Там, где кончается пустыня. Часть четвёртая

Солнце поднималось всё выше, полупустыня постепенно прогревалась, всё живое, что могло двигаться, перемещалось в тень, пережидая дневной зной.

Два человека, ровными шагами двигающиеся по густой зелёной траве, так не похожей на привычную им растительность полупустыни, тоже начали оглядываться в поисках укрытия и наконец устроились в тени обрыва. Проверив, нет ли рядом ядовитой змеи или чего-нибудь не менее опасного, опустились на тёмно-зелёный оливиновый песок.

- Сайгаки, – с проснувшимся азартом шепнул один из них, подросток лет семнадцати, глянув в сторону ручья, протекавшего в паре сотен метров.

- Похоже, – кивнул его спутник, выглядевший лет на шесть старше. – Пусть.

- Может, поохотимся?

Оба путника знали, что к сайгакам, когда они пережидают полудённый зной, порой можно подкрасться почти вплотную. Но старший энтузиазма не проявил:

- Это терять время на разделку, да ещё и тащить на себе такой груз. Еды у нас хватает.

- Нет в тебе охотничьего азарта, Айк, – разочарованно вздохнул младший. – Подумаешь, сайгак. Утащили бы, не так уж далеко. Зато пришли бы в гости со своим мясом, показали бы себя перед Леном добытчиками.

- А зачем? – флегматично ответил Айк. – Тем более, не думаю, что в его доме сейчас недостаток мяса. Вот если бы ты ему рулон шёлковой ткани принёс, то в мгновение ока заработал бы искреннюю благодарность.

Уши его повернулись в сторону моря, он вскочил, вскинул на плечи вещмешок и направился к лавовой гряде, оттесняющей ручей в сторону. Сайгаки, заметив человека, неторопливо отошли подальше, но Айк не обратил на них внимания, шагая к каменному валу. Его спутник, тоже подхватив вещи, последовал за ним.

- Что-то слышишь? – полюбопытствовал парнишка, привыкший к чувствительному слуху двоюродного брата.

- Да. Большое стадо копытных.

- Такое же, как там, на юге? Когда вы туда ходили шесть лет назад?

- Думаю, так, – ответил Айк, явно вспомнивший те времена.

Когда полупустыня вместо привычной растительности начала в первую половину лета покрываться сочной травой, когда редкие дожди стали выпадать значительно чаще, те, кто этой травой питается, резко увеличили свою численность. Сайгаки во время ежегодной миграции в прошлом году шли не группами по десятку-другому особей, а стадом в несколько сотен голов, зайцы этим летом мелькали чуть ли не за каждым кустиком. Но впереди двигалось что-то другое, и Айка терзало любопытство.

Айк поймал ускользающую мысль. Много дичи – это хорошо, но за травоядными неизбежно придут хищники, чтобы использовать такой пищевой ресурс. Волки, крупные родственники шакалов, следовавшие за стадом сайгаков в прошлом году не вызывали опасений. А вот крупные кошки – пожалуй, тревожили. Уж очень легко было представить, как из-за куста прыгает на спину такой тихий засадный хищник. А ещё…

Айк вспомнил стремительно приближающиеся невысокие фигурки, заносящие для удара копья, бег по саванне, мёртвый посёлок местных охотников, расщеплённые кости в яме. Поёжился от таких воспоминаний и поправил ракетницу.

Айк взобрался на невысокую гряду застывшего лавового потока, пересекавшую равнину с незапамятных времён. Речка, вдоль которой шли люди, делала здесь петлю, огибая препятствие, и проще было перебраться поверх гряды, чем повторять изгиб русла.

- Имр, где ты там? – Айк обернулся и посмотрел на парня, задержавшегося внизу. Тот поднял голову и ответил:

- Странные следы. Никогда таких не видел.

- А теперь сюда глянь, – посоветовал Айк, усевшись на камне.

Имр проворно вскарабкался наверх и ошеломлённо замер, уставившись на перебирающийся через речку поток копытных. Не меньше сотни голов, совершенно незнакомого вида. Голова чуть похожа на голову лошади, но на ней коровьи рога. Хвост тоже лошадиный, борода, как у овцекозы, копыта, как заметил Айк, раздвоенные. Животные переправлялись через ручей, отчего вода выше по течению заметно вздулась. Фырканье, хрюканье и мычание разносились вокруг. Основная часть стада уже миновала поток, лишь последние пытались догнать своих.

Одна из таких отставших с трудом перешла неглубокую речку, но это, кажется, отняло у неё все силы. С жалобным мычанием животное легло, и тут же из-за камня выскочило несколько крупных, не меньше человека весом, пятнистых хищников, с хихиканьем кинувшихся к упавшему. Животное испуганно замычало, сумело вскочить и даже пробежало с полсотни шагов, но запнулось и упало, а преследователи принялись отрывать от него кусок за куском, не обращая внимания на то, что еда ещё жива.

