Обреченные на жизнь. Глава 3 часть 5

Предыдущая часть.

5.

На следующий день Ринат чувствовал себя намного лучше. До полудня они прошли столько же, сколько за все предыдущее время. Подозрительные деревни они обходили далеко стороной, стараясь не выходить из-под сени деревьев без всякой на то причины. В одном месте путь им преградила дорога, перед которой они остановились.

- Ужас какой! – прошептала Эльмира. Шоссе проходило по высокой насыпи – вокруг была заболоченная местность. Именно из-за высоты насыпи, снег постоянно сдувался с дорожного полотна ветрами, оставив открытой картину, так ошеломившую Эльмиру. Вся дорога была заставлена машинами. Здесь были большие грузовики дальнобойщиков, и маленькие автомобили «Ока», иномарки всех моделей, автобусы, мотоциклы, автомашины всех служб: от милиции и МЧС до газовиков. Как далеко тянулась эта мертвая колонна, не было видно: один конец ее уходил в лес, из которого они вышли, а другой уходил в поле, но до самой грани видимости она была вся уставлена техникой. Некоторые машины лежали за пределами дороги: одни на боку, другие вообще опрокинутые на крыши. Часть машин были сгоревшими или сильно повреждены пламенем. Они немного постояли, пока Марат не скомандовал всем:

- Двинули.

Первой машиной на их пути оказалась «шестерка», цвет которой было невозможно определить из-за того, что она полностью обуглилась. Марат мельком глянул в салон и тут же прибавил шагу. Шедший последним Ринат понял, что же он там увидел: на всех сидениях лежали обугленные кости.

- Что же тут случилось? – прошептала Эльмира, ухватившись за руку Рината. Он лишь пожал плечами и шел дальше. Небольшой слой снега позволял идти, не снимая лыж. У старенького «Опеля» его лыжа воткнулась в нанесенный ветром снежный накат. Из-под снега показался детский череп, который ударился ему в лыжу. Эльмира вскрикнула, Ринат брезгливо перешагнул через кости и поспешил покинуть пределы трассы.

- Дааа… Жестко их накрыло. Или накрыли. – сказал Марат, бросив последний взгляд на колонну навечно застывшую на этом шоссе. – Много видели, но чтобы такая длинная колонна была…

- А почему тут одни кости? Ведь тело не могло так быстро разложиться. – прошептала Эльмира.

- Обглодали, наверное. – без тени эмоций ответил Марат, пересекая границу леса.

Лес снова скрыл их от глаз постороннего наблюдателя. Ближе к вечеру сплошной лес закончился. Поля и луга местами разделялись узкими лесопосадками и занесенными снегом овражками. Посередине открывшегося им поля стоял одинокий комбайн, сиротливо выставивший наверх дефлектор, за ним в метели угадывались очертания деревенского кладбища, за которым темнели первые дома.

Деревня оказалась необитаемой. Судя по заколоченным домам, полуразвалившимся воротам и покосившимся трубам, деревня уже давно была заброшена, еще до войны. Они медленно двинулись вдоль единственной центральной улице, не теряя бдительности. Они прошли уже несколько дворов, как откуда-то с другого конца улицы донесся собачий лай. Они вжались к заборчику палисада перед одним из домов и вслушались. Лай снова повторился.

- Уходим? – спросила Эльмира.

- Нет, может одинокая семья или еще что. Деревня давно брошенная, до ближайшей трассы идти километров пятнадцать. До магазина или телефона столько же. Не думаю, чтобы банды тут решили обосноваться. Но все равно двигаемся как можно незаметнее.

Они перелезли через ворота, и вышли к огороду. Во многих деревнях участки под картошку разделяли узкие межи без всякого забора, эта деревушка не была исключением. Единственное, что бросалось в глаза – из под снега торчал бурьян, заполонивший огороды, оставленные много лет назад без присмотра. Прижимаясь к стенам сараев и бань, они медленно продвигались вперед, напрягая слух и зрение. Собачий лай стих, но тут Марат указал рукой на дом, который стоял на самой окраине деревни. Из трубы шел дым, который было нетрудно различить, несмотря на метель. Они прошли вдоль длинного ряда построек, объединявших хлев, баню и дровяной сарай, и отделявших двор от огорода. Марат, шедший первым, остановился у двери, ведущей в хлев, и поднял руку, показывая остальным, чтобы они тоже остановились. Дверь открывалась внутрь и изнутри запиралась только на крючок, который Марат без труда откинул ножом: дверь была старой и рассохшейся. Ринат вошел внутрь следом за братом. Чувствовался запах навоза и сена, он включил фонарик и посветил в помещение слева, луч уперся в корову, которая флегматично жевала свою жвачку. Они стояли посреди широкого коридора, от которого направо и налево располагались загоны. В одном из них раздался испуганный топот. Овцы, находившиеся в нем, сгрудились у крайней стенки и испуганно смотрели на неизвестных посетителей. Ринат усмехнулся и полез вслед за братом на сеновал, куда вела приставная лестница. Массивная дверь, ведущая во двор, была закрыта снаружи, но от сеновала можно было легко спуститься туда через дверцу, которая служила для загрузки сена. Они устроились у этой дверцы и прислушались к тому, что происходит во дворе. Хлопнула дверь, и послышался хруст снега под чьими-то ногами. Женский, скорее даже старушечий, голос с кем-то разговаривал. Послышался звук цепи и громкое чавканье – она кормила собаку и разговаривала именно с ней. Марат осторожно открыл дверцу и выглянул во двор, осмотрелся, и спрыгнул вниз. Ринат последовал за ним. Собака зашлась в лае, увидев чужаков, старушка так и застыла, глядя на троих с оружием, появившихся как будто из неоткуда. Марат выставил перед собой руки, показывая, что они пусты и попытался успокоить перепуганную старушку.

