Первая весна. Глава 1

Конференц-зал Директората гудел, как потревоженный улей. Помощники и секретари каждые десять минут приносили своим начальникам распечатки со свежими данными по интересующим их вопросам. Каждый из управленцев уже неоднократно изучил свои распечатки и был готов отвечать на вопросы директората и самого Генерального. Нервозность висела в воздухе, наэлектризовывая все вокруг, и казалось, что еще немного, и по залу, испепеляя зарядами всех и вся, будут летать шаровые молнии.

Александр Крамер, казалось, был далек от всей этой суеты; он наслаждался красотой величественного конференц-зала, бывшего некогда оперным театром, но после некоторой реконструкции превращенного в святая святых Города. Это было место, где решались судьбы четырех с половиной миллионов жителей последнего цивилизованного и благоустроенного островка некогда громадной и великой Российской Федерации. Крамер впервые был удостоен чести присутствовать на заседании Директората, но сей факт его не радовал, а скорее наоборот – угнетал: хотелось поскорее вернуться в свою маленькую уютную лабораторию, усесться за компьютер и, держа в руках горячую кружку синтез-кофе, наслаждаться тишиной и одиночеством, привести в порядок мысли или сходить в отдел и поболтать с девчонками-статистами о том - о сем, угоститься домашним печеньем с сахарной пудрой... Крамер даже причмокнул, вспомнив вкус печенья.

- Саша, брось думать о разной чепухе! Сегодня очень важный день для всех нас. Возможно, что и для всего населения Земли. Я понимаю, что так ты стараешься отвлечься и успокоиться перед выступлением, но не позволяй посторонним мыслям и мечтам занять твой мозг, он тебе сегодня еще понадобится. Когда я первый раз попал на заседание, я был так же растерян, как и ты, и знаешь, о чем я думал?

- Ты уже не раз рассказывал мне эту историю, отец. Когда Генеральный спросил тебя о последних климатических расчетах, ты промямлил какую-то чушь про пирожки с картошкой, которые пекла твоя бабушка.

- Вот-вот. Теперь перед каждым заседанием я любуюсь интерьером зала, за пятнадцать лет я изучил все трещинки на стенах. Посмотри сам, разве он не величественен, этот памятник уходящей навсегда эпохи? Вряд ли люди когда-нибудь создадут что-либо подобное... Так что наслаждайся, сын.

Старик снял очки и потер глаза. Александр только сейчас заметил, как сильно сдал отец за последние годы. Худощавое лицо изрезалось глубокими морщинами, глаза выцвели и потеряли блеск, тонкие волосы стали совсем седыми… Печальная картина. А ведь Крамер еще помнил те дни, когда отец был молодым и сильным; тогда все было по-другому, тогда все были другими…

Отогнав мрачные мысли, Александр, по совету отца, принялся изучать интерьер. Купол зала был поистине прекрасен, создавалось ощущение, что над головой раскинулось бесконечно-голубое небо с белыми барашками-облаками. Казалось, протяни руку - и пальцы утонут в мягком теле облака, но Александр, мысленно тянувший к нему ладонь, непроизвольно отдернул руку, заметив укоризненный взгляд кудрявого ангелочка, спрятавшегося за облачком и всем видом дававшего понять: его облако, и нечего тянуть свои грязные лапы к прекрасному! Все ангелочки имели какой-то задумчиво-сердитый вид. Создавалось ощущение, что они сейчас скажут что-нибудь изобличающее, погрозят пухлыми пальчиками и отправят заигравшихся в богов людей в угол, отбывать наказание на веки вечные.

Обширный зал освещала хрустальная люстра в тысячу свечей. Это было своеобразное солнце на бело-голубом куполе. Свет отражался от кристально чистого хрусталя и разливался живыми лучами по всему залу… Да, это было невероятно красиво.

- Попрошу внимания! - секретарь Генерального постучал пальцем по микрофону.

Зал зашумел на секунду и затих.

- Господа, Генеральный директор, Светлов Николай Иванович.

В зал вошел Генеральный. В жизни он оказался еще больше, чем Крамер себе представлял: ростом явно метра два, плотного телосложения. Хорошо подстриженный и холеный, он выглядел очень элегантно; статность его фигуры подчеркивал мастерски сшитый черный костюм.

- Здравствуйте, господа. Ну что же, приступим к обсуждению проблем насущных, - оказалось, большой человек к тому же обладал мощным басом и правильно поставленным голосом.

- Отец, расскажи, кто рядом с Генеральным сидит, - шепотом попросил Александр.