- Ого! – Имр отвернулся, слегка побледнев. Зрелище пожираемого заживо животного было не из приятных.

- Времена меняются, – негромко произнёс Айк. – Раньше можно было устроиться на ночлег прямо на песке, не боясь хищника. А теперь выскочат несколько вот таких зубастиков – и всё. А значит, нужно до дома Лена дойти до темноты. Вперёд!

Они тронулись, спустились со скалистого гребня к броду и быстрым шагом направились вниз по течению.

Никто не знал, сколько столетий здесь жили люди. Какое-то время строение стояло незаселённым, но удобные места редко надолго остаются без человеческого присутствия. И пять лет назад молодая пара, искавшая место для нового дома, решила, что самое подходящее – это полуразрушенное строение. Убрали кости бывших обитателей, привели в порядок крышу, прочистили дымоходы, а затем начали кропотливую работу по приведению жилья в цивилизованный вид. Сейчас на крыше уже виднелось два ряда солнечных батарей, в помощь им крутился ветряк, благо, ветер на побережье дул почти всегда, да и водопровод, как помнил Айк, работал нормально.

В вечерних сумерках тёмная громада дома Лена смотрелась скорее скалой, чем жилищем. Ни огонька, ни запаха дыма. Айк поднял молоток, висящий у ворот, и несколько раз стукнул по железной плите. Гул должен был разбудить даже спящего. Через насколько минут рядом с воротами открылась дверца, а в ней мелькнул огонёк.

Внутри здание совсем не было похоже на привычные Айку дома. Тёмные мрачные коридоры, двери в самых неожиданных местах, каменные лестницы. Хотя и бывал здесь не раз, но всё равно испытывал неудобство. А Имр, оказавшийся здесь впервые, аж рот разинул от удивления. Эрика, радуясь приходу гостей, провела их в помещение без окон, но обшитое деревом со всех сторон:

- За этот год мы новую баньку сделали, вместо прежнего душа, оцените. С голоду не помираете – значит смойте дорожную пыль. Мыться – за дверью. Вода горячая, для Лена готовилась, он в мастерской застрял. Не волнуйтесь, ему тоже хватит, там много. Там дальше – парилка, только маленькая, лучше по одному. Хотя, мы и вдвоём помещаемся. Как сполоснётесь – выходите в коридор и подниметесь по лестнице, затем – направо, там ужинать будем.

Среди жителей степи рыба считалась редкой едой, в пересыхающих речках мало кто водился, а уж достойных ловли рыб вообще почти не было. А здесь, на берегу моря с этим было полегче. Рыбный суп, который Эрика поставила перед гостями, оказался наваристым и достаточно вкусным. Лен вошёл, когда Айк уже закончил есть, а Имру осталось пару ложек.

- Привет, парни! Вот сегодня хороший день! Надолго к нам?

- Дней на пять или шесть, – улыбнулся Айк такому взрыву энтузиазма. – Я, в смысле. Имр хотел бы надолго задержаться. Если вы не против, конечно. Помощь нужна какая?

- Ещё как! Сейчас ещё не так, как год назад, тогда я едва до постели доползал, не то, что о прочих радостях думать. Сейчас и мастерская работает, и лаборатория более-менее в норме, и с едой всё в порядке. Можно и о наследниках подумать.

Эрика смутилась, прикрыв ещё ничуть не выступающий животик руками, отступила к плите и достала ещё одну тарелку.

- Да, – кивнул Айк. – Подшипники, о которых ты говорил, я принёс. Внизу лежат в свёртке. И реактивы, о которых мне Камо рассказал, тоже здесь.

- Замечательно, а то без подшипников не могу станок запустить с нужной точностью, а без станка подшипники нормальные не сделать. Замкнутый круг. Кстати, ко мне заходили двое желающих строить новый дом, выясняли, как я делал некоторые вещи. Они говорили, что многие молодые семьи не остаются с родителями, а идут на новые места.

- Есть такое, – согласился Айк. – Я четыре такие парочки знаю. Это те, кто уже отправился. А ещё те, кто думает об этом. Да вот, Имр как раз по этому поводу.

- Отлично! – обрадовался Лен. – Значит, попробует на практике, как придётся вкалывать!

- Орена знаешь? – спросил Айк. Дождался кивка и продолжил: – У него как раз невеста выросла, следующей весной он хочет у родителей её забрать. Так он договорился ещё кое с кем, они и ещё три молодые семьи, Имр со своей Асей в частности идут на юг в саванну, там будут строить поселение, достаточно крупное, чтобы противостоять опасностям тех мест.

- Далеко, – засомневался Лен. – Ничего туда от старших не заберёшь, а вообще всё делать самому – слишком сложно. Даже такой компанией.

- Мы всё продумали, – усмехнулся Имр. – Ты умеешь лодки делать, нам говорил, что ходил на лодке за древесиной. Научишь меня, я делаю большую лодку, в неё грузим всё, что нужно и идём на ней до устья реки, поднимаемся до того древнего моста – и мы на месте, да и груза можно больше тонны прихватить.

