III.Партизаны.

Перед тем, как начать читать это главу, не поленитесь прочитать предыдущие главы.

Конвой из трех машин начал движение. В первой сидели только я и Игорь, остальные автомобили были набиты Партизанами. Путь от места наблюдения до самого блокпоста занимал менее 3-х километров, однако для меня эта дорога растянулась на десятки миль. За сто метров до поста, я заметил фигуры людей, патрулирующих проезд. Подъехав к шлагбауму, я взглянул на патрульных. Артура среди них не было. Раздались два коротких гудка с позади стоявшей машины. Это было знаком для второй команды. Она состояла из десяти человек, их целью являлось добивать тех, кто попытается сбежать с базы, а также прикрыть Партизан, на случай если военные вызовут подмогу, последнего я хотел меньше всего.

К машине подошел солдат. Смачно зевнув, он постучал в окошко.

-Вы охренели сигналить? Чего надо толстомордый?

-Простите. Можно мы проедем? У нас разрешение есть на выезд. – Я начал имитировать поиск документов у себя в бардачке.

-Ты тупой? Видишь, на столбе график висит? Он наверно не просто так тут прибит. Разворачивай свой локомотив, – отойдя от машины на пару метров, вояка добавил, - я вправе задержать вас, но делать этого не буду. Давай пошел отсюда.

Моя нога до упора надавила на педаль газа и машина рывком устремилась вперед. Игорь, сидевший за мной, начал доставать дробовик, спрятанный в ногах. После того, как моя “Лада” пробила шлагбаум, раздались первые выстрелы. Две следовавших за нами машины умчались вперед. Я остановился около входа и мгновенно нагнулся вперед. Вояки стоявшие у шлагбаума погибли сразу. Игорь разрядил все 7 патронов скорострельного дробовика XM1014 и тут же достал мною любимый АК-100. Машины с партизанами сразу рассредоточились по блокпосту – одна подъехала к вышке, вторая остановилась у крыльца казармы. Выстрелов было мало, так как основная часть вояк находились в здании, а те, кто успел выбежать из него, получили отпор в виде свинцового дождя. Надев маски, я с Игорем и парой ребят побежали в регистратуру, где возможно все еще сидел живой дежурный, который без сомнений вызвал на подмогу пару взводов. Зайдя в приемную, в мои глаза бросились струйки крови, до сих пор стекающие по стеклу. Облегченно выдохнув, я окрикнул Артура, в ответ где-то снаружи прозвучала короткая очередь.

-Осмотрите здесь все, только аккуратнее. – Еще раз, взглянув на запачканное кровью стекло, я побежал назад.

В воздухе запахло гарью. Увидев, что Партизаны успешно справляются с поставленной задачей, я позволил себе немного расслабиться и двинулся к вышке, с надеждой найти Артура. Кроме двух трупов с перерезанными глотками и орущего кота, дергано подпрыгивая после каждого выстрела, я никого не нашел.

Военные оказывали жесткое сопротивление. Помимо автоматных очередей, которые вырывались почти из каждого окна, солдаты начали выбираться на крышу, что осложнило задачу захвата казармы. Взрывать или поджигать здание было нельзя, так как взрывной толчок или огненное зарево могли почувствовать или увидеть братья-вояки, располагающиеся в городе. Военные засели крепко. За десятиминутное сражения Партизаны потеряли двух человек, про военных мы не знали ничего. Вторая группа Партизан осталась охранять подъезды к базе, с опаской на то, что вояки все же смогли вызвать помощь. Однако в данной ситуации военная политика навредила сама себе. Все солдаты были обязаны сдать любые средства общения. Единственной возможностью для военных связаться с базой являлась портативная рация, припрятанная в казарме.

Все шло не так, как было запланировано. Партизаны должны были подавить всю базу за считанные минуты. Взять нахрапом и внезапностью, однако военные показали неплохую подготовку в чрезвычайных ситуациях. Теперь появилась огромная угроза со стороны городских вояк. Время шло против нас.

