

- Меня зовут Карлос! – зачем-то представился он и не спеша подошёл.

Началась драка, а точнее избиение. Девушка стала звать на помощь, колотя по решётке; устав креститься, старушка сменила руку; Ларри с азартом прыгал вокруг, словно рефери, но держась на расстоянии. Вскоре прибежало двое полицейских с дубинками. Открыв камеру, они кинулись разнимать дерущихся, и в этот миг, неожиданно для всех, Алекс набросился на ближайшего блюстителя правопорядка. Здоровяк снова полез в драку, но замерев на мгновение, сообразил, что происходит, и передумав с одного удара вырубил полицейского, а затем помог отключить и его товарища. В камере повисло недоумевающее молчание. Не теряя времени, Карлос вытащил у поверженного полисмена пистолет и, одобрительно посмотрев на помятого Алекса, побежал по коридору, направляюсь к выходу. Потом раздалось несколько выстрелов, и всё затихло.

Алекс обшарил полицейских, забрал пистолет у второго полицейского и вытащил из его кармана ключи от джипа, затем сковал лежавших без сознания мужчин наручниками. Выйдя из камеры, он стал осторожно продвигаться к выходу, остальные заключённые, кроме перепуганной пожилой женщины, последовали за ним. Дежурный офицер, совсем молодой парень, сидел на полу с бледным, искажённым от страха и боли лицом, зажимая кровоточащую рану.

- Помогите ему кто-нибудь, - сказал Алекс столпившимся позади бывшим заключённым.

Девушка быстро нашла аптечку и занялась оказанием первой помощи. Алекс осмотрел несколько помещений небольшого участка – похоже, больше тут никого не было. Обнаружив арсенал, он взял коробку патронов девятого калибра к пистолету, и с сожалением посмотрев на громоздкие винчестеры, уверенным шагом направился к выходу. Лари, тем временем, не разбираясь, сгребал всё более или менее ценное в подобранный где-то мешок.

На выходе Алекса догнала та девушка, что бинтовала полицейского.

- Я поеду с тобой, - уверенно произнесла она, схватив его за предплечье.

- Что? Ты даже не знаешь, куда я направляюсь.

- Какая разница!

- Мне не нужны попутчики, отправляйся домой.

- Нет у меня больше дома. Вдвоём безопаснее, обещаю быть полезной.

Алекс задумался над сомнительной ценностью подобной компании.

- Ну хорошо, некоторое время можешь оставаться со мной, если не будешь путаться под ногами.

Сев в полицейский джип, Алекс сверился с найденной в бардачке картой и, выбрав направление, повернул на север.

За рулём Алекс постепенно престал замечать свою спутницу, которая всю дорогу с безразличием смотрела в окно, ничем не обращая на себя внимания. К ночи проехали всего километров четыреста, углубившись в центр Иберийского полуострова. На ночёвку остановились в одном из кемпингов, уже заполненном беженцам с автомобилями, трейлерами, фургонами, и микроавтобусами всевозможных марок и годов выпуска. Алекс выбрал место подальше от основной толпы и, заглушив двигатель, откинулся в кресле, собираясь заснуть.

Я хочу в туалет, - неожиданно произнесла девушка, впервые нарушив молчание.

- Иди.

- Кстати меня зовут Сандра, бросила она, впуская в кабину ночную прохладу, наполненную стрёкотом сверчков.

- Алекс, - не открывая глаз, ответил Александр.

- Я говорила, что мне всё равно... Просто интересно… Куда ты направляешься?

- В Россию.

Сандра застыла в недоумении, а потом продолжил:

- В Россию?! Это твоя Родина?

- Да.

- Но зачем? Думаешь там лучше? Американцы наверняка всё уничтожили…

- Сомневаюсь. Вы, европейцы недооцениваете нашу страну. Кроме того, там осталась моя невеста – я еду за ней.

- Невеста? – словно пробуя слово на вкус, повторила девушка.

- Да, поэтому тебе лучше отправиться домой,… Сандра.

- У меня больше нет дома! Я жила в Малаге. Все мои родные, друзья остались там… навсегда, – голос девушки дрогнул.

- Извини, но мне всё равно.

- И мне всё равно, куда теперь ехать. Я же понимаю, что происходит – ещё чуть-чуть и начнётся всеобщая паника, которую не сдержит никакая полиция, никакие власти. Мир разваливается – это сложно не заметить. А вдвоём легче – я не буду для тебя обузой, обещаю! Я умею драться, не веришь?

Сандра стала перечислять все свои достоинства, словно выговариваясь за всё проведённое в молчании время, но измученный за день Александр провалился в сон, под мелодичное звучание её бархатного певучего голоса.

