Рассвет. ч.1, гл II, III

II Общага

Наконец-то добежал до своей общаги. Хоть в школе за кроссы у меня всегда было «отлично», бег изрядно меня утомил, учитывая недавно весело проведённое время. Сердце бешено стучало.

В проходной было пусто. Охранника, который пялился целыми днями в телек в своей будке и спрашивал пропуск, не было на привычном месте. В вестибюле было тихо. Тишину нарушала бездумно кружащая муха и шипение телевизора.

Я поднялся к себе в блок и зашел в комнату. Киса, в комнате не было. Был лишь спертый запах пота, носков, табака и перегара.

Прямо в обуви, не снимая куртки я плюхнулся на кровать и тупо глядел в потолок. Перед глазами мелькали лица людей, что были в метро: злобные, смеющиеся, испуганные. Кровь на белом мраморе. Столпотворение на эскалаторе. Падение людей с лестницы. Потасовка на перроне. Всё мелькало кадрами в хаотичном порядке. Не верил, что это правда, а не игра воображения, воспаленного после употребления амфетамина.

Из оцепенения меня вывел звук смыва унитаза. Дверь распахнулась. В комнату неспеша зашел Кис, в своем халате с изображением непонятных танцующих человечков с дудками . Вид у него был помятый. Круглые очки, как у мистера Леннона и мистера Поттера, через которые Кис смотрел на мир съехали на нос. Смотрел на мир он еще и через призму восприятия порожденной наркотиками. Употреблял всё. Кроме табака, по его словам абсолютно бессмысленного, и героина — абсолютно зловредного. Однако ему хватало ума не быть законченным торчком и не вылететь с университета.

- О, привет. Ты что-то быстро. Как в универе дела? - спросил Кис в своей дурацкой манере тянуть гласные.

- Не знаю. Не дошёл. - я медленно начал рассказывать о случившемся в метро. Дрожащим голосом сначала спокойно, потом перепрыгивая слова, скатываясь в истерику. Перед глазами ожили образы сегодняшнего утра.

- Тих-тих-тих! - Кис взял меня за плечо, предлагая тем самым успокоиться. Как фокусник, он материализовал на столе две рюмки и бутыль с мутной жидкостью.

Пойло оказалось ужасным на вкус. Дешевый одеколон на ёлках разбавленный с водой. Лицо у меня скривилось, наверное, как гармонь. Внутри потеплело, голова стала легче, неприятные эпизоды стали чёрно белыми и стали отходить на второй план.

- Значит на зачёт ты не попал? – спокойно задал вопрос мой сосед.

- Ты тупой? - я вылупился на Киса.

- Мог бы и на такси в принципе уехать. – Кис невозмутимо задумался.

Мне захотелось его ударить.

Кис лишь выставил вперед ладонь.

- Да-да, душат и грызут, я понял. Но, думаю, ты правильно сделал, что не поехал в универ. – Кис спокойно поднял свои руки на уровне груди.

Я всегда удивлялся невозмутимости этого бородатого мудака. Даже меня, как человека, который понимал, или старался понять других людей, Кис иногда вгонял ступор. В особенности отрешённость и похуизм. Однажды у нас в блоке прорвало вечером трубу с водой. Пока заметили проблему вода уже успела затопить кухню и умывальник по щиколотку. Все обитатели блока были на ушах: кто-то старался перекрыть воду, кто-то убежал за подмогой к завхозу. Все, но не Кис. Он спокойно вышел из комнаты в одних трусах не обращая никакого внимания на потоп. Как Иисус зашагал по воде прямиком к холодильнику. С молоком вернулся в комнату, не проявляя ни малейшего интереса к происходящему. Потом он сказал, что ситуация конечно неприятная, но что паниковать, да и к тому же не было желания мешать. Отрешенность и похуизм.

На своём лице я обнаружил кровь. Не моя. Я пошёл к умывальнику. Дверь была закрытой, из замочной скважины торчал ключ. В нашей общаге у туалетных и душевых дверей была одна особенность: они наравне с дверьми в жилые комнаты могли отпираться и запираться ключом снаружи. Такая конструкция замков идеально служила благодатной почвой для глупых розыгрышей над соседями.

