Наро-Фоминск. Деревня Нара. Глава 3

Предыдущая часть.

— Что с вами произошло? — спросил я, падая на колени и протягивая к ним руки. Тася посмотрела на меня красным и мокрым от слёз лицом.

— Хорошо, что ты не видел! — с завистью сказала она, пытаясь меня обнять. Я жестом её остановил и перевернул брата с живота на спину, и заглянул ему в глаза. Он смотрел в никуда. Зрачки бегали туда-сюда, как взбесившаяся собака, запертая в клетку. По лбу выступал пот, его трясло. Руками он рвал и раскидывал траву.

— Вов, успокойся! — попросил я, трогая его мокрый лоб. Горячий. — Где вы были? — обратился я уже к Тасе и Кристине.

— Мы п-просто гу-гуляли. А тут он как выскочит! — мучительно пытаясь сдержать слёзы, ответила Кристина и поцеловала Вову. Но он не обратил никакого внимания.

— Кто он? — спросил я, пытаясь поднять брата. Но он дрыгался, и мне никак не удавалось.

— Вовка назвал его маньяком, которого он знает, — ответила Тася. Меня будто током ударило...

Господи, неужели история повторилась? Неужели это тот самый маньяк, утащивший Вову в детстве и теперь занявшийся снова своим делом? В это верилось с трудом.

— Он, случаем, не... — я боялся вопроса, потому что, если это с ним и вправду случилось, то нам надо было уезжать, не раздумывая, — ...онемел?

Тася и Кристина обречённо покачали головами. Я с ужасом глянул на брата. В голове ещё раз промелькнула эта история с похищением. А Вова не понимал, что делает, — он больше себя не контролировал. Тело извивалось как змея, мелкие палочки, валяющиеся под ним, нещадно царапали его. Из груди вырывались стоны и писки. Изо рта и затем по щекам ползла слюна. Надо было срочно что-то делать...

— Думаю, получится, — подумал я и пинком распахнул калитку, ведущую во двор Данилы. Она распахнулась, и вырванный с мясом замок звякнул на крыльце.

— Потащили! — крикнул я и взвалил уже успокоившегося брата на плечи. Под его тяжестью ноги подкашивались, но было терпимо, — ведь я тащил брата.

— Зачем ты это сделал? — непонимающе спросила Тася, закрывая зачем-то калитку.

— Не тащить же нам его до дома, — нехотя ответил я, поднимаясь по лестнице. Брат начинал засыпать, — уже слышались похрапывания и завывания.

Около входной двери стоял деревянный стол с кучами игрушек на нём. Собачки, маленькие солдатики, кубики, бубен, — всё напомнило мне о том далёком времени, когда мы с братом ходили сюда играть. Появится возможность, — осмотрю это всё. А пока...

— Может, есть другой способ? — поинтересовалась Кристина, когда моя занесённая для удара нога неподвижно застыла в полуметре от двери. Корчась от тяжести, я на неё посмотрел и сдул капельку пота, свешивающуюся с верхней губы:

— Посмотри тогда. — И отошёл, давая Кристине подойти к двери. Она приблизилась и внимательно стала осматривать замок. Ноги уже тряслись, а Вова точно спал. Тася в это время любовалась видом с лестницы. Я заметил, что её ноги изранены, и из одной ранки потихоньку сочилась кровь. Надо будет посмотреть.

— Нет, ломай, — констатировала Кристина и поспешно отошла, давая мне дорогу. Тася оживилась и подошла к нам.

Я занёс ногу и врезал по двери. Дверь с хрустом упала на пол, подняв из-под себя пыль. Бросив последний взгляд на серые дома, мы поспешили войти...

...Как я помню, диван стоял в первой комнате слева, у стены. Сойдя с двери, я указал направление, и мы пошли туда.

Тася чихнула.

— Будь здорова! — пожелал я, не сразу сообразив, что происходит, — вся комната была покрыта пылью. Не было ни одной вещи, на которой не было бы хотя бы сантиметра пыли.

Тася ещё раз чихнула, и я сказал, тоже сдерживая чих:

— Кристина, смахни, пожалуйста, пыль с кровати. Если не трудно.

Кристина покачала головой и сказала отойти. Мы отошли, и Кристина взяла покрывало двумя руками. Я закрыл глаза, Тася — нос, и раздался шлепок. Я знал, что происходит: Кристина взмахнула покрывалом и подняла тем самым кучу пыли в воздух. Сейчас не лучший момент, чтобы открыть глаза. Я услышал, как закашляла Кристина.

