Наваждение (глава 03)

Неслуживший Сержант отметил свое 26-летие (днюха была 14 числа), протрезвел и снова взялся за работу. Новая глава "Наваждения". Четвертая на подходе.

03

Как он попал сюда?

Перед ним тарелка с остывшим ужином. В руке зажат распечатанный конверт с посланием. Рыжая стерва, сидящая за столиком напротив него, невинно улыбается, чуть склонив голову набок.

Кроме них двоих, в ресторане никого нет.

- Во что ты меня втянула? И зачем?

- Извини, что так получилось. Но я не рассчитывала, что они так быстро выйдут на меня.

- За мной будут охотиться?

- Верно.

- И если меня найдут – то прикончат?

- Точно.

- И ты собираешься мне объяснить – что вообще происходит? Или нет?

- Придет время – и ты сам все поймешь.

Она поднялась, чтобы уйти, но он схватил ее за руку.

- Постой! Да погоди же! Что я там должен найти – ответь мне?!

- Поймешь, как только увидишь.

Она выдернула руку и поглядела куда-то за витрину, но вдруг побледнела, и глаза ее расширились от ужаса.

Денис обернулся к стеклу.

По витрине снаружи медленно сбежала багровая струйка. Денис задержал дыхание, глядя, как она прокладывает себе путь по стеклу сверху и до самого низа.

Это кровь?

Рядом сбежала еще одна струйка. Потом еще одна. И еще несколько. И через секунду целые реки крови хлынули откуда-то сверху, полностью затопив витрину, сделав непроглядным мир по ту сторону стекла…

Денис проснулся в холодном поту.

Мужик в кепке и солнцезащитных очках и с тлеющей сигаретой во рту лениво повернул к нему голову. Затянувшись, он выпустил через ноздри облако сизого дыма.

- Продрыхся, родной? – спросил он. – На выход пора.

А, ну точно… Веселый таксист…

- Сейчас…

Денис потянул на себя запор, толкнул дверь и вывалился из машины под ясное голубое небо. Дневной свет больно резанул по глазам.

- Эхе-хе, – покачал головой таксист. – Совсем хреново, да?

Денис выпрямился, но его повело, и он оперся рукой о машину, чтобы не рухнуть наземь.

- Где я? – выдавил он. – Ты куда меня привез?

- Куда велено было.

Мучительный спазм скрутил желудок. Отбежав от машины, Денис согнулся пополам, и из него наружу хлынул бурный поток – остатки недоеденного ужина, перемешанные с желчью.

- Бывает, - хмыкнул таксист, отбросив окурок.

Вытираясь носовым платком, Денис огляделся.

Похоже, день движется к полудню, солнце почти в зените. «Волга», на которой Денис приехал, стоит на обочине дороги перед синим указателем с надписью… Денис присмотрелся: ВОЗНЕСЕНСК – 500 М. По обе стороны шоссе высятся плотные бесконечные стены из деревьев.

- И что я тут делаю?

- Вопрос не по адресу, – усмехнулся таксист. – Я только людей развожу. Короче, моя работа тут закончена, теперь начинается твоя. Вещички свои не забудь.

- Вещички? – нахмурился Денис. Откуда у него вещички? Он точно помнит, что вещей у него с собой никаких не было.

- А ты в багажнике посмотри.

На еле гнущихся ногах Денис обошел «волгу», открыл заднюю дверь. И впрямь – в багажнике лежит дорожная сумка. Денис потянул ее на себя – тяжелая, хотя набита чем-то мягким. Свалив ее наземь, он вопросительно уставился на таксиста.

- У нас все схвачено, - осклабился тот, выглядывая из окна. – Ну, бывай, парень.

Махнув рукой, он дал газу. Дениса обдало пылью из-под колес. «Волга» рванула с места, и задняя дверь по инерции захлопнулась. Денис разинул рот, намереваясь что-то крикнуть вслед, но через считанные мгновенья машина скрылась вдали.

- Эй! – опомнившись, выкрикнул он. – Какого хрена, а?!

Но претензии предъявлять уже некому. Он остался у обочины совсем один.

Одежда на нем все еще влажная. Сколько он проспал? Как далеко его увезли? Ничего не понимая, Денис уселся на сумку и стал массировать виски.

- Черт…

Дымить он бросился два года назад, и по сей день о куреве не вспоминал, но сейчас он бы с удовольствием выкурил сигаретку-другую. Да и вмазать не помешало бы. Раз уж такое дело…

Он обшарил себя по карманам. При нем нашлись паспорт, блокнот, авторучка и бумажник, в котором пять сотенных купюр.

