Руины. Книга первая. (5 глав, на оценку)

От меня

Решил выложить для критики так сказать, первые пять глав из моей будущей книги. По счету перва, думаю будет три. С названием первой книги еще не определился.

Любого рода критика, советы, подсказки - будут только в помощь.

На данный момент полностью расписана сюжетная линия, осталось лишь расписать ее в главах =)

Приятного чтения!

Если что обсудить работу и прочее можно тут:http://vkontakte.ru/thegapeone

_____________________________________

ПРОЛОГ

Из интервью доктора наук в сфере органической химии, главного директора военно-политического союза НАТО на территории Российской Федерации, основоположника и руководителя нового проекта тысячелетия “Ген N” - Дмитрия Сергеевича Овчинникова.

“Друзья, как вы думаете, сколько раз в день я слышу, что наша планета обречена? И сколько раз в день я отвечаю на этот вопрос – НЕТ!

Вы думаете, что Россия не смогла окрепнуть после недавно минувших событий? Я имею в виду войну, разразившуюся между огромными политическими союзами НАТО и ОВД. После этого человечество способно исчезнуть?! Нет!

Уже сегодня самая крупная военно-политическая организация НАТО на территории всей Российской Федерации старается сделать все возможное во имя блага сегодняшнего сверх развитого человечества!

Россия не утратила, и поверьте, не утратит свое былое величие! Все это заключается в простом факте, уже сегодня человечество поднялось на новый социальный уровень! И это подтверждается в нашей с вами сегодняшней деятельности.

Оглянитесь вокруг! 22 век! Эра новых открытий, новых изобретений, нового света! Именно сегодня только Россия обладает статусом – главный социально-политический и экономический центр Земли!

Оббезараженны сотни километров, идет построение новых городов и сел, возведена новая столица страны! Мутация, генная инженерия, колоссальные прогрессы в физике, биологии и химии - это нонсенс, друзья!

Я не одобряю войну, но посмотрите на вещи с другой стороны… известные нам до сегодняшнего дня биологические виды – ступень прошлого! Биомеханика, клоны, эра машин – вот наша ступень в новое и прогрессивное будущее, и это плохо? Поверхность вновь пригодна для жизни, на улицах наши механические патрули, в домах электричество, в городах – общество! Самое настоящее общество!

НАТО, как уже говорилось ранее, создают новое поколение межрасовых отношений, способное дать отпор всем болезням и бедам, которые сегодня так бурно распространяются. Мы называем этот проект “Ген N” – Новый ген.

Разве вы против того, чтоб новый вид человеческой расы жил не одну сотню лет, переносил любые катаклизмы, дал нам скачок в развитии и размножении и, в конце концов, жилье в полном покое, уюте и порядке?

Зарубежные страны уже давно прошли данную ступень развития и идут дальше, чем мы хуже них? Тем более, когда мы вместе – глупо отступать.

Войны были, и войны будут и этого не изменить. Поэтому, мое мнение остается прежним – война обеспечила России гигантский скачок вверх. И все мы, сотрудники политического союза НАТО и вы, жители Российской Федерации во все уверенны, Россия должна и она будет подниматься на новый уровень, восстанавливая и покоряя новые гарнизоны!”

ГЛАВА 1

Профессор стоял у металлического столика и что-то искал в огромной стопке бумаг. Он куда-то спешил, поэтому даже и не заметил, что в лабораторию зашел посторонний человек. В дверях стоял молодой мужчина, лет тридцати, высокого роста, с накаченной фигурой, загорелым лицом без щетин и с темными, сплетенными в косичку за спиной, волосами. Это был Юрий Овчинников – сын главного директора военно-политического союза НАТО. Ему несколько не хотелось отвлекать чем-то взъерошенного профессора.

Старик еще пару раз оглядел и перерыл весь стол, после безуспешных поисков застыл на месте, присел на колени и чуть ли не зарыдал:

- Дмитрий меня убьет! Как я мог? – Профессор держался за почти облысевшую голову и рыдал, изрядно ударяя кулаком об пол.

Юрий наблюдал за всем происходящим со стороны, в руках держал коричневую папку с бумагами внутри.

- Я думаю, вы ищете это… - нежданный гость поднял толстенную папку перед собой и пару раз взглянул на лежавшие внутри документы.

Отвлеченный профессор даже слегка вздрогнул, голос за спиной раздался для него весьма неожиданно. Он обернулся и медленно поднял взгляд на стоявшего в проходе юношу.

- Юра? Что ты тут делаешь? – старик поднялся на ноги, подправил очки, которые практически съехали с его прыщавого носа и медленно попятился к столу, не отводя взгляд от собеседника.

- Я просто решил принести вам то, что вы ищете, док.

На удивление старик замешкался, заикаясь ответил:

- Ч-ч-что это? Я ищю совсем д-д-другое и что ты тут делаешь, Ю-ю-юра?

- Да ладно, Фредерик, мы оба знаем что находится в этой папке, не так ли? – Юрий направился к доктору, выйдя из дверного проема, двери со скрипом захлопнулись.

- Я н-н-надеюсь ты не читал то, что в-в-внутри?

- Читал ли я это? – на лице гостя появилась бриллиантовая улыбка – О да! Я прочел это не один десяток раз и как ты думаешь, что меня там так поразило?

- Юра, п-п-послушай, твой отец собирался тебе все рассказать, но ты же…

- Молчи! – Юрий перебил до смерти напуганного старика и мигом ринулся к нему. С силой схватил его за бархатный белоснежный воротник и в тот же момент откинул старикашку в сторону. Фредерик рухнул на пол, валя за собой все документы и папки со стола, от удара об пол даже пару раз фыркнул.

- Вставай, Кусок дерьма! Ты мне все расскажешь! – Юрий снова схватил бедолагу за ворот, поднял на ноги и потащил ко включенному компьютеру.

