Роман "Красная Шапочка" мир Метро2033 (часть 18)

Сразу же после того, как бойцы покинули поезд, они отправились в дезактивационную камеру, и только после этого смогли, наконец, снять защитные костюмы и противогазы.

- Уф! – выдохнул Петровский, стянув с головы хоботастую маску, - Жаркая получилась поездка, мужики!

- Да уж, - подхватил Муха, - Я, откровенно говоря, уже думал, что нам всем того… крышка.

- Сергей, а что у вас там случилось? – поинтересовался у него Медведев, - Как вы на «топтуна» нарвались? Я смотрю, вроде все в порядке… первая группа вернулась уже, вот-вот вас ждали, а тут такое…!

- Так все и было в порядке, - Сереге явно не терпелось поделиться, - Зашли тихонечко на рынок, осмотрелись, даже нашли в хозяйственном отделе стремянку. Ну… - пояснил он, - Чтобы было удобнее лампы из креплений вынимать. Работаем, никого не трогаем, уже трубок этих, люминесцентных, набрали почти полсотни. Тут, как раз «бензинщики» возвращаются. Мы им, так мол и так, скоро будем. Да нам и оставалось-то всего ничего, собранные лампы в пакеты увязать… И тут этот, - Муха хлопнул себя руками по коленям, - И кто его звал только?!

- А чего же он, - спросил сталкеров, один из тех, что ходили за бензином, - На рынке что ли прятался?

- Да какой там, на рынке! - отвечал Муха, - Там же в павильоне обе стены стеклянные… были… Одна, передняя, что к «Измайловской» выходила, а другая, задняя, что к бывшей автостоянке. Вот «топтун», видать, со стоянке-то нас и увидал. Наверное свет в павильоне заметил. Ну и ломанулся со всей дури, прямо сквозь стену. А что ему?! Стекла вместе с каркасом вынес. Хорошо, что запутался в балках. А то бы всех там передавил. Мы конечно ему прямо в морду, со всех стволов… да такую тушу разве из ППШ остановишь?! Только разъярился больше. В общем, мы ноги в руки и бегом. Он за нами. Лампы все подавил, гад! – парень расстроено развел руками. – А дальше вы все видели. Как до бронепоезда добежали, смотрим, он уже тут как тут, из рынка выбрался… Стали стрелять, ему хоть бы хны… Думали все… каюк нам пришел… А тут крупнокалиберные с башен как врезали…! – он перевел дух и закончил, - Вот такие дела. – подумал и добавил, - Своевременно у нас «Варяг» появился, ничего не скажешь. Кабы не он…

Продолжать не было необходимости. Всем и так было ясно, чем могла бы окончиться для отряда встреча с «топтуном», не будь поблизости бронепоезда.

На выходе из камеры дезактивации сталкеров ждал метрокар, с прицепленной к нему маленькой платформой, прибывший чтобы доставить их на «Партизанскую», а добытый бензин дальше, на территорию «Альянса». Впрочем, на метрокаре прибыл не только водитель.

- Коля!!! – громкий крик раскатился по туннелю, едва только Медведев переступил порог камеры дезактивации – Коленька!!!

- Таня!!! Танюша! Милая ты моя! Ну что ты… что ты… - Николай обнял женщину, успокаивающе гладя по волосам, - Ну что ты, милая… Видишь, со мной все в порядке… Я цел… И остальные тоже целы… Ну успокойся…

- Да я… - Татьяна всхлипнула, - Я, как вы уехали, места не находила… На станцию вернулась, пришла в оружейку… все из рук валится… А потом, вон, - она кивнула в сторону метрокара, - Когда за вами транспорт отправился, то не удержалась… поехала встречать… Это глупо да? – подняла она на Николая заплаканные глаза.

- Ну что ты, милая, - Медведев обнял ее и прижал так крепко, что казалось, никакая сила не способна заставить его сейчас разжать объятия, - Что ты… Это совсем не глупо. Это… это так… - он не мог подобрать слов, - Это так важно… Знаешь… может быть только из-за того, что нас ждут, мы и возвращаемся, назло всему.

