Рассвет. ч.1, гл I

Рассвет.

Рассвет летом в Петербурге начинается очень рано. Или поздно ночью, кому как. Острые солнечные лучи бьют в глаза и будят меня. Я встал с кровати и на ватных ногах задернул шторы. Стало чуть темнее, глаза не резало. Можно спать дальше.

Я вздрагиваю и просыпаюсь. Где я? Мозг нехотя заработал и выдал нужную информацию. Общага, ну да. Тру лицо руками, вспоминаю, события предыдущих дней.

Амфетамин, гашиш на старте и какой-то дичайший самогон на финише. Поспал нормально только эту ночь, и состояние было вполне на удивление приемлемым. Три дня назад, Кис, мой сосед по комнате и безумный наркоман по совместительству, выставил на стол увесистый полиэтиленовый мешочек с белым порошком и черной плиткой, походящей по виду на горький шоколад. Я не фанат такой диеты, но в тот вечер я почему-то махнул рукой на курсачи и зачеты, и уверенно выдвинулся на стартовую линию марафона.

Три дня пролетели как один. Сначала я обращал внимание на то, как незаметно темнело за окном и как незаметно светало. Потом мой мозг перестал реагировать на смену дня и ночи. Время остановилось. Как день сменял ночь, так и один человек сменял другого у нас в комнате. Халявные наркотики всегда притягивали людей питающих к ним слабость, а среди молодых студентов, таких, как правило немало. Карусель сменявшихся лиц знакомых по блоку, этажу, факультету, университету перестала меня заботить в первые часы. Я просто предавался декадансу.

Перед тем как обрубили интернет на первый день, мы успели посмотреть один ролик в инстаграмме. Там было безумие: костры из тел, вооруженные американские колхозники-рэднеки, одноглазый шериф с овчаркой, стрельба, улюлюканье, висящие на суках люди. Балаган, ей-богу. Стояли передвижные ларьки - в них выдавали хот-доги и кофе. В описании было написано: это какой-то Эван-сити в Пенсильвании, что в США. Я был не в том состоянии, чтобы понять, что к чему. Весь этот сумбур походил на малобюджетную короткометражку-ужастик. Если этот видеоролик у меня вызвал крайнее непонятие происходящего, то у Лиры, одной из тех кто зашел к нам на огонёк, он вызвавал бурную истерику смеха и слёз. Я так и не понял, что тут смешного. По телеку, который работал на фоне, показывали муру: большинство каналов не работало, а на тех, что работали, выступали мужчины в костюмах и что-то объясняли. Вникать о чем идёт речь особо не хотелось. Были дела поважнее: я например, решил завершить чертеж фасада из курсовика, но что-то пошло не так. Вместо фасада на ватмане красовалось что-то не понятное, похожее на огромный лабиринт. Чертеж потерян безвозвратно. Да и хрен-то с ним.

Чтож, нужно идти в универ, узнать как мои дела в деканате. Ничего хорошего я не ждал. Вместо того, чтобы исправить свое бедственное положение в сдачи сессии я поддался уговорам своего соседа по комнате.

Я взял телефон. 9:00. Интернета нет, но связь есть. Нужно скорее поднимать свою жопу. Падкие на халяву товарищи давно разбрелись: напоминанием о них лежали на столе пепельницы полные бычков, белая пыль на столах, да разбросанные по углам копченные бутылки. Козлы.

Вечером прибывала моя зазноба Мика. Мне хотелось бы её встретить, несмотря на её сообщение «Встречать не нужно». Это сообщение ну никак не воодушевляло.

Улица приветствовала меня свежим дыханием. Солнечные лучи несли новый день в темные уголки дворов. Дышалось мне на удивление легко. Утренняя свежесть и безумно пьянящие ароматы цветов из палисадника заставили забыть обо всем. Хотелось танцевать.

Пружинящей походкой я буквально полетел в сторону метро «Василеостровская» в прекрасном расположении духа. Будто и не занимался эти дни ничем предосудительным.

