Странник. Глава 14

- Вместе пойдем? – спросил Лекс после небольшой паузы.

- Это твоя встреча. Если потребуется, позови.

- Хорошо. Не исчезай до утра со своей пылкой Светланой. Рацию не выключаю.

***

- Еще раз добрый вечер, – подошел к одиноко сидящему на лавке врачу Лекс. – Хотел с вами поговорить. Можно присесть?

- Садись, конечно, Александр. Кстати, предлагаю сразу перейти «на ты». Мне так привычней, да и верней. «Иду на вы» - значит «идти войной».

Лекс присел рядом, рассматривая, как молодежь под руководством бывшего управленца Глеба неумело, хотя и с энтузиазмом, разжигает большой костер. Шла подготовка к традиционному и ожидаемому всеми «вечеру знакомств».

- Я смотрю, ты поранился не так давно. Есть более серьезные повреждения, помочь не нужно? – поинтересовался собеседник.

На вид ему было под шестьдесят. Среднего роста, непримечательной внешности. Отсутствие даже намеков на типичный «возрастной» животик и крепкое сложение, в сочетании с расслабленно-точными движениями, понимающему наблюдателю могли сказать о многом. Этот доктор мог не только лечить, но при необходимости и покалечить.

- Спасибо, но порезы уже заживают, ничего опасного.

- Похоже на следы от колючки. Да, понакидано ее немало по лесам. Воинские части, заводы, даже частные владения стали путанкой окружать. Немудрено и напороться. Особенно в нынешнее время, когда выживать всем приходится.

Говорил собеседник, как и выглядел, спокойно и расслабленно, как повидавший многое на своем веку и нашедший гармонию с миром человек. Это не особенно бросалось бы в глаза в прежнем, безвозвратно утраченном мире – но сейчас, на фоне всеобщей тревоги и подавленности, выглядело как минимум странным. Над всеми окружающими, хохочущими ли над скабрезными анекдотами, упорно трудящимися, или забывшимися в огне сексуальной страсти, витал незримый туман недавней трагедии. Это чувствовалось во всем: в разговоре, взглядах, даже мыслях. Разогнать эту тягостную дымку было невероятно тяжело. Достаточно вспомнить, какой глубокий след в потоке жизни оставила уже отодвинутая временем на многие десятилетия Вторая Мировая Война, чтобы понять это.

А сейчас, если имеющаяся информация верна, катастрофа охватила все страны и континенты, все большие и малые, бедные и богатые народы. Всю землю целиком. Обладающий крепкой и тренированной психикой Влад, подготовленные и нашпигованные вживленными микросхемами военные, сильный духом и телом отец Никанор, прожженный майор милиции Круглов – даже они несли на своих плечах хлопья тягучего тумана, окутавшего планету. Этот же человек был свободен.

«Как же его зовут? Еще имя какое-то редкое!», - никак не мог припомнить Лекс, силясь вычленить из хоровода «важных членов общины» нужное имя. Наконец, вспомнил: собеседника представили как Ярослава.

- Много у вас в общине больных или раненых?

- Больных сейчас нет. Раненые имеются. Последствия той смуты, что творилась здесь в первые дни.

Лекс потер виски: головная боль мешала сосредоточиться, а сейчас это было просто необходимо. Он чувствовал, что этот разговор важен, очень важен. Для него, в первую очередь.

- Помочь?

- … В смысле?

- Мне показалось, у тебя болит голова. Помочь? Я же врач.

- Спасибо, но я уже принимал недавно пенталгин. Обычно помогает, но сейчас что-то не задалось. Отвар или мазь какую хочешь предложить?

- Почему сразу отвар или мазь?

- Михалыч говорил, что ты спец по народной медицине. Это третий наш соратник, он по поводу ребер подходил.

- Понятно. Нет, не отвар и не мазь. Просто посиди спокойно, расслабься.

Владимир легко поднялся с лавки и, зайдя за спину сидящего Лекса, поднял над его головой руки, словно хотел согреться у костра.

- Чувствуешь тепло?

- Да, сильно.

- Это нормально … Ну как теперь?

Александр осторожно покрутил головой, потер шею.

- Спасибо, Ярослав. Впервые лично узнал, что означает выражение «боль как рукой сняло». До сих пор только по рассказам знакомых слышал, что такое бывает.

