"Кажется, завтра будет дождь" Часть 7

Хух, всех с прошедшими!

Успел за праздники домусолить очередную главу. Буковок много, наслаждайтесь.

И убедительная просьба:

перед тем, как оценивать, напишите хоть пару слов о недостатках и ляпах в рассказе. На критику я уже и не расчитываю...

- Почему вы не носите с собой оружие? – Я сидел прямо на асфальте, вытирая кровь с лица кителем.

- Откуда ж оно у нас возьмется? – Ответил мужчина, стоявший ближе всех ко мне.

Его тоже не мало потрепало: ухо разодрано, вся шея в крови. Он стоял, не полностью выйдя из оцепенения, разглядывая покусанную руку, сжимавшую топор. Пока болевой шок не пройдет, он даже не заметит собачий клык, торчащий из предплечья возле локтя.

- Ты как? – Подошел Дима.

Футболка на мне была разорвана, от когтей Дога остались по четыре розовые, кое-где кровоточащие, полосы на животе и груди.

- Нормально. Пару царапин и все.

- А голова? – Он, наверное, увидел кровь, успевшую запечься, на лице.

- У меня или у собаки? – Я рукой махнул на бездыханное тело «теленка» с размозженным черепом.

Дима поморщился и с отвращением сплюнул на землю.

Наконец я как мог, оттер с себя кровь. Дима подал руку, дернул меня вверх. В один момент мир обрел звуки. Или я – слух. Кто-то лежал на тротуаре, орал не своим голосом. Над ним сгрудились еще несколько человек. С другой стороны доносились скулящие звуки. Какая-то дворняга, вся покрытая кровью, то ли своей, то ли чужой, пыталась уползти подальше, подгребая под себя передними лапами. Задние были перебиты и выкручены неестественным образом. Вдалеке несколько ее сородичей, не на столько смелых, чтоб бросаться в слепую атаку, наблюдали за происходящим в надежде поживиться падалью. Кто-то из мужчин обходил побоище и добивал еще живых «друзей» человека здоровенной дубиной.

- Совсем одичали. – Скорбно заявил мужик рядом, вытаскивая из раны собачий клык. – Еды не стало – сразу вспомнились инстинкты охотничьи. Я думал, они сначала своих слабых сородичей перебьют. Умны твари, сразу поняли, что людей надо брать количеством.

- На вас до этого не нападали они?

- Нет. Ночью шастали одиночки по окрестностям. Выли с голодухи, спать не давали. А тут… Дожились.

Постояв еще минуту, мы пошли искать Серого и Валика. Выше по улице они вместе с двумя парнями оттаскивали тела убитых псов на кучу. Под обочиной с другой стороны лежали три человеческих тела. На них сверху были небрежно наброшены тряпки, еще минуту назад бывшие куртками и футболками.

-…Сжечь надо. – Послышался нам обрывок фразы Валика.

- Вы хотите сжечь трупы собак? – Спросил Дима.

Сергей бросил еще одну тушу на кучу. Глаза у псины были все еще открыты, она цеплялась за жизнь всеми оставшимися силами. Ее тело плюхнулось, как мешок. Я подошел к ней поближе. Красные глаза, окровавленная пасть, разодранные, почти оторванные, уши. Влажные от крови ноздри тяжело всасывали воздух. Издав последний вздох, псина хищно оскалила клыки, будто хотела всем своим видом выказать свою ненависть ко мне. Так и замерла.

- Зачем уничтожать трупы? – Вернулся я к остальным.

- Ну, чтоб зараза всякая не разносилась, чтоб не воняли на солнце… - Принялся объяснять незнакомый мне парень.

- Не будут. У нас в городе теперь появились настоящие «санитары леса». Я уверен, как только мы уйдем, сюда сбегутся еще такие же оголодавшие хищники и съедят все до последней косточки.

- Оставить их просто так – значит привлечь сюда еще больше псов. Они прикормятся тут, а потом и к нам могут пожаловать. – Возразил второй.

- Рано или поздно они все равно пришли бы к школе. – Я махнул рукой, сдаваясь. – Делайте, как считаете нужным.

Мы с Димой отошли в сторону, присели на уцелевшей скамейке, наблюдая за происходящим вокруг.

- Трое убитых, двое, как минимум, раненых. – Рассуждал я вслух. – Такими темпами нас там за неделю перебьют.

Дима скрестил руки на груди, принял защитную позицию, говоря тем самым: «Нашелся еще один умник».

- И что ты предлагаешь делать?

- Значит, основная тактическая задача: возвращаемся домой для перегруппировки. Здесь уже делать нечего. Ну, а стратегическая – поиск провизии и медикаментов. Но сначала надо добыть как можно больше оружия, а то приедут какие-то отморозки с автоматами, скажут: «Гоните все, что есть», а у нас на полсотни человек только один мой пистолет. Кстати, у кого он сейчас? Я бы хотел его вернуть.

Похоже, Дима перестал меня слушать еще когда я только начал иронически рассуждать над дальнейшими действиями. Он сидел покачиваясь, все так же скрестив руки на груди и поджав губы.

- Козел! – Едва слышно сказал он.

- Чего это? – Продолжал я включать дурачка.

- Только что дикие собаки загрызли насмерть троих. Четвертому осталось тоже не долго. А ты тут разглагольствуешь! Ты даже имени их не знаешь. Тебе что, наплевать на происходящее вокруг?

