Наро-Фоминск. Деревня Нара. Глава 6

Предыдущая часть

Такого страшного вопля я даже в своих ночных кошмарах не слышал. Жуткий нечеловеческий хриплый крик, перерастающий в вой таёжного волка. У меня внутри всё похолодело, Кристина, схватившись за сердце, покачнулась.

— Дорогая! — Вова подскочил к ней и поддержал. — Что с тобой?

— Сердце, сердце… Страшно! Не могу больше… — и Кристина повисла у Вовы на руках без сознания. Мы все с ужасом наблюдали за этим действом, не в силах ничего сказать.

— Кристин! Очнись! — кричал Вова, тряся жену. Но она не приходила в сознание.

Вдруг что-то разбилось, и Тася взвизгнула. Рядом с левым ухом что-то просвистело, обожгло мочку, и я, скорчившись от боли, взялся за ухо, склонившись.

— Нас обстреливают! — во всё горло заорал Вова. — Надо уходить! Тут есть запасной выход. Все туда!!!

— Мне страшно! — сказала Тася, хватая меня за руку. Я продолжал держаться за саднящее ухо. В следующий момент ещё несколько пуль взъерошили волосы на голове, и я, таща за собой Тасю, понёсся к выходу. Запасному.

Было неясно, откуда стреляют. Но мне казалось, что огонь ведётся со стороны моста. Протиснувшись через мелкую щель между стеной и витриной, мы с Тасей поспешили выбежать на мороз, от которого отвыкли, пока были в магазине. Проигнорировав три ступеньки, спрыгнули на ледяную землю и наутёк бросились догонять Вову с Кристиной на руках, который бежал к ближайшим участкам. Стреляющий заметил нас и пустил нам в вдогонку несколько пуль. Но пули пролетели мимо, зацепив мелкую ветку, растущую у нас над головой, и снесли её. Тася завизжала, но я ей сказал, чтобы молчала. Голова и так раскалывалась от боли, её как будто бы сжимали тисками с висков. На горизонте начали маячить недостроенные дома, прыгающие, из-за того, что я бежал, в разные стороны. Мало что удалось разглядеть в них, кроме гнилых досок, сложенных в виде дома.

— Тим, а почему вы сюда не приезжали пятнадцать лет? — вдруг задала мне вопрос Тася. Не вовремя задала. У меня не возникало ни желания малейшего рассказывать эту окутанную тайной и мистикой историю в такой ситуации. Да и Вова куда-то исчез из поля зрения. Надо было его взглядом найти.

Но я всё-таки порылся в закромах памяти и освежил те странные и страшные события двадцать первого июля две тысячи восьмого года. Пятнадцать лет прошло… Так давно, и он не вернулся…

***

21 июля 2008 года.

— Сюда, пожалуйста, — пригласил милиционера дедушка, открывая калитку, ведущую на наш участок. Была тёмная ночь, около одиннадцати вечера. Бледный диск луны просвечивался через темные кусты, кидавшие на землю страшные тени, похожие на руки скелетов. Около ворот скопилась куча кинологов с собаками на привязи, у которых изо рта шёл пар.

— Можете рассказать, как он пропал? — спросил милиционер в звании капитана, вынув блокнот и ручку из кармана и приготовившись слушать и записывать. Но потом, подумав и осмотревшись, убрал их обратно и начал сверлить дедушку взглядом. Дедушка, не понимая, зачем он так на него смотрит, поспешно начал, вздохнув:

— Мы сидели и пили чай. Втроём. Я, моя жена, Лидия Ивановна, и Антон. Если это поможет найти его, то время было без двадцати пяти вечера. Так вот. Мы закончили, и Лида говорит Антону: «Принеси мне моё вышивание, оно на верхней полке в шкафу в моей комнате». Антон встал с дивана, открыл дверь и вошёл в комнату. Дверь закрылась сама. Ну, не сама — ветер её захлопнул. Антон не стал её открывать. Через несколько секунд послышался скрип ручки шкафа. Давно надо было её починить. Никак руки не доходят. Всё этот дом отнимает. Сколько же я его строю? — дедушка совсем отдалился от темы. Капитан ему напомнил:

— По существу, пожалуйста.

