Метро. Нерасказанные истории. Глава 5

Глава 5.

Тесный Кладбищенский туннель был уныл и мрачен, как и несколько часов назад. Вспомнился мамин сон, и мне даже показалось, что где-то далеко в конце туннеля замерла точка дневного света. Идти без фонаря было сущим наказанием. Раз от разу встречающиеся лампы освещали крошечные пятачки пространства, и туннель походил на растянутую гирлянду с выбитыми фонариками.

Чем дальше я заходил в Кладбищенский туннель, тем меньше мне нравилась эта затея. Спонтанно принятое несколько минут назад решение теперь казалось глупым ребячеством. И потянуло меня после всего пережитого на поиски новых приключений? Сейчас бы отлежаться в палатке и набраться сил, а я, как дурак, попёрся неведомо к кому неведомо зачем…

Но… Что это?

Последний раз споткнувшись о рельсы, я остановился и прислушался. Показалось? Или по туннелю, отражаясь от глухих стен, на самом деле текла медленная грустная мелодия? Я сделал несколько шагов вперёд, ступая медленно и осторожно. Либо я сошёл с ума, либо по туннелю и впрямь лилась музыка. Через ещё пару шагов, я даже узнал инструмент, на котором играли. Это была губная гармошка. Ещё в детстве мама купила мне такую, думая, что она каким-то образом развивает дыхание и музыкальный слух ребёнка.

По коже медленно поползли мурашки. Кому могло прийти в голову ночью сидеть на кладбище и играть на губной гармошке?! Не успел я вообразить новый вид мутантов с гармошками, как мелодия затихла.

- А ты опоздал.

Хриплый голос, раздавшийся из мглы туннеля, заставил подпрыгнуть от страха и неожиданности.

В трёх шагах от меня зажёгся фонарь, ослепляя и окончательно сбивая с толку.

Усмешка. Щелчок затвора.

- Лучше стой на месте. Одного лишнего движения тебе хватит, чтобы безвременно закончить свою жизнь.

Я растеряно кивнул и непроизвольно прикрыл глаза рукой. Свет фонаря лизнул подбородок и сосредоточился на груди. Убрав руки от лица, я постарался разглядеть сидящего напротив человека. Глаза только начали привыкать к темноте, как свет фонаря вновь взлетел к моему лицу. Пришлось зажмуриться.

- Так и знал, что ты придёшь. Самонадеянным фантазёром был, им же и остался. – голос усмехнулся, качнув луч фонаря.

Вот зачем меня сюда понесло? Из всех моих глупых поступков этот – самый идиотский! Дурак! Трижды дурак!

- Что… Тебе от меня надо?.. – я сам не узнал свой охрипший лепет.

- Разговор. Всего лишь небольшой разговор.

Так. Нужно взять себя в руки. Это просто человек с автоматом. Пусть он и не очень дружелюбно настроен, но пока что явного желания меня убить не испытывает.

- Хорошо. О чём ты хочешь поговорить? – я с облегчением услышал свой привычный спокойный голос и вновь попытался разглядеть собеседника.

- О жизни, как это ни странно.

Луч света опустился, и я успел разглядеть бесформенную груду тряпья напротив себя.

- Слышал ли ты, - заговорила груда, опять упирая луч фонаря мне в глаза. – слышал ли ты о довоенном случае про сбой на электростанции?

- Скорее всего не слышал или забыл. Так я напомню. – не давая мне открыть рта, незнакомец продолжил. – Пол-Москвы сидело целый день без тока. Метро еле-еле двигалось. Прямо в час-пик, представляешь? Толпы уставших разъярённых людей штурмуют волнами общественный транспорт, который, загрузившись до отказа, проезжает десять метров и останавливается… Паникой не назвать, но непорядок ещё тот. Правительство тогда сообщило, что всё это – последствия сбоя на электростанции.

Мой собеседник выжидающе замолчал. Нотки его тихого хрипловатого голоса показались мне подозрительно знакомыми.