- Я доктор, мне положено людей лечить. Методика, в целом, нехитрая, хотя и немногим доступная.

Заметив, что Лекс поймал на себе недобрые взгляды двух дюжих детин, не столько помогающих, сколько курирующих разжигание костра, Ярослав, вновь усевшись на лавку, добавил: «Правда, не всем нравятся мои способы лечения. В этом случае я использую средства традиционной медицины».

- Служба правопорядка?

- Как сказать. Эти дурни убили двоих таких же при дележе территории, еще несколько человек избили, затем притащили волоком и держали у себя в доме трех девок, как рабынь, тешились. Сам я не видел, но люди так говорят.

- А что говорит отец Никанор?

- Ничего не говорит. Он сам их и скрутил вместе с майором. Как на автоматы нарвались, сразу притихли. Девок освободили, парочка эта клялась и божилась общине помогать. Мужики крепкие и здоровые, сейчас такие на вес золото. Покаялись они, вроде бы – Никанор их и простил. Тех самых девок они теперь и привечают чаще прочих, вроде как извиняются.

- А убитые?

- Круглов этот вопрос закрыл. Говорит, драка была, те напали первые. Самооборона. Теперь они у майора в негласном подчинении. Чужими руками жар загребает, а сам вроде и не при делах.

- Ясно. Разношерстный у вас тут народ собрался, не все о высоких материях помышляют.

- Есть такое. Да и с чего бы? Люди как люди, разные. И прежде не лучше были.

- Но мы почему-то выжили, когда весь мир погиб …

Ярослав повернулся и внимательно посмотрел на Лекса. Его взгляд за долю секунды превратился в острый пронзающий мозг кинжал. От него было не отвернуться, не закрыться, не убежать. На лице врача при этом не отразилось ни тени эмоций, он атаковал одним лишь взглядом.

Александр в первое мгновение инстинктивно отодвинулся и отвел глаза, но тут же понял, что это бесполезно. Тогда он сконцентрировался на дыхании и принял удар, встретившись с прожигающим взором. Это продолжалось всего несколько секунд, хотя для Лекса время тянулось ужасающе медленно. Но он выдержал, балансируя на грани своих возможностей. Вновь стало легко и свободно, словно невидимое копье отвели от его головы.

- А кто сказал, что мы выжили? Может, мы всего лишь отсрочили мучительную смерть. Не мгновенную, как все остальные.

Лекс замолчал, все еще опасаясь очередной сокрушительной атаки. Наконец, он собрался с силами.

- Какова причина смерти всех людей?

- Причина? Тебе интересна официальная версия?

- А она есть?

- Есть та, что я определил как врач. Обследованные мной с помощью доступных средств трупы людей показали, что смерть наступила в результате мгновенной гибели мозга. Имеются следы радиационного и термомеханического воздействия. Точнее я сказать не могу: с точки зрения науки и традиционной медицины, человеческий мозг и по сей день остается почти столь же загадочной частью нашего тела, как и тысячи лет назад. Возможности мозга далеко выходят за рамки современных материалистических представлений о том, на что способен человек как биологическое существо. По той же причине я не могу определенно, как врач, сказать, почему одни люди погибли, а другие выжили. Возможно, речь идет о различиях на генетическом уровне.

- Похоже на лекцию.

- Я ответил на твой вопрос, насколько это может сделать при имеющемся оборудовании и знаниях врач.

- Это реально при применении пучкового оружия?

- Пучкового? Хмм … Мало что знаю про это. Разогнанный до околосветовых скоростей поток нейтральных атомов. В первую очередь воздействует на электронику.

- А на человека?

- Принципиально, да. Однако, насколько мне известно, это оружие точечное. Можно накрыть, например, ракетную базу, но не огромную территорию.

- Я тоже так думал раньше …

Александр смолк, обдумывая следующий вопрос. Непроизвольно усмехнулся, оценив ирреальность картины: два человека на скамейке беседуют о причинах гибели мира на фоне веселых языков пламени разгоревшегося костра, окруженного стекающимися со всех сторон предвкушающими любовные игры парочками.

- Как вокруг костра-то пляска, удалась? Отец Никанор не возражал? – неожиданно вырвалось у Лекса. Думал-думал, как бы аккуратно, вскользь спросить. А в итоге врубил «в лоб».

