Играло радио

Подумал подумал и не стал ничего координально менять. Да и ссылку выкладывать думаю не стоит, кто захочет прочитать, прочитает тут. Вобщем вот конечная и полная версия рассказа "Играло радио"

Часть 1. Начало

Играло радио, а из-за двери раздавалось цоканье ноготков по клавиатуре - это мои коллеги. Хех, на весь офис я один парень.

Где-то вдалеке послышался вой сирены. Не той - медицинской или милицейской, а какой-то странной, пугающей. Помнится, недавно проводили проверку систем оповещения, может вновь проверяют? что-то зачастили...

Но сирена не смолкала уже 5 минут и, на душе становилось тоскливо, возникало не понятное чувство страха и опасности. Ди-джей на радио передавал кому-то приветы, затем заиграла какая-то весёлая музыка и, вдруг всё замолкло. Из динамиков раздалось то, чего никто не ожидал - "Внимание! Внимание! Воздушная Тревога! Воздушная Тревога! Всем покинуть жильё и проследовать в ближайшие бункеры и бомбоубежища!". Меня охватили паника и ужас. Время как будто остановилось. В голове крутилась только одна мысль "Неужели?! Этого не может быть!"

- Бегом все за мной! Хватайте вещи и бегом в метро! - слова сами вырвались на свободу.

Такой прыти от девчонок я не ожидал, да и сам не думал, что начну командовать. Но не прошло и минуты, как мы уже неслись по улице. Офис находился в двух минутах от станции Пушкинская, но, уже подбегая к метро, стало понятно, что попасть внутрь будет проблематично - такую давку я видел только по телевизору. Но ведь в борьбе за жизнь любые методы хороши. Схватив двух девчонок, я начал пробиваться к входу как заправский регбист. Но вот чего не ожидал, так это того, что в метре от меня какая-то бабуля расталкивала всех с такой силой, что ей позавидовал бы любой профессиональный спортсмен.

Кто-то кричал, со всех сторон летели маты, и слышался детский плач. Я уже протолкнулся к вестибюлю, но тут началась атака. Первая вспышка. Похоже где-то далеко. На три секунды наступила полная тишина. Сердце замерло, люди не двигались. В такие моменты в фильмах и книгах говорится, что жизнь пролетает перед глазами, но этого почему-то не произошло.

Очухавшись от шока раньше всех, мы кинулись к эскалатору. Он не двигался и все бежали вниз своим ходом. Снова крики, давка, маты - девушка бежавшая впереди меня поскользнулась на чьей-то крови, но я успел её поймать и мы побежали дальше. На середине пути гермодвери начали подыматься. Ускорив шаг, перепрыгивая через задавленные и, уже мёртвые тела мы успели вбежать на станцию. Многие, кто не успел протиснуться над поднимающейся дверью, были раздавлены. Печальное зрелище - половины тел, оторванные руки и несколько отрубленных голов лежали у закрывшихся дверей. Кровь стекала большими струями, образовывая красные лужи.

- И что дальше? - сквозь всхлипывания и слёзы спросила Ира, когда мы уже расположились у одной из стен в дальнем конце платформы.

- Я не знаю - честно ответил я - надо... сперва надо успокоиться.

Прошел уже час с того момента как мы спустились в метро. Кругом не прекращались стоны и детский плач. Становилось не выносимо жутко и тошно, но делать было нечего и приходилось терпеть. Почему-то любая попытка начать думать обрывалась и мысли никак не хотели складываться воедино.

- А как же родные? - у Насти, которая держалась лучше Иры, на глазах навернулись слёзы.

- Не знаю - вновь ответил я - теперь никто ничего не знает.

- Но... но надо же что-то делать, надо попытаться найти хоть кого-то из родных!

- Знаю что надо, но посмотри вокруг! В таком хаосе врядли можно что-то или кого-то найти. Да и где они сейчас? Нам повезло, что мы пока ещё живы. - мне стало противно от собственных слов и хотелось психануть, но сейчас никак нельзя терять над собой контроль. Только не сейчас.

Я посидел ещё с минуту и так как мысли всё ещё не приходили в порядок, то оставалось действовать наобум.

- Ладно, если хочешь, пойдём со мной, а то голова скоро взорвётся от всего этого.

Спрыгнув на пути и аккуратно, не задевая рельсы, (кто знает, может они ещё под напряжением) я двинулся в тёмный тоннель. Настя спрыгнула следом, а вот Ира на призывы пойти с нами ничего не ответила и осталась плакать на станции. Чтож, это её выбор. Сделав импровизированный, факел мы вошли во тьму тоннеля. А у кого-то на станции играла та же мелодия, что я слышал по радио за час до всего этого...

Мы были уже далеко в тоннеле, когда до наших ушей начал доноситься шум. За спиной со стороны станции раздался уже еле слышный, но ужасающий крик. Мы обернулись. В ту же минуту земля заходила под ногами ходуном и с той стороны, где была станция, на нас надвигался чуть видимый, но с каждой секундой нарастающий и пугающий свет, который сопровождался ужасным гулом. Это был свет пламени.

- Бегом вперёд - заорал я, и мы рванули что есть мочи.

Через пятьдесят метров резко на право уходило ответвление тоннеля, и чтобы спастись, нам ничего не оставалось, как вбежать во тьму коридора. Пробежав ещё метров тридцать, сзади пронеслось пламя. Земля продолжала трястись и гул, шедший из тоннеля практически оглушил меня. Секунд десять мы наблюдали это невероятно красивое и столь же невероятно пугающее зрелище - затем пламя погасло, а из тоннеля потянуло копотью и запахом горелого мяса. Боже, как всё это могло произойти.

- Бежим дальше, мало ли что ещё может произойти - сказал я Насте - и мы рванули вперёд. Удивлял тот факт, что за всё это время мы не встретили ни одного поезда. И это радовало.

- Что это было? - спросила Настя, когда мы остановились передохнуть.

- Похоже это одна из ракет глубинного применения. Я читал о таких - они созданы, чтобы уничтожать глубокие бункеры и подземные базы. Видимо это одна из таких. А значит... Значит, гермодвери не помогли. Значит, те люди на станции... значит Ира - они все погибли...

- Но кто же мог такое сделать?

- А ты догадайся с одного раза - довольно резко ответил я. Голова упорно не хотела думать.

- Не хочу - всхлипнула Настя, и слеза скатилась по её щеке.

Отдохнув, мы пробежали ещё метров сто и тут, в свете факела я увидел небольшое углубление в стене и лестницу сделанную из металлических прутьев и ведущую вверх.

- Смотри, может это вентиляция или ещё что-нибудь подобное - я махнул рукой, указывая на лестницу.

- И что, ты хочешь подняться наверх? На поверхность? Ты с ума сошел! Там же радиация, взрывы и прочее... я даже боюсь представить себе, что творится сейчас на верху, если эти сволочи применили такую ракету, чтобы уничтожить людей здесь, под землёй - Настя была на взводе, нервы не выдерживали, но она старалась не переходить на крик.

- В любом случае долго мы здесь не протянем, тем более что факел скоро потухнет, и что мы тогда будем делать в темноте? Куда пойдём? Да и где мы сейчас-то находимся? По крайней мере, если умирать, то я хочу умереть, зная, что произошло... Да и подумай сама. Помнишь, когда мы протолкнулись в вестибюль станции, мы все увидели вспышку.

- Ну?

- Ну вот, если б это была ядерная бомба, мы все ослепли бы, а раз этого не произошло, может, на верху и не было ядерных взрывов. Может что-то другое? В любом случае отсюда есть два пути - куда-то туда во тьму или наверх на свет, пока ещё божий.

Настя заплакала и села на колени.

- Ты только не оставляй меня, ладно?

- Настенька, не плач, я тебе обещаю, чтобы не произошло, я буду с тобой и не брошу тебя. Обещаю.

Через пару минут Настя успокоилась, вытерла слёзы и, мы начали подниматься по лестнице вверх. Совсем не шикарно было ползти с факелом в одной руке, но приходилось как-то изворачиваться, иначе можно было промахнуться мимо очередной ступени и рухнуть вниз. К этому я готов не был. Поэтому пока факел окончательно не погас, я старался его не уронить. Ползти было не приятно. "Ступени" местами были скользкими от плесени. Видимо по этому ходу никто не лазил несколько лет.

