Конкурс № 8. Часы больше не показывали времени

Часы больше не показывали времени. Разбитый циферблат и выпавшие стрелки говорили о том, что данное творение рук человеческих, было не способно работать в нынешних условиях. Сейчас, даже лежащее передо мною некое подобие древнего оружия смерти, именуемое некогда «автоматом», не вызывало никаких порывов беспокойства и страха, как сорок лет назад…

Я спустился с бархана и направился в сторону блестящего на солнце вездехода. Мой старый титановый зверь, переживший уже не одно столкновение с «облаком», был похож на старые автомобили конца 19 века, только в пять раз больше. Хотя, сходство было лишь внешним, и то отдаленным. Подходя все ближе к «корыту», так я называю свой многострадальный транспорт, стал замечать, что давление воздуха начало быстро расти. Точнее, заметил даже не я, а вживленные в био-скафандр датчики и «глаза». А как показывала практика проведенных здесь двенадцати лет, это верный признак приближающегося «облака». А все знают, там где «облако» – жизни нет. Я резко ускорился, а мой мозг уже отдал приказ на открытие аппарели моего корыта. Через несколько секунд спустя я влетел в уже начавшую закрываться аппарель, и со всего размаху врезался в стенку грузового отсека. Быстро раздувшиеся коконы защиты моего скафандра смягчили удар, но я все равно приложился прилично, и из моих легких вырвался весь воздух. Я упал на колени, судорожно сгибаясь пополам. Но, так долго нельзя находиться, совсем рядом «облако». Пришлось усилием воли подняться на ноги. Медицинский датчик уже считал параметры моего состояния и впрыснул в кровь медикаменты. Мне заметно стало легче и я начал пробираться в кабину. Пролезая через узкие для скафандра коридоры, не один раз задевал висящие на стенах приборы и инструменты, а те, в свою очередь, со звоном падали на пол. Пробравшись в кабину, я активировал ручное управление и, усевшись удобней в противоперегрузочное кресло, нажал рычаг экстренного ускорения. Рвануло так, что меня вдавило в кресло со всей мочи. В глазах на мгновение потемнело, а потом сознание отключилось окончательно.

В себя я пришел оттого, что на обзорных экранах появилась красная прозрачная картинка тревоги, сопровождаемая противным зуммером. В голове немного гудело, но с каждой секундой гудение и сопровождаемая им боль проходили – заработали препараты введенные скафандром после падения. Хотя. Еще, будучи с «протуманенным» сознанием, я вызвал окно состояния моего био-костюма. Обзорные экраны вспыхнули ослепительно ярким светом, отчего я зажмурился. Когда глаза привыкли, посмотрел на бегущие строчки информации. Корыто потерпело крушение около часа назад. Препараты вводились на протяжении всего этого времени. У меня было сломано четвертое правое ребро и возникла трещина в правой же руке. Окончательно придя в себя, я пробежался глазами по, только что вызванным, идущим строчкам окна обстановки. Целостность корпуса… 54%. Щит энергоустановки реактора… 12%. Герметичность внутренних полостей…0%. Система жизнеобеспечения…отключена. Реактор…нестабилен. Время восстановления…невозможно. черт! Что же такое произошло?! Я быстро перелистал журнал до начала ускорения. Так, посмотрим, что случилось. Ускорение стабильное, максимальный барьер преодолён через 2 секунды после старта. Дальше… мое отключение… на 72 секунде полета обнаружен контакт внешней обшивки с «облаком»… Ясно. Хорошо, что весь не влетел, автоматика вовремя изменила курс. Так, смотрим дальше… Загрузка новой траектории полета… падение мощности энергощита установки. Все понятно, падение мощности привело к нестабильности и падения некоторых систем челнока. Дальше… вышли из строя колеса и главные двигатели. Пролетел на маршевых все оставшееся время. Потом гироантенны поймали сигнал, и главный компьютер произвел расчет новой траектории движения. Стоп! Какой еще сигнал? Раскрылся подробный лог момента, когда антенны поймали сигнал. Направление юго-восток, расстояние 400км, расчетное время 3:22. Тип сигнала – коротковолновые радиочастоты. Смотрю дальше… ничего интересного. Корыто взяло курс на источник сигнала. Потом резкое падение мощности реактора, что привело к экстренной посадке, видимо следствие контакта с облаком. При посадке отлетели колеса и двигатели. Корабль упал как камень, брошенный в пустыне. Все системы отказали. Перезапустить их невозможно из-за нестабильного состояния реактора. Значит, надо посмотреть журнал, выявить последнее местоположение и расстояние до источника сигнала. Система скафандра вывела запрашиваемую часть файла… Направление Юго-восток, Расстояние 4.4км, расчетное время 0:17. Источник практически рядом! Так чего же я тут жду! Столько лет прошло и постоянно тишина, а тут сразу радиосигнал. Я встал с противоперегрузочного кресла. Оно, имеет свойство, постоянно находится в горизонтальном положении. Но так как сейчас реактор не работает, то и система искусственной гравитации тоже отключена. Поэтому я спрыгнул не на пол, как привычно, а на потолок вездехода. Пошарил немного в перевернутом с ног на голову техническом отсеке. Сложил в походное грави-кресло несколько батарей, две банки питательной жидкости био-скафандра и немного еды для себя. Выбираться я решил не через техническую аппарель, а через люк в дне корыта. Но до него нужно было еще и дотянутся, поэтому пришлось еще и опору поискать среди всякого хлама. Найдя все-таки несколько металлических ящиков, мне удалось соорудить некое подобие ступеней. Взобравшись наверх конструкции, я нашел в небольшом углублении справа от люка маленький рычажок. Потянул за него и услышал шум работающих аварийных генераторов, приводящих в движение сервомоторы запирательного механизма. Люк резко сдвинулся в сторону. Вместо ярких солнечных лучей внутрь начали проникать сумерки, свидетельствующие о скором приближении ночи.