- Юра, остановись, ты не так все понял, пойми…

- Молчать! Отвечай, что такое…

Юрий не успел договорить, как в тот час комнате погас свет, на небольшом электронном табло, что висело над главными дверьми, загорелась красная табличка с надписью “ВНИМАНИЕ”, осветив все помещение тусклым светом. Послышался монотонный голос неизвестной девушки:

- Внимание! Всему персоналу четвертого сектора оставаться на своих местах. Экстренная ситуация. Повторяю, сохраняйте спокойствие и оставайтесь на своих местах.

Юрий со злобным взглядом посмотрел на до смерти напуганного Фредерика. Он сглотнул пару раз слюни и буквально пропищал, заикаясь от волнения:

- П-п-проект “Ген N”, ты один из п-п-первых прототипов т-т-твоего отца, с кодовым названием Крейк. Мы и не думали, что все б-б-будет настолько успешно и что удастся с-с-сохранить тебе память. Ты умер и т-т-твой отец решил…

- Что?! – Юрий ударил пожилого профессора по морщинистому лбу. Удар пришелся чуть ниже - по металлической оправе очков, от чего стекляшки спали с глаз доктора, старик повалился с ног вслед за ними.

– Вставай!

Внезапно в стенах лаборатории опять послышался тот же самый голос девушки из диспетчерской:

- Внимание! Всему персоналу четвертого сектора оставаться на своих местах. Экстренная ситуация. Повторяю, сохраняйте спокойствие и оставайтесь на своих местах.

Юрий еще раз оглядел комнату, внутри были только он и тяфкающий от боли доктор. говоритель над дверьми повторял и повторял слова девушки. Юрий затем перекосил взгляд на титановые двери, за запертыми титановыми близнецами послышался шорох и приближавшиеся шаги, сюда направлялась группа людей и судя по всему очень торопилась… в спешке Юрий продолжил допрос.

- Тут сказано о носителе… что это?! Говори!

У профессора ручьем лилась кровь из носа, он сидел на полу и изо всех сил рыдал, как ребенок. Услышав очередной вопрос, поднялся на ноги и, смотря в пол, протараторил.

- Это с-с-секретный проект твоего отца. О нем з-з-знали не многие. Мы создали камень, с-с-способный изменить мир, но без главного компонента он…

- Мне нужен этот камень! – Юрий уже кричал так громко, что профессор жмурил глаза после каждого нового слова.

Не приятный красный свет в помещении сменился поочередным миганием, раздалась громкая и оглушавшая слух, сирена. Немного растерявшись, Юрий продолжил:

- Выходит я робот?! – стараясь перекричать звук сирены, спросил он.

- Не с-с-совсем…

Старик не успел закончить, как в тот же момент раздался мощный взрыв. Волной Фредерика и Юрия отнесло в сторону. Эта была дезенфицирующая мина, предназначенная для полного уничтожения файлов и документов лаборатории в экстренных случаях. В действия ее привел отряд спецназа, уже стоявший за запертыми дверьми. Послышались голоса:

- Юрий Овчинников, сопротивление бесполезно! Просим открыть двери и покинуть помещение!

Оглушенный от взрыва Фредерик сидел на полу и прикрывал обеими ладонями окровавленное лицо, жалобно бормоча себе что-то под нос. В отличии от него, Юрий сразу же поднялся на ноги и ловко перехватил ярко сверкающие на полу концы проводов, отбросил их как можно дальше, в сторону. Вся комната повязла в густом как туман дыме. В лаборатории воцарила тишина, только лишь вопли старика до сих пор не находили себе покоя. Перебирая весь разбросанный волной хлам, Крейк двигался к своей цели. (Именно так звали первый образец проекта “Ген N”, которым по замыслу нашей истории и был сам Юрий Овчинников)

- Тупоумный олух! Вставай! – Юрий яростно схватил Фредерика Гича за воротник и поволок к едва уцелевшему компьютеру - Вводи код! Открывай дополнительный отсек! Я уйду отсюда и мне нужен этот камень!

В лаборатории царил полнейший хаос, огромные кучи бумаг полыхали ярким пламенем, огромные массы дыма все больше и больше разпылялись по комнате, создавая самую настоящую газовую камеру, по вине которой Гич вот-вот задохнется.

Он завопил еще сильнее и дрожащими руками потянулся к системному блоку компьютера, что бы постараться отключить питание. Компьютер работал в энергосберегающем режиме, малейший сбой или разрыв - машина больше не пригодна. Сообразив, Крейк вынул из-за пазухи серебристый пистолет, магнум 97 года выпуска. Снял предохранитель и мигом подвел ствол к затылку Фредерика.

- Без глупостей… - холодное дуло оружия в упор вжалась в позвонок, ожидая удобного случая – Гич, вводи этот чертов код!

Сглотнув слюну и собственные капли крови, рыдая, Гич неуверенно начал вводить символы на клавиатуре. На экране монитора появилась табличка, предупреждающая о вводе шифра, сменилось окном загрузки.

- Через пару с-секунд двери откроются, к-к-камень в-в-в восточном крыле, там же и выход. – протараторил Профессор. Он понимал, что Юрий вот-вот спустит курок и всем своим телом и разумом ожидал уже крадущейся неминуемой смерти.

Не тая своей улыбки Крейк, развернул старика к себе лицом, смотря ему прямо в глаза и злобно ухмыляясь. За дверьми раздавался шершавый скрежет. Кто-то пытался вскрыть электрический замок. Вскоре им это удастся, и комната мигом наполнится военным отрядом.

- Спасибо, док, и последний вопрос… – дуло магнума невольно поднялось ко лбу ученного – Как он работает?

- Я не з-з-знаю, мы думаем, что ребенок способен его активировать, об этом знает практически к-к-каждый житель России. Легенда гласит, что кровь мальчишки и…

- Спасибо я тебя понял – готовясь нажать на курок, перебил Крейк.