Казалось, что мы пролезли уже метров двести, однако в темноте ощущения притупляются. Факел гас, и я, сказав Насте прижаться к лестнице, бросил его вниз. Как, оказалось, поднялись мы вполне прилично, но скорость движения резко упала.

- О! Я вижу свет в конце тоннеля. Давай Настюш, осталось совсем чуть-чуть.

- Не смешно. Я устала, руки почти не держат.

- Терпи казак, атаманом станешь.

Примерно метров через двадцать мы долезли до какого-то помещенья - размерами походившими на небольшую будку с решетками на окнах. Настя рухнула на пол и начала растирать руки. Я тоже кое-как размял кисти, которые уже начинало сводить, и осмотрел внутренний интерьер будки. Дышать было можно, а значит, никакой химии в воздухе не было - по крайней мере, если она была, то нам легче от этого не стало бы. Глянув на улицу, сквозь решётки, я никого не увидел. Была полнейшая тишина. Пугающая.

И лишь какой-то зеленоватый туман висел над той частью города, которая раньше считалась центром.

Часть 2. Встреча

Через двадцать минут я начал выламывать прутья решетки. Они поддавались туго, но всё же не прошло и пяти минут, как я выломал три прута - не даром прошли два года качалки. Мы вылезли наружу. На первый взгляд всё было тихо. Как оказалось, мы вылезли где-то рядом с детским театром, ибо слова ТЮЗ, венчающие здание, для меня говорили о многом. Всё было спокойно, смущала только тишина. Ни звука.... Если была атака, то где - же трупы или кровь? Слишком пусто. Не птиц, не людей - тишина.

- Ну что, куда двинемся? - спросил я Настю.

- Веди. Куда ты, туда и я, всё равно выбор не велик.

- Хех, как бы смешно не звучало, но я бы сейчас выпил пивка.

- Ага, а ещё лучше коньячку, абсента или водки - Настя нахмурила брови.

- Юмористка блин... - я понимал, что юмором даже не пахнет. Было одно желание - нажраться, чтобы, проснувшись, понять, что всего этого не было. Но это была реальность. Грёбаная, жестокая реальность!!

Ноги подрагивали, но мы шли в сторону центрального проспекта. Инстинкт самосохранения подсказывал, что нужно двигаться ближе к зданиям, ведь атака шла с воздуха, и кто знает, кто нас атаковал. На открытом пространстве мы были видны как битый пиксель на черном экране - заметно, не приятно и хочется убрать.

Проходя мимо очередного дома, я заметил, как в двух парадных от нас, из-за дверей высунулась чья-то голова, но, заметив нас, тут - же исчезла.

- Ты видела?

- Что? Где? - Настя дёрнула меня за рукав и попыталась спрятаться за моей спиной.

- Там - я махнул рукой - из подъезда кто-то выглядывал.

Раз кто-то выжил на поверхности, значит это не ядерное оружие и не что-то подобное. Раз есть люди, значит, кто-то может рассказать, что случилось - по крайней мере, после того, как всё началось.

Я достал из ближайшей урны пустую бутылку как единственное подручное оружие, и мы двинулись к тому месту, где из парадной кто-то выглядывал.

- Не боись Капустин... - сказал я Насте, пытаясь как-то снять напряженность.

- Сам-то не боишься, Рембо?

Мы подошли к подъезду и неожиданно напряжение, и нервы стянули моё тело как пружину. Глянув в подъезд, и тут же отпрянув (как в заправских боевиках), я сделал глубокий вдох и шагнул в темноту. Тот факт, что света не было, даже не удивил, лишь через пару секунд в голове мелькнула мысль, что света нет не только в этом доме, но и во всём городе, а может стране. Благо на улице был день, и свет дня озарял первые метры подъезда - граффити, и забавные надписи на стенах привычно украшали парадную даже не удивляя. А вот дальше стоило быть внимательней. Тишина напрягала. Однажды от одного диггера я услышал, что стоит бояться не крыс, а их отсутствия - здесь не было даже крыс - и это заставляло насторожиться.

- Настюшь, ну что, ты идёшь или где? - сказал я Насте, всё ещё стоявшей возле дверей.

- Ты только далеко не уходи. Я за тобой, ага?

И только мы сделали пару шагов во тьму... Интуиция не подвела. Пол секунды хватило на то, чтобы толкнуть девушку к стене и прикрыть собой. В этот же момент в парадной прогремел оглушительный взрыв, эхом отозвавшись по всему подъезду. Сперва я подумал, что пришел "конец", но, открыв глаза, понял, что это была петарда, причем довольно мощная.

- Какого хера вы творите уроды! - заорал я, невидимым мне обитателям подъезда.

- Ты говоришь... Ты человек? - откликнулся мужской голос, где-то с третьего этажа.

- Нет, мать вашу, я, молчаливая бабушка инопланетян! - не сдерживая эмоций, продолжал кричать я!

- Стой и не двигайся, или будем стрелять - голос был хоть и уверенным, но, по интонации читался страх.

Выждав пару секунд, я медленно начал поворачиваться в сторону голоса. На лестнице стояло два человека. Они медленно спускались к нам. В руках одного из них было что-то похожее на пневматическую винтовку из тира, однако в темноте нельзя было быть в этом полностью уверенным. Второй держал в одной руке монтировку (и почему она показалась мне красной... нельзя было столько играть в HL), во второй нечто похожее на коктейль Молотова (интересно, чем бы он его поджигал...). Как только они спустились на уровень первых двух ступень, свет с улицы пал на их лица. Пусть первое впечатление все считают обманчивым, но вид этих двоих заставлял задуматься - казалось, что человечеству настал полный конец.

Лицо того, что был пониже ростом, было наполовину покрыто черной коркой, другая половина казалась смесью крови и гноя. Я не видел остального тела - куртка, кожаные перчатки, черные джинсы, высокие сапоги почти до колен... Второй был повыше и судя по лицу постарше. Седоватые волосы, морщинистое лицо и более уверенный взгляд. И опять-таки вид их "обмундирования" смущал меня. Второй был одет так же, как и первый. Блин, или секта, или они знали больше, чем все остальные и успели немного подготовиться. Но тогда почему не спрятались?

- Брось бутылку - сказал тот, что повыше.

- В тебя? - съязвил я.

- Ты клоун что ли? - Выкрикнул тот, что был с винтовкой и двинулся на шаг вперёд - Делай что говорят, ни-то сдохнешь!!! - с расстоянии трёх метров я таки разглядел, что винтовка была далеко не пневматической. Перебирая в голове все известные мне виды оружия, я вспомнил, что это была похожа на снайперскую винтовку Токарева. Хм, и откуда она у него.

На секунду я задумался - с одной стороны, по жизни я прикалывал всех и вся (за что ни раз попадал в конфликты), но с другой, мы с Настей находились в невыгодном положении, и любое слово могло привести к не желательному эксцессу.

- Расслабьтесь, бросаю - не громко сказал я, бросив бутылку под ноги и спокойно пнув её в сторону.

- Итак, кто вы и что вы? - спросил старший (не знаю, почему я принял его за старшего, видимо в силу того, что он казался спокойней и выглядел опытней второго).

- Меня зовут Иван, девушку Настя. Мы выжили. Что ещё вы хотите знать?

- Коротко и ясно. Молодец. А теперь, салага, колись чего тебе тут надо и почему мы не должны вас убить? Хотя, твою красотку мы могли бы оставить себе.

- Слышь, не дерзи, я хоть и младше тебя, но сейчас мы в равной ситуации. С вашим оружием и петардами, не факт что вы успеете нас убить! Мы потеряли наших друзей, и возможно... родных, как и вы... может, пустите нас к себе и расскажете, что же произошло? Ведь когда мы зашли в подъезд, твой напарник изрёк фразу о том, что мы можем говорить...

- А ты наблюдательный - сказал "старший" - только впредь следи за своими словами.

Тот, что держал винтовку, не двигался, вслушиваясь в каждое моё слово - словно ища повод стрельнуть. Вот говнюк, ну нет у меня других ассоциаций - сам на грани смерти и всё же хочет кого-нибудь подстрелить, при том видит, что человек не пытается причинить ему вред.

Этажа с четвёртого чуть уловимо доносилась та самая, успокаивающая мелодия, что звучала при начале атаки и перед взрывом в метро, а может это просто слуховая галлюцинация из-за нервов. Прошло тридцать секунд нервного молчания, лишь потом я двинулся вперёд.