- Эни (1) , успокойся, мы не бандиты и не воры. Нам нужна помощь. Хорошо? Мы не причиним вам вреда. – та в ответ коротко кивнула и недоверчиво оглядела их.

- Бандитов в деревне нет, мать? Мы от них бежим. – соврал Марат.

- Откуда тут бандиты? Тут и до войны-то люди нечасто появлялись, а уж сейчас. Что ж вы стоите, проходите, коль с миром пожаловали.

- Юлбарс, тихо! – сказала она уже собаке, продолжавшей рваться с цепи, и жестом пригласила войти в дом. Ринат старым голиком отряхнул валенки от снега и вошел в дом последним. За столом, стоявшим у окна, сидел старик, листая газету и глядя на строки сквозь толстые линзы очков. Комнату освещала одинокая керосиновая лампа, стоявшая перед стариком.

- Здравствуйте! – громко поздоровался Марат. Старик посмотрел на них сквозь очки и нахмурился.

- Наиля, кого это ты привела? – резко спросил он у жены.

- Так от бандитов бегут. Помочь просили. – сказал она откуда-то из-за печки. Они так и стояли на пороге, не решаясь проходить.

- Так что же вы стоите? Проходите. Наиля, сделай чаю. А теперь рассказывайте, что с вами приключилось.

Ринат повесил свой ватник на вешалку рядом с прожженным полушубком, который показался Ринату знакомым, но он быстро выкинул это из головы и прошел со всеми к столу. Марат вкратце рассказал их историю, опуская моменты, которые не стоило знать старику. После того, как рассказ и несколько чашек чая с медом закончились, в комнате повисла тишина.

- Ну что ж. – сказал старик, снимая очки. – Вот ведь до чего страна докатилась! Сначала государства друг друга уничтожили, а теперь люди стараются побыстрее друг друга. Видимо, сильно мы кого-то на небесах обидели, что он такое с умами сделал… А Рината мы подлечим, можете не беспокоиться. Тем более и лекарства постоянно готовы. У нас ведь тоже один раненный есть. Ох, и досталось ему! Когда я его в лесу нашел, так думал, что вообще не человек это. Но ничего, молодой, сильный. Только по-татарски говорит плохо, ладно хоть понимает. Вот сейчас за дровами в лес ушел. Должен бы уже вернуться.

В этот момент во дворе раздался лай собаки и чей-то твердый голос успокоил пса. В сенях послышался топот ног, затем неизвестный вошел в дом.

- Уф, ну и метет там, дядя Нургали. Ничего не видно. – никто из них троих не видел вошедшего, так как дверь закрывала огромная деревенская печь.

- У нас гости что ли? – раздался голос неизвестного и послышался щелчок взведенных курков.

- Не надо, сынок. Убери ружье. Тут с миром пришли, проходи уже. – ответил старик спокойным голосом. Неизвестный ничего не ответил. Ринат немного напрягся, ожидая появления этого «постояльца». Первым из-за печки появилось дуло видавшей виды охотничьей двустволки, следом показался он сам. Ринат так и застыл, во все глаза, разглядывая его, тот тоже стоял, приоткрыв рот от удивления, и не знал, что сказать.

- Димка!!! Димка!!! Живой!!! Ребята, чего же вы сидите!!! Это же Димка!!! – Эльмира первой вскочила со своего места и кинулась Диме на шею. Он стоял, пораженный неожиданной встречей, хлопая глазами и глядя то на них, то на стариков, которые, поняв, что произошло, улыбались. Подскочили Марат с Ринатом. Марат потрепал Диму по обритой наголо голове.

- Вот он, восставший из мертвых герой-разведчик!!! Да мы это мы, Димон. Лицо попроще сделай. – рассмеялся он.

Даже сидя за столом, Дима никак не мог прийти в себя.