Было решено устроить засаду незваным гостям. Двое саперов начали закладывать противотанковые мины на главной дороге, которая и вела к блокпосту, остальные обустраивались на многочисленных холмах, окружающих базу. На складе военной базы мы обнаружили и тут же конфисковали новенькую солдатскую одежду и сух. паек. Арсенал был скуден: пару гранатометов, десяток автоматов с тремя коробами патронов и ящичек гранат. Вероятно, основной запас оружия был размещен в казармах, где на данный момент им пользовались на всю катушку. Партизанам удалось вскрыть гараж, подорвав замок маломощной взрывчаткой. За исключением двух УАЗиков, переделанных в подобие американских хаммеров с пулеметным отверстием, гараж был пуст.

***

Бой за казармы был жестким. На протяжении часа мы осаждали их, а они и не думали сдаваться. Положительный момент был в том, что подмога до сих пор не пришла, а значит, связи с внешним миром у них не было. Минусом в ситуации послужил арсенал оружия, которая, как я и думал, находился в казарме. Солдаты не скрывали это и пользовались всем, что попадало под руку. Однажды в воздух была пущена сигнальная ракета, и мое сердце на несколько минут замерло. Я предупредил ребят в засаде о возможных гостях, но они четко ответили, что готовы к этому и если будет - нужно отдадут жизни за победу в битве. Я немного успокоился. Безусловно, меня радовала такая преданность, а ведь у большинства из дезертиров дома жены и дети. Однако то, в каких условиях живут их семьи, заставляют мужчин идти на подобные поступки.

Нам удалось захватить казармы спустя 2 часа после начала операции. По расчетам планировалось управиться за 10-12 минут. Когда их выводили на улицу, я ожидал увидеть крепких здоровых лбов, готовых с голыми руками наброситься на партизан, однако к моему удивлению из здания цепочкой вышли молодые ребята.

Большинству не было и двадцати лет. Худые, побитые, изнеможенные солдатики дрожали на холоде в одних трусах. Артура среди них не было.

-Офицеры шаг вперед! – Прокричал я.

Шеренга не шевельнулась.

-Офицеры! Шаг вперед!

Один из солдат шагнул вперед. Я подошел к нему в упор и пристально посмотрел в глаза. Его лицо яркой вспышкой отразилось в моем мозгу. Я знал его. Когда-то был рядовым участковым в моем районе. Он прославился неимоверной жестокостью к бездомным.

-Ты хочешь жить, офицер?

-Д-да. – дрожащим голосом промямли он.

-Тогда выживешь. Привязать его к столбу. Одежды не давать. Игорь, ты нашел моего солдатика?

-Никак нет, все обыскали.

Раздался шум рации, и я вздрогнул.

-Марат! Одного застрелили. Пытался убежать, но Сашок его одной пулей. У вас как там?

В моей голове пробежала недобрая мысль, но я ее быстро погасил.

-Казармы взяты, скоро заканчиваем.

Партизаны быстро осмотрели все здания и начали собираться в обратный путь. Машины было решено прихватить с собой и спрятать в каком-нибудь лесу. Не то, чтобы они были очень нужны, так как с военными УАЗиками в город не сунешься, но если в будущем мы решимся напасть на центральную базу города, то два джипа нам окажут отличную помощь.

Цепочка из пяти начала движение. Два джипа поехали в сторону от города, остальные машины захватили партизан, находившихся все это время в засаде, и направились в сторону города, на всякий случай было решено соблюдать интервал между машинами в два километра.

Я думал об Артуре и о том солдате, который пытался сбежать с базы. В голову настойчиво лезла мысль о том, что Артур и был тем солдатом. У меня не хватило духа проверить это лично, и я не стал просить об этом других.

***

На улице уже светало. Весь обратный путь сопровождался гробовым молчанием. В этом бою мы потеряли пятерых бойцов. Каждого из них дома ждет семья. Я, как вожак стаи, был обязан лично сообщить о гибели главы семьи. Когда я наведывался домой к родственникам погибшего, те уже знали, зачем я пришел. На их глазах мгновенно образовывались озера соленой воды. Некоторые падали на колени, а некоторые били меня. Я ничего не делал. Лишь стоял с закрытыми глазами и молил бога о прощении. Я был причастен к каждой смерти.

С собой мы прихватили шестерых солдат. Остальным отрубили указательные пальцы на обеих руках. Из-за присутствия посторонних мы не могли снять маски и называть свои имена, даже не смотря на то, что их судьбы уже были предрешены.