Старшего звали Валентин. Тот, что был поменьше, не назвал своего имени. Мы поднялись на первый пролёт, но какой-то неуловимый шорох заставил меня обернуться, и не зря. Стены лизнул еле заметный блик и в подъезд крадучись начал проникать тот зеленоватый туман. Первые пару секунд прошли неподвижно, но уже через мгновение "хозяева" дома со всех ног бросились вверх по лестнице. Мозг дал команду телу на уровне рефлексов - я схватил Настю за руку и с криком - Вперёд!!! - мы рванули за ними.

Обернувшись на миг, я заметил, как из тумана в подъезд выпал окровавленный труп. Кожа на лице была оплавлена и трескалась, гной стекал по щекам, глаз как - будто не было в глазницах. Больше разглядеть ничего не удалось.

Перепрыгивая через три ступеньки, мы были уже на третьем этаже. Я заметил, как те двое вбежали в открытую дверь на пятом - через пару секунд мы с Настей уже были там. Как только я перешел порог, дверь захлопнулась и "старший" опустил засов. Лишь тогда я выдохнул. Но расслабляться было рано. Под прицелом винтовки мы прошли в комнату.

Обстановка была можно сказать спартанской. Два кресла, небольшой диванчик и стол, на котором стояло старое советское радио.

- Что это было? - я первым нарушил молчание.

Валентин сел в кресло, достал из кармана сигареты и закурил.

- Будешь?

- Спасибо, не курю.

- Как знаешь. - Валентин затянулся, выдохнул клубок дыма и прикрыл глаза.

- Ну, так что же это было? Вы знаете?

- Туман. Точно не знаем, возможно, что-то химическое или биологическое. Посмотри на лицо Василия - сказал Валентин и указал на своего напарника - он еле успел укрыться, но часть лица попала таки в этот туман. Однако на крыс он никакого эффекта не производит и это заставляет задуматься. - Он снова затянулся и замолчал - Ну а теперь расскажите подробней, кто вы и как попали сюда?

- Ничего особенного, сидя в офисе, мы услышали предупреждение о воздушной атаке и побежали в метро, успели спуститься, на входе я заметил вспышку - скорее всего от взрыва, но вот разрушений я что-то не заметил. Далее мы бродили по тоннелям метро в поисках выхода на поверхность. Можно сказать нам повезло, мы вовремя ушли со станции, когда она взорвалась - похоже, глубинная бомба.... Не знаю, сколько мы бродили по подземельям, но в итоге нашли какой-то лаз - может быть запасной выход или вентиляция. Вылезли на поверхность, и пошли искать людей. Когда проходили мимо этого дома, я заметил, как кто-то из вас высунул голову из подъезда. Так мы оказались здесь.

Я посмотрел на Настю. Видно было, что она немного дрожала и чтобы, хоть чуть-чуть, её успокоить я подмигнул и улыбнулся уголками губ. Волнение не отпускало, но силы начали приливать как будто из ниоткуда.

Повисла нервная тишина. А перед глазами стояло оплавленное лицо человека, выпавшего из тумана...

Часть 3. Знание

Мы проговорили минут тридцать. Посмотрев на часы, я обнаружил, что было без двадцати девять. Взгляд не произвольно перешел на окно и только тогда я заметил, что оно было плотно заколочено матрасами, а свет в комнате исходил от двух ламп дневного света, висевших у потолка. Заколоченные окна - хм, не плохой ход, по крайней мере, как мне показалось на тот момент.

Эти тридцать минут, конечно, трудно назвать разговором, ведь мы с Настей почти всё время молчали - говорил Валентин и иногда Василий - я лишь изредка задавал вопросы.

За пол часа мы узнали, что Валентин был бывшим военным, двадцать лет отслужившим в РВСН. Что закончил службу в звании подполковника и что из-за его принципиальности его отправили на пенсию. Однако именно из-за своей принципиальности и честности, у Валентина осталось не мало высокопоставленных и влиятельных знакомых в военной и политической среде.

Василий же был обычным работягой, работавшим на заводе электриком (и как мы поняли по его рассказу - очень хорошим электриком). А после сокращения штата, он познакомился с Валентином и устроился к нему в фирму, которую тот открыл после выхода на пенсию. В последствии они не плохо поладили и стали хорошими друзьями.

При рассказе, у Валентина как-то промелькнула фраза, о том, что он не поверил своим ушам, и что мог бы спасти много людей, но, быстро спохватившись, перевёл монолог в другое русло. За пол часа разговора, я заметил, что Василий, из бойкого и наглого бойца, стал обычным и не слабо испуганным парнем, и как показалось, лишь винтовка в руках придавала ему хоть какие-то силы и спокойствие. Однако Валентин всё же не терял самообладания.

- Я есть хочу - чуть слышно сказала Настя.

Страх и нервы заглушали до этого момента все мои чувства, но после Настиной фразы я понял, что тоже безумно хочу есть и что желудок, вот-вот начнёт переваривать сам себя.

- Валентин, у вас есть что-нибудь съестное?

- Нет, здесь почти ничего нет, кроме чая и соли. Это съёмная квартира, так сказать для погулять и выпить - Валентин слегка улыбнулся - еды нет, но в холодильнике было ещё несколько банок пива.

Василий сходил на кухню и принёс каждому по банке, сказал что повезло, ибо это последние. Ну, чтож я вспомнил, что, вылезая из метро, мне чертовски захотелось пива, и данный момент принёс каплю радости в нашу мрачную ситуацию. Улыбнувшись про себя, я сделал большой глоток и прикрыл глаза. Да, даже в такой ситуации есть что-то приятное.

- Ну, пора выдвигаться в убежище - сказал Валентин.

- Убежище? - почти хором спросили мы с Настей.

- Ах, да, совсем забыл рассказать. По имеющейся информации, все, что сейчас происходит снаружи не спроста. Есть убежище. Глубокий, многоярусный бункер на несколько тысяч человек. Если нам удастся перебраться туда - у нас появится шанс пережить то, что сейчас происходит.

- А почему бы не выйти на улицу и не пошариться в ближайшем магазине. Набрать еды и переждать здесь? - спросила Настя - ведь никто нас за это уже не осудит.

Валентин слегка улыбнулся, посмотрел на Настю, а затем перевёл взгляд на меня.

- Конечно, это был бы не плохой вариант, еда, выпивка,... но вы ведь всё прекрасно понимаете сами. Нет, здесь нам ловить нечего, надо двигать в убежище.

- И где это убежище находится? - если это действительно шанс, то нам стоит двигаться туда и чем быстрей, тем лучше (так мне казалось) - Долго до него добираться?

- Это километрах в пяти отсюда. Помните центральную библиотеку? Так вот бункер находится прямо под ней, на глубине пятидесяти метров. И уходит вниз ещё на пятьдесят, образуя многоярусный... эээм, скажем улей. - Валентин снова улыбнулся.

Не верить ему оснований не было, ведь они не убили нас, рассказали многое из того, что знали сами. Да, пускай, сказали не всё, но лучше мало, чем ничего.

Допив пиво, мы ещё минут пять посидели в тишине, пытаясь уловить хоть какой-нибудь шорох за окном - но тишину ничего не нарушало.

Валентин закурил сигарету - Пора. Двигаемся так - я впереди, вы с Настей по центру, Василий замыкающий. Поехали.

Хех, военный и есть военный, сразу видна выучка. Василий снял засов с двери и тихонько приоткрыл её. Из образовавшейся щели потянул холодок, какой-то не простой холодок. Открыв дверь пошире, Валентин сделал первый шаг и замер. Секунд десять он вслушивался в тишину парадной, затем махнул нам рукой и мы пошли вслед за ним.

Пока всё было тихо и в подъезде вроде ничего не изменилось, но, дойдя до второго этажа, на стенах мы увидели какой-то не обычный мох. Зеленовато-синий он и на мох-то был не очень похож, скорее на бархат, но с чуть более длинными ворсинками. Настя потянулась пальцем к этому мху, но Валентин резким шепотом остановил её.

- Ничего не трогайте. Это могло остаться от тумана. Если так, то пальца лишишься в момент. - Для эксперимента он бросил спичку на этот мох. В ту же секунду она прилипла, скрючилась и почернела, а затем мох как бы впитал её в себя.