Я повернул ключ. В душевой раздался грохот падения пластиковых бутылок из-под шампуня.

Я опустил дверную ручку.

- Стой! Закрой нахуй! – слева от себя я услышал крик своего соседа.

Дверь с силой ударила меня в лоб. В глазах весело засверкали искры. Я повалился на спину. Из душевой выскочил как чёрт из табакерки, наш охранник, дядя Саша. Вид у него был прескверный, лицо всё его было в кровоподтёках, глаза вылезли из орбит и светились безумием. Дядя Саша ликовал. Блядь, неужели снова? Он рычал (или рыгал?) разбрызгивая свои слюни в разные стороны. Пока я лёжа глядел на полоумного охранника, который к слову и раньше-то умом не блистал, он ринулся ко мне с разовым синим бритвенным станком. Дядя Саша замахнулся бритвой, собираясь явно не бриться. Я выставил свои руки пытаясь защититься от безумного охранника. Я закричал. Уже вообразил, как этот придурок убьет меня тупым лезвием.

Толчок швабры в грудь остановил нашего вахтёра. Кис как копьеносец выставил вперед поломоечный инструмент, навалился всем телом загоняя безумца обратно.

Несмотря на свое тощее телосложение Кис упрямо затолкал дядю Сашу в умывальник.

- Дверь! Закрывай нахрен! – кряхтя крикнул Кис.

Я быстро внял его просьбе и надавил на дверь. Охранник оказался в умывальнике, Кис щёлкнул ключом. Дверь закрылась. Из умывальника раздавался жуткий вой.

- Сейчас заткнётся. Я же сказал не открывать. - Кис облокотил о стену швабру. – Пошли выпьем.

Меня стошнило на пол.

Я сидел ошарашенный напротив туалета. В дверном проёме появилось бородатое лицо Киса: - Идёшь?

Представив ёлочный вкус этого ужасного пития, меня еще раз вырвало.

- Прекрати, убирались недавно. – Кис взял меня под руки и поволок в комнату.

В общаге творилось то же самое, что и на Василеостровской. Кошмар был реальным, при всём желании нельзя было обвинить наркотики.

Дотащив до кровати, он всучил мне наполовину полную кофейную кружку. Из неё разило можжевельником и спиртом.

- Пей.

Я послушно сделал глоток. Горло и пищевод вспыхнули огнём. Через мгновение, мне стало легче. Пойло обволакивало меня мягким одеялом, слегка огораживая от происходящего, в голове немного зашумело. Я запил водой из стакана на столе.

Дрожь вместе с паникой прошли.

Кис рылся в своей тумбочке, тихо матерясь. Достав таблетку, он мигом её заглотнул и произнёс:

- Кончился инсулин.

Кис не любил внутривенные наркотики, да вообще иглы и шприцы. Но так вышло, что он был диабетиком. Ему нужно было ежедневно и постоянно принимать инсулин, несмотря на его нелюбовь к иглам, сверяясь с показаниями глюкометра. Инсулин он принимал внутрикожно, колол обычно в пузо. До того как познакомиться с Кисом, я думал, что инъекции инсулина делают обычными пластиковыми шприцами. Но у него я увидел шприц-ручки - с виду неотличимые от обыкновенного маркера. По сути это были шприцы, с уже наполненным инсулином, замаскированные под маркер. Как правило в одном таком было 3 миллилитра, и хватало, по словам Киса, на пару недель. Дозировку можно было настраивать с помощью специального механизма. Удобная штука.

Кис всегда носил с собой маленькую сумочку с инсулином, глюкометром и прочими нужными вещами, к которым можно было смело отнести ломоть гашиша и парочку таблеток для немедицинского использования. С людьми в форме у Киса проблем никогда не возникало, поскольку завидев в сумке шприц-ручки, сразу отпускали восвояси.