Утром Алекс проснулся от того, что над ухом кто-то прокричал:

- Эй, русский, вставай, время завтракать!

Разлепив глаза, он увидел излучающее свежесть лицо своей навязчивой спутницы.

- Вылазь, - потянула она его за руку из машины.

На капоте действительно был накрыт завтрак из бутербродов, фруктов и вина.

- Вот, надо подкрепиться, - довольно сказала девушка, видя удивление Алекса.

Умывшись в небольшой речке, протекавшей неподалёку, Александр с жадностью принялся за еду, подумав, что можно и пересмотреть свои взгляды относительно пользы от попутчицы. Путь предстоял не близкий, и проделать его в одиночестве было куда сложне. Пища и вино прибавляли сил и вселяли оптимизм.

Дожёвывая бутерброд с сыром и ветчиной, Алекс обратил внимание, что на территорию кемпинга въехало несколько джипов, из которых с шумом вылезло с десяток мужчин, размахивая винтовками и бутылками со спиртным. Для пущей острастки они несколько раз пальнули в воздух, привлекая всеобщее внимание. Бандиты разделились и стали обшаривать трейлеры и палатки, ломая и забирая понравившиеся вещи и еду больше из развлечения, чем из необходимости, и щедро раздавай пинки перепуганным беженцам.

- Поехали отсюда, - сказал Алекс и сел за руль, Сандра не заставляя себя ждать осторожно села рядом.

Выезд с территории загораживал поставленный поперёк фургон, рядом с которым стоял, широко улыбаясь, средних лет низкорослый мужик в соломенной шляпе, вертя в руках револьвер. Алекс посигналил.

- Куда это ты собрался, амиго? Теперь это территория Пустынных волков, и всё что на ней – принадлежит нам. А с полицией у нас особый разговор, - мужик ткнул стволом в надпись на капоте. Потом навёл револьвер на Алекс и уже серьёзно скомандовал:

- Наружу!

- Это не моя машина, я вообще иностранец, - попытался оправдаться Алекс, кося под дурочка.

- Конечно не ваша, теперь уже не ваша, - бандит оскалил золотые зубы в ехидной улыбке.

Заглянув в дуло нацеленного в собственное лицо пистолета, Алекс понял, что дальнейшие возражения бесполезны перед веским аргументом сорок пятого калибра.

Догорал почерневший остов полицейского джипа, павшего жертвой бандитского самоутверждения. Алекс с Сандрой сидели привязанные к столбу, наблюдая как пьяный сброд творит в лагере бесчинства. К ним подошёл высокий длинноволосый бандит с внешностью коренного уроженца американского континента. Татуировки настолько плотно покрывали его тело, что было сложно различить отдельные детали изображений. Разрезав верёвки, он молча махнул дулом автомата в строну стоявшего неподалёку фургона, куда уже загоняли других пленников.

Бандиты стали рассаживаться по машинам, и вскоре караван тронулся, покидая кемпинг. Алекс думал о том, насколько быстро теряется человечность с обретением безграничной свободы. Словно какая-то внутренняя пружина, выстреливая, разгибалась в людях, делая из одних безжалостных хищников, а из других – загнанных жертв. К сожалению, Алекс был сейчас жертвой, со стыдом признаваясь себе, что недооценивал всю скрытую жестокость человеческой натуры. Казалось диким и невероятным, что люди могут издеваться над себе подобными только ради удовольствия, трудно было поверить, что мир, в котором вчера нарушение правил дорожного движения было преступлением, сегодня допускает подобные измывательства. Каков же естественный облик Человека, если сбрасывая оковы социальных ограничений, он превращается из пугливого травоядного в безжалостного хищника.

Через несколько часов машина остановилась, и пленников высадили и выстроили в шеренгу. Алекс с ужасом оглядывался по сторонам: чёрная, выжженная, местами дымящаяся равнина, словно оживший кошмар, в чью реальность трудно поверить. Кругом были одни развалины, из которых лишь не многие напоминали прежние формы стоявших там когда-то строений. Вдоль улицы громоздились беспорядочно разбросанные обугленные остовы машин, кое-где торчали обгоревшие палки деревьев.

- Не правда ли прекрасная картина? – обводя взглядом окрестности, злорадно оскалился главарь банды.

- Тут же огромная радиация, что вы делаете! – выкрикнул один из пленников.

- Радиация – это уже ваша проблема, а мы сейчас уберёмся отсюда, но прежде мы поиграем в одну увлекательную игру, призом в которой будет Ваша жизнь. Каждый из вас получит одну вещь, которая, возможно, поможет вам выжить. Итак, ты, - он ткнул пальцем в крайнего в шеренге мужчину, - Получаешь ключи от мотоцикла, что стоит вон там - лови!