- В военной форме, генерал, - это Хватов, директор по безопасности, опасный человек, из контрразведки. Лысый, который на скелет похож, - это Грапп, директор топлива и энергетики. На вид ужасный, но добрый по натуре, очень грамотный специалист. Вон тот, толстый как свинья, ну видишь, рядом с Хватовым сидит? Это Маркелов, директор по снабжению. За глаза его называют Слизень - скользкий тип, алчный и мерзкий, но дело свое знает. Вот основной костяк директората, это люди, стоящие за троном Генерального, темные лошадки. Их фото не увидишь в газетах, а интервью с ними не покажут по ТВ, но власть их практически безгранична. Остальных ты знаешь, это люди публичные и особого веса не имеют.

- Господин Грапп, доложите совету о положении дел в вашем ведомстве, - велел тем временем Генеральный. Скелет, скрипя суставами, поднялся и, громко кашлянув в кулак, начал:

- Геотермальные станции на данный момент работают в половину мощности - таким образом, мы имеем пятьдесят процентов свободных мощностей для дальнейшего развития и расширения производства. Ядерный реактор прошел капитальный ремонт и в любое время может быть снова введен в эксплуатацию. Добыча нефти и газа с шельфовой платформы упала на треть – сказывается нехватка оборудования, нечего ставить на замену изношенному. Вообще, проблема износа встанет особенно остро, по предварительным расчетам, в ближайшие два-три года, и если мы не найдем выход, то это будет крах. Вскоре после этого ситуация выйдет из-под контроля и мы окажемся за чертой, после которой уже не будет возможности что-либо исправить. У меня все. Спасибо.

- Мы постараемся сделать все возможное, чтобы не допустить этого. Господин Маркелов, вам слово.

- В моем ведомстве все в порядке. Снабжение налажено.

- Господин директор Грапп не может получить новое оборудование, а вы утверждаете, что все в порядке?

- Вопрос решаем по мере поступления, - Маркелов зло посмотрел на Граппа, и мелкая рябь пробежала по жирному лицу директора.

- Я считаю, господа, что рабочие вопросы мы решим на закрытом совещании, - проговорил Хватов. - А теперь давайте послушаем наших ученых, ведь ради них мы сегодня собрались, и ради них оставили все свои дела.

- Директор Хватов прав, давайте перейдем к основной повестке дня. Ученый совет Директората ознакомился с документами и порекомендовал выслушать Крамера и его тезисы, возможно, мы сможем оказать какую-либо помощь нашей науке.

Сердце Крамера стучало, как отбойный молоток - того и гляди, прорвет кожу, выскочит на стол и запрыгает, как кожаный мячик. Так страшно Александру не было давно. Кровь разогнала по венам адреналин, и молодой математик, слишком быстро, сам того не желая, вскочил и без приглашения направился к кафедре.

- Молодой Крамер, видимо, очень решителен в своем стремлении изменить мир! – рассмеялся Светлов, а зал поддержал Александра громкими аплодисментами.

Он поднялся на кафедру и оглядел зал. Именно этих людей ему предстояло убедить в своей правоте, именно эти люди могли выдать человечеству счастливый билет в светлое и теплое будущее или оставить все как есть.

Крамер поправил очки, нервной рукой пригладил волосы и начал:

- Хочу поблагодарить Директорат за терпение и предоставленную возможность высказаться... Прежде всего, я хотел бы провести небольшой экскурс в историю. Всем вам известно, что привело человечество к краху. В начале двадцать первого века группа ученых - физиков, математиков, климатологов и экологов, - финансируемая крупнейшими мировыми державами, начала разработку комплекса станций, способных менять погоду в отдельных уголках планеты. Не буду вдаваться в технические подробности и описания физических процессов, а постараюсь объяснить все доступно и коротко. После трех лет непрерывных исследований была создана система Л.И.П.У., или локального изменения погодных условий. Испытания прошли успешно, в засушливых районах ученые смогли вызвать осадки, в холодных местах увеличили температуру окружающей среды, - в общем, эксперимент оказался удачным и был признан перспективным.

Но что такое изменение погоды на небольшой территории? Это же мелочи. Инвесторы захотели большего, им нужна была система Глобального Изменения Климата, или, как ее позже назвали, GCC, причем не столько для мирных нужд, сколько для военных. Достаточно представить ураган или цунами, искусственно созданные людьми и уничтожающие любой город на планете за считанные часы - это будет страшнее пресловутой водородной бомбы Сахарова… При испытаниях системы что-то пошло не так. GCC начал действовать неадекватно, а остановить процесс было уже невозможно. Климат изменился, и мир начал остывать. Вы скажете: что такого, что похолодало на пять градусов? Всего пять, это же не пятьдесят и даже не двадцать... Но пять градусов в месяц - это очень много. К концу первого года средняя температура в пустыне Сахара была минус три, к концу второго года уже минус двенадцать. Сейчас Сахара, как всем нам известно, это по-прежнему безжизненная пустыня, но уже холодная, с невероятным количеством сухих гроз.

