Конкурс № 7. Записки из подполья

Я решил собрать свои записи за последнее время, но не в обычной хронологии от более позднего периода к более раннему. Это старая форма воспроизведения исторических фактов погибла вместе с историей, погибла вместе с порядком мыслей в голове людей, потерявших облик человека, эта архивная форма мне не интересна, опять в «фактах» и датах заплутаемся, собьемся с дороги, ведущей к пониманию.

Некоторые записки собраны в аккуратную стопочку и готовы к составлению в обратном порядке, а другие, как белые пятна на карте, отсутствуют, и их придется воссоздать по обрывкам воспоминаний.

Запись 2

Вечером я счел заброшенный завод, скрытый за цветными рекламными растяжками серыми бетонными заборами, забытый всеми совершенно безопасным укрытием. Меня не пугали высохшие лужами масла, ржавые лестницы, провалившиеся крыши, разбитые окна, металлический хлам разбросанный всюду. Ночью я изменил точку зрения насчет завода в целом и в частности цеха, который служил мне местом ночлега. Во-первых, шел дождь, заползал в полуистлевшую плоть металла, в дырявые крыши и разбитые окна. Во-вторых, завод, мертвый, но содрогающийся в послесмертных конвульсиях, хорошо слышимых в ночной тишине.

Но как день сменяется ночью, так ночь сменяется днем. Проснулся я в инструменталке, загнанный туда ночью дождем и страхом, на нескольких досках, в качестве кровати и укрывшись летней курткой вместо одеяла. С трудом поднялся, вышел из комнатки в цех, и был ослеплен дневным светом, бьющим из разбитых окошек, вернулся за рюкзаком, позавтракал. Этот самый рюкзак, еду, воду, спички, фонарь и нож мне удалось купить позавчера.

На улице было облачно, но дождь уже закончился и придал окружающему миру еще более печальный вид. Я решил сначала окончить исследования завода, а потом определиться с дальнейшими действиями. Возле одного из дальних цехов я увидел железнодорожные пути, входящие в огромные ворота, этого самого цеха, внутри ничего интересного. Ни бронепоезда, ни дрезины, как я надеялся.

Из города надо выбираться, но в этом районе я впервые, можно конечно выбрать направление и двигаться несворачивая, город, же не бесконечен, но это очень глупо. И решил я идти, по шпалам. Сначала было сложно идти, на путях валялся железных хлам, а потом стало легче. Но куда ведут рельсы? Да хоть на другой завод!

Запись 3

Все («все» - это что-то навроде жизни или дороги) когда-то обрывается или заканчивается, порой, не достигая цели. Так и мой путь, казавшийся верным выбором, непоколебимой линией судьбы из пункта А в пункт Б, просто исчез, закатан в асфальт. «Асфальт» - это не художественное средство, это реализм, лежащий магистралью с непрерывным потоком автомобилей. Как раньше, и кажется, жизнь совсем не изменилась, но мне туда нельзя. Указатель показывает направления в город и из города. Мне подойдет «из».

Прячась за кучами мусора, брошенными бетонными блоками, чахлыми деревцами с серо-зеленой пыльной листвой, в стороне от трассы осторожно брел, слабо крутя головой, надеясь, что такой стиль маршрута сохранится до выхода из города. Но вновь обретенный путь обрывается из-за величественного, гордого, сребролюбого торгового дома или центра или еще чего такого, только как не назови, а он будет храмом новой антиверы в антибога. И хозяева этого храма будут деньги, и еще раз деньги, а люди и их души в этом храме не будут иметь никакого значения.

Диспозиция такая: с одной стороны магистраль, с другой река, а посередине сверкающий стеклом и пугающий уродством формы, облепленный парковкой торговый центр. Приближаться к магистрали и торговому центру опасно, не только из-за полицейских патрулей. Остается одно безопасное направление, переплыть реку в том месте, где она течет в небольшой березовой рощице.

Запись 4

– Я бы посоветовал вам угля, вагон угля, – шутит партизан Федор, и хохочет, как конь.

