Пандемия

Рассказ / Кристина

Мама не вернулась с работы.

Утром ее лихорадило, и Кристина просила позвонить начальнику, взять отгул.

-Нельзя, дочка.

Мама разогрела пиццу в микроволновке. Обжигаясь, выпила несколько глотков кофе. И, подхватив сумочку, ушла. Ушла, чтобы не вернуться.

А к вечеру за окном раздался крик.

Кристина выглянула из-за занавески. Вскрикнула, резко подалась назад. Упала, ударившись о твердое. Забилась под стол, дрожа, как осиновый лист.

В свете вечерних фонарей она увидела, как три мужчины повалили наземь другого мужчину и… И принялись его есть. Есть!

Кристина заскулила, как брошенный щенок. Тут же в руку уткнулось что-то мягкое и влажное.

-Мальма.

Кристина обхватила голову ротвейлера.

-Они съели его. Съели, Мальма!

Собака лизнула девочку в лицо.

-Там мама. Они съедят маму.

«А может уже съели», - мысль, острая, как лезвие, полоснула по сердцу.

Нет, нет, этого не может быть. Мама жива.

Но что делать? Что делать им, Кристине и Ромику?

Ромик будто бы прочел мысли девочки, даром, что его кроватка располагалась в соседней комнате. Закричал, заплакал.

Ваша оценка: None Средний балл: 7.6 / голосов: 45

Рассказ / У смерти свой план

Этим ублюдкам повезло, что они сдохли.

Ведь, не сдохни они сами по себе, он позаботился бы, чтобы их смерть была мучительной. Да, мучительной.

Как в кино.

Дристун вспомнил фильм, в котором человеку прострелили сначала коленные чашечки, затем отстрелили яйца, а уже напоследок сняли башню. Затянулся сигаретой, потер ладонью коротко остриженную башку, остриженную неаккуратно, в явной спешке: похожие на шрамы выстриги уродливо белеют в черном ежике волос. На тонкой шее пульсирует синяя жилка.

Да, эти пидары сдохли.

Все одиннадцать человек. Весь гарнизон сраного ПП «Дальний». Сдох даже компоста Черный, закрывавший глаза на беспредел, что творится у него под носом.

Вот он лежит неподалеку: рожа синяя, язык торчит наружу, на нем шевелятся белые черви.

Дристун усмехнулся:

«Компоста сдох, а я теперь спокойно курю его сигареты».

Все деньги, что мама присылала из дома, отнимал Кайфарик, и, конечно, делился с командиром поста.

Ну, еще бы.

Они все были заодно, эти выродки.

Все, против одного.

Ваша оценка: None Средний балл: 7.7 / голосов: 57

Рассказ / Чаю воскресения мертвых

Отец Андрей прочел молитву и приступил к трапезе.

Сегодня ему повезло на охоте: Левиафан поднял стаю птиц, удалось подстрелить одну.

-Ф-фить, Леви.

Отец Андрей кинул косточку. Пес поймал на лету, захрустел, зачмокал.

Во внутреннем дворике монастыря горел костер. Тени человека и собаки колыхались, точно живя собственной жизнью.

Левиафана отец Андрей нашел в городе.

Вообще-то он искал людей, но был несказанно рад и возблагодарил Господа, когда увидел в конце улицы понурого настороженного пса.

-Что братец, одиноко тебе? – спросил ласково.

Пес замахал хвостом, залаял, прыгая вокруг человека. Скоро они стали друзьями.

Отец Андрей высосал мозг из птичьей головки.

-Лови.

Кинул остатки собаке. Прилег. Над ним сияли звезды.

После того, как закончилась эпидемия, отец Андрей не встречал ни одного человека.

Правда, он ни разу не отдалялся от монастыря дальше, чем на тридцать километров.

В округе царило запустение. Много домов сгорело, в городках – запах тлена.

Отец Андрей заворочался, закряхтел. Прочел «Иже еси на небесех».

Ваша оценка: None Средний балл: 8.8 / голосов: 75

Рассказ / Суперинфекция - Пролог

Больница святой Марии, Лондон, Англия, 1947 год

Ричард О’Нил быстрым шагом направлялся ко входу в здание. Промозглая погода, являвшаяся визитной карточкой столицы, пропитывала влагой его одежду. Мерзкий туман окутывал своей пеленой бесконечные улицы и переулки. Запах сырости, как вездесущий рок, сопровождал его последние недели, давая понять – пока ты меня чуешь, в твоей жизни будут проблемы. Солнце, а верилось с трудом, что за толстым покрывалом облаков оно было, тщетно сражалось с нахлынувшим на Лондон ненастьем. Каркающие над головой вороны вроде насмехались над положением, в которое он попал. Как обычно бывает, когда начинаются самые неожиданные и трудноразрешимые проблемы, хочется забиться в угол и кому-нибудь пожаловаться. По крайней мере, так случалось у него. Сапоги уверенно отчеканивали каждый шаг, приближавший его к… он даже не знал, как это назвать. Абсурд! Никакое другое слово просто неуместно. Он спешно проскочил в холл, снимая на ходу плащ. В помещении его уже ждали.

Ваша оценка: None Средний балл: 8.6 / голосов: 49

Катарсис

Возврата нет. Мы вновь открыты.

Мы друг для друга эпилог

Иглой пера в судьбе напишем,

Забрав страданье под залог.

Возврата нет. И время тает,

Пульсируя в твоих словах,

И правду с губ твоих срывает,

И выпускает мертвых прах.

Возврата нет. Теперь услышим,

Как больно давит потолок,

Когда иглой по коже впишем

В судьбу наш черный некролог.

Melissa Schwarz

- Вот блин! Черт! - я отодвинулся от монитора. Как все-таки люди живут то?

Ваша оценка: None Средний балл: 10 / голосов: 5

Рассказ / Закат 2-ая глава

2 Обычный вечер, студенты играли на гитаре и пели песни в своей квартире, сын, не разговаривающий с отцом, сидел за компьютером и учил php, девушка плакала сидя у себя в комнате, парень сидел с лучшим другом, обсуждали какие же кошмарные девушки пошли, и пили пиво. Обычный вечер, обычные дела, обычные прогнозы экономистов по телевизору о кризисе, обычные ребята, мирно сидящие в интернете и лазающие на сайтах, обычные гопники пинающие какого нибудь одинокого неформала за гаражами, обычные фашисты с криком “White power” убегающие от антифашистов и шарпов. Закат, у всего должен быть закат, и он наступил. Обычный шум во дворе резко прервала сирена, извещающая о биологической угрозе. Вся человеческая сущность резко выливается наружу, начинается паника, мародёрство, убийства, вырвался самый страшный зверь “Толпа” пустые слова паникующих стражей правопорядка, толкотня давка.

Ваша оценка: None Средний балл: 7.6 / голосов: 9