Армагеддонотерапия 2. Глава 6. Шрамы.

В животе у медика заурчало. Тогда Кирилл вытащил из своего вещмешка плитку горького шоколада, разломил её напополам и съел одну половинку. Вторую он протянул Ирине, но девушка отказалась.

- Как ты можешь есть, когда так воняет? – спросила она, с отвращением глядя на жующего парня.

Тот с улыбкой взглянул на Ирину, наслаждаясь вкусом тающей шоколадки:

- Другого такого шанса у нас может не быть. Ешь, пока есться – и, втянув в ноздри вонючего воздуха, добавил – Одно другому не мешает. Запах как запах.

Кирилл вспомнил уроки по изучению патологии, проводимые в морге. Времени на столовую не хватало, поэтому приходилось перекусывать прямо среди мертвецов, над распотрошёнными телами.

- Гурий, а вам нельзя – сказал Кирилл, проглатывая вторую половинку, - У вас Великий пост.

Они пролетали над вымершим городом, который накрывался туманом, словно одеялом, готовясь к холодной ночи. Что ждало их там, внизу, на улицах, заволоченных белой дымкой? Знал лишь один Всевышний.

Вертолёт приземлился в центре главной площади, подняв в воздух облака пыли и пепла. Группа высыпала из «Стрекозы» и окружила машину, винты которой начинали крутиться всё медленней.

- Чисто – сказал Гурий, использовав для наблюдения аппарат тепловидения, встроенный в его респиратор.

Темнело. Дома, расположенные вокруг площади, кидали на землю длинные тени. Люди смотрели по сторонам в поисках движущихся живых объектов, но по площади гулял лишь ветер, по земле стелился туман. Никого.

- Готовы начать экскурсию? – подмигнула Элиза, доставая из кармана карту, - Мы находимся здесь, наша цель в этом здании. Идём вот по этой улице.

Командир водила пальцем по карте, указывая путь к музею, где хранилась бесценная реликвия.

- Егор остаёшься здесь - приказала она грубым тоном, обернувшись на пилота, сидевшего в кабине.

- Так точно - скучным голосом произнёс он.

Вообщем-то ничего сложного, думал Егор, половину задания я выполнил, скоро выполню остальную часть миссии. Остается лишь подождать возвращения группы и доставить их назад.

- Будь осторожен - ласковее сказала Элиза и возглавила шествие.

Заботиться обо мне, загордился Егор, наверное, я ей и вправду нравлюсь.

Группа из четырёх человек следовала по узкой улице среди руин. Разрушенные здания быстро погружались в темноту, солнце за спинами людей опускалось. Они шли небыстрым шагом по тротуару, заросшему травой, включив фонарики на автоматах. Лучи заскользили по обшарпанным стенам и окнам, выхватывая из темноты внутренности разгромленных помещений. С другой стороны они обходили перекорёженные автомобили, заваленные толстым слоем серого пепла. В воздухе порхала обгоревшая бумага, на сквозняке шелестели пакеты, вылетавшие из окон, скрипели металлические обломки машин. Где-то справа, в тёмных переулках раздавался непонятный шорох.

Ну и местечко, подумала Ирина, стараясь не отставать от, уверенно идущей вперёд, амазонки.

Гиблое место на всех оказало негативную реакцию. Мурашки бежали по спине от вида разрушений.

- Смотрите под ноги - предупредил Гурий.

Под ногами хрустели кости. Они шли по человеческим останкам.

- Целое кладбище - шёпотом сказала Ирина, с ужасом озираясь по сторонам.

Луч её фонаря облизывал белые черепа, валявшиеся здесь повсюду. Девушка вспомнила картину, над которой ей так и не удалось поработать совсем недавно. Гора черепов стояла у неё перед глазами. Страх проницал в душу.

- Ребята, – раздался знакомый голос в динамиках переговорных устройств – Мне здесь ужасно скучно.

С ними связался Егор:

- Как там у вас?

- Пока никого не встретили – ухмыльнулся Кирилл – И, надеюсь, не встретим. Что у тебя за шум?

В наушнике послышался шорох, а потом смачное почавкивание.

- Шоколадку ем – ответил Егор, потом добавил – У меня ноги затекли. Не могу больше сидеть.

- Пройдись по магазинам.

- Отставить разговоры! – шикнула Элиза – Егор, до связи.

Впереди дорогу им перегородило обрушенное здание. Пришлось обходить. Они прошли мимо цепочки экскурсионных автобусов, перевёрнутых мощной взрывной волной, и оказались у стен обгоревшего храма. Круглое монолитное здание было превращено в почерневший от пожара склеп, похоронивший под обвалившимися куполами сотни людей. В куче разбитого мрамора Гурий разглядел погнутый ободранный крест, засыпанный каменной крошкой. Он перекрестился и продолжил идти. Чем дальше они шли, тем жёстче становились разрушения. Группа приближалась к воронке.

***

Мария медленно пробиралась сквозь густой туман. Прижимая к груди небольшой сейф, она направлялась в сторону, где приземлился вертолёт.

Он унесёт меня отсюда, надеялась Маша, скоро я исполню желание своего отца.