Офигев от увиденного, мы стали держаться подальше от стен, да и от перил тоже и старались идти строго по центру лестницы. Спустившись на первый этаж и дойдя до выхода, нас ждал ещё один сюрприз - полуоплавленое тело, выпавшее из тумана, исчезло.

Ни следов крови, ни следов ботинок, ничего, лишь пару гильз похоже, что от АК. Но откуда? Выстрелов мы не слышали, а у Василия и Валентина была лишь винтовка, охотничий нож и монтировка, да и всё это время они находились с нами. Ещё секунд десять послушав тишину Валентин, быстро выглянул на улицу, осмотрел окрестность и вернулся в парадную.

- Вроде тихо. Никого. Идем, как уговорено.

Мы вышли на улицу и осмотрелись. Никого - ни людей, ни птиц, ни звука, лишь брошенные авто и открытые двери магазинов и подъездов. Аккуратно продвигаясь вперёд, мы озирались как загоняемый зверь. Первые метров двести не принесли сюрпризов. Но, пройдя ещё метров тридцать, Валентин подал знак остановиться, когда из-за угла вышла дворняга. Псина тоже остановилась и повела носом. Она была всего в десяти метрах от нас. Шерсти на собаке почти не было и что удивило больше всего, у неё не было глаз в глазницах. Слюна свисали из пасти собаки. Судорожно принюхиваясь, она, наконец, повернула голову в нашу сторону. Замерев, мы ждали, что будет дальше. Василий медленно направил винтовку в сторону зверя, но через секунду из-за того же угла вышло ещё два таких же "обугленных" зверя. Страх начал поглощать тело, но инстинкт самосохранения не позволял поддаться панике и побежать.

Ветер подул в сторону животных и они, наконец, почуяли нас. Через пять секунд у наших ног лежало три облезлых собачьих трупа. Одну Василий застрелил из винтовки. Как Валентин всадил нож во вторую, я не заметил, так как в этот же момент футбольным ударом сломал подбегающей собаке челюсть, а затем раздавил двумя ударами ноги её череп.

- Что это было? - Настю трясло от страха.

- Не бойся, я рядом. Видимо это биологическое оружие постаралось или что-нибудь подобное. Насть, я рядом, я тебя в обиду не дам - я старался успокоить Настю, но у самого рождалось куча вопросов. Что это за биологическое оружие, которое действует так быстро? Какая сволочь посмела напасть на нас? И какого чёрта это всё происходит?

Валентин сказал, что мы пойдём параллельно проспекту - дворами. Не сложно догадаться, почему он так решил, ведь на открытом пространстве, пусть даже двигаясь около стен, мы смотрелись бы как чёрный кролик на снежном поле. Первые метров двести прошли без приключений, но такое спокойствие настораживало, адреналин зашкаливал и с каждым шагом становилось всё страшней. Старое звериное чутьё, которое спит в каждом человеке, не подвело. Пройдя, пять домов, мы услышали звук шагов. Не простых - это было похоже на то, как будто взвод солдат маршировал где-то по близости. Валентин махнул рукой, чтоб мы все сели. Повезло, что рядом был спуск в подвал, в который мы все и спрятались. Однако в сам подвал нам попасть не удалось, ибо дверь была заколочена.

Через двадцать секунд, из-за угла дома, что был метрах в ста от нас, вышло десять человек. Их одежда чётко давала понять, что они принадлежат к военным формированиям, однако, какие-то детали заставляли думать, что это не простые солдаты.

- Это не наши - чуть слышно прошептал Валентин.

- Тогда кто это? И где, мать их, наши вооруженные силы? - в том же тембре спросил я.

Валентин не ответил. Что произошло в тот момент, не понял никто из нас, однако пять из десяти солдат побежали вперед, а оставшаяся пятёрка метнулась в нашу сторону. Не ясно, что нас выдало - шепот, движение, либо что-то ещё, одно стало явным - у этих ребят чересчур повышенное восприятие. Две пули ударились рядом. Одна вошла в стену над моей головой, другая отрикошетила куда-то в сторону от металлической балки, что была в двадцати сантиметрах слева от Валентина. Пугал тот факт, что выстрелов мы так и не услышали.

Валентин сообразил мгновенно.

- Бегом, за мной!

Его инстинкты поражали. Уже через два десятка шагов, мы вбежали в какую-то парадную. Дом показался странным. Не то лабиринтом, ни то чем-то ещё, но Валентин бежал вперёд, как будто жил здесь много лет. На третьем этаже он завернул в квартиру слева и скомандовал Василию вести нас дальше. Я тоже хотел остаться, но Василий рывком потащил нас с Настей за собой. Мы бежали вперёд, в надежде на то, что всё обойдётся и с полной уверенностью, что Валентин знает что делает.

Часть 4. Путь

Узкий коридор извивался змеей, и приходилось бежать, стараясь не оступиться и не терять скорости. Не даром этот дом показался мне лабиринтом. Это была старая советская коммуналка. Двигаясь по коридору, я мельком замечал какие-то детали в открытых комнатах: кресло-качалка у старого черно-белого телевизора в одной комнате, открытый платяной шкаф и разбросанные вещи рядом в другой, опрокинутая на ковёр сковорода с яичницей в третьей...

Квартира оказалась сквозной и через несколько поворотов и дверей, мы выбежали в соседний подъезд, но останавливаться Василий не собирался. Ударив ногой по ближайшей двери, мы вбежали в следующую квартиру. Она оказалась почти точной копией предыдущей, с какими-то не значительными различиями. Мы аккуратно, но быстро, прошли в последнюю комнату. Василий закрыл дверь и повернул ключ, который так вовремя был забыт хозяином в замке. Заперевшись, наша троица заняла оборонительные позиции - Василий с винтовкой сел слева от двери, я, быстро отломав ножку от журнального столика, сел справа. Настя тоже хотела помочь, но риск был слишком велик и я попросил её спрятаться за шкаф - упрашивать, долго не пришлось.

- Посмотри в окно, там слева должна быть пожарная лестница - сказал мне Василий.

Аккуратно глянув в окно, я заметил, что лестница именно там, где он говорил - Да, есть такая - не громко прошептал я.

- Если всё сложится плохо, это наш единственный путь к отступлению, так что будьте готовы ко всему. Темнеет. Ночью, судя по всему передвигаться вдвое опасней, но и в этой комнате оставаться не стоит. В общем, ждём возвращения Валентина, а там решим, что делать дальше.

После этих слов Василий прильнул ухом к двери и стал вслушиваться. Из-за дверей донёсся не громкий звук взрыва. Как будто где-то в квартале от нас, что-то рвануло. Затем настала томительная, и как казалось бесконечная тишина. Минуты три ничего не происходило - Василий не отрывался от двери, Настя сидела за шкафом и тихонько наблюдала за нами. А я чуть-чуть заскучал и начал глазами осматривать комнату. Мебели было не много. Небольшой диван, шкаф, пару кресел, журнальный столик, телевизор, телефон и полка с книгами. На стенах, друг напротив друга, висели две картины. Одну я узнал, это была девочка на шаре, а на второй был изображен какой-то старик. Мне почему-то показалось, что он вполне мог быть предком хозяев этой комнаты.

Осмотрев комнату, мой взгляд опять перешел на дверь и только теперь я заметил, что на ней висел небольшой, красочный плакат. Маленький мальчонка с конопушками тянет руки к своей маме, а сверху улыбается своими лучами солнышко. Справа от них большими буквами было написано четверостишие:

Пусть всегда будет солнце,

Пусть всегда будет небо,

Пусть всегда будет мама,

Пусть всегда буду я.

И тут у меня в голове заиграла мелодия, та самая, которую ещё с утра я услышал по радио, ту самую, которая играла у кого-то в метро, та, что как мне показалось, играла в подъезде.... Да, это была именно эта приятная весёлая песенка из детства - пусть всегда будет солнце, пусть всегда будет небо...

На глаза накатили слёзы. В этот момент мне стало так грустно и тошно, потому что уже ничего не изменить, что все эти правители, со своей политикой, не смогли о чем-то договориться, что погибло столько людей. Ну, ничего, раз мы живы, не всё ещё потеряно. Сейчас не время раскисать - говорил я сам себе.

Прошло ещё пару минут полной тишины. Только теперь за дверями послышался какой-то шум, звук ломающихся дверей, топот.

- Где вы? - донёсся из глубины коридора крик Валентина.

Василий кинулся открывать дверь, выглянул и направил винтовку в проход.