- Оно убьет тебя! Как ты не понимаешь! – профессор в ужасе завопил, понимая, что вот-вот будет вынужден попрощаться с жизнью, он попытался отговорить обидчика – Остановись! Все еще можно исправить…

Но безуспешно…

В те же секунды раздался оглушающий выстрел, по всей лаборатории пронеслось зловещее эхо. Безжизненное тело ученого рухнуло на пол. За дверьми послышались голоса, разобрать которые Крейку не удалось, солдаты были почти внутри. Позади послышался гул неизвестного механизма, это открываются потайные двери дополнительного отсека, о которой говорил пять минут ранее еще живой Фредерик Гич.

Крейк все еще стоял без малейшей дрожи, вытянув правую руку, в ладонях которой дымилось кровью запачканное дуло пистолета. Юра смотрел на тело профессора, на не большое пулевое отверстие во лбу из которого медленно стекала бордовая струйка крови.

- Вы уже убили меня… и ничего нельзя исправить…

ГЛАВА 2

Бродя по пустынным землям, я все больше и больше ощущал одиночество. Я шел один уже несколько суток, не сбиваясь с курса. Солнце давно зашло за горизонт, а я все еще брел по разваленному шоссе, которое как мне казалось, было единственным моим другом на протяжении всего пути.

Сейчас я что-то напевал себе под нос, разглядывал пейзажи, вглядывался в горизонт, пытаясь найти хоть какой-нибудь населенный пункт, пусть самый не большой, но с теплой постелью, и горячим ужином. Дорога вот-вот должна была уже закончиться, это хоть как-то успокаивало и наводило на хорошие мысли. Странствиям придет конец, передам письмо, заберу свои деньги и уеду ко всем чертям собачьим, навсегда забыв о работе и вообще, обо всем в целом. По крайней мере, мне так хотелось. Знать бы тогда, что произойдет в следующие семьдесят два часа и в эту бы секунду я уже изо всех ног брел бы в противоположную сторону.

Уже третьи сутки дули морозные ветра, способные доконать любого не приспособленного путника. За собой они волокли невыносимые запахи пустоши, которые так и перчили во рту. Я не надеялся их встретить тут. Боже, ну и вонь!

Где-то вдали, за холмом, краем глаза я начал улавливать яркие вспышки, после которых послышались громкие автоматные очереди. Калашников… воюют видно (не удивительно, в наше-то время). Автоматные очереди раздавались в километрах трех, может больше, меня это не волновало. Уже давно минул не один десяток лет, а этим животным все не уймется, лишь бы денег срубить и завалить на один десяток душ больше, и где только патроны берут?

В такие секунды очень часто начинаешь задумываться о том, с чего же все началось? Я помню каждый прожитый день с того момента, когда по радио начали крутить первые сигналы бедствия.

Мне был десятый год, как помню. На дворе стоял самый обычный осенний вечер. Взрывы раздались внезапно, большая часть населения даже моргнуть не успела. Удары пришлись по Москве, по ее центральной части, пригород не тронули, видно посчитали бессмысленным.

Первые дни выдались самыми тяжкими. Мы с отцом были вынуждены сидеть и не покидать дом. На улице творилось нечто. Иногда я думаю, что тем, кто умер - крупно повезло. Их участь была менее жестокой. На улице бунтовал народ, ежедневно, без отдышек. Скитаясь по углам от страха, я слышал выстрелы и дикие вопли, которые резко обрывались после коротких очередей.

На третий день в городе начали появляться военные отряды, сюда их направляли для экстренной эвакуации населения. Увы, надолго они не задерживались. Буйные, как стадо животных, жители прогоняли их со своей территории, я видел самый настоящий ад. Многие из солдат были вынуждены бежать, оставив весь арсенал. Их расстреливали и резали на ходу, как собак. Не щадили и не оставляли в живых никого из тех, на ком была форма. Не спорю, им повезло больше, и они вместе со всеми остались лежать на холодной как лед земле. Думаю, повезло даже всем, ведь мало, кто выжил тогда.

На протяжении нескольких недель мы укрывались в отцовском в доме, но однажды были вынуждены покинуть его. До города, где мы жили, добрались смертельные катаклизмы, вызванные радиоактивными выбросами при бомбежке. Начались огромных масштабов пожары, дожди, большим ходом дала о себе знать радиация, основная часть территорий стала не пригодной для жизни. Одним словом, Москва отныне была стерта с лица Земли.

Мы тогда не знали, что творится в других городах, и совсем не предполагали, что подобное может происходить на территории всей Российской Федерации… и уж тем более, что за рубежом проходит практически, то же самое.

Минуло около тридцати лет, сейчас человечество крепнет, переживает огромные скачки в экономике, социальных и политических сферах и другого вида уже не нужной брехни, которой правительство готово кормить каждого первого выжившего. Слава тебе господь, что я этим не болею и уж тем более не живу. Мне уже почти за сорок и я без какой-либо усталости, да волнений шагаю по раздробленному вонючему асфальту с огромным рюкзаком за спиной. Один, в глуши полной радиоактивной утвари и молюсь, чтоб конец был уже близок.

Чуть дальше, за макушками леса, веяли едва заметные струйки дыма. Толи сзади, толи спереди во все горло вопили псины, приглушая автоматные очереди. Тучи застилали весь горизонт, сверху, непонятно откуда, медленно спускалась черная сажа, покрывая сырую землю. Ее веяло ветром с юга, там что-то недавно прогремело, видать очередной коллектор, тут это частенько. Вот-вот должен был хлынуть дождь.

Помню, очень хотелось есть, я брел по раздробленному в хлам асфальту и не мог думать ни о чем кроме еды. Пикантные роллы, пара бутиков от Молли, сахарные палочки, изюм, бутылка безалкогольного пива, единственные мои желания на тот момент. Через пару минут я закурил. Нет, я не курю, но сегодня именно тот день, когда без курения просто не обойтись - успокаивает. Очень повезло, что перед отходом прихватил былую пачку сигар, что бы делал без них сейчас, одним чертям известно.

