Москва 2055. Колыбель цивилизации. Глава 4 (половина)

Предыдущая часть.

Глава 4. Сигнал

Острая лучевая болезнь возникает в результате однократного короткого воздействия радиоактивной энергии в дозе более 100 рад на организм. (Рад — единица поглощённой дозы радиации. При облучении тела в дозе менее 100 рад принято говорить не о лучевой болезни, а о лучевой травме). При радиоактивном распаде происходит испускание альфа-, бета-, гамма-лучей, нейтронов, протонов и других осколков атомных ядер. Высокие дозы этих лучей вызывают повреждения ядер и цитоплазмы живых клеток. Чем больше энергия излучения и глубина проникновения лучей, тем тяжелее лучевая травма.

Наибольшей проникающей способностью обладают гамма-лучи, способные пронизывать бетонные плиты толщиной 50 см. Альфа — и бета-лучи вызывают тяжёлые ожоги кожи и слизистых оболочек, облучение внутренних органов и тканей (при попадании альфа — и бета-активных радиоизотопов с пищей, водой…

«Новейшая медицина», издание 2048 г

— Кто там? — беззаботно спросила из-за закрытой входной двери средних лет женщина со смуглым, ничего не выражающим лицом и сухими, соломенными волосами.

— Это я, - терпеливо, но без радости в голосе, сказал странный, худощавого телосложения, абсолютно лысый человек преклонного возраста, стараясь издавать поменьше шума. Скрипя на давно не смазанных петлях, отворилась дверь, выпустив на его пыльную тельняшку слабенький лучик электрической лампочки, мерно болтающейся на голом проводе под потолком прихожей. Но даже этого еле уловимого освещения хватило на то, чтобы глаза покрыла туманная и обезоруживающая пелена.  

— Папа, папа пришел! — нарушив только что воцарившееся неловкое молчание ему навстречу выбежал, радостно визжа, маленький мальчик, неся за собой запах мази и еще каких-то лечащих снадобий — Иван не запоминал. Он всего лишь, путем просто нечеловеческих усилий, доставал все эти средства против опухоли глазных яблок своего любимого и единственного сына, которого звали Петрушей.

«Дьявол тебя подери. Надо же так визжать.

Наверное, голосовые связки тоже деформируются» — подумал он, прислушиваясь к малейшему шороху в подъезде. Преодолевая естественный порыв отвращения и стараясь не обращать внимания на запах, он взял его на руки и крепко обнял — как никак своя кровь.

— Как ты, Ваня? — спросила его незаконная супруга когда Иван вошел в квартиру, уже привыкшая к внезапным появлениям и исчезновениям сталкера — перекупщика, от которого имела, как ей казалось, это божественное дитя. Впрочем, он говорил ей что работает наблюдателем — это являлось правдой лишь отчасти — и очень часто остается на сутки.

«Наблюдатель» выругался про себя — ну не нравилось ему врать — и, сделав уставшее выражение лица, взглянул на супругу.

— Ничего нового, Свет. Просто еще один трудовой день, — говоря это он успел разуться и, углубившись во мрак почти ничем не освещаемой квартиры, подумал: «может оно и к лучшему. По крайней мере весь этот бардак не видим». — Меня, это… — «Дьявол, не люблю врать.» — подменить друга попросили, так что я по быстрому. Перекусить и помыться. Ночевать там, в коморке буду, — старый сталкер-перекупщик, быстро зашагал в сторону ванной комнаты, мимо облезлых стен, покрытых толстым слоем пыли и паутины.

— Я пока на стол накрою, — сказала Света уже с кухни, не снимая мальчика с рук.

Иван огляделся. В маленьком помещении почти полностью отсутствовала настенная плитка, над дверным косяком выпячивалась лампочка, которой хватало разве что для поиска выключателя душа. Открыв слабенькому напору воды путь в Москву-реку, он мигом намочил голову-первый признак свежести — и начал неспокойно рыться под одной из плиток пола, где у него был маленький тайник.

"Надеюсь она не нашла его, только бы успеть» — думал он. Он уже начал беспокоиться, но в последний момент рука нащупала приятный целлофан и вытянула что-то необычное.

В руках Иван держал какой-то странной формы металлический предмет или скорее сплав нескольких металлов, излучающий странный, но приятный эфемерный свет.