- Не такой уж я лодочный мастер, – опечалился Лен. – Одна лодка, да ещё и подтекает. Не лучший из меня учитель в этом вопросе.

- Лучший, – возразил Имр. – Опыт у тебя есть. Я вообще не знаю, с какой стороны к изготовлению лодки подходить. Времени у меня до следующей весны, дармоедом не стану, помогу по хозяйству в том числе, девять месяцев впереди, если согласишься.

Лен тем временем приступил к еде, стараясь наверстать упущенное, а Имр и Айк рассказывали ему последние новости. Не забыли упомянуть и Алию, благополучно давшую жизнь сыну, чем вызвали искреннюю радость у Лена и Эрики.

- А Марика там как? - полюбопытствовал Лен.

– Жива и здорова, – подтвердил Имр. – Пич всё-таки осмелился недавно ей предложение сделать. Она согласилась, но попросила время до осени, не знаю зачем. Думаю, у нас будут жить, им две комнаты выделили в западной стороне. До этого Орен к ней подходил, спрашивал, не согласится ли она с ними отправиться на правах второй жены? Он говорил, что на вторую жену примета не распространяется.

- Это как, вторая? – удивился Лен.

- А у него давно эта мысль, чтобы завести себе две-три жены в доме, – рассмеялся Айк. – Считает, что в тех условиях будет лучший вариант, уйти жёны не смогут, далеко и опасно, придётся налаживать отношения. И детей десяток. Марика отказалась, кажется, Орен ей не приглянулся.

- Ха! – Лен отставил тарелку. – Тогда я скажу то, что ему точно понравится. Там, где берег зарос манграми, есть одна протока, а за ней уцелел посёлок рыболовов. Заросли от волны их защитили, а наркота до такой глуши не добралась. Дикари, таких ещё не видел, даже гарпуны костяные, а каменный нож - ценность. Вымирают, детей мало, бедность такая, что за стальной нож можно с любой девушкой бурную ночь провести, а за гарпун с железной насадкой готовы были насовсем отдать, не шучу. Вот где Орену стоит ещё одну жену поискать.

- В воду, значит, нож уронил? – похолодевшим тоном спросила Эрика.

Лен замер, понимая, что сболтнул лишнее, а Эрика, гневно фыркнув, встала и вышла.

Много в доме работы, которую несподручно делать одному, а привлекать к ней жену в положении – вообще не следует. И два дня гости вместе с хозяином собирали и настраивали универсальный станок, поднимали на крышу ещё одну солнечную панель и заливали смолой сухую батарею, по утверждению Лена, способную около столетия работать источником тока без всякой внешней подпитки. А в середине третьего дня, когда они присели отдохнуть, сверху раздался голос Эрики, срочно призывавшей их глянуть.

Зрелище и впрямь было редкое. По прибрежным холмам неторопливо двигались стада самых разных травоядных. И лошади, раньше не встречающиеся такими большими табунами, и антилопы нескольких видов, и здоровенные короткорогие туши, не виденные Айком за пределами южной саванны, и высокие нелетающие птицы. Медленно, то и дело останавливаясь, чтобы сорвать очередной пучок травы или глотнуть воды из речки, они заполняли всё видимое пространство.

- Их тысячи! – выдохнул Лен. – Ох, чтоб меня!

Восклицание вырвалось, когда одно из крупных, с тонну, копытных уткнулось в хлипкий забор, окружающий огород. Сворачивать зверюга не стала, налегла посильнее, и изгородь рухнула. Довольно замычав, туша прошла к грядке с горохом и принялась набивать желудок богатой белком растительностью. Её сородичи не отставали, и очень скоро стало понятно, что собрать с огорода ничего не удастся, даже если нарушителей немедленно выгнать. Лен и Айк, впрочем, попытались, сбежали вниз, но вынуждены были отступить за каменные стены, когда такое же стадо пошло прямо на них, не собираясь сворачивать.

- Нашествие какое-то, – пожаловалась Эрика. – Надо кого-то из них убить и законсервировать. В компенсацию потравы.

- Точно! – Лен тут же принялся размышлять вслух, как сохранить столько мяса. Осложняло всё то, что морозильная камера в подвале существовала лишь в проекте. Пришлось придумывать другие способы, а заодно и прикидывать, как лучше охотиться в такой ситуации.

- О! – Лен показал на цепочку двуногих фигур, показавшихся из-за холма. – А это ещё кто?

- Где? – Айк, уже успевший спуститься по лестнице, поднялся снова и глянул на маленькие фигурки. – Полулюди, мы в саванне с такими встретились. А это мне совершенно не нравится. Сойдём-ка со стены.