— А, ну да! Извините, — опомнился дедушка и продолжил:- Так вот. Сидим мы, значит, ждём его, а он никак не возвращается. Что, думаем, с ним. Я кричу: «Нашёл?» В ответ — тишина. У меня, лично, холодок пробежал по спине. Крикнув ещё раз, я понял, что дело чем-то попахивает, и сказал Лиде, чтобы не волновалась, а сам пошёл в комнату. Открываю, значит, дверь, а там… нет никого. Я перестал дышать и уставился на открытую дверцу шкафа и на валяющееся на полу, среди пустой комнаты, вязание.., — и дедушка протянул капитану небольшое шерстяное изделие, похожее на носок фиолетового цвета с торчащими из него спицами для вышивания. И добавил:- Я подобрал это, чтобы был запах Антона. Ведь вы пригласили кинологов с собаками именно для этого? — Дедушка вопросительно посмотрел на капитана. Тот поспешно утвердительно покачал головой.

— Прошу вас, найдите его как можно быстрее! — попросил дедушка, вручая капитану носок. — Жена чуть с ума не сошла. Не может найти себе места. Всё себя винит в случившемся.

Капитан стоял с изумлением на лице. Его, видно, потрясла история. Да кого бы она не потрясла. Был человек — и нет человека. Пропал. Провалился сквозь землю.

— Нам придётся обыскать дом и, в частности, комнату Вашей жены, — сказал капитан, зевая.

— …Тихо, Рекс! Что ты там нашёл? — вдруг разорвал секундную тишину один кинолог ласково заданным своему псу вопросом. Дедушка и капитан почти вместе обернулись.

— Что там ещё? — раздражённо крикнул капитан, машинально дотронувшись до кобуры. Дедушка вздрогнул от этого, но капитан поспешил его заверить:

— Не бойтесь, уважаемый. Рефлекс.

Дедушка облегчённо вздохнул.

— Да что с тобой сегодня? — злобно спросил тот же военный за воротами на фоне рычания собаки. — Успокойся! — и последовал визг.

— Подождите здесь. Сейчас разберёмся. Эй, ты, че там? Угомони собаку! — закричал капитан, видимо, съехав с катушек от страха.

— Не могу, товарищ капитан! — еле удерживая собаку, которая так и норовила убежать в придорожные кусты, сказал военный. В этот момент собака была поддержана — вторую Нару наполнили десятки злобных рычаний и кучи морд, устремлённых к кустам.

— Эй, Шарик! Перестань! Что на тебя нашло?..

— Волк, не делай этого! Не для того здесь!..

Дедушка чувствовал, как трясутся коленки, и в сердце лезет страх всего. Сразу сжалось сердце. Капитана рядом не оказалось. Увидев его за калиткой разговаривающего с каким-то военным, собаки у которого не было, дедушка осмотрелся в поисках укрытия, в случае чего-нибудь непредвиденного, чтобы можно было спрятаться. Но, не найдя ничего лучше колючей ёлки около крыльца, присел, подлез под неё и, хорошенько укрывшись за низко свисающими ветками, стал наблюдать за происходящим…

…-Там, по-моему, что есть! — почти шёпотом произнёс военный, у которого не было собаки, побледнев от страха. — Вот собачки-то и зашлись на кусты. Достал лай, сил нет. Голова раскалывается.

Капитан заметил, что лай стих, и облегчённо выдохнул.

— Раз всё прекратилось, то я приказываю трём военным обыскать дом, особое внимание обратив на комнату, которую укажет один из потерпевших, — дал половину указаний капитан, обернувшись к участку показав на место, где должен был стоять дедушка. Но его там не оказалось. Капитан не стал звать и продолжил:

— Ещё трём военным приказываю прочесать вдоль и поперёк этот и прилегающий к нему участки. Вопросы есть?

Потом капитан мало чего помнил. Резко в глаза ударил белый свет, на мгновенье ослепив и выбив все мысли из головы. Затем в уши будто воткнули раскаленные иглы, и врезался разрывающий барабанную перепонку писк. Капитан упал на землю, выронив пистолет, который только что достал из кармана, потому что рядом что-то прозвенело, и скрутился в конвульсиях. Остальных военных и собак тоже скрутило, и через несколько минут все пространство наполнилось шипением и короткими стонами.