Дорога была пустой. На всем пути мы повстречали две машины, вояк среди них не было. Вдали показался родной парк. Наша машина двигалась последней, так что все уже были на месте. Мы заехали вглубь парка и прикрыли машину ветками. Остальные два автомобиля стояли рядом. От места стоянки до штаба было десять минут пути. Несмотря на то, что с собой мы вели двоих пленных, мы управились за 7 минут.

Внутри нас уже ждали.

Параллельная жизнь

Ну вот. Заканчивается очередной день, а за ним остается все меньше провизии. Каждый божий день ровно в шесть часов я провожу ревизию наших запасов, и вот уже как вторую неделю эти самые запасы не пополняются, а ведь скоро мы ждем пополнения нашей семьи.

Я всегда и во всём любил порядок, особенно когда дело касалось меня и моей семьи. Еще в юношестве я следил за порядком в семье. Наличие продуктов в холодильнике и мытье полов лежало на моих плечах и мне это нравилось. Не сказать, что я любил мыть полы или каждый день бегать в продуктовые магазины, вовсе нет…дело было в другом - я ощущал какую-то ответственность за свои действия и это приносило мне удовольствия. Даже сейчас, когда дела идут, не очень хорошо, я продолжаю пересчитывать все продукты в доме и из-за дня в день напоминаю каждому в семье, что через неделю нам нечем будет кормить наших общих детишек.

Восемь килограмм гречки, три кило манки, двенадцать банок тушенки, гниющие овощи, которые Руслан чудом нашел на соседней помойке, банка сгущенки - детям, сахар, чай и три блока сигарет. И это все, что у нас есть. За исключением припрятанной банки кильки в томатном соусе, которую я благополучно храню на черный день. Всё это надо распределить на девять человек. Я не только проводил ревизию продуктов, но и назначал дежурных. Их было трое: дежурный по кухне, бонусом в помощники он получал двоих детей, и двое смотрящих, они следили за обстановкой в доме и около него. Остальных ничем не занятых людей я распределял на оставшиеся не менее важные должности. Часть из них наводили порядок и игрались с детьми, а часть отправлялись на поиски продуктов. Это было, пожалуй, самым сложным и ответственным делом, поэтому почти всегда я назначал на это дело Руслана, Дениса и Антона. Я не включал себя в эту команду и не потому, что я трусил выходить наружу, вовсе нет. Я считал, что там снаружи должны быть бойцы, готовые в любое время быстро и правильно среагировать. Я не входил в их число. Кроме того, с собой у мужчин было ружье и пистолет, которые не раз спасали им жизни.

Так получилось, что в нашей семье была всего одна женщина. Оба ребенка были ее, а мужа убили еще в первые дни Анархии. Не сказать, что она была красавицей, но мы все ее любили. Каждый из мужчин нашел в ней что-то родственное, за что и восхищался ею. Длинные волосы до самого копчика не давали покоя Броду – старой собаке, которая постоянно пыталась поиграть с ними, цепляя своими острыми когтями кончики шелковистых белоснежных волокон. Ее глаза всегда смотрели вниз из-за критической стеснительности, а в окружении шестерых мужчин она чувствовала себя вечно голой на сцене в переполненном театре. Худая, но вечно сытая, тихая и скромная, но главная активистка в семейной жизни. В этом была наша Маргарита. На ней держался весь быт и уют в доме, кроме того, она ждала третьего ребенка. Мы часто слышим, как она плачет по вечерам. Кто-то думает, что это из-за нашей ситуации, в которую мы попали, а лично я считаю, что ей не хватает мужа. Отца ее детей. Быть может, страдает она от всего сразу.

Когда все только начиналось и государство еще пыталось бороться с Анархией, армия кормила нас каждый день. Сотни грузовиков приезжали на заброшенную парковку гипермаркета, который уже как несколько недель пустовал. Выстраивалась огромная очередь из тысячи человек и все ждали своей участи. Хамов тут не любили и если какой-нибудь гопник со своими дружками пытался пролезть вне очереди, ему тут же выбивали всю дурь солдаты, которые на удивление честно играли свою роль. Ты становился огромным везунчиком, если до тебя все-таки доходил черед. На семью из четырех человек выдавалось пару банок тушенки или пятикилограммовая сетка картошки. Через месяц на улицах города нельзя было найти ни одного животного. Даже вонючие подвальные крысы куда-то подевались. Сомневаюсь, что кто-то их съел, хотя всякое возможно.

