Суперинфекция - Пролог

Больница святой Марии, Лондон, Англия, 1947 год

Ричард О’Нил быстрым шагом направлялся ко входу в здание. Промозглая погода, являвшаяся визитной карточкой столицы, пропитывала влагой его одежду. Мерзкий туман окутывал своей пеленой бесконечные улицы и переулки. Запах сырости, как вездесущий рок, сопровождал его последние недели, давая понять – пока ты меня чуешь, в твоей жизни будут проблемы. Солнце, а верилось с трудом, что за толстым покрывалом облаков оно было, тщетно сражалось с нахлынувшим на Лондон ненастьем. Каркающие над головой вороны вроде насмехались над положением, в которое он попал. Как обычно бывает, когда начинаются самые неожиданные и трудноразрешимые проблемы, хочется забиться в угол и кому-нибудь пожаловаться. По крайней мере, так случалось у него. Сапоги уверенно отчеканивали каждый шаг, приближавший его к… он даже не знал, как это назвать. Абсурд! Никакое другое слово просто неуместно. Он спешно проскочил в холл, снимая на ходу плащ. В помещении его уже ждали.

- А-а-а! Доктор О’Нил!? – воскликнул пузатый коротышка преклонных лет, именно так его охарактеризовал с первого взгляда Ричард.

- Вообще-то профессор… Но прошу вас, просто Ричард, - учтиво и холодно ответил он. – Простите, мистер..?

Коротышка еле заметно скривился, незаметно для большинства людей, но у Ричарда был колоссальный опыт в подобных вещах.

- Сэр… - Сказал невысокий пожилой мужчина, нарочито выдержав паузу после слова. – Сэр доктор Говард Питерсен.

«Из какие заслуги? Ходящий пищеблок?» - зло подумал про себя Ричард.

- Что случилось? Почему вызвали именно меня, а не…

- У нас чрезвычайная ситуация, - бесцеремонно перебил его Говард.

- Что случилось, Сэр доктор? – Не упустил возможности съязвить Ричард.

- Пациент… Молодой мужчина умер от сепсиса. – Говард развел руками в стороны, смешно сложив брови «домиком».

- Ну и что здесь…

- Мы давали ему пенициллин. – Вновь дерзнул перебить упитанный «рыцарь».

- Я не вижу здесь и намека на ЧС.

Ричард надменно выпрямил спину, поднял подбородок и сверху вниз посмотрел на толстого врача, который был больше чем на голову ниже.

- Джон Грассленд, наш медбрат. Поранил ногу стеклом от разбитой медицинской посуды. Началось воспаление. Инфекция стремительно прогрессировала. Мы назначили ему пенициллин, но температура не спадала. Повысили дозу в два раза, но эффекта никакого. Через восемь дней он умер. Не хочу тратить ваше драгоценное время Ричард, штамм мы высеяли, есть зафиксированные препараты окрашенные по Грамму. Можете заняться этой проблемой позже… Когда будет время.

Говард стал издеваться над гостем. Сначала кинул приманку, а потом…

- Ну что вы, Говард. Могу ли я взглянуть? – Чуть ли не с улыбкой на лице сказал Ричард.

«Больной старик, вам пора в Бедлам » - подумал про себя О’Нил. Он обладал скверной чертой вымещать свое плохое настроение на других.

Они прошли по длинным коридорам больницы, спустились в подвал, в котором, к слову, стоял стойкий запах плесени. Висевшие под потолком лампы не давали достаточного света, однако его с лихвой хватало, чтобы не натыкаться на многочисленные столы с химическим оборудованием и микроскопами. Доктора прошли через несколько рядов выстроенных как на парад световых микроскопов и остановились около одного из них.

- Здесь живой препарат. Не волнуйтесь, он не воздушно-капельный. – Сказал упитанный доктор, но Ричард не обратил никакого внимания на замечание.

О’Нил прильнул к окулярам аппарата, щелкнул тумблером, и загорелась лампа подсветки.

- Настройте под себя. У меня, знаете ли, дальнозоркость и работаю я под микроскопом без очков.

Ричард увидел размазанное подсвеченное поле в виде круга. Он стал крутить винт настройки, пока не увидел более-менее четкую картинку. Группа шариков, прямо как гроздья винограда, медленно плыли перед взором, прозрачные и еле заметные, однако отдающие золотистым цветом.

- Они делятся… - Сказал Говард Ричарду почти в ухо, так получилось, что головы оказались на одном уровне.