- Рассказывай уже, что ты на нас как на пришельцев из космоса смотришь? – сказал Марат. Дима улыбнулся, сел поудобнее и начал свой рассказ:

- А вы, я смотрю, меня вообще уже вчистую списали? Нет уж. Как меня выбросило из вездехода – хоть убейте – не помню. Может сам выскочил, может… Не знаю я. Очнулся –вокруг никого уже нет. Лежу я, значит, на снегу, одежда дымиться, в ушах звон стоит, по телу будто танк проехал. Смотрю на нашу красавицу, так чуть не взвыл – бедная вся искорежена, истерзана. Поднялся, пошел по тому маршруту, которым мы пришли – в город сразу не пошел (мало ли что). Подобрал чей-то ствол, бреду… Смотрю – Две БМПшки горят, понял, что ваша работа, тут на Рината наткнулся – лежит под снегоходом в отключке. Я его в чувство привел, сам думаю: «Надо своих искать – вдвоем не выберемся». Я обратно к технике брошенной, в надежде, что транспорт сыщется. Тут на меня трое фанатиков на двух снегоходах выскочили. Ну, думаю, пропал Димка теперь. Идти уже сил никаких не было, какой там стрелять – они бы на раз два из меня дуршлаг бы сделали. Так те меня за своего приняли: загрузили на снегоход и покатили. Я пытаюсь сообразить, как мне от них слинять, тут кто-то очередью по переднему снегоходу как вдарят, я тут же на снег свалился и ползком в сторону. Тот снегоход, на котором я сидел тоже изрешетили. Благо лес рядом был – я туда. Слышу матюки сзади, догоняют. Я очередь дал в ту сторону и бегом вглубь. Мне тоже вдогонку постреляли, но не попали. Соваться в лес они, видимо, не стали, да и я уже прилично отполз. Дальше как шел – не помню, сколько шел – тем более. В кармане остатки сухпая лежали, ими только и питался, ну и спирт во фляжке. Помню, в какой-то овраг свалился, еле выбрался. Выбрался и тут же отключился. Там меня дядя Нургали и нашел. Карт нет, оружие потерял, где я – понятия не имею, вот и остался здесь. Да и куда я один пойду? Нет, ну примерно я представляю, где я нахожусь, а вот как выбираться – ума не приложу. Да и страшно одному-то. Вот такие вот дела, братцы.

Дима оглядел всех и добавил:

- Как же я рад вас видеть, ребята. Как же…- он вскочил и сгреб всех троих в охапку.

Уже почти неделю Эльмира с Наилей лечили Рината. Наконец, Марат назначил день выхода. Дима тоже поддержал идею как можно быстрее добраться до их дома в больнице.

В ночь перед выходом сильно потеплело. Ринат стоял во дворе и с наслаждением вдыхал влажный воздух, который после морозного и жгучего дыхания зимы казался таким нежным и приятным. На крыльцо вышли Марат и Дима.

- Готов? – спросил Дима у Рината.

- Конечно! Где там эта копуша?

- Это ты про меня? – Эльмира вышла из дверей и косо посмотрела на Рината. Он промолчал, опустил голову и шутя пробурчал что-то извиняющееся.

- Смотри у меня! – Эльмира улыбаясь погрозила ему пальцем.

- Дядя Нургали. Так вы не пойдете с нами? Точно? – спросил у провожающих их стариков Марат.

- Да куда? Зачем? Уж лучше вы к нам, а мы тут спокойно в тишине свой век доживем. А по полям с автоматами бегать, да от бандитов отстреливаться – увольте. Старые мы для этого.

- Ну что ж? Спасибо большое за все, хозяева. Надеюсь, как-нибудь еще вернемся и достойно отблагодарим.

- Не стоит. Отблагодарили уже. Вон сколько дров натаскали. – улыбнулся старик. В это время Дима молча подошел к ним и крепко обнял обоих по очереди. На лице старушки появились слезы. Дима резко развернулся и первым вышел за ворота. Следом за ним вышли остальные.

На окраине деревни Ринат обернулся. Посреди улицы стояли старики, которые прижавшись друг к другу, тоскливыми взглядами провожали их в дорогу. Он остановился и как-то вяло помахал им на прощание, старик тоже поднял руку и что-то выкрикнул на прощание. Но этого Ринат уже не видел и не слышал – он уже спешил догонять остальных.

За два дня они без остановок и приключений достигли своего города. Марат первым выехал на опушку леса, где Ринат когда-то подобрали раненного Егорова, и остановился как вкопанный. Следом за ним так же замерли остальные. Здание больницы, которую отлично было видно, с этого места просто исчезло. Не сговариваясь, они помчались через поле, забыв обо всех мерах предосторожности. Заправка, в которой располагался блокпост, полностью обгорела, и теперь на его месте стояли лишь закопченные кирпичные стены. Несколько частных домов, что стояли ближе всего к блокпосту сгорели полностью, оставив вместо себя лишь кучи угля, кирпичные кладки вытяжек и непонятные металлические каркасы. Дальше дома пострадали меньше, но все они были сильно повреждены огнем. На перекрестке возле моста лежал опрокинутый на бок трактор, вокруг него лежало несколько человеческих тел. Кругом были рассыпаны следы животных и птиц, которые уже начали свое кровавое пиршество на останках. Обогнув трактор, Ринат наткнулся на наполовину засыпанное тело в милицейском бушлате. Лицо было исклевано воронами, поэтому опознать его было невозможно, на его торчащей из-под снега согнутой в локте руке, сидела ворона, которая, увидев Рината, недовольно каркнула и улетела, но недалеко. Она устроилась на погнутые перила разрушенного еще в самом начале взрывом на станции моста и внимательно проводила взглядом спешащих путников и снова мягко спустилась к своему обеденному столу. Города как такового больше не существовало. Везде их встречали лишь обгорелые скелеты домов, в почерневших оконных проемах которых тоскливо выл ветер. Ему вторили десятки вороньих голосов, которые стайками кружились над местами, где лежали убитые, а они были повсюду. То тут, то там из-под снега торчали уже обглоданные конечности. На одной из улиц им наперерез выскочила стайка собак, все выхватили оружие, готовые к нападению, но собаки, уже сытые доступной мертвечиной, не стали связываться с живыми людьми, и лениво потрусили обратно.