По пути попадались останки деревьев, голые кустарники, парочка унылых объеденных костей, толи животных, толи человека. Довольно привычная картина. Это как в военных рукописях, что недавно прочел. Описывают там подобное – кучи трупов, кучи хаоса и огромные кучи мусора. Как и там он игриво совершал пируэты, подгоняемые ветром.

За холмом, пронеслась еще одна короткая очередь калашникова. Что они опять там не поделили? Варвары. Да… я мало верю в воцарившийся сегодня мир и покой, о котором так все говорят, но… не знаю, наверное, живу прошлым днем, или быть может веком.

Спустя еще пару часов начали попадаться разваленные и насквозь проржавевшие автомобили – цивилизация прямо по курсу. Лет тридцать назад человечество встало в ступор, правительство увлеклось в гонке за трон, наплевав на развитие страны. На мое удивление, сразу после войны ситуация даже улучшилась, я имею ввиду политику, в плане которой лежало развитие прежде всего социальное - помощь в выживании и общественном устое. Через лет пятнадцать с грандиозным успехом провернули техническую революцию, сегодня на улицах можно было встретить огромные глыбы металла, у которых соображалка кстати работала не хуже чем у людей. Их использовали для очистки и патруля, хороший способ поддержать баланс в обществе. Пожалуй, это единственно за что можно отблагодарить сегодняшнее государство.

Вот мерцает красными, как пламя огнями вывеска “Добро пожаловать”, она, конечно, давно потеряла свой былой свет и не стоит уже, а лежит себе тихо, слегка потрескивает, но манию своего приветствия так и не потеряла. Я заметил заброшенный, давно сожженный кафетерий, попросту не нужный в этой глуши. Прошел мимо, даже не заглядываясь. На дворе двадцать второй век, век – гигантских машин и гигантской разрухи, какое мне дело до пустынной кафешки, есть дела и поважней. Например, доставить это проклятое письмо, по вине которого я уже десятые сутки хожу, бог знает где.

Я мог бы еще долго осуждать окружавшую картину, но внезапно ноги заставили меня остановиться. Я остолбенел от резкой боли, чуть было не обранился слезою, как младенец и не пискнул во все горло. Сдержался. Болело сильно, видно пока брел по этим пустыням пятую мозоль натер. Ноги мне уже давно не подчинялись, шли своим ходом, будто отдельно от меня. Нужно было что-то делать. Я мигом оглянулся вокруг … ничего, одна пустота … Осмотревшись еще раз, приметил вдали за холмом одинокий домишко, в метрах шестьсот. Он очень выделялся на фоне одинокого горизонта. Мне повезет, если прежние жильцы оставили внутри горячий кофе, теплую постель, пару чистых бинтов в придачу. Я попятился к нему…

Домик, конечно, был не самый лучший, но на что-то более стоящее я и не надеялся. Внутри он выглядел на удивленнее живуче, чем я думал при входе. Стоял, чуть подкосившись в бок, двухэтажный, правая часть крыши давно провалилась, дверей не имел, впрочем, как и окон, все с корнями выбито и вырвано. При дворе красовалась пара драных покрышек, тут они для клумб использовались, но лет двадцать уже не поливались. Просто так стояли, для красоты.

Внутри я нашел не одну тонну мусора, тысячи осколков и щепок. Пол проваливался под ногами, из под деревянных досок пробивалась желтая трава, зеленый мох. Стены давно в дырах и почти полностью облупились. На второй этаж я не пошел, там обстановка менее приютная. Полностью осмотревшись внизу, я решил остаться в западной части дома. Самая крайняя комната – еще была пригодна для ночлега. Тут меньше мусора, потолок живой, пол на месте, окно заколочено досками, в углу небольшой столик на трех дубовых ножках. Переночую здесь.

Нога была в крови – натер. Я только сейчас заметил, что остался буквально в одном ботинке, на левом отсутствовала подошва. Я был готов ее поискать, но не было сил – на исходе. Я осторожно разбинтовал потник, стараясь не вызвать жжение, достал бинты и пару медикаментов из плотно набитого рюкзака, вскоре смазал все смесью антидота и йода, наложил пару пластырей и перебинтовал. Боль утихла.

В комнате становилось все холодней. Я присел в углу у столика, отпил немного очищенной воды из алюминиевой фляги и принялся обустраивать ночлег. Постелил рванный спальный мешок, подложил рюкзак под голову, прилег и уставился в потолок.

За окном утихло, выстрелов больше не слышал, успокоились видать, перестреляли друг друга… наконец-то. Внезапно сверкнула молния, на одно мгновение, осветив всю комнату, прогремел гром, по окну заколотили игривые капли дождя. Из кармана куртки я достал потертый МП3-плеер, быстро собрался с мыслями и постарался уснуть.

Дождевые капли звонко барабанили по ставням, я лежал один укатанный в мешке, слушал джаз, думал о завтрашней дороге и тихо закрывал глаза. Деньки выдались не самые простые…

ГЛАВА 3

* * *

Я помню как все это начиналось. Путь я начал с небольшого городка к югу от бывшего Екатеринбурга, дней десять назад (честно говоря, уже давно сбился со счету). Я уже было дело, собирался паковать весь свой гардероб и нести ноги в столицу, но к моему огорчению, погода не выдалась, будь она проклята!

День сутра не ладился - все утро болела голова, ныла спина, а за окном хмуро и пасмурно. Круглые сутки дул жестокий и холодный ветер, лили бесконечные дожди. От заката и до рассвета провел в гостиничном номере, за кружкой пива, парой книг и одноканальным телевизором.