Но было поздно. Пришлые тоже заметили людей на стене, тут же развернулись и пошли на сближение. Если до этого они явно шли за стадами – то теперь целью их была старая крепость. Поклажу они побросали под присмотром дюжины женщин с детьми, а у остальных в руках появились копья и дубинки.

- Детей оставили, дубинки в руки и идут сюда, – Лен потер подбородок. – Айк, чего они хотят?

- Лен, мне кажется, на твой дом нападают, – невозмутимо ответил Айк, прикидывая, как далеко ракетница. – Защитный пояс у крепости, я надеюсь, есть?

- Тут каменная стена, что против неё дубиной можно сделать? – Лен выглянул и убедился, что ворота закрыты.

- Перелезть, например, – пожал плечами Айк. – К оружию!

Все как будто только и ждали команды, бросились туда, где оставили ракетницы. Через минуту снова появились на стене уже вооружённые.

- Странно они реагируют, – Лен с любопытством повернулся к подошедшему с оружием Айку. – Увидели, так сразу копья в руки и вперёд. Как инстинкт.

- Нехороший инстинкт, если так, – вмешался Имр. – Увидел похожих-но-других – убей их немедленно. Лен, может, Эрику в безопасное место отправить?

- Может быть и так, – ответил Айк обоим сразу. – Самое надёжное место для обороны какое?

Вопрос ввёл Лена в состояние ступора. Кажется, он не оценивал дом с этой точки зрения. Пока он размышлял, Эрика показала на жилую башню:

- Там. Входов два, прочные двери, верхняя площадка тоже имеет дверь, закрывающуюся изнутри. Запрёмся, и не достанут.

Цепь нападающих тем временем достигла стены и тут же без задержки начала на неё взбираться. Карабкались по выветренной, но всё же отвесной стене они с необычайной ловкостью. Оружие висело за спиной, а пальцы легко находили мелкие выщербины, подтягивая щуплые тела всё выше.

Ракета с визгом ударила в череп ближайшего, тот полетел вниз. Второй выстрел сбил ещё одного захватчика.

- В башню! – Резкий крик Лена заставил Айка обернуться.

С южной стороны, где стена пониже остальных и более разрушена, на неё уже выбирались небольшие фигурки. Тут же, не отвлекаясь на мелочи, бросились к людям, Айк даже на какой-то момент залюбовался ими. Лёгкие грациозные движения, ловкость, для которой человеку необходимы годы упорных тренировок, и целеустремлённость, действительно напоминающая инстинкт.

Эрика уже скрылась внутри башни, Лен тоже, так что Айк с Имром вбежали за ними и захлопнули массивную дверь. Щёлкнул засов, и тут же по двери кто-то ударил несколько раз.

- Оптимисты, – процедил Лен. – Айк, быстро наверх, закрой дверь на крышу, а я второй вход запру.

Айк стремительно взбежал по винтовой лестнице, задвинул засов на двери, открывающейся на плоскую площадку крыши, и начал спускаться. За дверью, мимо которой он проходил, раздался звон стекла. Он распахнул дверь и выпустил ракету в нападающего, уже успевшего перелезть через подоконник.

Второй перепрыгнул через труп и бросился на Айка, замахиваясь дубинкой. Ракета, ударившая в грудину, бросила его на пол.

- Сюда! – заорал Айк. – Здесь окно открыто!

В окно уже запрыгивали невысокие тонкие полулюди, на лицах невозможно было прочитать ничего, кроме агрессивной целеустремлённости. Айк успел выпустить ещё три ракеты и начал отступать, перезаряжая оружие. Полулюди вырвались в коридор, и тут подоспели Лен с женой и Имр, начавшие отстрел нападающих, как мишеней на стрельбище.

Выстрел, перезарядка, выбор цели. За это время остальные тоже выпускают по ракете, и в каменном коридоре падают ещё несколько тел. На таком расстоянии, да против врагов, не знакомых с оружием, поражающим на расстоянии всё упиралось в вопрос: хватит ли боеприпасов?

Айк отстрелялся раньше всех, двадцать ракет, взятых из дома, израсходовались полностью. У остальных ещё осталось по нескольку штук. Нападающие как-то внезапно закончились, никто уже не выпрыгивал в коридор с воплем и жаждой убийства. Айк прислушался. Ракетницы работали негромко, но в ушах всё равно слегка звенело.

- Никого, – наконец сказал он. – За мной.

- Отойди, – остановил его Лен. – У тебя ракетница пустая. Я пойду.

Он шагнул вперёд, с трудом находя свободные участки пола, и заглянул в комнату. Никого. Переступив через тела, подошёл к окну. Снизу, при виде человека, раздались крики ярости.

- Десяток ещё, – Имр выглянул через его плечо. – Пойдем, откроем вход внизу. Пусть заходят.

- Дело говоришь, – Лен закрыл ставни, на случай повторной атаки, и все направились вниз, добивать врага. Имр протянул Айку три ракеты. Половину всего, что осталось.