В сотне метров, среди остовов сгоревших машин Алекс действительно разглядел выделяющийся яркостью своих красок мотоцикл. Мужчина схватил ключи и, не раздумывая, побежал к своему спасению. Кто-то окрикнул его, но тот не обращая внимания, спешил убраться из радиоактивной зоны.

- Ай-ай-ай, как эгоистично! А ведь он мог спасти ещё одного или даже двух из вас. Но всё в ваших руках. Итак, подарок номер два – этот пульт, с которого можно остановить заложенную в мотоцикле бомбу. Кто-нибудь хочет остаться с этим призом?

Люди стали переглядываться и опускать глаза, никто не вызывался. Бандиты засмеялись.

- Я так и думал, - всем вам насрать друг на друга. Но вы сделали правильный выбор, кому нахрен нужен какой-то пульт, когда есть подарки поценнее. Например, вот этот пистолет – сможете застрелиться, чтобы не мучиться.

- Я, я беру пистолет! – выкрикнул другой мужчина, и сделал шаг вперёд – все оглянулись на него.

Схватив брошенное ему оружие, он с яростью нажал на спусковой крючок, целясь в стоявшего перед ними бандита – выстрела не последовало.

- Чёрт бы вас побрал сукины дети! С ненавистью прокричал мужчина и отбросил пистолет всторону.

- Как не хорошо нарушать правила! Патроны были следующим призом. Но теперь они вам ни к чему.

Неожиданно вдалеке раздался взрыв.

- Не далеко уехал ваш амиго – жалкие вы эгоисты, зато в отличие от вас он не будет мучиться. Кстати давайте поспешим - так, что у нас дальше? Ах да, спасительный билет на поезд, отправление через час вон с того вокзала, - он указал на полуразрушенное здание и помахал какой-то бумажкой, - Хотя мне кажется, что у них сейчас большие задержки.

Бандиты снова дружно заржали.

- Никто, значит, не любит путешествовать железной дорогой? Ну ладно у нас есть ещё один мотоцикл, но на этот раз мы подарим его этой замечательной сеньоре, - он протянул ключи испуганной женщине, которая всё время словно бы находилась где-то в другом месте – настолько потерянный у неё был вид.

Небольшого роста пожилой мужчина получил нож. Сандре досталась Библия – девушка возмутилась, что это не справедливо, тогда Библию с хохотом заменили на Коран.

- Ты вроде русский, обратился бандит к Алексу. Мы с ребятами думали, чтобы тебе подарить полезного на прощанье, и решили что лучше этого, - он протянул бутылку Столичной, - быть не может. Говорят защищает от радиации.

- А вы знатоки нашей культуры…

- А то! Мы с русскими работали, оружие у ваших покупали, - он с любовью погладил свой калашников, - Ну что встали? Теперь вперёд, всё в Ваших руках!

Некоторое время люди топтались в нерешимости, переглядываясь, и не понимая, что делать. Не зная, что делать, Алекс открыл бутылку. Неожиданно, мужчина, которому достался пистолет без патронов, набросился на оторопелую женщину со спасительными ключами от мотоцикла, выхватил их и рванулся убежать, но, не сделав и пары шагов, вскрикнул от пронзившего бок ножа. Пожилой мужчина выхватил ключи и ощерился, скалясь стальным клыком как загнанный зверь. Беспрерывный хохот бандитов сопровождал всё происходящее. Сандра сделала шаг вперёд, - в ответ последовал выпад, нацеленный в грудь, но лезвие застряло в подставленной в последний момент толстой книге. Алекс сделал глоток водки и с размаху обрушил бутылку на голову несчастного старика. Бутылка лопнула, разбрызгивая кругом содержимое вперемешку с осколками, а человек рухнул на землю, выпуская рукоять застрявшего в книге ножа.

- Русская водка – это сила, - прокомментировал один из бандитов под общий хохот.

Безымянная женщина, упав на колени, читала сквозь рыдания какую-то молитву; раненый в бок мужчина скорчился на земле, проклиная сквозь стоны всех на свете. Сандра наклонилась к лежавшему без сознания старику и забрала у него ключи от мотоцикла.

- Похоже, вы победили! - заключил проводивший игру главарь, - Сначала я думал всех Вас тут похоронить, но вы заслужили своё спасение - проваливайте.

- А что с этими? – крикнул Алекс вдогонку расходившимся по машинам бандитам.

- Пойдём, - девушка протянула ключи от мотоцикла, - а этим не повезло – либо они, либо мы – такие нынче правила.

