Закат. Глава 5. Долина камней

Предыдущая часть.

Грин постоянно думал о своих родных. Он уже соскучился по своей деревне, сыновьям, жене. Тэя была у него перед глазами. Он вспоминал её улыбку, взгляды, её тепло и ласку. Он снова переживал счастливые и несчастливые моменты своей жизни. Охотник жалел о своей оплошности и хотел бы повернуть время вспять, вернуть всё на свои места. Грин мучил себя страшными воспоминаниями, в его сознании вспыхивали неудачные сцены последней большой охоты. Он каялся в своих грехах, надеясь, что всевышние простят и помогут ему в пути.

Грин остановился, приказав пришельцам молчать. Он прокрался через колючие ветки, освещая пространство тускнеющим факелом. Прямо перед ним, возле кривых берёзок лежала мохнатая туша. Животное было растерзано. Запёкшаяся кровь покрывала многочисленные царапины, оставленные двумя острыми когтями. Раны тянулись по всему телу, в основном затрагивая жизненно-важные органы. Проводник подошёл ближе, убедившись, что жертва мертва. Он в свете факела разглядел торчащие кости, обглоданные голодными зубами. Охотник покопашился в шерсти вокруг рта и обнаружил два только прораставших бивня. Хобота не было на месте, вместо него — изодранная культя. Вывороченное на изнанку мясо облепили мухи. Это была молодая особь, неопытная и слабая, хотя превышала ростом проводника в два раза. Грин обошёл тушу, прислонился к одной из берёзок и отвёл ветку в сторону для хорошего обзора. Оторвалось несколько пожелтевших листьев, которые подхватил ветер и унёс их в долину камней. Перед Грином простиралось зелёное поле, освещенное бледной Луной. Посреди этого бескрайнего простора выступали чёрные камни. Острые глыбы, словно одинокие странники, замерли поодаль друг от друга, бросая на землю причудливые тени. Гладкие валуны, напротив, теснились в кучах, обрастая мхом и лишайником. Трава вокруг камней была местами общипана. Почва клочками была разбросана повсюду, будто нечто невообразимое пыталось вылезти из недр Земли. Бесчисленные ямки, оставленные в поле могучими хоботами, калечили равнину, постепенно превращая её в болото. Грин не видел в долине легендарных животных, о которых так много слышал. Он предположил, что хоботов прогнали из этих мест. Их напугали более мерзкие существа. Охотник обернулся на окоченевшее тело. Что может быть хуже хоботов? Кто мог справиться с самыми сильными хозяевами этой долины? Хоботы питаются травой, но и от свежего мяса они тоже не откажутся. Поэтому у Грина родилась ещё одна теория — хоботы слишком озверели, что начали убивать себе подобных. Он пришёл к выводу — животные сами убили своего сородича, возможно потому, что он был болен. Или молодой хобот зашёл на чужую территорию.

Охотнику понравилось последнее предположение, и он решил поскорее убираться отсюда.

— Поторопитесь — прохрипел он, начиная спуск в долину камней.

Пришельцы следовали за ним, пытаясь не отставать и не терять его из виду. Грин спешил. Он не хотел будить хозяев зелёного поля. Да и время, на которое он рассчитывал, неимоверно быстро истекало.

Охотник потушил факел, забросав его землёй. Он не горел желанием привлечь к себе внимание слоноподобных существ. Грин боялся, вспоминая их грозный вид, с которым они изображались на наскальных рисунках или на стенах домов старых людей, повидавшихся с ними лицом к лицу. Старики говорили, что несколько охотников не смогут завалить хобота, его нужно брать всей силой племени. Такая охота всегда заканчивалась плачевно, потерь не миновать при встрече с мохнатым чудищем. Поэтому на них совет старейшин приказал не охотиться. Сезон охоты на могучих хоботов будет открыт при голоде, в неурожайные годы. А урожай с каждым годом становиться только лучше, и многие люди уже забыли про длинноносых монстров.

Путники проходили мимо холодных камней, нервно оглядываясь назад. Им было неуютно в этих местах. В поле царила мёртвая тишина. Даже ветер остался где-то в лесу, не желая сопровождать путешественников. В поле оставались живыми лишь путники и мерцающий свет звёзд, рассыпавшихся по небу. Луна укрылась под грозовой тучей, которая направлялась в сторону деревни охотника. Тоненькие молнии часто царапали воздух, пробуждая раскаты грома.