- И? – Аккуратно сказал О’Нил, будто громким голосом мог спугнуть микроорганизмы или расстроить микроскоп.

- Бактерии растут в чашке Петри с питательной средой.

Ричард отпрянул от окуляров и потерянным взглядом посмотрел на собеседника.

- Там троекратная терапевтическая доза антибиотика.

Ричард продолжал стоять как вкопанный. Он проглотил ком в горле и смог вымолвить.

- Откуда штамм?

- Взяли образец с раны. – Спокойно ответил Говард и тут же продолжил, потупив взгляд. - Я, конечно, понимаю такого рода дела мы решать не вправе, но я осмелился попросить моего хорошего друга определить род бактерий. Классификация не составила труда.

В лаборатории стало оглушительно тихо.

- Это Staphylococcus aureus… Стафилококк золотистый, и он устойчив к пенициллину.

- Как? Мы же совсем недавно его изобрели…

- Именно поэтому мы вас и пригласили. Вы принимали участие в первой очистке пенициллина, вам теперь и разбираться…

__________________________________________________-

Киевский национальный университет, Украина, апрель 2012

К кафедре направился молодой человек представительного вида, с тщательно расчесанными длинными волосами темного цвета, собранными в косичку на затылке. Абсолютно черная одежда контрастировала с белым залом, где проходила конференция. Лакированные туфли переливались бликами от лучей яркого солнца, сочившихся через колоссального размера аудиторные окна. Прохладный апрельский ветерок проникал через открытые форточки и гулял между рядами кресел, аккуратно шевеля множество бумаг, разложенных перед слушателями. Помещение было переполнено людьми, что в купе с все еще работающим отоплением делало из него настоящую душегубку. Уложенные лаком волосы в такт обуви отражали солнечный свет. Экстравагантный костюм и модная прическа делали его страшно похожим на какого-нибудь Аль Капоне. Он шел с пустыми руками, что было непривычно для подобного рода мероприятий. Всегда выступающие брали с собой кипу листов с тысячами пометок и набросанным планом речи. Большое количество энциклопедических данных давали шанс выкрутиться при ответе на каверзный вопрос. А парень лишь отдал флешку с презентацией и с невозмутимым видом встал перед залом. Внешняя выдержка скрывала глубокую неприязнь к научнопопулярным сборищам. Настоящая наука - вот его истинная среда обитания.

- Дамы и господа. Уважаемые коллеги. Я не буду утомлять вас стандартными рутинными вещами. Тема моего доклада изображена на слайде, как впрочем, моя фамилия, учебное заведение и прочая стандартная информация. В рамках конференции «Фармакологическая биохимия» я хотел бы рассказать об одном из основных направлений работы нашей кафедры, а именно о разработке принципиально новых видов антибиотиков.

Ни для кого не секрет, что открытие пенициллина Александром Флемингом ознаменовало совершенно новую эру в фармакологии. С того момента тысячи раненых солдат, оперированных больных, родивших женщин, больных пневмонией имели шанс выжить. Один из самых опасных врагов человечества всех времен и народов – бактерия, была наконец-то взята под контроль. Однако длилось это не долго. Уже в 1947 году был обнаружен штамм золотистого стафилококка, устойчивого к пенициллину. Как показали дальнейшие исследования, бактерии начали синтезировать специфический фермент, расщепляющий антибиотик - β-лактамаза. Началось противостояние человека и природы. Золотистый стафилококк, а за ним и другие виды бактерий стали приобретать устойчивость к самым различным препаратам. Ученые изобрели полусинтетические, а потом и синтетические препараты, но их высокая эффективность была лишь вопросом времени, и с каждым новым открытием, все более короткого времени. В начале этой схватки человечество вырвалось далеко вперед, но уже шестьдесят лет дистанция с нашими противниками уменьшается. В начале XXI века в ряде больниц США были зафиксированы эпизодические случаи заболевания хирургических больных абсолютно резистентными штаммами стафилококка. Все случаи были с летальным исходом.

