"Каникулы Мертвецов", Глава 3 «Былое»

Проснувшись, он потянулся, на его коленях лежала Саша и всё также тихо сопела.

-Доброе утро, соня, - с улыбкой, легонько теребя её за плечо, проговорил Артём. Открыв глаза, она зевнула и, потянувшись, улыбнулась Артёму. Собрав свои вещи и прихватив с собою несколько пар пледов, они пошли на улицу. Убедившись, что рядом нет никакой угрозы, Артём взял за руку Сашу и повёл за собой.

Стояло прекрасное солнечное утро: птицы щебетали, в носу слышался запах утренней росы. Обувь с каждым шагом промокала всё сильнее и сильнее. Странно было то, что дойдя на школы, они не встретили ни одного ходячего, ни даже лежачего мертвеца. Артём посмотрел на часы – 8:29. Через полминуты из школы послышался звонок.

-Странно, - подумал Артём, - ведь звонки вместе с электричеством вырубились ещё в воскресенье, на следующий день, после всего происшедшего.

Зайдя в школу, он увидел приветливо улыбающихся одноклассников: Кирилла, Диму, Петю. Артём застыл на месте.

-Кирилл, ты же…

-Что я? Опоздал? Ну и ты тоже, - с улыбкой перебил его Кирилл, - Эй, давай, у нас сейчас экономика, через пару минут пускать перестанет, - уже на ходу договорил он.

Артём побежал за ним. Поднялись на третий этаж к кабинету экономики, Кирилл открыл дверь и из класса ярко и тепло повалил свет на тёмный коридор.

-Полный класс, а сегодня ведь суббота, предканикульная как раз, - задумался Артём, - здесь даже сидят ярые «прогульщики суббот», приходящие в этот день только раза три за год.

Учитель бросил укоризненный взгляд на опоздавших учеников, затем пробурчал что-то типа «садитесь» и дальше уткнулся в доску, на которой чертил пирамиду Маслоу. Все разошлись по своим местам, Артём сел рядом со Славой: небольшого роста, можно сказать, что коренастый, паренёк, с пепельно-русыми волосами и славянскими чертами лица. Он сидел и чертил эту самую пирамиду в своей тетради, затем отложив карандаш, как всегда вяло поздоровался, глядя в доску, типа одолжение сделал.

Артём не обратил на это внимание – слишком уж приелось. Парень-то он был хороший, положиться можно было, только вот неразговорчивый, больше по делу говорящий, не обладает хорошим чувством юмора и часто кидает укоризненные взгляды на шутников. Что ж – такой он по природе, ничего не поделать.

Артём уставился на свой класс – у него было чувство, что он соскучился по ним, что ему некоторых людей в последнее время очень не хватает, хоть вчера, в пятницу, их всех видел и со всеми разговаривал. Он посмотрел на соседний ряд:

-Вот сидит Саркис, такое ощущение, что вечность его не видел, рядом с ним Настя, высокомерная «принцесска», перед ними Даня и Женя… Странно, - подумал Артём, - они ведь все…

Вдруг раздался душераздирающий вопль, затем не менее ужасающие крики – они доносились с противоположного конца этажа. Все обернулись. Крики стали чаще, нет, это даже были не крики, а что-то вроде бы животных звуков... нечеловеческих таких. Стал слышен топот ног, крики становились громче и громче. Сама классная комната находилась где-то в центре коридора, но всё же немного ближе к лестничной площадке, поэтому было слышно как кто-то пробежал мимо класса, крича, через несколько секунд послышался ещё топот, беспорядочный – явно кто-то бежал за ним.

-Все оставайтесь на своих местах, - скомандовал учитель и с недоумевающей миной на лице пошёл к двери. Остановился, прислушался. Крики продолжали доноситься, их стало ещё больше, теперь они были слышны со всех концов школы. Учитель приоткрыл дверь, как она сразу же с грохотом захлопнулась, ударив его по лицу. Послышалось падение, и не только учителя (Стены тонкие – слышно всё). Кто-то явно врезался в дверь и после столкновения не удержался на ногах.