Выбравшись наружу, я начал осматриваться. Оказалось, что корыто упало посредине дороги в разрушенном мегаполисе, некогда бывшим домом для миллионов людей, а сейчас ставшим лишь частью природного пейзажа местности. Снаружи, первым делом, осмотрел упавший челнок. На том месте, где раньше были колеса, теперь красовались небольшие рваные дыры. Шасси было выдрано с мясом, да еще в придачу одна из стоек пропорола корпус на полтора метра. С главными двигателями ситуация была не лучше, о их прошлом наличии, в отличии от шасси, свидетельствовали только выдранные крепежи и пучки оторванных проводов. Больше заморачиваться осмотром я не стал, у меня были сейчас более важные дела. Следовало найти источник сигнала, а корыто все равно больше не подлежит ремонту, по крайней мере, при нынешних обстоятельствах.

Включил навигатор и загрузил в него полученные с главного компьютера корыта данные по радиосигналу. Система био-скафандра за доли секунды обработала информацию и вывела с правого края небольшую красную линию. Я повернул голову вправо, и некогда красная линия поехала влево, превращаясь в полупрозрачный квадрат, указывающий местоположение источника сигнала. Снизу квадрата показывались несколько цифр, из каких было видно, что до цели всего четыре километра. Пробираться по руинам к источнику, это то же самое, что ходить по щебенке босяком, постоянно приходиться искать место куда ступить. Неверный шаг может привлечь за собой падение, и не дай Бог, ты упадешь на старую арматуру или кусок металлической обшивки. Тогда даже скафандр не спасет, не рассчитан он на такие повреждения, не боевая модель. Немного подождав, я начал свой путь к «загадке», к сигналу, который, возможно, единственный на планете.