Здания больницы больше не существовало, оно представляло собой лишь кучу обломков кирпича и бетонных блоков, из которой торчали куски арматуры. Все близлежащие здания были тоже уничтожены полностью. На протянувшейся вдоль улицы и чудом уцелевшей трубе газопровода на веревках были развешены тела, многие из которых были еще недавно их знакомыми, соседями, товарищами по оружию. Ринат стоял и молча смотрел на то, как порывы ветра раскачивают повешенных. На одиноком покосившемся столбе он увидел распятое тело Валеры. Неизвестные раздели его догола и распяли на грубо приколоченной к столбу доске. На его груди была вырезана звезда, ниже чернела сделанная углем надпись: «Сука». Он хотел, но никак не мог оторвать взгляда от этой страшной картины, внутри как будто взорвалась ледяная бомба. Обжигающая холодом смесь ужаса, бессилия и ненависти растеклась по всему телу. Он стоял с застывшим выражением на лице не в силах пошевелить ни одной частью тела. Рядом начала плакать Эльмира, Дима сел на снег, и, обхватив голову руками, тихо завыл, в бессильной злобе ломая себе пальцы. Марат резким движением вынул нож и начал по очереди резать веревки, на которых висели тела. В этот момент Ринат услышал за спиной плач, который вывел его из ледяного плена оцепенения. Из подвала сгоревшего дома показалась чья-то закопченная голова, в которой угадывалось что-то человеческое. Оттуда же доносился плач.

- Таня? – неуверенно крикнул Ринат. Это действительно была она. Таня протянула руки и с ревом бросилась к ним, спотыкаясь и проваливаясь в снег. Ринат бросился к ней навстречу. Трудно было узнать в этом человечке с измазанной сажей лицом, спутанными волосами в рваной одежде ту самую девочку, но он знал, что это была именно она. Она кинулась к нему в руки и зарыдала еще громче, то и дело всхлипывала и что-то пыталась сказать. Ее слезы, перемешавшись с сажей, черными каплями стекали на серую ткань ватника, по его лицу тоже покатились слезы. На развалинах дома показалось еще несколько детей, они, узнав поисковиков, с плачем бежали к ним. Все перепачканные сажей, грязные, одетые в какие-то лохмотья, они бежали к тем, кто стал их единственной надеждой в мире, где теперь исчезло слово «детство».

- Вставай, вставай. – Ринат стал поднимать сидевшую на снегу Эльмиру. Она медленно встала и обвела детей мутным взглядом и произнесла сквозь всхлипы:

- Несчастные… - и снова заплакала. Марат медленно оглядел всех детей и сухо скомандовал:

- Выдвигаемся. Дима замыкающий.

Все молча пошли за Маратом, который зашагал в сторону леса.

- Стойте. – остановил всех Дима, как только они скрылись за деревьями. Из-за полуразрушенного дома появился чей-то силуэт и тут же скрылся обратно. За ними кто-то шел.

- Возьмите его. – сказал Марат Диме и Ринату. - Встречаемся в леске, где военные останавливались.

Марат и Эльмира повели их дальше, как кто-то из детей окликнул Марата:

- Дядя Марат, это, наверное, Женя. Он пошел еду искать.

- Один? – удивилась Эльмира. Мальчик кивнул.

- Он уже большой. У него ружье есть, и он нас от собак спасал.

- Ясно. Дим, давай, глянь, только без лишнего азарта. – сказал Марат, тот кивнул и вышел из тени деревьев.

- Женя!!! – крикнул он в ту сторону. Никакой реакции не последовало.

- Женя!!! Это я, Дима, сталкер. Тут еще Ринат, Марат и Эльмира. Женя, выходи!!!

– Женя появился совсем с другой стороны - из-за развалин больницы. Дима удивленно посмотрел на своих спутников. Мальчишке было на вид не больше четырнадцати, он правильно выбрал место и особо не высовывался.

- Верните детей, твари!!! – срывающимся от волнения голосом выкрикнул он и тут же снова скрылся за плитой.

- Жень, это же я, Дима. Ты чего? – Дима дружелюбно развел руками, в одной из которых он держал автомат. – Жень. Мы уходим в более безопасное место.