Первые годы зимы были самыми тяжелыми. Примерно девяносто процентов населения планеты погибло. Государства не могли справиться с хаосом, который воцарился в мире.

Правило нового мира - каждый сам за себя; все союзы распадались, все договора расторгались, границы стирались, превращаясь в лед. Островки человечества, пережившего первые годы, медленно исчезали, заносимые снегами. Но гибкий ум и дикое желание выжить спасло часть людей. В США, в Европе и даже у нас в России сохранились города, жители которых смогли адаптироваться к новым условиям существования и даже совершить технические прорывы в некоторых областях. Сейчас, по прошествии четырнадцати лет, этот рассказ звучит как страшная сказка на ночь. Мы уже привыкли и приспособились к новым условиям жизни, мы по своему счастливы и не хотим радикальных перемен, слишком дорого нам они обходятся. Мы живем в благоустроенном городе. Свет и тепло нам дают геотермальные станции, еду - гидропонные фермы и продукция корпорации “Синтез-продукт”, нас охраняют высокие городские стены и бойцы господина Хватова. Разве это не рай? Возможно, для одичавших и озверевших дегродов за стенами это манна небесная, но мы, образованные люди, понимаем, что всему приходит конец. Если мы не изменим ситуацию сейчас, то у нас просто не может быть будущего.

- Что вы предлагаете? – Грапп смотрел на оратора с сомнением.

- Я математик. Мы совместно с моим отцом, академиком Генрихом Крамером, создали и просчитали модель, опираясь на которую мы сможем перенастроить GCC. Имея более полную картину и точный расчет, мы сможем разослать информацию по оставшимся городам. Американцы перенастроят свою часть системы, которая находится на Аляске. А вы знаете, что их комплекс является крупнейшим; вкупе с нашими установками на Новой Земле и в Ростовских степях, мы сможем начать глобальную оттепель. Как ученый, скажу вам, что резкое потепление принесет не меньше бед, чем похолодание, и не нужно настраиваться на быстрый результат, но этот результат будет, я вам гарантирую.

- Так в чем же дело? Приступайте к выполнению своего плана, - брюзгливо приказал директор Грапп.

- Дело в том, господин директор Грапп, что для полного расчета модели мне необходимо очень много времени – никак не меньше пяти лет. Я думаю, у нас нет такого запаса времени. Я изучил состояние нашей энерго-системы и просчитал время наработки оборудования на отказ. У нас шесть лет, максимум семь. Потом мы столкнемся с глубоким энергетическим кризисом…

- И как же решить эту проблему? Лично у меня нет желания умирать во льдах, я вообще жару люблю. Я хочу греть косточки на пляже и пить коктейли из свежевыжатых соков, – вмешался директор по сельскому хозяйству.

- Что, Петр Наумович, молодость вспомнил? – гоготнул Генеральный.

- Выход всегда есть. Нам необходимо закончить расчеты. Теория, которую разработали мы с отцом, теория над которой мы трудимся уже четыре года, имеет право жить. Для начала нам нужно лететь в Екатеринбург. У них есть математики нужного уровня, а главное - мощные компьютеры, которые сократят наши расчеты до шести, максимум восьми месяцев.

- Вы понимаете, что это поездка потенциально опасна? Да и как вы, себе это представляете? Преодолеть восемь с половиной тысяч километров, без дозаправки, в условиях крайне низких температур. Это авантюра. И лично я не дал бы вам самолет, - категорически заявил Хватов. - Уже десять лет никто не был в Екатеринбурге. Редкие переговоры по старым системам связи - это одно, а вот лететь туда… Я бы не советовал. Но если Директорат прикажет, то я буду вынужден исполнить…

- Генерал Хватов, я понимаю, что наши самолеты по пальцам можно пересчитать, и вы не хотите рисковать, но других способов, кроме личной доставки я не знаю. Системы связи не в силах передать такие массивы информации.

- А вы на самом деле уверены, молодой человек, что все ваши расчеты хоть чего-то стоят, и что это не очередная призрачная надежда?

- Я считаю, что лучше сделать и раскаяться, чем не сделать и сожалеть. Тем более я готов сам доставить информацию и обработать ее там же, совместно с учеными Екатеринбурга. Подумайте, на что вы готовы пойти ради мечты?