С обеих сторон некогда ровной и чистой магистрали стояли коробки многоэтажек. Некоторые давно уже обрушились и их обломки теперь создали на дороге ковер, по которому не так-то просто передвигаться. Время от времени начали попадаться насквозь проржавевшие остовы автомобилей, некоторые даже наполовину были скрыты обломками и навеявшим песком. Большинство же находилось под метровым слоем кирпича и блоков обрушившихся зданий. Цвет отдельных экземпляров еще удавалось угадать, из-за оставшихся пластиковых частей кузовов… Справа показался большой грузовик с металлической цистерной придавленный упавшей частью стены дома. С окна свисала рука водителя. Пройдя чуть вперед, я увидел посеревший скелет человека в синем порванном комбинезоне. Из-за чудом сохранившегося лобового стекла, прямо на меня, смотрели черные провалы глазниц усопшего много лет назад работяги. Возможно, он направлялся к себе домой, к семье, после трудного рабочего дня в надежде, что крепко обнимет свою любимую и детей, и поблагодарит господа нашего за то, что всё это у него есть... Сразу за грузовиком дорога разветвлялась на три полосы, разделенные некогда деревьями. Сейчас эти деревья превратились в сгоревшие столбы высотой с человека. Представьте себе полностью сгоревшую спичку, и вы приблизительно поймете, что я вижу перед собой. Средняя полоса была практически не засыпана. На ней стояли около двух десятков легковых автомобилей перегородивших дорогу. Пришлось постоянно перелезать через заржавелые скелеты этих машин. Несколько раз, ноги проламывали дыры в корпусах, и мне чудом удавалось удерживать равновесие. Пробирался через эти завалы я около часа. Потом что-то поменялось… Я начал натыкаться на лежащие тут и там останки людей и каких-то четырехлапых животных. Я только сейчас осознал, что до этого я видел лишь один скелет. Того самого водителя грузовика, придавленного плитой. Кости, иногда даже целые скелеты, валялись между обломками машин и каменных сооружений. Некоторые виднелись и в устоявших домах. Лежали на лестничных площадках… Дальше, на домах начали попадаться следы давних пожаров. Слева, метрах в трех над головой, висела оплавленная табличка одного из магазинов, красноречиво говорившая «Милый Дом». Да уж, милее некуда… Чем дальше я шёл, тем больше было напоминаний об огненной стихии, бушевавшей здесь много лет назад. Черные каркасы автомобилей, черные от копоти коробки домов, обугленные скелеты… На пути появился закопченный каркас автобуса с сохранившимся шасси, правда, без колес, те уже давно истлели в прах. Крыша превратилась в застывший бесформенный кусок металла на множестве неровных и таких же оплавленных колоннах. В средине я обнаружил множество маленьких, сплавленных друг с другом и страшно обгоревших останков. Я стоял и смотрел на них, не замечая времени. Мое воображение рисовало странные для теперешнего времени картины. Мельтешащие и смеющиеся дети бегали по автобусу, крича и радостно припевая какую-то песенку. Преподавательница пытается угомонить самых разбушевавшихся, но ее попытки оказались четными и маленькие проказники все равно продолжали заниматься своими делами. На первом сидении сидит маленькая девочка в цветастом платье и кушает мороженое на палочке. Оно начинает таять и стекает по ее ручкам прямо на платьице. Она, весело улыбаясь, слизывает потекший «нектар» со своих ручек… в этот момент яркая вспышка заставляет зажмуриться. Открываю глаза и вижу… Мороженное вмиг испарилось, палочка занялась, как и всё находящееся в автобусе и рядом. Нестерпимые крики давят на мою голову. Сердце начинает бешено колотиться, а к горлу подкатывает предательский ком. Я осознаю, что происходит, но не могу ничем помочь. Не могу ничего поделать… Я стою вначале автобуса и просто наблюдаю, как носятся горящие силуэты маленьких крошек. Отчаянные крики разносятся отовсюду. Страх накатывает волной, в глазах темнеет, но я сдерживаюсь, видимо скафандр вколол очередную дозу препаратов. Мои глаза закрыты. Я крепко сжимаю веки, боясь увидеть этот ужас еще раз. Крики детей, взрослых нестерпимым и болезненным потоком врываются в мой мозг. Я чувствую, как что-то начинает щелкать, все сильней и сильней приближается этот звук. Резко наступает тишина, я открываю глаза и зажмуриваюсь от вспышки… День. Уже день! А я лежу на спине и смотрю прямо перед собой. Руки колотятся, тело бьет мелкий озноб. По лицу стекает пот. Правая нога терпимо ноет. Я через силу подымаюсь и подползаю к ближайшему автомобилю. Опираюсь о его бок и смотрю перед собой. Через несколько минут я прихожу в себя. Нога начинает болеть все сильнее.

- черт! Скафандр пробит. Ну как же так? Когда?

Сейчас ниже колена правой ноги имеется двухсантиметровый шрам. Костюм сам себя излечил, но меня он так же излечить, к сожалению, не может. Все, что я видел, оказалось бредом. Датчики показывают температуру тела в 38,8. Медикаменты скафандра почти на исходе. Инфекция проникла в организм. Количество нанитов, введенных в организм, постоянно снижается. Они не в силе ликвидировать не запрограммированную угрозу. По спине пробежал ледяной пунктир. Похоже мне конец. А я еще подумывал жить вечно…

- Ха-хахахахах…- окружающее пространство залилось звонким смехом, чуть приглушенным скафандром.