Он наполовину высунулся из-за своего укрытия:

- Ты же умер! – крикнул он, неуклюже держа обрез ружья перед собой.

- Как видишь – нет! – ответил ему Дима и скинул капюшон. Только тут Женя окончательно поверил своим глазам и прыжками побежал к ним. Вся его суровость куда-то мигом пропала, он бросил обрез в снег и обнял Диму, дав волю слезам.

- Где же вы были? Где вы были так долго. Мы так вас ждали, мы знали, что вы придете... – в истерике он начал колотить его кулаками в грудь.

- Ну, все, все, Женек. Мы уже здесь. Только ружье подбери. Негоже сталкеру так с оружием обращаться. – улыбнулся Дима отнимая от себя сотрясаемого рыданиями Женю. Тот быстро поднял обрез и небрежно стряхнул с него налипший снег. Только тут Ринат заметил, что к рукаву его куртки неаккуратно, большими стежками, пришита эмблема их отряда – замороженный знак радиоактивности.

С откапыванием шалашей-иглу пришлось повозиться. Некоторые из них уже обвалились, не выдержав тяжести навалившего сверху снега, но центральная, в которой их тогда допрашивали, оказалась вполне пригодной для ночлега. На небольшом костерке они сварили из оставшихся консервов и круп густую съедобную смесь. Восемь детей, слегка отмытые и приведенные в человеческий вид, сидели вокруг котелка и дружно стучали ложками, которых на всех не хватало, но все ели в порядке очередности и не ругались. Ели они молча при свете диодного фонарика, повешенного за шнурок к каркасу, луч которого с трудом пробивал туман, который шел от сохнущей одежды и подтаявших стен.

- Жень, сядь, поешь. – сказала Эльмира Жене, который сидел в углу и смотрел на свои ноги.

- Я не хочу. Пусть поедят, они ведь маленькие. – ответил он, взглянул на котелок и сглотнул голодную слюну.

- А чего это Женя не ест? – обратился к Эльмире Марат, который вошел вслед за Ринатом с охапкой елового лапника.

- Сказал, пусть сначала малыши поедят. – улыбнулась в ответ она.

- Ну раз так, Евгений, прошу сюда. – пригласил его Марат к себе в дальний угол, где уже сидели Ринат и Дима.

- Давай, уверенней. Ты теперь полноценный член нашего отряда. – сказал Дима, увидев, что Женя немного замялся. После этих слов, он бодро встал и прошел к ним.

- Женя, теперь начинай доклад. Когда это случилось? – Марат пристально посмотрел в глаза мальчика.

- Четыре дня назад. Ночью.

- Давай по порядку, хорошо? Что ты слышал? Видел? Может, кто из старших что говорил? Нас интересует все.

- Марат, может не стоит так вот сразу. Они же еще совсем не отошли… - попыталась вступить в разговор Эльмира.

- Нет, тетя Эльмира. Я в порядке. Ночью я проснулся от сирены. Потом что-то взорвалось. Потом еще. Дядя Коля вытолкнул меня в окно и сказал, чтобы я спрятался в траншее, которая идет к дому, где жили военные, которые из Ижевска приехали.

- Как приехали? – перебил его Марат.

- Они на поезде приехали. Там битва была, они отступили к нам. Немного. Больше конечно, женщин было…

- Когда они переехали?

- За два дня до этого. Потом оказалось, что взорвали именно их дом, то есть роддом который. Потом бандиты полезли со всех сторон, и стали всех стрелять. Утром уже никого не осталось, кто из наших стрелял, но они тоже много человек потеряли. Очень много. А потом… - Женя всхлипнул.

- Так ладно, опустим это пока. Почему именно бандиты?

- Мне так Миша сказал. Я его втащил в траншею, где прятался, когда его скинули с четвертого этажа, всего в ранах. Он же мне и этот знак отдал перед тем, как умер. Он сказал, что вы обязательно вернетесь, и я вам это передал. – Женя протянул сложенный вчетверо клочок бумаги.

Марат спешно развернул листок и начал вслух зачитывать предсмертное послание друга. Листок был весь измазан кровью, и в некоторых местах надпись оказалась немного размыта, но вполне сносно читалась несколько строк, написанных карандашом.

Это бандиты. Среди них Макс. Я так и не достал его. Он распял Валеру. Спасите детей. Отомстите за нас, братья. Я верю, что вы вернетесь. Женя должен передать. Мороз.

Марат снова посмотрел на Женю и протянул ему руку. Тот робко посмотрел на протянутую ладонь, потом на Марата и вытянул в ответ свою. Марат потянул Женю к себе и обнял его:

- Спасибо тебе, Женек. За малышей спасибо, за себя спасибо, за все… - по его глазам текли крупные слезы.

- Как он умер? – глухим голосом спросил Дима, подняв красные глаза на Женю, тот непонимающе пожал плечами.

- Он не мучался? – снова спросил Дима.