У дедушки началась аритмия, в горле запершило, и он, не разбирая дороги — в глазах по-прежнему продолжало жечь белым, — понёсся, как ему казалось, к дому. Но на самом деле он, больно ушибив палец на ноге, окунулся в грядку, полностью измазав себе лицо. Так и остался…

А над всей тёмной улицей продолжало лететь шипение растворяемых щёлочью тел военных и их собак. Скоро пары щёлочи достигли деревьев, и те стали превращаться в мелкие сучки.

Прошло немного времени, и всё пространство перед воротами было усеяно ошейниками, на некоторых из которых были написаны имена собак, и спецовкой военных, наполовину изъеденных щёлочью.

И посреди всего этого действа шёл ничем не примечательный человек в желтой плащ-палатке, голова была полностью спрятана под капюшоном. Ступал он аккуратно, чтобы не вляпаться в чьи-нибудь остатки. Он с удовлетворением осмотрел это всё, небрежно пнул не растворившийся почему-то череп с висящими на нём кусками мозга и подобрал пистолет капитана. Проверив в нём патроны, удовлетворённо кинул его себе в карман и направился по дороге, скинув капюшон, тем самым оголив свою лысину…

…-Сколько предлагаете за этот прекрасный дом? — спросил прилично одетый человек, бизнесмен, с небольшим кейсом в руках. За ухом была нацеплена гарнитура Bluetooth. Дедушка немного поколебался и ответил так, как бы ответил любой на его месте:

— Сколько захотите, — и про себя добавил:- Лишь бы не быть здесь никогда!

Бизнесмен, задумавшись, присел на скамейку и открыл кейс, где дедушка увидел много пачек долларов, перетянутых тугими резинками. Пока бизнесмен думал, дедушка посмотрел за ворота, и вспомнилась кровавая история недельной давности.

Стараниями дедушки (бабушку он решил не напрягать, ей и так было плохо) место перед воротами было очищено от одежды и обрело прежний вид. Один вопрос оставался нерешённым — куда девать наполовину вросший в землю не растворенный череп военного. Его страшные круглые пустые глаза смотрели на проходящих мимо участка. Но прохожие его не замечали и не знали, что вообще тут что–то есть. Была одна мыслишка прикрыть череп чем-нибудь. Но чем?

— Сто тысяч долларов устроит? — неожиданно предложил бизнесмен, протягивая дедушке толстый белый незапечатанный конверт. Он, почему-то, был заранее уверен, что дедушка согласится на такую «маленькую», по мыслям бизнесмена, сумму. Дедушка осторожно взял конверт, приоткрыл его и посмотрел внутрь. Там действительно лежали свеженькие доллары.

— Может, сказать, что здесь произошло?.. — мучался дедушка, не кладя деньги в карман.

Бизнесмен испытующе смотрел на дедушку: ну, что, по рукам?

Сжав зубы, дедушка ответил:

— Продано! — и деньги заняли место в кармане…

Мы в это время грелись на пляже в Хорватии. Нам рассказали, что дядя Антон улетел за границу и вернётся неизвестно когда. Правду мы узнали совсем недавно. Продажу дома объяснили так: «Денег не хватает».

***

Пока я это вспоминал, мы добежали до железного зелёного забора, отделяющего нас от участков. Я остановился, прислонился к забору и стал смотреть вокруг. Около магазина никого не было. Да и выстрелов больше не было. Прямо над ухом делала отдышку Тася, тоже прислонившись к стене и опёршись на коленки. В рот то и дело набегали тягучие слюни, и приходилось периодически сплёвывать. Жадно глотая воздух, я посмотрел на Тасю. Та, съехав спиной по забору, сидела, утирая выступивший пот и слёзы.

— Ребят! Это… вы… не стойте там… — между словами глотая воздух, прокричал издали Вова. Кристина продолжала болтаться у него на руках. Брат понял, что опасность миновала, и поэтому шёл к нам, не спеша. Было видно, что он устал её нести.

— Вставай. Надо идти, — поднимая Тасю за рукав, пробормотал я. Она встала и вопросительно на меня взглянула своими мокрыми глазами. Спросила, сглотнув:

— Куда идти?

Я ничего не ответил. Взял её за руку, и мы, уставшими ногами, побрели навстречу Вове. Мы шли очень медленно, постоянно осматриваясь. Я заметил, что там, где была «зима», теперь всё стало прежним! Я показал это Тасе.