- «…даже имени не знаешь…», - повторил я его слова, пытаясь сохранить нотки раздражения. – Тебе не кажется, что в последнее время эта фраза стала весьма популярной?

Не знаю, что на меня нашло. Я и вправду не ощущал ничего. Не то, чтоб абсолютно никаких эмоций или пустоту, просто было безразлично. Умерли люди. Незнакомые мне. Люди, вероятно, которые еще недавно избивали меня в старой школе, допрашивали. «Даже имени моего не знали» и знать не хотели. Что я к ним чувствую? Ничего.

Кажется, сейчас мой друг готов был меня ударить со злости. Неужели я размышлял вслух? Нет.

- Ну, ты и козел.

- Вы не лучше. Не расстраивайся. – Я поднялся, размял спину. – Все мы теперь, как минимум, козлы, а некоторые и того хуже.

Удара не последовало. Он остался сидеть один на скамейке. Я пошел от него прочь, мимо улицы, вдоль которой все еще росли березки. Ну и пускай себе растут. Парни перестали заниматься глупостями и оставили тела псов в покое. Вместо этого, они помогали тем, кому повезло меньше, привести себя в порядок.

Валик увидел меня, помахал рукой. Я тоже поднял руку в ответ: «Прощай!».

Хотелось идти по улице, далеко, в самый ее конец, вдоль живых деревьев. Подальше от людей. Я наконец-то нашел их, но, кажется, уже слишком поздно.

Позади послышалась какая-то возня, кто-то крикнул мне вслед. Оборачиваться я не стал. Пускай кричат. Топот нескольких пар ног нарастал. «Блин, сейчас будут отговаривать, чтоб не уходил, рассказывать, как это опасно» - уже настроился я выслушивать мораль.

Один человек промчался мимо меня по тротуару, за ним второй.

- Бегите!

Только я успел оглянуться, как в меня врезался Димка.

- Что такое? – Уставился на него я.

- Накаркал! – Запыхавшись, крикнул он и толкнул меня в грудь, - бежим, скорее. Скорее!

Перед тем, как броситься по улице, я увидел над головами людей столбы пыли. Сквозь ветки поваленных деревьев маячили очертания двух черных джипов, мчавшихся к нам. Нас разделяли несколько сот метров и полоса срубленных деревьев.

Долго не размышляя над тем, смогут ли внедорожники преодолеть нашу баррикаду, мы побежали вслед за остальными, оказавшись в хвосте отступающих. Бежать в берцах было очень неудобно. Хлестко выкидывая ногу вперед из-за тяжести ботинок, я рисковал запнуться и упасть. Ощущение, будто бежишь по песчаному склону. Не успевая переставлять ноги, готов вот-вот полететь вниз головой.

К счастью, беготня закончилась в первом дворе, окруженном руинами домов. Когда мы добежали туда, некоторые люди уже успели спуститься в открытый люк канализации. Над ним стоял здоровенный мужик. Он придерживал крышку и поторапливал всех. Я был предпоследний. За мной спустился вниз тот здоровяк. На секунду замер, высунув голову наружу и оглядев двор, на который въезжал один из джипов. Затем медленно и почти беззвучно опустил старую чугунную крышку на место. Внутри стало совсем темно.

- Повезло нам, что это коммуникационные тоннели, а то бы сейчас стояли тут по шею в дерьме. – Издал приглушенно чей-то грубый голос.

- Да, собственно, чего стоим-то? – Шепотом, пытаясь не выдать нас, спросил другой. – Пошли подальше отсюда. Не дай бог, этим, наверху, вздумается нас здесь искать.

Куда идти – непонятно. Я вообще оказался прямо под колодцем. Вокруг только другие люди, даже стенку не мог нащупать.

- Димка, ты где? – Едва слышно позвал я. По идее, он рядом где-то, услышит.

- Здесь. – Он оказался позади меня.

Вокруг все о чем-то шептались, но никто так и не рискнул идти первым вглубь коммуникаций. Также никто не зажигал фонарик или хотя бы спичку. Кругом была неразбериха. Вдруг темноту прорезал рассеянный белый свет. Все замерли и затихли. Раздалась тихая мелодия.

- Угадал! Пин-код – четыре единички. Как обычно. – Дима включил мобильник. – В столе в учительской нашел. – Объяснил он мне.

Кто-то похлопал его по плечу, подтолкнул, мол «Давай, Прометей – или Сусанин – веди!».

Он поводил мобилкой на головой, вдоль стен. Тусклый свет экранчика выхватил из темноты толстые связки кабелей, уложенные на обрубки прутов, торчащие из стен. Под потолком тянулись трубы, укутанные в термоизоляцию. Пол был ровный, без перепадов. Кое-где сверху капала вода, образовывая скользкие, поросшие плесенью лужицы.

- Батарейка почти разряжена. Будем идти на ощупь. Держитесь одной рукой за кабель, другой – за плечо впередиидущего.

Дима возглавил колонну и медленно начал двигаться вперед. Я шел сразу за ним – второй – пытаясь разглядеть как можно больше деталей. Для меня канализация не была в диковинку, впрочем, как и для моего товарища. В детстве нам представилась возможность полазить по подземельям возле новостроек и в общих чертах мы представляли себе канализацию. Но в «действующей» я был впервые. Впрочем, действующей ли?

Тоннель тянулся вперед, не сворачивая. Идти было легко, по крайней мере, первым трем-четырем человекам. Остальные время от времени задевали то головой о трубы, то плечами и руками о грубо обрезанную арматуру в стенках.