Прогнозы оказались верными. Как только дверь открылась, полулюди всей толпой кинулись внутрь, сбились в кучу и все полегли под выстрелами. После чего Айк обошёл всю крепость в поисках затаившегося врага. Не нашёл.

В нападении, кажется, участвовали все, кроме женщин с маленькими детьми. Среди трупов были и старики, и взрослые мужчины и женщины, и подростки обоего пола. Выглядели они примерно одинаково, даже взрослые – лет на двенадцать, и отличить молодых от старых можно было лишь по состоянию кожи, волос и зубов. Груди у женщин, даже у взрослых, едва выступали, чтобы отличить мужчин от женщин, приходилось заглядывать под набедренную повязку, единственную деталь одежды.

Женщины и дети нападающих так и сидели на холме, глядя на крепость. Айк предложил пополнить боезапас, выйти и всех перебить, включая детей, но остальные с ним не согласились:

- Детей-то зачем? – высказала Эрика общую позицию. – Они ни в чём не виноваты.

- Затем, чтобы когда они вырастут, не убили твоих детей, – парировал Айк. – Видел я следы пиршества в тундре, с человеческими детьми они поступали как со всякой дичью.

- А если пару-тройку маленьких себе забрать и воспитать, – задумчиво произнёс Имр, – что из них вырастет?

Позицию Айка не поддержал больше никто. Но прошла ночь, а остатки полулюдей всё сидели на прежнем месте, ждали тех, кто никогда не вернётся. Стада травоядных давно ушли, оставив лишь вытоптанную траву.

- Прогнать надо, – утром высказал общее мнение Лен. – А то овцекоз пастись не выгнать.

Айк, Лен и Имр, оставив Эрику, пошли к сидящим в ожидании женщинам и детям. Те, подождав, пока чужаки приблизятся на полсотни шагов, подхватили детей и начали отходить, соблюдая дистанцию.

Айк с любопытством осматривал брошенное врагами имущество. Чего тут только не было! Бамбуковые палки, принесённые неизвестно с какого расстояния, кости, куски шкур, каменные орудия, пучки травы, всё это связано вместе гибкими лианами, ремешками из тех же невыделанных, вонючих шкур.

- Айк, чего застрял? – Лен с Имром уже двинулись вслед за уходящими женщинами. Те спешили, то и дело оглядываясь. Постепенно стены крепости отдалялись, скрываясь за холмом.

Из-за обломков скал, усеивающих местность, выскочил десяток уже знакомых Айку и Имру пятнистых хищников. Первый зверь с рычаньем вырвал из рук матери маленького ребёнка, не обращая внимания на дикий визг бедняжки. Полулюди бросились кто куда, а хищники с хохотом и повизгиванием погнались за ними. Руки женщин были заняты детьми, оружия ни одна из них не несла, так что рвать их на части ничто не мешало.

Одна из женщин, с двумя детьми гораздо меньше её по размеру побежала в направлении Айка. За ней погнался один из хищников, крупный, весящий раза в два побольше неё. Поняв, что убежать не успевает, она развернулась и с воплем бросилась на зверя, пытаясь вцепиться ему в морду.

Хищник не имел острых когтей, как каракал, но челюсти его обладали немалой силой. Быстрое движение пастью, вскрик боли – и зверь отскочил назад, грызя оторванную руку, а женщина сделала несколько шагов, оглянулась вокруг и села, находясь в состоянии шока. Кровь толчками выбивала из ужасной раны.

Дети тем временем, пользуясь моментом, добежали до мужчин и упали им под ноги, прижав лица к земле. Айк вскинул ракетницу, но хищники каким-то образом осознавали опасность вооружённых людей и близко не подбегали. Шастали вокруг, грызли тела женщин и детей, валялись в содержимом разорванных кишечников. Людям здесь делать было нечего, и они начали отходить к крепости.

Спасённые дети не собирались оставаться на месте трагедии, тут же встали и молча последовали за мужчинами. Айк искоса разглядывал их. Девочки, похожи друг на друга так, что возникало подозрение о том, что это близнецы, рост где-то по пояс взрослому человеку. Одежды нет вообще, даже той повязки, в которых щеголяли взрослые. И не собираются отставать, как ни печально. Пристрелить – у Айка рука не поднималась, да и ракеты тратить не хотелось. А Имр, судя по взгляду, обдумывал свою идею с приручением.

Эрика, увидев, кого привели мужчины, высказала всё, что думала об их умственных способностях. На что ей Лен ответил:

- Может быть, сама выгонишь?

Эрика замолчала, схватила девочек за руки и потащила в баню. Вернулась лишь через два часа, сообщив, что устроила их в одной из комнат, покормила, а как их обучать – она понятия не имеет. Айк предложил дрессировать, как детёнышей каракала, а Имр горячо поддержал.

Вечером, когда Айк уже обдумывал возвращение домой, Лен подошёл к нему и попросил задержаться на несколько дней.