- Жди меня и я вернусь, да? – спросила Татьяна.

- Да, милая… Всем смертям назло… - ответил Николай.

Они так и стояли обнявшись, пока рядом не прозвучало тихое, вежливое покашливание, а потом голос Петровского.

- Поехали-ка, домой, молодежь, – и уже обращаясь к смутившейся Татьяне старый сталкер продолжил, - А ты, дочка, за него не бойся. Он у тебя парень боевой. Да и твари теперь не всякой по зубам будет к нам сунуться. Бронепоезд… это ж понимать надо, - он важно поднял указательный палец, - Это тебе не фунт изюма.

- Поехали домой? – спросил Николай.

- Поехали, - ответила Татьяна.

Петровский только довольно усмехнулся, глядя вслед паре, и тоже поспешил к метрокару.

После первого рейса «Варяга» отряд, да и руководство «Бауманского Альянса» убедились, что бронепоезд, это не просто дорогущая и сложная штуковина на колесах, а действительно серьезное увеличение боевой мощи отряда.

Вместе с тем, уже первое применение бронепоезда выявило ряд недостатков. Сразу же после возвращения Бондаренко собрал всех участников поездки и «по горячим следам» попросил высказать все, что по мнению бойцов нуждалось в улучшении.

- Обзорность, - уверенно сказал Медведев, - Обзорность с мотовоза паршивая. Во-первых ПНВ смотрит только вперед. А справа и слева, только догадывайся, что да как. И потом… группы ушли и я, как машинист, остаюсь на поезде. Мне бы вместе с пулеметчиками наблюдать, раз уж сижу на месте. Вот где подвижный ПНВ пригодился бы. А я через него только рельсы вижу. В общем надо его подвижным делать, так же как командирский. И еще, - продолжил Николай, Надо что-то подумать насчет обзора назад. Потому как, бронепоезд это не грузовик, развернуть его нельзя. Возвращаться приходится задним ходом. А тут уж я ни с подвижным, ни с каким смотровым устройством ничего кроме бронекабины платформы не увижу. Пока по поверхности движемся еще куда не шло, помогает наблюдатель на корме. А вот в туннеле, когда к герме подъезжаем, и забираемся в «кокон», тут уже нужно видеть, куда двигаешься. А то, неровен час, либо в герму задом врежемся, либо «ангар» наш, полиэтиленовый снесем. Вот, такое мое мнение, - сказал Николай и сел на место.

Высказанные машинистом замечания оказались основными. В остальном бронепоезд оказался добротным и удобным транспортным средством и мощной боевой единицей.

- Ладно, - подвел итог Бондаренко, - Значит так решим. Завтра мы с Николаем, отправляемся в «Альянс», будем говорить насчет обзорности с мотовоза. Пусть решают этот вопрос. В эффективности «Варяга» «бауманцы» заинтересованы не меньше нас. А пока все. Все свободны и желаю хорошо отдохнуть.

Бойцы зашевелились, поднимаясь со своих мест. Расходясь, они все еще продолжали обсуждать подробности сегодняшнего рейда.

- До завтра Николай, - пожал Бондаренко руку Медведеву. – Жду тебя через… - он посмотрел на часы, - Через семь часов.

- Добро, - ответил Медведев и вскоре шаги его затихли в полумраке станции.

На следующий день, Бондаренко и Медведев отправлялись на «Бауманскую».

- Таня. Танюша, - тихо позвал Николай, осторожно отводя прядь волос, упавшую на лоб лежащей рядом женщины.

В оружейке было тихо и темно. Дежурное освещение не проникало через зашторенный полог. Звуков снаружи тоже пока доносилось мало, станция только начинала просыпаться.

- М-м-м… - Татьяна сладко потянулась, медленно высвобождаясь из объятий сна, - Сколько времени? – спросила она, улыбаясь мыслям о прошедшей ночи.