Теперь провизию выдавали только по субботам. Шанс ухватить что-нибудь съедобное простому человеку был равен шансу найти у себя под кроватью коробку с консервами. Для беременных и их детей была отдельная очередь, причем ни инвалидов, ни ветеранов в эту колонку не пускали. Видимо государство считало, что им не выжить при нынешних обстоятельствах. Всего было четыре очереди годных, одна очередь беременных и еще одна для гос. служащих. Последних ненавидели больше всего. Каждую неделю их становилось все меньше. Некоторые умирали с голода, а некоторые боялись вставать в ту очередь, ведь для местных банд целью номер один становились люди именно из этой колонны. Зачастую госников (так прозвали тех, кто продолжал работать на малочисленных правительственных объектах) вылавливали после выдачи провианта и отбирали все до последней крошки. Из-за большого скопления народа на стоянке уже заброшенного гипермаркета, здесь образовался центральный рынок города. Государство даже выделило тридцать солдат для поддержания порядка на рынке и в очередях. Так что центральный рынок считался самым безопасным местном в городе, после нашего дома, разумеется. Здесь можно было найти все, даже имелось подпольное казино и черный рынок, которыми заведовал бывший мэр города. Каждый в городе знал, где можно потратить лишние почти обесценившиеся деньги и прикупить себе пару стволов. Знал и начальник охраны рынка, но так уж вышло, что начальник охраны приходился бывшему мэру, как родной сын. И ничего тут не поделаешь.

Обычно в пятницу под вечер мы начинали занимать очередь. Четверо мужчин становились по одному в каждую из годных очередей, а Маргарита приходила в субботу утром. Очередь для беременных была самой маленькой и ее обслуживали быстро, без лишних задержек и вопросов.

Сухпойка и килограмм гречки хватало на пару дней, остальные пять дней мы добывали себе еду сами. С каждой неделей делать это становилось все сложнее. Все магазины города была давно пустые. Работа на заводе была единственным способом подзаработать на еду, но завод по изготовлению военной техники, который когда-то был лицом города, забросили. Говорят, что солдаты время от времени завозят туда какие-то вещи.

Способов найти пищу было несколько: грабить более слабых, торговать на базаре вещами за еду и вести собственное хозяйство, ну и конечно подрабатывать на местном заводе. Грабить – дело ленивых трусов. В городе существовало более ста группировок и банд, которых мясом не корми, дай пограбить и поубивать. Торговать было почти бессмысленным делом, ибо мало дураков в наши дни, которые готовы распрощаться с драгоценными продуктами, работать на заводе за копейки было последним делом А вот выращивать самим кое-что из съестного было делом весьма успешным. А главное никто даже не подозревал о существовании нашего огорода, где мы выращивали все, что росло при нашем климате.

Наш дом располагается на окраине города и мы, пожалуй, единственные жильцы на этой улице. Скоро начнутся холода и все уже догадываются, что нас ждут суровые зимы без всякого отопления. По этой причине люди оставили свои частные дома и переселились к родственникам в высотки, ведь отопить 3 комнаты с кирпичными стенами куда легче, чем два этажа деревянного дома. Нам это пошло только на руку. Соседние участки мы приспособили под огороды. От посторонних глаз мы накидали мусор по краям участков, а сам огород накрыли целлофановой пленкой и досками. У нас получилось что-то на подобии замаскированной теплицы, которая, как мы надеемся, будет давать урожай даже зимой.

Выращенных овощей должно хватить на пару тройку месяцев. Маргарита уже начала консервировать помидоры и варить варенье. Вот только за места сахара мы используем подсластитель. Алексей, три недели назад грабил чудом уцелевший продовольственный и умудрился спутать коробку с детским питанием с коробкой с сахарозаменителем. Зато пес обожал это дрянь и за пару таких таблеточек он готов был скакать часы напролет. Картошка спасала нас больше всего остального. Помимо выдаваемой, каждые выходные, 5-ти килограммовой сетки картошки, мы ее выращивали везде, где могли. К зиме ее накопилось около шести бочек.

Одним словом - к зиме мы готовы. Но мы не были готовы к тому, что с нами произошло…

Ваша оценка: None Средний балл: 5.8 / голосов: 8
Комментарии

По просьбе добавил маленькую часть параллельной истории.