- По идее, мы должны сейчас выйти в соседнем дворе или где-то за ним. – Сказал кто-то сзади.

- Нужно подниматься наверх. – Пробасил «дровосек». – Мы уже долго идем по прямой. Не дай бог, они решат заглянуть в колодец. Одной гранатой или очередью всех уложат.

Димка приостановился, переспросил:

- Так что, вылезаем? Надо мной есть выход.

- Ну, давай до следующего люка дойдем – и наверх.

Мы успели сделать лишь несколько шагов до того, как мобильник окончательно «сдох». Непроглядная темнота вновь замутила взор. Лишь погодя стали различимы вдали лучики света, пробивающиеся сквозь отверстия в канализационных люках. Это хорошо, что свет поступает вниз, на поверхности выход ничем не завален. А через предыдущий люк, кстати, свет не проходил.

- Здесь, кажется, небольшой завал впереди. – Сказал Дима.

Я тоже начал ощупывать стены. Действительно, бетон крошился от одного лишь прикосновения к нему. Линии коммуникации обрывались, будто ножом перерезаны. На полу лежал толстый слой пыли, но не обломков стен и сводов. Такое ощущение, будто здесь все перетерли в кофемолке на пудру и нечаянно рассыпали.

- Какого хрена остановились? – Рявкнул кто-то из темноты.

- Ну-ка, пустите батьку вперед.

Расталкивая нас, пробираясь сквозь сгрудившихся людей, группу решил вести за собой «дровосек». Он тоже на пару мгновений остановился, пошаркал ногой по полу.

- Можем идти дальше.

С этими словами здоровяк продолжил наш путь, перебрав на себя обязанности проводника, с которыми так неплохо, но так недолго, справлялся и мой друг.

- Пацаны, осторожней там, лоб не расши… Блин!!!

- Что случилось? – Испуганно зашептала многоголосая толпа.

- Арг! – Сквозь зубы выдавил из себя «дровосек». – Пока остальных наставлял, сам ногой влупился о железяку. Смотрите внимательней, она где-то на уровне колена. Пошли.

До выхода оставался десяток-другой метров. Я шел сразу за проводником и как-то не решался взяться за его плечо, поэтому для начала завел разговор:

- Как нога?

Ответа не последовало.

- Говорю, нога как ваша? Может, кого-то другого вперед поставим?

Снова молчок.

- Где он? Куда он делся?! – Запаниковал народ.

- Стойте, не напирайте! – Попросил Дима.

Он наклонился, трогая пол под ногами. Я последовал его примеру. Странно, но под ногами лежала мягкая, почти не ощутимая пыль, которая лишь когда ее растираешь, оставляет на пальцах жирный след.

- Это рубец… - Понял я, в чем дело.

- Что?

- Мы с тем Димкой, другим, когда шли к школе, проходили по земле, выжженной лучами. Там под ногами лежал такой же пепел. Чувствуешь, как здесь тяжело дышать стало?

- Я думал, это из-за замкнутого пространства…

- Нет. Погоди-ка… - Я пошарил рукой дальше. – Здесь нет пола. Я не могу его нащупать.

- Как это, нет пола? – Кто-то возмущенно спросил.

- Он есть, только от прикосновения он разваливается, становится пеплом. Будто пережженный…

Рубец проходил перпендикулярно к канализации, по которой мы пробирались. Странным было то, что на правой стене «след» от него был значительно больше, чем на левой. Потолок почти весь остался цел и невредим. Общая картина походила на ту, если бы кирпичик бородинского хлеба нарезали, начиная снизу, толстенным ножом, но дошли лишь до средины. Вот, как-то так я представлял себе это. Те кабели вдоль стен, которые были затронуты рубцом, тоже рассыпались, будто проржавелые до основания.

- Трубы по левую сторону под потолком целые, надо по ним преодолеть это препятствие. – Озвучил свою задумку я.

Удерживаться за толстые трубы было очень тяжело, руки становились потные, то и дело, норовили соскользнуть. Оставив позади, как мне показалось, рубец, я осторожно опустил ноги вниз. Подошвы коснулись твердого бетона.

- Давайте, все перебирайтесь сюда. Не отпускайтесь, пока не почувствуете под собой пол.

Гордость переполняла меня. Я ощутил себя первопроходцем в полной мере, будто в детстве, преодолев лужу по накиданным в нее кирпичам и доскам. Повезло, что в первый раз, когда я ступил на рубец еще там, в поселке, не провалился в пепел.

Оставаясь на той стороне, я помогал остальным перебраться. Первые уже дошли до люка, сдвинули крышку и аккуратно, бесшумно выбирались наружу.

Я подошел к отверстию одним из последних. Руку мне так никто и не подал. Когда же настал мой черед подниматься наверх, удивлению не было предела. Я едва не упал обратно в канализацию.

* * *

Все недавние события в моей жизни имели одну неприятную особенность: они часто повторялись. Мне уже следовало бы подготовить себя к очередному повороту событий. С этого момента я пообещал своему внутреннему голосу почаще прислушиваться к нему и отмечать про себя те ситуации, в которые попадал лишь единожды, и к которым следует быть готовым. Возможно, мне дается второй шанс, еще одна попытка, а я поступаю так же само, как и в предыдущий раз. Может, надо было делать все наоборот, и судьба мне предоставила такую возможность – исправить это, а я упускал момент. Хотя, с другой стороны, пока что все неплохо складывается.