– Нас могут услышать, – шепчет партизан Платон.

– Могут, но не услышат, – уверяет Федор, но уже шепотом.

Мы, помогая друг другу, забрались в полувагон, груженый углем.

– В нем нормально ехать? – беспокоюсь я.

– Нормально. Ты главное лежи, головой не верти, – наставляет Федор.

– Разговоры отставить, – подытоживает Платон, и машет рукой партизанам в вагоне, что впереди.

Там их шестеро, тоже партизаны. Нас в этом вагоне трое, я и Федер с Платоном. Они что-то вроде отцов-командиров для той шестерки. Я нахожусь в аръегарде с отцами, потому что не вооружен.

Встреча с партизанами случилась после того как я переплыл на штанах, завязанных для этого порезанной футболкой, набитых пластиковыми бутылками, с взваленным на них рюкзаком, реку. Не успел я сориентироваться и сделал лишь десяток шагов, как услышал человеческих разговор и потрескивание костра. Я решил не обходить их стороной, не выпрыгивать из чащи в мокрых штанах и с ножом наперевес, а спокойно подойти, узнать люди они или уже облагодетельстванные президентом. Однако все пошло не по плану, компания людей меня заметили, увидели отсутствие штрих-кода, повалили на землю и хотели уже вызвать полицию. Но случилось для меня что-то совершенно непонятное, человек десять высыпало на поляну с какими-то ружьями, угрожая ими, забрали и поломали прикладами мобильные телефоны, что-то спрашивали, потом один из допрашиваемых показал на меня.

– Чистый, без штрих-кода, – рассмотрел меня человек с ружьем.

– Вы кто? – захотел осведомиться я.

– Партизаны, – ответил другой человек с ружьем.

– Мы тебя отпускаем, иди куда хочешь.

– Мне из города нужно, одному сложно выбираться. Чуть полицию эти не вызвали. А вы куда двигаетесь?

– Из города.

– А что думаете по поводу того, чтобы я пошел с вами? Спасение партизанами, так сказать мирного населения.

– Мобильный телефон есть с собой?

– Нет.

– Точно не как эти? – сказал партизан, указывая на этих, которые не как мы.

– Так точно, товарищ партизан.

– Принят на испытательный срок. От меня не отходи. Этих свяжите, – он ждал, пока их свяжут собственной одеждой, – теперь за мной.

И мы побежали через лес за, вероятно, командиром этого отряда. Я старался не отставать от него.

– Все пришли. Едет на этом автомобили до железной дороге, там садимся на поезд, все естественно проделываем быстро и скрытно, чтобы нас не заметила ни одна живая душа.

Запись 5

– Что они рассказали вам, – вопрошаю я, – сквозь стук колес.

– Сказали, что только со штрих-кодом можно покупать товары в магазине, не устроится на работу, в общем, тотальный контроль. К тому же все социальные пороки теперь разрешены государством. Можно долго рассказывать, но мне больно от этого всего, – повествует Платон, как я правильно понял еще в лесу он командир отряда, – меня утешает только одно, природа такого не выдержит, техника даже не выдержит, техносфера создаваемая огромным напряжением отомстит неблагодарным.

– А они мысли свои контролируют? – интересуюсь я.

– На данный момент да. Что будут завтра неизвестно.

– Я так и не спросил, почему вы выбираетесь из города, и куда потом.

– Выбираемся потому, что город обречен. Город погибнет, будет смыт водой.

– Откуда здесь вода? До морей и океанов скакать полгода на лошоде!

– Трещины в плотинах ГЭС разрастаются, и по нашим прикидкам осталось несколько дней, до того как потоки воды начнут свой путь уничтожения.

– А в какое место направляетесь?

– В подземный город, скрытый горами или в поселок на этой горе, посмотрим по обстоятельствам. Там нас уже ждут семьи. Когда все только начиналось, отправили от греха. Уходим в подполье.