- Вниз! - закричал он и выстрелил.

Валентин резким движением упал вниз и вправо, а выстрел разнёс бежавшему следом солдату грудную клетку. Больше преследователей не было.

- Спасибо, ты вовремя - поблагодарил Валентин. - Вот черти, чуть не убили.

- Ты как? Не ранен? - спросил Василий.

- В норме. Сами-то как? Все живы?

Василий посмотрел на нас с Настей - Всё нормально. Хорошо, что ты выбрался. Рассказывай, что произошло.

- А что произошло. Когда вы побежали дальше, я двинулся на кухню и взял пару ножей. Можно сказать, начал держать оборону, потихоньку отступая. Один из ножей я кинул в первого вошедшего и удачно попал в горло, вторым промахнулся. Отступая, заметил в одной из комнат полупустую канистру - как оказалось с бензином. Надеясь на удачу, я бросил канистру в этих солдат и, как и ожидал, они начали стрелять - идиоты. Рвануло, будь здоров, взрыв разнес несколько перегородок и одного нападавшего. Двое сгорели, а последний продолжал меня преследовать. Вот собственно и всё. Если бы не ты - обратился он к Василию - даже не знаю, что бы я делал дальше.

Мы поблагодарили Валентина за спасение от этих неведомых солдат. Отдышавшись и закурив, он подошел к трупу и жестом подозвал нас к себе. Окружив бездыханное тело, мы стали рассматривать его обмундирование и оружие - никаких нашивок и шевронов. Валентин медленно взял из рук солдата автомат и внимательно его изучил.

- Что-то новое. Я раньше таких не встречал. Похоже на «Бизон ПП-19», но это не он. Хм, облегченный, укороченный приклад, не известный мне тип глушителя и металл какой-то странный... Чёрт, даже не представляю, что это. И серийного номера нет.

- Видимо поэтому мы не слышали выстрелов, когда они нас заметили - сообразительно подметил я.

Валентин снял шлем и защитную маску с головы убитого. В этот момент холодок пробежал по всему телу - у мёртвого солдата не было рта. Не было даже намёка на ротовое отверстие. Боже, что это такое?

- Мать твою, что это? - в сердцах изрёк Василий.

- Я тоже хотел бы это знать - не менее удивлённым голосом ответил Валентин - но что бы это не было, это не совсем человек. Чёрт с ним, берём всё, что пригодится и идём. Здесь оставаться опасно.

Валентин повесил автомат на плечо и спрятал в карман две запасные обоймы, вынутые из-за пояса убитого. Василий вынул из ботинка солдата нож и сунул в свой сапог. Не теряя времени, они направились в ту сторону, откуда мы пришли. Настя тоже двинулась за ними, а я на секунду задержался и осмотрел обмундирование убитого. Из бокового кармана брюк я достал небольшую коробочку, в которой находились какие-то медицинские препараты и смятый листок бумаги. Не зная, что это, я всё же положил её себе в куртку и двинулся за всеми.

Мы медленно проходили извилистые коридоры, и, наконец, приблизились к тому месту, где Валентин взорвал троих нападавших. Чем ближе мы подходили, тем тяжелей было дышать. Дым резал глаза и заставлял кашлять. Зрелище было не из приятных и Настя тут же уткнулась мне в плечо и закрыла глаза. По правде говоря, меня и самого чуть не вывернуло. На ещё горевших стенах висели человеческие останки, запекшаяся кровь была везде - потолок, пол, стены, были буквально залиты ею. Как можно быстрей и аккуратней пройдя это место, мы двинулись дальше. Пройдя несколько комнат и поворотов, наша группа подошла к первому убитому Валентином солдату. Нож всё так же торчал из его горла. Труп лежал в луже крови, напоминая мне восковую фигуру из музея. Василий выбросил свою винтовку и подобрал автомат и запасные обоймы. Затем снял с него маску и шлем. Мы замерли - солдат был один в один как тот, которого подстрелил Василий. Отсутствие у него рта заставляло мозг бешено искать варианты, дабы найти хоть какой-то вариант объясняющий, что это за существо. Они как будто были клонами друг друга.

- Ну, теперь есть чем защищаться - с улыбкой сказал Валентин не обращая внимание на то поразительное сходство убитых. Казалось, Валентина уже ничем не удивишь. - Идём дальше, пока окончательно не стемнело. Через два дома от сюда, есть не плохое место, где можно переночевать.

Уже через пять минут ходьбы, мы уже были на месте.

Не плохим местом оказалась двухкомнатная квартира на третьем этаже. До неё мы дошли без приключений, что не могло не радовать. Как выяснилось в последствии, это была квартира друга Валентина, который на два месяца улетел с женой за границу и попросил его поливать цветы и подкармливать рыбок.

Плотно завесив все окна в квартире, мы зажгли свечу и уселись в зале.

- Предлагаю переночевать здесь, а с утра двигать дальше - сказал Валентин и обвёл нас взглядом - всё лучше, чем бродить по улице в темноте.

- А поесть здесь что-нибудь есть? - тихонько спросила Настя.

- О! Вот здесь как раз есть еда. На кухне есть картошка, макароны, рис и что-то ещё. В общем, сегодня с голоду не умрём.

Удивил тот факт, что в отличие от электричества, газ не отключили, и мы смогли приготовить себе еду - немного жареной картошки, отварного риса и чуть-чуть пельменей.

Поужинав, мир как будто посветлел, и на душе стало немножко теплее. Я глянул на часы - было без пятнадцати двенадцать.

- Думаю перед завтрашним днем надо выспаться - сказал я.

- Ты прав - ответил Валентин - но спать будем по очереди. Трое спят, один дежурит. Первым дежурит Василий, затем ты, я дежурю последним. Дежурство по два часа, значит на сон четыре, думаю вполне достаточно - ответил Валентин.

- Как думаешь, кем были те солдаты? Заметил, что они похожи как две капли воды и почему-то у них не было рта. - Спросил я Валентина.

- Да, обратил внимание. Похожи на искусно выращенных клонов.

- Но клонирование же запрещено - попробовал возразить я.

- Для военных нет запретов. В секретных лабораториях проводятся такие эксперименты, которые не снились многих фантастам. Взять, к примеру, тот зелёных туман. Ладно, надо спать ложиться.

Валентин устроился на диване и в тот же момент отключился, а Василий с автоматом передвинул кресло к коридору, сел и закурил. Мы с Настей пошли в соседнюю комнату. Она улеглась на диван и посмотрела на меня.

- Как думаешь, у нас получится добраться до убежища? - она заговорила первой.

- Конечно, получится. А иначе и быть не может. Пусть это не фильм, а реальная жизнь, но у нас всё получится. Я чувствую это.

- Я врядли смогу заснуть. Слишком много всего произошло за один день. И родители... я всё время думаю о родных. Почему всё это произошло... - Настя тихонько всхлипнула.

- Я тоже думаю о родных, и очень надеюсь, что с ними всё хорошо, и они успели куда-нибудь укрыться. Когда всё закончится, мы обязательно найдём и твою и мою семью - я тихонько погладил Настю по спине - тебе надо поспать, давай сделаю массаж, он немного тебя расслабит.

Дальше всё произошло само собой. Я начал делать массаж, как Настя медленно перевернулась лицом ко мне и посмотрела в глаза.

- Обними меня, пожалуйста - сказала она.

Я нежно прижал Настю к себе и поцеловал её. Затем ещё и ещё.

- Я ведь тебе нравлюсь - оторвавшись от моих губ, тихонько спросила она.

- Да, уже очень давно.

- А почему ты мне не говорил этого раньше?

- Не знаю, чего-то боялся, думал ещё столько времени впереди, думал, успею.

Я опять прижал Настю и поцеловал её. Руки двигались сами и потихоньку, наша одежда оказалась на полу. Наступили сладостные минуты безмолвного блаженства. Ещё и ещё мы сливались в единое целое.

Когда всё закончилось, я прижал Настю к себе, поцеловал и укрыл одеялом - Спи, солнце, завтра будет день не из лёгких - улыбнувшись, я чмокнул Настю в носик. Через десять минут она уже мирно посапывала у меня на плече, а я так и не смог заснуть.

Оставалось десять минут до окончания смены Василия. Глянув на часы висевшие на стене, я тихонько разбудил Настю.

- Солнышко, оденься, мало ли что. Я заступаю на дежурство.

