Простоквашино.

Находясь в своей комнате, Федор, стоя возле окна, разглядывал то, что находилось по другую сторону. А находились там заводы, с длинными ржавыми трубами, которые изрыгали в атмосферу клубы чёрного дыма. Дым поднимался к тяжёлым, серым облакам, которые нависли над небольшим городишкой. Создавалось такое впечатление, что ещё немного, и тучи не выдержав своей тяжести, просто обрушатся вниз.

За окном были ещё и дома, серые, похожие друг на друга. Некоторые окна были без стёкл, особенно это касалось квартир, которые находились на первых двух этажах. В них никто не жил, разве что бродяги, которые ютились друг к другу, существуя в собственном вонючем мире дерьма. В пустых людских обиталищах они жгли костры, жаря на огне пойманных крыс и собак. Там же бросали кости, как и продукты жизнедеятельности. Стены были испещрены граффити, и нецензурными надписями. Там можно было увидеть свастику, которая соседствует с распятием, или номером телефона проституток. Объявления были разные, от самых безобидных, до зловещих, от которых шевелились на затылке волосы.

«Иисус тебя любит, — глосило одно. – Он целует тебя в зад. Ты его любимчик».

Оторвавшись от разглядывания пейзажа, Фёдор отвлёкся, когда услышал из-за закрытой двери громкие голоса. Они принадлежали его папе и маме. Родители ссорились. Послышался звонкий удар пощёчины, а следом и звон разбивающейся посуды. Мама закричала папе, что он не мужчина, и в постели никакой. Папа же на это ответил, что мама распоследняя шлюха.

Вздохнув, Фёдор приблизился к одной из стен, глядя на старые фотографии. На них была изображена их семья. Все они счастливые, улыбающиеся. Папа, Мама, он и Ромка. Да, старшего брата уже как два года не было в живых. Он ушёл за реку, откуда никогда не вернулся. Хотя нет. Его привезли на барже. Он лежал в деревянном гробу, а грудь его была разворочена от выстрела в упор. Фёдору же, когда погиб брат, было всего одиннадцать, а Ромке, четырнадцать лет.

«Говно. Он умер, как умрём мы все. Так не лучше ли покончить со всем этим сейчас?»

Скандал набирал новые обороты. Мальчик знал, чем всё закончится. Отец побьёт маму, а потом, покинув дом, напьётся как свинья в одном из ближайших баров. Ближе к утру, он приползёт, и станет просить у матери слёзно прощения, размазывая слюни и сопли по её коленям. И мама, конечно же, его простит, как прощала на протяжении не одного десятка лет.

«Лучше бы меня никогда не было, — подумал он с печалью. – Лучше бы я никогда не рождался. Все равно меня никто не замечает».

— На своём телевиденье, ты, наверное...

Он закрыл уши руками, чтобы не слышать отцовский голос.

Тряхнув головой, Фёдор извлёк из-под кровати рюкзак, который успел сложить заранее. В нём было всё необходимое. Тёплая одежда, некоторые личные вещи, и прочее.

Сунув руку в карман, мальчик извлёк упаковку в яркой фольге, отщёлкнув одну таблетку. Он закинул её в рот, чувствуя на языке горечь. Это были пилюли счастья. По крайней мере, так их называл папа, когда ездил на своей старенькой машине по городу, развозя товар. И да, от них действительно мир обретал свои краски, а жить было не так тоскливо.

Чувствуя, как начинают действовать пилюли счастья, Фёдор поспешил из комнаты, ощущая лёгкость во всём теле. Казалось, что у него за спиной выросли крылья, квантовые, совершенно лёгкие, которыми стоило лишь взмахнуть, и ты уже высоко в воздухе, над городом, над всей этой грязью.

«Папа и мама. Я больше так не могу, и поэтому уезжаю за реку, где попытаюсь жить нормальной жизнью. Вы можете перегрызть друг другу глотки, и вообще прикончить себя. Короче, идите на…й. Ваш любящий сын, Федор».

Мальчик оставил записку на тумбочке, так, чтобы она сразу попалась на глаза, если кто-нибудь из родителей надумает заглянуть к нему. Но к несчастью, такое происходило не слишком часто. Но, в конце концов, они когда-нибудь заметят исчезновения их единственного оставшегося в живых чада.