Охотник вёл пришельцев к центру поля, заросшего громадными камнями. Земля будто сама порождала чёрные глыбы, камни росли, словно обыкновенные деревья. На пути встречались целые лабиринты, созданные природой. Попадались самые необыкновенные формы. Некоторые были настолько отшлифованы ветром, что прислонившись к поверхности, скользишь как по льду. А другие были полностью поглощены растительностью и грибами. Краеугольные камни угрожающе тянулись за спинами путников, пытаясь ухватиться за них своими острыми ручищами. Был ещё один вид камней. Скалы, создающие арки. Их было довольно много в долине. В глаза бросались также каменные круги с отверстием в центре. Казалось, великан-ремесленник хвастался своими изделиями, выставив их в поле и создав целую галерею. Пирамидальные булыжники встречались редко, но оставляли большое впечатление.

— Ты здесь когда-нибудь был? — шёпотом спросила Вульф у охотника.

— Я всегда обходил это место стороной.

Проводник плохо видел. Он не мог сконцентрироваться. Зрение в такой тьме не союзник, а обоняние как раз его не подвело. Дикарь почуял резкий запах. Запах навоза. Через пару минут он натолкнулся на источник, от которого исходил этот аромат. Кучки, по пояс Грину, были ещё тёплыми. Охотнику это очень не понравилось. Плохой знак. Значит, где-то поблизости есть тот, кто это оставил.

— Вот дерьмо! — выругался Ярый, обойдя кучу стороной.

Кейн вдруг остановился и прислонился к одному из заросших камней. Его маска начала метаморфозы, освобождая лицо.

— Почему остановились? — огоньки Ярого начали темнеть.

Кейн выглядел обеспокоенным. Он снял воротник, напичканный всякими приборами, и начал в нём ковыряться.

— Дыхательный фильтр постоянно перекрывает. Дышать невозможно. Я сейчас с ним разберусь. Идите, я догоню.

Пришельцы продолжили движение, оставив своего напарника одного. Кейн кидал взгляды на спины удаляющихся путников и продолжал бороться с неисправностью. Он отделил маску от основного обмундирования, заменил фильтр и проверил его в деле. Дыхательный аппарат не желал работать. Проблема была не в фильтре. Кейн начал копошиться в микропроцессорах защитного забрала. Не найдя поломки, пришелец рассердился и со всей силы стукнул маской по камню. На маске не оказалось ни царапины. Кейна это взбесило ещё больше. Он прислонился спиной к зарослям и задумался, взирая на звёздное небо. Кейн успокоился. Он закрыл глаза, перебирая в голове все варианты неисправности своей маски, и остановился на собственной психике. Кейн решил, что аппарат в норме, и всё это от волнения. В тот самый момент пришелец почувствовал мелкую дрожь у себя за спиной. Ему даже показалось, что камень дышит. Кейн повернул голову и осмотрел заросшую поверхность.

Он вытащил нож и развёл растительность в разные стороны, добравшись до настоящей поверхности. Кейн разглядел маленькие бугорки, они были мягкими и тёплыми. Он воткнул лезвие в подозрительную мякоть. Это был не камень. Кейн догадался об этом, вытащив нож и увидев кровь, сочившуюся из раны. Пришелец начал медленно пятиться назад, заметив, что «камень» задвигался. Он быстро присоединил маску к воротнику, а воротник накинул на шею. Кейн отступал всё быстрее. «Камень» становился всё подвижнее. Когда Кейн разглядел белые бивни, всплывающие из-под травы, то бросился бежать, не оглядываясь. Ему в след протрубил хобот, уже полностью показавшийся на поверхности поля. Кейн бежал, жадно хватая воздух носом. Он искал своих среди чёрных камней, многие из которых оказались фальшивыми. Хоботов никто не прогонял, они всё время были здесь.

Мохнатая масса вытянулась во весь рост, выпячивая к небу горбатую спину. Длинный нос, словно только что насытившийся питон, лениво извивался, разрывая почву под ногами. С бивней сыпалась земля и падали остатки растений, оголяя их жёлтую поверхность. Рыжая густая шерсть была спутана с травой. Под брюхом у него болтались комки земли. На этой огромной голове показались два маленьких глаза, выискивающих незваных гостей. Заметив движения, хобот взвыл и побежал за движущейся целью. Каждый его шаг сотрясал землю. Чудище преследовало Кейна. Несмотря на свою неуклюжесть, вес и слепоту, хобот уже догонял человечка, разбудившего зверя. Он ревел и трубил тревогу, поднимая остальных сородичей. Мамонт в порыве злости, прямо на ходу взрывал своими гигантскими клыками землю, создавая этакие земляные фонтаны. Крупные куски почвы уже достигали спины бегущего Кейна.