- Нет, он даже улыбался, или мне так показалось. Но сначала сказал, чтобы мы вас дождались. – Женя всхлипнул, Дима в ответ лишь кивнул и снова уставился в потолок.

- Они не всех убили. – после длинной паузы сказал Женя. – Они только тех, кто с оружием, убивали. Воспитательниц и других женщин они с собой увели и ребят, кто постарше. Я же в траншее прятался, а потом меня завалило, поэтому меня не нашли, а то бы тоже забрали. Малышей специально оставили. Сказали, что они сами от голода сдохнут, я все видел из укрытия.

- Чем же вы питались все эти дни? – спросила Эльмира.

- Собак ели и то, что можно было найти на развалинах. Но если бы вы еще дольше шли, то я не знаю, что бы я делал. Патронов у меня больше не осталось. Собаки и так Айратика разорвали, в первый день.

- Так ты без патронов на нас выскочил? – удивился Марат.

- Да. – виновато потупился Женя. Марат присвистнул удивленно:

- Димка, твоя школа. Тоже пустой железкой решил отряд обезоружить. – Дима вымученно улыбнулся.

- А что знаешь про остальных сталкеров? Алексей? Что с ним? – Ринат исподлобья посмотрел на парня.

- Про дядю Лешу я не знаю. Он у бронепоезда тогда дежурил. Они долго еще там стреляли, а потом их чем-то тяжелым накрыли. Дядя Миша сказал, что минометами бьют. Потом они все оружие собрали, почти все, что цело было, тоже с собой увезли. Два дня возили, а другие в это время ходили от дома к дому и факелами поджигали их.

- Зачем это им? Ведь они же своего добились… - спросила Эльмира у Марата. Вместо него ответил сам Женя:

- Они говорили что-то про мертвую полосу. Это что?

- Это значит, что вокруг их логова не должно быть ни одной живой души в радиусе нескольких десятков километров, чтобы они оставались царями этой округи. Эльмира, уложи детей и сама отдохни. Мы еще посидим. – резко оборвал мысли Марат.

- Жень, постой. На, хотя бы этого поешь. Кипятком запьешь. – он протянул мальчику пару галет. То же самое сделали остальные.

Ринат, Марат и Дима втроем вышли на улицу.

- Думаю путь у нас сейчас один? – спросил Ринат, бросив комок снега в ближайшее дерево.

- На базу. Надеюсь, Макс так и не вспомнил о ней, но сначала надо немного потрудиться. У нас-то лыжи есть, а вот для детей надо что-то придумать. – ответил Марат и направился к ближайшему кусту лещины.

Теплая погода сделала свое дело – ветви не пришлось долго размораживать. Гибкие каркасы из прутьев, скрепленные обрывками ткани и веревки, только с виду казались хлипкими, в целом они должны были выдержать небольшой вес детей.

- Думаешь, никому не удалось спастись? – после долгого молчания спросил Дима.

- Возможно нет. Раз дети смогли Мишку вытащить, возможно, что кто-то и ушел. Только куда? Где теперь их искать? Про лесную базу многие знать не знали, да и мы про нее особо не распространялись. Опять же, почему никто не постарался вернуться? Но на базе нас ждет запас продуктов, немного оружия и боеприпасов.

- Оттуда же все вывезли, да и боюсь, что трубы там давно полопались. – добавил Ринат. Марат хитро улыбнулся:

- Нет. Не угадал. Еще Галеев начал там оборудовать вторую базу. Там сейчас четыре человека должны проживать. Старики, конечно, но крепкие. Потом Валера приказал Самсонову организовать там склад оружия и боеприпасов. Туда же вывезли часть продуктов и медикаментов. Запасной вариант, так скажем. Так что нас ждут теплая баня, мягкая постель и отдых. А потом… - Марат как будто поперхнулся. – Потом будем исполнять свой долг.

- Какие мысли по этому поводу? – Дима заметно ожил после этих слов.

- В полуразрушенном городе нас так просто не взять. – ехидно улыбнулся Марат и воткнул нож в ствол дуба на котором сидел.

Утром странная колонна из четырех взрослых и девяти детей отправилась в путь. Некоторые из детей болели, поэтому в первой же деревушке пришлось остановиться и мастерить волокушу из листа кровельного железа. В нее укладывали тех, кому было хуже всех, скорость передвижения, и без того медленная, стала просто-напросто черепашьей. Без детей они дошли бы уже к ночи, но именно из-за них пришлось остановиться на ночлег в небольшой деревне. Деревня уже не раз обшаривалась поисковыми отрядами, и найти что-либо съедобное было крайне трудно. На ужин пришлось ограничиться распаренными зернами и слабо заваренным чаем без сахара, однако и эта скудная пища показалась им очень вкусной и сытной. Только к вечеру следующего дня они достигли закрытых металлических ворот.

- Господи, да что же это такое творится???!!! – запричитала пожилая женщина после того, как им рассказали про то, что случилось в городе. – Батюшки!!! Так деток-то за что так? Господи!!! Ведь уже и так всех убили. Зачем воевать? Зачем убивать? Что же это с людьми-то стало…

- Георгий Семенович, - обратился Марат к старику, который руководил поддержанием порядка на базе. – Давайте посмотрим арсенал и одежду. Через пару дней мы уходим.