Перерыв, конечно, был немалый, пришлось сначала перечитать предыдущие главы. В целом интересно, читалось легко. Поставил 8

___________________________________________________________

Где нет свободы критики, там никакая похвала не может быть приятна

Спасибо, больше таких перерывов не будет)

Пффф... Начнем, помолясь )

Комментить буду потихоньку, апдейтом, чтобы объемный текст отзыва не пропал, как в прошлый раз, когда я нажал не на ту клавишу )

Если автор не будет против, конечно...

Критикуй меня полностью. Я хочу чтобы ты критиковал меня.

Ой, зря вы, товарищ Лис, меняете текст во время комментирования. Часть коммента пропала. Ну, видимо, не судьба вам ту часть прочитать.

Я даже теперь не могу апдейтить свой первый коммент.

Ну, да ладно... Получайте )

"L1s" пишет:
Конвой из трех машин начал движение

Слово "конвой" тут неуместно. Конвой - это охрана, приставленная к некоему объекту, находящемуся в процессе транспортировки. Тут, скорее, подойдет "колонна". Хотя, конечно, три авто для колонны - это немного.

"L1s" пишет:
Путь от места наблюдения до самого блокпоста занимал менее 3-х километров, однако для меня эта дорога растянулась на десятки миль.
Почему у вас километры превращаются в мили? Тут либо одно, либо другое...

"L1s" пишет:
За сто метров до поста, я заметил фигуры людей, патрулирующих проезд

А до этого Гг что делал? Людей можно различить невооруженным взглядом с гораздо большего расстояния.

Цитата: "Вообще говоря, глаза позволяют человеку видеть на очень большие расстояния, иначе мы не видели бы звезд. Но одно дело — просто увидеть, а другое дело — различить, узнать. Пешехода, например, можно заметить и с расстояния в 11-13 километров. Но на таком далеком расстоянии он будет казаться просто черной точкой. У вас не будет никакой уверенности, что эта точка именно человек, а не что-либо другое. Различить пешехода вы можете только тогда, когда он приблизится к вам на расстояние примерно в 2 километра."

"L1s" пишет:
Подъехав к шлагбауму, я взглянул на патрульных. Артура среди них не было.

А до шлагбаума Гг старательно пытался не смотреть на патрульных? Если тут соль в том, что он пытался узнать среди них Артура, то так и нужно писать.

"Когда мы приблизились к шлагбауму на расстояние, с которого можно было различить лица патрульных, я надеялся увидеть Артура. Но его среди них не оказалось" - приблизительный вариант. Не самый лучший )

"L1s" пишет:
Раздались два коротких гудка с позади стоявшей машины

Корявое предложение какое-то... С машины не гудки раздаются, а овощами во дворах торгуют. Да и "гудок" как-то коробит. Сигнал клаксона, тогда уж.

"L1s" пишет:
Это было знаком для второй команды. Она состояла из десяти человек, их целью являлось добивать тех, кто попытается сбежать с базы, а также прикрыть Партизан, на случай если военные вызовут подмогу, последнего я хотел меньше всего.

1. Вот тут первый ступор. Какая еще вторая команда? Ведь "В первой сидели только я и Игорь, остальные автомобили были набиты Партизанами."

Откуда эта вторая команда взялась? Или они уже находились на территории базы? Не понятно...

2. После "вызовут подмогу" нужна точка. Предложение логически законченное. Не нужно городить огороды.

"L1s" пишет:
-Простите. Можно мы проедем? У нас разрешение есть на выезд. – Я начал имитировать поиск документов у себя в бардачке.

1. Не верю. Три тачки народу, спецом приехали всех завалить, а их старший блеет перед трупом без пяти секунд, как овечка.

2. "у себя" - лишнее. У кого же еще, если не у себя. У Курта Кобейна? Лишние слова отвлекают. Со временем читатель начинает от них уставать. Текст воспринимается хуже. Хотя, надо признать, что я и сам частенько этим грешу )

"L1s" пишет:
Разворачивай свой локомотив

Локомотив - это транспортное средство, предназначенное для использования на железной дороге (ВП). Ребят, начинающие авторы! Юзайте Википедию, если сомневаетесь в значении какого-либо слова. Помогает )

"L1s" пишет:
Игорь, сидевший за мной, начал доставать дробовик, спрятанный в ногах.
И еще, авторы! Пробуйте на вкус свои сомнительные предложения. На смысл, на время. Ну, достать дробовик, это не такое сложно выполнимое действие, чтобы его сначала нужно было начать, затем продолжить, после чего еще и закончить )

Просто "достал дробовик"...

