Мародерство

Чем ближе мы подходили к заправке, тем отчетливее я различал туман – запах гари красноречиво говорил об его истоках. Лес в округе горел. Пожары, возникшие на месте крушения самолётов, стали быстро распространяться. И до тех пор пока случившиеся через несколько дней самые сильные дожди за всю историю земли, не потушат пламя, оно успеет превратить в пепел целые городские районы.

Возле одной из заправочных колонок стояла российская «десятка» темно-синего цвета. В отверстие бака был вставлен заливной шланг. Кого-то апокалипсис застал и в таком положении. Ещё две машины стояли чуть вдалеке на небольшой стоянке. Больше транспорта не было. Людей на площадке мы тоже не увидели. Правда, потом, приглядевшись, я заметил движение в основном здании заправки, но навстречу нам никто так и не вышел. Валера этого ничего не видел, он упорно смотрел на соседнее здание с вывеской «кафе», куда мы и направлялись. Вокруг по-прежнему была тишина. Смешиваясь с ярким солнечным светом и запахом гари, она производила очень гнетущее впечатление, заставляла нервничать.

Конец света наступит... сегодня. Первый фрагмент

Конец света наступит... сегодня. Второй фрагмент

Конец света наступит... сегодня. Третий фрагмент

Конец света наступит... сегодня. Четвертый фрагмент

Часть II

Закат цивилизации

Первые мгновенья

Гул, что был похож на звук остановки турбины, вскоре затих. Наступившая тишина властвовала в здании аэропорта около двух минут. Люди застыли возле потухших телевизоров. Понятия не имею что их всех удерживало – электромагнитные импульсы неизвестной природы или банальный шок – но все продолжали смотреть в почерневшие экраны. Слышать эту абсолютную тишину в здании аэропорта, при таком огромном скоплении людей, было невероятным явлением. Вспоминая сейчас эти мгновенья, я нахожу в них особый шарм, и даже улыбка всплывает на моём лице. Люди, наконец, прекратили свой бессмысленный глупый бег, и застыли, проникшись общей эмоцией. Это было красиво.

Горький ветер,

словно дым от сигарет

Сквозь столетья,

Заметет кровавый след.

На рассвете мы уходим в никуда.

Горький ветер

Жжет пустые города...

Больница святой Марии, Лондон, Англия, 1947 год

Ричард О’Нил быстрым шагом направлялся ко входу в здание. Промозглая погода, являвшаяся визитной карточкой столицы, пропитывала влагой его одежду. Мерзкий туман окутывал своей пеленой бесконечные улицы и переулки. Запах сырости, как вездесущий рок, сопровождал его последние недели, давая понять – пока ты меня чуешь, в твоей жизни будут проблемы. Солнце, а верилось с трудом, что за толстым покрывалом облаков оно было, тщетно сражалось с нахлынувшим на Лондон ненастьем. Каркающие над головой вороны вроде насмехались над положением, в которое он попал. Как обычно бывает, когда начинаются самые неожиданные и трудноразрешимые проблемы, хочется забиться в угол и кому-нибудь пожаловаться. По крайней мере, так случалось у него. Сапоги уверенно отчеканивали каждый шаг, приближавший его к… он даже не знал, как это назвать. Абсурд! Никакое другое слово просто неуместно. Он спешно проскочил в холл, снимая на ходу плащ. В помещении его уже ждали.