Выбравшись за пределы заражённой радиацией местности, Алекс выбросил всю одежду, собравшую на себя радиоактивную пыль, и заставил Сандру сделать то же самое. Без лишних комплексов девушка последовала его примеру. Сев на мотоцикл Алекс выкрутил ручку газа, и встречный ветер остудил разгоряченные тела, прижавшиеся друг к другу. Солнце клонилось к горизонту, багровея в подёрнутом серой дымкой небе, но дневной зной, спадать не спешил, обжигая покрасневшие от ультрафиолета спины.

Через несколько десятков километров они оказались в небольшом почти полностью оставленном людьми городе, над которым уже поднимались чёрные столбы дыма бушующих пожаров. Толедо – древний город рыцарей, инквизиции и испанской знати. Сейчас здесь царил хаос, и хозяйничали мародёры. Распотрошённые магазины с разбитыми витринами напоминали трупы животных, в разодранном брюхе которых копошатся падальщики. Алекс въехал на мотоцикле сквозь разбитую дверь внутрь одного из таких умирающих магазинов, собираясь присоединиться к всеобщему Валтасарову пиру. На обнаженную пару никто не обратил внимания.

С выбором одежды проблем не возникло, если не считать, что Сандра слишком долго с этим выбором не могла определиться, постоянно спрашивая мнения Алекса. Полицейский участок оказался полностью разграблен, и там не нашлось ни одного патрона. Зато издревле известный своими клинками и дамасской сталью средневековый городок почти на каждой улице имел сувенирный магазин рыцарской атрибутики, где поимо декоративных поделок можно было найти отличного качества клинки и даже настоящие произведения искусства мастеров-оружейников. Холодного оружия в этом городе хватило бы, чтобы до зубов вооружить всё его население вместе с туристами.

Алекс подобрал себе нечто среднее между охотничьим ножом и мачете. В своё умение обращаться с холодным оружием он не верил, поэтому сознательно сделал ставку на внушительный вид зубастого клинка, от устрашающего вида которого вздрогнул бы даже Хищник. Сандра оказалась ещё более оригинальной, и с деловитым видом повесила за спину катану, а под одеждой спрятала не большой кинжал.

- Ты что, кино насмотрелась? – не в силах сдержать ироничной улыбки, спросил Алекс.

- Может попробуем сразиться? – девушка ловким движением выхватила меч и крутанула им в воздухе, описав ровную окружность. Сталь холодно отливала кровавыми отблесками заката, - Я несколько лет занималась кендо.

- Господь с тобой! Я и на кухонный нож без пистолета не полезу.

- Испугался да? – Сандра подмигнула, продолжая выполнять ката с мечём.

- Ты не престаёшь меня удивлять своей, хм..., оригинальностью. По крайней мере, будет тебе, чем сделать сеппуку.

Однако вскоре девушка развеяла все сомнения Алекса по поводу серьёзности холодного оружия в её руках. В магазин, где они остановились поесть и пополнить запасы, завалилась компания из трёх полупьяных выходцев из Латинской Америки. Когда разорение полок со спиртным перестало доставлять им удовольствие, невысокий мужичок с залысиной и животом, подошёл к Сандре, и положив ей на плечё свою волосатую пухлую руку, сказал, собравшись с мыслями:

- Красавица, пойдём лучше к нам, что ты скучаешь с этим вонючим гринго, ты же видела, что сделала с нами их блятская страна.

- Я нахожусь с тем, с кем хочу, отвали урод! – она оттолкнула мужика, так что тот неуклюже завалился на спину.

Алекс нащупал на поясе нож.

- Ах ты шлюха! – заорал мужик поднимаясь, а два его друга уже оказались рядом. Предвкушая заварушку.

Прежде чем Алекс встал на ноги и вытащил свой тесак, сверкнуло длинное лезвие катаны, направленное незаметным движением, и двое подбегавших, вмиг протрезвев, отпрянули в ужасе наблюдая, как из спины их товарища прорезался окровавленный клинок. Выдернув катану, Сандра обвела остолбеневших бедняг ненавидящим взглядом, покачивая при этом мечём из стороны в сторону. Придя в себя, они выбежали из магазина, запинаясь разбросанные кругом бутылки.

- Зачем ты убила его?! Они же ничего не соображали, можно было обойтись и без этого, - Алекс вопросительно посмотрел на побледневшее лицо Сандры.

- Просто я не склонна рисковать без надобности! Я не хочу, чтобы нам мешали какие-то пьяные ублюдки.

- Но также нельзя!

- Раньше было нельзя! Извини, я хотела как лучше, - девушка вытерла запачканное кровью лезвие об рубашку убитого и пошла к мотоциклу.