- Нужно сходить к Гонщиксу, он на соседней улице живет. - Кис выжидающе посмотрел на меня.

- А как же аптека?

- Я был в аптеке на днях, все закончилось, а у Гонщикса есть много чего, в том числе и инсулин. Нужно к нему.

Гонщикс, забавная кличка. Сначала я не мог понять, почему именно Гонщикс, а не просто Гонщик. Однажды мы курили кальян. Кис выдувая дым объяснял: - Всё потому что он из Латвии, а у них к мужскому роду добавлять букву «-с». Тогда я смеялся как припадошный от заданного мною вопроса: - А как же в Латвии будет звучать слово «пидорас»? Кис задумался тогда и протянул: - Пидораааасссс.

Я не знал почему он обрёл такую гоночную кличку, но со слов Киса, этот латыш был связан с фармацевтикой. Как говорил Кис, в аптеках по рецептам инсулин зачастую был недоступен. Вставайте в очередь, в ближайшие числа будет поступление! – говорили работники аптеки. А когда будет это поступление, никто толком не знал. Этот Гонщикс был не только фармацевтом, но и просто барыгой. Именно у него Кис покупал «горящие путёвки» вглубь своего сознания. Помимо всего прочего, со слов Киса, у Гонщикса можно было купить всё: от батона, до гандона.

- Че блядь происходит? - спросил я.

Кис пожал плечами.

- Пытался дозвониться до скорой, ментов. Одни гудки только. Я не знаю, что с дядей Сашей и остальными, похоже на какое-то бешенство. Поэтому пусть он посидит в ванной, главное не выпускать его. Помнишь тот дичайший видос с инстаграмма? - спросил Кис.

Да, я помнил, эту вакханалию записанную на трясущийся телефон. Мне стало жутко.

- Если и у них творится тоже самое, то...- я сделал паузу. - Пиздец.

- Пиздец. - Кис согласно кивнул. - Ладно, это всё хуйня. Пойдёшь со мной? Тут рядом, но я один боюсь. Быстро: одна нога там, другая здесь.

Нашёл же время, козёл. Идти мне не хотелось никуда совершенно. Но и оставаться наедине с воющим в ванной охранником тоже.

- Хрен с тобой. Пошли.

Кис надел джинсы и рубашку цвета хаки. Мы спустились вниз, так и не поев того, что разогревал Кис. Внизу, в вестибюле, из работающего телевизора сквозь шум помех прорывалась неразборчивая речь. Я смог разобрать только: «чрезвычайное положение».

А в ванной, по прежнему, демоническим голосом надрывался дядя Саша.

III. Запечённая картошка

11:30 утра. На небе темными пятнами появлялись редкие, но тёмные тучки. На улице вовсю пели птички.

Кис потянулся, расправил руки.

- Ты посмотри, как на улице-то пиздато!

Его оптимизма я не разделял. Гонщикс жил на Камской улице - от общаги не далеко, буквально пара кварталов. По большей части шли дворами. На улице едва можно было встретить редкого прохожего. Когда переходили Малый проспект, нас чуть не сбила зеленая Хонда Сивик. Машина неслась как бешеная, игнорируя красный свет. Водитель даже не то, что не пытался затормозить, он даже наоборот, поддавал газку. Он даже не засигналил.

Весь путь Кис тщетно пытался дозвониться до Гонщикса. Подойдя к нужной парадной, Кис так же тщетно пытался дозвониться по домофону. Я на всякий случай спросил, тот ли это дом, и та ли эта парадка. Кис лишь презрительно фыркнул и продолжил мучить домофон, который нудно пищал. Меня это утомило. Я отодвинул в сторону Киса. Иногда я лазал по крышам и знал комбинации, позволяющие открыть некоторые марки домофонов. Передо мной была марка ELTIS. Прокрутил возможные варианты в голове и выбрал нужный. Вызов, 100, снова вызов и, наконец 7273. Домофон довольно крякнул. Есть. Замок железной двери разблокирован. Милости просим.