Планета, наверное, 40 лет не слышала смеха. А я, как идиот, уже двенадцать лет пытаюсь найти выживших! И никого! «Облако» уничтожило всё. Нет больше зеленых лесов и заливных лугов. Больше не щебечут птицы и не воют волки. Нет больше всего этого… Сидел бы себе на орбитальной станции, и доживал свои оставшиеся годы. А нет! Захотелось старому пердуну на скончание веков выяснить, что произошло. А ведь обратно уже не вернешься. Шаттл не взлетит с посадочной полосы… Теперь подохну как последняя собака на задворках истории…

- Нихрена не подохну!- отрезал я.- Пока я не доберусь до источника, мне умирать нельзя! Столько лет прожить, и вот так просто всё закончить? Не дождетесь! Я вам покажу еще, на что мы способны…- Я посмотрел на парящее в трех метрах от меня грави-кресло, про которое уже стал забывать.

Скафандр впрыснул в организм ударную дозу анаболиков. Я поднялся на ноги. Схватился за кресло, и оно опустилось на уровень колен. Выкинул к чертовой матери пустые энерго-банки, которыми только что заправил заметно истощенный скафандр. Посмотрел на горизонт. Горизонт… Одно только название. Обломки были уже куда мельче, чем в начале моего пути, да и домов уцелевших было там поменьше. Цифра 2.1 под красным квадратом красноречиво говорила о том, что половина пути пройдена, а с грави-креслом я доберусь куда быстрей.

Держась рукой за кресло, я направился к своей цели. Может, я даже найду выживших людей, которые успели скрыться в убежище? Нет, что за бред!. Это так же вероятно как найти на марсе пшеницу. Ни одно убежище не может существовать без воздуха, а «облако» проникает через любые фильтры и заслонки. Я выжил лишь только потому, что имел био-скафандр высшей защиты и титановый вездеход. Опытные образцы, созданные для основания дальнего космоса прямо перед катастрофой, единственные в своем роде. Я постоянно убегал от облака на своем корыте, и лишь потому, что он развивал огромную скорость. В космосе медленно передвигаться нельзя, состаришься… Теперь мой путь лежит к концу моего путешествия. К точке невозврата. Я больше не смогу убежать от «облака». Меня больше не защищает плотная титановая скорлупа челнока-вездехода. Я теперь сам на сам с явлением, погубившим планету…

Ближе к цели ландшафт стал плоским. Не было ни одного камушка или горбика, ни одной выбоины или осколка строений. Ровная земля, больше похожая на серый песок, стелилась под моими ногами. До источника сигнала оставалась половина километра. Я уже рядом, рукой подать.

Вдали показалось что-то странное. Хоть бьющее прямо в глаза солнце и мешало обзору, но я смог увидеть то, что было впереди. Посреди идеально ровной территории находился совсем не вписывающийся в пейзаж блестящий куб, выступающий из земли. Красный квадрат целеуказания был наложен прямо на странно выступающий монумент. Ноги сами понеслись вперед. Я уже не чувствовал боли. Меня переполняла радость. Мне уже было все равно, что я найду впереди. Главное, что я нашел источник. За 40 лет ни одного сигнала, ни одного намека на жизнь, и теперь я нашел его! Нашел источник сигнала, функционирующее творение человека. Последнее на Земле. Я быстро бежал, на сколько позволял наполовину истощенный скафандр. Из-под ног подымалось много пыли, оставляя за мной шлейф песчинок. Тяжелое хрипящее дыхание постоянно давило на уши. Я ведь не бегал ровно 42 года. Я еще помню тот последний день на Земле. Когда меня провожали все родственники, коллеги, друзья. Помню, какую вечеринку мы тогда закатили. Я ведь должен был пробыть в космосе 2 года. А получилось вот как… А я ведь, в первые годы, еще хотел выйти в открытый космос без скафандра, но спохватился в последний момент. Не смог убить себя. А потом страдал много лет в одиночестве…

Пот заливал глаза, с боков запотели обзорные экраны. Начало болеть в боку. Оставалось 100 метров до цели. Я через свои силы бежал вперед, с нетерпением ребенка покататься на новом велосипеде. Жаль, что нельзя включить форсаж, энергия скафандра на исходе. В кубе теперь стало видно небольшую прямоугольную поверхность, отличающуюся по свету от основной.