Прокравшись мимо скандалящих родителей, которые не обратили внимания на своего сына, Фёдор с осторожностью покинул квартиру, оказываясь на лестничной площадке. Не задерживаясь, мальчик побежал вниз по лестнице, остановившись лишь на третьем этаже, где увидел полосатого кота, который сидел на окне. Животное обернулось к человеку, глядя на него умными, проницательными глазами.

— Какой хороший котик, — произнёс мальчик, который всегда мечтал о домашнем питомце.

Но мечты оставались лишь мечтами. Мама говорила обычно в таком случае, что им самим есть нечего, а тут ещё надо кормить какую-то животину.

— Вообще-то меня зовут Матроскин, — вдруг заговорил кот вполне человеческим языком.

Фёдор даже не удивился этому, так как давно подозревал, что животные умеют разговаривать. Ведь в разных сказках именно так и происходит. Возможно всему виной мутация, или генетические эксперименты.

— А ты Фёдор, так ведь?

— А откуда ты знаешь, как меня зовут? — удивился мальчик.

— Я всех в этом доме знаю. К примеру, в той квартире живёт баба Маня, сын которой в прошлом году изнасиловал несовершеннолетнюю девушку из второго подъезда. А Василий, из тридцать пятой, обокрал собственных соседей, пока они стояли в очереди за ежедневным пайком.

— Ладно-ладно, я тебе верю, остановил его мальчик, извлекая из рюкзака бутерброд с колбасой, и отдавая половинку своему собеседнику.

— А ты, куда это собрался? — поинтересовался кот, который мигом умял угощения.

Фёдор в двух словах рассказал Матроскину о том, как ему плохо живётся с родителями, и что он уже давно задумывал уйти из дома. А сегодняшний скандал стал последней каплей.

— Уйду за реку, как мой брат. Найду там какое-нибудь жильё. Говорят, что после катастрофы его там много.

— Слушай, а возьми меня с собой, — предложил Матроскин, глядя с надеждой на мальчика. — Все равно в городе жизни нет никакой.

Фёдор довольно улыбнулся, с облегчением выдохнув. Он и не смел надеяться, что этот прекрасный кот попросится к нему, а тут такое счастье.

* * *

Покинув подъезд, мальчик и кот быстрым шагом направились прочь из дома. Свернув за угол, они повстречали похоронную процессию, которая двигалась к городскому кладбищу. В гробу, который несли четверо худых мужчин, лежала девочка лет пятнадцати, а может и слегка больше. Фёдор внимательным взглядом осмотрел её пожелтевшее, заострившееся лицо.

— Интересно, что с ней произошло? — поинтересовался он вслух.

— Обычное дело, — ответил Матроскин. — Облучение, которое вызывает рак.

— Рак?

— Да. А чего удивляться? Мир стал громадной свалкой. Ты только посмотри на тучи, которые нависают над нами.

— А что с тучами?

— Ты когда в последний раз видел солнце? — в свою очередь поинтересовался кот.

Фёдор пожал плечами, задумавшись.

— Не знаю. А точнее, не помню.

— Вот-вот. А раньше солнце светило каждый день. А после того, как, вы, люди, превратили этот мир в кусок дерьма, его почти нет. С небес льётся радиоактивный дождь, а мутации среди детей стали обычным делом. Никто не удивляется уже раку, если его обнаруживают у младенца. Да собственно, всем наплевать. А итог всему, эта девочка, которая лежит в гробу. И хорошо, что у неё есть кому хоронить. Иначе бы труп просто спустили в реку.

Фёдор ещё какое-то время наблюдал за процессией, а потом, обогнув её, поспешил совсем в другую сторону.

Они шли по разрушенным кварталам, оставляя за спиной ржавеющие остовы автомобилей, бродяг, которые собрались возле костра, и проституток, что предлагали свои немытые, завшивевшие тела. В конце концов, мальчик и кот вышли к широкой реке.

Фёдор проследил взглядом за распухшим трупом, который медленно плыл по воде, и на котором копошилось несколько крыс. Грызуны с жадностью отрывали куски подгнившей плоти, наслаждаясь неожиданной едой.

— И как нам перебраться на другую сторону? — поинтересовался мальчик, закидывая в рот ещё одну пилюлю счастья.