К вечеру погода так и не успокоилась. Что бы просто на просто не откинуть коньки в своем номере, и не заставлять и без того обиженную уборщицу стирать мои останки, которые бы мирно разлагались в рваном кресле, решил разнообразить режим и хоть чуть-чуть развеется. Следующий остаток дня провел в местном баре. Конечно, узнав подробности предстоящего вечера, любой бы на моем месте отказался, но я не из той пароды людей, которая бежит от каждого шороха. Я соглашусь на любую наживу, лишь бы деньгами все окупилось, там и отдых не за горами, правда, пока карманы вновь не опустеют.

Я с великим облегчением покинул не приметную гостиницу, бар находился буквально напротив нее. Перебежал как можно быстрее улицу, пару раз чуть не споткнулся. Дождь лил сильнейший - промок насквозь. Уже у самого входа я подумал, внутри должно быть слишком весело и неуютно для меня. Еще не открыв парадную дверь, пришел в глубокое удивление - уловил громкую музыку. Хотя музыкой это не назовешь, столетний панк, который на протяжении всего века слушал самый малый процент населения, а сейчас и вообще утратил былую популярность и горазд только для подобных буйных заведений.

Пивнушка была трехэтажной. Все декорации внутри придавали ей образ украшенного склепа. Это было мрачное помещение, с практически рухнувшими голыми бетонными стенами. Ярко горящие гирлянды были развешаны по всему периметру, здесь, по-видимому, были единственным источником света, не считая здоровенного окна на втором этаже, ну и парочку свечей на столиках.

Первый этаж самый оживленный. Куча народа сидела за десятками деревянных столов. В восточной части зала даже можно было обнаружить яркие столики для игры в бильярд и покер. За ними обычно собиралось большая часть посетителей, стремившихся сорвать куш. Стены украшены разнообразными плакатами, афишами, листовками. Снизу я приметил балкон второго этажа. Там, судя по всему, номера. И думаю, самые отвратительные, что когда-либо приходилось встречать. Поэтому пить в уединении мне сразу же не захотелось. Третий этаж был давно заброшенным, электричества я там не наблюдал, хозяин использует его для чердака или кладовой, где можно хранить выпивку, закуску и прочий не нужный ассортимент.

Я минут пять еще постоял при входе, разглядывая местный декор и шумных гостей. Меня встретила веселая, еле стоявшая на ногах, компания. Трое мужчин, среднего роста, лет по тридцать каждому. Один из них уже был в отключке, поэтому дружки несли его на себе. Парочка и их замертво довольный друг перекинулись запойными взглядами, и ринулись, в буквальном смысле, на пролом. Видно уже собирались покинуть пикантное местечко, разойтись по домам, поэтому мешать им я не стал, отошел в сторону и двинулся к барной стойке в конце зала.

Не дружелюбными взглядами меня наградила большая часть посетителей, что очень настораживало. С детства не любил подобные ситуации, тут я чувствовал себя белой вороной, нахожусь не в своей тарелке. Я подошел к небольшой полукруглой стойке бара, одно местечко еще было свободным, присел на железный стул с кожаной обивкой. В здании было нестерпимо душно, поэтому я, недолго думая, приступил к выбору. За парой разбитых витрин удалось уловить бутылки водки, дешевое вино и не большие бочонки с пивом, выбор был не богат.

- Уютно у вас тут! – Я обратился к не далеко сидевшему бармену. Чернокожий громила поднялся с места, покосил из подо лба своими огромными глазищами и ворчливо спросил, пытаясь обойти разговор:

- Заказывать что будешь?

- У вас здесь именно так принято встречать гостей?

Громила меня разочаровал, он стоял прямо напротив и смотрел мне в глаза, ожидая заказ. За последний месяц не выдалось даже с кем-либо поговорить и он тут как тут. Спорить не стал.

- Ты сюда выпить пришел или языком почесать?!– Бармен явно не напрашивался на разговор. Я не ожидал, что он даже ударит кулаком по столу, после чего оскалив зубы, наклонится ко мне поближе и, пригрозив, продолжит – Я много раз не повторяю, что заказываем, хлопец?

- Пожалуй… – чтоб ему такое-то ответить – А давай-ка пива! – я пару раз хлопнул громилу по плечу, словно мы давно знакомы, и уже стиснув зубы, ожидал ответной реакции. Но продолжения не было, он просто удалился за пивом.

Я сидел и ждал свою порцию холодного напитка, оглядывал бурные серые массы и усмехался над каждым их действием. Вот парочка неподалеку что-то не поделила и давай бить друг другу морды, целая куча столпилась вокруг них и ликовала, бурно аплодируя каждому новому удару.

- Одно зверье вокруг, ты ведь так же считаешь? – неподалеку от меня сидел пожилой мужчина, в кожаном черном плаще с большим воротом и миниатюрной шляпкой на голове. Он допивал бокал вина и дружелюбно посматривал в мою сторону.

- Вы это мне? – ожидая, что старик ошибся, спросил я.

- Ну конечно… здесь помимо вас еще есть уйма народу, но все же я обращаюсь именно к вам.

Незнакомец был из слоев оставшейся интеллигенции, всем своим видом и этикой, он это подтверждал. Выглядел опрятно, что не скажешь о других, сидел в дорогой одежде, даже заметил у него на руках кожаные перчатки, у стула стоял не большой кейс с серебристой ручкой.

Темнокожий громила возвращался к стойке и нес с собой жестяную кружку. Он двигался неуклюже, перекачиваясь с бока на бок.

- Вот, ваш заказ, с вас четыре монеты.

- А лед? – усмехнувшись, спросил я.

Громила нахмурился:

- Лед?! Ты издеваешься, хлопец? Плати монеты!

Я достал из карманов джинсов небольшой бархатный мешочек, отсчитал пару монет и передал их в накаченные руки бармена, тот удалился, изрядно пофыркивая. Пиво было холодным, что очень привлекало. Увы, но попробовать мне его не удалось, меня снова перебил, настырный старик с соседнего места.