Многие задаются вопросом, каким образом могли возникнуть суперинфекции. А механизм их возникновения очевиден как божий день. Смотрите: вы простудились или подхватили насморк. Врач назначил вам антибиотики широкого спектра. Вы исправно начали их пить. Проходит три или четыре дня, ваше состояние значительно улучшается, и вы решаете бросить травить свой организм. Болезнь больше не возвращается, но не все бактерии были уничтожены. Просто их численность резко сократилась, и организм смог вновь восстановить контроль над ситуацией. Все отлично вы продолжаете жить. Через год или через пять лет, или через месяц вы вновь заболеваете, простужаетесь. В вас уже сидит бомба замедленного действия, переохлаждение и ослабленный организм позволяет разрастись популяции микроорганизмов. Вам назначают те же лекарства, но они уже не помогают, потому что у выживших бактерий уже есть устойчивость. Меняют лекарство, и вы пропиваете весь курс. Вся инфекция погибает. В этот раз вас пронесло, так же как и других людей. Но по теории вероятности может остаться одна бактерия. ВСЕГО ОДНА. Она будет в полуживом состоянии, но все же способна к жизнедеятельности. В отдаленном уголке организма она останется незаметной для иммунной системы. Она даст начало миллионам бактерий, из которых потом выживет уже несколько тысяч. С течением времени они перестанут погибать совсем.

Существует другой, не менее опасный, и как показывает практика, чаще встречающийся путь возникновения суперинфекций. Большинство антибиотиков выводятся организмом человека с мочой в практически неизменном виде. Вы, простите за вульгарность, идете в туалет, и лекарство в маленькой дозе попадает в канализацию. Вы сами знаете знаменитый закон – что нас не убивает, делает сильнее. В коллекторах миллиарды и триллионы бактерий самых разных видов получают микропрививку. Постепенно вырабатывается устойчивость к самым разным веществам. Смотрите, - молодой человек сменил слайд, - здесь изображена обычная губка для мытья посуды и антибактериальное моющее средство. Мы провели исследование – сделали посев мазков с губки до использования средства и через месяц. На этом слайде представлен штамм бактерий, который приобрел ощутимую устойчивость к антибактериальным компонентам этого моющего средства всего за один месяц. Из сотен и тысяч миллиардов бактерий выжила одна и дала начало новой колонии, которая, в конечном счете, может стать «бессмертной».

Одним из основных мест культивирования суперинфекций являются больницы. Госпитальные бактерии постоянно имеют контакт с самым разными медикаментами, что приводит к выработке невосприимчивости к ним. Неслучайно подавляющее большинство подобных мутантов было зафиксировано именно в больницах, в самых разных уголках Земли.

Наша кафедра занимается комплексной разработкой новых противобактериальных препаратов, основанных на новейших антибактериальных веществах. Однако стоит понимать, что скорость адаптации бактерий к новым лекарствам возрастает, а время, которое проходит с момента открытия одного антибиотика до следующего все увеличивается. Математическое моделирование показывает, что в ближайшее время может возникнуть реальная «чума XXI века», и средств для борьбы с ней у нас не будет. Кроме классического метода разработки новых антибиотиков мы предлагаем новый революционный способ…

Молодой человек с упоением продолжал свой доклад, а зал как обычно изображал заинтересованный вид, в мыслях находясь: от нового места для отдыха и повышения должности, до разработки новых методов досаждения коллегам и научному осмыслению услышанных сплетен.

________________________________________________

Центральная больница Токио, Япония, 1994 год

В коридоре стояли родители. Он видел их через матовое стекло. Конечно, его глаза воспринимали лишь два темных пятна, похожих на овал. Но он прекрасно знал, кто там стоит, чего они хотят и, самое главное, чего он им не может дать. Тем не менее, нужно было идти и говорить правду. Врач встал из-за стола и двинулся вперед. Дверь распахнулась, время неожиданно замедлилось. В коридоре стояли родители.

- Доктор Хираматсу! – С отчаянием в голосе сказала мать. – Что же делать?! – Женщина не смогла сдержать слез.

- Здравствуйте…- Ему было стыдно, но он не помнил, как их звали.

- Что с нашим сыном?! – Сквозь плач спросила мать.

- Что с ним, с нами отказались разговаривать в реанимации. Почему его так долго там держат.

- У вашего сына был серьезный порок сердца – дисплазия межжелудочковой перегородки.

- Нам говорили, но не объяснили. Мы не понимаем?! – Сказал отец, он держался лучше.

- В сердце артериальная кровь, богатая кислородом, что идет от легких, отделена от венозной специальной перегородкой. У вашего сына она частично отсутствовала, что приводило к очень серьезным нарушениям. Операция прошла успешно, но возникли непредвиденные обстоятельства…

- Что с ним, скажите ради бога.