— Может вон на той штуке, — указал Матроскин в сторону. — Вон, какая хрень плывёт.

Не далее, чем в сотни метрах от них находилась баржа, которая перевозила на противоположный берег городской мусор. Измождённые от недоедания мужчины грузили в трюмы людское дерьмо, которое потом выбрасывали на другой стороне.

— А почему бы и нет, — задумчиво кивнул мальчик.

Он сразу же отмёл мысль переплыть реку, так как говорили, что в ней водились рыбы-мутанты, которые могли утащить человека на дно. Они достигали просто громадных размеров, и могли даже потопить небольшую лодку. Впрочем, так и произошло два года назад, когда один из рыбаков попытался найти себе пищу в реке. Дурак. Он нашёл лишь свою смерть. Этой рыбой нельзя было питаться, так как в ней были некие яды, которые убивали человека в течение пары дней. Но народ голодал, и шёл на всё, лишь бы накормить своих детей, и самих себя.

Переправка через реку не вызвала трудностей. Фёдору и Матроскину удалось проникнуть незаметными на баржу, а потом покинуть её, но уже на противоположном берегу. Мусорщики так и не увидели мальчика с котом, которые исчезли в густом лесу.

* * *

Выйдя из-под деревьев, Фёдор наткнулся на старую дорогу, которая убегала к горизонту. Посоветовавшись с котом, мальчик решил двигаться по ней, так как все равно других вариантов просто не было. Время от времени на пути им попадались пожелтевшие от времени черепа, которые скалились редкими зубами, а также деятельность человека. Ржавые банки из-под разных напитков, следы от костра, использованные презервативы. А примерно через сотню метров, они наткнулись на указатель, на котором красной краской было выведено: «Простоквашино».

Внизу также было дописано, что до него ещё пара километров.

— Вот почти и пришли, — проговорил Фёдор, бодро шагая вперёд.

«Хочешь сдохнуть быстро, тогда добро пожаловать, фрик».

Он не чувствовал тяжесть рюкзака. Всему виной были, наверное, волшебные пилюли, которыми торговал его папа, даря людям счастья.

Примерно минут через двадцать, обогнув бурлящую жижу с каким-то дерьмом, мальчик и кот вышли к деревне. Домов в ней было не больше трёх десятков. Крыши некоторых провалились от времени, а другие же строения успели полностью рухнуть.

— Такие поселения называют призрачными, — заметил кот, также осматриваясь.

— Гля! — указал Фёдор на один из домов. — Вон тот, самый крайний. Наверное, он нам подойдёт.

— Я так не думаю, — послышался голос за спиной.

Резко обернувшись, мальчик и кот увидели лохматого пса, который сидел перед ними на заднице.

— Там полы полностью сгнили. Остался лишь один подвал.

— Да? — переспросил Фёдор. — А где тогда можно найти нормальный дом?

— Я вам покажу! — воскликнул пёс, вставая на четыре лапы. — Здесь есть такой один. Хозяева совсем недавно умерли. Там есть большая печь, подвал, чердак и огромный огород.

— Отлично, — улыбнулся мальчик, погладив пса по голове.

— А возьмите меня к себе жить.

— Вот ещё, — проворчал Матроскин, становясь рядом с мальчиком. — Нам самим есть нечего, а тут ещё и тебя кормить. Нахлебник.

— А я могу охотиться. Здесь такие места, дичи очень много.

— Нет, — покачал головой кот. — Ты прибегай через годик, и мы тогда посмотрим. Сам понимаешь, вначале нужно обустроиться, обтесаться.

— Не говори глупостей, — оборвал его мальчик. — Собака в хозяйстве пригодится всегда. Тебя кстати как зовут?

— Шарик, — отозвался пёс, громко тявкнув.

— Хозяин барин, — пробурчал Матроскин, который не слишком любил собак.

* * *

С наступлением ночного времени суток, троица покинула своё обиталище, держа путь в сторону леса. Они прошли через всю деревню, оставив за спиной заросший луг, а также здание почты, которое выглядело заброшенным. Впрочем, ничего удивительного в этом не было. Люди покинули эти места ещё до катастрофы. В основном сюда приходили мародёры, и просто искатели приключений.

