Рассказ на тему Silent Hill. Окончание

Предыдущая часть.

IV

Отогнав от себя воспоминания прошлой ночи и выйдя из оцепенения, Дженни быстро направилась прямиком к двери, но на полпути замедлила шаг. Она страстно желала прекратить эту дьявольщину. Однако здравый смысл подсказывал, что игра, затеянная скрытым кукольником вовсе не предполагает окончания в духе «и жили они долго и счастливо»! Происхождение явлений, имевших место в последнее время, так и оставалось невыясненным и пусть пока они не причинили вреда, но искушать судьбу лишний раз не следует.

Выйти к возможному неприятелю безоружной было бы, по меньшей мере, глупостью, поэтому Дженни осматривала помещение в поисках любого предмета самообороны. Что можно найти в классе, кроме указки и мебели, что могло бы отдаленно сойти за оружие? По счастливой случайности в темном углу обнаружился шест, на котором когда — то гордо крепился звездно-полосатый американский флаг.

Шест был металлическим и приятно холодил руку, что придавало хоть немного уверенности в себе.

Шаги в коридоре изменили направление. Теперь они отдалялись от двери класса. Поразмыслив, Дженни решила, что лучшего момента ожидать не стоит и, перехватив шест на манер древнеримского воина, сжимавшего боевое копье, девушка отворила дверь. Она выбрала удачную позицию, встав спиной к стене и выставив «грозное оружие» узким концом в темноту, где предположительно и находился враг.

Как и ожидалось, с ее появлением бузотеры растворились во мраке. Лишь сирена, раздирающая вечернюю тишину громовыми раскатами, продолжала возвещать о надвигающейся опасности. Дженни сейчас хотела лишь одного — выбраться на улицу, избавиться от нахлынувшей клаустрофобии. Поэтому она стремительно помчалась вниз по лестнице и сразу же ощутила некий алогизм происходящего. Ступеньки, которые еще сегодня днем были сделаны из мрамора, теперь больше напоминали сгнившую деревяшку. Нога Дженни, наконец, достигла пола первого этажа. Остановившись у выхода, девушка обернулась, дабы удостовериться в отсутствии преследования. Ее глаза чуть не вылезли из орбит, когда она увидела спускающиеся размытые тени белые тени. В лунном свете, слабо проникающем через окна, Дженни заметила поблескивание в руках этих непонятных существ.

«И призраки детей с ножами» — писал в записке некто Гарри Мейсон. Интересно было бы узнать, что же с ним случилось. А может и не очень…

Не дожидаясь, пока белые монахи спустятся, Дженни выскочила на улицу, плотно закрыв за собой массивную входную дверь. Она боялась сделать шаг вперед по двум причинам. Во-первых, те существа могут продолжить преследовать ее. Они явно вознамерились завершить свое дело. Как завершили его с Мейсоном. Во-вторых, вокруг стояла кромешная тьма, хоть глаз выколи. Конечно глаза могут привыкнуть к темноте, но двигаться как слепая черепаха в месте, со всех сторон окруженном покровом тайны, да и еще населенном непонятно чем, Дженни не хотелось. Минус идей — если дверь и остановит существ, то окна вряд ли. К тому же, сколько ей удастся продержаться так? Час? Два?

Принять решение девушке помог все тот же зов, с сокрушительной силой толкнувший ее вперед. Снова послышались церковные молитвы.

Через несколько мгновений она уже бежала трусцой. Влечение направляло ее, а Дженни инстинктивно подчинялась. Звук от соприкосновения подошв ее кроссовок с землей, почему то приобрел металлический оттенок. Испугавшись, не по краю ли она бежит, Дженни вернулась из гипнотического состояния. Коснувшись рукой асфальта, она резко выпрямилась. Это был не асфальт, а самое настоящее железное покрытие. И вдруг как по команде включились уличные фонари и хлынул проливной дождь.

V Исход

Туман уже успел довольно плотно залечь на просторах улиц, и от этого свет фонарей рассеивался по всему периметру, создавая мистическое сияние. Но вовсе не физическое явление привлекло и ужаснуло Дженни. Ей не почудилось — город стоял не на асфальте, а на ржавых металлических решетках.

Сквозь пелену призрачного тумана замелькали тени, будто кто-то повис на фонарях и сейчас раскачивался в зловещем ритме. Внезапно налетел сильный ледяной ветер.

Белесое полотно ослабило действие, и теперь Дженни могла разглядеть висячие предметы.

Не подавив рвотный позыв, она излила на железное подобие дороги остатки школьного обеда, частично проваливающиеся через щели в бездну.

Выпрямившись и отдышавшись, Дженни, все еще не веря первому взгляду, вновь решилась узреть изуверское зрелище.