Её ноги сплетались от усталости, она исцарапала коленки, когда споткнулась. Ладони её болели от ссадин, полученных при падении. Мария хотела есть, её мучила жажда. Но всё это было одним большим пустяком, по сравнению с тем, что творилось у неё в душе. Ей было больно от горя, настигшего девочку в столь раннем возрасте, - она потеряла всех родных и близких. Она теперь сама по себе.

Маша прошла под аркой во двор, который вывел её на набережную. Со слезами на глазах она смотрела на разрушенный мост и дно высохшей реки. Из-под облаков напротив неё вылезла луна, ярко осветившая безжизненные руины.

Мария заторопилась, вспомнив, что отец говорил о ночных вылазках. Это время мутантов, предупреждал он, ни в коем случае не выходи на улицу ночью.

Её мысли прервал оглушительный грохот. Девочка от испуга выронила железную коробку и закрыла уши подранными ладошками. Луна скрылась за облаком чёрного дыма, вздымающегося высоко в небо. Над домами закружили напуганные взрывом летучие мыши.

Что происходит?

***

Группа двигалась вдоль кирпичной стены, исцарапанной чьими-то крепкими когтями. Никто не мог представить себе, что за существо обладало такими острыми ноготками, что это за зверь, который без всяких усилий вскарабкался на крышу высокого небоскрёба. Туман окутывал путников, навевая на ум ужасные мысли. Дойдут ли они до конца? Найдут ли то, за чем шли? И выберутся ли они живыми?

- Так ты и, правда, веришь, что она подлинная? – спросил Кирилл, поравнявшись с Ириной, - Я имел в виду плащаницу.

- Хочешь спросить меня, верю ли я в Бога? Да, верю. И плащаница настоящая.

- Расскажи мне о ней – заинтересовался медик.

Девушка серьёзным взглядом посмотрела на Кирилла, удивившись его любознательности, - Это льняное полотно, в которое, по преданию, завернули тело Иисуса Христа после снятия его с креста. Она является одной из самых важных реликвий христианства. Ходили споры о её подлинности, но я всей душой верю, что она…

Ирина не закончила фразу. Её прервал громкий взрыв, возникший где-то за спиной.

- Что это? - не верила своим глазам Элиза, уставившись на огненный шар, растворяющийся в темноте, - Егор - прошептала она, догадавшись, где прогремело.

Кирилл вспомнил про переговорные устройства:

- Приём, Егор! Егор, ты слышишь меня?

В ответ лишь тишина.

- Господи спаси его душу - перекрестился Гурий, следя за тем, как поднимается столб дыма с того места, где приземлилась их "Стрекоза".

- Возвращаемся! – приказала Элиза, пустившись в обратный путь.

Молния озарила её лицо, украшенное двумя шрамами.

***

Во время освобождения территории над бункером от отморозков Элиза была в первых рядах освободителей. Её разведгруппа вычисляла основные скопления вредителей в разрушенном городе, составляла новые карты и доставляла эту важную информацию в бункер.

В один из дней вооружённая группа из шести человек поднялась на поверхность, чтобы обследовать дальний квадрат, юго-западный район города. Элиза была тогда лишь рядовым. Командовал ими старший сержант Карасёв, здоровый мужик, родившийся ещё до войны, в обычном роддоме.

Командир, одетый в защитный костюм, покрытый доспехами и скрывший своё морщинистое лицо под противогазом, был похож на гладиатора, готового выйти на арену и перегрызть всем врагам глотки. Его прозвали Титаном за свирепый внешний вид и жёсткий характер.

Он вёл свою группу по дороге, усеянной остовами ржавых колымаг, застрявших в пробке до наступления Последнего часа. С двух сторон, словно два частокола, возвышались разрушенные башенки.

Элиза вносила в карту довоенного времени новые данные. Перегородившее дорогу обрушенное здание или гора оплавленного металла, обширная воронка или глубокая трещина в асфальте – всё это фиксировалось на карте.

Она шла по тротуару и простым карандашом чертила на бумаге одну такую преграду. Впереди, поперёк дороги, задевая сразу две параллельные улицы, лежал пассажирский самолёт. Он рухнул прямо на дома, разрушив целый квартал. Крылья оторвались при падении, одно осталось лежать на крыше испещрённого трещинами здании, другое пробило в асфальте громадную брешь, оголив канализационные трубы. Обшивка почернела от бушевавшего пожара и взрывов, и местами была порвана. Сквозь дыры и разбитые иллюминаторы можно было разглядеть, какой бардак творился внутри.

Группа остановилась возле помятого хвоста и разорванной мощным взрывом турбины. Повсюду были видны следы пожара.

На уши давила подозрительная тишина.

- Быков – обратился командир к одному из бойцов – Обходи слева.