— Я не понимаю, какая в том необходимость идти куда-либо ночью, — проворчал Матроскин, двигаясь следом за своим хозяином.

— Клады всегда ищут по ночам, — ответил наставительным голосом Фёдор. — По крайней мере, так написано в книжках.

— И что мы сможем купить на золото, которое найдём? — поинтересовался Шарик, который двигался по другую сторону.

— Можно нанять батраков, — пожал плечами мальчик. – Или купить рабов.

— Ну-ну, как же, пойдут они в эти места, — вставил свои пять копеек кот.

— Богатства, это как власть. Обе эти вещи творят чудеса. И обе эти вещи идут друг с другом рядом. По крайней мере, так говорит мой папа.

Примерно около двух часов ночи, троица наконец обнаружила то, что искала. Из земли показался старый чемодан, который доверху был набит старинными монетами.

— Наверное, ещё царской чеканки.

— Эх, заживём теперь! — мечтательно проговорил Шарик, зажмуривая глаза.

Приняв очередную пилюлю счастья, Фёдор утвердительно кивнул.

— Давайте поспешим из этих мест, — предложил Матроскин, оглядываясь по сторонам.

— Чего ты так боишься?

— Не чего, а кого.

— И кого же?

Кот лишь отмахнулся.

Забросив чёрного цвета чемодан на тачку, троица поспешила в обратный путь, к своему дому. Но не пройдя и пары сотни метров, они замерли, так как впереди им преградила путь тёмная фигура, которая буквально выросла из ниоткуда.

— Кто это? — прошептал Шарик, прижимаясь к ноге мальчика.

Сделав шаг, а потом ещё один, Фёдор увидел высокого худощавого мужчину с густыми усами. На его голове находилась тёплая шапка, а на тело был накинут канареечного цвета плащ, под которым, как заметил мальчик, не было ничего, кроме пояса, на котором висел старый противогаз и ржавый нож с потемневшей рукояткой.

«Эксгибиционист», — пронеслась в голове настороженная мысль.

— Вечер добрый, — вежливо поздоровался кот.

Но мужчина даже не обратил своего взора на двух зверей. Его маслянистый взгляд полностью сосредоточился на мальчике, который находился возле своей тачки. Влажные губы громко чмокнули.

— Так-так, — протянул он задумчиво. — И что мы делаем в такое время суток в этом месте?

— Ходим за грибами, — ответил Фёдор, крепче сжимая черенок лопаты.

Приблизившись к чемодану, мужчина заглянул вовнутрь. Его черты лица не изменились, как будто он не нашёл там ничего интересного.

— А вы собственно кто будете? — поинтересовался мальчик.

Незнакомец перевёл свой взгляд на рыжеволосого мальчика, который больше всего ему напоминал хорька. Глаза мужчины недобро блеснули.

— Я? Хм. Почтальон.

Помолчав с секунду, он зачем-то добавил:

— Печкин моя фамилия.

— Мне очень приятно.

Приблизившись к мальчику, почтальон слегка склонился, обдавая Фёдора неприятным запахом изо рта. Также при ближайшем рассмотрении на плаще Печкина были заметны бурые следы, которые больно уж напоминали кровь.

— И не боишься ты?

— Кого?

— Ну, например, хозяина этих мест.

— И кто же здешний хозяин? — поинтересовался мальчик, чувствуя, как ком подступает к горлу.

— Он тот, кто был рождён в катастрофе. У него нет глаз, но он все равно видит. Он только один, но одновременно хозяин везде, даже здесь и сейчас наблюдает за нами.

Фёдор непроизвольно огляделся, но ничего подозрительного не увидел.

— Это мутант?

— О! Это гораздо хуже мутанта.

Печкин тихо рассмеялся.

— Хм... Ладно, тогда может я пойду?

— Иди, — кивнул почтальон. — Тебя никто не держит. Только...

— Что?

— не забывай оглядываться. Мало ли кто у тебя стоит за спиной?

Мальчик резко обернулся, но кроме Матроскина и Шарика, там никого не было.

Почтальон снова рассмеялся, но на этот раз куда более громче, веселее, не забывая себя трогать ниже живота, всё время теребя свой орган.