- Это же дверь!- Прохрипел я про себя и поднажал.

Замигал и погас целеуказатель, когда цифра указывающая расстояние превратилась в ноль. Я добрался! Передо мной, закрывая меня своей тенью от солнца, находился входной шлюз в подземное убежище. Вид двери внушал уважение строителям и проектировщикам. Монолитные створки казались не пробивными даже для ядерного оружия. Не было никаких выемок и выпуклостей, идеально ровная поверхность со створками герметичных дверей в середине. Только справа была ручка, утопленная в корпус. Я взялся за нее дрожащими руками. Попытался повернуть ее в разных направления, но все было напрасно. Она стояла на своем месте не двигаясь. Тут я резко потянул ее на себя. Ручка начала медленно выезжать наружу. Я уперся здоровой ногой о монолит и потянул со всех сил. Она выехала на тридцать сантиметров и остановилась чуть согнувшись. Ближе к поверхности монолита было соединение, внешней и внутренней части. Я согнул ручку параллельно поверхности. Попробовал ее покрутить, и вуаля! Она поддалась, и со скрежетом начали открываться створки дверей. Крутить было тяжело, а створки отъезжали медленно. Наконец рычаг застыл на месте, и я стоял возле открытого входа. Передо мной был необычный лифт, размером с небольшую комнатку. Я зашел внутрь, за мной залетело грави-кресло. Блестящая металлическая коробка и ничего более. Быстро проведя внутри взглядом, я не увидел ни одной кнопки, никакого рычажка или чего-то похожего на них. Абсолютно ровная поверхность. Постоял пару минут внутри. Ничего не происходило, лишь свет проникал внутрь через открытые створки. Вдруг, раздался шум заработавших механизмов. Двери начали медленно закрываться. Когда они полностью сомкнулись, загорелся синий свет, потом он сменился ярким белым и из ребристого пола подули потоки синеватого дыма. Даже через скафандр я чувствовал, как мощно они били в меня снизу. Вверху лифта находилось что-то похожее на блоки небольших пропеллеров, которые всасывали исходящие потоки синего дыма. Пару минут меня обдувала пелена неизвестного мне газа. Потом все кончилось, и кабина лифта тронулась, быстро ускоряясь, вниз…

Через некоторое время опускающийся стальной гигант начал торможение и остановился окончательно. Двери начали открываться, передо мной возник черный проем пустоты. Впереди не было абсолютно ничего видно, свет из кабины проникал только на несколько метров вперед, высвечивая белую плитку на полу. Не долго думая я шагнул вперед, в неизвестность, в пустоту… Как только я перешагну через порог, до моего слуха донеслось потрескивание. Через мгновение, начали включаться лампы дневного света под потолком, показывая коридор. В конце имелась дверь, к которой я и направился. Когда я приблизился, она быстро отошла в сторону. Я опять увидел черный проем, ведущий дальше. Снова вошел внутрь и, так же как и раньше, затрескали включающиеся лампы. Множество продолговатых цилиндриков осветили поистине огромное помещение округлой формы, достигающее в поперечнике не меньше 80 метров и высотой потолков около пяти. Передо мной, вокруг центра размещались десятки столов с компьютерами и офисной техникой. Посередине всего этого находился небольшой постамент, на котором размещалось кресло, вокруг которого рядами висели мониторы. В кресле сидел человек, точнее то, что от него осталось. Я направился к нему, попутно осматриваясь по сторонам. На столах были разбросаны какие-то бумаги, графики и диаграммы. На полу сплошным ковром валялось множество такой же макулатуры. Попадалась разбитая техника: мониторы, принтеры и другое орг. оборудование. Некоторые столы были перекинуты. Несколько стульев валялось посреди прохода…

В кресле сидел человек в строгом костюме тройке. Со временем он превратился в настоящую мумию. Кожа обтянула кости, появилось множество морщин, а кожа приобрела сероватый цвет. Правая рука свисала с ручки кресла, держа в навсегда застывшей ладони пистолет. На виске еще была хорошо видна аккуратная круглая дырочка. Похоже, этого несчастного катастрофа застала не в самый лучший момент. А что ему еще оставалось? Выйти наружу и погибнуть мучительной смертью?! Да лучше уж так! И никаких мучений, и тишина…

