Сплетённые судьбой

8 февраля 1975, БССР, г. Минск

Лучики света разбивали права ночи, наступало утро. Небо понемногу заливало голубым цветом, переходящим в аметистовый предварительно побыв бежево-голубым, кремово-голубым оттенком. Тонкими ниточками над самой землёй лежал оттенок индиго с фиолетовой бахромой. А появившийся кровавый цвет был словно гром среди ясного неба, быстро переходил в бледно пурпурный, перекликаясь с пастельно-розовым и светло-розовым светом, уходящим в голубой цвет, словно вырывающийся из ничего, будто небо - это пустая палитра, на которой экспериментировал с цветами и оттенками невидимый художник. С одной стороны, вроде бы он был и лишний, не чуждый всей этой гамме, но с другой - это то, что нарушало границы восприятия, преломляло все каноны этого мира…

- Привет, Андрей, - зевнув, произнесла заспанным голосом Полина, - почему не спишь?

Я сидел на походной сумке и смотрел вдаль, на восток, сквозь забвенно стоявшие многоэтажки, но, услышав Полину, обернулся назад и посмотрел на неё. Судя по всему, она только что проснулась и ещё лежала на матрасе под тёплым пуховым бежевым одеялом с рисунками сиреневых цветков, название которых мне было неизвестно, в центре абсолютно пустой комнаты: без мебели, бытовой техники, лишь голые потрескавшиеся стены, потолок с частично осыпавшейся штукатуркой на пустой бетонный пол.

- Ну ведь кто-то должен охранять твой сон, - спокойным и ровным голосом ответил я.

Поля сначала улыбнулась, а после, сказала с нотками возмущения в голосе:

- Но ведь сон - это очень важно, ты ведь поставил ловушки, можно и поспать.

- Да, я знаю, но мне приснился кошмар.

- Опять? - Полина села на матрас, укутавшись одеялом.

- Да…

- Но почему? Ты ведь не такой как все, ты ничего не сделал плохого.

- Полин, понимаешь… - тут я запнулся, когда посмотрел в эти нежно голубые глаза.

- Что? - в на её лице появилась тревога.

- Для того чтобы выжить даже мне пришлось лишать жизни… людей…

Она с тоской опустила взгляд в пол и произнесла:

- Да, я понимаю, по-другому теперь никак, только прошу тебя, не надо это делать просто так, оставайся человеком…

Я подошёл и присел рядом с ней. Лицо Полины было скрыто коричневыми, с остатками уже сходившей чёрной краски, длинными прямыми волосами опускавшиеся ниже уровня плеч.

- Поверь мне, я никогда не дойду до такого.

Она повернулась ко мне и посмотрела в глаза, это было то самое выражение лица, когда я впервые встретил её: боль, горечь и тоска. И вдруг по щеке Полины побежала кристально прозрачная слеза. Я прижал к себе это показавшееся мне в этот момент, беззащитным. И в этот момент я её поцеловал. По губам прошла сахарная нежность, а после по телу раскатилось жгучее чувство, сердце забилось быстрее. Невозможно поверить, но это был мой первый поцелуй в жизни…

- Давай позавтракаем? - спросила своим тонким мягким голоском Полина, тем самым, нарушив тишину.

- Давай, - сказал я, поддержав предложение, - только сперва проверю «крючки».

- Только долго не задерживайся.

- Я мигом, - ответив, я направился к выходу из комнаты.

Перед тем как скрыться за углом, в коридоре, я обернулся и взглянул на Полю. Она уже встала и скручивала матрас с одеялом. На ней была белая, точнее уже серая от времени пижама из шерсти какого-то зверя. Ах, какая Полина красивая, стройная, хоть немного и худенькая и это милое личико, независимое от мира, диктующего свои законы, и пусть это личико немного бледное и есть бледно-фиолетовые мешки под глазами, всё равно она самая красивая на всём этом «сером» свете! Я и не заметил, как остановился и, словно маленький ребёнок стыдливо подглядывал за Полиной. Вдруг, она заметила меня и послала в мою сторону свою очаровательную улыбку, после чего я поспешно скрылся из её виду. Я пошагал к лестнице мимо таких же пустых квартир, по коридору с голыми стенами. Судя по всему, это здание так и не было достроено из-за начала войны… войны, длившейся чуть меньше месяца.

Началось всё в ноябре 1973 года, хоть мобилизация началась и раньше, я тоже попал под это дело. 9 ноября я был заброшен в Бостон, там я был 5 дней, после чего был ранен и госпитализирован в Могилёв, в БССР. Я был родом из Курска, но уже в 6 лет с родителями переехал в Москву. Где-то в декабре начали взрываться ионные бомбы *Выдуманное оружие массового поражения во вселенной «WinterApocalipsys» на подобии ядерного.* , которые стёрли Москву и многие крупные города СССР, что произошло в Америке, я не знаю. Так я начал свой долгий путь домой, через Минск, в никуда, понимая, что там уже ничего не осталось кроме руин, а может, и руин нет, только пыль… Хотя надежда всё ещё остаётся.

Я медленно поднимался по ступенькам лестницы с третьего этажа, где мы с Полиной перекантовались на ночь, на пятый недостроенный этаж. Всё было также голо, серо и неуютно, но чем, выше я взбирался по лестнице, тем больше рассевалась тьма тонкими лучиками света. На пятом этаже абсолютно не было потолка, и частично отсутствовали стены. В комнате, где я оставил «крючки», что-то шуршало. Наверное, что-то клюнуло. Сам «крючок» - это ловушка для ловли птиц и мелких животных. На крупный крючок из рыболовных снастей была нанизана наживка, а крючок с помощью лески был привязан к отбитому осколку бетонной плиты, весивший, этак, хороших килограмм 10. А принцип действия, как и в рыбалке, жертва заглатывает наживку, а крючок застревает в горле. Вот и весь секрет. Таких «крючков» было 5. Я, конечно, был готов увидеть всё, но только не это: не обращая внимания на меня, здесь разбойничала какая-то хищная птица, больше похожая на сокола. И этот сокол за милую душу клевал окровавленную тушку моей добычи. Благо, три другие жертвы уловки были целы и нетронуты, одна пташка даже ещё была жива, вяло пытаясь вновь распахнуть крылья и полететь к своей свободе, но леска натягивалась, крючок сильнее впивался в плоть, принося боль птице и останавливая её очередную попытку освободиться. А один, оставшийся, «крючок» был оборван, что ж, такое тоже бывает. Я осторожно выдвинулся в сторону этого «нахлебника». А он всё ещё жадно клевал, вырывая и глотая куски мяса и своей жертвы, становясь сам лёгкой добычей. И когда между нами оставалось три метра, я резко кинулся на сокола, как хищник из укрытия. Сокол в сотые доли секунды заметил меня, расправил крылья в попытке улететь, но было поздно. Я схватил птицу голыми руками, точнее, в перчатках, за шею и вывернул её. Это было существо, такое же, как и человек, желающее жить и творить, но… выживает сильнейший. По своей сути, лишение жизни любого зверя равносильно лишению жизни человека, но таково человеческое естество: в первом случае это врезается в память, словно нож в сердце, а во втором - это нормальное событие. Так живём из спокон веков, и будем так жить всегда…

Я собрал всю добычу, кроме остатков завтрака сокола. И пошёл назад, к временному убежищу. Пока я шёл, на улице слышались отдалённые звуки стрельбы и лай собак. Когда я вернулся, Полина уже успела переодеться. У неё были чёрные высокие сапоги на низких каблуках, голубые джинсы, которые утеплены Полей вручную, длинное оранжевое пальто с поясом и металлическими пуговицами, под пальто был скрыт бежевый свитер и маечка шафранового цвета, а также белый шарфик в бардовую полосочку.