— Может, растаял снег? — предположила она, но я заранее качал больной головой:

— Если бы это всё растаяло, мы бы сейчас стояли в ледяной луже. Ведь лёд — это та же самая вода, только в твёрдом кристаллическом состоянии, — пояснил я. — Солнечные лучики растопили бы лёд, и вода бы полилась сюда. Ясно?

— Куда уж яснее! — иронически ответила Тася. — Только откуда здесь взяться солнечным, да и любым, лучам? Сейчас, и всё время, пока мы здесь, стоят сумерки! Куда же лёд тогда делся?

Вот блин! Об этом я-то и не подумал. Лёд как будто включили и выключили. Что же это такое? Природный катаклизм, наверно. Зима в середине лета. Одно это настораживает. А про исчезновение «зимы» я вообще молчу. Как такое возможно? Над этим надо будет подумать, если выпадет возможность. А она выпадет, — я решил, что мы вчетвером пойдем в какой-нибудь дом в этой деревне и отдохнём там. А пока…

— Давай теперь ты её понесёшь. Мышцы вообще окаменели, — попросил измождённым голосом Вова, готовый передать мне на руки свою супругу. Я посмотрел на её лицо. Оно ещё оставалось бледным. Я приготовился взять её. Когда взял, Вова, тряся руками, чтобы пустить по ним кровь, спросил:

— Что теперь будем делать? Надо Кристинку очухать. Я предлагаю…

— …Пойти в эту деревню. Понял, — продолжил я его мысль и улыбнулся. — Заметил, что снег исчез?

Вовка ничего не сказал, только покачал головой. Постояв ещё немного, мы направились к ближайшим домам…

…Все дома выглядели очень хорошо, даже для такой мрачной обстановки. И не подумаешь, что они заброшены. Через всю деревню проходила узенькая тропка, размытая недавним дождём. Чтобы не завязнуть в грязи, мы аккуратно ступали по траве, растущей по краям дорожки. Слава Богу, что эта трава была нормального цвета и в высоту не превышала пяти сантиметров максимум. От дорожки было два ответвления — одно вело вправо и уходило, кажется, в лес, а второе, самое дальнее, сливалось с шоссе. Сами участки были построены на опушке мелкого леска, в котором ничего не было, кроме свалки огромных вонючих пакетов с мусором, ненужных автомобильных шин и ещё чего-нибудь ненужного. Так было, по крайней мере, когда мы с Вовкой были маленькими и когда проезжали мимо этого самого леска по дороге на озеро, купаться и рыбу ловить.

Ещё мы в эту самую деревню ездили за свежим молоком. Дом, где мы его брали, стоял прямо у леса и был отделён от него одним лишь забором. В этот дом я предложил войти и там передохнуть. Меня поддержали.

Подходя к дому, я попросил брата первым подняться на белое, всего из трёх ступенек, крыльцо, открыть дверь и быстренько осмотреть дом. Брат, отчеканив армейское: «Так точно!», открыл маленькую калиточку, взошёл на крыльцо и осторожно приложился к двери ухом. Тася жестом ему показала, чтобы входил. Брат, кивнув, потянул ручку. Дверь оказалась не заперта и легко поддалась, немного скрипнув ржавыми петлями. Вова исчез в доме, и через секунду мы увидели его в правом окне аккуратном шагающим по полу. Слышались его шаги и скрип пола под ними. Было очень тихо. Были слышны покачивания деревьев на ветру, где-то вдали странно щебетала пташка: «Та-ра! Та-ра! Та-ра!» Слог «та» птица брала в высоких тонах и тянула около пяти секунд, потом резко падала в диапазоне вниз и слог «ра» растягивала секунд на десять. У меня мурашки пробежали по коже от такого «пения», в животе забурлило, и я почувствовал, что надо заморить червячка. В окне ещё раз мелькнуло тело Вовы, и тут же он оказался на крыльце:

— В доме чисто, две кровати, холодильник и… В общем, сами увидите. Прошу, — пригласил Вова и пошёл нам на встречу. Я пропустил Тасю, чтобы она открыла калиточку, и пошёл к дому быстрым шагом — руки не к чёрту. Когда мы оказались внутри, Тася прикрыла дверь, для безопасности задвинув засов…