На меня смотрели три пистолетных ствола, почти что в упор. Человек в черном комбинезоне, стоящий напротив, жестом приказал подниматься. Затем пальцем указал на место рядом с остальными нашими. Кстати, они все были целы. Стояли на коленях вряд, спиной к люку. У всех руки за головой, лицо смотрит вниз. Никто не рискнул даже взглянуть на меня, даже Дима.

Пока я шел, все тот же человек сопровождал меня взглядом сквозь прицел в пистолете. За это время из люка поднялся последний мужик. С ним была та же процедура. Я сам, без чьей-либо помощи, здраво осмыслив ситуацию, опустился на колени и обхватил руками затылок. В голове всплывала фраза из анекдота: «А нас-то за что?».

* * *

- А какого хрена вы дорогу перекрыли? Идиоты! – Раздосадовано кричал самый главный военный дядька - Михаил. Он не пытался никого унизить своим обращением к нам, просто выдавал свое недоумение. – А, один черт. Ну давайте, за вас, ребятки!

Не чокаясь, скорей из-за неформальности обстановки, в которой проходило застолье, мы накатили по еще одному глотку обжигающей горло своим непривычным вкусом текилы. Сгинувшего «дровосека» мы первым делом помянули. На его поиски так никто и не отправился – страшно. Новые знакомые благоразумно не стали предлагать своей помощи.

- Бормотуха редкостная! – Пожаловался один из наших и уткнулся ртом себе в кулак. – Небось, паленка.

- Нет, братуха, плохого не брали. Все из бара и подвала чудака, с которым мы тут нянчимся.

* * *

Как оказалось, мы, нарубив деревьев и уложив их на проспекте, перекрыли единственный путь, пригодный для проезда на машине. Эти люди, которые нас сейчас угощали выпивкой, были из серьезной охранной конторы, которую наняли для сопровождения особо важных лиц. Группа разведки, которую мы и повстречали на проспекте, решила, что мы пытаемся отрезать им путь к их основному отряду, и решила прорываться с боем, чтоб взять нас в клешни. Слава богу, что все обошлось без жертв и мордобоя. Вменяемый оказался командир разведгруппы. Мне он сразу показался толковым мужиком, у которого мозги армия не до конца из головы вышибла.

Нас провели к временному месту дислокации под сопровождением двух джипов-кубиков. Но все выглядело на столько несерьезным, что хотелось смеяться от одного только услышанного диалога между конвоирами. Они обсуждали все, что угодно: от приказов до своего места дислокации. Даже своего командира, называя его «Кэп». Тот в свою очередь позволял себе улыбаться, услышав их пошлые шуточки.

С одной стороны это выглядело подозрительно, вызывая недобрые мысли в голове. «Самопровозглашенная военная группировка?». С другой стороны – сложившаяся ситуация не напрягала и располагала к «сотрудничеству».

* * *

Память на имена у меня плохая, но, кажется, самого старшего из нашей группы звали Прохор Иванович. Мужичонка он был хоть и пожилой уже, но, будь здоров, справлялся с работой не хуже молодых. Он, видать, перебрав лишнего, начал заводить свои тирады о том, «как было в наши времена»:

- Вот вы сидите тут, рюмку одну за одной выкусываете. – Прокряхтел он. – А в наше-то времячко вас давно бы в расход пустили.

- Может, отец, оно и правильней было бы. – С пониманием отнесся Михаил к желанию старика потрепаться. – Но сам посуди: если б те времена, да строгое следование уставу, который мы, кстати, не пользуем, то следовало бы нам расстрелять вас, «препятствующих выполнению задания», - язвительно произнес он, - еще там, на проспекте. При первом контакте, так сказать.

А ведь правильно наш Прохор Иваныч подметил, зашел издалека, чтоб не спугнуть. Он, наверное, тоже обратил внимание на странное поведение этих людей. Ох, и хитер старик. Да только одна неувязка получается: командир сам и раскрыл свои карты. Дед Прохор молчал, придумывая, как бы еще подступиться к этим людям.

- Миш, мы же не робокопы – жрать тоже хотим. – К нам в комнату ввалился еще один член их команды, которого, по-моему, в разведгруппе не было, и вот так вот бесцеремонно обратился к главному.

Сидевшие с нами ребята, уже слегка поддатые, сами, без лишних приказов поднялись, и, гогоча, вышли из помещения сменять своих коллег. То ли выучка была у этой команды не в чету армейской, то ли взаимоотношения были у них совсем человеческие.

- Если не военная тайна, - с хитрым прищуром снова начал старик, - что за человек под вашей охраной? Небось, шишка важная? Политик?

Новоприбывшие мужики заулыбались, захихикали, как девки на выданье. Сейчас, наверное, пошлет Кэп старика с его расспросами налево и до поворота.

- Важность меряется теперь… - Командир задумался. – Тогда мерялась банковскими счетами. Нас наняли, заплатили наперед, сказали «доставить товар в количестве одна штука» тогда-то и туда-то. Все. Нас отбирали на эту работу особо пристально. – Понизил голос Михаил. Скорее оттого, что его ребятам не особо приятен этот разговор, нежели от секретности информации.

Дед пододвинул поближе свой ящичек и с почтительным заискиванием, но, не теряя старческого достоинства, уставился на рассказчика.