«Это сделка века, только бы успеть»-его лицо покрылось сильной испариной, руки нервически задрожали. В пакете также был маленький пистолет МСП, построенный по схеме с откидным вверх блоком из двух стволов, спаренных в вертикальной плоскости. Потертый, исцарапанный — он имел вид боевого и, как это ни парадоксально — ухоженного оружия. МСП был очень компактным и бесшумным, благодаря специальным 7. 62 патронам СП-3 — удобным, но немного модифицированным сталкером — он заточил кончики пуль, чтобы пробивать броню и толстокожих животных. Его он заткнул за пояс, коробку патрон вскрыл и высыпал в карман, а шар положил во внутренний, выворачиваемый карман куртки — «хоть жена и доверяет мне, но может обыскать.»-промелькнуло у него в голове когда он взглянул на вынутую карту — естественно, с особыми, лишь ему понятными, штришками, зигзагами, пометками и значками.

Быстрыми, ловкими движениями он прибрался, вернул плитку на место, еще раз намочил голову и, подойдя к обшарпанной двери, прошептал:

— Это сделка века, надеюсь, все получится и я добуду лекарство… - Иван не закончил, оборвав сам себя, как только взглянул на наручные часы — пожалуй единственную не покалеченную вещь. До дежурства оставалось совсем немного времени — катастрофически мало — всего 3 часа.

За столом Иван был навеселе.

Даже пару раз погладил по голове Петрушу. Но это было лишь прикрытие. На самом деле сталкер был напряжен, сконцентрирован и обеспокоен практически всем.

Резко как гром из далека донеслись выстрелы — он тут же вскочил беспокойно глядя в окно.

— Что ты? Это всего лишь облака разбивают. Такое часто бывает, - успокоила его сидевшая напротив женщина, подкладывая ему белоксодержащее блюдо и наливая обогащенный витаминами напиток — какую-то смесь из трав и корешков.

«Еще посижу чуток для видимости и пойду. Я и так опаздываю. Клиент ведь ждать не любит…»

— Пап, а ты когда мне работу свою покажешь? — хрипловато, но с улыбкой на лице, спросил мальчик.

— Как подрастешь, а то ведь там крысы гигантские. Утащат тебя, - сказав это, Иван на секунду ощутил жуткую горечь, что так редко проводит время с сыном. И тут же мысленно выругал себя — его деятельность направлена исключительно ради семьи, ее блага и спокойствия, как парадоксально это не звучало.

— Вань, ты заходи к нам почаще, а то ведь сынок наш без отца растет… — особой надежды в голосе сказала Света, влюбленными глазами рассматривая то сына то мужа. Иван прекратил ковыряться вилкой в тарелке, на мгновение замер, тяжело вздохнул и поникшим голосом ответил:

— Ты же знаешь, у меня очень ответственная работа. Я рвусь к вам каждый раз, как свободное время появляется. Чего ты еще от меня хочешь? — «Нет, врать я не обучен». Он стойко выдержал проникновенный, до глубины души, взгляд матери Петруши, и продолжил свою скромную трапезу, время от времени прислушиваясь к шороху крыс под потолком и поскрипыванию стула, не раз подвергавшегося ремонту. Спустя некоторое время Света принялась напевать какую-то песенку или говорить сказку — Иван не слушал — лежащему в грубо сколоченной кроватки Петруше.  

— Мне пора. Время поджимает, — быстро, в торопях проговорил он, по прошествии 20 минут. — «главное, чтобы меня не нашли с этой вещью». Не дождавшись ответной реакции жены и лишь краем глаза зацепив кривоватое личико сынишки, Иван вышел из дома, и зашагал в одном лишь богу и ему известном направлении.

На улице он старался не привлекать чьего-либо внимания, держался, насколько это было вообще возможно с его ношей, тени и петляющих, грязных переулков — одним словом делал все возможное чтобы срезать и обезопасить свой не близкий путь к бывшей останкинской башне. За исключением несколько раз встречавшихся подозрительных и косоглазых лиц, все прошло как надо.