Он задыхался от страха, но не сбавлял ходу. Кейн не хотел умирать под ножищами громадного слоноподобного зверя. Хотя тот с каждой секундой приближался к нему всё ближе и ближе. Кейн оборачивался назад и начинал молиться вслух. Он что-то кричал, срывая голос, вопил и матерился. Тем самым Кейн разбудил всех хозяев каменной долины. На бегу, он замечал, как со всех сторон поднимаются горбатые туши, как сверкают их бивни и тянуться за ним волосатые хоботы. Мёртвая тишина, которая здесь обитала, сгинула. Рёв злых хоботов оглушал настолько, что не было слышно собственного голоса. Голодные и обозлившиеся мамонты хотели растоптать и проглотить чужаков. Из-за своей слепоты они врезались в каменные глыбы, разбивая их в крошки, толкались и натыкались друг на друга на полной скорости. В этом безумном хаосе не было видно куда бежишь, было лишь одно желание — не попасть под лапу взбесившегося животного. Поле заволокло облако пыли, оно наполнилось топотом и бешеным ором. Здесь происходило какое-то сумасшествие, гонка на выживание, марафон со смертью, битва за жизнь. Всё решала скорость и человеческая прыткость.

У Кейна вся жизнь пролетела перед глазами, прежде чем он решился выполнить один смертельный трюк. Пришелец резко остановился и пригнулся. Мамонт не задел его бивнями, он пробежал над ним. Голову Кейна лишь задели куски засохшей глины, болтавшиеся на шерсти.

Живая волна двигалась в одном направлении, и их целью уже не было, поймать всё что двигается, они просто бессмысленно бежали. Возможно, стая испугалась, посчитав, что на неё начали охоту.

Теперь Кейн следовал за хоботом, а за его спиной гнался кипящий от злости табун, смывающий всё на своём пути. Пришелец не хотел оборачиваться, чтобы удостовериться в этом. Земля под его ногами ходила ходуном. Стадо мамонтов мчалось как ветер, оно шло единым клином, словно перелётные птицы. Стая пересекала поле, вздымая в воздух килограммы земли и пыли. Трава летела в разные стороны. Всё смешалось. Поток продолжал нестись сломя голову.

Грин, Вульф и Ярый стояли за холмом и ждали своего спутника. Они ощущали дрожь, бежавшую по земле, и слышали рёв могучих хоботов, но продолжали стоять. Ярый не разрешал двигаться с места, приказав дождаться напарника. Он сам боялся и не знал, что происходит за холмом, поэтому становилось ещё страшнее. Страх перед неизвестностью затаился в нём.

На вершине холма показался один из озлобленных хозяев. Мамонт вздёрнул нос и затрубил. Он заметил внизу новую дичь. Хобот взревел ещё раз и пустился бежать по наклонной. Скорость его увеличивалась. Зверь бежал прямо на путников, стоящих среди холодных камней. Хобот приближался, упрямо выставив свой крепкий лоб для столкновения. Острые бивни, направленные на людей, были готовы омыться тёплой кровью.

Ярый прицелился на бегущего мамонта.

— Нет! — закричал Грин, но пришелец уже выпустил очередь по мохнатому зверю.

Пули не остановили чудище, стрельба просто ещё больше рассердили его. Автомат был бесполезен. Ярый так не думал. Он выплеснул ещё одну очередь и осмелился выпустить синий электроплазмоид. Огонёк с треском достиг своей цели. Он просочился внутрь, воспламенив шерсть. Мамонт моментально загорелся. Огненный ком с бивнями пошатнулся и завалился на бок, продолжая двигаться вниз. Он ехал с холма, поджигая сухую траву под своим телом. Громадный клубок, окутанный огнём, не замолкал. Он был сбит с ног, но ещё оставался жив. Его туша катилась, переворачиваясь через себя и ломая с хрустом жёлтые бивни. Горящий мамонт врезался в скалу у подножия холма, за которую успел спрятаться Ярый. Врезавшись, туша аж зад подняла от столкновения. Удар сделал своё дело, раскроив череп умирающему зверю. Вся эта масса повалилась на землю, развивая пыль вокруг себя. Такое зрелище развеселило Ярого. Прежде он не вытворял нечто подобного.