- Пора, Танечка, - Николай посмотрел на наручные часа. Стрелки тускло просвечивали сквозь темноты зеленоватым, фосфорическим светом.

- Ну вот, - Татьяна заглянула в глаза Николаю, прильнула к нему, - Опять расстаемся.

- Ну что же тут поделаешь, - улыбнулся сталкер, - Мне надо в «Альянс». Метрокар придет через час.

- Знаю, - согласилась она, - Да и девчонки скоро проснутся. Как думаешь, они про нас догадываются?

- Не знаю, Танюша, - подумав какое-то время, произнес Николай. – Может и догадываются. Хотя… - он помедлил, - Они ведь крошки совсем еще.

- Крошки… А знаешь, что мне тут недавно Люба выдала? – Татьяна повернулась, оперлась на локоть и теперь смотрела Николаю в лицо.

- И что же она такого выдала? – спросил он, с трудом подавляя желание улыбнуться.

- Подходит тут ко мне и серьезно так, спрашивает, - А что, дяденька мельник, будет нам, как был папа? – Представляешь?! Я чуть не села!

- Вот как? – Николай был искренне удивлен, - И что же ты?

- А что я? Я… Я сказала, что… Ну что я могла сказать… Сказала, что у «дяденьки мельника»… у тебя, - она провела ладонью по его щеке, под пальцами зашуршала щетина, - Тоже раньше были дочки, такие же, как они с Таней… А потом с неба упала ракета и они уснули… очень крепко… И не проснутся очень, очень долго… И пока они спят, он… то есть ты… вот, помогаешь мне… и им… чтобы нам было легче жить здесь…

- Надо же… - тихо произнес сталкер, - Вот ведь… таким крошкам… и такие вещи приходится объяснять… - потом спросил, - И что же она?

- А я ее еще спросила, а как бы они с Таней отнеслись, если бы ты, стал у нас… бывать чаще.

- Ну и…? – Николай даже затаил дыхание.

- Представляешь, она так серьезно на меня посмотрела и говорит, - Нет мам, ты не знаешь. Наверное его девочки не уснули… Они наверное тоже умерли, как папа и бабушка… - Нет, ну ты представь! Это она… мне объясняет, про жизнь и смерть! Я у нее спрашиваю, откуда она такое узнала, а она говорит, что слышала, как две женщины между собой говорили, у кого, кто погиб на поверхности. – Татьяна вздохнула, - Да… быстро взрослеют… - а потом, вспомнив с чего начала разговор, продолжила, - Так вот, она и говорит мне потом. – Ты дяденьку мельника только не бросай. У него же никого нету. Он без нас пропадет совсем. – Представляешь?!

- Вот оно как значит… - задумчиво произнес Николай, - А мы их за несмышленых совсем держали… А они… умнее нас, - вздохнул и добавил, - И добрее. Может и мир с ними добрее будет… тот, что остался… - посмотрел Татьяне в глаза и спросил, - Значит… приняли меня они, так получается?

- Получается так, - Татьяна пожала плечами, словно сама удивляясь такому обороту событий – А я ведь, когда все случилось, уж и не думала, что в жизни что-то еще кроме дочек у меня останется. А вот поди ж ты…

- Да и я, - ответил Медведев, - Когда своих на той клумбе… уже и не ждал от жизни ничего… да и жизни самой не ждал больше… А потом вот, вас встретил. – он снова посмотрел на Татьяну, - Иди ко мне…

- А как же метрокар с «Бауманской»? – улыбнулась она лукаво.

- Ну так до него еще почти час… уйма времени.

- Уйма времени… - последние звуки Татьяниного голоса потонули в поцелуе.

К назначенному часу Николай успел почти впритык. Бондаренко уже ждал около метрокара, но ничего не сказал. Только покачал головой. Спустя несколько минут маленькая машинка уже бодро постукивала на рельсах, унося двух сталкеров в сторону «Бауманской».