В кармане плаща завалялся инструмент филиппинских рыбаков, отобранный прошедшей ночью во время рукопашной схватки. Взяв нож в руку соединением вперёд, указательным и большим пальцами он взялся за ножку без защёлки. Взмахом он откинул от себя вторую ножку с лезвием, вторым движением перевернул ручку в руке на 180 градусов. Третьим движением свободную, ручку он взмахом вернул в руку. В памяти всплыло, как ловко и быстро орудовал ножом его соперник в драке, у Дениса способности куда скромнее. Ему этим ножичком разве что колбасы нарезать…

Спрятав нож, он извлек телефон. Аппарат оказался включенным, но батарея почти разряжена, и денег на счету почти нет. Как нет и доступа к сети.

Ну, да ладно.

Он отволок за придорожные кусты сумку, расстегнул и стал вытаскивать наружу уложенные в нее вещи.

К его радости, ему досталась сухая и практичная одежда. Вот же гады, кто бы это все не затеял, но в предусмотрительности им не откажешь. Стало быть, у него появился заботливый работодатель? Занятно.

Хэбэшные штаны – новенькие, хрустящие, не камуфлированные, но цвета хаки, не только с клапанами на коленях и карманами-врезами по бокам, но и с задними карманами, да еще и с усилительными накладками в области коленей.

Майка цвета хаки – самая обыкновенная.

Светло-зеленая кепи – ничего необычного.

Кожаный солдатский ремень – ну надо же. Нахлынули воспоминания. У Дениса такой был в юности – но тот был с тяжелой латунной пряжкой. Такой ремень молодежь частенько использовала в качестве оружия, он брался в особый хват, из которого его невозможно было вырвать и выбить, а острые края пряхи могли нанести страшные раны. Без пряжки это никакое не оружие, но тоже сойдет.

Функциональный жилет черного цвета, с множеством карманов различного объема на липучках и на молнии, окантованный по срезам прочной лентой.

Комбинированные черные ботинки с высокими берцами и мягким кантом, плотно обхватывающим ногу. И как раз нужный размер.

Нижнее белье, носки, шнурки – необходимые мелочи.

Ну что ж, если раньше у Дениса и были подозрения, что его просто разыгрывают, то теперь они рассеялись. Его и впрямь решили подготовить к экстремальному походу.

О, ему даже предоставили инструмент для работы. Табельное орудие американских военных фотографов – камера Nikon D700. Денис невольно хмыкнул – он такой давно хотел, еще бы систему ночного видения Nightstalker II к нему в придачу. Влаго- и пылезащищённый корпус, имеется даже ультразвуковая система удаления пыли с матрицы - неплохо. А чтобы сделать этот фотик противоударным, можно его резинками обклеить самостоятельно, а можно просто шнурком к руке привязать, чтобы не падал – Денис к этому привычный.

Единственная проблема – камера выглядит слишком новой. Но в таких случаях обычно помогает изолента – камера обклеивается вдоль и поперек, так, чтобы складывалось впечатление, будто камера только благодаря этой изоленте и работает.

В сумке нашлись и деньги – пачка жидкая, пересчитывать Денис не стал.

Флакон с таблетками. Это уже наглость. Можно подумать, что кому-то вся его подноготная известна. Однако, за заботу спасибо, свои таблетки у Дениса почти закончились, без них ему придется туго.

А это еще что? Связка ключей? Красный овальный брелок с цифрами 127. Денис потряс ею в воздухе, разглядывая со всех сторон, а потом стал перебирать. Вот этот ключ явно от чьей-то квартиры... А этот – от машины. Так ему полагается личный транспорт? И еще несколько – непонятно от чего.

А на самом дне сумки он откопал…

Ну, нет. Этого еще не хватало.

В ладонь легла шероховатая рукоять пистолета – хорошо легла, как влитая. «Глок-17» - наверное, лучшее оружие в своем классе, убийственное, надежное, чертовски удобное, простое в эксплуатации, износостойкое, разбирается при помощи гвоздя – полный список достоинств и почти нет недостатков. Раньше Денису приходилось держать в руках только ПМ и АПС – даже не стрелять, а чисто держать в руках для понтовой фотографии. Теперь есть, с чем сравнить. От АПС, как помнится, веяло грозной силой, огневой мощью, а этот «глок» - просто элегантное и компактное орудие убийства, пистолет для рук изнеженных и немощных. Ну точно для Дениса. Гм…

Денис выщелкнул магазин – семнадцать патронов в обойме. Кроме пистолета, в бауле нашлись еще два полных магазина про запас.