На холме появился Кейн. Он бежал, задыхаясь от усталости. Одышка мучила его на протяжении всей гонки. Кейн поторопился спуститься к своим. Он бормотал что-то непонятное, толкая их за камни и упрашивая бежать дальше. В это время на холме одна за другой выросли фигуры несущихся слоноподобных монстров. Увидев это стадо, путники согласились с Кейном и ударились в бегство. Ревущая лавина натолкнулась на горящую дорожку, проделанную их сородичем. Некоторые хоботы загорелись, проехав брюхом по земле. Другие врезались в них или топтали на смерть, продолжая бежать. Случайно задевали огненных сородичей бивнями и раздирали их на куски. Одни бросались от огня и нечаянно протаранивали себе подобных. Мамонты, не справлявшиеся с равновесием, из-за сильного наклона, падали на колени и катились с горки, переламывая себе все кости. Хоботы взмывали в воздух, сталкиваясь друг с другом, и обрушивались на землю, сотрясая её. Один мамонт даже приземлился на свои бивни, которые вонзились в твёрдую почву. Слоноподобная тварь начала переворачиваться на спину, и бивни под её тяжестью треснули и просто взорвались. Костяные щепки разлетелись в стороны. Некоторые сильно повредили и так слепые глаза, воткнулись в мясистую кожу, впиявились в лохматые тела. Самые большие куски распороли собственному обладателю этих бивней весь живот. Внутренности вывалились из обширной раны, разбрызгивая толстые струи крови.

Жестокая гонка не заканчивалась. Пламя перекидывалось с хобота на хобота. Распространился запах палёного мяса. Шкуры животных горели, создавая сильную дымовую завесу. Живые факелы хорошо освещали обзор другим мамонтам, и те уже не сталкивались с каменными препятствиями. На поле, в прямом смысле слова, было по-настоящему жарко. Зелёная трава вспыхивала и превращалась в чёрный пепел, разлетавшийся на ветру. Казалось, горел сам воздух, пропитанный дымом и кровью.

Плавилась плоть, искрилась шерсть и лопались волдыри от ожогов, брызгая коричневой жидкостью, наполнявшей пузыри. Жареные туши катились по склону, собираясь в одну огромную кучу обугленного мяса. Голодное племя было бы в восторге, увидев такое роскошество. Убитые хоботы, да ещё и прожаренные. Этого мяса хватило бы на всю жизнь целому народу. Охотники и рыбаки ожирели бы без работы.

Путники пересекли поле, и перед ними теперь открывался завораживающий вид. Грин боялся таких мест, считая их проклятыми. Разрушенный город, покалеченный кровопролитными войнами и беспощадным временем. От многих домов почти ничего не осталось, кроме остовов. Остальные здания стояли на своих местах, продолжая рассыпаться. Широкая улица, на которой они находились, вела глубоко в город, она стелилась до самого центра. На обочинах, с обеих сторон дороги стояли скелеты автомобилей, заросшие травой. Сквозь некоторые даже прорастали деревья и обживались кустарники. От автомобильной пробки остались лишь кучи ржавого металлолома. Грин вспомнил кузнеца Жаарака, которому нравилось собирать железо и делать из него полезные вещи.

Путники помчались по этой дороге, оббегая остатки машин и перепрыгивая через разломы в асфальте, просматривающегося сквозь чернозём. Уцелевшие хоботы не останавливались, продолжая бег. Они достигли улиц мёртвого города. Стадо мамонтов двигалось по той же самой дороге. Они давили автомобили, откидывали их своими бивнями в стороны, тёрлись об хрупкие стены домов, разрушая их ещё больше. Люди, жившие в этом городе, наверное, никогда бы не поверили, что по этим улицам в далёком будущем будут носиться орды разъяренных мамонтов. Хоботы крушили всё, что попадалось им под ноги.

Ярый вдруг остановился:

— Бегите. Я попробую задержать их. Ждите меня на окраине города.

— Ты что смеёшься? — спросил Кейн.

— Выполняйте приказ — Ярый побежал обратно, навстречу свихнувшейся волне.

— Это безумие — прохрипел Грин, справляясь с одышкой.