- Куда? Куда вы это собрались??? Вам мало смертей? Крови не напились? Еще захотели? Мертвым вы уже не поможете, так зачем себя-то гробить понапрасну? Ты вот о них подумай, Марат! – старик не унимался, указывая на детей, которые жадно уплетали наскоро приготовленный ужин в «сервировочной». –Кто о них заботиться будет, если не вы? Вас не станет, что тогда? Сколько нам, старикам, жить осталось? Их же учить надо, воспитывать, растить. Ты же взрослый человек, в конце концов! Одумайся! Чего тебе не хватает?

Марат побледнел, резко развернулся и вышел из подвала, громко хлопнув дверью. Ринат кинулся за ним, жестом остановив Эльмиру, которая тоже вскочила с места. Он поднялся на второй этаж и увидел на балконе брата. Марат стоял и нервно курил большими затяжками, глядя куда-то в темноту окружающего леса.

- Что? Тоже уговаривать пришел? – злобно выпалил он, не оборачиваясь.

- Нет, просто мы не хотим, чтобы ты уходил один, оставляя нас. – Ринат услышал голос Димы за своей спиной.

Марат обернулся, посмотрел на них усталым взглядом, и, затушив недокуренную сигарету, сел на скамейку, опоясывающую балкон.

- Устал я, ребята, - хрипло выдавил он, обняв голову руками. – Устал. Мне страшно, я уже и спать не могу. Я боюсь, что когда-нибудь ночью вскочу с постели и пущу себе пулю в лоб, потому что я не могу больше. Они каждую ночь мне являются, все в крови, зовут за собой, смеются, издеваются, лезут мне в голову, сводят меня с ума. Иногда мне кажется, что я уже и сам один из них, просто случайно тут застрял и не могу уйти. И ушел бы, если бы не вы. Вы – единственные, кто меня держат еще здесь посреди этого гребаного мира среди животных, в которых теперь больше человеческого, чем в нас, людях, в коих не осталось ничего, что можно было бы назвать состраданием, совестью, милосердием. И пока я еще в своем уме, я хочу, чтобы как можно больше мразей оказалось там, куда они меня зовут.

Ринат сел рядом с братом и обнял его за плечи, с другой стороны сел Дима и молча уставился на свои руки. Они долго сидели молча, пока скопившаяся за долгие недели скитаний усталость, не свалила их.

Весь следующий день ушел на отдых и приведение детей в порядок. В одной из построек был склад одежды, тюки и мешки были заполнены разнообразной одеждой, в основном, зимней, среди прочей там оказалась и детская одежда. После бани и санитарной обработки детей переодели в новое и распределили по комнатам. Эльмира занялась организацией медпункта в одном из служебных помещений, куда сносилось все медицинское оборудование и лекарства. Женя щеголял в новеньком камуфляже, к рукаву которого была заботливо пришита эмблема отряда, и, казалось, он был чрезвычайно горд тем обстоятельством, что он стал настоящим поисковиком. Он мигом откликался на каждую просьбу кого-либо из старших о помощи и старательно исполнял их все. После полудня Марат собрал всех взрослых в большой зале на первом этаже рядом с барной стойкой.

- Давайте оставим наш вчерашний разговор на повышенных тонах во вчерашнем дне, и будем рассуждать здраво. Первое. Как бы глубоко в лесу мы ни находились, наша позиция остается крайне уязвимой для любого врага. Поэтому организация сигнализации – одна из первейших задач. Георгий Семенович, вы как опытный человек, охотник, подумайте, что еще можно придумать кроме консервных банок и колокольчиков, хорошо? Теперь вторая проблема. Кроме нас о местонахождении этой базы знает, как минимум еще один… человеком назвать это существо я не могу. В общем, один из бандитских бригадиров. – Ринат увидел, что сказанное произвело сильное впечатление на тех, кому не была известна история с Максимом. – И рано или поздно он вспомнит о базе и тут у нас никаких шансов. Давайте смотреть правде в глаза. И, наконец, третье. Много женщин и подростков теперь в плену, и если мы не предпримем хоть какую-либо попытку их выручить – мы навсегда заклеймим себя как трусы и ничтожества.

- Но ведь нас всего пять человек, которые могут держать оружие! Как… - Георгий Семенович поднял на Марата испуганный взгляд.

- Семь, если быть точным. Эльмира владеет оружием, а подвиг Жени вам известен. В одиночку отбиваться от собак и при этом спасти практически всех детей – не каждый из нас смог бы. Но речь не об этом. Никто не предлагает штурм с освобождением пленных - у меня крыша пока еще на месте.

- Так что же ты конкретно предлагаешь? Не темни, Марат. – не выдержал Георгий Степанович.