Ярослав ответил не сразу. Минуты три сидел, подставив лицо теплому летнему ветерку, словно замечтавшись о чем-то своем. Наконец, он ответил:

- Приглашаю зайти ко мне. Я на окраине живу, отсюда первая улица направо, крайний дом. Через полчаса жду.

- Если возможно, хочу пригласить своего товарища, Владислава.

- Хорошо. Жду вас двоих.

С этими словами врач поднялся и неслышно удалился в указанную сторону.

***

Влад находился неподалеку, в окружении других пар слившись в медленном танце с какой-то высокой длинноносой дамой. Заметив, что Лекс остался один, он тут же оставил спутницу и подсел к нему.

- Как прошла беседа? – спокойно спросил он, хотя голос предательски дрогнул, выдавая его крайнюю заинтересованность.

Лекс почти дословно пересказал ему разговор с врачом, подробно описав предпринятую оппонентом атаку.

- Охренеть. Я о таком только слышал или читал. По-честному, думал, что это красивая легенда, мистика.

- Угу, тоже так думал. Но какая, на фиг, мистика, если вот он, живой человек. Не фокусник цирковой или очередной мнимый целитель. Все очень даже реально. Ты ведь про внутреннюю энергию не думаешь, что это мистика? А обычные обыватели, почти поголовно, так думают. Вот и тут то же самое. Видимо, пришло время, блин, менять восприятие мира на старости лет.

Помолчали. Наконец, Лекс продолжил:

- Если хотим идти, то пора. Я не знаю точно, сколько времени займет дорога. У тебя там как?

- Со Светланой? Ушла с одним из быков майора, когда увидела, что я с новой дамой танцую. Типа, в отместку. В общем, сегодня я свободен.

- Тогда вперед?

- Пошли.

Предупредили Михалыча о том, что могут задержаться. Но он, похоже, уже влился в ритм жизни местного общества, найдя себе приглянувшуюся партнершу, дородную женщину с румяным лицом; и пустующий дом, порекомендованным братом, обнимавшимся рядом со своей дамой сердца.

- Он нашел свою дорогу, - прокомментировал Влад, когда они удалились от костра в сторону своей виллы. Так как «чужаки» так или иначе привлекали к себе повышенное внимание, не хотелось в открытую углубляться в «общинную» территорию. Через несколько сотен метров, описав полукруг, вышли на нужную улочку, и вскоре без проблем нашли крайний дом, за окном которого слабо светила керосиновая лампа.

Добротный деревянный рубленый дом с гаражом-пристройкой. Такие же крепкие и основательные подсобные строения. Постучались, поприветствовали хозяина. Ярослав их ждал, пригласил в дом. Внутри было столь же просто и незатейливо. Создавалось ощущение, что уклад жизни здесь не изменила и гибель цивилизации.

Сели за стол, выпили предложенного Ярославом медового напитка. Немного поговорили о том, как организовано питание в общине, какие работы делаются и какие еще предстоят. Участвуя в непринужденной беседе, Влад чувствовал себя как на иголках, в любой момент ожидая описанной Лексом атаки.

- Да расслабься, Владислав, - неожиданно расхохотался собеседник, смахнув со лба прядь седых волос, - не буду я тебя проверять. И так чувствую, что силен, выдержишь. Кроме вас, в общине только Никанор смог отразить мой удар. Сильный человек, и вера его сильна. Уважаю.

- Мы тоже уважаем чужую веру, хотя и не принадлежим ни к одной, - осторожно ответил Влад, почувствовав внутреннее облегчение. Пришлось признаться себе, что ожидание духовной атаки вызывает ничуть не меньший прилив адреналина, чем физической. Под камуфляжем по телу струился пот.

- Совсем без веры тяжело сейчас. Бешенный ритм искусственно-электронной жизни остался в прошлом. Новая эра наступила.

- Ну, почему же совсем без веры, - заметил Лекс, - меня можно назвать агностиком, если угодно. В некоторые вещи, которые довелось познать на себе, я верю. Например, в реинкарнацию души, равно как и в ее существование.

- Откуда такое знание?

- Когда-то давно, после аварии, довелось пролежать неделю в реанимации. Подробней я распространяться не хочу. Но к чему эти вопросы? Зачем ты нас позвал?

- Успокойся, Александр, - мягко остановил его жестом врач, - я не хотел тебя обидеть или заставить говорить то, чего не хочется. Ты хорошо умеешь контролировать свои внешние проявления эмоций, но от меня их не скрыть. Я чувствую. Ни во что не верящему человеку будет сложно, практически невозможно, меня понять. А я очень хотел, чтобы меня поняли. Думаю, ты сможешь.