Бункерец начал обходить обгоревший борт, приближаясь к кабине пилотов. Под ногами хрустело стекло разбитых иллюминаторов. Он поднялся на бетонный блок и вытянул шею, чтобы получше оценить обстановку. В тот же миг Быков почувствовал резкую, сильнейшую боль в горле. Сзади он услышал крики своих товарищей, до сих пор не понимая, что произошло. Его глаза опустились вниз, и сквозь запылённые стёклышки противогаза он увидел стрелу, пробившую гофрированный шланг и воткнувшуюся в его горло. Задыхаясь, Быков свалился на землю и забился в мучительных судорогах. Лёгкие наполнились кровью, и бункерец перестал дышать.

Затарахтели автоматы группы, обнаруживая всё новые цели. Отморозки выпрыгивали из своих укрытий и нападали на незваных гостей. Они лезли из пробоин в обшивке самолёта, выскакивали из окон домов, шли целыми толпами с других улиц, выныривая из руин.

- Отходим! – завопил Титан, отстреливая отморозкам головы, - Семёнов уходи!

Второго бойца обезоружили и в буквальном смысле разорвали на куски.

- Их слишком много! - кричала Элиза, выбрасывая пустой рожок.

- Откуда они взялись? – не понимал воин с рацией за спиной.

Не успел он опомниться, как его поразило сразу несколько отравленных стрел. Одна попала в рацию, испортив аппарат.

Четвёртый боец погиб в огне. Из толпы отморозков бросили бутылку с зажигательной смесью. Коктейль Молотова разбился об голову бегущего бункерца, которого залило горючей смесью. Он вспыхнул как факел. Рухнул на землю и сгорел заживо.

Остались только Элиза и командир Карасёв. Они со всех ног бежали по улице, спотыкаясь и падая. За ними гналась толпа безумцев, требующих новые жертвы, больше крови. Отморозки ревели во всё горло, они, словно единый организм, рычали и скалились, преследуя быструю парочку.

- Расходимся! – приказал командир, толкая Элизу в противоположную сторону.

Девушка мчалась, не оглядываясь. У неё открылось второе дыхание. Она хорошо оторвалась от беснующихся преследователей, полных злобы и ненависти. И только сейчас поняла, что бежит всё дальше от родного бункера. Надо что-то делать. Обратно? Самоубийство. Там полно этой заразы.

Элиза остановилась и обернулась. Вдали бежали пятеро, оказались самыми выносливыми или слишком желали женского тела. Она начала стрелять. Убила лишь двоих, на остальных не хватило патрон. Элиза не собиралась сдаваться, она отдышалась и продолжила этот безумный марафон. Трое ублюдков, орущих от злости, уменьшили расстояние между своей жертвой, увеличив шаг. Они неслись как угорелые, и скоро достигли своей цели. Девушку толкнули на землю и принялись топтать её ногами. Она сопротивлялась, пыталась отбиться, всячески извивалась и брыкалась, но все её попытки не принесли никаких плодов. Только ещё больше обозлила своими бесполезными действиями грязных маньяков.

Они растормошили её вещмешок, порвали карты и отобрали оружие. Пока двое отморозков поглощали её сухой поёк, третий склонился над избитой жертвой, прислонив к женскому лицу острый нож, снятый с её пояса. Девушка зарыдала, беспомощно махая кулаками. Отморозок получал удовольствие от её слабых ударов. И когда ему надоело, он резко провёл лезвием по её лицу, оставив на брови и щеке глубокую, длинную рану. Элиза закричала от боли. Рядом появился ещё один кровоточащий шрам.

Это конец, подумала она, сейчас они прикончат меня.

Отморозок приготовился оставить третью борозду, но его оглушил выстрел. Он почувствовал, как по виску течёт тёплая струйка крови, и повалился на бок, высвобождая из своих цепких лап плачущую девушку. Прогремело ещё два выстрела, сваливших двух, жующих сухие крекеры, отморозков.

- Ты в безопасности – сказал Карасёв, убирая пистолет в кобуру и поднимая девушку на руки, - Идём домой.

***

Капли дождя сливались с её слезами. Элиза ускорила шаг, боясь даже представить себе, что произошло с Егором. Группа не поспевала за ней. Кирилл пытался связаться с пилотом по переговорному устройству, но в ответ он слышал лишь шипение помех. Стрекоза молчал. Надежда увидеть его живым гасла с каждой секундой.

- Вижу движение! – Гурий открыл огонь по каменным баррикадам.

Он остановился и снова начал стрелять, заметив движение. Какая-то тень проскользнула в подъезд.

- Отставить огонь! – приказала амазонка, злобно посмотрев на Гурия, – Кирилл, глянь-ка, что там за тварь?

Медик осторожно пробрался в здание, освещая путь фонарём. В подъезде стоял затхлый воздух. Кирилл поморщился от вони и прошёл вглубь коридора, курок был под напряжением его указательного пальца. Луч фонарика выхватил из кромешного мрака сгорбившуюся фигуру. И Кирилл от неожиданности отступил назад.

- Что за чёрт? – промолвил он, не веря своим глазам.

Его слова заглушил гром.

Ваша оценка: None Средний балл: 9.7 / голосов: 6
Комментарии

Автор молодец, проды, как пирожки печет ! Другие-бы с него пример брали, было-бы здорово.

Спасибо! Стараюсь любую свободную минутку отдавать этому делу.

Быстрый вход