- Всё хорошо? - Полина отвлеклась от готовки, услышав мой голос.

- Да, но меня тревожит эта стрельба и лай.

- Это далеко от нас, - я поспешил успокоить Полину.

- Тем не менее, давай просто перекусим, а хорошо поедим в обед, мне здесь очень не нравится, здесь очень мрачно.

Действительно, здесь была не то, что бы жуткая атмосфера, просто своими голыми стенами наводила тоску.

- Ну давай так, - согласился я.

На завтрак была консерва готовой говяжьей печени любезно подогретая Полей на огне газовой горелки. Лай со временем стремительно приближался. Напряжение нарастало с каждой минутой.

- Андрей…- неуверенно сказала Полина.

- Да?- этот тон меня насторожил.

- Мне надо альминки. *производное от «Альмин», «Альмин» - выдуманное название таблеток на кодеиновой основе. «Альмин» — метилморфин, противокашлевое лекарственное средство центрального действия, обладающее слабым наркотическим эффектом.*

Я вздохнул:

- Опять?

- Да… прости, но я не могу больше удерживаться

Я достал из кармана стеклянную тёмно-коричневую баночку с этикеткой «Альмин». Отвернул белую крышечку и насыпал в сложенные ладошки Полины 3 таблетки.

- А почему только 3?-возмутилась Поля.

- Больше нельзя, надо экономить.

- Пожалуйста, - она протянула тоненьким жалобным голоском и посмотрела своими прекрасными глазами. Я не мог этому сопротивляться, как бы этого ни хотел. Я насыпал ещё 2 таблетки. Поля сразу безраздумно проглотила их даже ничем не запивая. Да… жизнь распорядилась с этой милой, замечательной девушкой более жестоко, чем со мной.

Родилась Поля 20 февраля 1954г. здесь, в Минске, где и живёт до сих пор. До того, как произошла Роковая война *Данное название аналогично названию 3-я Мировая война и используется некоторыми людьми в обиходе, как устойчивое словосочетание, означающее войну в истории человечества, разрушившую уклад жизни и формы правления заменив анархией. * У неё был парень, у них была любовь. После того, как мир рухнул, рухнули и красивые кулисы пустых обещаний о любви до гроба, оголив тем самым всё его тёмное нутро. Он стал издеваться, насиловал, бил Полину за просто так, но она верила, что это временно и он любит её, и сама до безумия любила его, а после того как начали подходить к концу продовольственные запасы, он и вовсе продал Полю одному работорговцу. Вера в любовь, которой и не существовало, превратилась в пыль. Этот человек оказался очень крупным и весомым магнатом в новом мире. Он оставил Полину в своё пользование, после чего получил и звание рабовладельца. Поля вместе с ним оказалась в его имении, в какой-то больнице на окраине города. У Полины раньше был сильный характер и чтобы сломить его, девушку насильно подсадили на наркотики «Альмин». Только год назад, где-то летом, Поля сбежала и встретилась со мной. Она была тогда сильно напугана. Боялась абсолютно всего, даже меня, не разговаривала со мной, была словно обозлённый волчонок, прибившийся к чужой стае. И этот взгляд изподлобья, я никогда его не забуду. Только последние месяцы Полина перестала бояться меня.

Прямо рядом, на улице, уже стоял этот лай и шум двигателя автомобиля. Раздавались одиночные выстрелы.

Я выглянул через незастеклённое окно на улицу. По дороге, застеленной простынёй из снега, ехал УРАЛ-375. Я узнал его точно, так как имел с ними дело. Но у этого УРАЛа были модернизации, сделанные вручную: лобовое стекло было обрешётчато и спереди было приспособление для чистки от снега, выполнявшее сейчас, как я понял, роль чистильщика от автомобилей и других преград. За УРАЛом бежала стая диких собак с десяток особей. Из кузова доносились одиночные выстрелы. УРАЛ со скоростью около 40 км/ч въехал очередной затор из легковых автомобилей и, не в силах раскидать их, был остановлен. После десятисекундного перерыва началась беспорядочная стрельба в стаю.

Полина стояла рядом и, с широко раскрытыми глазами, наблюдала за происходящим. Вдруг, в доме, в котором мы с Полей укрылись, раздалось рычание.

- Полин, уходим! - сказал я.

Девушка остепенилась, и начала быстро складывать газовую горелку и 2 недоеденные консервы говяжьей печени. В коридоре было относительно спокойно. Но стрельба, судя по звукам стрельбы, уже перешла в «нашу» постройку. Чуть позже я стоял с автоматом Калашникова и держал на мушке лестничный пролёт. Как я и ожидал, по лестнице поднимались беглецы из УРАЛа. Их было пятеро. Сперва меня заметил первый человек, бегущий впереди всех своих товарищей. Он встал как вкопанный, а его начали пихать менее внимательные друзья, больше напоминающих в этот момент слепых котят, небрежно тыкающихся в преграду. Чтобы прекратить это безумие, он произнёс:

- Парни! Дикарь! - после этого все устремили свои взгляды на меня, дальше его слова были адресованы мне - Мир тебе, пропусти, пожалуйста, - он взял обойму с ремня и начал вытягивать по патрону, тщательно следя за моими движениями в ожидании одобрения. Когда в его руке оказалось 7 патронов, я кивнул головой, дав понять, что хватит, и аккуратно попятился спиной. Преследователей-собак уже не было, но на их месте оказались существа, которые были реальными хозяевами этой постройки. Судя по всему, они прогнали всех собак и принялись за нежеланных гостей. Благо, есть кого бояться. Так названные хозяева дома были коты, но не те, которые были до Роковой войны, а совершенно чужеродные злобные агрессивные твари, шерсть которых слезла, а сквозь кожу выпазили бежевые кости и их называли…

- Кощеи! - выкрикнул боец в каком-то сером полушубке с одетым капюшоном и собачьим мехом по окантовке капюшона. Он начал стрельбу своим ППШ с фонариком, прикреплённым скотчем к стволу.

- Мать… - удержавшись и не выругавшись матом, другой незнакомец продолжил, - их только не хватало, надо спугнуть гадов!

Он достал связку новогодних хлопушек, быстро зажёг, в то время, как команда вела беспорядочный огонь, а «кощеи» маневрировали, быстро перебегая из тёмного угла в другой, из-за чего шансы попасть по ним сводились к минимуму, а даже и если пуля попадала, то их верно защищали их костяные пластины, действующие как щиты. Хлопушки разорвались сотнями мелких ярких разноцветных бумажек, после чего «кощеи» с визгами разбежались. Но это лишь временно, скоро они вернутся. Эти 5 незнакомцев убежали вверх на этаж и всё это время я, не смотря на патроны, лежащие на полу, провожал держа на мушке хотя бы одного из бойцов. И только после этого забрал плату - патроны, вернулся за угол, где меня ждала Поля.