Александр не понимал, почему набросился на неё, ведь мгновение назад он сам был готов зарезать нахала, прикоснись он к ней ещё хоть раз, и мысленно уже просчитывал траекторию своего выпада. Но со стороны всё казалось так дико, возмутительно и не естественно, хотя кипевшая в жилах кровь призывала забыть навсегда о пощаде. Алекс негодовал, что он, самец, не сделал этого первым.

Взяв несколько банок пива и немного припасов, он вышел из магазина и подошёл к Сандре:

- Я обидел тебя?

- Нет, не обращай внимания…

- Извини, я не имел права упрекать тебя, я слишком… Ну не привык я ко всему этому! - Алекс сам не понимал, что говорит, - Бери свою саблю, и поехали.

- А я? Я привыкла? И кстати, это катана, - холодно поправила девушка и уселась на мотоцикл.

По дороге от Толедо ехали медленно. Дорогу заблокировала бесконечная пробка из брошенных машин, приходилось протискиваться в просветы между ними. Всё это напоминало неожиданно скованную льдом реку, запруженную торосами всевозможных форм и размеров. Тут были и дорогие авто, что встретишь не в каждом городе, и поражающие своей убогостью старые колымаги; туристические автобусы повышенной комфортности, и громоздкие дома на колёсах – большинство пассажиров покинуло их, как птицы покидают замерзающие водоёмы. Мрачные силуэты плыли навстречу из непроглядной черноты неожиданно спустившейся ночи, и тонули в красном мареве габаритных огней позади. Свет фары насквозь пронзал пустые кабины и салоны, очерчивая брошенные вещи и забытые игрушки.

Вскоре открылась причина столпотворения – огромная свалка из сгоревших машин, объехать которую было практически невозможно, поскольку трасса проходила по впадине среди скал. Те, кто пытался протиснуться по обочине, лишь окончательно заблокировали проезд. Пришлось остановиться и долго искать щель достаточно широкую, чтобы два человека могли протолкнуть в неё мотоцикл.

Оставив позади брошенный при эвакуации авто-караван, Алекс ещё некоторое время вёл мотоцикл по совершенно пустынной, без единого огня, автостраде, прорезая светом фары сгустившуюся тьму. Постепенно мир заполнился лишь равномерным гулом двигателя, и уже казалось, что мотоцикл никуда не движется, а плывёт в бескрайнем чёрном океане пустоты на островке освещённой дороги. Само время тянуло во тьме. Весь мир остался где-то за гранью доступного восприятию, словно смутно запомнившийся сон. Никогда Алекс ещё не видел такого густого и бескрайнего мрака без единого огня на небе и горизонте.

Чувствуя как угнетает пустынная дорога и ощущая усталость во всём теле, Алекс решил остановиться на ночёвку в небольшом лесу из редких низкорослых сосёнок с длинной густой хвоёй, которая ковром покрывала землю под ними. Набрав сухих веток и шишек, они с Сандрой без труда разожги костёр, который, наконец, развеял мёртвый сумрак, взмыв к небу миллионами искр, и разорвал потустороннюю тишину своим треском. Миллионы лет эти оранжевые языки согревали и защищали человека, а заботливое потрескивание успокаивало и вселяло уверенность, до тех пор, пока не вспыхнули холодные огни электрических ламп, и не появилось централизованное отопление и вездесущие кондиционеры. Теперь всего этого нет, а костёр, как и прежде, готов заботиться о своих возгордившихся техническим прогрессом чадах.

Наблюдая за игрой языков пламени, Алекс думал о Наташе, ради которой и затеял этот путь. Он вновь представлял, и просчитывал варианты, как она могла бы спастись и где потом скрыться от пожаров, радиации, беспорядков, а самое главное как он отыщет её в мире, где всё так перемешалось. Быть может, она укроется на даче в сотне километров под Москвой, или поедет в дом родителей, в Одинцово, или к кому-нибудь из друзей – Александр строил догадки, но ответов у него не было, а неизвестность пугала. От Родины отделяли тысячи километров дорог, проложенные через чужие страны и разрушенные города. Преодолеть этот путь в мирное время он мог бы за неделю, но теперь… Так мало времени и столько препятствий! Мир остывает с каждым часом, погружаясь в ядерную зиму – всего две недели, и самые лютые сибирские морозы убьют всех, кто не будет готов. Алекс знал это, но не мог отступиться. Пока есть цель – есть и смысл.

Сидя возле костра и орудуя катаной Сандра задумчиво сгребала в кучу угли, будоража каждым движением рой взлетавших к небу искр. Пламя причудливыми отсветами ложилось на выразительное лицо, оттеняя каждый изгиб и подчёркивая загадочность и серьёзность. Алекс поймал себя на мысли, что ничего не знает о прошлом этой странной девушки, столь неожиданно и решительно увязавшейся за ним. Но имело ли значение прошлое, когда былая жизнь, как прочитанный роман, закрыта и поставлена на полку, чтобы пылиться там вместе с миллионами других недописанных романов.