"L1s" пишет:
Я остановился около входа и мгновенно нагнулся вперед

Около входа куда?

И для чего Гг нагнулся-то? Без задней мысли?

"L1s" пишет:
Надев маски, я с Игорем и парой ребят побежали в регистратуру

Я = мы. Регистратура? Возможно, комендатура? Регистратуры все больше по больничкам ошиваются )

"L1s" пишет:
Зайдя в приемную, в мои глаза бросились струйки крови, до сих пор стекающие по стеклу

Чьорд, какие шустрые струйки крови! Прямо со стекла в глаза бросаются, понимаешь! Опасно, блин, в регистратуре )

"L1s" пишет:
Кроме двух трупов с перерезанными глотками и орущего кота, дергано подпрыгивая после каждого выстрела, я никого не нашел.

Ну, не думаю, что нормальный кот вот так сидел бы на месте и прыгал от каждого выстрела. Он же не на цепи сидит? Скорее всего, он сдристнул после первого же по его мнению шухера.

"L1s" пишет:
Выстрелов было мало, так как основная часть вояк находились в здании, а те, кто успел выбежать из него, получили отпор в виде свинцового дождя

И тут же...

Военные оказывали жесткое сопротивление. Помимо автоматных очередей, которые вырывались почти из каждого окна,

Или военные просто так неохотно просыпались и постепенно втягивались в бой? Хотя, это вообще не критично, конечно. Просто мне в глаза бросилось. Как струйки крови )

"L1s" пишет:
взрывной толчок

Этот термин скорее из тяжелой атлетики.

Ну, или из области жутких баек, которые рассказывают на ночь своим детям сантехники.

"L1s" пишет:
Время шло против нас.

Работало...

"L1s" пишет:
На складе военной базы мы обнаружили и тут же конфисковали новенькую солдатскую одежду и сух. паек. Арсенал был скуден: пару гранатометов, десяток автоматов с тремя коробами патронов и ящичек гранат

1. И это СКЛАД военной базы? В любом бандитском схроне оружия больше...

2. У солдат скорее не одежда, а обмундирование.

3. Почему на одном "складе" совместно хранится оружие и харчи? А, стоп, я, кажется, уже и сам догадался - чтобы не строить отдельное здание для десяти автоматов...

4. "ящичек"? Тогда почему не "ящичек гранаточек" (красивеньких)?

"L1s" пишет:
За исключением двух УАЗиков, переделанных в подобие американских хаммеров

Как? о_О

Я просто хочу понять! Как? )))

Ну, ладно. Времени больше нет. Оценку пока не ставил, подожду новой версии текста, которая, я думаю, в скором времени должна появиться.

Надеюсь, отзыв был полезен, и на шутки юмора никто не обидится...

Спасибо за критику. Где-то полезную, где то не очень)

На счет локомотива - это слова солдата. Ты послушай как мы в быту разговариваем.

Первая команда сидела в засаде.

я посчитал лучше написать гудок, нежели сигнал клаксона.

Была ночь и в это время сложно разглядеть людей, тем более их лица.

Виноват на счет конвоя, признаю.

А так продолжай критиковать. Критика всегда полезна.

"L1s" пишет:

Первая команда сидела в засаде.

Была ночь и в это время сложно разглядеть людей, тем более их лица.

Ага, заглянул в концовку второй части, извиняюсь )

По поводу солдата согласен - это прямая речь, он мог и на арабском что-нибудь выдать. Автор тут не при чем )

Прокомментирую до первых "***"...

Как же хорошо, когда у тебя есть персональный критик)

Жду.

Да.

Хотел оставить свои замечания. Но чей-то передумал ;)

А то мало ли... Пусть этой работой "персональный" занимается.

Не стесняйся, будь как дома. Пиши что не по нраву, учту все запросы)

Первую часть же прокомментировал, чем эта хуже? (хотя по оценкам она действительно куда хуже).

Быстрый вход