В парадной воняло окурками и ссаниной. На наш стук в дверь квартиры никто не открывал. Мне хотелось побыстрее свалить отсюда. Кис дёрнул за ручку и она открылась. Кис лишь пожал плечами. Внутри царил полумрак. Пылинки парили в луче света, выходящем из щели.

- Эй! Есть кто дома?

Молчание. Кис начал открывать одну из комнат. Я напрягся в ожидании увидеть съехавшего с катушек Гонщикса. С каждой секундой мною всё больше одолевало желание бежать. К моей радости, комната оказалась пуста. Тёмные шторы были завешаны и едва пропускали солнечный свет, окрашивая его в синеватый оттенок. В комнате был идеальный, почти казарменый порядок. Никаких разбросанных вещей и перевёрнутой мебели. Я чуть расслабился — вероятность встретить бешеного психа немного сокращалась.

- И где же Гонщикс? - тихо спросил Кис, - Хотя особо мне он и не нужен.

В комнате было так тихо, что непроизвольно хотелось говорить шёпотом.

Кис осторожно отодрал плакат с изображением обложки альбома «Быстрая походка» Чугунного скорохода. За отошедшими обоями была небольшая стальная дверца. Откуда он знает тайники Гонщикса, и коды от них?

В руках у Киса была сумка из жёлтой ткани. Он достал из неё шприц-ручку с инсулином, сделал инъекцию, сёл на идеально заправленную икеевскую двуспалку, закрыл глаза и затих, облокотившись спиной о стену.

- Эй! Пошли уже, чего расселся? - спросил я. Задерживаться здесь не хотелось ни на минуту.

Кис лениво открыл глаза, взгляд на секунду был затуманен. Вскочил с кровати и простым карандашом нацарапал на салфетке записку:

«Взял сумку, о которой договаривались, дверь была открыта. Заезжай в общагу. Кис»

Записка осталась лежать на столе.

- Да, да. Пошли.

Краем глаза я увидел, что в сумке помимо шприц-ручек, была куча пакетиков-зипперов с разноцветными таблетками и порошками. Кис накинул сумку на плечо и взмахнул рукой, приглашая на выход.

Вот так просто пришёл, взял что нужно и ушёл. Если бы не записка — воровство чистой воды. Не смотря на уверенность в действиях Киса, я сомневался, что Гонщикс будет шибко рад.

В окне, на лестничной площадке, было видно возвышающийся над зданиями чёрный столб дыма. Он упирался в свинцовую тучу, создавая подобие чёрного дерева. Что-то горело. Внутри зашевелились нехорошие предчувствия.

12:45.

**

Уже на подходе к общаге мы почувствовали запах растапливаемой баньки. Предчувствия не подвели. Дым, который мы видели в окне был результатом пожара в нашей общаге. За короткий промежуток времени нашего отсутствия разгорелась она довольно быстро. Языки пламени рвались наружу из окон, пожирая с неимоверным аппетитом всё, до чего могли дотянуться. Вокруг, вопреки тому как обычно бывает, не толпились люди, не было пожарных. Не было ни души.

- Твою мать… - тихо сказал я. Жар кострища обдавал лицо.

Кис смотрел на горящее здание и рассеяно произнёс:

- Я не выключил микроволновку.

У нас была своеобразная микроволновая печь. Был в ней дефект: не работал таймер. Если хочешь подогреть еду, то нужно было самому следить за процессом и вовремя выключать печь. Если раньше при недосмотре просто мог испариться суп, или сыр к примеру залить поднос, то в этот раз, проблема была несколько серьезней. Гораздо серьезней.

- Ёбаный ты баран! - я схватил за воротник Киса и начал его трясти, - Ты понимаешь, что ты наделал?

Кис вылупился на меня. Внутри запертым остался дядя Саша. Вот же блядь!

- Блядь! Дядя Саша внутри! - я начал кричать на Киса. Хотя я понимал, что орать особо толку нет, но ничего поделать с собой не мог. Кис лишь сжался и пытался спрятать голову в свою рубашку как черепаха в панцирь, - Звони в пожарку! - я отпустил Киса и выдохнул.