- Вот именно, что мечты. У вас детские игры в супергероев в голове, а нам необходимо заботиться о наших гражданах, давать им тепло, свет и еду. Вы можете посеять надежду в умах людей, и ее крах приведет к неприятным последствиям. Один раз мы уже давали людям пищу для ума, и что мы получили? Баррикады на улицах, сотни трупов и огромные убытки. А все потому, что такие же ученые, как и вы, самонадеянные, повесившие на себя Божьи ярлыки, разве что нимбы не подрисовавшие. На каждом углу, во всех газетах они кричали, что изобрели препарат, который подарит людям счастье, препарат, который изменит мир. А что вышло на деле? Психоделический наркотик, известный как Радуга, который разрушал личность человека. Да, он делал его счастливым, но много ли надо для счастья ограниченному имбицилу, много ли надо для счастья навозной мухе? Вы молчите, Крамер, потому что вы не уверены в том, что справитесь, вам нужен дешевый пиар, вы хотите славы и известности. А вы не думаете, что выделенные на вашу авантюру ресурсы, могут понадобиться людям, которые днями и ночами работают, чтобы обеспечить вас, и таких как вы, едой и светом.

- Вы можете думать что угодно, господин Маркелов. Я, - слышите? - я знаю, что эта модель сработает. Это шанс, и нам необходимо им воспользоваться. Я пешком пойду в Екатеринбург, но сделаю то, что должен сделать.

-Успокойтесь, молодой человек, вы слишком возбуждены. Господин директор Маркелов не хотел вас оскорбить, но доля истины в его словах есть. Мы не можем рисковать общественной ситуацией, нам не нужны новые волнения. Сейчас свободных ресурсов, на проведение подобного рода операций у нас нет. Научный совет еще раз детально изучит все, что вы предлагаете, затем ведомство господина Маркелова попробует найти возможность организовать вашей экспедиции снабжение, и только потом уже будем решать вопрос с транспортом. Это может занять значительное время. Мы обдумаем ваше предложение, и мой секретарь свяжется с вами, а сейчас извините, но Директорат вынужден продолжить заседание по более, так сказать насущным вопросам.

- Я все понял, господин генеральный Директор. Спасибо, что дали высказаться.

Крамер поспешил покинуть зал заседаний, ни на кого не глядя; лишь обернувшись на выходе, он поймал на себе сочувствующий взгляд отца.

Это был крах. Крах Александра Крамера. Крах надежд и цели всей его жизни. Цели, к которой они с отцом шли так долго. Прямо на глазах, надежды разбиваются о стальные борта бюрократии, как бутылка с шампанским разбивается при спуске корабля на воду. Корабль “Теория Крамера”, сгниет, так и не покинув верфи.

Одев на ходу теплую куртку, молодой человек выбежал на улицу. Тротуары как таковые перестали существовать, теперь вдоль каждого здания проходили широкие отапливаемые тоннели. Сейчас, когда была закончена последняя часть стены, окружающей город, инженеры начинали возводить купол, который бы накрыл весь город, но, как заявил генеральный, он будет достроен не раньше, чем через полтора года. А пока либо тоннели, либо открытые пространства улиц. Но только самые отчаянные экстремалы гуляли на открытом воздухе. За пятнадцать минут таких прогулок можно было отморозить нос, через полчаса начинала замерзать оболочка глаза, а если, не дай Бог, пробыть без движения на свежем воздухе часок-другой, вас отковыряют от земли ломиком, в крайне непотребном виде. Предупреждающие плакаты висели в каждом доме, дети в школах часами изучали правила поведения и технику безопасности при пеших прогулках на воздухе. Крамеру же было наплевать на все запреты; кровь в венах кипела от негодования, сердце колотилось в бешеном ритме, во взгляде читалась вселенская решимость, взять-таки и дойти до Екатеринбурга пешком, прямо сейчас, чтобы доказать этим бюрократам, чего он, Александр Крамер, стоит. В последний момент ему даже казалось, что он идет по дороге из желтого кирпича, так же, как Элли и Тотошка шли в Изумрудный город.

- Твою же мать, похоже, я замерз, - мысль молнией пронеслась по мозгу, попутно сбив настройки мозжечка, и Крамер, перепутав верх с низом, свалился лицом в жесткую придорожную наледь. Кровь, сочившаяся из рассеченной брови тонким ручейком, текла по льду, практически мгновенно замерзая.