- Понимаешь, мы с Имром завтра с утра берём лодку и идём к зарослям за древесиной. А в такой ситуации Эрику одну я оставлять боюсь. Побудь с ней, пока мы не вернёмся.

- А со мной не боишься оставлять? – неудачно пошутил Айк, на что Лен ответил совершенно серьёзно:

- С тобой – не боюсь. Вот с Ореном, если бы он был здесь, я бы не рискнул, у него другие взгляды.

- Пусть так, – согласился Айк. – Она, кстати, на тебя всё ещё обижается.

- Да, надо же было проболтаться! Теперь не докажешь, что ничего не было.

- А ничего не было?

- Даже если и было, это же не дома. Ну, как с вдовой какой-нибудь в чужом доме ночь провести, семье же это не угрожает. Я просто кроме Эрики ни с кем не был, захотелось попробовать, как это не с женой? Кстати, понравилось.

Следующим утром на рассвете лодка унесла Лена и Имра на юг, где они собирались нарезать древесины. Эрика предупредила мужа, чтобы тот не уронил в воду нож, тот согласился, но Айк видел, как он незаметно для жены спрятал в коробку с едой два простеньких ножа. Одобрить этого Айк не мог, но и встревать в чужую семейную жизнь не хотелось.

Весь день Айк провёл на свежем воздухе. Овцекоз выпускать на пастбище без сопровождения сейчас было рискованным. Но всё прошло тихо, хищники наверняка ушли вслед за мигрирующими травоядными. Вечером, укладываясь спать, он услышал лёгкие шаги в коридоре, дверь приоткрылась, и в комнату вошла Эрика, сжимающая в руках светильник:

- Страшно в комнате одной. Я не думала, что я такая трусиха. Раньше муж уходил на десять дней – и ничего, а сейчас, когда эти полулюди появились – боюсь.

- Понятно. А эти, мелкие, где?

- Я их закрыла в подвале, пусть ночью там сидят, пока не приручатся. А всё-таки, люди это или нет?

Эрика присела на край кровати, погасила светильник. Легла под одеяло, коснувшись рукой плеча Айка.

- Эрика, – спокойно произнёс Айк, размышляя о глупой ситуации. – Твоему мужу не понравился бы твой визит.

- А я ему не скажу, – тихо шепнула женщина, придвигаясь ближе. Айк слышал, как часто бьется её сердце, как она дрожит.

Некоторое время оба молчали. Потом Эрика осторожно провела пальцами по ключице Айка, по груди, животу. Шепнула:

- Ты так и собираешься хранить верность своей Алие?

- Ага, – флегматично ответил Айк, начиная догадываться, что сохранить верность без грубостей не выйдет.

- А это не будет нарушением брака, – заметила Эрика, придвигаясь к Айку. – Брак – обязательство мужчины и женщины иметь детей только друг от друга. Я жду ребёнка от мужа, так что ни я, ни ты свои обязательства не нарушим. Вот, Лен точно провинился, мало ли кто от него там родится?

Этот вопрос действительно считался принципиальным, но действия Эрики вряд ли соответствовали норме. Для вдовы, не имевшей права зачать вне брака, в таком поступке не было ничего необычного, хотя правильно было вечером пошептаться с избранником, чтобы убедиться во взаимной симпатии. Но для замужней женщины подобное казалось диким.

- Как говорит моя мать, по форме правильно, но по сущности ошибка. А ты что, Лена разлюбила?

- Нет. Но мне обидно, что сейчас под ним какая-нибудь дикарка ноги раздвигает за стеклянную бутылку или несколько гвоздей. И ещё обиднее, что ты в одной кровати с молодой женщиной, об этом никто не узнает, а ты ещё меня даже не обнял.

- Не обнял, – согласился Айк. - Сомневаюсь, что это было бы правильно.

После минутного молчания, Эрика выдохнула:

- Дурак ты всё-таки, Айк, как и все ушастые. Упустил свой шанс получить удовольствие. Но к себе я не уйду, потому что боюсь. Если до утра передумаешь – не стесняйся.

Она вытянулась, придвинулась к Айку ещё ближе, хотя места и хватало, и быстро заснула. Айк тоже задремал, слушая сквозь сон крик ночной птицы и шорох крыс в подвале.

На следующий день Эрика с ним не разговаривала, возилась с девочками, пытаясь научить их простым правилам гигиены и каким-нибудь словам. Айк большую часть дня провёл за пределами крепости, присматривая за скотиной и восстанавливая изгородь вокруг огорода. Деревья, хоть и повреждённые, должны были со временем восстановиться, многолетняя пшеница – отрасти, а однолетники уже не занимали большой площади. Вот только на урожай в этом году не нужно рассчитывать. Вечером, когда он, ополоснувшись, поднялся наверх, Эрика молча поставила на стол ужин и ушла с кухни. Кажется, она обиделась всерьёз.