Я только осознал, что все три дня не высовывал нос на улицу. Я шагнул в забытый мир людей, мигающих светофоров и безумной суеты.

I Метро

Василеостровская. Благо, сейчас не час пик, и нет около входа чудовищного столпотворения. Я лениво перелез через лабиринты ограждений. Я всегда про себя сравнивал эти ограждения на входе с загонам для овец с противно-розовыми бантиками.

Подходя к турникету, я увидел старого служащего метрополитена в форме, при погонах. Он держал вместе сцепленными руки, между пальцев сочилось что-то красное. Кровь? Он что-то недовольно рассказывал полицейскому сержанту, тот в свою очередь только кивал. Рядом два других полицейских крутили непонятную личность и пытались оттащить её в свою каморку.

О чём шла речь мне не давала понять песня Пинк Флойдов «The Wall» в моих наушниках. Но по губам работника метро я уверенно прочитал слово «Пидор».

Сержант похлопал метрополитеновца по плечу и помог своим коллегам унести брыкающегося гражданина к себе в кабинет. Видимо буйный пьяница с перепоя.

Народ удивлённо смотрел на происходящее и шёл дальше. Я приложил свою БСК к считывателю. Люди ехали как на конвейере, такие разные по внешности и возрасту, но все одинаково хмурые и не выспавшиеся.

После приема препаратов мозги были еще набекрень. Глядя на людей на эскалаторе перед глазами выплыли кадры из клипа той самой песни «The Wall»: школьники едут по конвейеру в мясорубку, которая олицетворяла систему образования Великобритании, да и Систему в целом.

We don't need no education.

Ту систему, которая тебя перемолет в фарш. Уж будьте уверены.

We don't need no thought control.

Ту систему, которую в своих песнях призывали уничтожать и отFUCKать во все щели британские панки всех мастей.

No dark sarcasm in the classroom.

Ту систему, против которой, французские студенты-анархисты с огоньком зажигательных смесей в бутылках выходили на улицы Парижа в мае 68-го.

Teacher, leave those kids alone.

Ту систему, которая предоставляла блага цивилизации, давала возможность жрать вдоволь и не бегать с голой жопой по лесу в поисках пропитания.

Hey, Teacher, leave those kids alone!

Ту систему, которая любезно предоставляет тебе роль маленького кирпичика в большой стене.

All in all it's just another brick in the wall.

Действительно, отходняки еще крепко держали меня за яйца. Знал бы я, насколько удачной окажется данная ассоциация с конвеером и мясорубку.

Сошёл с эскалатора беря левее в обход кучкующихся людей. Пол под ногами завибрировал - подъезжал поезд в мою сторону. Не доходя до предпоследней двери около метра, я почувствовал, что поезд остановился. Все железные двери разом разъехались. Дальше произошло что-то совсем немыслимое. С вагонов выбегали люди, толкались, спотыкались, распихивали стоявших на перроне. Я встал в ступоре, не понимая сути происходящего.

Передо мной появился лысый мужчина средних лет в коричневой кожанке, он пытался схватить мою руку. Глаза у него были безумными от страха. Я попятился. Чья-та здоровенная рука обхватила тонкую шею перепуганного мужичка, и потянула назад. Мужчина вскрикнул, беспомощно смотря мне в глаза, попытался ухватиться за мою руку в надежде зацепиться хоть за что-то. Но ему удалось схватить только мои наушники.

All in all you're just another brick in…

Песню прервал противный, оглушающий хруст выдергиваемых наушников-вкладышей.

Из равномерно волнующегося психоделического моря музыки Флойдов, мой слух перекинули в бешеный поток невообразимого и отвратительного шума: криков, плача, животного рёва, матов, смеха, топота. Безумная смесь звуков эхом отражалась от мраморных полов и стен. Лысого мужика в коричневой кожанке повалил на землю препротивный жирдяй. Нелепыми движениями, словно паралитик, жирдяй обхватил лысую голову, пару раз ударил её о пол, хихикнул и впился зубами ему в лицо. Вид тёмных пятен крови на коричневом полу нажал кнопку «Бей или беги» внутри меня. Это вывело меня из ступора. Я развернулся и побежал в сторону эскалатора. Вокруг творилась невообразимая свалка: на полу лежали тела, одни люди били других, что-то крича, другие бегали из стороны в сторону.