- Отбирали, говорю, по-особенному. Некоторых выдергивали из уже устоявшихся четверок. Некоторых – вон, как его, - Михаил, улыбнувшись, ткнул пальцем в мужчину почтительного возраста, возможно, даже старшего, нежели он сам. Тот внимательно следил за диалогом, но не вмешивался, - чуть ли не под прицелом привели. И, как потом оказалось, некотором «помогли» попасть в эту группу.

- В смысле, помогли?

- В прямом. – Отрезал Кэп. – Подстроили все таким образом, чтоб жизнь семейная медным тазиком накрылась.

- И на кой черт творили-то такое? Чтоб их!

- Отбирали ценные кадры. Хотели удостовериться, что их ничего не удерживает «на гражданке». Так сказать, обрезали все ниточки, за которые могли ими манипулировать.

Похоже, этот рассказ слушал только я, Прохор Иваныч и еще несколько человек, как из нашей, так и с той группы. Остальные либо не слышали, о чем идет речь, либо пытались не слушать.

- Ого! – Присвистнул старик. – А чего ж тогда вас отобрали с две дюжины, если не ошибаюсь? – Снова проверял старый волк своего собеседника. – Что за человек такой под вашей охраной? Не рискнул бы я переходить таким людям дорогу.

- Да вы уже успели один раз. – Добродушно улыбнулся Михаил. – Теперь знаете, каково это. Если точнее, - уже более серьезно продолжил он, - нас было двадцать пять человек. Но и сопровождать надо было не одну, а пять целей. Но, как видите, до этого момента, под нашей охраной только один человек.

- А остальных… того, угробили?

- Нет. Некоторых мы видели лишь на фотографиях. Одного не нашли, а время поджимало. Второй, когда группа его обнаружила, был уже мертв – передозировка. Третий человек решил самостоятельно действовать и отказался от наших услуг. – Командир хмыкнул и качнул головой. – А четвертый улетел в теплые края, от греха подальше.

- Вот те раз. – Досадливо поджал губы старик.

- Вы говорите, - нерешительно встрял я в разговор, - что некоторых людей из вашей команды специально подставляли, чтоб те рассорились со своими семьями…

- Ну, и че? – Буркнул один из людей Кэпа.

- Я хочу сказать, что вашу группу заранее готовили к этому заданию…

- К чему ты клонишь? – Видать, я зацепил кого-то за живое, сказав первую фразу слишком громко.

- Не перебивай его. – По-отечески заступился за меня Михаил. – Парень правильно подметил. Ты хотел сказать, откуда заказчики знали, что им через какое-то время понадобиться такое сопровождение и эвакуация?

Он понял мою мысль.

- Подготовка длилась около шести месяцев. А уж когда началась «программа по привлечению кадров» - это даже я не знаю, скажу честно. Нам заплатили наперед, причем за каждого из пяти сопровождаемых человек. Заказчик остался неизвестен, но он говорил за всех пятерых. Может, он был один из них, но, поверьте мне на слово, я понятия не имею, как они между собой связаны, эти люди. Уж слишком разного они калибра.

- Ну, заплатили вам, а что ж вы с этим своим «товаром» таскаетесь, как с дитем малым? Выпустили бы – и пусчай идет на все четыре стороны. Кому он теперь нужен? Кто там будет знать, что он особенный? – Прохор Иваныч был еще тем разведчиком, только информацию даже вытаскивать не приходилось, информатор и так все выкладывал.

- Хех, его-то точно узнают! – Хохотнул Кэп. Его поддержали и остальные члены команды.

- Неужто актер какой или артист? Кобзон? Или сама Софья Михална? – Старик не в шутку принялся размышлять над этой таинственной персоной.

Командир решил промолчать, а Прохор Иваныч все равно бы его сейчас не услышал. Видимо, это останется одной нераскрытой тайной на сегодня.

- Этот человек будет нашим единственным ключиком, - говорил Михаил сейчас именно со мной, глядя мне в лицо. – Единственной целью, так сказать. Нас всех выдернули из разных городов, в основном, из южных. Знаешь зачем?

Я мотнул головой, не в силах сказать и слова.

- Чтоб когда все это дело начнется – а они еще тогда знали, что непременно начнется – у нас не было ни возможности, ни желания вернуться в родные города, к своим близким. Чтоб ничего нас не отвлекало от добросовестного выполнения задания. Многие мои парни только на энтузиазме и держаться. Кое-кто спирается на долг и обещания. Остальных удерживает сумма гонорара. Хе-хе, еще надеются, что его можно где-то потратить.

- Ну, возможно, не по всей Земле прокатилась эта волна выжигателей. – Нарушил я чрезмерно затянувшуюся паузу.

- Возможно, сынок. Вот это мы и хотим выяснить. А когда выясним – найдем и причину всего этого бедлама, что творится вокруг. Конечный пункт доставки «груза» скорее всего и будет тем местом, откуда все началось. Во, как завернул старый вояка! – Похвалил он сам себя, я в ответ улыбнулся.

Застолье в честь знакомства затянулось до вечера. Несколько наших, в том числе и Серый с Валиком ушли домой к школе, чтоб сообщить, что с нами все в порядке. Я же с Димой остался в детском садике – временном укрытии группы Михаила-Кэпа.

Вечер был теплый. Впервые за все эти дни я почувствовал расслабленность. Здесь я находился в безопасности, среди незнакомых мне людей. То ли это так на меня влияла усталость, то ли обилие вооруженной охраны.