Не дожидаясь неприятностей, Фёдор поспешил прочь, чувствуя у себя на затылке недобрый взгляд Печкина, который пристально наблюдал за удалением подростка.

* * *

— Странный он какой-то, — пробурчал Матроскин, то и дело, оглядываясь назад, не идёт ли усатый мужик с мёртвым взглядом за ними. — Ходит по ночам, пугает народ каким-то хозяином.

— Пускай лучше следит за хозяйством, а не за хозяином.

— Я уж подумал, что он нацелился на наше золото, — признался Фёдор, который также чувствовал облегчение от того, что они ушли от незнакомца. — Собирался его рубануть лопатой.

— Надо бы это сделать. Нечего шастать чужакам по ночам, — согласился кот, а Шарик ему подгавкнул. — Эх! Как же хорошо. Теперь заживём богато. У нас денег столько, что...

Матроскин резко смолк, когда услышал странный звук, который исходил со стороны.

— Что это ещё такое?

— Похоже, что колокола звенят.

Выйдя на небольшую поляну, Фёдор увидел старую церковь, которая была построена на небольших размерах холме. Крыша в определённых местах прохудилась, а некоторые доски, которые служили стенами, прогнили, провалившись вовнутрь.

— Что ещё за чертовщина, — произнёс мальчик, крепче сжимая лопату.

Он увидел на одной из башен фигуру человека, который бил в колокола.

— Старый священник, — выдохнул Шарик. — Когда наступила катастрофа, он отказался покидать стены церкви, в которой вскоре и погиб от радиации. И с тех самых пор, его дух, поднимаясь на одну из башен, звонит заупокойную мёртвым братьям и сёстрам.

— Дурак ты Шарик, — выдохнул Матроскин. — Этим занимаются звонари, а не священники.

— Что слышал, то и рассказываю, — обиделся пёс на слова кота, который отчего-то думал, что звонят мудозвоны, а не звонари.

— Хватит вам ссориться, — подал свой голос Фёдор. — Давайте лучше поспешим отсюда, а то мне здесь как-то не по себе.

Мальчик собирался уже сделать шаг, но вдруг замер, когда снова ощутил на себе чей-то пристальный взгляд, от которого всё леденело внутри. Он подумал о подозрительном Печкине, но мужчины в плаще не было видно. Тогда его мысли переметнулись к некому хозяину, который считал эти места своими. Возможно, именно он наблюдает за ними в этот момент.

— Здесь кто-то есть, — тихо проговорил Матроскин, шерсть которого стала дыбом.

Шарик глухо зарычал, прижимаясь к ноге мальчика, глядя на тёмный лес.

Откуда-то подул холодный, почти ледяной ветер, который заставил скрипеть ветви деревьев. Где-то громко каркнул ворон, а ещё дальше кто-то заржал, издавая не человеческие звуки.

— Нужно уходить, — предложил Матроскин.

Фёдор был с ним полностью согласен.

Он было уже развернулся, как вдруг почувствовал некое движение. Кто-то из леса устремился прямо на него. Кто-то громадный, невидимый. Чувствовалась лишь жуткая зловония, которая исходила от этого существа, а ещё лютый голод.

— Бежим!

Зацепившись ногой за чемодан, Фёдор перевернул его. Перед тем, как ринуться сквозь лес, он обратил внимания, что золота внутри не было. Монеты пропали. Но в данный момент на этом глупо было зацикливаться, так как грозила реальная опасность.

Не жалея своих сил, мальчик ринулся прочь, ломая своим телом ветви деревьев, которые цеплялись за его одежду, тормозя бег. Он не оборачивался, продолжая удаляться от церкви всё дальше и дальше. Некто тёмный, по-видимому, хозяин этих мест, преследовал его, желая вкусить плоти молодого тела.

Фёдор перепрыгнул овраг, а дальше бежать стало легче. Впереди находилась деревня. Позади слышался звук ломаемых деревьев и тяжёлое зловонное дыхание охотника.

Почта, первый из домов. Перемахнув через забор, который стоял на честном слове, мальчик рванул наперерез, наконец достигнув своего дома. Вбежав во двор, он пронёсся мимо колодца, и влетел в дом, захлопнув за собой дверь. Фёдор ожидал мощнейшего удара, но ничего не произошло. Создавалось такое впечатление, что за ним никогда и не было погони. Так ли это, проверять мальчик не собирался.