- Надо бежать, они побеспокоили жильцов дома, «кощеев».

Мы благополучно спустились по пожарной лестнице, несмотря на ржавую конструкцию, жутко скрипящую под малейшем воздействии. Наш путь продолжился. Я с Полиной шёл по пустынной и забвенной улице Долгобродской, а ведь это уже, по сути, центр Минска, столицы БССР. Окончательной целью у нас должна быть Свято Захарие-Елизаветинская церковь. Почему именно это место? Это единственный шанс на моё спасение. Меня укусила какая-то ядовитая змея при охоте за городом. Теперь моё здоровье значительно ухудшилось: частые головные боли и головокружение, тошнота, рвота с кровью, слабость в теле. И с каждым днём всё хуже. Но до цели остаётся совсем чуть-чуть, буквально несколько сотен метров и цель достигнута.

- Я здесь была до войны, - сказала Поля, чем самым отвлекла меня от воспоминаний.

Я взглянул на здание, которому предназначались эти слова. Для меня оно было ничем не примечательно, такое же серое, даже тёмно-серое. Самые красивые и великолепные для меня было три явления - рассвет, закат и… Полина.

- ДК МТЗ, 1971 г., день студента, тогда я была ещё первокурсницей, там сначала был концерт, а потом - дискотека, - продолжала девушка.

- А где ты училась? - спросил я, ради интереса.

- БТИ им. Кирова. А ты где учился?

Вопрос оказался словно приговор, я не хотел об этом говорить, но через силу выдавил:

- Нигде, - Полина с недоумением взглянула на меня, ожидая продолжения, - Сразу после школы меня призвали в армию, я оказался в пограничных войсках. Ну а после службы я работал, где попало, перебрал много разных работ, но нигде не мог прижиться, потом - война и соответственно - мобилизация. А дальше ты уже знаешь.

А дорога без устали стремилась дальше, в неизвестность, со всеми ржавыми побитыми автомобилями, как людьми, так и временем. Я достал карту, срисованную с карты одного торговца. Кстати, именно он и подсказал, что моё спасение - волхвы, располагающиеся именно в Свято Захарие-Елизаветинской церкви. Согласно карте нам надо выйти на улицу Олега Кошевого.

- Нам направо, - скомандовал я.

На этой улице выделялся знак, заляпанный красной краской, на котором была сделана чёрная надпись: «Стоп! Плати за проход и можешь идти». В связи с этим я быстро окинул взглядом ближайшие здания и не зря. Из окна одной из многих построек высовывался человек, у него была видна только одна голова. Этот мужчина мирно покуривал сигарету, делая затяжку за затяжкой. Хорошо, что он так занят курением, что абсолютно не обращает внимания на происходящее вокруг него. Но наверняка в этом месте орудует банда.

- Смотри, там дозорный, - я указал Полине указательным пальцем на бандита, пусть учится смотреть в оба, а то мало ли случится.

Полина вглядывалась по направлению моей руки несколько секунд, а после этого сказала:

- Да! Вижу, - задумавшись, Поля сделала паузу и чуть позже продолжила, - предлагаю обойти пост дворами.

Я улыбнулся, из-за того, что наши мысли полностью совпали:

- Умница, я тоже так подумал.

Поля усмехнулась. Мы вышли в какой-то микрорайон и оказались как будто в окружении девятиэтажек. Солнце ещё было низко и свет озарял лишь небольшие участки двора. Это место обладало какой-то жуткой невыносимой отрицательной энергетикой, что вводило в состояние некого транса и, чтобы от этого избавиться, я заговорил с Полиной на отвлечённую тему:

- Полина, Поля, а как тебя ещё можно называть?

- Ну можно Полиночка, Полечка, но я ненавижу меня так зовут.

- Ладно, Полиночка.

- Блин! Не надо, пожалуйста, я не маленькая.

- Хорошо, не буду.

- А вот дядя меня звал Линой, Линочкой, сама не знаю, почему так.

- Действительно, интересное имя - Лина. Буду знать.

Воцарило минутное молчание. Полина поглядывала на меня и явно хотела что-то сказать, но боялась.

- Ну не бойся, говори, что хотела, - не выдержал я.

- Андрей, - не торопясь и с некой осторожностью, начала Лина, - а скольких человек ты убил?

Слово «убил» врезалось в самое сердце, я никогда не ожидал от неё такого.

- Я не убийца!

- Ой, извини, прости… я так больше не буду говорить.

- Если тебя это так интересует, то три человека и до сих пор я жалею, скорблю и виню себя за то, что я сделал, сны превратились в кошмары, их лики всегда стоят у меня перед глазами.

Разговор разваливался, в некоторой степени я был зол на Полю, называть меня так было непростительно с её стороны. И она это понимала.

- Эй, голубки! Погодите, не пылите! - донеслись крики вдалеке, за спиной.

Я Полей обернулся. Это был бандит. Об этом красноречиво говорил пистолет, который он держал в руке.

- Полина, беги! Крикнул я, она без раздумий послушалась меня.

Я сдёрнул затвор автомата и сделал три выстрела в сторону бандита. Он укрылся за автомобилем. Я тоже принял позицию за покорёженным заржавевшим автомобилем. Перестрелка между нами длилась не более минуты, за это время я растратил ещё 5 патронов. После чего устремился в побег. Я бежал изо всех сил и без оглядки. Чем дальше я отдалялся от места перестрелки, тем быстрее меня покидали силы. С каждой минутой я сбавлял темп, пока и вовсе не остановился, я задыхался. В глазах временно потемнело. Бегать с тяжеленной сумкой на плечах довольно-таки сложно. Я обернулся, погони не было. Это очень хорошо, только теперь надо найти Полинку. Как же мне её найти? А, точно, придумал. Я взглядом окинул снежное полотно. Так, порядка двух часов назад здесь произошло три человека в сапогах, а рядом, где-то в это время проходила собака, возможно прирученная. А вот тут едва заметные следы птиц. К сожалению, я абсолютно не разбираюсь в видах птиц, я даже не знаю наверняка, каких птиц я словил. Возможно, здешние следы были сделаны ими вчера. А садятся пташки в таких открытых и небезопасных местах не просто так. А что если тут что-то есть? Я присел на корточки и смёл рукой слой снега. Показалось мёртвое замёрзшее тело птенца. Я посмотрел вверх. В небе нарезала круги птица. Скорее всего, под крышей какого-то ближайшего дома у них поострено гнездо. А бедняга-птенец выпал… Невольно взгляд встретился с металлическим объектом, лишь незначительная часть которого выглядывала из-под снега. Я аккуратно сбил ещё слой снега. Это была гильза, но не простая, а Теслы. Данный патрон был изобретён под АК, при внешнем сходстве с обычным патроном, он имел абсолютно другое строение. К сожалению, я не сильно в этом разбираюсь, но знаю, что в патроне нет ни щепоточки пороха, его роль, вроде бы как, выполняли резко изменяющиеся магнитные поля при физическом воздействии. И это всё идёт за счёт гильзы, а вот пуля самая обычная. Особая метка гильзы – это 5 ярко-синих линий, идущих вдоль гильзы. Действие на человека от них самое разнообразное – от обычного поражения разрядом тока до полного испепеления человека. Так, что-то я отвлёкся. Я встал и продолжил поиски. Я начал делать круги по местности в попытках выискать следы Поли. Вскоре я нашёл их. Я пошёл по следам и вышел на пятиэтажное строение красного, ближе к бардовому, цвета. Я вошёл в подъезд.