- Во время этого происшествия моя мать как раз с работы возвращалась. – кивнул я, - поезда еле двигались, и она ехала домой почти два часа.

- Сбой на электростанции – это официальная версия. – луч фонаря кивнул как бы соглашаясь, - А по неофициальной история с электричеством – не более чем государственный опыт. Люди сверху просто решили узнать: а что будет, если лишить человечков света?

Незнакомец замолчал. Я тоже не произносил ни звука. В наступившей тишине стук собственного сердца оглушительно громко отдавался в ушах. Мне показалось, что человек с фонарём удовлетворённо кивает, слушая каждый удар у меня в груди. Не выдержав вязкой тишины, я спросил обрывающимся голосом:

- И к чему всё это?

Молчание. Два удара в груди. Четыре. Десять. Двадцать…

- К тому, Антон, что мы с тобой думаем, будто всё вокруг нас – результат ядерной войны. А кто знает, как всё было на самом деле? Может, мы с тобой участники эксперимента, а? Может где-нибудь в своих уютных домиках или бункерах сидят политики и наблюдают за нашей жизнью, делая пометки в журнале?

Голос собеседника взволнованно разносился по коридору, и я, наконец, понял, кому принадлежал этот хрипловатый тихий тенор. Только одному человеку пришло бы в голову назначить встречу в таком месте. Только одному человеку так сильно со мной хотелось поговорить. С пониманием ситуации пришло ощущение того, что дела мои плохи. И живым мне отсюда вряд ли выбраться…

- Труп… Это ты?

Опять тишина. Один удар сердца, второй…

- Я думал, ты погиб. Тот ящик разлетелся в щепки…

- Ящик – может быть. А я сижу здесь перед тобой. Прямо, как в истории Фёдора Михайловича. Ты в двенадцать часов на Кладбищенском туннеле. Я в это же время здесь. Кто из нас живой, кто-то мёртвый. Разве что свеч не хватает…

- Хорошо. Ты живой, сидишь напротив меня в Кладбищенском туннеле с автоматом наперевес. Возникает только один вопрос: о чём ты хочешь со мной поговорить? Экспериментом ли является эта война? Не знаю! Теперь может быть опустишь автомат и уберёшь свет этого чёртового фонарика от моего лица?!

В порыве праведного гнева, я сделал шаг вперёд и замахал перед лицом руками, пытаясь убрать надоедливый луч света.

- Стой где стоишь! – в голосе Трупа засквозил испуг, но, видно, оружие в руках придало уверенности. – Я же тебя предупреждал, держись на расстоянии… Калаш со склада я не просто так прихватил.

Мысль об оружии в руках моего собеседника охладила пыл и заставила замереть на месте.

- Я знаю, зачем ты меня позвал. Из-за неё, да? – догадка, мучавшая меня последние несколько секунд была подтверждена молчаливой вознёй Трупа.

- Неужели… Ты выбрался из лазарета, ограбил склад, подкинул мне эту записку… Для того, чтобы убить человека ради какой-то девки?

- Это не какая-то девка! – вдруг взвизгнул Труп, с грохотом поднимаясь. – И ты должен был умереть ещё тогда! Мне бы не пришлось сейчас делать всё это!..

Он вдруг осёкся и замолчал. Было слышно его громкое нервное дыхание.

- Что ты хочешь этим сказать? – луч фонарика, наконец, ушёл гулять по моим плечам, давая взглянуть на человека, стоящего напротив. Силуэт его из-за контраста света и тьмы был почти невидим. Единственное, что я смог разглядеть – он еле держался на ногах, опираясь на какую-то палку.

- Ничего! То есть я хотел сказать… Я хотел сказать… Что ты её не достоин!

В голосе хозяина фонаря послышалась радость внезапно найденного ответа.