Из противоположного поезда выходили люди со скучающими лицами, которые в момент менялись на выражение удивления, а затем ужаса и паники.

Краем глаза я заметил в углу крепко слаженного паренька, по видимому боксера, в майке и спортивной сумкой за спиной. Он был окружен недоброжелателями и лихо укладывал их своими кулаками-кувалдами. По очереди они падали на пол, под градом тяжелых ударов. Потом тут же подпрыгивали и лезли к боксеру. Они ломились к нему не пытаясь даже увернуться от молниеносных атак. Нападавших было слишком много, они прижали к стене боксера и повалили его на пол, облепив его как мухи. Я только увидел дергающиеся ноги спортсмена. Мастерство мастерством, а количество количеством.

Я помчался дальше к эскалатору, стараясь увернуться от бегущих людей. Передо мной возникла девушка-блондинка в голубом легком пиджаке. По выражению её лица стало ясно, что с головой у этой мадемуазель не все хорошо, и ничего доброго от неё ждать не придётся. Кнопка «Бей или беги» была всё еще включена. Теперь сработал вариант «Бей». Я никогда не бил на автомате кого-то по лицу. Тем более девушку. Однако я её стукнул прямо в челюсть.

По костяшкам правой руки как будто ударили битой, боль была жгучей. Блондинка упала, ну и чёрт с ней. Я перепрыгнул её, едва касаясь носками кед её тела. Проехался боком по кровавой луже, как по льду, с трудом сохранив равновесие.

До эскалатора оставалось ещё примерно шесть дверей. На подъеме была давка, все пытались подняться вверх, но народу было очень много, и движущаяся лестница не была рассчитана на такое количество людей.

Выход был забит людьми. Мой взгляд упал на будку, в которой сидела метрополитеновская тётка, которая занималась разве что только тем, что кричать в микрофон «не бегите по эскалатору». Сейчас её обязанности контроля над пассажиропотоком нарушал изливающий слюну неадекват. Он разбил стекло и всем телом пытался ввалиться в будку. Женщина-вахтёрша визжала и пыталась отбиться от непрошеного гостя, который судя по кровавым пятнам на стекле уже умудрился травмировать её. Она сопротивлялась изо всех сил, но слюнявый почти полностью забрался к ней в будку. В результате борьбы был задет рычажок контроля над эскалатором. Эскалатор, идущий вверх, с грохотом встал. Спускающиеся вниз пассажиры округляли в ужасе глаза, глядя на происходящее. Поднимающиеся и убегавшие из этого дурдома пассажиры кричали и матерились, пытаясь растолкать и обойти друг друга на вставшем эскалаторе.

Я почувствовал, что в голове с щелчком родилась идея. Я её не успел осознать, как уже бежал к подъемнику. Резиновые поручни эскалатора были неподвижными, значит это давало мне шанс ухватиться за них и попытаться вскарабкаться по балюстраде. Я рванул, минуя огроменную очередь. Вскочил на балюстраду, ухватился за поручни двух эскалаторов. Справа от меня раздавались злобные крики, требовавшие шевелиться, жалобы и мольбы с просьбой пустить вверх.