На фонарных столбах висели тела, самые настоящие человеческие тела. Кожа

отсутствовала; кровь ручьем стекала по обнажившемуся организму. Единственная ассоциация, приходившая в голову — чистилище. Другого определения нет. Если бы художник, увидев однажды этот сатанинский хаос, сел за написание картины, то именно с таким названием его творение вышло бы в свет.

Панорама пугала и одновременно вызывала ненависть. Ненависть к тому садисту, иначе и не скажешь, который позволил себе оборвать жизни людей, вдоволь поиздевавшись над ними. За короткий срок окружающий мир претерпел сильнейшие изменения. Дженни уже не хотелось идти на зов, но она не в силах отвергнуть его. Шестое чувство подсказывало, что это только начало, начало конца. Близится исход, не предвещающий зеленых лугов и безоблачного неба.

Угрожающее рычание вывело из размышлений. Послышались размеренные шажки. Кто-то, или что-то, передвигался очень быстро. Существо подбиралось сзади. Дженни обернулась. Это была собака, только очень необычная.

На ней также отсутствовал кожный покров, и сбоку отрывались от тела куски плоти. Собаку отличало от трупов одно обстоятельство — она была живая. Лицо разделено на четыре части, при раскрытии которых из горла твари вылезало жало.

В момент Дженни сообразила, что некогда разглядывать диковинное создание. Промедление грозит смертью. Она, конечно, побежала, но прекрасно сознавала — собака быстро ее настигнет. «Летя» на автомате, Дженни заметила совсем рядом помойку. Не время привередничать. К счастью, у мусорки отсутствовала крышка. Когда псине оставалось сделать простой прыжок, Дженни успела запрыгнуть в "отходную яму", закрыв за собой вход.

Удары тела монстра о помойку гулко отдавались в маленьком пространстве. Дженни сжалась в позу зародыша и закрыла уши. Как же ей сейчас хотелось верить в сон. Происходящее было слишком ирреально и, в каком-то смысле, готично. Откуда все это пришло? Что могло породить такое? Или кто?

Впрочем, какая разница? На данный момент нужно суметь позаботиться о себе. Пора оставить вопросы и играть по правилам… чьим? Опять вопрос! Пусть будет по правилам города. Ведь это он трансформировался в преисподнюю.

Вонь стояла отвратительная, будто здесь разлагающийся труп лежал, хотя мусора было мало. Источник зловония находился прямо под носом Дженни. Слабый уличный свет, проникавший через щель, не позволял хорошо разглядеть предмет. Какая-то красная масса. Ассоциативно, она напоминала мясо. Черт бы с ним! Дженни беззащитна — вот что главное.

Внезапный приступ боли скрутил ее еще сильней. Вновь послышался перезвон церковных колоколов, смешанный с хоралом и органом. Зов возрос до максимума, полностью завладев вниманием Дженни. Только теперь сквозь него пробивался голос.

Прислушавшись, девушка обомлела — это голос ее мамы! Он становился все отчетливей, и Дженни начала понимать, что мама говорит с ней.

«Дженни, возьми в руки кусок тухлого мяса» — приказала мама.

— Но зачем, мама?

Дженни чувствовала себя сумасшедшей. Похоже, она давно сошла с ума. В научных кругах эта болезнь называется вялотекущей шизофренией. А сейчас как раз осень — самое время для обострения, хотя наибольшее проявление идет весной. Не было бы ничего удивительного, если бы Дженни очнулась бы в палате психиатрической клиники. Но пока она нигде не проснулась и поэтому боялась дальнейшего развития событий.

«Возьми кусок мяса и кинь его собаке» — продолжала вещать мама.

Словно услышав голос мамы, чудовище издало пронзительный вой и продолжило биться о помойку.

«Быстрее, Дженни».

И как по приказу, Дженни забыла о страхе и отвращении, взяла скользкий кусок в руки.

«Молодец. А теперь кидай его»

Она отталкивает крышку, смотрит на монстра и швыряет ему под ноги еду. Псина тут же теряет весь свой интерес к Дженни и кидается на лакомство.

«Теперь беги» — вновь приказала мама.

И Дженни побежала, ловко выпрыгнув из мусорки. Она больше не принадлежала себе. Зов подчинил ее всю без остатка, взяв под контроль сознание.

Что-то происходило вокруг нее. То и дело слышались хлопанья крыльев, похожие на те, что казались Дженни прошлой ночью. Кто-то разбивал витрины магазинов. Но ей до этого не было дела, ее увлекал за собой зов. Вскоре показалось здание церкви святого Самаэля.

Если оно раньше вызывало смешанные чувства, страх, тревогу и вместе с этим радость за тех, кто еще не потерял веры в бога, то теперь ощущалось только удивление. На фоне изменившего свой облик городского пейзажа церковь осталась нетронутой. Более того, она просто сияла, подсвеченная какой-то невидимой силой. Дженни хотела отказаться от входа божественную обитель, но, представив лишь на секунду, что с ней станет, останься она здесь, все мысли о побеге отсюда канули в лету.