Трясущимися руками он накинул засов, а потом, подойдя к ведру, напился из него воды, которая имела вкус ржавчины. Руки продолжали трястись, так что ему с трудом удалось удержать кружку, при этом ещё и не расплескав воду.

* * *

Мальчик ощущал, как у него жутко болит голова. Возможно этой ночью он надышался какой-то дряни, или испарениями, что исходили от деревьев. Глаза слезились, а из горла рвался слабый стон. Пилюль не осталось совсем. Фёдор пожалел, что не стянул у отца их больше, а взял лишь одну упаковку. Он просто побоялся, что родитель заметит и даст встрёпку. Хотя может быть, это и было к лучшему. Тогда бы родители обратили на него внимания.

Поднявшись со скрипучего табурета, Фёдор обошёл комнату, не обращая внимания на Матроскина и Шарика, которые сидели возле окна. Как и ему самому, его питомцам удалось уйти от хозяина этих мест. Но, к сожалению, не удалось одного, это увидеть то существо, которое гналось. Невидимый враг, самый страшный враг. Незнание пугало гораздо хуже, чем, если бы это были какие-нибудь мутанты. Воображение рисовало совершенно фантастические картины, от которых бросало в дрожь.

— Вот и полночь пробила, — со вздохом проговорил Шарик.

— А по-моему это кто-то в дверь стучит, — ответил Матроскин.

— Кто бы это мог быть?

Фёдор остановившись, прислушался. По другую сторону слышалось лишь хриплое дыхание, и больше ничего.

— Кто? — поинтересовался он, пытаясь заглянуть в узкую щель.

— Свои, — было ему ответом.

Мальчик в этом голосе узнал почтальона, того эксгибициониста, который носил плащ на голое тело.

— Свои в это время сидят дома, — проворчал кот, отворачиваясь от окна. — Только чужие могут ходить. Да ещё всякие там извращенцы.

Фёдор решил, что не станет открывать дверь. Ему не нужны были лишние проблемы. Почтальон мальчику сразу не понравился. Этот мёртвый взгляд, а улыбка, от которой бросало в холод.

Больше стука не последовало. Но все присутствующие в доме услышали скрип половиц, а вскоре увидели Печкина за окном. Его лицо с бледной кожей появилось из темноты, а два мёртвых глаза осмотрели комнату, в конце концов, остановившись на мальчике, опять не задержавшись на зверях. Вообще создавалось такое впечатление, что почтальон совсем не замечал Матроскина и Шарика.

— Тук-тук-тук! — проговорил Печкин, растягивая слова. — Кто в теремочке живёт?

Мальчик, ухватив лопату, приготовился дать отпор. Глаза слезились, а боль продолжала нарастать. Ему бы сейчас пилюль, но, увы, взять их неоткуда.

— Иди на…й, старый хер, — проворчал Федор.

— Тук-тук-тук! — снова повторил мужчина. — Кто в теремочке живёт?

Мальчик не знал этой сказки, и поэтому просто послал почтальона по матери.

В следующий миг стекло брызнуло в разные стороны, когда рука Печкина проникла вовнутрь. Кот и пёс накинулись на мужчину, но почему-то ничего не смогли с ним сделать. Тогда в бой вступил сам Фёдор, рубанув лопатой. Острие вонзилось в плоть, начисто срезая три пальца. За окном послышался вопль, а следом и матерная тирада. Печкин исчез.

— Уф, — выдохнул мальчик, желая приободрить своих питомцев, но таких не обнаружил в комнате.

Кот Матроскин и пёс Шарик бесследно исчезли. Ещё мгновение назад оба его питомца находились здесь, а сейчас пропали. Головная боль усилилась.

Какое-то время царила полнейшая тишина, а уже в следующий миг входная дверь слетела с петель, впуская вовнутрь голого мужчину. Хотя нет. На нём была всё та же шапка, а на ногах резиновые сапоги. В руке почтальон держал ржавый нож, которым размахивал из стороны в сторону. Другая же рука была прижата к груди. Из обрубков пальцев брызгала кровь.

— Щ-щено-ок! — завизжал мужчина, глаза которого стали безумными.