Но вот на кой хрен ему нужен пистолет? Только для самообороны или для чего-то еще?

И тут же в памяти всплыло исполосованное шрамами лицо, которое он видел на призмотроне в городе – то ли в бреду, то ли просто померещилось.

УБЕЙ ЕГО.

И жуткая боль поднялась из глубины внутри черепной коробки, охватывая всю голову целиком, сдавливая ее тисками.

«Ну, уж нет».

Он закатился колесами, посидел немного, и его отпустило.

«Я в киллеры не записывался. Это уж без меня. Но тогда что я здесь делаю?»

С другой стороны, ему стало интересно. В жизни назрело приключение, которого он давно хотел. Да, теперь он готов себе в этом признаться – приключения ему не хватало, и он его получил. Не имеет права жаловаться. А уж с деталями он как-нибудь разберется по ходу пьесы.

В темпе переодевшись, он запихнул прежние шмотки вместе с камерой в сумку. Потом взвесил в руке пистолет, раздумывая, куда бы его спрятать. Кобуры ему не дали, и он его воткнул во внутренний карман жилета, по клапанам рассовал запасные магазины. От полицейских теперь следует держаться как можно дальше. Говоря по-хорошему, ему бы следовало избавиться от этой штуковины, тем более что он не в Бейруте, а где-то в средней полосе России. Однако впервые в жизни он стал объектом целенаправленного преследования, и его всерьез хотят прикончить – в чем он убедился вчера вечером. А раз так, то ему придется поступиться кое-какими профессиональными принципами.

Ну что ж, для полного счастья не хватает только карты, чтобы выяснить точные координаты. Об этом следует позаботиться в первую очередь – как только он доберется до города.

В новую одежду он переложил нож, бумажник, документы, ключи. Открыв блокнот, он почесал авторучкой за ухом, раздумывая о том, как начать. В конце концов, он записал первое, что пришло ему в голову:

«День 1. Прибыл на место. Город называется Вознесенск. Понятия не имею, что это за дыра, и где она находится, но вряд ли за пределами области. Понятия не имею, что я здесь делаю, и чего от меня хотят. Точно знаю, что меня преследуют и пытаются убить, а это значит, что я вляпался в какое-то дерьмо. Чем дальше – тем интереснее…»

Решив, что для начала этого вполне хватит, Денис спрятал блокнот в жилет и поднял на плечо сумку.

Выйдя обратно на дорогу, он огляделся – но шоссе в обе стороны пустынно, ни машин, ни пешеходов. Он напряг слух – но кругом царит напряженная тишина, будто природа в этом захолустье затаилась в ожидании чего-то недоброго. Ждет ли здесь кто-нибудь одинокого фотографа? Пора бы и выяснить – что к чему.

Набрав полную грудь чистого, свежего воздуха, он с шумом выдохнул – и зашагал по трассе в направлении города.

Под дорожным указателем он пару минут потоптался на месте, словно опасаясь перешагивать незримую черту, отделяющую привычный для него мир от неизвестности, что ждет впереди. Собравшись с духом, он сделал шаг вперед – и дальше пошел уже с мыслью, что обратного пути нет.

Лес, тянувшийся с обеих сторон дороги, вскоре заметно поредел, расступился, трасса пошла с холма, идти стало легче.

Из-за поворота дороги показалось поле, тянущееся к городу, а затем Денис прошел мимо потрескавшейся семиметровой бетонной стелы с огромной надписью: «ВОЗНЕСЕНСК».

Город впереди простерся явно немаленький. На горизонте тянется серой лентой река, теряющаяся между домами, а за ней виднеются трубы какого-то завода. Чем ближе к городу, тем все более мрачное впечатление он создает. Он почти заброшен, и это уже бросается в глаза. Должно быть, много лет назад это был типичный советский моногородок с единственным предприятием, дававшим населению жизнь, но потом пришедшим в упадок и развалившимся. Население – наверное, тысяч сто. И Денис готов дать руку на отсечение, что с каждым годом людей здесь все меньше и меньше, поскольку народ перебирается в сытые застойные мегаполисы. Сколько таких городков по всей стране? Не упомнить.