- Празднуем? – старикашка улыбнулся.

- Празднуем, бать, празднуем…

- А что празднуем? – незнакомец пару раз кашлянул.

- Ну, хороший день видать…

Я не знал, что ему еще можно ответить. Старик иди ты своей дорогой, не мешай итак паршиво. Хороший день я праздную, ага, как же…

- Ты не местный вижу, как и я. Откуда путь держишь? Куда?

Вот еще что… куда иду? В столицу и не знаю откуда.

- С гор иду, к морю – ляпнул первое, что пришло в голову, лишь бы отвязаться от него, но без боя он не намерен был сдаваться. Настырный старикашка.

- Я тоже из далека иду, как и ты. Максим, тебя видь именно так кликают?

Меня буквально осенило, чудной старик, даже имя угадал:

- Ну да, Максим, фамилию тоже дать?

- Не надо, я итак ее знаю. Миров… если не ошибаюсь.

Тут я уже слегка удивился и отодвинул пивную кружку прочь. Он и мою фамилию знает, значит, как ни крути – знакомы...

- А извините за вопрос, но… мы вообще знакомы?

- Мы? – старик расплылся в широкой улыбки – Нет, мы не знакомы, но думаю скоро придется, не против?

- Я…

- Стоп, думаю ты не против - старик сменил дружелюбный тон на какой-то более серьезный, командный или что-то вроде этого, продолжил:

– Я к тебе с исключительно деловым предложением, Рид…

Тут-то я все и понял… Старик из правительства, только они знают мое кодовое имя, на люди его не светил уже несколько месяцев. И как только им удалось меня обнаружить. Я конечно знал, что у них сотни людей в округе, десятки механических патрулей, камеры на каждом углу, но несмотря на все это, все же надеялся, что закончил с ними раз и навсегда.

- Что вам от меня нужно? – я протяжно вздохнул и взглянул на старика.

- Мне? Ничего… а вот ОВД…

- Что? Кому?

Я чуть не расхохотался, он сказал ОВД? То самое ОВД о котором я сейчас подумал? То самое ОВД, о котором никто не слышал на протяжении тридцати лет?

- И вы думаете я вам поверю? К тому же давно не работаю на правительство, вы обратились не в ту контору – я встал со своего места и решил уйти, но старик крикнул мне в след:

- Мы знаем, что они сделали с твоим отрядом! У нас одна и общая цель…

Я остановился и вернулся на место. Публика пьяниц и азартных картежников на пару секунд проводила меня взглядом, я подсуетился.

- Что вам от меня нужно?

- Практически ничего. Только лишь простая работенка, туда и обратно…

- Что вы подразумеваете под словами туда и обратно? – наш тон полностью сменился на деловой, что особо не вписывалось в окружающею обстановку.

Рядом присел еще один незнакомец, С весьма убитым видом, тоже пожилого возраста и явно не богач, одежда была на нем драная. У бедолаги жизнь не удалась, поэтому пришел именно сюда, заказал пару рюмок водки и забылся в своих проблемах. Мы не останавливались:

- Тебе будет нужно доставить письмо Дмитрию Овчинникову. Письмо не открывать, отдать лично в руки, дать возможность прочесть, дальше поступай, как знаешь.

Незнакомец в шляпе говорил весьма четко и разборчиво, я сразу понял, что от меня требуется, но не мог понять одного:

- Смысл?

Старик не растерялся, будто он знал, что я спрошу:

- Дмитрий Овчинников – главнокомандующий НАТО и наш общий противник, он давно у власти и творит все, что считает нужным и необходимым для него самого. В этом, думаю, ты сам недавно убедился…

- То, что было - это мое личное дело и вас попрошу сюда не вмешиваться…

Старик меня немного разозлил, это заставило его перебить, но все же он продолжил, не меняя тон – терпеливый.

- Ты поможешь нам, мы поможем тебе - взаимовыручка, не более. Стоит только доставить письмо, дальше мы дадим тебе шанс отомстить. Судя по нашим отчетам, ты давно этого хотел.

- Мстить я ни кому не собираюсь, я просто выполню ваше хреново задание! Думаю, от меня вы не отвяжитесь. И…сколько платим?

Самая главная часть нашего разговора. Старик улыбнулся и кивнул головой в толпу людей. Я оглянулся, в тот же миг из толпы к нам подошел мощных размеров мужчина в темных очках и в темном бархатном пиджаке, с кейсом в руках. Судя по всему, там были деньги. Старик осторожно взял кейс и не торопясь открыл его. Я чуть не раскрыл рот от удивления, внутри было тысяч сто бумажными купюрами, не меньше. Что это за дорогое дело такое? Доставка письма?!

- Это первый. Второй кейс подо мной, сумма в нем в два раза больше. Получишь при завершении. По рукам?

Старик протянул ко мне свою ладонь. Я заметил, как бармен с газетой в руках наблюдает за происходящим и едва заметно вглядывается в кейс. Он будто шепчет мне: “Соглашайся!”. Конечно, я согласился и протянул руку. Даже не стал обдумывать все происходящее, деньги сегодня - это все. Пожалуй, это моя самая главная слабость, от которой я никогда уже не отвыкну…

- Я знал, что ты согласишься, Рид! – старик похлопал меня по плечу, встал со своего места закрыл кейс и передал его обратно второму незнакомцу. Тот удалился и скрылся в толпе. После старик в шляпе добавил:

- Теперь иди и отоспись. Я прикажу, завтра утром первый кейс будет у тебя в номере. В нем найдешь конверт с письмом и полное описание маршрута (поможет в случаи неразберихи). Вернешься – отдам второй. Денег в нем на остаток всей жизни хватит.

Я, не отвечая, встал со своего места и еще раз взглянул в глаза незнакомого мне старика, что-то в нем было таинственное и настораживающие. В ответ он просто улыбнулся, так дружелюбно, что улыбка растянулась до самых ушей, видать гордился собой – удалось уговорить.