Я вышел на площадку пожарной лестницы. Лето дыхнуло жарой мне в лицо. Август заканчивался, а погода была по-июльски душная. Еще в воздухе витал аромат горелого дерева и запах раскаленного на солнце асфальта. Пыль давно уселась, горизонт был прозрачен, как стеклышко. Никакого шума города, никаких машин. Ничего. Только одинокое завывание бездомных псин вдалеке. Лишь мигающие внизу под окнами лампочки-индикаторы сигнализации в джипах, прорезающие тьму голубоватым загробным светом, дают знать, что цивилизация еще не окончательно издохла.

Повезло мне сегодня встретить этих замечательных людей. Я все удивлялся, на сколько может быть сознательным гражданином закоренелый вояка, которому заплатили огромные деньги за выполнение указаний. Вместо того, чтоб расправиться с кучкой «лесорубов»-неудачников, которые не в то время и не в том месте устроили заготовку дров, они потчевали нас и вполне доверяли нам, вели разговоры как с равными. А эта их идея, добраться до предполагаемой причины недавних событий, чего только стоила! Я восхищался этими людьми, как мальчишка, приходящий в восторг от историй о доблестных рыцарях. Думать о том, что это все может оказаться подставой, даже не хотелось. Я гнал прочь столь подлые мысли.

- Привет! – Пыхтя сигаретой, на площадку вывалился один из парней Михаила. – Будешь? – Он протянул мне пачку, я покрутил головой. – Как хочешь. Николай!

- Семен!

Мы пожали друг другу руки. Я не смог разглядеть собеседника как следует, но по голосу было понятно, что он не многим старше меня. Правда, судя по богатырскому рукопожатию, Николая не так уж и просто обидеть.

- Вышел воздухом подышать? – Спросил он для завязки разговора.

- Да.

- Извини, попорчу немного тебе воздух дымком.

- Да на здоровье!

Мы слегка посмеялись старой шутке. Николай хоть и был молод еще, но уже в нем угадывались черты повидавшего миры вояки. Он все время прятал огонек сигареты в кулаке.

- Я вообще-то от командира прячусь, чтоб он мне не читал морали о вреде курения.

- А мне казалось, что у вас довольно таки либеральные порядки в группе. – Опять же, для поддержания разговора сказал я.

- Да уж. – Он затуши окурок о стену детского садика, и бросил его там же на пол. – Пойдем со мной, познакомлю тебя с нашим випом!

- С кем? – Удивился я.

- Идем, не сцы!

Я следом за ним прошел внутрь комнаты. Дверь на пожарную лестницу вояки решили не выбивать, а аккуратно сняли с петель и прислонили рядом к стене. Мы вместе подошли к командиру.

- Сегодня он, - Николай ткнул пальцем в потолок, - просил меня принести ему ужин и кое-что из его вещей.

- И чего ты мне об этом говоришь? – Нахмурился Михаил.

- Так я это… Можно, Семен мне поможет поднести это все наверх? – Выдумывая на ходу причину, мямлил он.

Я стоял рядом, глупо улыбался. Сказать было нечего.

- Отчего ж нельзя? Идите. Ну-ка, стой! Ты что, опять курил?! – Крикнул он нам в спину.

Ну, точно как ребятня в летнем лагере! Украли тайком у вожатых сигареты, а те, под предлогом обращения к директору лагеря, требуют вернуть пачку, за которую им самим от директора достанется на орехи.

Спустившись вниз, Николай открыл незапертый багажник джипа, достал оттуда один армейский паек, а из кожаной сумки – связку из трех книг.

- Не помню, какую именно он просил принести, поэтому бери все. – Он вручил чтиво мне, захлопнул багажник и неспешно направился к лестнице.

- А как его зовут? Ну, обращаться к нему как? И вообще, это он или она? – Выпалил я, пытаясь узнать ответ до того, как мы придем на место.

- Сейчас сам все узнаешь. Только он, это самое, не в себе немного после произошедшего. С головой он рассорился.

Теперь понятно стало, почему Михаил не смог допросить «подопечного» и вытащить из него какую-либо информацию о случившемся.

Поднявшись на последний этаж детского садика, мы прошли по длинному коридору в его противоположный конец. Никакого огня здесь не разводили и, понятное дело, освещения тоже отсутствовало. Хотя, это было скорее пижонство, нежели меры предосторожности. Глупо было позволять этажом ниже закатывать гулянье, а на этом – разговаривать шепотом.

- Одним из пожеланий были тишина и спокойствие. – Пояснил мне Николай.

Подойдя к ребятам, грудившимся у последней двери, он уточнил у них:

- У себя?

- Да, - ответил ему один тихим голосом, - недавно вернулись. На крыше были.

- Хорошо. Я еду принес и кое-какие книги. – Николай кивнул себе за спину, говоря обо мне.

Без лишних расспросов и необходимых, на мой взгляд, досмотров, мы вошли в темную комнату, которая, похоже, служила прихожей. Следующая дверь, открытая на распашку, вела в «покои» вип-персоны. Здесь, как впрочем, и везде на этаже, царил сумрак и тишина. Я даже поначалу усомнился, есть ли кто-то здесь, или, может быть, Николай меня разыгрывает. Нет, на шутника он не похож.