- М? да, сейчас - Настя сладко потянулась, тихонько встала, но быстро оделась и опять легла на кровать. Через пять минут она снова оказалась в царстве Морфея.

Одевшись, я посмотрел на спящую красавицу и улыбнулся. Тихо выйдя из комнаты и не заметив никаких изменений, я подошел к Василию, который услышал мои шаги и уже вставал, "сдавая" пост. Ни говоря не слова, он передал мне автомат, похлопал по плечу и с намёком подмигнул. (Ну, конечно же, он слышал, хоть мы и пытались не шуметь.) Затем Василий устроился в мягком кресле и тут же отключился.

Проверив затвор автомата, я медленно подошел к двери и прислушался - тишина прислушалась в ответ. Не услышав ничего подозрительно, я прошел на кухню и налил себе чаю, заботливо подогретого Василием. Отклеив плотную занавеску, я глянул на улицу в появившуюся щель. "Тишина и мертвецкий покой. Ни звука, ни движения... Хорошо, что нет того проклятого тумана " - подумал я в слух и сделал глоток горячего чая. Постояв у окна ещё минуты три и допив чай, я прошел к дежурному креслу и занял пост.

Только теперь, в полной тишине и относительном спокойствии, я попытался разложить всё произошедшее сегодня по полочкам. Во-первых - как мне казалось, атака произошла со стороны нашего единственного агрессора, который считал себя равным или даже превыше нас - никаких других вариантов быть не могло. Во-вторых - дабы скрыть это, либо что-то другое, именно наше правительство решило опробовать все (или многие) из секретных разработок, дабы уничтожить как можно больше свидетелей происходящего, оставшихся на поверхности. В-третьих - шанс остаться в живых есть, ибо Валентин пусть и говорит не всё что ему известно, но я ему почему-то верю. Ну и, в-четвёртых - я действительно люблю Настю, и почему я раньше пытался не замечать в себе это чувство. Чёрт, всегда так - кажется что ещё уйма времени, а на самом деле оно уходит как песок сквозь пальцы и в итоге, ты даже не успеваешь признаться в том, что чувствуешь к человеку.

Тут из кухни раздался еле различимый шорох, и я тут же вскинул ствол и встал с кресла. Пройдя на кухню и осмотрев темноту, мне пришлось зажечь свечу. Внимательно осмотрев все помещение, в углу под раковиной я заметил крысиную морду - вот ведь собака, подумал я. Но уже в следующую секунду мысль перешла к фразе знакомого диггера - "Бояться нужно не крыс, а их отсутствия. Если крысы есть, ничего не угрожает, а вот если их нет, стоит задуматься". Успокоившись, я прошел к коридору и сел обратно в кресло.

Рука упала на моё плечо, и я дёрнулся так резко, что Валентин еле успел перехватить ствол, который уже был направлял в его сторону.

- Расслабься, свои - с ухмылкой сказал он.

- Извини, задумался. Но тебе ещё спать двадцать минут.

- Ничего, я выспался. Привычка так сказать.

Сменившись на посту, я пошел обратно в комнату, нежно чмокнул Настю в щёчку, обнял её и тут же провалился в глубокий сон.

 Ровно через два часа я проснулся от сильного толчка Василия - Пора выдвигаться. Уже шесть.

Мы встали, быстро умылись, собрались и присели, так сказать, на дорожку. Теперь Валентин и Василий шли впереди, так как оба были вооружены и готовы к бою. Мы с Настей не отставали и шли на расстоянии в полтора метра от них.

- Вась, сходи, посмотри, что там - сказал Валентин и в тот же момент Василий быстрым шагом скрылся за углом ближайшего дома. А мы пока укрылись в ближайшем подъезде. Через минуту вернулся наш разведчик.

- Вроде всё спокойно. Никаких признаков движения, только километрах в двух дальше по проспекту опять зелёный туман.

- Да чтож, сука, это такое - в сердцах выругался Валентин. И я внутренне поддержал его негодование. - Ладно, идём как вчера, ближе к домам и не выходим на проспект.

Небо было привычно серым и вдруг мы замерли - где-то близко послышался звук самолёта. Уже через минуту, он довольно низко пролетел над нами и скрылся так же внезапно как появился.

- Херня война, главное манёвры - сказал Валентин и двинулся дальше.

Мы не отставали. Пройдя ещё квартал и остановившись, разок, чтобы перекусить в ближайшем магазине, мы неспешно и осторожно, но всё же двигались к цели. Проходя мимо очередного дома, на втором этаже мы услышали шорох. Василий тут же метнулся в подъезд, за ним пошел Валентин, дав нам установку держаться за ним.

Войдя в квартиру, из которой донёсся шум, перед нами открылась картина, достойная любого нервного боевика - Василий держал на прицеле мать, прячущую за своей спиной дочку лет двенадцати.

- Не стреляйте, прошу вас - со слезами на глазах просила женщина.

- Кто вы? И как здесь оказались - ровным и спокойным голосом спросил Валентин.

- Пожалуйста, опустите оружие, я всё расскажу - дрожащим голосом просила незнакомка.

Часть 5. Путь.

- Мы слишком поздно сообразили, что к чему и не успели укрыться в метро. На улице творилось что-то не вообразимое, люди бежали, был крик, слёзы, паника. Я поняла, что мы не успеем ни в метро, ни в какое-либо бомбоубежище, поэтому мы с Катюшей спустились в подвал и стали молиться. Захватили с собой немного еды - так и переждали до сегодняшнего дня. Вчера вечером, когда всё стихло, я выходила на улицу, но заметила людей с оружием и мы решили переждать ночь в подвале. Фонарик взять не успели, а единственная свечка закончилась и мы хотели подняться в квартиру, чтобы взять ещё еды и свечей, но Катенька сильно порезала ногу о гвоздь, торчавший из какой-то палки. Кое-как я остановила кровь, и нам удалось добраться до ближайшей открытой квартиры, где я и стала искать медикаменты, но тут появился этот молодой человек с автоматом. Вот и вся история. Пожалуйста, помогите, я перевязала Катину ногу полотенцем, но сами понимаете...

Я вспомнил, что достал из кармана убитого солдата, какое-то подобие аптечки. Достав коробочку, мы стали смотреть содержимое.

- Давайте посмотрим, что у меня есть - сказал я и начал перебирать лежавшие препараты.

Помимо трёх небольших шприцов, наполненных чем-то желтоватым, в коробочке лежал пластырь, бинт и маленькая баночка с белым порошком, а на дне, лежал сложенный вчетверо листок. На крышке баночки была буква "А".

- Видимо это "Амалия" - посмотрев на порошок, сказал Валентин - в годы моей службы, это было рабочее название разрабатываемого препарата, для быстрой остановки кровотечений и заживления ран.

- Как? Амалия? - я усмехнулся.

- А что? У ученых не очень богатая фантазия - улыбкой, на улыбку ответил Валентин - сыпешь, порошок на рану и через три часа, от раны ничего не остаётся, по крайней мере, так обещали "белые халаты". Рабочего экземпляра этого препарата, мне, к сожалению не попадалось. Ну а в шприцах должно быть какое-нибудь сильное обезболивающее или питательная смесь я думаю.

- Понятно. Давайте проверим, так ли это - сказал я женщине и попросил убрать полотенце с раны её дочери. Насыпав небольшое количество порошка на место пореза, я перебинтовал Катину ногу.

- Ну, как ты? - спросил я девочку.

- Да вроде ничего, терпимо. Я гимнастикой занимаюсь... занималась. А там травмы нормальное явление. И больнее было.

- Ну и молодец. Тогда терпи.

- Что вы планируете делать дальше? - спросил у женщины Валентин.

- Мы ещё не думали. Если бы не порез Катюши, мы скорей всего пошли бы искать других людей, но теперь даже не знаю.

- Мы идём в убежище, пойдёмте с нами - вступила в разговор Настя.

Я посмотрел на Настю, затем на Валентина - тот кивнул - и тоже предложил нашим новым знакомым идти вместе.

- Вы, правда, возьмёте нас собой? - женщина смотрела с не скрываемой просьбой в глазах.

- Вместе веселей - пошутил Валентин - но и опасней.

- А как же Катина нога? - дрожащим голосом спросила женщина, боясь, что из-за травмы мы откажемся брать их с собой.

- Катюш, ну-ка, встань и пройдись - попросил Валентин.