- Да-да, не достоин! – его голос становился всё твёрже. – Кто ты такой? Сын святоши, которая крутила шашни со священником. Инвалид, которому по слабости здоровья даже не доверяют стационарное оружие! – каждое слово он выговаривал с явным удовольствием, смакуя ситуацию и звучно потрясая автоматом. – Да ты всегда был трусом! Ты побоялся даже сказать мне в лицо, что она с тобой… Я всё узнал от неё! Я… Я вообще не понимаю, что она в тебе нашла!

Под конец тирады голос Трупа сорвался, сменив ликование растерянным гневом.

- Труп… Я не узнаю тебя… - я ошарашено вглядывался в потёмки, тщетно пытаясь разглядеть собеседника. – До этого момента я вообще не думал, что ты способен так... себя вести. Я даже начинаю сомневаться, что передо мной действительно ты.

- Я! Ты видишь перед собой живого мертвеца, да!

- Как же меняются люди, лишившись счастья…

- А ты мне тут не сочувствуй! Сейчас я тебе жалеть должен.– голос Трупа вновь заликовал. – Тебя никто здесь не найдёт, станешь всего лишь очередным пропавшим, хе-хе. – Труп негромко засмеялся. Я впервые слышал, как он смеётся. От этого смеха по коже забегали мурашки.

- Успокойся, Труп, приятель… Ты же не убийца. Подумай, что ты делаешь…

Нужно же что-то сказать?! Как-то унять этого сукинова сына, внушить ему доверие! А вот подпусти он меня поближе…

- Что я делаю? Пытаюсь быть счастливым человеком, вот что!

- Но ведь этого можно добиться и другими способами…

- Ты почему-то так не думал, развлекаясь с моей Жанной! Ты отобрал самое ценное в моей жизни, унизил, посмеялся надо мной! А теперь моя очередь.

- Но это же глупо и бессмысленно! Чего ты добьешься моей смертью?

- Я часто сидел здесь, размышляя о нас, людях вокруг, катастрофе, загнавшей людей сюда. – голос Трупа неожиданно посерьезнел. – И знаешь, я понял две вещи. Первая – смысла нет ни в одном нашем поступке. Для вечности, жизни, смерти мы – ничто. Маленькие крупинки большого пляжа, которых швыряет туда-сюда прибоем. Мы думаем, что наши поступки наполнены смыслом, жизни важны, а от дел, нами совершённых, зависят жизни других. На самом же деле нас лишь приносит и уносит прибоем. Какой смысл в перемещении песчинки? – луч фонаря спустился к моим ногам, и я открыл рот, чтобы что-то ответить, но Труп не дал сказать и слова. – Постой, не перебивай меня… Те, кто ещё способен думать, считают, что прибой – это Бог, судьба, рок, карма. У каждого он называется по-своему. Но что такое судьба? Какая-то материя, умно управляющая жизнью каждого человека. Любое действие судьбы правильно. Оно не оспаривается, считается, что «так и должно быть», а действие, противоположное решению судьбы, было бы неправильно. А что они подразумевают под словом «неправильно»? Что бы случилось, будь всё иначе? Если хороший человек вместе с женой не попали в аварию и не погибли, то кому бы они навредили? Мать человека умерла с горя через месяц, оставив десятилетнего внука – совсем мальчишку – одного. Так и должно быть? Бессмысленное убийство миллионов людей – часть плана Бога? Тогда скажи, какой в этом смысл? Где благо, принесённое обществу, или чему бы там ни было? Можешь не говорить, я отвечу. – рассудительный голос Трупа на мгновение замолк, но тут же продолжил, - Блага нет, добра нет, смысла нет, судьба – не что иное, как набор случайностей, происходящий с каждым из нас. Она не заботится о нас, а, подобно прибою, метает из стороны в сторону. Кого-то уносит в далёкое мрачное море, кому-то позволяет понежиться под лучами солнца. В таком мире нужно успеть всё, пока не смыло волной. Следуя из этого, можно вывести вторую истину: живи, пока жив. И я не собираюсь умирать. Может быть потом, от старости, но не сейчас. – по движению силуэта я понял, что он вскидывает автомат. – Скажешь что-нибудь напоследок?

