Наркотик для совести

Наркотик для совести. 

Джип остановился у опушки леса. Человек, сидящий внутри, открыл дверь и впустил в чрево машины запах ночного леса. Сел на подножку. Закурил. Его звали Егор Зерницки и он не привык ждать, но сейчас время не имело значение, а подставлять обожженное лицо легкому ветру, несущему запах полыни и хвои было неописуемо, невозможно приятно! 

Может быть, ожидание длилось несколько минут, а может целый час, но когда раздался долгожданный стук копыт, он с сожалением затушил сигарету и вышел на середину дороги. Четверо всадников скакали навстречу. Они мчались во весь опор по дороге, освещенной только неверным светом звезд, не боясь, что их скакуны споткнутся о бревно или попадут ногой в яму, будто путь был знаком им до последнего бугорка. Когда они приблизились, Зерницки рассмотрел четырех знатных охотников: статные кони, роскошные кафтаны, богатая сбруя, сокол на плече у ведущего…ошибки быть не могло… 

Всадник с соколом осадил коня и поднял руку — вся кавалькада остановилась. Несколько слов и охотники спешились и повели коней к лесу. На дороге осталось два человека. Егор в сером комбинезоне, броне, армейских ботинках и кобурой на поясе и всадник на коне в длинном кафтане, опоясанный саблей, с соколом на плече. Два разных человека и два одинаковых до последней черточки лица. Путники некоторое время вглядывались друг в друга, словно пытаясь распознать подмену, потом всадник спешился, они с Егором обменялись несколькими фразами и начали переодеваться. К Зерницки перекочевали кафтан, высокие сапоги и сабля, его двойник облачился в десантный комбинезон и броню, сокол, поколебавшись, уселся на плечо Егора. Еще некоторое время двое стояли на дороге, словно пытаясь запомнить лицо близнеца, тот перебитый нос, серые глаза, черные с проседью волосы, а потом словно по команде, не прощаясь, один завел машину, другой сел на коня. 

Наконец-то! После всех испытаний, после крови и пыли, после пепла и грязи… через лживые улыбки и милосердную плазму…со сжатыми кулаками и напряженными скулами…можно отдохнуть. Первый раз в жизни. На зубах горечь, но это запах разнотравья, а не прах сожженных заживо солдат…твоих солдат. 

Трое вокруг костра…подойти и присесть рядом…справа Руппи: черные волосы, лихие усы, шалая улыбка…а еще симпатичная племянница, на которой он не оставляет надежд меня женить… как бишь ее? Ежен? 

— Господарь будешь настойку? 

Конечно буду…смеяться, пить и чувствовать как уходит, уходит старая жизнь… 

— У Пана Грецки свора — закачаешься! Чего наших то тащить? Мы лучше так… по-соседски.. 

Кузен… рвется на охоту… в следующем году будет рваться в гвардию… да и черт с ним! Кому из нас пятнадцать не было? Холодная змея уползает из души вместе с памятью…есть замок, есть лес, друзья, а скоро начнется осенняя охота… Жизнь, настоящая жизнь берет верх над мороком и он уходит, словно дурной сон поутру. 

— Руппи, а как Эжен поживает? Я ее в последний раз девчонкой совсем видел…заедем к тебе после охоты? 

Теперь все на своих местах… 

Открыть глаза… армопластик потолка, спальный мешок, рация… все! Передышка закончилась…тело дисциплинировано, оно умеет переходить от отдыха к действию и обратно будто компьютер…встать, набросить на плечи защитную накидку, закрепить шлем, отбросить прозрачный полог офицерской палатки…у входа два часовых…щенки в нарушение устава опять курили на посту, впрочем ладно, на такие мелочи сегодня можно закрыть глаза… 

— Доложить обстановку.. 

— Товарищ капитан! За время несения вахты ничего…Мальчишка из сапог лезет, пытаясь выглядеть бравым десантником…я притворяюсь, что слушаю, (зачем обижать пацана?) сам же рассматриваю небо…красное, красное небо…Плазменный щит будет держаться еще часа три, потом будет контратака…противник зарвался…он думал с наскоку разметать батальон десанта без тяжелого вооружения и продавить здесь линию фронта, но их лазутчики или наши предатели в этот раз жестоко просчитались…у нас были и ракетные комплексы, и плазменная защита, и реактивные огнеметы. Цена ошибки — дюжина лениво чадящих танковых остовов на горизонте и обугленные костяки пехоты…поднять забрало…воздух несет в себе запах гари, крови и озона…в тридцати метрах от палатки на обугленной земле лежит бесформенная груда пластика…когда — то это были паникеры и трусы, расстрелянные рукой моего предшественника…моей рукой…теперь это лужица армопластика и органики, оставшаяся после нанодеструкции…Совесть замучила товарищ капитан? Твоего предтечу замучила…Но ведь ты хотел именно этого? Войны и подвигов? Огня и крови? Здесь этого достаточно… 

— Рядовой, сколько времени я спал? 

— Полтора часа товарищ капитан… 

— Вольно. Возвращайтесь к несению службы… 

Капитан Зерницки зашел обратно в палатку, сел на койку и достал из кармана пластиковый коробок. Внутри была упаковка из трех зеленых капсул…путь для побега…две ячейки были уже выдавлены. Егор (имени, которым его звали раньше он уже не помнил) мог поклясться, что больше эта зеленая подлость ему не пригодится…и все равно, выходя из палатки, он на автомате сунул коробок в карман…Пора начинать жить…

Ваша оценка: None Средний балл: 8.2 / голосов: 5
Комментарии

Хм...стилистические ошибки есть, но...млё...что-то зацепило. Даж оочень зацепило. Млиин...Ещё давай!!))

Сильно. Но на ПА немного не похоже...

______________________

Я люблю ощущать жизнь...

Спасибо) очень признателен за отзывы) Обязательно что нибудь выложу ближе к формату форума)

Оценку ставить не буду. Расписывать тож. Мое мнение автору известно.

--------

Ы

.

Прочитал комменты, потом текст. Странный аспект критики, ну да ладно...

Написано гладко и вполне профессионально, очевидных ляпов и несуразностей нет; да и с чего им быть - вот ведь, наложилось прочитанная рецензия...

Я споткнулся на имени ГГ, подозревая типичный американизм, но это дело автора. Неверный свет и богатая сбруя, не вызвали затруднений - вполне понятные образы. А вот то, что ГГ разглядел их в темноте, слегка зацепило. Белые ночи или факел в руке одного из всадников, сцену вполне поправят. Впрочем, возможны варианты.

В описании одеяния ГГ, царапнуло "кобурой" - в броне, ботинках и кобурой...

В "морде лица" - тот перебитый нос... Может, все-таки, этот?

Пресловутая горечь, однозначно, не на зубах, а на губах...

Дальше картинки кончились, телеграфным пунктиром идёт узнавание... воспоминания...

В конце притормозил у логической ловушки, обозначенной скобками - Егор (имени, которым его звали раньше он уже не помнил)...

А вот и все. Слишком коротко для осмысления идеи, но инструментом автор пользоваться умеет.

Быстрый вход