Девочка встала и прошла от одной стены комнаты к другой. - Ой, а боли почти нет! - с улыбкой взвизгнула она.

- Ну, вот и славно. Значит, идём дальше вместе - утвердил Валентин и продолжил - Осталось километра три. За пару часов должны дойти, если ничего не помешает. Вы с Василием идёте впереди - посмотрев на нас с Васей, сказал Валентин - женщины в центре, я замыкаю.

- А я что, впереди и без оружия буду? - удивился я.

- Да, зря Вася ты винтовку выкинул - пожалел Валентин.

- Не подумал - опустив голову, ответил Василий - на вот, возьми хотя бы нож. Я его у того жмурика вытащил.

Взяв нож, я засунул его за пояс, и мы выдвинулись дальше.

Наша группа двигалась медленно и осторожно, стараясь не создавать шума. Валентин и Василий всё время смотрели по сторонам, я же смотрел только вперёд, изредка оборачиваясь на женщин. Так, в тишине и напряжении, мы прошли ещё два длинных дома. Повернув за угол, Василий резко отпрянул назад и жестом подозвал Валентина.

- Опять зелёный туман. Да чтож это такое... - метрах в ста от нас, мы заметили приближающуюся зелёную пелену.

- Твою мать - в сердцах ругнулся Валентин - надо побыстрей убраться отсюда. Так, все бегом за мной, Вась, ты замыкаешь.

Мы рванули за нашим вожатым. Но как только я и Настя скрылись за домом, Василий вскрикнул и кубарем закатился за нами. Из его плеча сочилась кровь, а разорванные клочья куртки свисали вокруг раны.

- Какого черта? - вскрикнул Валентин.

- Там... там опять эти солдаты метрах в ста отсюда, перед туманом - сквозь боль процедил Василий - я заметил троих. Чёрт, не успел увернуться.

Без раздумий я подбежал к Василию, разорвал куртку на плече и сыпанул остаток порошка из "аптечки". Но, доставая порошок, я нечаянно выронил из коробочки тот самый листок, лежавший на дне. Перебинтовав рану, я подобрал листок и сунул себе в карман. Мы бежали за Валентином, что было сил. Добежав до противоположного конца дома, он остановился и жестом показал нам прятаться в парадной. Василий вошел первым и, осмотрев подъезд, повел всех в ближайшую квартиру. Как я понял, будем занимать оборону, больше ничего не оставалось.

Последним вошел Валентин и закрыл за собой дверь, подперев стулом.

- Все в дальнюю комнату. Занять оборону. Возьмите всё, чем можно защищаться - команды вылетали как из автомата.

Мы заняли оборону и стали ждать. Но ни через минуту, ни через десять, никто не появился и не пытался вломиться к нам.

- А может они вовсе не на нас охотятся - шепотом спросил я.

- Может и не на нас, но лучше переждать. Так спокойней будет - ответил Валентин.

Во время ожидания, я зачем-то сунул руку в карман и нащупал сложенный листок, который выпал из аптечки. Достав и развернув его, я сперва ничего не понял, но затем начали доходить страшные мысли.

-Валентин, глянь а. Неужели это то, о чем я думаю?

Взглянув на листок, у Валентина сначала тоже округлились глаза, но затем он взял себя в руки.

- К сожалению, я полагаю, это то о чем ты думаешь. Возможно, они хотят, чтоб как можно меньше людей знали о том, что произошло. Это может быть какое-нибудь химическое, или биологическое оружие.

- Тот туман? - спросил я.

- Да, возможно... и даже скорей всего. Посмотри, судя по расположению точек, после взрыва, осадок от этого оружия накроет весь город. И тогда все кто останутся на поверхности попросту умрут.

Выводы, выводы... ах эти не утешительные выводы, в моей ничего не понимающей голове. Так как допросить кого-либо из солдат (даже если б нам удалось хоть кого-то поймать) не было возможности по известной причине, выводы приходилось делать самим. На листке бумаги была изображена карта города, с пятью отмеченными на ней точками. Ниже были написаны цифры, по которым не сложно догадаться, что они означали время и дату - сегодня, через два часа. А точки, это скорей всего заряды. Но тогда что получается? Эти солдаты хотят взорвать что-то в пяти местах города. А это значит, что кто-то не хочет, чтобы люди видели и знали, что происходит, и будет происходить дальше и чтоб как можно дольше сидели в метро и прочих бункерах. Повторяю слова Валентина - ну и пусть. Эх, найти бы хоть кого-то кто знает, что происходит. Хотя чёрт с ними, сейчас главное успеть до убежища, осталось всего пару часов.

Мы просидели в комнате ещё десять минут и, не услышав никакого шума, решились двигаться дальше. Нога Кати и плечё Василия почти зажили - да, действительно учёные творят чудеса. Мы двигались быстрым, но аккуратным шагом. Валентин вёл наш отряд - Василий замыкал. Пройдя с километр, женщина попросила попить и, нам пришлось завернуть в ближайший магазин.

- Извините, пожалуйста, но мы с утра как закончилась еда, ничего не ели и не пили - жалобно сказала женщина, когда мы вошли в магазин.

- Ничего, нам тоже будет полезно подкрепиться - ответил Василий.

Пока мы ходили у стеллажей, собирая самое необходимое, женщина, оставшаяся у входа вместе с дочкой, схватилась за грудь и медленно опустилась на пол.

- Мама! Мама! Что с тобой? - закричала Катя - Мама, тебе больно?

-Сердце - просипела женщина.

- Помогите, пожалуйста! - продолжала кричать Катя, обращаясь к нам.

Первым подоспел Василий. Потрогав пульс, он крикнул - Иван, давай твою аптечку, быстро! На ходу, доставая коробочку, я кинул её Васе. Он взял один из шприцов и вколол женщине.

- Будем надеяться, что это действительно обезболивающее или хотя бы адреналин...

- А чем ей поможет адреналин? - спросил я.

- Посмотрим. Ничего другого у нас сейчас нет.

Мы ждали, пока подействует препарат, а женщина всё это время корчилась в мучениях. Но через три минуты, лицо её расслабилось и тело обмякло.

- Мама?

Настя обняла девочку и отвела её в сторону.

- Катюша, мама умерла.

- Но! МАМА!!!! НЕТ!!! ПОЧЕМУ!!! - Катя зарыдала, и Настя как можно сильней и нежнее прижала её к себе, пытаясь не пустить к женщине. Валентин ещё раз проверил пульс - женщина умерла. Прошло пару минут, прежде чем Валентин взял с полки магазина бутылку водки, открыл и сделал глоток.

- Пусть душа ваша упокоится с миром - отпив, сказал он и передал бутылку мне.

Я, помолчав, тоже сделал глоток и передал бутылку Василию. Сделав ещё один круг, мы поставили бутылку рядом с женщиной, и вышли. Настя и Катя шли следом. Проходя мимо матери, Катя всё же вырвалась из Настиных рук и, упав на колени, поцеловала маму в лоб.

- Мамуля, я тебя так люблю. Прощай.

Всё то время что мы шли, Катя не переставала плакать. Настя, как могла, пыталась её успокоить, а мы не вмешивались.

Нас осталось пятеро, и мы направлялись к убежищу, до которого по приблизительным подсчетам, оставалось меньше часа пути. Обойдя ещё один дом и, на минуту выйдя на проспект, Валентин махнул рукой вперёд.

- Смотрите, вон она, библиотека. Осталось меньше километра. Если всё будет хорошо, через минут двадцать, мы уже будем в безопасности.

Впереди несокрушимым монолитом возвышалась Центральная библиотека. Полукруглый гигант внушал мысли о своей несокрушимости и мощи. Храм знаний, как оплот жизни вселял в сердце чувство уверенности за свою жизнь.

Свернув обратно во дворы, мы двинулись дальше, но, пройдя ещё метров четыреста, остановились. Валентин молча поднял руку вверх, призывая замереть. Как показалось, не было ни звука, однако в воздухе витала непонятная напряженность.

- Идёмте дальше, только тихо - шепотом скомандовал он.

Пройдя ещё около ста метров и оказавшись между домами, на открытом пространстве, мы замерли вновь, а в воздухе послышался какой-то потихоньку нарастающий свистящий звук.

- Бегом вперёд! - прокричал Валентин, но в этот момент, в пяти метрах от нас, что-то взорвалось. Взрывная волна отбросила всех метра на два.