- Вот такая ситуация, товарищи «бауманцы», - закончил командир отряда свой рассказ о первой рейде бронепоезда, - В общем и целом «Варяг» оправдал самые смелые ожидания, но некоторые вопросы решить нужно. И сделать это желательно как можно быстрее. Судя по всему, твари на поверхности развиваются гораздо быстрее, чем мы могли предположить. Если так пойдет и дальше, то скоро без прикрытия бронепоездом, мы и носа не сможем высунуть за гермоворота.

- Ну что же, - сказал Зайцев, - В принципе все это вопросы решаемые.

Главный инженер все то время, пока сталкеры излагали историю поездки и требования по улучшению «Варяга», делал пометки в тетради. Пути решения некоторых задач наметились у него уже сейчас, над другими придется подумать с технарями «Бауманского Альянса».

- Я думаю, что с установкой подвижной башенки для ПНВ машиниста особых проблем не будет. - продолжил он, - Вот с обзором назад из мотовоза сложнее. Тут, боюсь, просто так, с наскоку, проблему не решить. Откровенно говоря, мне пока ничего в голову не приходит. Впрочем, товарищи, - он посмотрел на сталкеров, - Пожелания ваши мы учтем и подумаем, что можно сделать. Как говорится, - он усмехнулся, - Голова человеку дана не только для того, чтобы противогаз носить. Поразмышляем, прикинем… глядишь, чего-нибудь и придумаем.

- А как насчет связи с десантом? - напомнил Бондаренко, - С теми, кто высаживается с бронепоезда и уходит в город.

- Да тут-то, как раз никаких проблем, - ответил один из «бауманцев». Он в «Альянсе» заведовал бригадой, занимающейся всевозможной электроникой, и фамилия у него была самая, что ни на есть подходящая, Попов, – Сразу после того, как закончим, получите комплекты радиостанций с гарнитуры. Сколько нужно? Двадцать комплектов хватит? Насчет цены, сочтемся потом.

- Откуда такое богатство? – совершенно искренне удивился Медведев.

- Откуда…? Так от вас же и есть. Вы же нам и притащили эти радиостанции, еще когда отряд только создавался. Или не помните? Вы тогда еще салон сотовой связи пошерстили.

- Признаться не помню… - развел руками Николай.

- Я помню, Степан Александрович - ответил за него Бондаренко. – Только… - он хитро прищурился, - Почему вы нам эти радиостанции вот так запросто дарите? В чем смысл? Не вижу…

- Да успокойтесь, Ефим Дмитриевич, - примирительно покачал головой Попов, - Ох и подозрительный вы хозяйственник. Прямо не командир сталкеров, а прокурор.

- Так ведь я, Степан Александрович, не со школьной парты в метро попал. Пока шахтой заведовал, успел различать научиться, когда поставщики пытаются всучить оборудование «на тоби Боже, що нам негоже», - проговорил Бондароенко. – Так в чем же секрет такой неслыханной щедрости, а?

- Да нет никакого секрета, - притворно ужаснувшись замахал руками Попов, - Все просто. Рации эти ваши, штука конечно хорошая, но вот только под землей их использовать проблематично. Помните, до войны еще, когда мобильную связь на станциях метро налаживать стали, так телефоны, поначалу только на некоторых станциях сеть «видели»? А в туннелях, так и вовсе ничего… Нет? Не помните? Ну так вот, поверьте мне, что все так и было, как говорю. А почему? А потому что радиосигнал через толщу земли, да через железобетонные своды туннелей, с железной арматурой внутри, проходит очень плохо. Мобильники потому и работали, что на станциях ретрансляторы для них устанавливали. А заехал в туннель и все, нет сигнала. – он вздохнул и продолжил, - Вот и рации ваши, так же. В пределах станции связь отличная. А зайди только в туннель, хоть метров на сто и все, ничего не слышно. Так что оказались они для нас бесполезны. Хотя конечно вещь хорошая, выбрасывать все равно жалко, ну и сохранили вот… авось пригодятся. Вот… - он развел руками, - Пригодились.