- Так тебе и надо, Крамер, доигрался. Шутить с нашим ведомством - себе дороже. Как говорится, попал один раз на карандаш, и все, пиши пропало… А ведь какой перспективный был ученый, великий, можно сказать, математик! Эйнштейн новый... Нет, Крамер, я в тебе не ошиблась, ты еще себя покажешь, главное помни, что это было последнее китайское предупреждение.

Фигура в черном плаще с капюшоном стояла в пол-оборота, и Александр не мог различить черты лица говорившего.

- А ты кто?

Фигура резко метнулась к лежащему Крамеру и со всей силы рванула его за воротник и приподняла со льда. Под черным капюшоном зиял череп.

- Я смерть твоя! Ха-Ха-Ха!

Александр что-то замычал и попытался вырваться из цепких костлявых лап.

- Вколите ему еще пару кубиков успокоительного, а то он нам все оборудование переломает.

Неожиданный укол в шею на мгновение отрезвил Александра. Он открыл глаза и попытался осмотреться, но в тот же миг все снова поплыло, углы скруглились, четкость упала, и бедняга снова отключился.

Пробуждение было тяжелым, как будто костлявая рука все еще держала его, тянула в черную холодную воду, не давая вдохнуть живительного воздуха.

Крамер отрыл глаза. Он жив, может двигаться и это уже хорошо. Парень прислушался к своему телу. Болело везде, как будто асфальтовый каток проехался по нему, вжимая бренное тело в жесткий лед. Александр осмотрелся. Грязно-желтые стены, какой-то аппарат с экранчиком, и нестерпимый запах медикаментов. Крамера всегда тошнило от больниц, но сейчас он был рад, что лежит на койке. Пусть и в ненавистном заведении, но живой, это лучше чем лежать на свежем воздухе замерзшим и свернувшимся калачиком трупиком.

- Слава Богу, не замерз до смерти… Вот я дурак! Вел себя как мальчишка. Уже тридцать два, а юношеский максимализм еще никак не выветрится из мозгов... О черт, надо же с отцом связаться, потерял ведь меня старый!.. Так, где же кнопка вызова?..

Александр покрутил головой, но кнопку вызова медсестры так и не нашел. Он попытался позвать доктора, но из горла вырвался лишь мерзкий хрип, и в легких странно забулькало. Эта попытка причинила адскую боль. Казалось, что в горло насыпали раскаленного песка вперемешку с красным перцем, бронхи разрывались от боли. Крамер чувствовал, как его голосовые связки увеличились и опухли, о попытках позвать кого-нибудь не было и речи. Оставалось лежать, тупо уставившись в дверь, и ждать, когда придет врач с обходом или медсестра, чтобы поменять утку.

Ждать пришлось долго; видимо, про бедного Сашу все забыли. Он уже отчаялся кого-нибудь дождаться, когда дверь открылась, и в палату вошел врач. Он оказался ровесником Крамера, высокий, подтянутый, с копной черных, как смоль, вьющихся волос.

-Я доктор Афанасиади. Зовут меня Евклид Христофорович. А вы, судя по документам, Крамер Александр Генрихович…

Крамер кивнул. Ему определенно нравился этот врач - с первых же секунд, когда доктор вошел, Саша понял, что они с ним родственные души.

- Господин Крамер, мы с вами ровесники. Можно, я буду называть вас Саша, а вы меня Евклид? И давайте сразу на ты.

Крамер одобрительно кивнул; роль немого его начинала напрягать, и он жестами попытался объяснить Евклиду, что не плохо бы получить от него блокнотик и ручку, чтобы хоть как-то оживить общение.

- Сейчас, сейчас…

Афанасиади вышел в коридор и через пару минут вернулся, радостно помахивая блокнотом. Карандаш и блокнот перекочевали к Крамеру.

“Вы сообщили отцу, где я?” – коряво вывел Саша на бумаге. Руки еще плохо слушались, в пальцах не было силы, и подчерк стал просто нечитабельным.

- Да, он в курсе. Но сейчас он на каком-то важном заседании и не может приехать навестить тебя. Но сказал, чтобы мы о тебе заботились и не давали тебе заскучать. Я скоро приду, надо сделать обход.

Александр хотел было узнать про свой диагноз, но громкие шаги, доносившиеся из коридора, сбили его с мысли. В палату, широко распахнув дверь, влетел Генрих Крамер. Он попытался улыбнуться, но улыбка вышла какой-то вымученной, и Александр увидел, как тяжко дается отцу каждое слово.

-Сынок, я только что вернулся с заседания Директората. Эти бюрократы решили обсудить твои предложения через пол годика. Нет у них сейчас времени на такие мелочи. Но ты не расстраивайся, я что-нибудь придумаю. Есть один человек, он сможет нам помочь, но для начала тебе необходимо на ноги встать. Евклид сказал, что у тебя острый флегмонозный ларингит. Не вылечил до конца простуду, вот и аукнулось тебе. Я кстати тебе апельсинов принес, витамины.