Слышался писк мышей. Я убрал автомат, он был бесполезен в таких узких коридорах, помещениях, лестничных пролётах. И достал военный электронож. По принципу действия, он был больше похож на бензопилу, но были и различия. Здесь цепь не захватывает что-либо, а наоборот вскрывает острыми лезвиями. Ужасная вещь, я применил её лишь один раз в безвыходной ситуации и до сих пор не могу забыть, что натворил. Я зашёл в одну из квартир на первом этаже. Квартира смотрела на восток, поэтому её озарял солнечный свет.

- Андрей? – прошептала Поля.

- Да, я пришёл.

- Слава Богу, ты пришёл! С тобой всё в порядке?

- Конечно, пришёл без единой царапины, - решив немного сбить тревогу Полины, ответил я.

Почему я так быстро нашёл Лину? Это из-за того, что мы с Линой ещё давно договорились, что если будут происходить такие моменты, то она прятаться в восточной стороне любой постройки. Дальше мы просто шли к свято Захарие-Елизаветинской церкви. Дорого на сей раз не преподнесла никаких сюрпризов. А вот и церковь. Частично разбитая, но, тем не менее, гордо стоящая, она возвышалась среди окружающих её многоэтажек.

- Стойце! Нi з месца! Не рухайцесь!

Я в недоумении переглянулся с Полиной. Она поняла меня и начала разъяснять:

- Это те самые люди, которые всех не белорусов убивают. Помнишь, тот торговец так сказал?

- И что нам делать? Я же на белорусском абсолютно ничего не понимаю.

- Ну у тебя же есть я.

- А ты разве понимаешь?

- Канешне. А ты, Андрэйка, думаў, што я нарадзiлася и жыла у Беларусi i не буду разумець беларускую мову?

- Поля, ты умничка, но, тем не менее, что мне-то делать, я ведь ничего не понял из того, что ты сказала и тем более не пойму при разговоре с ними.

- А ничего и не делай.

- В смысле? – не уловив идеи, спросил я.

- В прямом, притворись немым.

- А ведь и вправду, как это я недодумался?

- А я додумалась, - Поля улыбнулась после сказанного.

К нам подошёл боец с АК наперевес.

- З якiмi мэтами и куды рухаецеся? – он задал вопрос осипшим голосом.

- А к вам i рухаемся. У вас жа можна зрабiць прытулак на некаторы час?

- Канешне. Нам для сапраўдных беларусаў ничога не шкада.

Потом он переключился на меня:

- А ты хто такi? Чаго маўчыш?

- А ён нямы, - начала прикрывать меня Поля.

Боец присмотрелся, хмыкнул и сказал.

- Ясна… ну запрашаем Вас да нас.

Мы зашли за ограду, двухметровый забор из металла, машин, бетонных осколков и прочего. Мы оказались, как будто в другом мире, полном своих законов и правил. Территория «новой БССР» охватывала лишь церковь и дома в ближайшем квартале, но и этого хватало, чтобы удивляться, тому, как возможно было сделать цивилизацию среди всех угроз из вне. Здесь был как бы мини-город со всеми его атрибутами: по улицам ходили люди, не боящиеся нападения зверей или мародёров из-за ближайшего угла; стояли магазины, в которых можно найти всё, что угодно, пусть даже валюта и перестала действовать, зато можно выменять по бартеру. Ну конечно же этот клочок цивилизации охранял не один десяток бойцов, стоящие не только у входа, но и патрулировавшие улицы, выполняв за одно и функцию стражей порядка. И конечно же была техника. ЗСУ «Шилка» и танк Т-64 были строгим штрихом в лице обороны городка.

Мы должны тут отыскать волхвов, а эта тема, по словам того торговца, была под запретом, поэтому лучше лишний раз на неё не распространяться. Поля была верующей, а точнее христианка, православная. Вера… на неё многие опёрлись во время войны. А я - нет, и на то есть свои причины. Пусть, пока что, они останутся в секрете.

Примером веры я помню историю, которую мне рассказала Полина. Там, в рабстве, с Полей творили ужасные вещи, но это было только лишь поначалу. Дикий, он требовал, чтобы его так называли, являлся по совместительству работорговцем и рабовладельцем. Со временем Дикий потерял интерес к Полине, нашёл новую игрушку, Карину. Поля говорила, что Карина была такой же красавицей, как и сама. С Кариной завязалась дружба. Шло время… И наконец-таки настал момент, когда можно стало сбежать. Тогда с Диким не что-то не поделил его сын, возможно, именно девушек, так как он часто навещал их в последнее время. Была большая перестрелка в здании больницы. Полина долго упрашивала Карину сбежать, но та, со слезами на глазах умоляла остаться Полине и никуда не бежать. Карина была полностью сломлена. Карина приняла эти мучения за повседневную жизнь, а Полина терпела и верила, что рано или поздно наступит день, когда она снова станет свободной и вот он случился. А вот что лучше – быть в рабстве, но сытой, в тепле, в безопасности или быть свободной, но вечно под голодком, мёрзнуть и искать ночлег, бояться зверей и людей с кровожадными и животными инстинктами? Как сказала Полина: «Материальные ценности – о них я не думала вообще. Это ничто, пустота, красивые фантики. Когда нет свободы, ты почти подавлена внешними воздействиями, такими как наркотики, алкоголь, сигареты и ещё его постоянные уговоры, что он даёт мне всё самое лучшее. Вера – вот что спасло. Я верила. Я молилась ночами Богу. И когда люди говорят, что Бога нет, потому что они его не видели, это очень глупо. Бог есть и ни где-то там, а тут, в сердце у каждого. Просто они даже не пытались заглянуть в себя, и глазеют по сторонам…». Когда я вспоминаю эти слова, по телу проходит озноб. А что, если Бог – не материальный объект, а состояние души…

- Прекрасная девушка у тебя, прямо, как божество какое-то, - сказала женщина лет 40, она стояла уже несколько минут рядом со мной.

- Это не божество, это святая, - озарило вдруг меня.

- Береги её…

- Каждый день, каждый час, каждую минуту, каждую секунду…

- Твоя вера сильна, а у нас всё намного хуже.

- Почему? Ведь церковь практически не повреждена и церковно служащие есть, - я вспомнил слова Полины и тут же исправился, - или вера людей гаснет?

- Вера у людей крепка как никогда, но те, кто являются её гарантом, являются безбожными.