- У него развилась послеоперационная инфекция, с которой мы пока не можем справиться. Она достаточно быстро прогрессирует. Мы назначили ему комплекс из сильных антибиотиков, но это серьезная нагрузка на почки и печень… Ему всего четыре месяца, организм может не выдержать.

- Но почему это случилось? Неужели у вас такая плохая санитария? – Возмутился отец.

- Такой случай у нас впервые. Видно инфекция научилась сопротивляться препаратам, которые мы применяем против нее. Поверьте, мы сделаем все, что в наших силах.

___________________________________

Центральный НИИ Эпидемиологии Минздрава России

- В рамках нашей передачи мы решили побеседовать с ведущим эпидемиологом нашей страны.

Ведущая перевела взгляд с камеры на собеседника.

- Здравствуйте Альберт Викторович, - сказала женщина, сидящая перед камерой, напротив пожилого мужчины худощавого телосложения и с большими залысинами, что вклинивались в густую седую шевелюру.

- Добрый день. – Спокойным голосом ответил он. – Я хотел бы сразу поправить вас. По большому счету я не являюсь эпидемиологом. По роду своей деятельности я являюсь математиком, занимаюсь вопросами моделирования распространения различных инфекций на тех или иных территориях.

- Тем не менее у меня есть к вам ряд вопросов. Как вы считаете, имеет ли сейчас человечество необходимые механизмы защиты от вспышек пандемий, таких как, например буйство знаменитой «испанки» в начале двадцатого века. Суть в том, на сколько мы сейчас защищены от подобных стихийных бедствий.

Мужчина задумался на несколько секунд.

- Вы задаете коварный вопрос, - ответил он с улыбкой на лице, - при ответе на него я автоматически становлюсь пророком, сулящем либо беззаботное будущее, либо апокалиптические сюжеты. Ну да ладно, постараюсь хитро ответить на вопрос.

Несомненно, в настоящее время существует масса мероприятий, разработанных как на борьбу с возникновением подобных возбудителей, то есть профилактика, так и меры по контролю за распространением инфекций, если таковые попали в популяцию людей. Мы имеем самое современное оружие – начиная от сложной системы вакцинации населения и заканчивая технологичными методами диагностики. Однако у каждой медали есть и обратная сторона. Во времена пандемии той самой «испанки» мы не располагали теми техническими средствами, которые сейчас нам позволяют выделить и изолировать опасные инфекции еще до того, когда те инициируют эпидемии. Однако в то время мы так же не имели столь развитую транспортную систему. Посудите сами. Сейчас человеку понадобиться пара суток, чтобы облететь земной шар. Миллионы людей совершают авиа перелеты каждый день. Каждый из них может стать потенциальным носителем опасных инфекций. У нас однажды был курьезный случай как раз на тему быстрого распространения заболевания. Некий предприниматель занимался сбытом запрещенного товара на африканском континенте – слоновой кости. Ну уж не знаю почему именно там, ведь в самой Индии полно контрабандистов. Но суть в другом. Он подхватил лихорадку западного Нила. Сам он конечно не перевозил слоновую кость, через контроль аэропорта ее не пронести. Тот человек, как бы вам сказать, был вроде агента или переговорщика. За пять дней он побывал на четырех континентах и сумел заразить несколько десятков человек. Ситуация была достаточно быстро взята под контроль. Но все же, данный пример показывает всю опасность недооценки контагиозности многих, казалось бы, обычных инфекций.

Вспомните события двадцатых годов прошлого столетия. Что явилось главной движущей силой пандемии «испанки». Конечно же послевоенное время. Первая Мировая закончилась, и сотни тысяч солдат возвращались домой. Миграционный поток людей был сопоставим с таковым в наши дни, если считать удельные значения. Возникла благоприятная ситуация. Эпидемиологических мер как таковых тогда еще не было, а мобильность групп – потенциальных распространителей стала намного выше. Возникла та самая благодатная почва, на которой и развилась пандемия гриппа. То есть другими словами это мог быть и не грипп, что угодно. Просто стечение обстоятельств привело к тому, что именно у этого вируса оказались самые высокие показатели по темпам распространения. Все говорят про эпидемию гриппа начала двадцатого века, однако многие просто забывают про эпидемии других заболеваний, которые вспыхивали именно в то же время. Например, вспышка брюшного тифа. Тем не менее, до настоящего времени одним из главных факторов, определяющих скорость развития эпидемии и охват ею территорий, остается вероятность. И вероятность в самом широком смысле этого слова. Например, вероятность контакта с инфицированным человеком больших групп людей. Представьте такую ситуацию, когда новую опасную инфекцию подхватывает какой-нибудь бездомный. Статистически маловероятен его контакт с большим количеством людей. Опять же, это если инфекция передается контактным путем. А если воздушно-капельным? И наш бомж живет не собиранием стеклотары, а сбором милостыни где-нибудь на крупном рынке. Ситуация меняется в корне.