Он послушно набрал номер экстренной службы. Потом еще раз. И еще раз. Кис сжал губы и покачал головой. Я сел на газон в полной растерянности.

Из полыхающего окна нашей комнаты выпрыгнул горящий человек. Он летел вниз, с искрами проламывая ветви растущего под окном клёна. Он не кричал. Сквозь хруст веток, слышен был только безумный смех. Его голова встретила крепкую ветку. Он перевернулся в воздухе несколько раз и оставляя за собой огненный след, рухнул на спину. Человек больше не смеялся и не горел.

Мы вылупились на лежащее, обугленное тело. Мне показалось (или всё-таки нет?), что у человека дёрнулась рука. Еще раз. В этот раз точно не показалось. Человек шатаясь встал на ноги. Это был дядя Саша, запертый недавно в умывальнике. Его с трудом можно было узнать благодаря лишь зелёным, тлеющим тряпкам — всё, что осталось от форменной одежды. От обожжённой, теперь уже лысой головы поднимался дымок. Обугленная кожа была покрыта волдырями и кровавой сажей. Мне пришла в голову безумная мысль о запеченной в золе картошке. Такая же чёрная и вздутая корка. Дядя Саша двинулся в нашу сторону. Он хромал и еле волочил ноги, в попытке перейти на бег. Это уже перебор.

- Пошли, пошли скорее отсюда! - сказал Кис, и поднял меня за плечо с газона.

Мы побежали. Запах горелого мяса подстегнул хлыстом, заставив ускориться. Мы бежали в дом Гонщикса — в единственное возможное сейчас место. Нас какое-то время преследовал булькающий хрип и рычание. Даже когда они прекратились, я не рискнул обернуться.

Возвращались тем же маршрутом. На Среднем нас опять чуть не сбила зелёная Хонда. Она ехала в обратную сторону, правая фара была разбита, капот помят. На кузове расползлись кровавые разводы. Водитель Хонды так же упрямо жал на педаль газа.

****

Дверь закрыли на замок. Расположились в апартаментах Гонщикса. Сидя на кровати, опустошал бутылку с водой.

- Ты видел такое когда нибудь? Человек, горит, прыгает с окна, бьется башкой о ветку(!), встает и пытается идти. - спросил я.

- Да, видел. В кино, - сказал Кис, - Может он обдолбаный?

- Вряд ли. - я покачал головой.

Я достал мобильник. Хотел позвонить в родной город Казань, родителям. Связи нет.

Я спросил у Киса, как у него обстоят дела. Аналогично.

- Заебись, - я покрутил мобильник в руках. Взгляд мой устремился к стационарному телефону. Я взял трубку этого неандертальского аппарата. Противное гудение. Я несколько раз нажал на кнопку. Ничего. Я швырнул трубку, осколки желтоватой пластмассы разлетелись в разные стороны.

Кис возился с телевизором, он висел чёрным зеркалом над кроватью. Телек включился — нужная кнопка была найдена.

Ваша оценка: None Средний балл: 7.9 / голосов: 8
Комментарии

Спасибо заранее за прочтение и отзывы)

Рассказ хорош,уже жду не дождусь что дальше.Интересно ,неужели правда все с ума посходили или нет,и будет ли интересное развитие событий(а то они туда сюда ходят и скучно)И да кажется от микроволновки врядли может дом сгореть,если в нее конечно не впихнуть кучу еды доверху или бумагу,петарду.А так продолжай,рассказ интересный.10 из 10.

Благодарю Вас. Специально для Вас, сэр, встречайте продолжение.

Добавить комментарий
Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Допускаются только следующие теги HTML: <a> <em> <strong> <ul> <li> <img><br><p><blockquote>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
  • You may insert videos with [video:URL]
  • You may quote other posts using [quote] tags.

Подробнее о форматировании

Например, для варианта 1+1 напишите 2.

Быстрый вход