— Готово! — сказала она, спустя несколько секунд. Я открыл глаза и удостоверился, что пыли стало намного больше. Но кровать была чиста.

— Кладём, — скомандовал я и подошёл к кровати, и положил на неё брата. Он видел, наверно, уже десятый сон. Блаженно улыбался. На душе стало тепло и хорошо от этой улыбки.

— Пускай лежит, — сказал я тихим голосом. — Я пойду и принесу воды. У них во дворе есть колодец. Надеюсь, вода там ещё осталась. Проснётся, — я указал на брата. — Дайте знать. Я его подробнее расспрошу. Тась, ногу подлечи, — аптечка где-то здесь, на полке.

Затем я встал и пошёл к выходу. В голове происходило чёрт знает что. Мысли вертелись, как белка в колесе. Почему брату так поплохело? Я сделал акцент на слове так — в первый раз всё обошлось онемением. А сейчас... Что-то было похуже. Что-то то, от чего брат испытал настоящий шок. Странно всё это.

Тем временем я спустился с крыльца и пошёл направо, на лужайку. Миновав навеки закрытый гараж, где хранились велосипеды и всякая рухлядь, я вышел на лужайку. По её краям росли две яблони, которые сейчас были похожи на корявые сучки, торчащие из земли. Под каждой из них росли маленькие кустики земляники, листочки которых стали похожи на жженую бумагу, которой не дали до конца догореть. Рядом с одной из яблонь стоял теннисный стол, заботливо укутанный целлофаном. Под ним лежала сетка и две ракетки, сложенные крестом. Колодец был вырыт ближе к забору, отделяющему участок от леса. Ржавое ведро стояло рядом. Неспешным шагом я направился к колодцу. Всё ещё зелёная трава шелестела под ногами, напоминая о детстве.

Вдруг дорогу мне пересекли грязные следы. Я остановился и осмотрел их. Эта лента из следов брала начало где-то на огородах, обвивала слева одну яблоню, подходила к дому, возвращалась ко мне, проходила между ног. Около забора обрывалась. Как будто тот, кто шёл, прошёл сквозь забор. Я перестал дышать и, забыв про воду и про колодец, подошёл к забору осмотреть его. Следы и впрямь обрывались в нескольких сантиметрах от забора. Затем на заборе я увидел несколько грязных отпечатков, уходивших вверх. Проследив за ними, я увидел, что они исчезли, и за забором начиналась новая лента из следов, уходивших теперь по дороге в чащу леса.

— Кто здесь был? — с ужасом подумал я и пошёл к колодцу.

— Я не умер... — опять кто-то произнёс. Оттуда, куда вели последние следы...

Я ускорил шаг, трясясь от страха. Подойдя к колодцу, я взял ведро и привязал к блоку. Отпустил, и оно плюхнулось. Кода верёвка натянулась, я потянул её на себя, вытаскивая полное ведро какой-то серо-чёрной жидкости, больше напоминавшей желе, чем воду. Когда ведро оказалось на поверхности, я сунул в него палец и попробовал. Скорча страшную гримасу, я сплюнул эту гадость, по вкусу напоминающую протухшие фрукты. Затем я взял это ведро и выплеснул содержимое обратно, в колодец. Ведро откинул в траву и побежал в дом. Именно побежал — я чувствовал чьё-то присутствие. Кто-то стоял рядом с яблоней. Я слышал, как он дышит. Слышал, как трава шелестит под его ногами. Ветки, колеблемые ветром, били его по куртке. Я не хотел останавливаться и вмиг вбежал по ступенькам, чувствуя на себе Его взгляд. Когда я был на лестнице, Он стоял за забором, прикрываемый оставшейся листвой какого-то дерева. Я делал вид, что не замечаю его. Но Он, казалось, видел меня насквозь. Взгляд его щекотал нервы. По спине бегали мурашки. Я уже подходил к двери, когда не выдержал и повернулся лицом к забору.

Никого там не оказалось. Плюнув на деревянную лестницу, я вошёл в дом, судя себя за то, что я сам себя пугаю.

— Принёс? — встретил меня вопрос Кристины, заданный волнующим голосом. Мне не хотелось говорить, что нет, но я всё-таки ответил:

— Нет.

— Как это? — спросила она, и две пары ног понеслись ко мне. Третья пара спала сейчас на диване.

— Нет, — сказал я ещё раз, встретив Кристину и Тасю. — Не принёс. В этом колодце не вода, а что-то вроде желе. И на вкус — протухшие фрукты. Вова-то очнулся?