- Это как?

- Сейчас всё сам увидишь, - сказала женщина и перекрестилась, - Господи, спаси наши души грешные!

После этого женщина ушла. Спустя минуту, в церковь вошёл человек в церковных одеяниях. Он всё вокруг осмотрел несколько высокомерным взглядом и пошёл дальше по своим делам.

- Отец Георгий, да поймите же Вы, все мы братья-христиане… - его догнал и остановил такой же человек в церковных одеяниях.

- И Вы поймите, отец Дионисий, это святыня, для связи с Богом… - Отец Георгий перебил своего собеседника.

- И поэтому мы можем её разделить, - Дионисий вырвал стезю разговора на себя.

- Да не перебивайте же, когда я говорю, - ловко увернулся от ответа Георгий.

- Извините.

- Это святыня, для связи с Богом, но далеко не для всех христиан, она специально построена для православных, католики здесь никогда не наведут здесь духовную связь с Богом. И вообще, чем Вам не нравится ваше прибежище?

- У нас едва хватает места на 20 человек.

- О-о-о… Брат Дионисий, да Вы зажрались, - сказал Георгий специально пренебрежительным тоном.

- Да как Вы себе позволяете так со мной разговаривать? – возмутился Дионисий.

- Так и позволяю, у Вас очень много места.

Отец Дионисий фыркнул и ушёл, что-то бурча под нос, а отец Георгий, как ни в чём и не бывало, продолжил свой ранее намеченный путь. Комментарии излишни, всё предельно ясно, это была лишь борьба за удачное место, в которое ходили люди. А в чём выгода? Хочешь покаяться? Плати. Хочешь окрестить кого-либо? Плати. Хочешь освятить что-либо? Плати. Хочешь поставить свечку, будь то за здравие или покой? Плати. Человека похоронить согласно всем правилам, тоже надо платить. Батюшка подошёл к Полине и, после короткого разговора, Поля отдала ему 7 сигарет. Ну вот, даже за молитву надо платить. И какая тут к чёрту вера? Стоит лишь немного разбираться в торговле и понимаешь, что тут и веры никакой и нет. «Просто они даже и не пытались заглянуть в себя…». Полина возвратилась и тут же сказала:

- Андрей, ты уже забыл, что тебе нельзя разговаривать?

- Но ведь та женщина заговорила со мной на русском языке, я не мог не ответить.

- Да, оказывается, в церкви можно разговаривать на русском, потому что отец Григорий не белорус и плохо понимает белорусскую речь.

- Какие почести.

- Ладно, пошли, спросим на счёт того, где можно приготовить покушать.

- Пошли.

Мы вышли из церкви, и подошли к дозорным, охраняющим ЗСУ «Шилка».

- Прабачце, калi ласка, - в этот момент охрана стала пялиться на Полину, - але вы не падскажыце, дзе тут можна прыгатаваць ежу?

Первым спохватился самый молодой боец из всех. Дал бы ему 25 лет, не больше.

- Гэта нада iсцi туды, - он показал рукой в направлении одной из улиц, - а потым…

Его схватил и отвёл от Полины в сторону старшина:

- Самойлау, што ж ты упярод бацькi у пекла? Не бачыш, што дзяучына не у цябе пытаецца?

- Прабачце, старшыня.

- З табой яшчэ разбяромся, - сказав это, он переключился на Полю, - Вы упершыню у нас?

- Да.

- Ну тады растлумачу Вам усё: для гасцей у нас ёсць кухня, гэта туды, а потым направа, там и сутрэнецесь з ёй.

- Дзякуй.

- Магу правесцi Вас, такую гарную дзяучыну.

- Не, ненада.

- Чаму ж гэта так?

- У мяне ёсць спадарожнiк i яго я вельмi моцна кахаю, так што прабачце.

- Ааа, ну ясна... Ну удачы Вам, маладыя.

- Дзякуй.

- Няма за что.

Мы ушли по направлению, которое указал старшина. А беднягу Самойлова он уже заставил нарезать круги, приседать и отжиматься. По дороге на кухню, я спросил:

- А что означает «кахаю»?

- Не просто «кахаю», а «вельми моцна кахаю»

- Ну и что это означает?

- То, что я тебя очень сильно люблю.

Сердце забилось с огромной скоростью. Я был сильно удивлён и откровенно растерян от слов Полины.

- Я тоже тебя очень сильно люблю, - признался я, глухое биение сердца перетекало в сильную боль.

- Я знаю…

В сердце возникла режущая боль, яд снова подействовал, чётко и точно вымеряя, когда нанести удар в очередной раз. Я схватился за грудь, словно пытаясь вырвать боль из сердца и пытаясь что-то изменить, но это было бесполезно. Я опустился на колени. Полина заметила это и, подбежав, обняла меня

- Андрей, тебе плохо? – догадываясь, что со мной происходит.

- Да сейчас пройдёт, - еле выдавливал я из себя.

Но боль не угасала, прорезала сердце, словно завидуя любви, которую я встретил среди всей этой разрухи. Мне никогда не везло в любви. Да и на войну я отправлялся, чтобы умереть. Ведь неделей раньше я расстался со своей девушкой, Сашей, которая, объявила, что никогда не любила меня и это после трёх месяцев встреч. Я был разбит и единственное, что я хотел – это умереть, тогда это было для меня единственное и правильное решение. А теперь какой-то несчастный яд хочет меня унести в свет иной? Нет, я ещё жив и буду бороться! Боль, словно услышав внутренний монолог, начала сдавать позиции. И вскоре вовсе прошла. Вокруг уже толпились люди и только один из них подошёл:

- Я лекар, магу чым-небудзь дапамагчы?

- Да, тут… - начала Полина

- Нет! – я обрезал Полю с полуслова командным голосом.

- Дзякуй, але яму ужо лепш, - Полина поняла меня и не позволила говорить, так как я обязательно бы вставил русские слова.

- Але вам варта зайсці ў здраўніцу, - после чего он удалился.

Народ понемногу начал расходиться по своим делам. После этого неприятного инцидента мы снова шли на кухню.

- Может уже стоит узнать про волхвов? – спросила Поля.

- Да, надо. Но давай так, сейчас мы придём на кухню и разделимся, ты что-нибудь приготовишь, а я похожу, поторгуюсь и, заодно, узнаю что-нибудь про волхвов.

Девушка призадумалась, а после сказала:

- Только будь аккуратней с русским языком.

- Обязательно.

Над входом в одну из пятиэтажек висела надпись: «Кухня» и ниже мелкими буквами: «в подвале». Мы вошли в подвал. Скудного света лампочки хватало лишь на то, чтобы видеть очертания объектов. Здесь было два старых обшарпанных стола, три чистых плиты и один табурет, на котором сидел мужчина, лет сорока.

- Я дежурный по столовой. Я требую лишь одного, чтобы Вы держали здесь всё в чистоте.

- А нельзя ли побольше света, а то тут практически ничего не видно.

- Ах, да, сейчас.

Он поднялся и включил два переключателя. Загорелось ещё две лампочки, стало намного светлее. Я скинул сумку, и сразу стало намного легче, стоит лишь вспорхнуть крыльями, и ты полетишь, но у меня нет крыльев. Полина начала копошиться, доставая разные ингредиенты будущего обеда.