Без церемоний схватил засохшую мумию и швырнул ее на пол. Она оказалась не такой тяжелой, как я думал. Труп упал и пролетел еще несколько метров, стукнувшись головой об ножку стола. Я сел на его место и повернулся в сторону самого большого монитора. Осмотрелся. На кресле имелось несколько кнопок. Среди них была самая нужная на данный момент, с надписью «ON». Ее я и нажал. Мониторы вокруг меня включились, и началась загрузка операционной системы. На экранах появился рабочий стол со стандартной конфигурацией. Я вытащил и подключил в разъем системный кабель моего скафандра. Система приняла новые настройки, и я начал просматривать файлы на сервере. Здесь хранилось множество информации, но в основном закодированной. А та, что была в свободном доступе, касалась только поставок продовольствия, горючего и разной ненужной ерунды. Однако меня привлекло совсем иное. Незашифрованная папка с названием: «А.В. Корюшкин – проект ‘Очистка’». В папке имелось несколько видеозаписей с датами, которые я решил посмотреть, все равно нечего делать уже. Включил первую…

«22 июля 2048г. 11:14»

На экране появился немолодой мужчина в деловом костюме. Костюм был похож на тот, в который была одета мумия. На заднем плане виднелись чем-то занятые люди. Некоторые о чем-то спорили, иные воткнулись в мониторы и что-то наблюдали. Мужчина выглядел довольным, про что свидетельствовали образовавшиеся морщинки у глаз. Седая щетина свидетельствовала о его немалом возрасте, хотя по виду ему титул старика не дашь.

- Работа над проектом закончена,- заговорил он.- Сегодня наконец нам дали добро. Это воистину великое событие. Годы кропотливой и тяжёлой работы не прошли зря. Сегодня, мы вступаем в новую эпоху на страницах истории. Мы наконец-то очистим нашу планету. Избавим нас от будущего, в котором вместо полей и лугов будут свалки с отходами. Наши исследования показали, что нанороботы справляются со своей задачей на все 200%. Экспериментальные резервуары очищены и состав переработан на составляющие. Все нужные разрешения от Союза Наций мы получили. Теперь осталось самое важное – запустить нанороботов и очистить планету. Ну что ж, до активации первой группы осталось 45 минут, я еще успею попить кофе и выкурить сигарету.

Рука мужчины протянулась к камере и изображение погасло.

«22 июля 2048г. 19:47»

На экране опять появилось уже знакомое лицо.

- Показатели потрясающие! Нанороботы перерабатывают отходы на составляющие с большой скоростью. По нашим расчетам и экспериментальным данным была намного меньшая цифра, но в данном случае, это даже лучше. Мы избавимся от свалок не за 10 лет, а за 4, а это уже огромнейший прорыв! Так что Нобель у нас в кармане.

Ученый заулыбался и снова выключил изображение, а плеер переключился на следующую видеозапись.

«24 июля 2048г. 12:25»

- В цент поступают непонятные сведения, которые противоречат нашим многолетним исследованиям. Колония нанороботов начала увеличиваться в геометрической прогрессии! Данное явление выходит за рамки возможного, подпрограмма нанороботов ставила строгие границы на популяцию особей. Все мы немного ошарашены произошедшим, но думаю, самоликвидация первой партии роботов неизбежна. Мы не можем ставить под угрозу будущее Проекта!

«27 июля 2048г. 23:58»

Перед экраном возник все тот же человек. Уставший вид и мешки под глазами свидетельствовали о недосыпании. Глаза, смотрящие прямо на меня, были как у ребенка потерявшего любимую игрушку.

- Это катастрофа!- обреченным голосом проговорил А.В. Корюшкин.- Мы этого никак не ожидали. Это против всех поставленных нами принципов! Колония отошла от места захоронения отходов и направилась в сторону города. Она уничтожает все на своем пути! Военные требуют применить самоуничтожение, но мы не можем… Мы, уже пробовали… Излучение больше не разрывает связи импульсов нанороботов, оно лишь отпугивает их. Мы работаем днем и ночью, дабы избежать наихудшего сценария, но, к сожалению, пока все четно.