Полувагон с углем продолжал нас нести вперед, унося прочь из города

Запись 1

«Как началось все это?» Вроде бы футбол посмотреть хотел, поболеть за наших. Да, точно смотрел я футбол с какими-то людьми, наверное с друзьями. Но вот перерыв, конец первого тайма и картинка на экране изменилась с зеленого поля, на мельтешение планов с модными молодыми людьми, вычищенными улицами современных городов, и приятный доверительный мужской голос произносит: «Мы живем в прекрасное время, можно сказать в светлом будущем. Мы живем только для себя. Мы идем к своей цели и добиваемся того, чего хотим несмотря ни на что. Мы лучшие, мы избранные. Но сегодня нам нужен один товар, самый важный товар для нас. Этот товар – специальный имплантат для головного мозга. Он самым невероятным образом улучшит нашу жизнь. Его обязан иметь каждый! Далее новости».

И вдруг внутри кто-то сказал: «Все, конец. Царство тьмы начинается…»

– Слышь, сбегай в магазин, а то все поели и попили, оборвал монолог моего подсознания какой-то наглец из компании болельщиков.

– Конечно, хорошо, - чуть быстрее, чем необходимо, да еще дрогнувшим голосом произнес я.

– Че так нервничаешь? Из-за наших что ль? – продолжал наглец.

Я кивнул.

– Ну, это нормально. Это ж настоящий патриотизм! – подытожил наглец.

Снова заголосил экран, только теперь голосом президента: «Сегодня, в такой важный день, когда играют наши сборные по хоккею и футболу, я решил сделать всем нашим гражданам подарок – бесплатные специальные имплантаты для головного мозга». Голова национального лидера продолжала открывать и закрывать рот, шевелить губами, лукаво смотреть большими глазами, но я потерял к ней всякий интерес, потому что в дверь позвонили, и пришлось открыть ее, щелкнув замком. Открыл словно не дверь из квартиры в подъезд, а люк, ведущий в затопленный отсек подводной лодки.

– Здравствуйте, мы выполняем план президента, – стала воспроизводить речь, записанную в ее мозге, девушка, стоявшая на пороге, одетая в полицейскую форму, и с двумя стражами порядка за спиной.

– Имплантаты ставить будете? – решил я прейти, так сказать, к основному.

– Да.

– Мне надо сейчас уйти.

– Процедура обязательна!

– Я в магазин и сразу обратно. Пока вы им сделаете, там и я подойду.

– Вы что думаете, мы силой заставлять вас будем? Сделаем, когда придете.

– А как вживлять будете?

– Имплантат устанавливается через нос и левый глаз, так же ставится штрих-код на под глазом. Как у меня.

– Я пошел. Через секунду уже здесь буду, – отбрехался я.

Давайте ждите, не дождетесь. Я к вам не приду. Теперь я знаю, что буду делать, знаю, как буду жить. То, что скрывал от себя, то, что старался не замечать, теперь скрывать и не замечать не возможно. Теперь проще либо да, либо нет, или тьма, или свет, ведь тьма показала свое лицо.

«Задачи развития железнодорожного транспорта на период до 2030 года будут решены!» – голосил телевизор голосом президента мне вслед.

Ваша оценка: None Средний балл: 6.5 / голосов: 19
Комментарии

ну думаю это как-то переплетается с киберпанком лично меня заинтересовала эта история 10+

Восьмерка. Автору не лениться и разворачивать идею в полнометражную повесть. Мне хочется продолжения.

____________________

Попутчиков не выбирают, их подбирают...

Перегрузка сложноподчиненными оборотами и жутким кол-вом орфографических ошибок, убила все произведение.До эпизода с имплантом дочитал, на большее нервов не хватило. Автору посоветую редактировать текст, конкурсная же работа. "Финт ушами" с финальным предложением, эсэссэнно, хорош, но ошибки режут глаз. +7, ничего личного.

...И вообще, какая разница, упадёт тебе на голову тонна кирпича или десять тонн?..

Быстрый вход