«Дженни, входи. Не бойся овладеть знанием. Раскрой душу и войди в реальность. Правда находится за этой дверью»

И снова Дженни не могла противиться гипнотическому голосу матери. Сделаны первые шаги, дрожащая рука крепко обхватывает стальную поверхность ручки двери и открывает таинственный ключ к истине. Громко захлопнув за собой дверь, она осматривается в поисках любимой мамы, но, к сожалению, ее здесь не оказалось. Снаружи послышался вой. Казалось, весь город двигался к церкви. Нельзя выходить на улицу, но безопасно ли оставаться в помещении? Фигура распятого Христа на секунду отвлекла Дженни от рассуждений.

Статуя была красной! Как могут служители храма господня так коверкать облик сына божьего? Подойдя поближе, Дженни убедилась, что цвет Иисуса не самое низкое надругательство. Вместо человеческой головы красовалась голова осла.

"Архитектурный элемент" был совсем свежим. По телу христову стекала кровь животного. На память сразу пришла распятая трудолюбивыми учениками кошка.

Какие-то языческие параллели проводились в сознании Дженни. Однако ответа на все вопросы не было. О дверь начались скрести, значит, фантастические создания уже здесь, выжидают момент, когда жертва отвлечется.

Сквозь шум за дверью Дженни смогла уловить все то же противное звучание органа. Оно шло сзади статуи. За распятием обнаружилась дверь, откуда источались ужасные музыкальные звуки. Вот где ключ. Отступать некуда, открыт лишь путь вперед.

Как только Дженни вошла в небольшую комнатку, служившую, видимо, когда-то кельей, мама перестала играть на органе, но мелодия не утихла.

Здесь вообще не должно быть органа, но в виду последних событий эта деталь не казалась абсурдной, какой могла показаться в нормальной обстановке.

— Пришло время тебе узнать все, Дженни, — мама подходила с улыбкой на лице.

— Так объясни мне скорее! Как все это создалось? Почему ты сюда поехала? Я не верю, что ты не знала о существовании этого… этого…

— Успокойся дорогая, — все тем же милым ласковым голосом говорила мама.

— Как?… Я… Я не верю…

— В этом нет ничего страшного. Все решает Самаэль.

— О чем ты говоришь? Как выдуманное существо может что-либо решать?

— Самаэль неосязаем, он не доступен для наших чувств.

— Да кто он такой!

— Он — это Сайлент Хилл. Он — сердце города, его душа.

Снаружи монстры атаковали дверь. Долго старая деревяшка не окажет им сопротивления.

— Я, так же как и ты, не знала, что город живой, но когда мне открылось провидение, я будто обрела новую, свободную от каких-либо правил, жизнь, — продолжала мама, — Это удовольствие можно получить только здесь.

— Что же все-таки произошло?

— История такова деточка, что Сайлент Хилл, после взрыва, выплеснул всю свою негативную энергию в этот мир. Энергия попросту поглотила часть мира. Ты думаешь, что ты в действительности? Нет, Дженни, ты находишься в ином мире, мире боли и страданий, но не в аду. Тут тебе не придется гореть.

— Я не понимаю тебя…

Мама вытащила из-под пояса смятые листы бумаги.

— Возьми и внимательно просмотри.

Заголовок гласил: «Список погибших от взрыва газа в Сайлент Хилле в 1975 году(справка из архива)». Далее следовал перечень фамилий.

— Ищи подчеркнутое, — подсказку мама.

Да, много людей погибло в тот год. Читая список, Дженни наткнулась на фамилию Мэйсон. Но это была женщина — Кристин Мэйсон, а не Гарри.

Вот она! Дженни нашла нужную: Шарона Хоупфилд было подчеркнуто на листке.

— Кто это?

— Это наша родственница. Ты ее не знала. А теперь послушай, Дженни, зов, который ты испытывала, зов Самаэля. Он зовет всех родственников погибших. Не ради мести. Просто он чувствует их биополе и произвольно манит к себе.

— Я должна умереть? — в голосе Дженни проскользнул страх.

— Только для того, чтобы воскреснуть снова дорогая.

— Мама, это говоришь не ты !

— Нет, Дженни перед тобой все еще твоя мамочка.

— Нет..

На этом слове дверь в церковь разломилась от напора существ.

Все, что сделала Дженни, — закрыла глаза и попыталась отвлечься, пока ее будут убивать.

Ваша оценка: None Средний балл: 8.5 / голосов: 24
Комментарии

Круто! мне понравилось. Я даже фильм ещё раз пересмотрел псоле прочтения. Продолжай писать. 10ка

мдя, гатичненька)) шучу, +10)

А продолжение то будет?

Какое? написано, что окончание первого рассказа) а второй рассказ - тут ссылки кругом.

Быстрый вход