— Да, — ответила Тася, и мы вошли в дом.

Словно король, восседающий на троне, Вова сидел на диване, с удивлением осматривая комнату. Место, где он лежал, покрылось пылью.

— Давно? — спросил я.

— Прямо только что, — ответила Кристина. Она подбежала к Вове и присела рядом, и они стали о чём-то беседовать. Потом они обнялись и встали. Вова мне улыбнулся, и я ему подмигнул. Обняв жену за пояс, они вышли к нам, и я спросил:

— Как дела? Ты опять видел маньяка?

Улыбка сошла с его лица, и появилось выражение испуга. Брат даже слегка побледнел.

— Извини, что спросил, — извинился я.

— Да ничего, — успокоил он меня. — Да, это был он. Ни капли не изменился. Та же чёрная бородка, как у козла, адски горящие глаза, маленький нос с прыщом на носу. Руки чем-то покрыты. Фу! — его передёрнуло. — Надо уезжать отсюда. Не нравится мне всё это.

— А Тася и Кристина были с тобой?

— Нет. Мы собирались уходить, когда он на нас выпрыгнул. Тася упала, а Он начал тащить её к себе, — Вова указал на Тасины раны, которые уже были заклеены пластырем. —- Кристина взвизгнула, и Он что-то на неё прыснул. Она взялась за лицо и упала, чуть не напоровшись на огромный камень. Меня же он потащил в лес. Я всеми силами отпирался, бил его, но мои руки лишь проходили сквозь него. Поэтому скоро я оказался в лесу. Что было дальше, — лучше не рассказывать. Я увидел... Нет, не буду. Мне неприятно об этом вспоминать.

По его щекам потекли слёзы, и я понял, что он видел что-то поистине ужасное.

— Пошли отсюда, — сказал я, и мы вышли с участка. Брат взял Кристину за руку. И они опять о чём-то стали говорить.

— Уедем? — спросила Тася, когда мы выходили с третьей Нары.

— Придётся. Много странностей происходит здесь. Или мы можем остаться, но никуда не ходить. Только дома сидеть. Но так же тоже нельзя.

На часах по-прежнему была половина десятого.

— Вот, смотри, — сказал я, показывая Тасе на стрелку часов. — С тех пор, как мы сюда приехали, стрелка так и не сдвинулась. Тебе не кажется это странным?

— Вдруг они у тебя сломались? — попыталась ответить Тася.

— Я тоже так думал. Но на мобильнике то же самое время стоит! — и я для правдоподобности достал телефон и показал Тасе на время.

— Ого! — воскликнула она и тут же полезла в карман за своим телефоном. Достав его, посмотрела на его экран. — Ничего себе.

С ошеломлённым взглядом она убрала телефон обратно в карман. Мы не заметили, как подошли к воротам. Брат с Кристиной нас там уже ждали.

— Тим, что делать будем? — спросил Вова.

— Уезжать. Пойди с девушками (я не знал, как Тасю и Кристину по-другому назвать вместе) в дом и вместе приготовьтесь к отъезду. Я — за машиной. Приеду — дам знать. Пока. — Сказал я и повернул к входу на первую Нару.

— Пока, — попрощались все, и мы разминулись...

...Что же Вова мог там увидеть? Мёртвое население посёлка? Я закрыл глаза и попытался представить. Объявился маньяк и стал всех потихоньку резать, а трупы складывать в одном и том же месте. Конечно, запаха гнили не избежать, но разве маньяка это остановит? Но зачем собирать трупы в одном месте? Чтобы не нашла милиция? Наверно, но сыщики потом всё равно нашли бы эту «братскую могилу», если можно так выразиться. Есть другой выход — сжечь все трупы, а то, что осталось, развеять по ветру или оставить себе.

Всё, хватит думать про маньяка. Что же, что же, что же?.. Будущее? Это в принципе невозможно. Прошлую свою с ним встречу видел? Зачем это маньяку? Чёрт! Опять все мысли сходятся на маньяке! А если это не он? Если это тот, кто «не умер»? А он-то кто? Я совершенно запутался. Слава Богу, мы сегодня уедем, и этих мыслей больше не будет! Это радовало. Жаль только, что вот отдохнуть-то мы не успели. Но это ничего: мы, кажется, деньги копили, чтобы на море поехать. Там и отдохнём!