Лезвие ржавого ножа распорола правый рукав, а вместе с ним и кожу. Боль ударила в голову мальчику, на мгновения отрезвляя.

— Надо было тебя ещё там, в лесу...

Изо рта Печкина брызгала слюна, повисая соплями на усах, подбородке.

Фёдор отпрянул назад, больно ударившись спиной о стену. Подняв лопату, он взмахнул своим оружием, но на этот раз мужчина оказался более проворным, чем раньше.

— Я отрежу твою голову! — взвизгнул он, потрясая ножом и своим мужским инструментом. — Я её набью соломой и поставлю на полку. Она пополнит мою коллекцию. А остальное, я с варю, после чего съем.

Пока почтальон произносил свою тираду, Фёдор нанёс ещё один удар, который угодил в цель, попав прямо в яблочко. Острая сторона лопаты, разрубив шею, прошла почти насквозь. Ещё удар по тому же месту, и заточенное ребро отсекло напрочь голову, которая плюхнувшись со стуком, покатилась по полу, разбрызгивая из артерии фонтаны крови. Глаза Печкина всё ещё продолжали моргать, а рот приоткрываться. Тело же постояв с секунду, рухнуло на грязный пол, судорожно дёргая руками и ногами.

Мальчик облегчённо выдохнул, роняя своё оружие. Он смог выйти победителем из этой схватки.

«Видели бы меня сейчас родители», — подумал он с гордостью.

И как будто в ответ на его мысли, снаружи послышались шаги. Фёдор напрягся. Нет, сил на новое сражение у него больше не было. Голову ломила так, что он только чудом не терял сознание.

Взглянув на дверь, мальчик увидел высокий силуэт, который появился в проёме. Он на мгновение застыл, а потом шагнул вовнутрь. Рыжая шевелюра, густая борода, вытянутое лицо.

«Оказывается этот извращенец действовал не один».

Но нет. Всмотревшись, Фёдор увидел собственного отца, который шагнул к сыну, подхватывая ослабевшее тело.

— Наконец я тебя нашёл, мальчик мой, — проговорил он ласковым голосом. — Теперь всё будет в порядке. Всё будет хорошо.

Подхватив сына, родитель переступил через обезглавленное тело почтальона, унося сына из этого дома, из мёртвой деревни.

* * *

Подхватив сына на руки, отец вышел наружу, осматриваясь по сторонам, вглядываясь в царивший мрак. С одной стороны пошевелилось нечто массивное, но это оказался товарищ. Он отбросил щелчком окурок, который кувыркаясь, плюхнулся куда-то в жухлую траву.

— Нашёл, смотрю.

— Нашёл, — коротко бросил мужчина.

Погрузив сына во внедорожник, весь грязный и разбитый, пропахший табачным дымом, потом и какой-то химией, он уселся на водительское место, поворачивая ключ. Заворчал двигатель, постепенно набирая обороты. Потом тяжёлая махина тронулась с места, поднимая клуб пыли, вдавливая мощными протекторами различный древний мусор.

— Это было безумием лезть сюда ночью, — брюзжал товарищ, доставая новую сигарету, но на этот раз начинённую не табаком.

По салону поплыл характерный запах.

— Мы сюда только ночью и ездим, — ответил отец, вертя рулём, объезжая какие-то развалины.

Внедорожник подбросило на очередной неровности.

— Что там было? – спросил напарник, имея в виду события в доме.

— Какой-то хер забрался вовнутрь, пытался убить моего пацана.

— Ты успел вовремя?

— Нет. Пацан загасил этого ублюдка.

Лёжа в багажном отделении, Фёдор слушал разговор, и ему почувствовались нотки гордости в отцовских словах. Да, что-что, а папаша не ожидал от своего задохлика таких действий, что сын сможет разобраться с психом. Дети нынче рождались апатичными, болезненными, не способные на какие-либо поступки.

— Кто это был?

— Трудно сказать.

Отец прочистил горло, сплёвывая зеленоватый ком на грязный коврик под ногами.

— Может генетический урод, а может свихнувшийся фрик, бывший местный житель.

— Я думал, что их всех убила радиация. А кого не убила, того добили мутанты и банды.

— Всегда находится исключение.

Один из мужчин громко пустил газы.