- Берите, берите, - поддержал товарища Зайцев, - Не стесняйтесь. Нам от тех раций все равно навара, что с рыбы шерсти. А вот если «партизанцы», имея хорошую связь, будут с хорошей добычей с поверхности возвращаться, то тут всем будет хорошо. И вам, как говорится, связь надежная, и нам, - он в свою очередь хитро взглянул на Бондаренко, - Будет, чем торговать с той же Ганзой.

- Ох и хитрый ты мужик, Петр Петрович, - улыбнулся в свою очередь Бондаренко, - И вам, и нам, а свою выгоду не упустишь.

- Ну так, Ефим Дмитриевич, - усмехнулся Главный Инженер Альянса, - На том и стоим…

После того, как ситуация со связью так быстро и ко всеобщему удовольствию разрешилась, сталкеры еще некоторое время обсуждали с «бауманцами» незначительные вопросы, касающиеся бронепоезда. После этого, «партизанцы», вместе с Поповым, отправились на «Электрозаводскую», где тот лично выдал дорогим гостям десять картонных коробок, с нарисованной на крышке симпатичной девушкой, которая радостно общалась с кем-то при помощи портативной рации.

- Вот, - важно изрек Попов, раскрывая одну из коробок, - Обратите внимание. Последняя новинка рынка.

В этот момент он стал похож на хитрого продавца, собирающегося впарить доверчивому покупателю очередную «совершенно необходимую вещь».

Впрочем, так только казалось. «Бауманцы» конечно всегда были себе на уме, но когда дело казалось снабжения «партизанского отряда», тут, надо было отдать им должное, технари не скупились. Как ни крути, а «партизанцы» были для «Альянса» основным источником товара с поверхности, а значит и источником дохода.

К тому же, Попов действительно не обманывал. Рации, которые в свое время сталкеры раздобыли в одном из окрестных салонов связи, действительно были последней модели. В продаже они появились как раз незадолго до катастрофы и стоили, между прочим, немалых денег.

- Смотрите, - продолжал тем временем Попов, извлекая содержимое коробки, - В комплект входят две радиостанции, две гарнитуры, зарядное устройство на две рации сразу и, конечно, аккумуляторы.

- И на сколько она «добивает»? – поинтересовался Медведев.

- В городе, среди домов, на пять километров, а если выйдете на открытую местность, то больше пятнадцати. – ответил Попов и продолжил, - Вот еще, посмотрите. Чтобы вызвать абонента, достаточно нажать вот на эту кнопку, - показал он, - Тогда у тех, кто в этот момент находится на той же частоте в эфире, рации издают звук тонального вызова.

- Не очень удобно, - заметил Бондаренко, - Может выдать бойца, особенно когда твари рядом.

Но Степана Александровича не так-то просто было сбить с толку.

- Предусмотрено, - тут же ответил он, - Просто переключаем рацию в режим «вибровызова» и вот, пожалуйста, - рация в его руках ощутимо завибрировала, - Никаких демаскирующих звуков.

- Что ж, неплохо… неплохо… - Бондаренко все еще придирчиво изучал прибор, - А как насчет аккумуляторов? На сколько хватает одной зарядки?

- Надолго. Полностью заряженная батарея может обеспечивать работу станции до двенадцати часов.

- Ой ли? – недоверчиво переспросил Николай, - А не врет реклама? На коробке-то мало ли чего написать могли…

- Обижаете, господа хорошие, - фыркнул Попов. – Во-первых, мы эти станции уже успели попользовать, и могу сказать, заявленное время работы, это чистая правда. Сам проверял. А во вторых… Это, ведь не совсем обычная рация, – и загадочно произнес, - Есть тут одна хитрость…

- Что за хитрость, Степан Александрович? Ну, не томи…

- А хитрость такая. Обычная рация как действует? Нажали кнопку «Вкл.», она и работает без перерыва, пока не выключат. Говоришь ты в нее, или молчишь, ей все едино. А энергия батареи расходуется.

- А здесь…?