-Синтез? – нацарапал на листке Крамер.

-Натуральные. Из элитной теплицы.

-Они же жутко дорогие!

-Это подарок. Отдыхай, сынок. А я пока буду решать вопрос с нашей экспедицией, есть в этом городе люди, которые могут нас поддержать. Мы им еще покажем, этим буквоедам…

Генрих сжал сухонькую ладонь в кулачек, получилось не очень убедительно, но все же немного приободрило Александра.

Генрих поцеловал сына и ушел.

Зайдя проведать пациента, Евклид обнаружил того спящим. Крамер лежал на боку и посапывал как младенец. Рядом с кроватью стоял прозрачный пакет полный апельсинов, сверху лежал листок, вырванный из блокнота.

“Евклид, будь другом, отнеси апельсины детям, с самыми тяжелыми заболеваниями. Заранее спасибо”

-Будь я проклят, но этот человек изменит мир! – легкая улыбка тронула красивое лицо грека.

В последующие две недели Евклид практически не уходил из палаты Крамера. Молодой врач приложил все свои знания и опыт, чтобы в максимально короткий срок поставить математика на ноги. На пятый день процедур к Крамеру вернулся голос, для двух молодых людей, привыкших общаться посредством блокнота, живое общение было ново, и теперь уже Крамер болтал без умолку, не давая греку вставить и слова.

-Я почти неделю слушал твои байки из морга, теперь твоя очередь. – хохотал Крамер, рассказывая другу очередной плоский анекдот на тему математики.

Генрих Крамер заходил к сыну еще два раза. Ссылаясь на острую нехватку времени и кучу работы, он постоянно извинялся и обещал как-нибудь вырваться и навестить его.

Глядя на отца, Александр понимал, что тот скрывает от него какую-то важную информацию. В одну из встреч он задал вопрос в лоб

-Отец, что ты от меня утаить пытаешься? Может Директорат дал согласие на экспедицию? Или ты нашел какие-то ошибки в моих расчетах?

-Саша, лечись. Не торопи события, всему свое время. А про Директорат забудь, они уже забыли о твоем существовании и уж тем более о твоей “ненужной теории”. И еще, как у вас отношения с Евклидом? Он надежный парень?

-Отец, да мы с ним просто как братья близнецы. Одни интересы, одинаковые увлечения, особенно страсть к шахматам. Скажи, а у меня правда не было брата, или ты все эти годы скрывал от меня его существование?

-Раз шутишь, значит, скоро выписываться будешь. Хватит задницу на казенной койке пролеживать, дел невпроворот, а ты тут в шахматы играешь. Да анекдоты травишь. – Крамер-старший попытался изобразить негодование на лице, но актер из него был никудышный и Саша невольно улыбнулся.

Отец склонился над лицом сына, как будто хотел поцеловать на прощание, но вместо поцелуя он быстро и очень тихо заговорил.

-Саша, за мной следят. Если что-нибудь случиться со мной, то найдешь человека по фамилии Наумов. Зовут его Иван. Он начальник лаборатории спец разработок. Он в теме и поможет тебе.

-Но, отец…

-Выздоравливай сынок, тебя ждут в лаборатории. Директорат нам дал задание. – Уже нарочито громким голосом сказал Крамер.

Кажется, до Александра начало потихоньку доходить, почему отец так себя вел, и он по-настоящему испугался за его жизнь.

Ваша оценка: None Средний балл: 8.3 / голосов: 44
Комментарии

Понравилось. Необычно.

Даёшь новый жанр, и получается лучше, чем прошлый, как по мне.

Грамматику проверь, нужно поправить.

А так леплю +10. Язык хорош.

МНе тоже понравилось =)) 10=) без лишних слов ....А 25-й год что с ним, будет ли продолжение?? заранее спасибо.

________________________

зло это лишь точка зрения.

Танкер, я пока взял перерыв с 25м годом.

_______________

Ешь,гуляй,ни хрена не делай,сри где хочешь-Это твоя страна!!!Голусуй за единую россию!

Вобще, если честно немного устал от стрельбы. хочется ненадолг уйти от этого.вот и пробую написать приключеньческую историю в условиях вечной мерзлоты

_______________

Ешь,гуляй,ни хрена не делай,сри где хочешь-Это твоя страна!!!Голусуй за единую россию!

Тоже ставлю 10.