По обе стороны дороги стали попадаться полуразвалившиеся глинобитные дома с участками по шесть соток, огороженными один от другого покосившимися деревянными заборами. Некоторые из жилых сооружений были во времена демократии обложены кирпичом, создавшим крепкую иллюзию надежности и благополучия, но большинство домов еще с советских времен осталось в первозданном виде – приземистые одноэтажные сараи с печным отоплением и удобствами, вынесенными на свежий воздух.

Дальше плотность застройки увеличилась, и пошли дома чуть поновее, уже кирпичные, двухэтажные, но такие же безжизненные, с разбитыми стеклами в окнах, либо вообще с заколоченными проемами, некоторые полусгоревшие, а некоторые – с провалившимися крышами.

А еще дальше частный сектор закончился, и вдоль улиц потянулись привычные грязно-серые коробки пятиэтажных панельных «хрущевок», всем своим видом настойчиво требующие капитального ремонта.

Денису стало смешно. Уж не хотят ли его заказчики репортаж о проблемах промышленного региона?

Люди на улицах, люди в автомобилях, люди в окнах домов… На какой-то миг у Дениса возникло давящее чувство, что взгляды всех этих людей устремлены на него, на чужака, явившегося в это тихое и спокойное, прямо как заброшенное кладбище, место – с какой-то целью, даже ему самому еще толком не известной. Денис почувствовал себя микроскопическим паразитом, проникшим в организм-носитель, а теперь окруженным антителами, которые намереваются извести его, пока он ничего не натворил. Он застыл на перекрестке, ощущая, как со всего города в его сторону направлены потоки пристального внимания. Город словно просветил насквозь незваного гостя, пытаясь заглянуть ему в душу и понять его намерения.

Ощущение стало нестерпимым. Стало страшно, всерьез страшно, но Денис быстро стряхнул с себя оцепенение. На него накатила злость. Ему и не в таких местах бывать приходилось, и если этот жалкий городишко вздумает его сожрать, то пусть попробует. В командировках часто бывало так, что Денису казалось, что все, конец неминуем, сейчас его накроет гигантская пасть, челюсти сомкнуться и начнут с хрустом перетирать его плоть и кости, но всякий раз, когда он уже готов был впасть в отчаяние, являлась неведомая сила и вытаскивала его из-под удара. Происхождение этой силы – наверное, главная загадка Мироздания. Временами Денису казалось, что у него и впрямь есть бдительный ангел-хранитель, который присматривает за ним и всегда готов вытянуть его за шкирку из любой трясины. Хотелось бы верить, что и в этот раз он своего подопечного не оставит.

Собравшись с духом, Денис двинулся дальше.

Впереди придорожный магазин – капитальное кирпичное строение с вывеской «24 ЧАСА», зарешеченными окнами и красной железной дверью под навесом.

За железной дверью – тамбур входа. За второй дверью тихо звякнул колокольчик.

Вполне привычная обстановка: тесный торговый зал, слева и справа холодильные шкафы, в глубине – дверь на склад, там же должен быть и санузел.

Ассортимент не пышет разнообразием торговых марок. По столичным меркам – сущее убожество, рассчитанное на неприхотливых дальнобойщиков, но Денису в самый раз.

На подоконнике мирно дрыхнет белый упитанный котяра. При появлении посетителя кот на мгновение приоткрыл глаза: один - голубой, другой - розовый, и опять уснул.

Прямо напротив двери прилавок, за которым устроилась молоденькая девушка-продавец. Едва слышно работает телевизор, по первому каналу крутят выпуск новостей, но девушка в это время листает какую-то книгу.

Бросился в глаза здоровенный, почти во всю стену, плакат с жутковатым изображением – на красном фоне скрещенные молотки и гаечный ключ между ними. Внизу подпись – ЗАО «Интертех». Должно быть, какое-то местное предприятие.

Сумка шлепнулась на пол, и Денис помассировал затекшее плечо. Подойдя к прилавку, он деликатно покашлял в кулак, но девушка-продавец не обратила никакого внимания. Тогда он отбарабанил дробь по столешнице, и девушка, отложив книгу, уставилась на него утомленным вопрошающим взглядом человека, которому на этом свете до смерти все осточертело.

- Да, я вас слушаю?

Денис поглядел на книгу, которую она читала. Его удивило, что книга в черном твердом переплете, без обложки и почему-то без наименования. Выглядит сурово. А он как-то привык уже к попугайной раскраске обложек книг, которыми забиты полки в магазинах.