Мы топтались в тамбуре, пока нас не окликнули:

- Кто там? – Раздался приятный, хорошо поставленный голос, не грубый, не надменный. Такой голос мог принадлежать человеку пожилому, но не старому, состоявшемуся в жизни, но никак не вору или политику, что было по сути одним и тем же. И уж никак не был этот глас признаком сумасшествия.

- Мы принесли ужинать и книги.

Николай ответил за обоих. К моему сожалению, он никак не обратился к человеку из комнаты, но я для себя решил, даже из уважения к возрасту и несмотря на умолишенность, в которой меня уверяли, что обращаться к нему следует с почтительностью.

- Ты в Бога веришь? – Прозвучал неожиданный вопрос.

К кому из нас он был адресован? Затянулась неприятная пауза. Мы оба молчали.

- Зайди в комнату, я не расслышал твоих слов. – Ненавязчиво намекнул собеседник на том, что он ждет ответ. – Повтори, будь добр.

Внезапно мне захотелось выбежать из комнаты. Это был детский страх, остолбенение, которое возникает у тебя при выходе на сцену на первом утреннике. Вдруг меня осенило. Этот человек, наверняка, если не поименно, то хотя бы в лицо знает своих телохранителей, а значит, общался с ними на подобные темы.

Еще, как вариант, Николай мог игнорировать столь каверзные вопросы, и счел, что обращаются именно ко мне. Не хотелось выглядеть трусом в его глазах. И я вошел.

Внутри комната была похожа на декорации к современным русским фильмам-триллерам или мистике: лунный свет падал через высокие окна на детские кроватки. В голубых лучах плавали пылинки, не прекращая своего хоровода. Старые, еще времен совка, медвежата с глазами-бусинками и новомодные куклы-младенцы уселись кто на горшочках, кто просто на низеньких столиках, озаряемые холодным сиянием луны.

Сначала мне помещение показалось пустым, но прислушавшись, я различил чье-то дыхание.

- Так каков твой ответ?

Человек стоял прямо напротив окна, спиной ко мне. Можно было различить лишь его силуэт: широкоплечий, невысокого роста, лысоватый или коротко подстрижен (скорее, второе).

Я решил не играть в дурацкие игры с, возможно, умалишенным стариком, поэтому коротко ответил:

- Не верю.

Казалось бы, о чем еще говорить? Но он, не оборачиваясь, продолжил:

- Вот и хорошо. Вот и славно. – Слова звучали с облегчением, будто такого ответа от меня и ждали. – Многие не верят. Хотя теперь их стало меньше. Да…

Что имел он ввиду? Говорил ли об атеистах, которые умерли во время катастрофы, или о людях, которые, потеряв надежду, начали внезапно в Бога верить?

- А ведь он меня предупреждал! И я вас предупреждал! – Вдруг внезапно повысил он тон. – Я был вашим куратором, я доносил до вас весть его! И он меня так подло предал… Отвернулся в последний момент.

Неуловимый акцент прорезался в его словах от возбуждения. Я пытался вспомнить, кого же мне напоминал этот человек, где я слышал этот голос?

- Я не совсем понимаю Вас.

- И я. Я тоже иногда сам себя не понимаю. Не могу понять, зачем, почему я ничего не делал? – Он склонил голову, прошелся вперед-назад вдоль окон, отбрасывая длинную тень. – Где будешь ты, если придут всадники апокалипсиса? А они придут, не сомневайся. – Размеренный голос гипнотизировал и пугал одновременно. – Они спустятся на землю на своих пылающих болидах и начнут свое пиршество.

Человек говорил так убедительно, что я бы мог ему поверить, если бы не знал заранее, что он псих.

Расхаживая так по комнате, он остановился. Мне удалось разглядеть его лицо. Бледнота света не смогла скрыть от меня цвета его кожи. Широкие ноздри вздымались от перенапряжения. Низкий лоб был весь в испаринах. Ворот рубашки и пиджака были влажные от пота.

Негр поднял тяжелый взгляд на меня, вытер платком лицо.

- Вы…

Заметив мой широко раскрытый от удивления рот, он, дружелюбно улыбаясь, закончил мою фразу:

- Доктор Мандей Деладж. Вы, молодой человек, не ошиблись. – Он подошел ближе и протянул мне руку.

Передо мной была, наверное, самая известная в религиозных кругах страны персона – основатель новой церкви, новой религии, пастор. Бизнесмен. Человек, сколотивший состояние из воздуха. Харизматичный, напористый, убедительный, уверенный в себе актер-вербовщик. Ему покровительствовал сам мэр столичный и иже с ним. Грех было не достичь всего этого при такой поддержке.

Удивился я очень. Но лично мое отношение ко всем этим «религиям», «пасторам» и «сектам» было негативное.

- Так, где будете вы?

Я сначала не понял, о чем меня спрашивают. Но когда он заглянул мне в глаза, меня пробрала дрожь.

- Будь рядом со своим куратором. Он направит и подскажет. Не долго осталось. Идут всадники…

За дверью послышались суета и разные голоса. «Началось!» - удалось мне разобрать чьи-то вопли.

- Вот они! Теперь ты видишь? – Негр схватил меня за плечи.

В этот же момент в комнату заскочили несколько ребят. И меня, и пастора выволокли в коридор. По стенам бегали зайчики от фонариков. Они слепили, выхватывали из темноты чужие, испуганные лица. Похоже, тревога была не шуточная. К нам бежали с десяток телохранителей.