Знаешь, - начала Сандра, оторвав взгляд от огня, и испытующе посмотрела на Алекса, - у моих родителей есть дом на Канарских островах, мы ездили туда отдыхать, когда я была маленькой. Там замечательно: мягкий климат, тёплый океан, тропические леса. Если бы сейчас там оказаться! Уверена, там нет этих ужасов, что здесь творятся, как думаешь, Алекс?

- Не знаю, я ни разу не был на Канарах, - уклончиво ответил Александр.

- Тебе стоит там побывать! И почему бы нам с тобой, вдвоём, не отправиться туда – мы могли бы жить в нашем доме на берегу моря, ни о чём не заботясь. Согласись, ведь твоя затея бессмысленна: даже если и получится через месяц добраться до твоей страны, что тебя там ждёт? Как ты собираешься искать свою девушку, если она вообще ещё жива!

- Замолчи! – закричал Александр в досаде от того, насколько верны слова девушки.

- Извини, - смягчившись, добавил он, - Я не могу, просто не могу.

Эта ночь была прохладная, и утром проснулись рано. Немного перекусив, продолжили путь. Алекс стал выбирать второстепенные магистрали, чтобы избегать заторов, блокпостов и крупных городов. Один раз они обогнали военный джип, но судя по развязному поведению ехавших в нём солдат с автоматами наперевес было ясно, что их служба закончена.

Жизнь в сельской местности вроде бы текла своим чередом, хотя чувствовалось какое-то напряжение и что-то необычное в работе фермеров, словно все разом взялись собирать дозревающий урожай. С опаской они смотрели на проезжающий мимо мотоцикл с двумя незнакомыми путниками.

Вскоре добрались до маленького городка под Сарагосой, где остановились, чтобы отдохнуть и осмотреться. Улицы был пустынны, а следов беспорядков практически незаметно. Причина запустения открылась, когда добрались до главной площади между небольшой готической церковью и старинным зданием муниципалитета, где собралась толпа местных жителей. Глаза людей были устремлены на говорившего что-то со ступеней храма священника в чёрной рясе, размахивающего автоматом вместо креста. По бокам от него стояло ещё двое в балахонах и с автоматами. В центре площади находился помост выложенный связками хвороста, на котором возвышался столб с привязанным к нему человеком.

- Боже мой, они что, собираются сжечь его заживо? – шёпотом спросила Сандра.

- Верится с трудом, но я уже ничему не удивляюсь.

- Какое зверство!

- Тут мы ничем не можем помочь. Меня больше интересуют вон те ящики, что рядом со священником. Если автоматы – атрибуты их религии, я не прочь на время стать верующим.

Они подошли поближе, и стало слышно, что говорил главы секты, периодически срываясь на визг.

- …Ибо пришло время, и наш Господь послал нам своё оружие, чтобы Дети Апокалипсиса вписали свои имена в книгу жизни и очистили святой град от скверны нечестивой. Сатана сошёл на землю, чтобы убивать и совращать наш народ, но наша вера и преданность слову Священной Книги Апокалипсиса защитят нас! И как подтверждение этого, мы предадим огню этого нечестивца, посмевшего посягнуть на наше добро и осквернить наши святыни.

- Вы куча тупоголовых психопатов! Вам отомстят за меня! – истошно прокричал несчастный, которого собирались сжечь.

Предводитель сделал властный жест и удалился под своды храма; взоры людей обратились к жертве – от кострища потянулась тонкая струйка дыма.

Неожиданно из-за угла муниципалитета, с шипением вылетела ракета и, врезавшись в толпу, разорвалась, разбрасывая людей и накрывая площадь горящей смесью. Раздались дикие вопли, и народ бросился бежать к улице на противоположной стороне, но там раздались ещё несколько взрывов, и крики потонули в грохоте автоматных очередей, среди которых первой скрипкой выделялся звук пулемёта. Обезумившие фанатики падали как подкошенные.

На площадь выехал армейский джип, тот самый, что Алекс и Сандра встретили по дороге. Солдаты спрыгнули на землю, и стали пробираться к разгоравшемуся кострищу. Наперерез им выскочило несколько монахов, открывая огонь – завязалась перестрелка.

Несколько ополоумевших от страха людей бросилось в сторону Алекса и Сандры, ища укрытия внутри зданий за их спиной. Один из солдат заметил это и собирался выстрелить, но опередив его, девушка выхватила меч и несколькими рубящими движениями прибавила к общему числу ещё несколько трупов фанатиков.