- Мне бы холодненького… - сказал он. – Лимонад какой-нибудь. В стекле.

Девушка, оторвав круглую попку от креслица, стала рыться в холодильнике, внутри загремела стеклотара. Денис тем временем осмотрелся, пытаясь понять, что в этом магазине не хватает. Что-то явно не так, как везде. И наконец до него дошло – полное отсутствие рекламы, не считая того единственного плаката. Никаких ярких и броских наименований, никаких постеров и календарей, даже холодильники какие-то бесцветные. Странное дело. Поставщики плохо работают?

- И еще… - сказал он. – Тут где-нибудь дорожную карту купить можно?

- Неподалеку есть книжный магазин, загляните туда, - отозвалась девушка. – Там и карты, и атласы, и глобусы…

Она поставила на прилавок бутылку дешевого лимонада.

- Вы приезжий? – спросила она, заметив сумку.

- Да.

- Зря, - покачала она головой.

- Что – зря? – не понял Денис.

- Зря приехали. Туристам тут делать нечего.

Очень категорично сказано.

- Я не турист, я по делу.

- И какие у вас тут могут быть дела? – спросила девушка.

- По частному делу… Посмотрим.

- Езжайте себе дальше и не задерживайтесь. Совет даю.

Денис насторожился, потому что в ее голосе явственно просквозило нечто вроде: «Я тебя предупредила, и если тебе надерут задницу – то я не виновата», а Денису не раз приходилось слышать нечто подобное – в местах, где обычно сперва стреляют, а потом вступают в разговоры. Но те места остались в другой реальности, за десятки и сотни километров отсюда, и кажется немного странным слышать подобное здесь, в этом захолустном, но с виду таком тихом и спокойном уголке.

- Еще вопрос… - сказал Денис. – Мне бы денег на счет положить. Не вижу у вас автомата.

- На счет?

- Телефонный.

- А, вот оно что. Простите, но здесь нет мобильной связи.

Денис опешил:

- То есть как?

- Очень просто. Нет – и все. Мобильная связь тут не работает.

- Почему? – тупо спросил Денис.

- Мужчина, я вам не справочное бюро. Говорят же – мобильной связи тут нет. Вообще. И баланс пополнить негде.

- Ну, хорошо… А Интернет?

- Тоже нет, - отрезала девушка.

Денис в изнеможении провел ладонью по лицу сверху вниз.

- Серьезно? В этом городе нигде нет доступа к Инету?

- Представьте себе.

И ведь не врет, точно не врет. И не шутит. Глаза у девчонки серьезные, как у строгой учительницы.

- Покупать-то будете? – спросила она.

- Да-да… Конечно…

Переваривая новые сведения в бурлящем котелке своего мозга, Денис полез за деньгами. Час от часу не легче. Выходит, что о его местонахождении не знает и не будет знать ни одна живая душа – кроме тех, кто подослал к нему рыжую стерву с зелеными глазами. Впрочем, хоть какая-то связь тут есть? Денис, видимо, настолько привык к сотовой и Сети, что других способов уже и не помнит.

- А туалетом можно воспользоваться? – спросил он, положив на прилавок купюру.

Девушка закатила глаза:

- Конечно… Проходите…

Она посторонилась, и Денис просочился на склад, ощущая, как его мысленно жарят на медленном огне.

Распахнув дверь санузла, он замер на пороге. Взгляд уперся в зеркало, висящее над умывальником.

- Что-то не так? – окликнула его продавщица.

- Нет-нет, - глухо отозвался Денис. – Все в порядке.

Он так и не удосужился заменить зеркало в ванной у себя на съемной квартире – после того, как вдребезги разнес его кулаком неделю назад. Поэтому сейчас он не рискнул подходить к отражению прямо, а осторожно, очень медленно приблизился к нему со стороны.

«Я верну тебе твой истинный облик, Денис, - всплыло в памяти. – Положись на меня».

И, к его удивлению, обещание рыжей ведьмы сбылось. Небритое, неумытое, осунувшееся – но это именно лицо, а не гнусное расплывчатое пятно, пугавшее его последние дни. И в сознании тотчас что-то перевернулось, возникло странное чувство, как будто душу с изнанки вывернули обратно на нужную сторону.

Он ополоснул рожу холодной водой из-под крана и сразу почувствовал себя бодрее и увереннее.