Айк успел за день проголодаться, поэтому уплёл всё без задержки. А когда он попытался встать, голова вдруг закружилась, сложно стало понять, где дверь, а мысли спутались и перестали слушаться. Перед глазами возникло смеющееся лицо Эрики, и последнее, что он помнил, как опираясь на женское плечо, пытается добраться до своей комнаты.

Пробуждение было небыстрым и началось с ощущения металлического вкуса во рту. Затем Айк услышал крики чаек за окном, а чуть позже – дыхание спящей женщины рядом. Пошевелился, поняв, что на нём нет никакой одежды.

Эрика, проснувшись от его движения, повернулась и обняла его, не раскрывая глаз. Одежды на ней тоже не было. На лице её, расслабленном и довольном, появилась совершенно дурацкая улыбка. Когда Айк попытался встать, женщина попыталась удержать его. Айк мягко, но настойчиво освободился от объятий, встал, нашёл штаны и неуверенно натянул. Координация ещё не восстановилась до конца, слегка подташнивало, а на душу как будто вылили ведро помоев.

- Это подло, – выговорил он.

- Серьёзно? – открыла, наконец, глаза Эрика. – Может, ещё скажешь, что тебе плохо со мной было?

- Ничего хорошего я, по крайней мере, не припомню, – прохрипел Айк, находя рубашку. – А ты, значит, считаешь правильным гостей травить? Буду знать.

Обувь он нашёл в последнюю очередь. Пошатываясь, вышел из комнаты. Эрика слегка обиженно сказала ему вслед:

- Ничего страшного, доставил удовольствие, получил удовольствие. А то, что не помнишь – мог бы тут же исправить, всё равно верность уже не сохранил.

Айк, не слушая, добрался до туалета, затем неторопливо вернулся в комнату. Эрика, как он и ожидал, успела выйти, слышно было, как она, довольно напевая любовную песенку, прошла на кухню. Завтрак готовить, похоже. Айк взял ракетницу, затолкал вещи в вещмешок и вышел в коридор. Безусловно, плохо бросать женщину в одиночестве, но оставаться с ней под одной крышей не было ни сил ни желания.

Поднявшись на холм, Айк оглянулся на старую крепость. Да, вот так и портятся отношения между домами, причём надолго. Он вздохнул и уверенным шагом направился прочь.

Степь казалась вымершей, не видно и не слышно ничего, крупнее полёвки. Лишь орёл описывал круги в безоблачном небе. Айк шёл быстро, собираясь дойти к ночи до одного их домов. Того самого, химическая посуда из которого заняла место в лаборатории старой крепости. С тех пор в доме появились новые хозяева, всё восстановили, так что было, где спросить приюта на ночь.

Час проходил за часом. Айк, не обращая внимания на мелькавшую иногда мелкую живность, не останавливаясь на привалы, двигался вперёд.

Дом, похожий на остальные дома полупустыни, не устроился в ложбинке, как большинство, но возвышался на вершине пологого холма. Насколько знал Айк, воду жители получали из пробуренной столетия назад скважины. Стены, крыша, изгородь выглядели так же, как и всегда. А вот открытые ворота вызвали подозрение. Днём закрывать вход полагалось лишь при опасности, а на закате, как сейчас, Айк ожидал увидеть закрытые створки.

Осторожно, внимательно глядя под ноги, он приблизился к массивной каменной изгороди, заметно выше той, которая окружала дом Андора или дом Кира, например. Прошёл до распахнутых ворот и замер, раскрыв рот.

Весь двор был усеян телами полулюдей. Часть валялись у забора, напоровшись на какие-то ловушки, основная масса лежала во дворе. Трупный запах, незаметный издалека, коснулся ноздрей Айка.

- Эй! Есть кто живой?

Тишина ответила на его призыв. Сколько не напрягал Айк слух – ничего живого он не мог обнаружить. Даже мыши не шуршали в подвале.

Мёртвая птица, лежащая на утоптанной земле, привлекла его внимание. Обыкновенный стервятник, любитель падали. А вон там – ещё один. Но стервятники не приземлятся во время боя, они сели позже, когда все во дворе уже умерли и долго лежали неподвижно. И тоже погибли.

Айк медленно отошёл от ворот, складывая в уме картину произошедшего. Полулюди атаковали внезапно, воспользовавшись раскрытыми воротами. Не готовые к такой атаке люди не смогли остановить их на периметре, безуспешно пытались отбиться в доме. Но когда враг ворвался, кто-то из защитников выпустил какой-то яд, разлившийся от дома к ограде смертельной волной. Что-то очень мощное и быстродействующее, например, фосфоорганика. Все нападающие погибли вместе с защитниками, их судьбу повторили и стервятники.

Такие яды обычно не очень стойки, всё должно было разложиться, но рисковать Айк не собирался. Мало ли что насинтезировал местный химик? Поэтому он неторопливо зашагал к скалам в километре отсюда, где, как он помнил, на одной из скал была ровная площадка на достаточно большой высоте. Недосягаемая для большинства хищников, она должна была послужить безопасным убежищем.