Но советую переписать доклад и прения - как-то неубедительно и вяло. Зачем ГГ рассказывает предысторию, которую остальные знают не хуже? И это при том, что сама суть доклада уместилась в одно предложение. И на язык в этом моменте тоже обрати внимание:" За первый год от эпидемий, голода и холода умерло три миллиарда человек, вы представляете три миллиарда. Правило нового мира, каждый за себя, все союзы распались, все договора сожглись, границы стерлись, превратившись в лед" - словно писал второпях, безо всякой правки.

Да, и в начале говорится, что Крамер живет вна "последнем островке". А что тогда Ебург?

А так все здорово.

____________________________________________________

Вначале было Слово...

Ок исправлю. спасибо за замечания

_______________

Ешь,гуляй,ни хрена не делай,сри где хочешь-Это твоя страна!!!Голусуй за единую россию!

Хорошо написано, виден прогресс. Понравилась задумка, затравка, так сказать, есть.

Касательно доклада, могу сказать, что он больше похож на пролог к рассказу, т.к. описывает предысторию событий. Попробуй ввести в речь Крамера немного любопытных вещей, которые не стали бы раскрывать суть полностью. Допустим, "все мы помним что было полгода назад, поэтому останавливаться на той трагедии я не буду..." или "мы не должны повторить тех ошибок, которые стоили нам тогда дюжины инженеров..." На мой взгляд, это наполнит мир событиями, выйдет за рамки происходящего. Короткие, не навязчивые ссылки на предыдущие происшествия.

"Вообще проблема износа встанет очень остро в ближайшие два три года, и если мы не найдем выход то это будет крах, скоро ситуация выйдет из под контроля и мы зайдем за черту, после которой уже не будет возможности все исправить."- зацепило за живое.

Хорошее начало. 10. А когда продолжение будет?

Вот немного подправил. Спасибо Вить за коммент. Я понял свою ошибку в написании 25го года, замахнулся на большие объемы глав. здесь я поскромничаю и буду писать главы страниц по 5-6. так что вторая глава не заставит себя долго ждать

_______________

Ешь,гуляй,ни хрена не делай,сри где хочешь-Это твоя страна!!!Голусуй за единую россию!

Жжесть...

Гы. Пришла крамольная мыслишка, что, раз система Глобального Изменения Климата - то и планета ГИКнулась...

Отличное начало! Уже холодно, а что будет дальше...

Сюжет - 10/10, техника исполнения - 10/10, средний балл - 10/10.

И еще, Вов: <шепчет на ухо> с девчОнками-статистами правильно пишется... И: \\Глубокие морщины как будто разрезали худощавое лицо, выцветшие глаза и седые тонкие волосы\\ - это у него не только лицо, но и глаза с волосами морщинистые?;)

__________________________________

ДРЕВНЕЙ МЕНЯ ЛИШЬ ВЕЧНЫЕ СОЗДАНЬЯ,

И С ВЕЧНОСТЬЮ ПРЕБУДУ НАРАВНЕ.

ВХОДЯЩИЕ, ОСТАВЬТЕ УПОВАНЬЯ.

Данте. Ад

Мне понравилось...10. Когда продолжение?))

Обычно не останавливаюсь на рассказах с тегами: похолодание, катаклизм, ледниковой период, считая, что в сюжетах - катастрофах сказано если не все, то очень многое. Наверное, и в этот раз прошел бы мимо, если бы не название главы.

Ну, что же - история, рассказанная на собрании, не кажется высосанной из пальца. Возможно, тема будет немного избита в дальнейшем, но верится, что это будет другой угол многогранника историй- катастроф. В целом, история этой части произведения показалось интересной и не перегруженной деталями, которыми авторы стараются “украсить” свою первую главу, оставив читателя один на один с ворохом ненужных и непонятных событий.

"Синтез-продукт"- похоже, то это какая-то универсальная компания, обеспечивающая продовольствием весь город. Похоже на всемогущую корпорацию из Fallout: помните, там была компания, занимающаяся строением подземных убежищ. Эта компания стала каким-то символом, что ли. Ощущается некоторое схожесть с "фирмой", описанной в рассказе.

Стиль текста не режет глаза. Порой, проскальзывают грубые ошибки, но общей картины все-таки не портят. Есть и другие шероховатости, тавтологии, например.

Понимаю, что 1-ая часть-всего лишь маленький кусочек мозаики, но не могу не сказать про образы персонажей. Получились какими-то искусственным и скупыми на лишнее слово (за исключением главного героя). Собрание в городе с цель обсудить важнейшею проблему, показалось сходкой людей, собравшихся у директора и, поджав хвосты, потихоньку рассказывают о "накопившемся". Этот момент показался самой не прописанным и нераскрытым в этой части. Пишите живых людей, а не плоть с человеческими функциями.