Он повернулся в Владиславу:

- Слово за тобой, юноша.

Все еще окончательно не сняв обороны, Влад аккуратно выстроил предложение:

-Я готов тебя выслушать и постараться понять.

- Хорошо, я начну …

Внезапно Ярослав резко выпрыгнул из-за стола и исчез за дверью. Через несколько секунд послышался чей-то сдавленный крик, а затем топот ног. Вскоре вернулся спокойный и нисколько не запыхавшийся хозяин дома.

- Извините, что оставил вас. Пришлось надрать уши одному малолетнему шпиону, что у дурней наших на побегушках ходит. А те уже майору докладывают. Вот такая у нас тут агентурная сеть имеется.

- Похоже, вы … ты не слишком нравишься Круглову и его помощникам – прокомментировал Влад, - а как вы с отцом Никанором ладите? Ведь, насколько я понял, ты другой Веры придерживаешься. И в церкви я тебя не видел ни разу.

- Да в целом не мешаем друг другу. Никанор – разумный человек. У него своя Вера, у меня своя. Уважая друг друга, общий язык найти можно. Уж тысячу лет, как на Руси появилось Христианство. Православная Вера помогла отцу Никанору создать и сохранять от распада эту общину. Моя Вера помогает мне лечить людей. Тем более, что я ее никому не навязываю. И вам в том числе.

- А отец Никанор?

- Он делает то, что считает правильным: занимается миссионерством. В нынешних условиях это занятие весьма успешное. За относительно небольшой промежуток времени почти половина выживших приобщились к церкви. Пройдет не так много времени, и выжившие в Старой Ладоге станут православной общиной.

- Что, все поголовно станут верующими? И даже эти быки, что под майором ходят?

- Они уже приняли Православие. И майор скоро тоже примет. Так складываются обстоятельства.

- А как же вечерами свободной любви?

- Владислав, если ты хочешь получить объяснение, советую тебе обратиться к Никанору. Он объединил раздираемую склоками группу очень разных людей, дав им надежду на настоящее и будущее. За это честь и хвала ему.

- Однако, насколько я понимаю, в христианской общине тебе не будет места, - заметил вновь подключившийся к разговору Лекс. Он говорил спокойно и твердо, стараясь не уступать в этом аспекте Ярославу. Со стороны казалось, что эти трое собрались на встречу деловых партнеров, корректных по отношению друг к другу, но не готовых раскрывать все свои карты.

- Ты прав, Александр. Несмотря на то, что мои врачебные навыки и знания помогают и могут в будущем помочь выжившим в Старой Ладоге, мне раньше или позже придется уйти.

- Отец Никанор уже побеседовал с тобой на этот счет?

- На этот счет – нет. Но мы с ним побеседовали по поводу Веры. Его позиция мне понятна, как и моя ему. Я не буду ждать, когда меня попросят или вынудят уйти. Но это мои трудности. У вас таких проблем нет. Ведь Никанор наверняка предложил присоединиться к общине?

- Предложил.

- И каков срок ответа?

- Завтра вечером.

- Решение уже имеется?

- У меня еще нет, - ответил, слегка прищурившись, Лекс.

- Я тоже пока не решил, - кивнул головой, твердо сказал Влад.

Повисла пауза. Хозяин без экивоков разглядывал гостей, те изучали его. Так продолжалось несколько минут. Наконец, разлив собеседникам еще медового напитка и подождав, пока они неторопливо опустошат свои кружки, Ярослав одним движением сдвинул в сторону большой деревянный стол, таким образом оказавшись с ними лицом к лицу.

- Раз вы еще не решили, могу дать вам пищу для размышления. Как относиться к этой информации, думайте сами. Но сначала я хотел бы спросить: не приходилось ли вам во время поездок по области встречать обезумевших людей?

Влад с Лексом переглянулись.

- Приходилось одного, – осторожно ответил Владислав.

- Только одного? Что же, это немного. Он был агрессивен и неуправляем?

- Да, агрессивен. Хотя мне показалось, что иногда у него появлялись проблески сознания.

- Такие симптомы мне тоже доводилось встречать. А теперь представьте, что таких сумасшедших много. Очень много. Целые города, районы, области.