Половина учеников вскочила со своих мест, другие остались сидеть, пялясь то на учителя, то на дверь, тупо ворочая головами с открытыми ртами и хлопая глазами. Один Женя подбежал к учителю.

Артём озадаченно глядел, приподнявшись над партой и облокотившись на неё кулаками:

-Странно, - было в его голове, - я вроде бы помню этот момент, помню, что Женя подбежал к учителю, помню, что…

Сильно ударившаяся дверь не осталась на месте, а медленно и скрипуче отворялась обратно всё это время, и как раз в этот момент размышления Артёма о дежавю в класс с рыком ворвался человек, с головы до ног в крови. Остановившись на долю секунды, он, подобно слепому, уставился вдаль. Человек стоял не прямо, а скорчившись и подавшись вперёд, руки чуть разведены в сторону, а ноги были в таком положении, с которого мгновенно можно сорваться в быстрый бег. Прямо в полуметре от него сидел Женя, и, держа на руках голову учителя, с открытым ртом смотрел на него, явно узнав в нём своего знакомого:

-Коля? Ты…

Тварь, быстро повернув голову в его сторону, не дала окончить вопроса, и накинулось на него. Класс загудел от воплей и криков. Вопил не только упавший Женя, в лицо которого вгрызался этот самый Коля, а ещё и одноклассницы Артёма, просто сидя на месте, крича и изредка замолкая, чтобы набрать воздух в лёгкие и продолжить свой «концерт».

Кирилл, видимо самый первый пришедший в себя, кинулся в буквально смысле сдирать тварь с Жени, опрокинув при это свою парту. Артём ринулся ему на помощь. Еле отцепив, они отбросили его, не очень-то опасаясь за его здоровье, ибо он с хрустом стукнулся об шкаф и сразу же осел, как полный мешок с песком или ещё чем-то в этом роде, поникнув головой.

Лицо Жени было полностью в крови и укусах, а на левой щеке отсутствовал довольно-таки большой кусок, его глаза сделались большими, словно пытаясь вырваться из орбит, он быстро перекидывал взгляд во все стороны.

-Помоги мне, - коротко, как отрезал, проговорил Кирилл, подсаживаясь к Жене, и, достав белый носовой платок, начал прикладывать его к ранам. Женя словно дар речи потерял – единственное, что от него было слышно – негромкое поскуливание каждый раз, как платок касался его лица. Артём поддерживал ему голову. В классе воцарилась мёртвая тишина. Кто-то на задних партах тихо шептался, кто-то просто сидел на месте, отходя от шока. Учитель вовсе потерял сознание и сидел на полу, подпираемый партой. Несколько человек подошли к двери, выглядывая в коридор, крики всё ещё доносились со всей школы.

Женя перестал панически оглядывать всё и вся и уставился глазами на Артёма. Он лежал так ещё минуты две, еле дыша и не говоря ни слова. Платок Кирилла полностью пропитался кровью, и он даже изредка начал его выжимать.

-Да кто-нибудь принесёт мне тут аптечку или нет?! – сквозь зубы рявкнул Кирилл, оглядывая одеревеневший класс. Кто-то подбежал к шкафам, уставленным вдоль задней стены и начал в них рыться. А Женя всё также смотрел на Артёма пронзительным взглядом, чуть всхлипывая и покашливая от попадающей в горло крови, и почти не моргая. Через секунду его взгляд рассредоточился, он будто бы начал смотреть сквозь Артёма, смотреть куда-то на стену.

Подбежал Дима, паренёк небольшого роста, с тёмно-русыми волосами, с большой белой пластиковой коробкой, на крышке которой был красный крест, и протянул её Кириллу.

