Сталкер Ёся: В два ствола. Номер восемь. Конь сивогривый и кобылушка.

- Что значит — в другом пространстве? - бушевал Бычок. - В каком это другом?

- Да в каком угодно, - развел руками Ной. - «Компас» создает прокол в нашем пространстве и куда он ведет, не знает никто, ибо желающих проверить я не нашел.

- Уза сможет вернуться?

- Без посторонней помощи — нет. Если бы он держал «Компас» в руках, когда создавал прокол, то вернулся бы, а так...

- Ближе к делу, - сказал Бычок. - Чего прокалывать и как?

- А я знаю? - ответил Ной. - Понятия не имею, как он это сделал.

- Твою мать! - заорал Бычок. - Говори, что делать!

- Не ори на меня! - взвился Ной. - Не хрен было лапы тянуть, куда собака не сунет!

Зарычала потревоженная воплями Люська, сталкеры умолкли.

- Надо вытаскивать пацана, - сказал Бычок уже нормальным голосом. - Он как сын мне.

- Да понимаю я все, - буркнул Ной. - Мы в ответе за тех, кого приручили и все такое. Дай подумать.

Воцарилась тишина, разгоняемая только сопением дремлющей собаки. Бычок даже не шевелился, опасаясь случайным звуком сбить приятеля с мысли.

- Вот что, - решительно сказал Ной, - надо найти пространственную аномалию. Подойти к ней с «Компасом». Если Уза там, он вывалится в наше пространство, если нет — надо искать другую.

- И где я ее найду?

- Точно знаю, что на старой градирне в окрестностях Янова есть одна. Еще около сотни в Лиманске, но он сейчас закрыт для людей.

- Сто к одному, - ужаснулся Бычок. - Хреновый расклад.

- Может еще есть, да я про них не знаю, - успокоил его Ной. - Там же, на Янове есть бункер ученых. Дойди, может подскажут чего.

- А ты разве не идешь?

Ной виновато помялся и ответил:

- Прости, друг. У меня Люська вот-вот ощенится, куда я ее потащу? А без меня она помрет. Ковчег строить надо, вон на радостях как развалили. До Янова провожу, а дальше, не обессудь, уж ты сам.

- И на том спасибо. - Бычок заметно повеселел. Главное — добраться до Янова, а там Яр поможет. - «Компас» хоть дашь?

- Обижаешь. Конечно! - Поняв, что друг не серчает, Ной тоже расслабился. - Выходим через час.

На том и порешили.

***

Хряпа сидел на корточках у обочины дороги и, уперев руки в колени, внимательно изучал незнакомый артефакт. Более всего тот походил на «Огненный шар», но тот был цельным и гладким, а этот артефакт пронизывало множество отверстий, причем ни одно из них не было сквозным. Наконец, решившись, сталкер протянул к нему руку, но тут до его ушей донесся звук, которого в Зоне быть просто не могло по определению. Услышав это, Хряпа даже на мгновение перенесся мыслями в родной хутор.

- Напила-а-ася я пьяна-а, не дойду-у я дома-а. Жалостнее, Варенька, жалостнее!

И два женских голоса, звонкий и басовитый, так скорбно затянули песню, что Хряпе немедленно захотелось восплакать о горькой бабьей доле. Он высунулся из кустов, но тут земля задрожала, и мимо сталкера пробежал псевдогигант. Хряпа, выкатив глаза, проводил его взглядом. Потом на дороге показались две дамочки, следом за которыми шагали трое вооруженных автоматами мертвяков. Но самый сокрушительный удар по психике Хряпа получил, разглядев как следует одну из дамочек. Лысая контролерша в красной юбке и армейских берцах старательно выводила:

- Я хорошая, я пригожая, только доля такая.

Процессия уже миновала засевшего в кустах Хряпу, а он все пытался осмыслить и дать объяснение увиденному. Так ничего и не придумав, сталкер подхватился с земли и помчался к «Скадовску», забыв про незнакомый артефакт. Ворвавшись в баржу, и едва не снеся при этом железную дверь, Хряпа возбужденно заорал:

- Мужики, вы не поверите! Там по дороге идут две бабы и поют песни!

- Да ну?! Какие?

- Народные!

- Дурак! Бабы какие? Симпатичные?

- Я не разглядел. Одна с «мосинкой», а вторая контролер.

Кинувшиеся было к дверям сталкеры, остановились и разочарованно разбрелись по своим местам, на чем свет стоит матеря шутника.

- Дурак ты, Хряпа, - сказал Борода, качая головой, - и шутки у тебя плоские.

- Я же сказал, не поверите, - обиделся Хряпа, но на него уже никто не обращал внимания.

***

Возле комплекса зданий заброшенного лесничества Ной с Бычком нарвались на мародерскую засаду. Вообще, как уверял Ной, место это было глухое и малопосещаемое, но не в этот раз. Едва друзья сунулись во двор, как по ним открыли огонь по крайней мере из десятка стволов. Пришлось поспешно уносить ноги. Мародеры однако этим не удовлетворились и бросились в погоню. Приятелям ничего не оставалось, как залечь за первыми попавшимися камнями и отстреливаться. С патронами было туговато, а вот бандиты стреляли так, будто запас у них неисчерпаемый. Хотя, возможно, так оно и было.

Ной экономно постреливал и громко молился, Бычок тосковал, как вдруг раздались раскатистые выстрелы, перекрывшие грохот бандитских автоматов, а следом могучий рев. Автоматы на мгновение стихли, затем стрельба возобновилась с удвоенной силой, вот только в камни, за которыми прятались Ной с Бычком, не ударила больше ни одна пуля. Приятели переглянулись и высунули носы из укрытия.