Путники побежали дальше. А Ярый не спеша плёлся по дороге. Он уже заметил пыльное облако, быстро стремящееся на него. Пришелец взобрался на полуразвалившуюся эстакаду, на которой замерла ещё одна пробка. Отсюда Ярый видел, как встаёт солнце. Всплывающий диск бросался тёплыми лучами, озаряя светом всё вокруг. Тень от покосившегося небоскрёба упала на лицо Ярому. Пришелец зажмурился, хотя этого не было видно под маской. Он смотрел на пустые окна, постепенно заливающиеся светом, и теперь было видно комнаты. Внутренности домов показались на свет. Ярый перестал любоваться давно покинутыми зданиями и перевёл своё внимание на кучу лохматых туш. Он ждал их, заряжая плазмоидный излучатель на полную мощь. Ему не терпелось поджарить ещё пару мамонтов. Руки просто чесались. Пришелец хотел кого-нибудь убить, и он исполнит своё желание. Ярый уже прицелился. Он выбрал свою жертву. Нажав на курок, Ярый бросил взгляд на следующую. Пришелец стрелял по всем. Под его ударами полегли первые ряды, возглавлявшие стадо. Стена огня никак не преграждала им дорогу. Не боясь пламени, звери продолжали сотрясать землю. Ярый рассчитывал, что получиться как раз иначе. Удивлённый, он свалил следующую группу, место которой заняла очередная волна. Стадо пробежало под эстакадой. Пара мамонтов врезалась в колонну, держащую итак изломанную конструкцию. Колонна треснула и начала разваливаться, переворачивая бетонные плиты верх дном. Эстакада медленно обрушивалась, повалившись на бок. Машины скатывались с дороги, разбрызгивая сноп искр, и падали прямо на спины несущимся хоботам. Ярый еле устоял на ногах. Он справился с равновесием и, чуть не упав, быстро сбежал с трескавшихся плит на обочину. Оказавшись на земле, Ярый юркнул в дом через дыру в стене. Он успел увидеть, как разрушилась эстакада, завалив несколько мамонтов. Ярый перегородил дорогу, теперь хоботы, не помещаясь на одной улице, начали пробиваться вперёд, разламывая стены домов. Ярый убегал от мохнатых тварей внутри здания. Он проскочил несколько коридоров, которые оказались слишком узкими для широких мамонтов. Они втискивались в комнаты, разрушая стены, которые были сделаны будто из дерева или хрупкой просохшей глины. Низкие потолки не выдерживали такого потока и обваливались, когда их задевали мощные горбы и крепкие бошки. Сохранившаяся мебель была растоптана.

Пришелец выбрался из здания и снова бежал по дороге, по которой уже пробежала группа прорвавшихся хоботов. Вслед за Ярым, грубо расширив проход, вырвалось около пяти мохнатых чудищ. Остальные же либо застряли среди бетонных плит, либо прекратили преследование, либо заблудились на пустынных улицах.

Пришелец набегу избавился ещё от двух слоноподобных. Оставшееся зверьё не прекращало вести упорную борьбу. Ярый мчался, прыгая с машины на машину, которые восемь сотен лет назад застряли в многокилометровой пробке. Ему на пути попадались раздавленные автомобили, следы пробежавших мамонтов были повсюду. И они продолжали оставлять эти следы, догоняя человека. Ярый выбежал на площадь, которая в прошлом явно славилась своей красотой. Пришелец спустился вниз, перепрыгивая целые лестничные пролёты, и двинулся к аллее памятников, замерших в одном положении. Каменная лестница проваливалась под тяжестью животных. От ступенек не осталось ничего, только размолотый щебень. Памятникам тоже не повезло, под ногами хоботов пострадали почти все изображения искусств. Скульптуры были превращены в каменную крошку.