Небо начало сочиться мелкими капельками начинающегося дождя. Небо немного потемнело, и всё окружающее, в том числе и я, погрузились в сумрак. Силуэты дальних зданий потихоньку сливались с сумраком, исчезая. Протерев лицо, я поднял его к небу, чтобы на него капал дождик. Капельки кололи лицо как иголочки. В детстве любил иногда так постоять. Закрыть глаза и наслаждаться моментом. Беззаботным моментом.

Но некоторые капли меня реально укололи. Я от удивления раскрыл глаза и получил тремя горячими каплями в глаза. Резко их зажмурив, я присел и начал смаргивать набежавшие слёзы. Капли продолжали нещадно жечь голову и спину. Повсюду слышалось шипение. Продолжая смаргивать слёзы, я осмотрелся.

Мать моя женщина! Я не был в этом уверен, но по — моему это был самый, что не на есть начинающийся кислотный дождь; его капли превратили в кучку чего-то непонятного кучу песка. У одного дерева начали дымиться листья! Чтобы не стать первым в истории дымящимся музыкантом, я вскочил и бросился бежать в надежде, что дождь не испортил постройку, куда я поставил машину, и машина моя сейчас не горит. Пока я бежал, я увидел несколько свежих воронок. Точно такие же, только больше размером, я увидел, когда мы проехали мимо магазина-остановки.

Надо было перевести дыхание. Но останавливаться было нельзя. Никогда не думал, что расстояние от начала Нары до её середины будет таким предательски большим. Дыша сухим ртом, я всё-таки заставил себя ускорить шаг и вскоре оказался у поворота.

Дождь усилился. Капли были размером с помидор черри. Они прожигали под собой всё. Там, где я пробегал, красовались дыры, диаметром сантиметров в десять. Интересно, а почему не горят здания? Я подумал это просто так. На самом деле, мне было наплевать на судьбу этих несчастных домов. А почему здесь нет пруда, который был рядом с домом сторожа всё моё детство? Вместо него была огромная рытвина с дырками от «дождика».

Я повернул за угол. Вот оно, здание с машиной внутри. Совсем невредимое. Перед ним — небольшая воронка. Машина её преодолеет, — это я точно знал. Не оттягивая момент, я ринулся в темноту, скрывающую от меня машину...

Продолжение

Ваша оценка: None Средний балл: 8.5 / голосов: 13
Комментарии

Что-то знакомое... Атмосфера, как в Silent Hill.

______________________

Я люблю ощущать жизнь...

Я хотел создать такую атмосферу, хотя сам фильм не смотрел. А создать-то получилось?

P.S 4 глава появится, наверно, не раньше осени, - я уезжаю

Немного не вяжутся с атмосферой действия героев. После того, что происходило (похищение, следы, маньяк) вряд ли героя одного отпустили к машине.

______________________

Я люблю ощущать жизнь...

Или жена так сильно его любит, что не боится потерять? :)

______________________

Я люблю ощущать жизнь...

Интересно.

А что, при кислотном дожде капли на самом деле могут что-то разъедать? Настолько сильная концентрация кислоты?

В 4 главе выяснится, что это не кислотный дождь. Это пока не известный науке дождь. Новый вид, так сказать:)

Насчет дождя, это фантастика же.

Если дождь оставляет на земле воронки, при которых приходиться задуматься, проедет ли их машина...то, что там за капли...это не метеоритный дождь?!

Все так же, что и в предыдущих главах.

Момент.

"...Никого там не оказалось. Плюнув на деревянную лестницу, я вошёл в дом, судя себя за то, что я сам себя пугаю.

— Принёс? — встретил меня вопрос Кристины, заданный волнующим голосом. Мне не хотелось говорить, что нет, но я всё-таки ответил:

— Нет.

— Как это? — спросила она, и две пары ног понеслись ко мне. Третья пара спала сейчас на диване.

— Нет, — сказал я ещё раз, встретив Кристину и Тасю. — Не принёс. В этом колодце не вода, а что-то вроде желе. И на вкус — протухшие фрукты. Вова-то очнулся?

— Да, — ответила Тася, и мы вошли в дом."

Из выше сказанного получаться герои 2 раза заходят в дом...косячек.

Ммм...скажем так. Летящая с большой высоты (с неба) капля дождя размером с черри не существует по законам физики нашего мира. Может, конечно, эта местная Зона генерирует спецполе для удержания больших объемов жидкости в состоянии капли....в общем, это надо объяснять...

Хотя чего я придираюсь. Это ж Зона. Там нет никакой физики %)))

И все-таки, в таком случае, герои должны почаще удивляться происходящему. А то они такие пофигисты %) Из все странных событий они удивились, кажется, только стоящим часам.

Быстрый вход