Вернувшись в торговый зал, он снова обратился к продавщице с вопросом:

- Раз уж такое дело… Не подскажете, где можно остановиться на пару дней?

- Мужчина, посмотрите по объявлениям. Быть может, кто-то комнату сдает.

- А гостиницы?

- У нас последнюю гостиницу закрыли два года назад. Я же говорю – приезжим тут делать нечего.

Она снова уселась за прилавок и взяла в руки книгу, демонстрируя своим видом, что и говорить больше не о чем. Денис, пожав плечами, сграбастал с прилавка бутылку, подхватил с пола сумку и направился к выходу.

- Да, вот еще, - окликнула она его перед тем, как он открыл дверь.

Денис обернулся.

- Не советую ходить по городу после одиннадцати вечера, - предупредила девушка.

- У вас тут что – комендантский час ввели? – хмыкнул журналист.

- Доверьтесь моему слову. Ночные прогулки вам на пользу не пойдут, скорее наоборот.

- Ладно, приму к сведению, - кивнул Денис, и дверь за ним захлопнулась.

На улицу он вышел с тяжелым ощущением, что ему в этом городе совсем не рады – и хватило всего одной встречи, чтобы это понять. Но что будет дальше – он загадывать не стал.

Продавщица еще две минуты спокойно просидела за прилавком, листая книгу. Убедившись, что посетитель больше не вернется, она вытащила из-под прилавка старый проводной телефон и набрала нужный номер.

Ваша оценка: None Средний балл: 8 / голосов: 22
Комментарии

Супер. Вообще неповторимое ощущение, словно идешь с главным героем рядом, и переживаешь его историю вместе с ним.

Ставлю твердую 10. Жду продолжения.

Сержант сразу вспомнилось отец рассказывал про то как они в мариходки дрались. С армейскими ремнями кроили головы, спинки от кроватей снимали.

как всегда Сержант на высоте.10

+10. Еще!!!!!11

Есть вещи, ради которых стоит жить.

Есть вещи, за которые стоит умереть.

Но есть и такие, за которые могут сожрать...

+10 заинтриговал. Жду 4 части :)

________________________________________________________________

Страх. Люди гниют изнутри от страха. Они несут его в себе как заразу. Он войдёт в душу каждого, кто подхватит его. Он уже смутил твой покой

________________________________________________________________

Страх. Люди гниют изнутри от страха. Они несут его в себе как заразу. Он войдёт в душу каждого, кто подхватит его. Он уже смутил твой покой

Классно. +10! Талант!

__________________________________________________________

Возможно, наступит день, когда человек, предсказавший конец света, прославится секунд на 15...

Поздравляю с Днем Рождения, Сержант.

Теперь хочу высказать свое мнение по рассказу. Так вот, мне первая часть больше понравилась, чем вторая и третья. Буду объективным. Мне кажется, что рассказ стает все более сухим и схематичным. Если попытаться объяснить это шире, то мне кажется, что ты, Сержант, спешишь во время написания рассказа, но эта спешка не отображается именно на сюжете, с ним — все в порядке, но спешка написания отображается на том, что ты перестал уделять много времени тщательному описанию определенных эпизодов и через это нельзя в полную меру прочувствовать момент повествования... От этого сухость и схематичность. Вот например: почему ты так мало времени уделил описанию эпизода когда герой зашел в город? Этот момент не раскрыт надлежащим образом, ибо там можно было добавить много всего интересного, а ты это как-то поспешил проехать. К тому же остерегайся штампов, таких как кровавые струйки крови, стекающие по витрине... Понимаю, что это было нужно для сюжета, но все же — слишком распространенный ход. Это мое личное мнение, а ты поступай, так как желаешь, ведь каждый писатель волен писать свой рассказ так, как считает нужным.

________________________________________________________________________

И не говорите мне, пожалуйста, о терпимости. Для неё, кажется, отведены специальные дома.

Принято. Насчет схематичности ты прав, буду исправляться...

Добавь эпизодам больше детализации и эмоциональной насыщенности, как это было в первой части рассказа. Оставь докладное описание снаряжения героя, а больше удели внимания детальному описанию ключевых моментов истории, это касается и диалогов. Не спеши.

________________________________________________________________________

И не говорите мне, пожалуйста, о терпимости. Для неё, кажется, отведены специальные дома.

Когда продолжение??!

Кстати, окончания так и нет

__

Чем больше узнаешь, тем меньше веришь в бога (с)

Быстрый вход