Я не спеша начал подниматься. Передвигал руки по очереди, а за ними и скользящие по фанере ноги. Медленно и с трудом начал подъем вверх. Мышцы рук от перенапряжения забились вмиг, я докарабкался до первого фонаря. Правой ногой уперся о его железное основание. Секунду передохнул и начал карабкаться дальше. Руки болели ужасно, казалось пальцы уже не в состоянии хватать чёрную резину. Благо мне на пути попадались фонари и рекламные щиты, дающие мне шанс немного передохнуть. Справа от меня по прежнему толпились люди, некоторые смотрели на меня с удивлением, некоторые пытались буквально по головам лезть вверх. Мне было всё равно. Я лез вверх. Напряжённый всем телом, я продвигался миллиметр за миллиметром, как альпинист. Кто-то решил последовать моему примеру. Это был парень, как говорят про таких — просто широкая кость. Он слишком торопился. Кость была слишком широка — спасибо бургерам и кока-коле. Ноги его начали разъезжаться в разные стороны как у коровы на льду. Он попытался остановить падение, прижавшись к поверхности балюстрады. Раздался отвратительный скрип потных ладоней о полированную поверхность, и он покатился вниз разбивая лампы и рекламные щиты. Подобно Волку из «Ну Погоди!» он старался увернуться и объехать препятствия. У Волка, в отличие от этого паренька, был придававший маневренность алюминиевый тазик. Я глянул назад, на летящее вниз, как мешок с картошкой, с горки тело. Люди слева выпучили глаза, перешёптывались между собой, пытались разглядеть царящий внизу дурдом. Я не чувствовал рук. Сделал последнее усилие, и вот я сижу наверху, чтобы перевести дух.

Вдруг я увидел старого метрополитеновца, который, стоял около турникетов и держался за руку, когда я спускался вниз на перрон. Тогда он был зол и не доволен. Теперь он сиял от радости. Смеясь от души, дед по-молодецки перепрыгнул турникет и рванул к людям которые хотели спуститься вниз. Дед снарядом влетел в толпу. Толкнул крайнего пассажира в спину, он не удержался и полетел носом вниз, падая на следующего человека, который в свою очередь умудрился толкнуть бабульку с тележкой. Бабулька, падая вниз, тележкой снесла парня в строгом костюме. Толкая друг друга люди дружно с воплями и матами летели вниз по лестнице. Херово домино. Только вот люди, в отличие от костяшек, не ложились вниз плашмя — они катились кубарем по эскалатору, увлекая вместе с собой других впереди стоявших пассажиров, подобно лавине. Тем, кто имел счастье не расшибиться при падении, пришлось наслаждаться компанией агрессивных психопатов внизу.

В вестибюле толпился народ, я пытался кричать, чтоб все уходили. На меня смотрели как на идиота.

Оказавшись на улице, я увидел подъезжающие ОМОНовские Уралы, с недр которых выпрыгивали бойцы в шлемах с опущенными забралами. Словно римские легионеры они бежали строем в метро, с щитами и резиновыми дубинками наизготове.

Я рванул дальше. Внутри всё кипело от переизбытка адреналина. Свежий ветерок приятно охладил лицо.

Я побежал в общежитие, свернул со Среднего на одну из Линий. Наконец, когда уже устал бежать, я сел на маленькую изгородь отделявшую обосранный собаками газон от тротуара.

На таких изгородях обычно сидят любители бутылки погожими летними вечерами. На улице было тихо и спокойно, пели птички: чудесное летнее утро. Я оглянулся по сторонам. Из-под арки вышла овчарка, а за ней, покуривая сигарету, на поводке мужчина в трениках. Ребенок пытался догнать рыжего кота, который ловко прошмыгнул в подвал. Два мужика, в грязных майках, старались загрузить старый диван в газель. Изредка проезжали машины, шурша шинами по мокрому асфальту. Глядя на эти обыденные действия людей, и в целом на обычное утро, я не мог сообразить, что же произошло там, в метро. Я не мог поверить в то, что увидел под землей. У меня тряслись колени и руки, тяжело было восстановить дыхание.

Вдруг сверху раздался грохот разбитого стекла и истошный мат. В паре метров от меня, на асфальт, упал старый телевизор. Кинескоп и корпус разлетелись вдребезги. Зеленые микросхемы потрохами вывалились наружу. Следом за телевизором, на асфальт лицом вниз приземлился плашмя субъект в тельняшке. Он не шевелился, кровь не спеша растекалась в стороны из под тела. Со стороны метро услышал одиночные хлопки выстрелов. Ко мне вернулся ужас. Бардак который был под землёй, был настоящим, и похоже был не только в метро. Один из тех, кто грузил диван, от неожиданности увиденного, уронил его на свою ногу. Упоминание такой-то матери громом пронеслось по тихой улице. Это привело меня в чувство. Я встал и побежал.