- Надеюсь это не на долго…

Старик передал мне кейс с деньгами, подмигнул в знак прощания, промолчал. Не смея больше задерживаться, я удалился. Он что-то крикнул в след, я плохо разобрал первые пары слов, но вторая часть звучала примерно так:

“Туда и обратно”…

ГЛАВА 4

Дмитрий Овчинников стоял на входе в четвертый сектор и ждал, пока не разговорчивый смотритель на кпп проверит документы. Хоть Дмитрия и знал каждый второй сотрудник, все равно формальности и военные обязанности превыше всего, даже если перед тобой начальство. Никогда не знаешь, что у них на уме. Однажды в бестолковую голову одного из сержантов пришла идея – проверить весь состав военно-пропускного пункта на каждом отсеке. Служащие должны были пройти некий тест на выносливость, который заключался в одной простом правиле – пропусти без проверки и ты уволен. С тех пор каждый смотритель вынужден осматривать и заносить в терминал документы и пропуски каждого, кто входит и выходит из сектора.

Дмитрий стоял у входа уже около пяти минут и ждал, потаптывая левым ботинком, поглядывал на швейцарские часы на запястье.

- Долго еще? – Дмитрий не мог ждать, он прекрасно понимал, что-то случилось. И из-за этого что-то он был вынужден посреди ночи покинуть пятый округ Соединенных Штатов.

- Секунду сэр, компьютеры барахлят со вчерашнего вечера.

- Что тут произошло, ты можешь сказать?

- Боюсь, что нет, сэр. Всему военному составу было приказано не распространять подобного рода информацию.

- Что черт подери, тут происходит?! Кто отдавал приказы? Перед тобой начальство! – Дмитрий был уже на взводе.

- Капитан Анжела Рысьева, сэр! - двери в четвертый сектор отворились – Все готово. Вы можете идти.

Смотритель вернул пропуск и Дмитрий ступил по открывшемуся перед ним коридору, досыта наполненному военными.

Дмитрий Сергеевич Овчинников – это главный директор НАТО. Пожилой мужчина, шестидесяти лет. Доктор наук в сфере ядерной физики и органической химии. Дважды лауреат Нобелевской премии. Служит в НАТО на протяжении сорока лет, начинал с обычного рядового в НАТОвских войсках. Без особых задержек поднялся по карьерной лестнице и теперь владеет самой влиятельной военно-политической организацией в мире.

Выглядел он смугло. Тощий не высокий старик, с давно облысевшей головой, но с привлекательной седой бородкой. С вытянутым, как морковь носом и большим сплюснутым лбом. Копия этакого сумасшедшего профессора. Передвигался, сгорбив спину, что очень сильно влияло на его повседневное состояние. Старику уже давно было пора на пенсию уходить, а не в солдатиков играть. Все же он на протяжении долгих лет остается в рядах самых влиятельных и успешных деятелей России. И как он сам считает, еще полон сил и духа, чтобы внести огромный вклад в дальнейшее развитие общества и страны в целом.

На другом конце коридора директора встретил темнокожий мощного телосложения мужчина в военной униформе, старший сержант по званию. Тони Эверест был правой рукой Дмитрия Овчинникова, а также главой убойного спецотряда ОМЕГА, который считался самым профессиональным военным содружеством Российской Федерации.

- Сержант, доложить. Что здесь произошло? – Дмитрий и его один из подчиненных уже двигались по развилистым ярко освещенным коридорам. Всюду копошились и из стороны в сторону бегали военные и доктора, обеспокоенные произошедшим. Кто-то при взгляде на старика и мощного сержанта мигом отдавал честь, кто-то проскакивал мимо.

- Убит профессор Фредерик Гич – м не русским акцентом, но коротко и ясно ответил старший сержант.

- Гич? – старик явно был ошарашен услышанным.

- Это еще не все…

- Продолжайте, сержант.

- Убийство совершил пациент номер 379, сбежавший из исследовательского центра, вчерашней ночью.

Дмитрий и Тони уже подходили к опечатанному входу в лабораторию, где был убит профессор. У входа столпилась не большая кучка народу. Увидав директора, мигом разошлись. Дмитрий и Тони вошли внутрь.

- Повторить номер, кто он? – Дмитрий стоял у мертвого тела, лежавшего в небольшой луже крови. Во лбу виднелось пулевое отверстие, откуда все еще стекала бордовая струйка.

- Пациент номер 379. Овчинников Юрий Дмитриевич.

Дмитрий удивленно взглянул на громилу, слегка вскрикнул:

- Мой сын?! - толпа служащих, находившихся в комнате, тут же перекинулись взглядами, старик снизил тон - Этого просто не может быть. Главный подозреваемый – мой сын?

- Боюсь, что именно так. Мы почти в этом уверены.

- Почти?!

- Сэр, наши люди в данный момент изучают записи с камер наблюдения. Дим, я все понимаю…

- По завершению доложить... немедленно! – Дмитрий сменил выражение лица, он был в растерянности. Взглянув в лицо Эвереста, почти шепотом добавил:

- Ты знаешь кто он и на что он способен, и мы должны его разыскать….

Дмитрий нагнулся к телу, которое вот-вот отнесут в шестой сектор, в морг. Посмотрел на лицо своего коллеги и друга. Глаза у него были еще открыты. Старик смотрел на него и едва сдерживал слез. Он медленно наклонился еще поближе, прикрыл ладонью закатившиеся глаза Гича, и прошептал практически на ухо покойному:

- Я знаю, что он искал, Гич. Жаль, что не могут знать другие…

Директорский монолог прервал один из служащих:

- Сыр, мы считаем, что Юрий Овчинников покинул четвертый сектор через

вентиляционный отсек, в северном крыле лаборатории. Дальнейшее место пребывания выясняется.