- А здесь, - он постучал ногтем по пластиковому корпусу, покрытому камуфляжными пятнами, - Здесь умная электроника. Когда вы рацию включаете, вот так, - он повернул рычажок, - То она сразу переходит в дежурный режим. Передатчик при этом выключен и энергию, как вы сами понимаете, не потребляет. А вот микрофон, на самой рации или, если подключена гарнитура, то на гарнитуре, работает. Когда вы начинаете говорить, то мгновенно включается передатчик, а стоит вам замолчать, отключается. В дежурном режиме рация практически не потребляет энергию, ну и поэтому… - подвел он итог, - Может работать очень и очень долго, как я уже сказал, до двенадцати часов.

- Ну что же, - Бондаренко кажется убедился, что рации действительно то, что нужно отряду, - По-моему вполне прилично. Ты как думаешь, Николай?

- По-моему хорошо, - согласился Медведев, - А заряжать их… какое напряжение нужно?

- Можно двести двадцать переменного, - ответил Попов, - А можно двенадцать постоянного. И с тем и с другим у вас на станции, я думаю, проблем нет?

- Нет, с этим все в порядке, - проговорил Бондарено, - Как говорится, вашими молитвами.

- Скорее нашими генераторами – хмыкнул Попов.

- И то верно, - кивнул Медведев, - Так что насчет стоимости, Степан Александрович?

- Ну что же… - Попов задумчиво склонил голову набок, - С учетом того, что нам эти рации не слишком нужны… с учетом того, что «клиент постоянный»… - усмехнулся он, - С учетом выгодных взаимоотношений наших станций… По семь патронов за штуку…

- Три… - тут же ответил Бондаренко.

- Шесть…

- Четыре…

- Пять патронов за штуку… - Попов всплеснул руками, - Практически даром отдаю почти новые… в упаковке…

- По рукам, - согласился Бондаренко, - Только, как вы сами понимаете, сотни патронов у нас с собой нету, но доставку оплаты гарантирую в течение суток.

- Ну какое может быть недоверие между такими добрыми соседями? - «бауманец» невероятно широко улыбнулся.

- Точно, - в свою очередь еще шире улыбнулся командир сталкеров, - Особенно, если каждому из добрых соседей хорошо известно, что без другого ему не выжить…

- Вот за что я люблю иметь с вами дело, Ефим Дмитриевич, - с той же улыбкой проговорил Попов, - За то, что вы всегда все понимаете.

- Как и вы, Степан Александрович… Как и вы…

На том и порешили. Вскоре сталкеры отправились к себе домой, на «Партизанскую», увозя коробки с ценным приобретением, а инженеры «Альянса» тем временем приступили к работе над модернизацией бронепоезда.

Чуть более часа спустя, Николай уже обнял Татьяну, а Бондаренко отправился в штаб отряда, чтобы дать распоряжение выслать на «Бауманскую» двух бойцов с оплатой за рации.

Сталкеры довольно быстро освоились с новыми средствами связи. Удобная гарнитура прекрасно размещалась за ухом и совсем не мешала одевать противогаз. Крупные кнопки включения и вызова, расположенные на корпусе рации было удобно нажимать даже через ткань защитного костюма. Это оказалось очень кстати, так как позволяло защитить прибор от радиоактивной пыли и прочей гадости, покрывающей поверхность.

В туннеле, недалеко от камеры дезактивации оборудовали стеллаж для хранения и зарядки раций. Теперь сталкеры, перед тем как облачиться в защитный костюм, вынимали рацию из гнезда зарядного устройства, а после возвращения помещали ее обратно. Сами устройства зарядки были постоянно подключены к электросети освещения, питаемой от генераторов «Альянса». Электроэнергии они потребляли немного и яркости горящих в полнакала ламп не убавляли.