Ваша оценка: None Средний балл: 6.1 / голосов: 8
Комментарии

рассказ отличный,только в некоторых частях не стоит очень сильно вдаваться в подробности.а так 9 из 10

Благодарю за высказанное мнение)))

"Амфетамин, гашиш на старте и какой-то дичайший самогон на финише. "

Спасибо, что в самом начале показали, что рассказ про поганого нарика. Разумеется, дальше читать не стал, жизнеописания всякого де..ма мне обычно не интересны.

Начало немного фантастическое тем, что уж больно много прыти показывает персонаж, ранее несколько суток к ряду бухавший и торчащий(или наоборот). В реале пока бы он оху@@ал, узрев начало столь стремительного пришествия Песца его бы уже пару раз укусили или затоптали пассажиры.

"..жизнеописания всякого де..ма мне обычно не интересны.."

Хе, стало быть сериал "Бойтесь ходячих мертвецов", начинающийся как раз с пробуждения наркомана(один из современных американских героев) был проигнорирован?

Мы до конца не знаем возможностей глав.героя)

"Хе, стало быть сериал "Бойтесь ходячих мертвецов", начинающийся как раз с пробуждения наркомана(один из современных американских героев) был проигнорирован?"

Даже не слышал про такой. Я и новые "451 по Фаренгейту" проигнорировал, потому что там Гай Монтэг - негр. Пускай его негры смотрят :) Причем я не расист, я ничего не имею против, когда негры изображают бандитов из гарлема или рабов на плантациях.

"..Даже не слышал про такой.."

Если это не шутка, то поясню: упомянутый мною сериал представляет собой предысторию незабвенных "Ходячих" и повествует про то, как сдохла от Z-вируса звездно-полосатая Америка (успешно доламываемая изнутри как мертвецами так и пока что живыми гнусными американскими налогоплательщиками и прочим цветным сбродом). И поскольку в той реальности смерть - это часто только начало, похождения персонажей естественно продолжились и после Пришествия Песца.

Только если все же решитесь посмотреть - предупреждаю сразу: так таковых хороших персонажей там нет, зато есть гады на любой вкус: от двинутой на голову школьной училки-психолога до сальвадорского "гестаповца", от "трудного" школьника до молодого реднека-массового убийцы(вот кто меня реально порадовал!) и хитрожопого негра-пед@раста и т.д. В общем, я предупредил.

"Если это не шутка, то поясню: ...."

Не шутка. Я не фанат "Ходячих..." хотя первые серии были еще ничего. Но потом сериал окончательно выродился в мыло, и после кажется третьего сезона, я перестал его смотреть.

" В общем, я предупредил."

Спасибо. Но смотреть все равно не буду :)

Я тоже не фанат "Ходячих", хотя отдельные моменты меня там радовали (вроде периодических кровавых наказаний персонажей за собственную лень и тупость). Та же тенденция от сценаристов сохраняется в предыстории - герои тупят и дохнут, из раза в раз влипая в то или иное говно, коего в бывших США и сопредельной территории теперь "выше крыши". Что ж поделать, не всем суждено стать Нагибателями зомбипустошей, так что остаётся лишь со злорадством наблюдать за тем как они снова и снова пробуют пристроится на теплое местечко для собственных задниц, порою очень оригинальным образом - вроде добычи наркоты для местных баронов, в том числе из свежих бошек заражённых за что идёт отдельный плюс Авторам. Давненько я такого трешака не видал, что б герои мозги зомбаков жрали. Обычно ж в кино всё наоборот происходило. Может в 4 сезоне выжившие херои и зомбаков жрать начнут?

"Давненько я такого трешака не видал, что б герои мозги зомбаков жрали"

Признаю, сильный ход :О

Быстрый вход