-Уже не надо… спасибо, - еле слышимо проговорил Кирилл, не глядя на Диму. Он снял пиджак и закрыл им лицо Жени.

-А вот мне не помешала бы! – Донёсся сзади них голос Славы. Он сидел возле учителя, приложив два пальца к его шее.

Тут Артёму пришла, как ему показалась, самая гениальнейшая мысль за весь этот день: надо закрыть дверь.

И как раз в этот момент раздался крик: тварь на подобии той, которая сидела у стены с поникшей головой, влетела в дверной проём и вгрызлась в шею Насти. Рядом с ними стояла Аня, колотя изо всех сил по багровой от крови спине существа кулачками, пока оно не обратило на неё внимания: бросив дрыгающую в судорогах Настю, он накинулся на неё, пригвоздив к двери: девушка завизжала, но сразу же затихла и обмякла, после того, как ударилась головой об край двери.

Артём быстро метнулся к существу и, врезавшись в него плечом, сбил с ног, и вместе с ним вылетел в коридор, стукнувшись об стену. В голове у Артёма всё перемешалось, в глазах потемнело, он ничего не слышал. Затем он почувствовал, как кто-то крепко схватил его за руку и начал медленно её тащить. Он тряхнул головой, и дымка начала потихонечку развеиваться. Его глазам предстала морда твари: бешеные нечеловеческие, животные глаза, всё лицо было измазано в крови, а рот был открыт. Существо пришло в сознание раньше него, но также как и он сильно тормозило. Артём почувствовал, как что-то холодное и склизкое струиться по его руке. Артём перевёл взгляд на свою руку – в неё крепко вцепились две синеватые окровавленные кисти, а прямо между ними на рубашку лилась красноватая жижица - что-то вроде смеси слюны с кровью. Рукав рубашки быстро окрасился в красный цвет и прилип к коже. Рука медленно, но верно подносилась ко рту мертвяка, Артём вдруг понял, что не в силах даже пошевелиться. Как окаменел. Такое ощущение, что эти секунды тянулись как целая вечность. Он будто наблюдал фильм в замедленной съёмке: вот тварь уже шире разинула рот и…вдруг дёрнувшись, рухнула прямо на Артёма.

Сзади стоял Кирилл, в руках у него был стул, а с кончика его металлической ножки свисала небольшая красная капелька, вот-вот готовая упасть. Позади Кирилла стоял Слава, и как только Кирилл нанёс существу удар, и то упало, Слава кинулся к своему соседу по парте, скидывая недвижимое окровавленное тело с Артёма. Вместе с Кириллом они втащили его в класс, посадили на парту. Слава сразу же большими прыжками добрался до двери, затащив в класс ещё и Аню, девушку без сознания, закрыл дверь, сняв со штанов ремень и замотав им ручки дверей – благо класс имел двухдверный выход, одна дверь которого вечно была закрыта.

Суета. Где-то в классе плачет девушка, Кирилл со Славой стоят около двери, пытаясь привести в чувство потерявшую сознание девушку. Дима сидит около учителя, держа в руке его запястье, затем поворачивает голову к Кириллу, окликает его, что-то коротко говорит, затем качает головой. На полу лежи труп, накрытый пиджаком, кровь густой красной лужей растеклась вокруг его головы и вышла за пределы пиджака. Тварь, осевшая мешком, так и недвижимо сидела у стены. У кого-то в классе началась истерика, а если трезво оценить ситуацию, то хотя бы немножко адекватными тут были лишь несколько человек, к числу которых вполне можно было отнести Артёма, ибо он не бегал по классу, рвя на себе волосы и крича во всю глотку. Остальные, либо рыдали, либо молча сидели и тряслись, иногда бормоча что-то под нос. Кирилл подошёл к Артёму:

-Нормально? – спросил Кирилл, глядя на своего друга – тот кивнул. Хотя как всё это можно назвать нормальным?