«28 июля 2048г. 15:22»

Корюшкин выглядел все таким же уставшим. Пиджак висел на спинке кресла. Рукава рубашки закатаны чуть ниже локтя.

- Я не вижу другого выхода, как уничтожить колонию нейтронным зарядом. Мы связались с военными и, о чудо! Они в ярости, хотят нанести по городу тем же нейтронным зарядом, дабы уничтожить приближающееся к городу облако нанороботов. Эвакуация уже идет полным ходом, но всех спасти не удастся, нет времени… Они взяли за цель наш бункер, наверное, мы им слишком допекли, раз нас хотят уничтожить вместе с нашим творением. Ха-ха, допекли… Да они нас разорвать готовы!Заряд такой мощности опустошит все в радиусе километра, превратив в пыль. Созданный взрывом электромагнитный импульс уничтожит всю электронику, в том числе и нанороботов, на расстоянии 25 километров от эпицентра. Наш бункер должен выдержать прямое попадание и последовательный ЭМИ, но никто гарантировать ничего не может. Я в этом уже убедился…

«28 июля 2048г. 16:34»

- Люди покидают бункер. Никто не хочет оставаться, кроме меня. Я как капитан корабля терпящего крушение не имею право спастись первым. Я останусь, и буду наблюдать за происходящим…

«29 июля 2048г. 00:45»

- Полчаса назад эти суки сбросили на город бомбу. Бункер выдержал попадание, но люди, которые остались на верху…- он схватился за свои волосы и застыл в таком положении на несколько минут: - Города больше не существует,- продолжил он.- По военным каналам я понял, что облако не подверглось излучению. Извините, я не так выразился… оно оказалось устойчивым к импульсу! Это невозможно, структура нанороботов полна микроэлектроники, они должны были все сгореть, все до одного! А вот как вышло…

«29 июля 2048г. 18:00»

- Сегодня целый день дрожит земля. Армия переворачивает землю с ног на голову ядерными ударами и нейтронными зарядами. Я получил сообщение от третьей группы, которая покинула бункер первой. В ней состоял мой ассистент, он рассказал мне кое-то… В общем, уже 4 города стерты с лица земли, а наши «Вероятные противники» грозятся нанести массированные удары по облаку без нашего согласия. Все вокруг в панике. Облако растет с каждым переработанным граммом вещества. Оно уже размером около 18 километров, и быстро растет. По моим подсчетам если его не остановить, то стране конец через 2 дня. А если наши соседи еще и постреляют по нам из всего что есть, то уже и говорить не надо, что будет…

«31 июля 2048г. 18:33»

- Здравствуйте, мои слушатели. Возможно, мои записи больше никто и никогда не просмотрит, но я все же буду говорить… мне так легче… Мы ввязли в третьей мировой войне, но не это самое страшное. Облако уже «сожрало» страну. По нам лупят все кому не лень, правительство, судя по всему, уже уничтожено, как и всё населения…- человек отпил воды из стоящего рядом стакана.- Мы сотворили Ад, мы воплотили Апокалипсис и не можем ничего изменить. Нас уже не примут на небесах, слишком много крови на наших руках… - человек на минуту затих.- Колония продолжает свое неукротимое движение и уничтожает города, миллионы людей. Некоторые страны все еще пытаются создавать видимость спокойствия, но это ненадолго. Скоро некому будет создавать эту видимость…

«8 августа 2048г. 22:29»

- Уже день не улавливаю никаких сигналов. Вообще никаких! Спутники, посылающие сигналы, не в счет. С того что я понял при последней информации так это то, что такой континент как Евразия уже мертв. А Америка рвет сама себя на куски, пытаясь в туманных надеждах уничтожить нанороботов. Что же мы натворили…

«10 августа 2048г. 12:01»

На мониторе возник старик, да, именно старик! Впавшие щеки и глаза... В глазах застыл страх... На столе перед камерой лежал пистолет, и мужчина постоянно на него поглядывал.

- Простите нас. Простите нас за то, что мы натворили. Мы хотели сделать жизнь лучше, хотели вернуть планету к давнему состоянию… когда можно было стоять под дождем, без страха умереть от радиации и отравления тяжелыми металлами. Когда с неба падала обычная вода, а не гремучая смесь техногенных катастроф. Помните те времена, когда на рыбалку ходили чтобы наловить на завтрак рыбы, а не для уничтожения мутирующих особей. Когда собака была другом человека, а не состоявшимся хищником. Когда птицы пели завораживающую мелодию приносящую радость и спокойствие душе, а не этот душераздирающий визг. Когда… Ах! Еще можно сказать миллион таких «когда»! Но это уже ни-че-го не изменит!