- Мы втроем, - он указал на Рината и Диму. – Уходим в Ижевск. Рассчитывать нам сейчас есть на что. В конце зимы изначально монолитная банда распалась на множество мелких, и только после того, как военные стали поодиночке уничтожать их, они, по-видимому, объединились. Возможно, это было объединение извне. У нас сейчас нет свидетелей, но я думаю, скоро мы это узнаем. Что мы имеем? Объединенные силы банд разгромили сначала наших союзников, потом напала на нас. Они получили огромные ресурсы, одни склады, которые контролировали военные, чего стоили! Есть шанс, что сейчас там идет настоящая война за право обладания этими ресурсами. А это нам на руку. Второе. Даже если там все тихо и мирно, то бдительность у них в любом случае ниже. Почему? А кого им теперь бояться? Все противники уничтожены. Можно расслабиться, а, зная большую часть контингента этих банд, могу с уверенностью заявить, что так оно и будет. Пьянство, разврат, драки и никакой обороноспособности. И еще. Разрушенный город – отличное укрытие для нашей небольшой группы. Технические вопросы здесь обсуждать не будем, это уже на нас ложится.

Я не хочу, чтобы вы во мне видели только сумасшедшего командира (надеюсь, здесь никто не оспаривает, что пока руководство возлагается на меня, как старшего по званию?), который, пользуясь своей властью, увел самых боеспособных людей на верную гибель. Именно поэтому я изложил свой план перед вами. Что скажете? – Марат оглядел обоих стариков пронзительным взглядом, в котором не было ни капли вчерашней усталости и страха, только воля и вера в свои силы.

- То есть, вы хотите убить этого бригадира и по возможности освободить хотя бы часть пленников. Так?

- Так.

Георгий Степанович помял свой мясистый подбородок и сказал:

- Я согласен, Марат. Если больше нет шансов обезопасить детей, а именно они теперь – наше самое главное сокровище, то я за. И остальные, я думаю, тоже.

Все одобрительно закивали головами.

- Вот и хорошо, что мы друг друга поняли. – улыбнулся Марат. – А теперь давайте готовиться к очередному рейду.

[1] Эни(әни) - тат. «мать». Здесь и далее диалоги будут в русском варианте.

Следующая часть

Ваша оценка: None Средний балл: 9.4 / голосов: 76
Комментарии

+10

+10, жду продолжения)

Дом-2 на БТР.

Не раскрыта тема: кто из героев - Ксюша.

+10

А Hetzer всё преподносит нам новые повороты сюжета, просто отлично за то, что недаешь скучать. Пиши дальше, буду ждать продолжения.

_____________________________________________________

У странника нет дома, есть только свобода и целый мир!

Слушай, а как те колхозники смогли запастись сеном на год а то и больше, если атака произошла летом. тем более это старики, а на корову в зиму (стандартную 3 месячную) надо ого как много сена! Чё-то не вяжется

To Wladimir: за дом2 спасибо! Сполз под стол от хохота. )))

Гостю (31.01 11:22). Из собственного опыта могу сказать: в подобных деревнях старики запасают ОГРОМНОЕ количество сена (зачастую это связано с тем, что на зиму берут на откорм бычков и др. скотину). Не раз видел, что в огородах стоят стожки 2-3 летней давности. То же касается и сена на сеновале. Тем более заготовка сена начинается уже в конце июня-июля. За лето бывает до двух покосов.

Но это же старики!

Как дела Рустам? Поправился? Чё, как работа?

Старики на таких же древних ИЖаках умудряются столько сена заготовить, что диву даешься. Помаленьку, потихоньку, н каждый день.

А сам ниче так. Вроде оклемался. Послезавтра планирую 6-ю чсть и к концу недели заключительную выложить.

Отлично все. Но, с бандитами чето не клеится ничерта. Как так незаметно подготовились. А потом как ядерным взрывом все снесли....

Про сено все нормально. У моей бабки в деревне косят с начала июля. Причем у однго мужика (57=60 лет) есть трактор с косилкой...так тот вообще писец скоко косит. .и себе, и на продажу, и под заказ бурьян состричь.

"Смотрю не нашу красавицу, так чуть не "

"не"->"на"

"кармане остатки сухпая лежали, ими только и питался, ну и спирт во фляжке.еелько шел - тем рзана.ак чуть не взвыл -бедная такое с умами сделал. друга.вои руки. естью, милосердием.ьше. Помню, в какой-то овраг свалился, еле выбрался. "

глюк, однако.

+10 Все отлично!!! Так держать!!!

Что-то Маратику плохеет. Зря он того мальчика в лесу убил, мог и к стулу привязать - день, два распутывался бы. Зато старики с ним по-хорошему...

А спасать идти надо!

Короче, автор, я уже в рассказ сама вжилась:)

все супер +10 так держать!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Меня зовут Максим и я почему то чувствую себя такой сволочью.... Автор развязочка супер. читаю на одном дыхание, уже глаза болят. Скучать вообще не приходится. Я думаю офигенный бы фильм получился.

~~~~~~

Jak pył pustyni w zwiewną piramidę

Быстрый вход