Вспомните парадоксальную последнюю эпидемию классической чумы в конце 2010 года. Несколько десятков тысяч человек оказались прикованными к постели, сотни погибли. А ведь возбудителем оказалась обычная чума, легко восприимчивая к самым обычным антибиотикам. Но что стало причиной такой «удачи» старой и знакомой нам инфекции. Была маленькая деталь, которая поставила мир на порог новой чумной пандемии. Начну слегка издалека, и все станет понятным. Представьте, вы заразились гриппом, но об этом еще не знаете. Инфекция только начала развиваться. Вы начнете заражать других людей всего за несколько часов до того, как сами сляжете. То есть период активного инфицирования достаточно мал. Улавливаете суть? А если тот же самый грипп будет не так активно развиваться в вашем организме. Если он будет эволюционировать. По логике вещей, если болезнь очень быстро себя проявляет, значит она будет локализована в кротчайшие сроки. Но возникает слегка мутантная форма вируса, которая развивается не так быстро и способна инфицировать других задолго до проявления первых симптомов. Естественно шансы на выживание у последнего намного выше. Вы будете ходить по городу, ездить в общественном транспорте, заражать других людей, но сами будете изолированы плохим самочувствием только через неделю. Вы станете бомбой замедленного действия. Так вот, вернемся к чуме 2010 года. Вызвавшая тогда эпидемию бактерия имела незначительное отличие от классической формы. Она развивалась в течение большего промежутка времени и люди, носившие, ее были способны заражать намного раньше и дольше, чем в классическом варианте инфекции. Все эти факторы нужно учитывать. Но вот мы не учли их, и что получаем в результате? Почти все члены саммита Большой Восьмерки оказались зараженными легочной чумой! Только представьте! И это в двадцать первом веке! А все из-за президента… кхм… простите, не имею права. Сразу все сверхдержавы мира могли быть «обезглавлены» какой-то бактерией. Мне даже иногда становится смешно, когда с экранов телевизора говорят об террористической угрозе планетарного масштаба.

Зачем ходить далеко! Вспомните «атипичную пневмонию». Зараза просто ввела в панику континентальный Китай, а она передавалась только контактным путем. Сколько тогда заболело человек? – Мужчина стал почесывать макушку. – Мозг мне выдает число в 8000 человек. Точно-точно! Восемь тысяч заболело и погибло около тысячи. Мы просчитывали динамику в случае воздушно-капельной передачи. Знаете что получилось? Только умерших было бы пятьдесят тысяч.

- Получается, человечество балансирует на грани… Так сказать ходит по лезвию бритвы?

- Поймите одну вещь… Я не хочу пугать кого бы то ни было. Мы должны помнить, что мир, который есть вокруг нас, который человек создавал тысячи лет – не является данностью. Пока все системы жизнедеятельности нашей цивилизации, в прямом и переносном смысле, функционируют мы в относительной безопасности. Нельзя быть беспечными в отношении природы. Я провожу идею о том, что, по большому счету, судьба человечества в его собственных руках. Между различными популяциями живых существ на Земле существует равновесие. Так вот человек существенно его нарушил. Мы уподобились раковой опухоли. Я прекрасно понимаю, что без многих вещей мы не смогли бы развиться до того уровня, которой имеем. Однако пора начинать думать в другой плоскости. И да, в какой мере мы балансируем на грани. Но ведь так было всегда! А все остальное лишь наши иллюзии.