Корюшкин выключил камеру и изображения погасло. Я сидел в кресле и смотрел на экран монитора, не отводя взгляда. Да-а-а, вот как оно обернулось…. В нашей жизни не каждому дано осознать свои ошибки, а некоторые, делают выводы только в самом конце.

Я пошарил еще пару минут на сервере убежища и ничего не найдя встал с кресла. Что мне дальше делать? Куда идти? Поводил взглядом из стороны в сторону и наткнулся на лежащий в зажатой руке Корюшкина пистолет и кучу всякой мелочи выпавшей из кармана брюк. На полу валялось портмоне покойного, пачка жевательной резинки и плеер. Подошел к телу, оторвал пистолет от объятий трупа и направился к лифту. Но вдруг застыл. Обернулся и подошел к телу мужчины. Наклонился, подобрал жевательную резинку и плеер.

- Эх Корюшкин-Корюшкин… - похлопал того рукой по голове, как младенца и двинулся к лифту.

На поверхность вышел через пять минут. Грави-кресло все так же плыло сзади меня. Посмотрел на небо. Все такое же синее, как и много лет назад, все такое же спокойное. Уже много лет не летают самолеты и не ездят машины. Не ходит некогда великая раса по своей земле. Много лет прошло… очень много…

- Помирать так с музыкой!- я плавным движением левой руки отщелкнул предохранители на шлеме био-скафандра.

Снял его и вдохнул полной грудью свежий воздух. Боже, как это чудесно снова чувствовать себя свободным. Не боятся больше ничего, быть готовым покинуть этот мир. Оторвал кусок упаковки жвачки и закинул в рот две пластинки. Мятный вкус приятно таял во рту, и я насладился давно забытым вкусом. Сколько лет пролежала и до сих пор как раньше. Раскрутил наушники и вставил их в уши. Включил плеер. Батарея показала полный заряд, хватит надолго, что мне и надо. Недолго думая нажал на кнопку воспроизведения… Тихое шипении перешло в голос человека, того самого, который говорил из монитора несколько минут назад.

-Здравствуйте! Возможно я наивный и делаю это в пустой надежде, но все же… Если кто-то сейчас слушает эту запись, если кто-то выжил, то для вас, в некотором роде, есть хорошая новость. Направляйтесь на север, и чем холоднее вы найдете место, тем лучше. Там наверняка живут еще люди, по крайней мере, я на это надеюсь. Нанороботы неустойчивы к холоду и быстро погибают при морозе. Так что желаю вам искренне удачи, ибо она вам понадобится… А чтобы ваша дорога была веселее я загрузил в свой плеер много хорошей музыки. Я надеюсь, вы найдете себе место в этом новом мире.

Голос затих, и в наушниках заиграла веселенькая мелодия давнего времени…

«У лётчика мечта, у дворника тоска

У губ табачный дым, у неба облака

Я не могу понять, а что у нас с тобой

Зелёные рубли, такси в Аэропорт

Нелётные дела, циклоны и туман…

‘КаФе – Аэроплан(2009)’»

- Север,север… Поздно Корюшкин, поздно…- я улыбнулся и направился на север, туда где возможно есть спасение, где возможно есть еще люди!

Одинокий человек шагает по пустыне в сторону мнимого спасения. Человек, которому уже нечего терять, который уже прожил свою долгую жизнь и был готов умереть. Он шел уверенно вперед несмотря на ранение, несмотря на боль в ноге, несмотря на всё. Ему больше ничего не остается, как просто идти, просто так надо, просто по-другому нельзя… Музыка украшает его путь, она помогает ему быть еще человеком, быть тем, кем он родился. У него забрали всё, дом, друзей, семью. Но у него осталась одна важная вещь, которую никто не вправе отнять. У последнего человека, осталась последняя надежда…

Ваша оценка: None Средний балл: 6.8 / голосов: 26
Комментарии

Автору бы на абзацы побить большие куски, и был бы отличнейший рассказ, а так пока что 8-ка.

Быстрый вход