- Ну что молчите, звать то вас как? – не угомонился мужчина.

- Андрей, - я ответил без какой-либо заинтересованности продолжать разговор.

- Полина, - пыталась спародировать мою интонацию, ответила Полина.

- Ну вот хоть что-то, я Павел. Кстати, Полиной звали мою племянницу, но я называл её Линой.

- А вы может, помните, когда вы гуляли со своей племянницей по парку морозным февральским днём. Но это не было помехой, - так называемый Павел насупился, свёл брови, будто пытаясь то ли рассмотреть лучше Полю, то ли в попытке вспомнить этот момент, Полина продолжала, - Ведь у неё был День рождения, ей исполнилось 9 лет. Она тогда простудилась и лежала больной целую неделю. Но она до сих пор помнит этот счастливый день из её жизни.

- Лина! – воскликнул, воскликнул мужчина и бросился с объятиями, - Живая!

- Да, это я, дядя Паша.

У обоих были слёзы счастья на глазах от того, что найти свою кровинушку в столь жестоком и ледяном мире было редкостной удачей. Они начали о чём-то разговаривать, не обращая на меня внимания. Я достал маленький рюкзак из походной сумки и сложил всё, что было необходимо для продажи. Я вышел, холодный ветерок прошёлся по лицу и убежал вдаль. С одной стороны, это прекрасно, что Полина столь неожиданно отыскала без каких-либо поисков своего дядю, родного человека. Но с другой, я оказался в данный момент лишним, ненужным. По щеке побежала слеза и тут же замёрзла. Ну и пусть, им там хорошо, а третий – лишний.

Я зашагал прочь, мимо зданий, по улицам и переулкам. Сколько я блуждал, я не знаю. Но только потом, когда подмёрз, я опомнился и направился к магазинам. В первую очередь я вошёл в оружейный магазин.

- Заходзьце калi ласка, чаго жадаеце? – спросил торговец.

Кроме него тут никого не было, поэтому я подошёл поближе и шепнул:

- Давай по-русски.

- А ты совсем по-белорусски не шпаришь?

- Совсем.

- Значит, зайцем прошёл?

- Да, - несколько неуверенно ответил я, думая о мотивах такого допроса.

- Не бойся, тут разговоры по-белорусски только со служивыми и высшими чинами ведут.

- Ясно, - ответил я и перешёл к целям визита, - умеешь пулю в гильзу Теслы забивать?

- Не без этого конечно умею, сколько надо?

- Девять штук.

- Ого! – торговца аж перекосило, - А отдашь мне одну?

Я понял, что у него с этим напряг и зачем-то надо.

- Парочку гранат РГД-5 давай тогда, - если хочешь добиться того, что надо, требуй намного больше – этот принцип я знал наизусть.

- Вот ведь чертяка, может десяток обычных патронов под АК, плюс заряжу 8 штук Теслы?

- Не, не идёт, - я поставил на стол 2 патрона, у каждого из которых было по две красных линии по кругу.

- О, зажигательные… Идёт, - он дал гранату и забрал гильзу Теслы и 2 зажигательных патрона.

Но это было ещё не всё. Я положил на стол пистолет с целой обоймой и ещё 5 зажигательных патронов.

- Мне заряди 8 Теслы, дай вон тот прицел, - я указал на 2-x кратный прицел под АК, лежащий на полке, на стене, - наполни газовую горелку и глушитель самодельный тоже надо.

- Этого мало, давай ещё что-нибудь, - начал давить торговец, понимая, что я довольно-таки богат на всякие интересные вещички.

Я достал тряпку, в которой было завёрнуто 39 патронов, но отдал только 10.

- А вот так, по-рукам.

Мы провели обмен, оставались только гильзы Теслы. Торговец начал что-то мудрить с магнитами, двигая ими, словно проводил шаманский обряд, и, непосредственно, с самими гильзами.

- Парень, ты прям кладезь, откуда-то будешь?

- Действительно хочешь знать?

- Если не секрет, конечно.

- Не секрет. Я из Могилёва домой, в Москву, иду.

- Мать честная, и всю дорогу на своих двоих добирался?

- Нет, по первой на «Жигули» ехал, а потом только пешком добирался.

- Так ты герой, ну и как Могилёв поживает?

- Когда я из Могилёва ушёл, тогда только первая бомба упала… - я запнулся, но после двухсекундного перерыва, продолжил, - в Москву. Жизнь в Могилёве так сказать закипала и выкипала, людей эвакуировали в убежища.

- Ужас какой, тут было примерно тоже самое, только я сам из убежища. А правда, что с Москвы прошла чёрная буря?

- Да, меня и спасла тогда эта машина. Иначе надышался бы чёрной смерти... А после этого автомобиль не завёлся. Вся машина осталась такой же красивой, будто её только что помыли. А вот под капотом всё этой пыльцой было забито, хорошо, что ветра не было, иначе… даже не знаю, что со мной случилось бы..

- Да уж… - заворожённый моим рассказом, сказал торговец и продолжил, - Вот держи, готово.

- Спасибо, до встречи.

- Да это тебе спасибо.

Я покинул магазин и зашёл в другую лавку. Судя по всему, что здесь было, это была барахолка. Именно в таких местах можно было найти всё: от разных предметов обихода до деталей автомобилей и одежды.

Тут была девочка и при виде меня она зазвонила в колокольчик. После этого из внутренних помещений пришла женщина лет 30.

- Вiтаю.

- Давайте на русском? Здесь всё равно нет посторонних.

- Да, конечно, что хочешь приобрести?

- Лампочку под фонарик и бинт.

- Где то было, сейчас найдём, - она повернулась к девочке и что-то показала руками, после чего девочка начала рыться по полкам шкафов и тумбочек.

- Она немая?

- Да, а что тут такого?

- Да ничего, просто спросил.

Разговор затих на минуту, но женщина продолжила:

- Что-то я вас раньше не видела, вы здесь впервые?

- Да, я из далека.

Разговор снова прекратился на время.

- Мне кажется или вы чем-то действительно озабочены?

- Если только немного.

- То есть?

- Моя спутница встретила в этом месте дядю.

- Так это же прекрасно, за неё надо радоваться! – судя по всему, женщина действительно была рада чужому счастью.

- Да я рад, только чувствую себя теперь лишним…

- Нет! Что вы! – обрезала меня женщина, - Вы нужны ей, она любит вас. Вы должны немедленно вернуться и извиниться.

- Да с чего вы это взяли? Откуда вы знаете?

Девочка принесла нужные вещи, женщина снова что-то показала руками и погладила девочку по голове.

- Я видела, как та девушка поддерживала и волновалась вас, когда вам было плохо на улице. Я и сейчас убеждаюсь, когда заглядываю вам в глаза, таких, как вы, остались считанные единицы, если вообще вы не единственный в этом мире.

Девочка вернулась и дала мне бежевого плюшевого медвежонка, я взял и спросил:

- Зачем?

- Идите и извинитесь.