От былой нервозности Трупа не осталось и следа. Его голос был холоден и бесстрастен, как всегда.

У меня внутри всё похолодело. Неужели вот таков мой конец? От рук сумасшедшего влюблённого?

К горлу подкатил комок.

- Может быть смысла действительно нет, - тихо заговорил я. – но во всех этих убийствах виноваты мы сами. Люди, живущие для себя. Думаешь, она сильно отличается? Убив меня, ты получишь её на несколько дней, месяцев… До тех пор, пока не надоешь, и она не найдёт себе другого. Ты ей нужен на время, я её нужен на время.

- Хватит. – голос Трупа дрогнул.

- Для неё даже помощь старику забраться на перрон – доброе дело – является удовлетворением собственных потребностей. – тихо продолжал я, не внимая внутреннему голосу, который вовсю твердил «заткнись! Ты совсем спятил? Не дави на этого психа, он же вооружён!».

- Нет! Молчать. – луч фонаря задрожал, остановившись у меня на груди.

- Ей плевать на твоё мнение и проблемы, если они не противоречат её духовному спокойствию.

- Я буду стрелять!

- Если хочешь – забирай её. Живите вместе. – я не удержался от усмешки.

- Пока жив ты, это невозможно.

Глухой щелчок курка показался мне громче выстрела. Я притронулся к груди и с удивлением обнаружил там расползающееся багровое пятно. Перевёл взгляд на Трупа.

- На твоём пляже она всегда будет центром Вселенной…

Сил стоять больше не было. Я попытался сделать шаг навстречу Трупу, но, пошатнувшись, рухнул, уткнувшись в мысок массивного сапога.

***

Смерть. Пожалуй, одна из главных загадок человечества. За годы подземной жизни я много думал о ней, но никогда бы не подумал, что моя смерть может быть такой глупой.

Было больно. Я лежал распростёртый на чёрной земле Кладбищенского туннеля и, надо признать, выглядело моё бездыханное тело ужасно. Кривая усмешка покрытого грязью лица внушала отвращение. Заштопанная на спине куртка и оборванные джинсы превращали неподвижное тело в закоченевший труп вонючего бродяги, на которого с жалостью смотрела мама двадцать пять лет назад. Я с негодованием отвернулся от созерцания собственного позора, как вдруг понял, что… вижу себя бездыханного со стороны. Вновь посмотрев на свое тело, я обнаружил, что оно по-прежнему лежит в туннеле. Я в недоумении вытянул правую руку вперёд. Пошевелил ею. Пальцы повиновались рефлексам и сжались в кулак. Труп не пошевелился. Повращал кистями обеих рук. Мёртвый Антон оставался мёртвым. А я – живой – стоял рядом и размахивал руками.

- Так ты ничего не добьешься. – спокойный голос раздался у меня в голове, заставляя вздрогнуть. – официально ты мёртв, и вряд ли кто-то тебе сейчас поможет.

- Кто это? – мне показалось, что я крикнул изо всех сил, но почему-то еле услышал звук собственного испуганного голоса. – Что происходит?

Гулкая тишина была мне ответом.

- Эй, ты! Отвечай! Слышишь? Что со мной произошло? Где Труп?

- Сейчас за тобой придут люди со станции. Твой убийца исчез из палаты, а парень, давший тебе записку, не выдержал и сам рассказал об этом туннеле. – голос вновь раздался где-то внутри меня, и я начал судорожно оглядываться, пытаясь отыскать говорившего. – можешь не пытаться увидеть меня, сейчас всё произойдёт само.

Туннель вокруг вдруг начал наливаться красками. Различные оттенки черного и красного стали сливаться в причудливые узоры, освещая туннель и давая разглядеть действительно бегущих где-то вдалеке людей.