Очнувшись, я понял, что немного контужен, ибо не понимал где верх, где низ и вообще ничего не слышал. Похлопав себя по щекам, я потихоньку начал приходить в сознание. Обнаружив Настю и Катю, лежавших рядом, я потянулся к ним, но боль пронзила бок. От шока, я тут же окончательно пришел в себя. В правом богу между рёбер торчал небольшой осколок, который, скрипя зубами, я вынул и всё-таки дотянулся до Насти. Быстро растолкав её и Катю и заметив, что у девочки из ноги тоже торчит осколок, я остатком бинта перетянул ногу выше ранения. Резким движением, пока она отходила от контузии, я вырвал кусок железа. Даже не вскрикнув, девчушка помотала головой и медленно начала вставать. Василий тем временем уже поднялся на ноги и, мотая головой из стороны в сторону, пытался понять, что произошло. Поднявшись и осмотревшись, нам показалось, что прошло не меньше десяти минут, но на самом деле, прошла лишь минута. Смотря друг на друга не видящими глазами, мы только теперь обратили внимание, что Валентин лежит лицом вниз и не двигает. Первым к нему рванул Василий и перевернул его на спину. Валентин был мёртв. Лицо было в крови от мелких и средних осколков, одежда была разодрана в клочья. Из тела торчали осколки и куски железа. Видимо граната попала во что-то металлическое. Так как Валентин шел первым, ему досталось больше всего, а нам, похоже, просто повезло. Я подобрал его автомат, прикрыл глаза и опустил голову, желая почтить память нашего спасителя.

- Бегом!!! - заорал Василий - осталось меньше двухсот метров.

Сперва мы опешили, но с той стороны, откуда шли мы, надвигалась группа из десяти солдат, в том самом камуфляже. Медлить было нельзя, и мы побежали, как можно быстрей. Количество адреналина, вливавшегося в кровь, было на столько велико, что боль и страх отошли на второй план, осталось лишь желание жить.

Эти двести метров показались мне самыми длинными метрами в жизни и это притом, что в университете я пробегал стометровку за двенадцать секунд. Уже подбегая к библиотеке, со стороны главного входа начали раздаваться выстрелы. Пули бились о брусчатку рядом с нами, выбивая снопы искр. Казалось, что пришел наш конец и что весь этот путь был проделан зря.

Пытаясь сохранить жизнь, мы упали на землю, вспоминая все известные молитвы, но через мгновение со стороны библиотеки раздался крик.

- Какого чёрта вы там разлеглись? Бегом сюда!!!

Не ужели это кричали нам? Значит мы спасены, значит все же мы проделали весь этот путь не зря. Жизнь с новой сило закипела в жилах и поднявшись мы рванули ко входу в библиотеку.

Охранники "храма знаний" открыли огонь по настигавшим нас солдатам. Василий и я, пропустив девушек вперёд, открыли ответный огонь по солдатам. Мелкими перебежками, прикрывая друг друга, мы стали продвигаться ко входу в убежище, отстреливаясь от нападавших. Когда до спасения оставалось около двадцати метров, я в очередной раз повернулся и нажал на курок. В ту же секунду резким ударом боль пронзила грудь. Я не спускал пальца с курка, пока не стало темнеть в глазах. Ноги подкосились. Опустившись на колени, автомат выпал из моих рук и звякнул о брусчатку.

- Иван! Иван ты что? - обернувшись, крикнул Василий

- Беги - прохрипел я и завалился на бок.

У вас когда-нибудь было такое чувство, когда перед глазами ставала пелена? Когда вроде идёшь, но в следующий момент ты забываешь, как дышать, перед глазами темно и ты не видишь, что происходит вокруг. Врачи называют это предобморочным состоянием. Не думал, что вот так всё закончится. На секунду ко мне вернулась ясность разума, и мир опять просветлел. В голове почему-то заиграла та самая весёлая мелодия:

Пусть всегда будет солнце,

Пусть всегда будет небо,

Пусть всегда будет мама,

Пусть всегда буду я!

Я уже не слышал звуков, не видел неба, не чувствовал воздуха.... Макнув палец в собственную кровь, я начал из последних сил выводить:

Пусть всегда буд... - в этот миг разум покинул тело.

Эпилог.

В убежище, по неведомой причине, оказались ученые, участвовавшие в разработках этого зелёного тумана. Они рассказали все, что знали о нём. Но главное было то, что туман в независимости ни от чего развеется только через четыре с половиной - пять лет.

За эти пять лет история, произошедшая в эти дни, начала складываться в ровную цепь событий. Именно это укрытие считалось самым надёжным и именно здесь смогли укрыться самые знатные люди города, известные политики, военные и все те, кто хоть как-то влиял на жизнь города. Но их число было ничтожным, по сравнению с числом людей, сумевших спрятаться в подземельях библиотеки.

Задолго до атаки, правительство разработало уникальную программу по усовершенствованию человеческого рода. Но чтобы воплотить её в жизнь или хотя бы проверить на жизнеспособность, им были необходимы несколько крупных населённых пунктов, дабы можно было следить за экспериментом. Так же, дабы контролировать происходящее, было клонировано несколько сотен особей, из которых были сформированы спецотряды контроля. Атака противника пришлась как нельзя, кстати, и эксперимент был запущен, но после взрыва зарядов с зелёным туманом, что-то пошло не так и всем кто начинал и спланировал эксперимент, пришлось укрыться в бункерах и убежищах.

Прошло пять лет, люди начали выходить из подземных убежищ. Настя поднялась на поверхность, держа маленького мальчика за руку. Они посмотрели на небо и улыбнулись.

- Мама, а это солнышко? - спросил малыш.

- Да Ванюша, это солнышко - ответила Настя.

- А папа там же, на небе рядом с солнышком?

- Да детка, он там.

- Значит, он всегда будет смотреть на нас и улыбаться?

- Конечно, будет. Сынок, ты так похож на своего папу -сказала Настя и присев на колени обняла сынишку.- И, когда ты вырастешь, ты будешь таким же хорошим и смелым - и у Насти на глаза накатились слёзы.

Мир начал приходить в себя.

Ваша оценка: None Средний балл: 7.9 / голосов: 15
Комментарии

признаться после рассказа чуть ли не плакал...10

не дай БОГ!

читала и мурашки бегали по коже............

Видно, видно) устал автор. Сам не могу никак закончить Поднебесье. Переделываю его, но сил нет.

И то верно, оставляй как есть. И пиши следующее, а там уже будет где разогнаться.

Удачи и творческих успехов!

Спасибо Антон. Кстати "Два друга" уже пишутся ((=

плакала когда мама у девочки умерла....не нравится то что это нереалистично...а в целом впечатление неплохое,не зря прочитала..)

"а свет в комнате исходил от двух ламп дневного света, висевших у потолка. "

А ранее пишешь, что света в городе небыло. Наверное в квартире установлена автоматизированная система освещения. Вообщем как говорят в кино... ляп.

А так очень эмоционально подан рассказ, прочитал на одном дыхании... От чего мама умерла? не очень понятно.

Блин, да ляп, спасибо. Сколько не боролся с ляпами, всё равно пропустил...

Жесть.

Отлично! 10!

Правда, ложку дегтя плесну. Как будущий препод русского/литературы, придирки выдам к грамматике.

Пробежав ещё метров тридцать, сзади пронеслось пламя, поужинав, мир как будто посветлел - "ошибка им.Льва Толстого". Нет связи между глаголом и деепричастием, т.е. выходит, что огонь пробежал, а потом пронесся; мир поужиная и посветлел.

На искусно выращенных клонов - может, это не ошибка, но искусно - значит, красиво, аккуратно, с душой, что ли. Конечно, клонов только так и создают, с огоньком, так сказать. Но вообще правильнее будет сказать "искусственно".

"Не птиц, не людей - тишина." - тут вместо "не" должно быть "ни".

Все. Больше занудствовать не буду. Может, эти занудства помогут избежать таких ошибок в будущем.

Короче - 10. Все.

__________________________________

ДРЕВНЕЙ МЕНЯ ЛИШЬ ВЕЧНЫЕ СОЗДАНЬЯ,

И С ВЕЧНОСТЬЮ ПРЕБУДУ НАРАВНЕ.

ВХОДЯЩИЕ, ОСТАВЬТЕ УПОВАНЬЯ.

Данте. Ад

А что, бывают клоны выросшие не искусственно?

Быстрый вход