- Будут знать, как издеваться над людьми, - в ярости прокричала она.

От увиденного солдат остолбенел, но замешательство сыграло для него роковую роль, и сражённый пулей, он упал. Пригибаясь, Алекс подбежал к военному – тот был ещё жив – раненый протянул ему свой автомат.

- Убей этих ублюдков, отомсти, - прошептал он, теряя сознание.

- Извини, это не наша война, - холодно ответил Алекс и, навалившись всем телом, добил умирающего ножом.

Недоумение отразилось в навсегда застывшем взгляде.

- И не надо обижаться – вы ничем не лучше их.

Сев на мотоцикл вместе с Сандрой, они поехали прочь, оставляя позади заваленную трупами и залитую кровью площадь, редеющие выстрелы, предсмертные стоны и полыхающий костёр.

Всю дорогу до Сарагосы Александр молчал. Никогда он ещё не видел столько крови т боли, и ни разу, не убивал. Он не сожалел о сделанном, хотя не ожидал, что убить окажется так просто. Было стыдно и за одурманенных религией сектантов, опустившихся до уровня средневековья, и за солдат, расстреливающих безоружных, но не за себя – уметь приспосабливаться было куда важнее.

На горизонте небо заволакивали тучи дыма. Сарагосу пожирал огненный шторм, выросший из разрозненных пожаров, которые нечем и некому было тушить. Пришлось обогнуть город стороной, и Алекс отправился в небольшую деревушку на востоке, окружённую раскинувшимися по холмам полями.

В большинстве маленьких населённых пунктов сохранялся относительный порядок, а в этом даже работали магазины. Остановившись у одного из них, Алекс и Сандра зашли внутрь. За кассой стоял пожилой мужчина в заношенной рубахе; ценников на товарах не было.

- Работаете?

- Да, бартером.

- Но у нас нет ничего стоящего.

- Почему же, ваша винтовка – весьма ценный экземпляр.

Алекс что-то прикинул, снял с плеча автомат и продолжил торг:

- У меня другая идея, я лучше заплачу тебе пулей, которую ты сейчас получишь, - он прицелился в хозяина. Тот остолбенел в недоумении, потом поднял руки и хриплым голосом тихо произнёс:

- Хорошо, берите всё, что вам нужно.

- Вот и договорились, я думаю это выгодная для тебя сделка.

Пока Сандра собирала припасы, Алекс держал старика на прицеле. Неожиданно послышался шум подъезжающих к магазину машин, и краем глаза он увидел, как у входа остановился небольшой автокараван. Открылась дверь и внутрь зашёл крепко сложенный человек в полицейской шляпе и брюках с кобурой на поясе, хотя вместо непременной куртки с нашивками на нём была обычная майка. Заметив их, он замер, оценивая ситуацию, а потом рассмеялся:

- Всё понятно, за покупками зашли?

- Что вам нужно, - спросил Алекс.

- То же, что и вам, но давайте не будем устраивать ненужных ссор, тут хватит на всех.

- Как вы можете! Вы же полицейский! – раздался жалостливый голос хозяина.

- И остаюсь им, Сеньор, но защищаю уже не государство, которого нет, а людей, что едут со мной. В больших городах почти всё разграбили, поэтому нам пришлось заглянуть в вашу забытую богом деревню. И я бы посоветовал вам прикрыть свой бизнес, или обзавестись серьёзной охраной.

- Что же такое творится! – почти плача застонал старик.

- Я вам объясню что: все хотят жить, не только вы.

Вошли ещё несколько человек. Молча они стали загружать продовольствие в стоявшие на улице машины. Караван включал в себя несколько джипов, два микроавтобуса и фургон.

Полицейский подошёл к Алексу.

- А вы ребята видимо не глупы, да и вооружены не плохо, - он посмотрел на автомат, потом на катану Сандры и усмехнулся, - может присоединитесь к нам?

Девушка бросила вопросительный взгляд на Алекса.

- Сомневаюсь, что нам по пути, – отрезал он.

- А куда вы направляетесь, если не секрет?

- В Россию.

- Куда?! Ну вы, ребята, даёте! Что вы там только забыли?

- Это моя Родина, и там осталась моя невеста, - как бы оправдываясь, ответил Алекс, чувствуя себя пристыженным.

- По-моему, это сумасшествие, но дело ваше. Только имейте в виду, скоро начнётся зима, похуже, чем у вас в России, поэтому мы едем на юг.

- Какая ещё зима? – удивлённо переспросила Сандра.

- Самая настоящая, только ядерная. У нас в группе есть эколог, он говорит, что это неизбежно, да и без того заметно, что творится кругом.

- Он прав, - подтвердил Алекс.