Представление разворачивалось увлекательное. Бандиты, все как один, стояли к ним спинами и отстреливались от прущего на них псевдогиганта. Мутант ревел, как иерихонская труба, но сворачивать не торопился. Подбежав на достаточно близкое расстояние и не обращая внимания на впивающиеся в тело пули, гигант остановился и плавным, где-то даже грациозным движением поднял руконогу.

- В укрытие! - заорал Ной и, дернув за шкирку Бычка, бросился на землю.

Раздался оглушительный удар, земля вздрогнула и все стихло. Друзья выползли из-за камней и поднялись во весь рост, оглядывая поле боя. Большая часть противника лежала на травке и подниматься не спешила. Несколько мародеров улепетывали обратно к лесничеству, а псевдогигант... показывал им вслед неприличный жест. Ной вытаращил глаза, а Бычок захохотал. Услышав его смех, гигант повернулся в сторону сталкеров и приветственно помахал конечностью.

- Что за черт?! - пораженно пробормотал Ной.

А Бычок был готов пустится в пляс, ибо уже догадался чьи это шутки. Вот теперь-то все обязательно наладится! Наскоро объяснив ситуацию приятелю, Бычок устремился к мутанту, но внезапно остановился.

- Хренассе! - выдохнул он.

Навстречу шла Варвара. В этом не было ничего удивительного, ибо сталкер уже знал кого увидит. Его поразило красное платье, которое почему-то казалось смутно знакомым. А также куртка и обувь. И где она все это раздобыла?

- Ого! - Рядом прищелкнул языком Ной. - Какая куропаточка!

Бычок повернулся к приятелю, чтоб ответить, но понял, что тот смотрит в другую сторону. Проследив его взгляд, сталкер почувствовал себя так, словно ему врезали под дых.

Навстречу шла Варвара. И это было обосраться как удивительно, поскольку свою жену он вообще не ожидал тут увидеть ни разу. Лицо Варвары было каменным и обещало много неприятных минут, а то и часов, в руках она сжимала трехлинейку, красноречиво направленную Бычку пониже пояса.

- Э-э-э, что все это значит? - нервно спросил Ной.

Бычок посмотрел на него отсутствующим взглядом, на его лице расползалось странное выражение, в котором была радость от встречи с возлюбленной пополам со страхом упокоится тут же от руки этой самой возлюбленной. Он сделал шаг навстречу неизвестности и отчаянно завопил:

- Варварушка! Кобылушка моя!

От этих слов в лице женщины что-то дрогнуло и, заревев белугой, она кинулась в объятия своего ветреного мужа.

- Валерушка! Конь мой сивогривый! - причитала она.

Ной смущенно потупился и повернулся к радостно улыбающейся контролерше.

- Сударыня, - сказал он, - оставим влюбленных наедине. Позвольте проводить вас вон к тому удобному, хоть и ржавому полуприцепу. Побеседуем. Только попрошу вас без заигрываний, я, видите ли, дал обет безбрачия.

- Обед? - оживилась Варвара. - Это можно!

Ночью Затон выглядел феерично. По левую сторону мерцала дрожащим фиолетовым светом архианомалия «Рубец». Вдалеке вздымались к черному ночному небу снежно-белые столбы «Котла». А само русло было усеяно многочисленными синими и зелеными, фосфоресцирующими «студнями». Все это аномальное великолепие дрожало и переливалось, отражаясь в многочисленных лужах и ручьях, и выглядело донельзя празднично. Под стать настроению сидящих у костра людей. И не людей.

Бычок обнимал одной рукой счастливую Лань и, энергично размахивая второй, рассказывал про свои похождения. Варвара изредка вставляла несколько слов, добавляя повествованию красок. Ной увлеченно слушал. Неподалеку рядком сидели зомби и глядели на пламя костра бессмысленными взглядами. А вот псевдогиганта пришлось отогнать подальше – очень уж он был шумный да и вонял изрядно.

И все бы хорошо, но на лицо Бычка то и дело набегает тень, и сталкер обменивается понимающими взглядами с контролершей. Они очень скучали по своему непутевому приятелю.

Ной Ёсю знал плохо, а Лань не знала совсем, но восторженные отзывы друзей сказали о многом. Поэтому выслушав сбивчивые пояснения мужа, Лань прослезилась и согласилась помочь, так что возвращение в Кислобздеевку откладывалось на неопределенное время.

Вскоре девочки засобирались на боковую, оставив мужчин и зомби сидеть у костра. Ной проводил восхищенным взглядом уходящую Лань.

- Какая у тебя баба все-таки основательная, - подмигнув, сказал он Бычку.

Тот довольно хмыкнул и ответил:

- Эх, видел бы ты ее батю, егеря нашего, Дормидонта Потапыча. Вот это был человечище! В него девка пошла.

- Был?

- Ага. Ядовитая змея за голый зад укусила, когда он в кустах оправлялся, помер мужик, да… А винтовка его, по наследству кобылушке моей перешла.

- И кто у вас теперь егерем?

Бычок улыбнулся.

- Как кто? Варварушка.

Утром Ной покинул разношерстное общество и отправился к своему ненаглядному ковчегу. Бычок не переживал. В компании с контролершей, ведущей на поводке псевдогиганта, ему теперь сам черт не брат.

Ваша оценка: None Средний балл: 8.1 / голосов: 12

Быстрый вход