Теперь я понял, что именно эта игрушка должна стать нашего примирения с Полиной. Я был в шоке от всего сказанного. Я лишь просто, без обмена, забрал лампочку, бинт и… медвежонка. Перед самым выходом, как закрыть за собой дверь я кинул тряпку с 29 патронами для пистолета. Это всё, что я мог дать им за их доброту. Я поспешил удалиться от магазина и возвратиться. Я вошёл в подвал-кухню.

- Андрей! Прости меня, я вела себя, как полная дура, совсем забыла про тебя.

- Нет, не вини себя. Это моя вина, что ушёл без предупреждения, - я достал медвежонка, - это тебе Полин.

- Спасибо, - в этот момент не выглядела как девушка, она была маленькой девочкой, Полиночкой, счастливую и ещё не обременённую проблемами жизни.

- Мы будем обедать у моего дяди, ты ведь не против?

- Конечно же нет!

- Всё готово, только я тебя ждала твоего возвращения.

- Ну вот и дождалась, пошли скорее.

- Эх, молодёжь, - сказала из угла 70-летняя бабушка, скорее всего, принявшая дежурство от полининого дяди.

Мы просто улыбнулись ей в ответ, и ушли к дяде Паше.

***

- Наконец-то вы пришли, а я то уж заждался. Всё уже остыло совсем.

В квартире было тепло и уютно. Уют придавал ковёр, картины, пустые вазоны и другие вещи. При виде богатой еды на столе с белой праздничной скатертью у меня сразу заурчал желудок. После обеда, мы с дядей прошли в соседнюю комнату.

- Андрей, есть разговор.

- Что такое?

- Лина мне всё рассказала: и про себя, и про тебя.

- И?

- И то, что я понял, что ты достоин её сердца и в связи с этим, держи это, - он вручил мне 2 обручальных кольца.

- Спасибо, - не зная, что ответить, ляпнул я.

- Моё дело за малым, Екатерина, мама Лины, всегда хотела, чтобы Лина встретила достойного мужчину в жизни, а на свадьбе были именно эти кольца. Я ходил в квартиру, где жила Катя, там практически ничего не изменилось.

- А что случилось с родителями Полины?

- Разве она не рассказывала?

- Нет, Полю бросает в дрожь при упоминании о родителях.

- Мягко говоря, их убили, очень жестоко убили. Давай лучше не будет об этом. Давай лучше о тебе.

- А что обо мне?

- Лина рассказала, что ты отравлен. Не хочу, но, тем не менее, огорчу тебя. Тремя днями ранее они ушли… - сердце снова стала прорезать болью, - Но я знаю, что они ушли на станцию метро «Площадь Ленина».

- Я не смогу туда добраться, эта боль сжигает меня изнутри каждый день и всё сильнее и сильнее.

- Не теряй веры, ты сможешь, Лина безумно любит тебя.

Земля начала уходить из-под ног, я стал клониться к полу.

- Я тоже её люблю, - через неимоверные усилия, выдавливал я из себя же самого.

Павел схватил меня и устроил меня на диван. Он, взглянув, как меня выворачивает болью, произнёс:

- Совсем плохо, сейчас.

Он подошёл к шкафу, достал оттуда аптечку, начал рыться в ней, беспорядочно раскидывая разные препараты, через пару минут он вернулся с каким-то шприцом:

- Это обезболивающее. Сильное. На часа два станет намного лучше, но вы с Полей должны идти, срочно.

Спустя пять минут после инъекции, боль угасла. Дальше всё было словно в какой-то дымке, тумане. Наверное, из-за действия обезболивающего. По дороге на площадь Ленина никаких приключений не было. Единственным врагом было время. Оно нещадно идёт и ни остановить, ни повернуть вспять, невозможно. При подходе к площади, я потерял сознание…

***

Очнулся я в плохо освещённой маленькой комнате. Я лежал на кровати. Рядом сидел старик с длинными седыми волосами и такой же длинной седой бородой. Он был в белых лохмотьях.

- Очнулся, как твоё самочувствие?

- Хорошо.

- Твоя девушка, Полина, рассказала про яркую и ядовитую змею, но мы-то с тобой знаем, что она не тронет никого, без видимых на то причин. А ты далеко не похож на неосторожного человека.

- Я сделал это специально, - я признался волхву.

- Зачем?

- Ради неё, Полины.

- Я тебя не понимаю.

- Она находится в сильной наркотической зависимости, а у торговца я узнал, что вы, волхвы, от этого можете избавить.

- Ну это да, согласен. Но твой яд неизлечим.

- Что ж… неизлечим, так не излечим. Мне не себя жалко, мне Полину жалко, за неё страшно, что будет, когда наркотики закончатся? Она вернётся назад, в рабство, туда, где наркотиков предостаточно…

- Благой поступок с твоей стороны, мы о ней позаботимся.

- Тогда я спокоен за Полину. Спасибо вам.

Стало необычайно легко, веки закрылись и всё…

***

Полина плакала в бежевого медвежонка, подаренного Андреем. Ей было очень горько и больно от того, что сегодня она потеряла самое близкое, что когда-либо было у неё – своего горячо любимого человека. Андрей подарил ей так много: это красивое оранжевое пальто, найденное им в подвале модного магазина; сладкую шоколадку, буквально вырванную из логова собак-мутантов, разные макияжи и бижутерию, которые найти в этом мире было практически невозможно, но он находил. «Материальные ценности – … Это ничто, пустота, красивые фантики», но вместе с подарками он отрывал частичку своей души. Куда ей идти? Что делать? Выбор большой, но без него это уже не имеет смысла. Что будет дальше? Полина взглянула в небо, Андрей ведь так любил любоваться рассветом, Полиной и… закатом.

Солнце скрывалось за горизонтом, постепенно уходя в неизвестность. Тьма усиливалась, скрывая под своей чернотой всё, что можно и нельзя. Но завтра тьма снова будет разбита на миллионы мелких осколков лучами розового цвета, дав начало нового дня…

Ваша оценка: None Средний балл: 8.3 / голосов: 71
Комментарии

Не ставьте оценку просто так, подкрепляйте комментарием! Это очень важно для меня.

Объём порадовал. Каждый рассказ получается лучше предыдущего, есть к чему стремиться.

___________________________________________________________

Где нет свободы критики, там никакая похвала не может быть приятна

Спасибо

"WinterApocalipsys"

Что это такое за "вселенная".

И еще если пишите на не русском, то можно указывать перевод не всё его знают.

Это новая выдуманная вселенная. Пока что по ней пишутся рассказы, чтобы задать общий тон всей вселенной.

Перевод можно, но посуди логически: рассказ от первого лица, главный герой белорусского не понимает, соответственно в таком же ступоре, как и читатель не знающий белорусского. Таков замысел.

Супер! Отлично! Пиши дальше, у тебя талант

Спасибо!)

"вырвал стезю разговора на себя" - это как?

ГГ укусила змея? Змеи в WinterApocalipsys? Странно...

"на автомобиле «Жигули» ехал", "но после этого Жигули не смогла завестись" - так не говорят.

Перечитай, есть несколько пропущенных предлогов

"вырвал стезю разговора на себя" - это как?"