"Границы стерлись"- хочется выкрикнуть "и вся грязь превратилась в голый лед". Из-за таких предложений начинаешь понимать рассказ. Продолжайте произведение.

Сюжет-8 (хорошая история, продолжение которой хочется прочитать)

Стиль-7(не хватает "живых" героев, которые оставались бы в памяти надолго)

Замечание понятно.но хочу сказать вам,что совещания у директора это не пиво попить с друзьями.нужные герои со временем окрасятся в яркие цвета.

_______________

Ешь,гуляй,ни хрена не делай,сри где хочешь-Это твоя страна!!!Голусуй за единую россию!

10 ХОРОШО. Хочется еще.

Но.

Замечания:

Найди сде-нибудь стенографический отчет о какой-нибудь конференции КПСС. Если получится подобное описание заседания, будет просто супер. Больше эмоций, больше акцентов.

Бей предложения. Если одно очень большое можно разбить на два средних - разбивай. Из-за длинных предложений иногда тяжело читать.

______________________

Я люблю ощущать жизнь...

Общего восторга от написанного не разделяю. Не затянуло вовсе. Искусственно как то излагает автор.

Свежего взгляда не увидел, герои не порадовали, не покидало чувство "где то я это видел, слышал, читал...". Наличие большого количества пунктуационных ошибок (сам не силен в этом). Ну, и конечно же, не без ошибок другого типа. Стилистические ляпы и неудачный подбор слов. Ниже привел привел примеры неудач, которые сразу в глаза бросились...

Общее впечатление - текст не доработан, недодуман. Автор торопился...

Помощники руководителей и секретари каждые десять минут приносили своим начальникам распечатки со свежими данными по интересующим больших боссов вопросам. .... управленцев... (4 синонима для одного и того же понятия в 2 предлоежнеиях, на мой взгляд тяжеловато с точки зрения стиля)

удостоен присутствовать (УДОСТОИТЬ удостою, удостоишь, сов. (к удостаивать), кого-что (книжн.). 1. чего.. Нужно добавить, например, удостоен права....)

держа в руках горячую кружку (думаю, он вряд ли хотел наслаждаться тишиной держа крушку в руке, скорее попивая тот или иной напиток.)

статистики и поболтать с девченками-статистами (статистики-статистами - имхо, не айс)

все договора сожглись (только пассив, были сожжены или если нужден актив - потеряли силу, прекратили действие и так далее)

Системы связи не в силах передать такие массивы информации (не в силах, в основном применяется в отношении живых свществ, в отношении техники и так далее через такие понятия, как возможность, способность... не позволяли, например...).

по дороге из красного кирпича, как Элли и Тотошка шли в Изумрудный город (фактическая ошибка. Кирпичики в сказке Волокова были желтыми, если мне память не изменяет.)

перекочевали в Крамеру. (предлог не В а К)

____________________________________________________

Прежде чем ставить мне оценку, пожалуйста, прочитайте.... http://deadland.ru/node/1965

Идея неплохая,но момент когда Крамер вышел на улицу и чуть было не замёрз,думаю,стоит немного шире раскрыть.Его ощущения,как холод сковывает тело,начинает плохо соображать голова,сонливость и т.д.А уж потом он должен понять,что замерзает,но уже ничего не может сделать,ну а уж дальше,встреча со смертью.7 балов :)

Присойденяюсь к переделиванию доклада. предысторию можно дать как вступление к книге, да к книге а не рассказу. Я надеюсь что ты взялся за это серьезно))) Написано очень хорошо, выдержан стиль и воопще профессионально))) мне понравилось +10

______________________________________________________________

Сила зависит лишь от того, какого рода знанием владеет человек. Какой смысл в знании вещей, которые бесполезны? Они не готовят нас к неожиданной встрече с неизвестным.

Склоняю голову перед читателями и обязуюсь все исправить

_______________

Ешь,гуляй,ни хрена не делай,сри где хочешь-Это твоя страна!!!Голусуй за единую россию!

Немного поправил, читайте, ищите косяки с уважением ваш партизан

_______________

Ешь,гуляй,ни хрена не делай,сри где хочешь-Это твоя страна!!!Голусуй за единую россию!

опачки.... поменялся сюжетец немного

Нда уж... Я конечно не авторитетный критик, но мне понравилось, а вот богатый опыт читателя говорит о том, что у такого начала очень часто бывает захватывающее продолжение. +10

Быстрый вход