Там на столе, похожем на операционный лежала зомби. Именно лежала. Потому как это была девушка. Молодая и когда-то весьма хорошенькая. Странно, но ее тело мало отличалось от нормальных людей , на нем не было никаких признаков разложения, только кожа была синюшного цвета. Зато череп был совершенно лысым, потянутые белой дымкой глаза выкатывались из орбит, а из оскаленного рта клочьями свисала пена.

И кстати она была голой. Совершенно. Тугие ремни, перетянувшие ей руки, ноги, шею и грудь не давали ей шевелиться, она дергалась в них, оглашая вагон звериным рыком, но сделать ничего не могла.

Тут я глянул на Петьку. Видимо вид извивающего обнаженного женского тела подействовал на него странно. Ну то есть не странно, а как раз наоборот, как и должен был. Особенно если учесть, сколько бедняга не был в женских объятьях. Если конечно не считать того маааленького обстоятельства, что объектом Петькиного любования стала зомби.

Оправившись от первого изумления и (чего уж тут скрывать) страха, я подошел ближе, и шепнул напарнику:

- А что, очень даже ничего. Пакет на голову – и вперед, некрофилистый ты наш.

- Да пошел ты… - яростно прошипел Петька, отворачиваясь.

Но говорил я, видимо, слишком громко. По крайней мере подошедший научник невозмуимо произнес:

- Ну почему же некрофил? Она как раз таки живая.

- Живая?! – от удивления глаза у меня, наверно, стали такие же как у этой зомби.

- Да, - кивнул научник. – Как раз тот самый четвертый вид, который я упоминал.

- Ну ни хера ж себе, - присвистнул Петька. И снова взглянул на трепыхавшееся на столе тело. Правда, на этот раз совсем другим взглядом.

Научник однако развивать тему не стал. Вместо этого он подозвал тех двух бойцов, что пришли с нами, махнул рукой нам и мы все вместе подошли к одному из шкафов, рядом с которым стоял странного вида прибор. Он был невысоким, квадратным по форме, а с каждой его стороны виднелось нечто, похожее на динамики.

- Этот прибор – опытный ультразвуковой излучатель, - сказал научник. - Одна из наших последних разработок оружия против зомби. Тестирование в полевых условиях пока не проводилось. Так что, - тут он внимательно посмотрел на нас, - данная ответственная задача возлагается именно на вас. Ребята вам помогут, они умеют с ним обращаться. Но их задача – прикрывать вас. Да. Ну что ж, вперед!

И ученый весело улыбнулся. А у меня веселость напротив испарилась.

- Погодите-ка минутку! – воскликнул я. – А оружие?

Тут впервые заговорил один автоматчиков, Коля или Валера (я не запомнил, кто из них кто). Придвинувшись ко мне этакой махиной, он рыкнул:

- Что неясного? Оружия вам не дадут. А то еще начнете по нам палить. Так пойдете. А мы прикроем.

- Да вы чо? Совсем мудаки охерели?! – взревел я, но мощный удар прикладом под дых превратил мой рев в глухой протяжный стон. В голове помутнело, я скрючился пополам.

- Еще? – добродушным тоном осведомился Коля-Валера.

Я промычал что-то неопределенное, но он видимо удовольствовался ответом, потому как нового удара не последовало. Боец отступил на шаг и кивнул на прибор:

- Берите и потащили к выходу.

Небольшой с виду излучатель на деле оказался весьма тяжелым. Хорошо хоть там ручки были сбоку приделаны. Кряхтя и отдуваясь (дыхание так и не успело полностью восстановиться) я понес с Петькой прибор. Один автоматчик пошел спереди, а второй остался позади нас.

Вестибюль станции был пуст. На боку валялась будка контролера, металлические граждения были свалены в кучу на манер баррикады, под ногами гремели обломки пластика, дерева и громко хрумкали стеклянные осколки. Через широкий дверной проем (сами двери были давно выломаны) заливались багровыми ручейками лучи заходящего солнца.

- Командир, мож, перекурим? – спросил я у заднего бойца. Но тот только повел автоматом.

- На том свете накуришься.

- Млин, прям сборище оптимистов, - пробурчал я себе поднос, но останавливаться не стал. Петька тоже натужно хрипел. Все же подъем по разломанному эскалатору с такой ношей – занятие не из легких.

Тормознулись только на улице. Вокруг никого, тишина. Хороший такой вечер, романтический. Как раз для прогулок в обнимочку с любимой девушкой.

Я тряхнул головой, смахивая непонятно откуда и главное совершенно некстати взявшуюся сентиментальность. Передний боец махнул рукой и мы двинулись дальше.

Шли медленно, стараясь не шуметь и постоянно озираясь по сторонам. Особенно нервировали остовы машин, за которыми мог притаиться кто угодно.

Пройдя так метров триста, мы остановились посреди улицы.

- Пришли, - сказал автоматчик, бывший в авангарде. – Ставьте излучатель на землю. Сейчас приедем его в готовность и начнем гнобить мертвечину.

Парень оказался наивным. Или излишне самоуверенным.