Ярый спустился вниз по развалившимся плитам, которые раньше являлись стенами многоэтажек, он провалился в окно, скатившись с груды мусора. Ярый успел найти выход из этой западни, прежде чем хоботы обрушили на неё свою свирепую мощь. Он убил ещё одного мамонта. Другой поджарился на огне своего сородича, пробегая мимо. Теперь на хвосте у Ярого висел только один мохнатый монстр, который не хотел отпускать человека живым. Он гнал его до самого центра города. Хобот в пути случайно обзавёлся мешающим ему грузом. Его правый бивень прошёл сквозь лобовое и заднее окно автомобиля, тем самым вырвав его из земли. Он будто нанизал его на себя. Машина болталась из стороны в сторону, ударяясь об землю. Мамонт пытался сбросить её, но все его попытки увенчались неудачей. Из-за этого он разозлился ещё пуще. Рёв слоноподобного был слышен на другом конце города. Ярый никак не мог отвязаться от своего злого преследователя. Его оружие требовало длительной подзарядки, поэтому он не мог свалить хобота. Оставалось только бежать, уворачиваясь от жёлтых бивней голодной зверюги, по переулкам, которых ещё не коснулось солнце. Обглоданные временем остовы домов густо сформировали широкий полукруг, который разделился на две части пересохшей рекой. Ярый проскочил несколько лестничных пролётов, спустившись к набережной. Он бегом направился к опорам развалившегося моста. Хобот не отставал от него. Он, наконец-то, избавился от потрёпанной железяки, и уже наступал на пятки своей жертве. Как вдруг жертва мгновенно пропала из виду хобота. Ярый вытянул из браслета сверкающую леску, закинул уже готовую петлю на арматуру, торчащую из-под бетонной плиты, являющейся началом разрушенного моста, и спрыгнул на бегу вниз. Мамонт не успел сообразить, в чём дело. Зверь мчался по его следам. Он выбежал на плиту, которая не выдержала его вес. Бетон развалился под его ножищами, раскололся от ударов его бивней. Хобот провалился. Он полетел вниз, кувыркаясь по стене и ударяясь об покосившуюся опору. Ярый полетел за ним. Громадная туша мамонта обрушилась на острые каменные обломки с угрожающе торчащими штырями. Слоноподобного распластало по камням, разорвав все его внутренности, вывалившиеся из распоротого брюха. Кровь потекла рекой из порвавшихся жил. Кости хрустнули, выглянув наружу. Конечности неестественно выкрутились в обратные стороны. Ярый упал на мохнатого мертвеца. Пружинящая шерсть, покрытая растительностью и кусками земли, смягчила удар. Пришелец упал на спину. Ещё немного правее, и он напоролся бы на, разорвавший толстую плоть, штырь.

Ярый с облегчением вздохнул, и смело откинулся назад, поздравляя себя с победой. Он пролежал так, пока не восстановил дыхание. После чего Ярый слез с бездыханной тушки и направился к другому берегу, где его ждали. Он шёл по дну высохшей реки, снова и снова проматывая у себя в голове последние минуты безумной гонки на выживание. Ему не верилось, что он остался жив. Ярый на ходу проверял своё снаряжение и оружие. Убедившись, что всё в норме, он начал подъём. Карабкаясь по расщепленной надвое опоре моста, поваленной к берегу, Ярый оказался на другой стороне города. Он прошёл несколько кварталов, перебираясь через завалы и обходя воронки, которые обнажили канализационные лабиринты и подземные коммуникации, обросшие плесенью и ржавчиной. Ярый дошёл до назначенного места встречи, вдоволь насладившись жуткими пейзажами мёртвого города. Он встретил своих спутников и рассказал им о своём забеге. После небольшой передышки путники снова двигались вперёд.

Грин направился в лес, постепенно оживающий с восходом солнца. Он молчал, глубоко о чём-то задумавшись. Проводник уверено двигался через заросли, часто оглядываясь назад. Ему было смешно наблюдать за людьми непривыкшими к таким условиям, хотя те побывали на многих других планетах. Но таких зарослей как на Земле нигде не было. Дикарь резко поменял свой образ мышления, узнав о жизни где-то далеко в космосе, в других мирах. Ему всё ещё не верилось в это, точнее он не хотел верить.

Следующая часть.

Ваша оценка: None Средний балл: 6.8 / голосов: 6
Комментарии

Масштабно и Зрелищно! +10. Такого ещё не было. Прочёл с удовольствием)))) Всем рекомендую! Продолжай в таком же темпе

Спасибо. Буду продолжать)))

Очень понравилось! Ты монстр ((((((в хорошем смысле)))))!!! А между Грином и Волчицей (Вульф) будет какая-нибудь связь???

Благодарю за комментарий. Насчёт связи между героями - я подумаю над этим, рассказ на стадии написания.

хорошо написано.

Привет Максим,

Бесконечные ямки =?= ямки огромных размеров. Может болле подходяще:

Бесчисленные ямки?

Быстрый вход