Через секунду мы уже все стояли на крыше, задрав головы к небу, будто в молитве.

- Началось… - Ехидно хихикал окончательно слетевший с катушек горе-пророк.

Небо озарили сначала два ярко-оранжевых росчерка. Затем к ним добавились еще два таких же. Двигались они со скоростью самолета, а напоминали небольшие кометы с полыхающими хвостами. Все четыре объекта скрылись на западе, откуда повинуясь силам природы, накатывали фронтом плотные грозовые облака. Всадники лишили нас чести наблюдать свое снисхождение.

- Началось. – Вторил своему подопечному командир группы. Вот только он смотрел на юг.

Там, далеко, совсем не над нами, все небо светилось от таких же «всадников». Целые рои рождались на востоке, из-за горизонта, будто десятки новых солнц, и летели в одном направлении – на запад.

- Кажется, завтра дождь будет. – Спокойно сказал Михаил, еще раз взглянув на низкие облака. – Всем в подвал. Живо!

Ваша оценка: None Средний балл: 9 / голосов: 29
Комментарии

о_О Замечательно) 9.

Ну а продолжения можно быстро не ждать...)

Очень понравился рассказ. Ставлю 9 баллов. 10 не вышло из-за пары моментов:

1) Совсем непонятно описано происшествие в коллекторе, когда пропал "лесоруб". Что там было с полом - понять крайне трудно, даже перечитывая фрагмент несколько раз.

2) В главе прямо просится более выраженный переход от момента выхода из коллектора до начала застолья - очень уж внезапно все произошло и теряется единство текста.

С уважением

Спасибо за замечания!

В канализации ситуация действительно сумбурная получилась. Лучи, постоянно двигаясь, вырастали, начиная из-под земли и дальше в небо. Поэтому у большинства выживших сложилось мнение, что нас "выжигали марсиане". Я второпях писал и забыл упомянуть о выводах гг, что "лучи не на Землю падали с небес, а наоборот, сама планета "светилась" изнутри". Упустил такой важный момент, хоть и перечитывал несколько раз. У себя в голове эта мысля уложилась, а вам рассказать о ней забыл. Бывает.

По поводу второго момента: там же далее в тексте есть фрагмент о том, как гг и иже с ним вели к месту дислокации отряда (если речь об этом). А такой резкий переход хоть вносит долю непонимания происходящего у читателя, но в то же время и добавляет контраст в рассказ. Приемчик стыренный, но проверенный. Единственное, что мне самому не понравилось - это особенность этого сайта абзацы обозначать пустой строкой. Т. е., получилось так, что этот переход между событиями никак не выделен из текста, потому и неразбериха такая вышла. У меня в оригинале переход между вышеупомянутыми событиями разделен пустой строчкой, а абзацы - как абзацы в книжках. Теперь впредь буду такие переходы звездочками разделять :)

Да. После добавления звездочек все встало на свои места! А то, что лучи выходили из земли, для меня стало новостью. И стало намного интереснее и непонятнее.

Все классно, на 9 +. Только вот "собачий клык, торчащий из предплечья возле локтя" по моему перебор, ведь вырвать клык это не зубочистку сломать. На счет коллектора согласен, немного не понятно. А вот на счет резкого перехода, мне наоборот понравилось, это добавило некую кинематографичность. Жду продолжения.

Вырвать клык у пса... не задумывался. Чего-то решил, что его можно сломать, например, при сильном ударе о руку. Ну, как и человеческий :) Будем считать, что у песика был острый кариес и воспаление десен.

Просто, на мой взгляд, момент атмосферный получился.

))) Сломать то можно, но только кусая бетон, а не человечекое нежное мясцо))

нда, недоброжелателей я здесь не ожидал обрести... Позор, товарищи (или гости), занижать другим рейтинги лишь, предположительно, потому, что у кого-то с ним не ладится.

А если кому-то 7я часть действительно так не понравилась, что он решил даже не писать об этом, то может есть смысл и не оценивать?

Впрочем, я своего читателя нашел. Так что продолжению быть.

Jinn да ладно, главное что все комментарии положительные).. а оценки, это так... для главной страницы)

Блин я сам ничего не пишу, лишь читаю, комментирую и оцениваю. Но и меня уже безумно напрягают это оценщики- тихушники. Да и за Вас товарищи обидно.

жду продолжения! очень интересно затягивает

Доктор Мандей Деладж - это сильно.

Радуешь, как всегда.

Я думал, никто этого и не заметит ))

Действительно затягивает. Главное, автор, не углубляйся в мистику, реализм притягивает сильнее!

"Человек не может знать и верить в одно и то же" (кажется, так сказал Фома Аквинский). Пока не написана концовка, для всех читателей половина рассказа будет мистикой =)

Скоро кое-то прояснится, но это не значит, что новых загадок не добавится

на протяжении всех частей я не понимаю фразы "разрезаная шеснацатиэтажка" чет не могу я представить целый разрезаный дом)

а так 10 на все главы

______________________________________________________________

Сила зависит лишь от того, какого рода знанием владеет человек. Какой смысл в знании вещей, которые бесполезны? Они не готовят нас к неожиданной встрече с неизвестным.

Луч прошелся через дом и разрезал его вертикально, будто масло горячим ножом. Что-то подобное есть на иллюстрации к 8й части (маленький полуразрушенный домик в левом верхнем углу). На следующей иллюстрации будет именно "разрезанная шеснацатиэтажка"

Быстрый вход