— Некоторые любят такие брошенные места. Сам помнишь, сколько таких у…он нам попадалась за последние годы.

Минут через сорок внедорожник остановился, и послышались новые голоса. Задняя дверь поползла наверх, и Фёдор увидел мужчин в камуфляже и противогазах. Двое из них забрасывали вовнутрь коробки с чем-то блестящим, в упаковке из фольги, совершенно не обращая внимания на полудохлого пацана. Мало ли у кого какие тараканы? Один любит ширять себе в вену, другой мальчиков, меленьких, маленьких, иной же ловит кайф от жёсткого насилия, а кто-то просто дрочит.

— Пять коробок, — послышался хриплый, простуженный голос из темноты. – В каждой по триста упаковок. Всё, как и договаривались.

— Прекрасно, дружок, — тут же отозвался отец, чем-то громко звякая, по-видимому, отсчитывая нечто металлическое.

— Следующая встреча через месяц?

— Примерно.

— А может и раньше, — добавил товарищ.

— Хорошо идёт торговля? – поинтересовался невидимый собеседник.

— Жрать в городе нечего, так что остаётся только употреблять, — хохотнул напарник, тут же зайдясь нехорошим кашлем. – Или трахать баб.

— Да какие бабы? Одни вонючие и…ы. Ещё подхватишь что-нибудь.

Какое-то время все молчали, а потом продавец проговорил:

— Вы осторожнее. Здесь совсем недавно видели заражённых, вроде стаю. Не успели отстрелять, мля.

— До воды уже не далеко, — хлопнул дверью отец, отрезая голоса снаружи.

Фёдор отключился на какое-то время, а когда вновь пришёл в себя, автомобиль уже стоял неподвижно. Рука протянулась к одной из коробок, вытаскивая серебристого цвета упаковку, пряча в одежды. Затем в салон хлынул прохладный воздух. Это отец поднял дверцу, вытаскивая сына наружу, неся к катеру, который находился в камышах.

— Не забудь про коробки, — донёсся приглушённый голос напарника. – А я пока спрячу нашу колымагу.

Сплюнув, он добавил:

— До следующего раза.

Фёдор снова ушёл из реальности в царствие сновидений, где мир казался совсем иным, не таким серым и убогим, как окружающая его жизнь. Там миры играли красками, а небо всегда было чистым, с ярким солнцем. Там маленькие девочки не умирали от рака, а животные в действительности могли говорить.

* * *

Лёжа на диване и глядя в серый потолок, Фёдор размышлял о том, что ничего не изменилось с того времени, как он вернулся обратно домой. Родители по-прежнему скандалили, и также отец напивался до свинячьего визга, а потом приползал на четвереньках в квартиру, блюя в каждом углу. Мать орала, чтобы он проваливал в задницу, кляня его последними словами. А как всё хорошо начиналось. Он смог справиться с почтальоном, который жил за рекой, а потом его обнаружил отец. Это могло быть отличным началом, прологом, но нет. Всё вернулось на круги своя. Снова сына никто не замечал, и мальчик был предоставлен самому себе. Впрочем, он был такой не один. Все дети в нынешнее время страдали от этого недуга. И это было гораздо хуже какого-нибудь рака, о котором говорил Матроскин.

Вспомнив о своём коте, Федор, сунув руку под диван, вытащил оттуда новую упаковку пилюль, которые незаметно спёр у отца. Приняв одну таблетку, мальчик стал ждать. Вскоре до его слуха донеслось мурлыканье. В комнате появился полосатый кот, а следом и рыжий пёс. Его друзья снова были рядом, как и раньше. На лице мальчика появилась слабая улыбка, а в глазах зажегся огонёк.

— Ну здравствуй, дружок.

Ваша оценка: None Средний балл: 7.8 / голосов: 5
Комментарии

Интересный рассказ с необычной темой(простоквашино переклеил)и еще кучей всякого ,однако некоторые части не очень понравились.8 из 10

Добавить комментарий
Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Допускаются только следующие теги HTML: <a> <em> <strong> <ul> <li> <img><br><p><blockquote>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
  • You may insert videos with [video:URL]
  • You may quote other posts using [quote] tags.

Подробнее о форматировании

Например, для варианта 1+1 напишите 2.

Быстрый вход