- Ну ладно, нам пора, - сказал полицейский и пошёл к своей машине, - удачи вам.

- Может, стоило отправиться с ними? – не в силах скрыть недовольства спросила Сандра.

- Извини, я не могу, я должен добраться до Москвы. Если хочешь, езжай с ними...

- Дурак! Я тебя не оставлю!

- Тогда нам пора - пошли.

- Но всё равно я отказываюсь тебя понимать. Это сумасшествие – нам не добраться до твоей России! Я просто жду, пока ты поймёшь это сам, - не успокаивалась раздосадованная девушка.

- У меня есть цель – и это главное, пока это возможно, я продолжу этот путь.

- Иногда стоит и пересматривать свои грёбанные цели!

Алекс оставил без ответа слова Сандры – изменить своей цели означало для него признать поражение, а проигрывать он не привык.

Сев на мотоцикл они продолжили свой путь к границе с Францией. Алекс был в плохом расположении духа и ехал словно через силу, гонимый чьей-то неуклонной волей. Далеко справа оставалась уничтоженная Барселона. Дорога вела к побережью Коста Брава на севере от города, и далее огибала по нему разделяющие две страны Пиренеи. Алек не спешил, и вёл мотоцикл чуть медленнее, чем обычно, томимый сомнениями по поводу избранного им пути.

Вскоре на горизонте заблестело море, даже раньше, чем выходило по расчётам. Проехав ещё несколько километров, Алекс понял причину несоответствия. Дорога обрывалась. Проезжу часть пересекали глубокие разломы, как после сильного землетрясения, деревья кругом были повалены, всюду лежали брошенные машины, а впереди искорёженный асфальт уходил под накатывающие на него волны Средиземного моря. На некотором расстоянии от линии прибоя островками из воды торчало несколько автобусов и грузовиков, а дальше лишь подёрнутая рябью морская гладь, раскинувшаяся на всё поле зрения.

- Вот и приехали, - пробормотал Александр, обводя взглядом горизонт.

- И что теперь?.. Можем поехать через горы по одному из перевалов, - без особого энтузиазма предложила девушка.

Молчание затянулось.

- Знаешь Сандра, - ответил, наконец, Алекс, - Нужно уметь признаться себе, что ты проиграл.

Девушка сняла шлем, подошла и осторожно обняла его:

- Мы все проиграли эту войну, в ней нет победителей, но в наших силах начать всё заново – мы сможем, поверь мне. Я верю в нас, Алекс. Куда бы ты ни пошёл – я буду с тобой, это мой выбор.

- Новый мир, новая жизнь, – задумчиво протянул Алекс, смотря на уходящее в море дорожное полотно. Потом, решившись, повернулся к Сандре и спросил:

- А как мы доберемся до Канар?

В ответ девушка улыбнулась – она тоже не привыкла проигрывать.

Ваша оценка: None Средний балл: 7.5 / голосов: 48
Комментарии

10.

Хотя, на мой взгляд, ГГ уж слишком быстро сдался. Да и вообще, резкие перемены с ним - 5 минут на лавочке, и он уже взламывает магазин, чтобы взять туристическое снаряжение. Ну и спокойно добить раненого - это как-то слишком...

И еще. У тебя про "ядерную зиму" только говорят, а ей следовало бы уже начать проявляться. Вот тут неплохая статья по теме: http://www.hirosima.scepsis.ru/threat/winter.html

Но пыль и копоть в небе точно никто бы не отменил, они должны были появиться сразу. И кстати, почему только 50 км?

Продолжения, как я понял, не будет?

____________________________________________________

Вначале было Слово...

Да, всё правильно. Спасибо за критику, просто попытался глобальные темы впихнуть в формат рассказа. в итоге всё получило слишком быстро и скомкано.

10 ставлю классный рассказ, хорошо бы продолжение... хотя конец этой части может вплне сойти за логический конец всего рассказа. Есть несколько претензий

слишком уж быстро Алекс приспособился к новой жизни... Полчаса назад он спокойно потягивал пиво, а сейчас уже грабит магазин?? нее И еще мне показалось не слишком ли быстро сформировалась группировка пустынных волков?

Также их "Игра" не целесообразно тратить врывчатку на такие мелочи, как пленные, тем более когда ее уже никто не изготавливает. куда делся пистолет, подобранный алексом у ментов?

Спасибо за коммент. Проблема в том, что, как я ранее сказал, сюжет был скомкан в очень ограниченное количество страниц - в итоге всё слишком быстро. Сил и умения написать повесть не хватило, а если урезать - потерялась бы полностью вся идея. А вообще хотел показать деградацию (эволюцию) личности при наступлении БП.

Ещё раз спасибо за критику - учту на будущее

Быстрый вход