это как бы направление, путь разговора.

"ГГ укусила змея? Змеи в WinterApocalipsys? Странно..."

почему бы и нет? вполне возможно, что будут существовать змеи

"на автомобиле «Жигули» ехал", "но после этого Жигули не смогла завестись" - так не говорят.

сейчас подкорректирую

"Перечитай, есть несколько пропущенных предлогов"

ок

Все не осилил, потом дочитаю. Интересно. +9

Спасибо!

Классный рассказ, мне понравилось. 9 ставлю. И белорусский понять вполне можно, если приложить немного усилий и знать хотя бы чуть-чуть тот же украинский.

Спасибо

ВАУУУ !!! Буря положительных эмоций... Да это лучшее что я здесь читал!! Чесно! Пробирает. Пиши Пиши и еще раз пиши)) Получается отменно. Спасибо! 10!!

Спасиб))

Читается не легко. Идея присутствует. Изложение - хорошее. Мои честные 8 очков.

Когда в Аду заканчивается место, мертвецы выходят на улицы.

Pferd im Mantel, спасибо за мнение!

Отстой полнейший!!! Ставлю 3 и только за то, что не лень было столько написать.

не моё, конечно, дело, уважаемый, но вот так, как ты харкать нехороший, невоспитанный поступок. Хуле, не понравилось. Дело такое... но вместо срача,, культурно поясни камрадом почему. Хотя, я заметил, тут так принято. Щемятся гости, клоны, анонимки... гадят.... сдрачивают людям оценки единицами... своё дерьмо "десятят". Мож оно к тебе, читатель отношения то и не имеет, я пальцем не тычу... тенденция млять...

Когда в Аду заканчивается место, мертвецы выходят на улицы.

А если не влом, Читатель, то поясни своё недовольство рассказом.

А вот и не влом:

1) Какого чёрта вставлен рассвет и закат? Это, по-моему, тут абсолютно ни к чему, такое ощущение, что автор где-то прочитал, ему понравилось, и себе в рассказ скопировал. И при этом думает - «какой я все-таки умный!»

2) Весь рассказ я ждал серьезной перестрелки, а вместо этого какое-то уг.

3) Сюжет, как я понял, это одна большая мыльная опера, аж читать противно, гг - тряпка.

«1) Какого чёрта вставлен рассвет и закат? Это, по-моему, тут абсолютно ни к чему, такое ощущение, что автор где-то прочитал, ему понравилось, и себе в рассказ скопировал. И при этом думает - «какой я все-таки умный!»»

Во-первых, сцена рассвета и заката ниоткуда не содрана, это написал я.

Во-вторых, это не просто так тут, это сравнение, а вот с чем… попробуй додуматься сам.

«2) Весь рассказ я ждал серьезной перестрелки, а вместо этого какое-то уг.»

Чёртов американизм. Вместе с американскими фильмами пришёл зубодробительный и насыщенный экшн, я попытался отойти от этого и написать про то, что может быть в реальности, перестрелки 1 против 100 отменяются! Тем более, рассказ о 70-х и я попытался воссоздать стиль советских авторов этого времени.

«3) Сюжет, как я понял, это одна большая мыльная опера, аж читать противно, гг - тряпка.»

Ну может и «мыльная опера», но как было написано мной чуть ранее, я пытаюсь отойти от стандартов. Рассказ, в первую очередь, о любви. Именно этому чувству он посвящён. Но не всё так просто, как тебе кажется... Я не пишу для того, чтобы кого-нибудь развлекать, я пишу для того, чтобы заставить глубоко задуматься.

На счёт «гг - тряпка», скажу то, что если брать именно со стороны реализма, то не каждый может убивать людей направо и налево; если ты о том, что герою становилось плохо, тут тоже самое, если возникают боли в сердце, описанные мной в рассказе, то это действительно невыносимо, это взято из реальной жизни.

Хорошо написанно. Автор явно старался. Но как-то сам сюжет не сильно впечатлил. Еще сложилось впечатление, что это не ПА рассказ, а мыльная история любви, в декорациях которого, присутствует мир ПА.

Итого 7.

Спасибо за мнение.!

Но попытаюсь отстреляться на счёт слов «мыльная история любви».

Действие идёт от первого лица. ГГ любит свою спутницу. От этого у него постоянно мысли зацикливаются на спутнице, отсюда возникают все его переживания и прочее. По сути, рассказ - это мысли в голове влюблённого человека. Сюжет, конечно же, не ахти. Но надеюсь, как автор, я выполнил, что хотел. Несмотря на то, что многое пришлось в процессе написания опустить, из-за сжатых сроков и большой нагрузки учёбы в универе.

7.пиши исчо.

А мне рассказ понравился, по этому поставил 10. Автор очень хорошо изобразил чувства и эмоции главных героев. Интересный сюжет, в общем всё отлично, НО!!!! Уж как то слишком всё быстро, только втянулся в рассказ, как вдруг он резко закончился. AMar, ну хотя б несколько глав бы написал что ли. А так хорошая идея и задумка.

Благодарствую)))

а быстро заканчивается из-за того, что было мало свободного времени

прочел. вот мой комментарий к оценке (см. ниже какой:)

тут ведь не издательство с целым штатом редакторов и прочей братией, решающей - быть ли Книге или нет? так? тут, своего рода полигон писательский: реализовал задумку, нет уверенности в себе, достаточной чтобы нести сразу в издательство или самиздат, а зачастую и желания нет нести куда-то... выложил читателям на обсуждение и ждет автор: закидали помидорами? значит не вышло и надо что-то менять (не всех это останавливает:)). понравилось читателям - хоть кому-то! дальше уже, с учетом замечаний, будет редактировать свое творение. это ведь МЫ, читатели, здесь за редакторов! и не все это понимают, к сожалению (опять же...).

так вот, это я к чему? а вот к чему: во-первых, автору сказать спасибо - без вас тут не было бы нас (меня, по крайней мере, потому что форум я читаю только когда нет вкусного нового), а во-вторых, вот тебе моя девятка (и даже не из-за мелких недочетов, подлежащих редакции, просто сам понимаешь, надеюсь - есть много вещей с десятками заслуженными. без обид:), не слушай грубо и без аргументов гадящих в комменты... таких везде полно! форма рассказа выдержана? (несколько глав растягивать, думаю смысла нет - тогда уже пришлось бы дотягивать до повести!) сюжет есть? герои нормальные. мораль, опять же.. ну так чего вам еще надо, товарищи недовольные?

пиши еще:)

Спасиб))

конечно буду писать ещё и ещё и ещё!!! идей и задумок выше крыши, вот только сессию переживу и ждите новые рассказы special for Deadland.ru

Понравилось. хотелось бы продолжения.

Безделье порождает ересь.

Спасиб.

Продолжение не планируется, т.к. сюжет имеет логическое завершение.

Конечно... смерть самого автора... какое там продолжение?

???

Незнаю как кому, но мне кажется что вы, АМар, Андрея, писали с себя. Если, моя докатка верна, то зачем писать проболжение, если он и будет, он будет безликое, что ли?

Быстрый вход