…Мы сразу оказались в просторной прихожей. Перед нами раскинулся большой стол, накрытый белой скатертью с кружевами и окруженный пятью стульями. На ней стояла маленькая вазочка с завядшими цветами. Справа, у большого окна, закрытого занавесками, стояла тумбочка на четырёх ножках, и на ней был поставлен старенький, допотопный телевизор с большим чёрным экраном и двумя длинными антеннами. Над ним была прибита большая полка с кучами книг. В комнате слева были те самые две кровати, о которых сказал Вова. Там, у дальней стенки, стоял маленький холодильник. Одна кровать располагалась почти у выхода, вторая — в нескольких метрах от холодильника. Все они были уютно застелены пледами и простынями. Туалет, видимо, находился на улице, как у всех дачников. Умывальник висел рядом со столом.

— Прямо отель пять звёзд, под названием «Для тех, в кого стрелял неизвестно кто»! — сострил я. Вова и Тася невольно хихикнули, и мы прошли в прихожую. Здесь было очень удобно.

— Смотрите, тут и диван есть! — сказала Тася, указывая на место в метре от входной двери. Там действительно стоял диван. Большой, с тремя красными, уютно уложенными подушечками, диван. Первое, что я сделал, — уложил бессознательную Кристину на этот самый диван. Уложив, я бережно приподнял её голову и подложил под неё самую мягкую, на мой взгляд, одну из подушечек, и положил головку обратно.

— Вов, посиди с ней. Я переговорю кое-что с Тасей и приду. Может, найду нашатырь, — попросил я уже садящегося на диван к супруге, Вову. Он покачал головой. Я встал и направился к Тасе, снующей где-то в соседней комнате…

Следующая часть.

Ваша оценка: None Средний балл: 8.9 / голосов: 14
Комментарии

Это только первая часть главы. Не знаю, когда удастся написать вторую часть. Пускай ВСЕ, кто ставит звёздочки, пишут в комментах о недостатках. :)

mne o4en' ponravilos, tol'ko ect' nedo4eti, tam lec bil ycipan list'ami, lec bil o4en' bol'shoi. Vmecto *on bil o4 bol'shoi* takogo plana.

В целом читатся хорошо, но как некоторые отмечали уж больно напоминает сценарий.

Немного исправлений

*— Мы сидели и пили чай. Втроём. Я, моя жена, Лидия Ивановна, и Антон. Если это поможет найти его, то время было без двадцати пяти вечера.

время я так и не понял толи 16-40 то ли 35 минут неизвестно какого

*Слава Богу, что эта трава была нормального цвета и в высоту не превышала пяти сантиметров максимум.

ну пять сантиметров это не трава, это коротко постриженый газон, пусть она например по щиколотку будет что ли, хотя как знаете, буду читать дальше полюбому.

И еще маленькое замечание, мне кажеться героям друг за друга поболее переживать надо, а то (не помню где то по тексту) свою жену вытащил значиться и не вчуство ее приводить не жену брата вытаскивать, по сторонам оглядываться пейзаж разглядывать, пусть это как общий обзор идет, а не его личные наблюдения к примеру.

Или случай когда он их у машины ждет, кругом происходит черте что, по нервничать бы где они там идут, а он понимаешь давай сразу пруд разглядывать.

Но это опять же моё личное мнение, а так мне нравиться.

В общем, читается достаточно интересно.

Но местами есть недочеты. Например, "уложил бессознательную Кристину": замени слово "бессознательную", потому что в данном контексте оно неупотребимо.

В целом неплохо, продолжай писать! Молодец!

Читается тяжело - больше похоже на техническое задание. Мало эпитетов и прилагательных - картинка в голове не вырисовывается.

Есть конкретные ляпы, например : Рядом с левым ухом что-то просвистело, обожгло мочку, и я, скорчившись от боли, взялся за ухо, склонившись. - повторение слов.

Протиснувшись через мелкую щель - они что гномы ??

Голова и так раскалывалась от боли, её как будто бы сжимали тисками с висков - А это как ???

В следующий момент ещё несколько пуль взъерошили волосы на голове - а пули что из паралона были ?? Или причёска была как у негра аля 70ые ???

Еще можно долго перечислять. За старание твёрдая 7ка.

Быстрый вход