Многие считают, что глобальное вымирание людей будет вызвано некой суперинфекцией, которую нельзя будет победить имеющимися у нас лекарствами. Но это далеко не так. Существует так называемый индекс не возврата, поймите меня, я упрощаю, то есть то количество заразившихся людей, которое неизбежно приведет к широкому распространению заболевания. И на этот индекс влияет множество факторов: контагиозность инфекции, то есть способность заражать, вирулентность, то есть устойчивость к лекарствам, период скрытого инфицирования, то есть способность заражать других до проявления признаков. Для чумы 2010 года мы подошли почти к красной черте, после которой эпидемию было уже не остановить без тотальных ограничений миграции людей, которые привели бы попросту к гибели современной экономики. Вот например для СПИДа этот индекс не возврата возник еще в восьмидесятые годы, как мы недавно рассчитали. Несмотря на не такую высокую контагиозность, ведь он передается достаточно трудным путем, по сравнению с гриппом, ВИЧ обладает колоссальной вирулентностью – он не излечим и постоянно мутирует.

- И что это значит в отношении ВИЧ?

- Это значит то, что пандемию ВИЧ можно остановить только изобретением лекарства от него. В противном случае он прокатится по всему населению, оставив в живых в конце концов те группы людей, в которые он проникнуть не может – моногамные пары. Но это лишь приближенная моя оценка, сами понимаете. Инфицирование часто происходит и другими путями.

- А что если все-таки возникнет та самая суперинфекция, устойчивая к лекарствам и обладающая всеми опасными качествами, и если «красная черта» будет преодолена?

- Я думаю, ответ здесь просто очевиден. Однако мы до сих пор существуем, и, поверьте, это что-то значит, хотя суперинфекции, пусть и не совсем в современном понимании этого слова, уже возникали.

Ваша оценка: None Средний балл: 8.6 / голосов: 49
Комментарии

Интригующее начало..Я даже мысленно представил себе этот сюжет...как если бы это был фильм..Молодец...жду продолжения.

Вот тут по моему ты что то не дописал:(«Из какие заслуги? Ходящий пищеблок?» ).

А в этом предложении:"Ричард продолжал стоять недвижимый."..Я бы "недвижимый" заменил на "неподвижно"...Но в итоге тебе решать...

Удачи

Вопрос... когда продолжения чудесной пыли?

Понравилось, спасибо... 9. Когда продолжение?

Чудесная пыль на реорганизации. Буду удалять оттуда зомби, прямо как вспомню о них, так и писать желание пропадает. Черт дернул меня их приплести... К стати, там в конце шестой главы я писал об этом. По поводу сроков продолжения лучше ничего не скажу, а то опять сглаз будет))

Отзывы очень приветствуются, самому тяжело заметить банальные и очевидные косяки.

_______________________________________

Благими намерениями выложена дорога в ад...

Моя "Чудесная пыль" http://deadland.ru/node/2318

//- Джон Малкович, наш медбрат.

Выглядит примерно так? :))) http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D0%B0%D0%BB%D0...

Наращиваешь мощь, Диман! Мне нравится, но вот читаю и думаю какой бы я сюжет из этого вытянул/!!! Дез

Угу. Вообще, помесь из имен актеров и персонажей американских фильмов в именах работников английского госпиталя очень забавляет. Я поначалу подумала, что это подвох и окажется что заведение - психушка)))

Сильно. Вы микробиолог?

//Выглядит примерно так? :))) http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D0%B0%D0%BB%D0...

Ч0рд, )))))). Думал откуда у меня в голове это имя! Ох посмеялся от души...

//Мне нравится, но вот читаю и думаю какой бы я сюжет из этого вытянул/!!! Дез///

Честно говоря, не понял конец предложения.

//Сильно. Вы микробиолог?//

У меня в профиле написано биохимик, а это значит, что отчасти микробиолог, физиолог, химик, фармаколог и т.д. Мы изучаем механизмы протекания многих реакций в живых системах.

_______________________________________

Благими намерениями выложена дорога в ад...

Моя "Чудесная пыль" http://deadland.ru/node/2318

Признаюсь, туго у меня с буржуйскими фамилиями... Пока не поздно поменяю их))

_______________________________________

Благими намерениями выложена дорога в ад...

Моя "Чудесная пыль" http://deadland.ru/node/2318

Желательно на русские.

//Честно говоря, не понял конец предложения

Я тебе о том, что читаю и думаю, что если б мне твои знания в этой области, я бы закрутил СВОЙ сюжет. Но совершенно на иную тему, околозомбическую.

____________________________________________________

В мире, который существует над нами, есть только Свет и Тьма. Но Тьма из них больше...

Имена поменял, продолжение уже есть

_______________________________________

Благими намерениями выложена дорога в ад...

Моя "Чудесная пыль" http://deadland.ru/node/2318

Быстрый вход