- Вы … ты видел это, или предполагаешь?

- Я видел. В Старой Ладоге я всего неделю. До этого скитался, как и вы. И я видел, что творится на подступах к Москве.

- И … что же там творится?

- То, что я сказал. Я видел тысячи безумных. Возможно, их десятки тысяч. Миллионы.

- Почему же мы их не видели, и про них ничего неизвестно среди выживших?

- Известно, но немногим. Майор в беседе не упоминал, что через день после Нулевого часа отправлял в Москву своего человека? Только без увиливаний, Владислав. В том, что беседа с Кругловым была, я не сомневаюсь.

- Да, беседа была. Но про Москву никто не упоминал.

- Верю. Майор обязан был действовать по инструкции. А инструкция на подобный случай, безусловно, имелась. Понятие «неожиданно» справедливо, но до определенной степени. Предполагаю, что существуют особые подразделения, которые задолго до удара были подготовлены к выживанию в нынешних условиях. Но этот так называемый «удар» был столь сокрушителен и неординарен, что гигантская машина с многочисленными «специальными управлениями», «особыми убежищами» и прочими средствами выживания важнейших госструктур развалилась. Полностью или частично – пока не знаю. Но то, что развалилась – несомненно.

- Откуда ты знаешь про Нулевой час? – поинтересовался Лекс, вновь удивляя Влада своей способностью замечать то, что он сам в данной ситуации оставил бы без внимания.

- Я знаю и видел многое. А про Нулевой час я слышал от военного на подъезде к Москве. Еще до того момента, как этот человек сошел с ума и попытался меня убить…

Заметив, что Ярослав смолк, словно ожидая реакции слушателей, Лекс многозначительно посмотрел на товарища и произнес: «Давай, Влад!»

И Владислав рассказал врачу из Старой Ладоги все. Начиная от разговора с отцом, о котором он не говорил еще никому, подробностей своих приключений, и до их сегодняшних планов и идей. Он не мог себе объяснить, почему вдруг открылся этому странному человеку. Возможно, ему просто нужен был умудренный жизненным опытом благодарный слушатель, чтобы самому осознать все то, что случилось с ним за это время. Но он, как и Лекс, чувствовал, что сейчас стоит на пороге чего-то невероятно важного. Словно вышедший ночью на смотровую площадку в Большом Каньоне человек, догадывающийся о величии картины перед ним, но еще не увидевший ее своими глазами.

Над древним городом давно опустилась ясная летняя ночь, а в гостиной рубленого дома друг перед другом все сидели и беседовали трое человек. Разговор шел спокойно и размеренно, хотя как минимум двоих из говоривших буквально разрывало на части желание узнать и понять как можно больше. И все трое понимали, что жить в Старой Ладоге они не останутся, избрав совсем иной путь …

Ваша оценка: None Средний балл: 9.3 / голосов: 102
Комментарии

Оставляйте отзывы - в том числе и критические. Если они содержат рациональное зерно - учту их, откорректировав текст.

Так как обычно двигаюсь по сюжету вместе с героями, стилистика не всегда успевает за непредсказуемо изменчивым миром. Шлифую ее позже.

Афтару зачот пишы исчо

Автор ты Кастанеду читал?))) есть знакомые моменты;)

______________________________________________________________

Сила зависит лишь от того, какого рода знанием владеет человек. Какой смысл в знании вещей, которые бесполезны? Они не готовят нас к неожиданной встрече с неизвестным.

Как всегда интересно, но... Вы уже слышали это неоднократно - "не хватает экшена, который был ранее". +9

книга состоит не только из экшена. хорошо пишешь такие затишья тож крутые

______________________________________________________________

Сила зависит лишь от того, какого рода знанием владеет человек. Какой смысл в знании вещей, которые бесполезны? Они не готовят нас к неожиданной встрече с неизвестным.

Круто... про безумцев вобще... 9.

По мне так лучшая глава

+9жду продолжения

10. автор, не томи, давай дальше)

______________________________________________________________

Без баса - нет расколбаса (с)

Супер, еще раз 10. Все в нужном месте, все как надо действие плывет как по маслу.

Дружищще, жду с нетерпением продолжения. Хотелось бы пообщаться onlain. Хотя бы в аське. Есть вопросы.

красиво и удивительно чисто написано.+10, пойду читать прошлое)))

Быстрый вход