Тем временем бронепоезд совершил еще два рейда на поверхность. Во время одного из них, «партизанцы» съездили, все же, к рынку и привезли, вместе с прочей добычей, злополучные люминесцентные лампы. Труп «топтуна», к тому времени, уже представлял собой довольно неаппетитную, частично обглоданную тушу. Впрочем, было заметно, что быстро одолеть даже мертвую громадную тварь местным хищникам оказалось не под силу. По следам на останках монстра было хорошо видно, что над ним изрядно потрудились острые клыки, очевидно принадлежавшие «собачкам», но разодрать дубленую шкуру «топтуна» и добраться да мяса даже им было непросто.

«Собачки» и сейчас крутились вокруг туши, но сразу же, после появления бронепоезда, предпочли убраться восвояси подальше от дороги, оглядываясь через плечо и скаля зубы. Сталкерам даже не понадобилось стрелять, чтобы разогнать хвостатых «местных жителей». Очевидно в стае были особи, которым не повезло познакомиться со свинцовыми клыками бронированного «зверя» и они отнюдь не горели желанием повторять этот опыт. Под прикрытием башен «Варяга» бойцы наведались в здание рынка и, на этот раз без приключений, вынули лампы из держателей и погрузили их на платформу. В целом поездка прошла неплохо, можно даже сказать рутинно.

А вот во время второго выезда произошло событие, которого никто не ожидал. «Варяг» уже возвращался на станцию, медленно проползая по эстакаде, возле «Измайловского» депо. До въезда в туннель оставались считанные сотни метров и радист, как положено, вызвал дежурный пост, у гермоворот. Получив подтверждение готовности открыть герму, он уже собирался выключить радиостанцию, когда шум радиопомех на несколько мгновений затих, и в наушники ворвался чей-то далекий, незнакомый голос.

- Слушайте! – крикнул изумленный радист, включая линию громкой связи.

- «Башня»… «башня»… это «восьмерка». Возвращаемся с гостями. Готовьте встречу. Прием. - сообщал кто-то кому-то, перекрывая треск и шипение.

Ему тотчас ответили.

- «Восьмерка»… это «башня», слышим вам и видим. Готовы к встрече гостей. Прием.

- Понял вас, «башня»… понял… Нас не заденьте! Будем через…

В этот момент помехи снова затеяли в эфире свою шумную игру и таинственные голоса пропали.

В первое мгновение все опешили. За время, прошедшее с ТОГО дня, обитатели метро как-то привыкли к тому, что они единственные люди, оставшиеся в городе. Конечно на некоторых станциях имелись достаточно мощные радиостанции (одна из них принадлежала «Альянсу»), при помощи которых жители подземки периодически пытались связаться хотя бы с кем-нибудь, но, до сих пор, эти попытки оставались безуспешными. Поговаривали, что где-то в секретных военных бункерах, радисты все еще поддерживают связь с дальними гарнизонами, чудом избежавшими уничтожения, да с немногими уцелевшими подводными лодками. Болтали даже, что им удалось связаться с отчаянными жителями, какого-то поселка построенного где-то в глуши, вокруг танка, пригнанного ими аж из самой Москвы.

Но все это были не более чем слухи. Никто из «партизанцев», да и из «бауманцев», никогда не слышал в наушниках ничего кроме треска радиопомех. Постепенно жители метро свыкались с мыслью, что возможно, они единственные, кто выжил на некогда цветущей, а теперь превращенной в отравленную пустыню планете. В глубине души почти каждый надеялся, верил, что где-то там, далеко, сохранились очаги, островки человеческой цивилизации, что когда-нибудь оттуда придет спасение, но… Время шло, эфир молчал, и вера, не находящая подтверждения, постепенно начинала блекнуть, превращаться сперва в сказку, а потом и вовсе в тусклый мираж, не способный противостоять жестокой реальности окружающего кошмарного мира.

И вдруг, это самое подтверждение неожиданно ворвалось в бронепоезд, каким-то чудом пробившись сквозь заполненный помехами эфир, донесенное радиоволнами до радиостанции «Варяга».

Спустя несколько мгновений люди осознали, что произошло.