- Что… Что со мной? – я сам не разобрал звук собственного голоса, зато мой новый собеседник слышал его отлично.

- Твоё настоящее «я» покидает материальный мир. А я пытаюсь его остановить.

- Что мне делать? – только сейчас я понял, что все эмоции своего голоса ощущаю только я. Те отголоски, что слышат мои «призрачные» уши и новый собеседник, лишены чувств и раздаются с бесстрастным спокойствием.

- Ничего. Сейчас ты попадёшь в мой отправной пункт, главное не волнуйся. Эмоции души только затрудняют процесс…

- Какой отправной пункт? Как это не волноваться, когда со мной происходит чёрт знает что?

- Это в твоих же интересах.

Разноцветные стены туннеля стали сжиматься, превращая коридор в небольшую комнату. Все краски слились в слепящий бело-оранжевый цвет.

- Зачем я отправился в этот дурацкий туннель, зачем?

Я в страхе зажмурился, а когда открыл глаза, то понял, что нахожусь в абсолютно пустой квадратной комнате. В ушах закладывало от непрекращающегося гула, глаза резал окружающий со всех сторон едкий оранжевый цвет.

- А вот и ты. Скорее, становись в центре и постарайся думать о самых счастливых моментах своей жизни. – рядом со мной стоял нечёткий силуэт человека и продолжал спокойным голосом. – Быстрее, у нас мало времени.

- Ты кто такой? Почему ты всё это делаешь? – я пытался разглядеть воздушные очертания своего собеседника, но бьющий со всех сторон едкий оранжевый свет не позволял рассмотреть существо напротив меня.

- Ты хочешь жить? Тогда не задавай лишних вопросов.

- Но почему я должен верить тебе?

- Потому что у тебя нет выбора. – растягивая слова, проговорил силуэт.

Я стоял в растерянности. Чёрт возьми, эта штука, кем бы он или она ни являлась, была права!

Я сделал два неуверенных шага и замер в центре комнаты.

- Это правильный выбор. Тебе ещё рано умирать.

Яркая вспышка осветила всё вокруг, и я провалился в неизвестность.

Ваша оценка: None Средний балл: 8.8 / голосов: 28
Комментарии

Жжесть...

Очень сильно меня напрягла голливудская беседа "будущего трупа с будущим убийцей". Ну хочешь замочить - мочи. Нет, блин, стоит, разговоры заводит. Еще бы кафедру и графин ему...

Ошибок почти нет. Так, по мелочи. В основном - стилистика. Самая яркая:

\\Последний раз споткнувшись о рельсы\\ - т.е. ГГ шел-шел, и все спотыкался, спотыкался... Выходит, можно сказать, "он медленно спотыкался к своей цели".

+8

__________________________________

ДРЕВНЕЙ МЕНЯ ЛИШЬ ВЕЧНЫЕ СОЗДАНЬЯ,

И С ВЕЧНОСТЬЮ ПРЕБУДУ НАРАВНЕ.

ВХОДЯЩИЕ, ОСТАВЬТЕ УПОВАНЬЯ.

Данте. Ад

Спасибо за комментарий)

По поводу рельс могу поспорить: если он споткнулся последний раз, то это не значит, что он спотыкался всю дорогу. Просто в потёмках слабая видимость, что и вызывает частые (но не постоянные) спотыкания :)

Люди, вы комментируйте, не стесняйтесь!)

http://deadfantasy.ru

Супер! Жду продолжения!

про аварию на Чагинской подстанции прикольно написано! правда, в реальности, там всё руководство отодрали и Мосэнерго стало разваливаться на разные компании

Спасибо за комментарий)

Задача Трупа была скорее напугать героя и читателя своими мыслями, а не рассказывать всю подноготную того происшествия)

http://deadfantasy.ru

Ну, и где же продолжение?

Страсть как хочется прочесть.

Нет сил, я не могу уж есть

Быстрый вход