Артём начал приходить в себя, привстал и повернул голову к окну: солнечная и ясная погода сменилась пасмурной, всё небо заволокло тучами, и начало потихоньку покрапывать.

Крики. Повсюду крики. Нет, даже вопли. Нечеловеческие такие. Где-то вдалеке послышали хлопки, неразборчивые, иногда редкие, иногда частые, изредка прерываемые на секундные паузы.

Кирилл стоял, скрестив руки на груди, и о чём-то говорил со Славой. Вдруг Артём краем глаза заметил, как тело, прикрытое пиджаком, дернулось.

Не успев огласить свои мысли Кириллу и Славе, Артём в ужасе подпрыгнул на парте, оттолкнув её немного назад, отчего обратил на себя всё внимание класса – тело медленно начало приподниматься, пиджак потихонечку начал сползать вниз. Мутные, с белой пеленой глаза уставились на Артёма. Холодный, пронизывающий до мозга костей взгляд, он был таким же, как и у того, что пытался полакомиться его рукой, он был таким же… мёртвым.

Теперь, издав вялый, еле слышимый хрип, существо, которое раньше являлось Женей, приковало к себе взгляды всех в классе. Воцарилась полнейшая тишина. Кирилл со Славой, не шевелясь, стояли с разинутыми ртами.

Тварь, продолжая пялиться на Артёма, издала протяжный тонкий рёв и попыталась встать. Все попытки у неё были неудачными: то она заваливалась на бок, то руки подкашивались и оно опять возвращалось в лежачее положение. Артём первым пришёл в себя и, набравшись смелости, решил последовать примеру Кирилла: стул – размахнуться - ударить. «Живчик», как его уже мысленно окрестил Артём, упал на спину от прямого удара в голову. Но через пару мгновений снова продолжил свои попытки. Артём тоже не стал унывать и опять ударил, на этот раз нанёс удар сбоку. Голова «живчика» дёрнулась, а затем он медленно и грузно начал коситься набок, пока окончательно не достиг пола: на виске красовалась небольшая дырка, из которой вскоре начала литься багровая, почти чёрная струйка тягучей жидкости.

Глаза Артёма были настолько выпученными, что казалось, они вот-вот выпадут из орбит, а сам Артём продолжал наносить удары по голове «живчику», ножка стула уже погнулась, а цвет её стал вместо светло-синего красным.

Удостоверившись, что голова существа превратилась в кашицу, он откинул в сторону стул и обернулся. Весь заляпанный в крови, с бешеными глазами - теперь он сам напоминал одного из этих, не до конца мёртвых, не до конца живых, даже с галстука вот-вот готова была упасть красная капелька…

Настя перестала дёргаться и теперь лежала, сжимая своё горло, из которого сильной струйкой била кровь.

Кромешная тишина.

Теперь дошла очередь и до Насти: её тело дёрнулось, она начала подниматься.

Шаги, остановка, затем опять шаги, опять остановка и глухой звук удара – Настя больше не поднимется.

Вдруг зазвучала музыка на мобильном Артёма - тот и ухом не повёл, стоял как вкопанный с закрытыми глазами. Затем он почувствовал, как кто-то трясёт его за плечо, сильнее и сильнее. Он поворачивает голову и…

Солнечный свет ударил в глаза. Он сидел на полу, возле кровати, а Саша легонько теребила его за плечо с очень озадаченной миной на лице:

-Я тебя уже минут пять добуживаюсь, - надув щёчки и сделав обиженный вид, проговорила она.

Ваша оценка: None Средний балл: 6.8 / голосов: 11
Комментарии

родной, брось, не твое это

"в носу слышался запах утренней росы"? - не позорься

Не Вам указывать, бросать ли мне или писать дальше, и я Вам не родной.

Два раза "нечеловеческие такие"

про запах утренней росы в носу уже было сказано

"боком корпуса"- по идее плечом он врезаться должен был

2 Quite- ненене, пусть пишет

Быстрый вход