- Ну же! – почти крикнул радисту Бондаренко, - Давай! Вызывай их! Вызывай пока они в эфире! – и тут же передал на мотовоз – Машинное…! Николай, стоп!

Срываясь с антенны, в эфир полетели слова вызова.

- «Башня»… «башня»… говорит бронепоезд «Варяг» станции «Партизанская»! «Варяг» вызывает «башню»! «Башня»… «башня»… ответьте «Варягу»! Прием!

Тут же эфир словно взорвался. Но радость была недолгой. И голос, и позывные, вызывавшего были отлично знакомы сталкерам.

- «Варяг»… это «герма»! - разнеслось по отсекам состава, - Что у вас там такое?! Что за «башня»?!

- «Герма», заткнитесь! Не забивайте эфир! – выхватив у радиста гарнитуру, рявкнул Бондаренко, - Повторяю, - продолжил он уже спокойнее, - Оставайтесь на приеме. Мы тут, похоже, чей-то сигнал засекли! Пробуем с ними связаться. Оставайтесь на приеме!

- Есть оставаться на приеме, - ответили с поста у гермоворот, - Ждем. Удачи! - и отключились.

Некоторое время радист вслушивался в кишащий помехами эфир, а потом снова нажал кнопку передачи.

- «Восьмерка»… «восьмерка»… если вы слышите, ответьте бронепоезду станции «Партизанская»! Бронепоезд «Варяг» вызывает «восьмерку». «Восьмерка»… ответьте «Варягу»… Прием…

Снова томительные минуты ожидания, и снова только треск и шипение помех в эфире.

- Вызывай, вызывай, дорогой! Давай же! – приказал Бондаренко. Он никак не мог смириться, что возможность установить связь с кем-то еще, столь неожиданно замаячившая перед сталкерами, так же неожиданно и пропала, словно мираж, поманивший на горизонте видом чудесного оазиса и растаявший без следа.

- «Башня»… «башня»… говорит бронепоезд «Варяг». «Восьмерка»… ответьте «Варягу»… Прием… - раз за разом повторял радист, словно заведенный, посылая в шумящий эфир бесконечную череду вызовов.

Они простояли на эстакаде почти час. Все это время радиостанция бронепоезда пыталась поймать, нащупать в эфире хотя бы одну, короткую, оборванную фразу, хотя бы одно слово, сказанное человеческим голосом, но… все попытки оставались тщетными. Ни таинственная «башня», ни «восьмерка» больше не выходили на связь.

- Командир… - обратился к Бондаренко Петровский. Он давно уже тревожно поглядывал на восток, через бойницу в передней стенке бронекабины. – Командир… Небо сереет. Скоро рассвет.

- Спасибо Федор Федорович, - посмотрел тот на часы, - Я уж и сам вижу. Ну что там? – снова, в который раз уже обратился он к радисту.

- Молчат, Ефим Дмитриевич, - покачал он головой, - Молчат… Или отключились, или через помехи не могут пробиться.

- Или накрыли… - хмуро пробормотал один из бойцов.

- Ладно, не каркай! – оборвал его другой, - Что ты сразу, «накрыли, накрыли»?!

- Да я что… я ничего… Только сами слышали, тот, который «восьмерка», про каких-то гостей говорил. Сдается мне, что гости эти не с подарками пришли.

- Так его, вроде как, того… прикрывали… - проговорил другой сталкер, - Который «башня»… У них там, похоже, отработана «встреча» для тех «гостей».

- Ладно, - устало произнес наконец Бондаренко, - Что без толку гадать. Видно сегодня уже не поймаем. – он взял шлемофон и проговорил – Машинное… давай малый вперед. Едем домой.

Лязгнув сцепкой, «Варяг» тронулся с места и медленно пополз по эстакаде в сторону туннеля. До самого момента, пока поезд полностью не скрылся под землей, радист продолжал вызывать таинственную «башню» и «восьмерку». Но эфир молчал, только шум и треск помех слышались в наушниках.

Ваша оценка: None Средний балл: 9.3 / голосов: 3

Быстрый вход