- Я знаю, ступай. – Дмитрий поднялся, отряхнул колени и обратился к рядом, молча стоявшему сержанту:

- Тони, скажи… камень тоже у него?

- Да, он забрал его перед уходом.

Двое говорили пониженным тоном, едва вслух, чтоб сотрудники не могли их услышать.

- Надеюсь, ты позаботился о том, чтоб все осталось в тайне. Ни один из сотрудников НАТО не должен знать о носителе и намерениях моего сына.

Сержант молча кивнул головой, добавил:

- Дмитрий, прости… но он давно не твой сын.

Овчинников вдумчиво взглянул в глаза сержанта, секунд пять не отрывался, с иронией ухмыляясь.

- Я могу идти? – сержант ждал ответа.

- Секунду – старик встал по центру комнаты и обратился ко всем лицам внутри, мигом все без исключения оторвались от работы.

- Внимание, персоналу – начал Дмитрий – Вчерашней ночью, как вам известно, из стен военно-политического союза НАТО сбежал живой образец проекта “Ген N”. Все мы знаем, что образец под кодовым именем Крейк очень опасен для общества. Поэтому по моему приказу будет организованна поисковая группа в составе отряда ОМЕГА, с их главнокомандующим – сержантом Тони Эверестом. Всех, кто желает присоединиться к группе, просим сделать это сейчас.

В туже секунду весь персонал, находящийся внутри комнаты не думая поднял руки вверх, после чего Дмитрий добавил:

- Всем, кто согласен – обратиться к старшему сержанту Эвересту.

И удалился вон из лаборатории.

ГЛАВА 5

Я проснулся от мощнейшего удара громом, от которого даже задребезжал каркас дома. Было часов пять утра. Я ужасно застыл и хотел спать, но по какой-то неизвестной причине больше не мог уснуть. Минут тридцать я еще полежал на полу, укутавшись в рванный спальный мешок. Поглядывал на дохлую крысу, развалившуюся в метре от меня. Она показалась мне довольно здоровой и жирной, пару раз даже мелькнула мысль зажарить ее и перекусить. Но этого делать я не стал, подпитался сырыми консервами и запил очищенной водой из фляги.

Я лежал и не мог уже сохранять спокойствие, юлозил без конца, переворачивался с одного бока на другой, стараясь устроиться поудобней и хоть чуть-чуть согреться. От безысходности я вскочил и пару раз попрыгал на месте, на немного почувствовал тепло. Выполнив еще пару утренних упражнений, подошел к окну. В узком проеме между досок увидал довольно бурную картину: по ту сторону во всю силу дул ветрище и лил бесконечный ливень, долбя своими каплями по пустым равнинам. Выходить наружу не хотелось.

Вернувшись обратно в угол к столику на трех ножках, я присел и снова закутался в мешок. И сам того не замечая, уснул…

К полдню погода успокоилась, из-под хмурой пелены туч начали пробиваться едва видимые лучи солнца. Чертов ливень устроил самую на то и есть неразбериху. Я переставлял ноги по огромным лужам грязи, похожим на черную смолу. Сегодня разваленное шоссе было еще отвратительней, если так пойдет и дальше мой путь затянется еще на пару суток, чего мне очень не хотелось.

Я не торопясь шел вперед, не сбиваясь с курса. С каждым новым шагом ноги все глубже и глубже уходили в непрозрачную топь, после чего с каждым новым заходом было трудней сделать следующий шаг, мне даже пару раз приходилось выталкивать свои конечности руками, что меня еще больше бесило.

Я шел часа три, может и больше. Тяжеленный рюкзак за спиной и больная нога заставляли меня останавливаться после десяти минут ходьбы. Дойдя до перекрестка с ржавыми указателями, направился в сторону Харькова. Вскоре по левую руку уже появлялся лес, лагерь где-то там, в безжизненной лесной глуши за ним снежные макушки гор. Не далеко от себя краем уха улавливал журчание ручья, он, видать, спешил вместе со мной, в одну и ту же сторону. Вдвоем идти было веселее.

Дорога стала лучше, я мог свободно передвигаться вперед, шоссе сменилось проселочной тропинкой, ведущей в лес, если конечно его можно было так назвать. В воздухе веяло каким-то странным запахом. Сначала я подумал, что это запах гари, но почему-то сразу оттолкнул эту мысль.

Сегодня было тихо, ни каких выстрелов, ни каких гулов, животных, только я и матушка природа....

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ =)

Ваша оценка: None Средний балл: 7.6 / голосов: 35
Комментарии

Что-то не очень, но вот что передать не могу - это надо прочувствовать, хромает ваша повесть...

Да, некоторые моменты очень даже храмают.

Требуется доработк, думаю ((

Нет, я не сказал, что плохо всё, просто есть недоработки, так что не расстраивайтесь! Повести вашей поставил твердую 6 с половиной.

Спасибо.

буду над ней работать, устранять погрешности.

Ну так.. Автор конечно постарался, но, я так понимаю это боевик? А динамики нет. Вот в чем загвоздка. Ещё немного коряво написано:

...восстанавливая и покоряя новые гарнизоны!” - может, как-то подругому это написать?

... от боли доктор. говоритель над дверьми повторял и повторял слова девушки. - смущает говоритель, который потрял и повторял слова девушки. Громкоговоритель/динамик, повторяющий сообщение.

Ну это так. ИМХО

спасибо, учту.

насчет динамики думаю прав.

Ну это пока что лишь завязка.

прочёл. не очень. на второй главе интерес был потерян.

А мне понравилось.

Моя оценка - где-то между 8 и 9.

"Коряво написано", ха.

Если "доктор наук в сфере органической химии, главный директор военно-политического союза НАТО на территории Российской Федерации, основоположник и руководитель нового проекта тысячелетия" несёт такую бессвязную околесицу, рядовых представителей этого нового мира уже ничто не спасёт. Как и само произведение.

Быстрый вход