Ночь, закрывшая чёрным покрывалом мир, не зажгла сегодня звёзд, облака покрывали небо, тьма была непроглядной для всех, у кого нет ночного зрения. Айк лежал, завернувшись в кошму, и думал о том, что всё меняется. Полупустыню уже правильно было называть степью, а Великая пустыня на востоке отодвинулась далеко, куда ещё не ходили люди.

Мир меняется, и населяющие его люди меняются вместе с ним. Тысячелетиям стабильности приходит конец, общество приходит в движение. Всё больше молодёжи отправляются осваивать новые места, расширяя ареал. А навстречу им идут захватывать новые охотничьи территории невысокие ловкие полулюди, атакующие человека сразу, едва его увидят. Айк сомневался, что этот вид окажется совместим с его соплеменниками, а значит не возникнет гибрида, объединяющего лучшие черты двух рас. Всегда останутся «мы» и «они».

Айк медленно погружался в дрёму, позволяющую контролировать окружающее пространство и вместе с тем дающую отдых. Завтра его ждал путь домой.

Ваша оценка: None Средний балл: 9.8 / голосов: 5
Комментарии

Как всегда, весьма неплохо. Спасибо, с удовольствием прочитал Ваш рассказ.

Перечитал нашу переписку по поводу правдоподобия некоторых вещей, Вы похоже учли рекомендации :)

Интерес читателей - главный критерий автора. Благодарю.

Как всегда хорошо, но мало! Очень интересный и своеобразный мир получается.

Этакий апокалипсис с инженерным хай-теком.

Постепенно начинает сползать в что-то вроде вестерна. С караванами переселенцев, нападениями хищников и дикарей, столкновением новых укладов, приспособленных к новым условиям со старыми проверенными традициями.

Вестернов - их двенадцать на дюжину, в декорациях постапа тем более. У вас же выходит интереснейшее произведение - какова может быть в условиях постапа цивилизация, при сохранении некоторыми людьми технологических знаний. Вот об этом и надобно писать. потому что такого - нету. Даже припомнить не могу ничего подобного. Какой может быть цивилизация. Если людей мало, земли много, и технологические знания - есть. Солнечные батареи из песка и минералов, наколеночная химия, агротехника при помощи своих двух рук, механизмы, которые должны служить долго - нескольким поколениям одной семьи. Изумительно! Что бы выжить там, где нет нихрена, нужно знать более чем дохрена. Плюс у Вас есть проработка возможной социальной структуры общества, где каждая семья может поддерживать необходимый ей уровень цивилизации. Ну, или индивидуально деградировать. Как в таком обществе поддерживается передача знаний? Как обучаются дети, и как они воспитываются? Какая система ценностей? Чем она будет отличается от нашей? Как герои видят будущее своей цивилизации? Как воспринимают прошлое и до-апокалиптическую цивилизацию, то есть нас? Вот что интересно! А стрелять друг в друга и уж тем более мочить малоразвитых аборигенов при помощи достижений цивилизации - этого в каждом втором произведении хватает. А у вас нечто особенное выходит.

ПС. Имхо сцена избиения толп тупо прущих на амбразуры туземцев вяловата. Какие-то они не страшные и тупые. Мрут толпами. Даже зверь не полезет туда, где только что собрата по стае завалили. Будут ходить кругами, пытаться поджечь, напасть ночью, взять измором и так далее. Они же все таки умнее зверя. Советую уменьшить количество и увеличить левл мобов. Будет интереснее. Вот сцена отравления всех, нападающих и обороняющихся - да, даёт понять, что противник жуткий, которого нельзя просто так пух-пух расстрелять из ракетниц.

"maximus20727" пишет:
Какие-то они не страшные и тупые. Мрут толпами.

Безусловно, такое вполне возможно при первой встрече с технологически превосходящим противником. Как африканцы бежали толпой на пулемёты в начале двадцатого века, да и в других частях света подобное бывало не раз. А те, кто описан в рассказе, гораздо тупее современного человека, действия их в основном инстинктивны, деградация дошла до грани разумности. Этот вид, в отличие от тех же подземников, не особенно опасен, если люди готовы к встрече. Тем не менее, при внезапной атаке на неподготовленного противника возможен успех. В частности, не будь там Айка, знакомого с этим видом, всё закончилось бы не в пользу жителей крепости.

"maximus20727" пишет:
какова может быть в условиях постапа цивилизация, при сохранении некоторыми людьми технологических знаний...

Именно эти вопросы у меня крутились в голове, когда возникла идея рассказа. Думал, что получится "конец истории", сверхстабильная культура, но выходит, что такая цивилизация вполне может расширяться, возникшие когда-то новые виды людей начнут сталкиваться с различными последствиями. В общем, здесь есть над чем поразмышлять. Благодарю за комментарий.

Быстрый вход