— Пропуск! — Грубо вернул Ивана в реальность одутловатый охранник, чей пост находился у входа КССВМ (Комитет Связи С Внешним Миром). «Дьявол, чего тебе не терпится, бык упертый, уставился на меня, — Иван нехорошо посмотрел на него, — пропуск, где же он у меня?»-Ты че, глухой или тупой, пропуск давай! — Охранника небрежно сплюнулему под ноги, медленно подводя руку к кобуре.

— Да подожди ты, не видишь что ли, ищу я его, — раздраженно выпалил сталкер-перекупщик, ощупывая карманы. «Где же он, еще чуть-чуть и начнется обыск и тогда все…» В какой-то момент отчаяние заполонило его целиком, но, в «энный» раз проверяя нагрудный карман, рука нащупала пропуск. Лицо резко, наверное даже слишком резко, изменило свое выражение с униженного на надменного и нахальное  — Держи, и не зачем было так нервничать, а если пострелять хочешь, так пошли в переулок отойдем, быстро свой пыл остудишь. — Тем временем охранник, придирчиво рассматривая промасленную фотографию Ивана и явно чувствуя, что не на того напал, гордо и с ответственностью в голосе сказал.

— С поста сходить не имею права, — проговорил он поучительно воздев палец к верху.

— Ну-ну, — с нескрываемой насмешкой проговорил сталкер, почесывая щетинистую щеку.

 

— Ты достал то, о чем мы договаривались? — таинственный, хриповатый, старческий голос, не скрывая своего презрения к Ивану, скрипуче доносился из динамика радиорубки.

— Иначе мы бы не разговаривали, — Иван и без того слишком многое за сегодня перенес, чтобы еще терпеть к себе такое отношение, словно он какая тряпка. — Лекарство достали, без него сделки не будет.

— Конечно же достали, - раздражение незнакомца переходило на повышенные тона, — ты за кого нас держишь?

— За тех, кем вы являетесь! — парировал Иван. — За насильников, убийц и черт знает кого еще.

— Хватит! Твоя наглость переходит все нормы приличия, Иван. Что совесть замучила, ты смотри, а то сообщу кой кому, про твои вылазки за город а он быстро до вашей грязной верхушки донесет. Или ты уже забыл того парня, которого ты так безжалостно убил, лишь потому что он тебя на посту задержал, а? — Иван с ненавистью, на какую только был способен, сжал микрофон, но промолчал.

  Он прекрасно помнил того парня которому не было, наверное, и 19. Помнил его смазливую мордашку, когда тот судорожно пытался унять хлещущую во все стороны кровь, помнил его глаза, которые умоляюще смотрели в дуло пистолета, того самого, который сейчас был у него за поясом. Он помнил как потом закапывал свою убогую одежду, как потом наставника парня изгнали из Москвы, за то что тот покинул пост. «Я сделал то, что должен был, все это ради Петруши», — говорил он мысленно сам себе, пытаясь утихомирить так не вовремя проснувшуюся совесть, которая отвечала ему: «Сделал ради сына, на которого не можешь смотреть, которым брезгуешь. Сколько ему осталось? Года два не больше, а то и меньше. И ты это знаешь, ты это осознаешь.»

— Тогда вам не получить этой столь необходимой для выживания вещи, которая сейчас при мне!

— Ладно ладно, чего лаяться почем зря? Когда сможешь доставить товар?

— Завтра, к вечеру буду у вас, если ничего не изменится.

— Как договаривались, дрезина будет ждать тебя в условленном месте.

— Приготовьте… — замолчал, нервно прислушиваясь к удаляющимся шагам в коридоре. Выглянул за стеклянный барьер в самой диаметрально широкой части башни: несмотря на 11 часов, и игнорируя комендантский час, в некоторых домах все еще горели огни, по улицам мелькали слабые тени — хозяева ночи, меняющиеся в зависимости от своей жертвы, готовые напасть и… Где-то в дали, ближе к горизонту, небо прорезали неровные полоски молний.

— Ты где, что-то случилось, — голос из динамика явно нервничал.

— Ничего, приготовьте лекарство.

— Один вопрос. Как ты узнаешь что оно вылечит твоего сына?

Андрей услышал знакомый голос своего друга Ивана, о чьих делишках знал уже давно, незадолго до того как приблизился к двери радиорубки, где сегодня должен был нести свое ночное дежурство. Обуреваемый любопытством он тихо подкрался к двери и прислушался:

— Очень просто. Я зарою это шар, недалеко от вашей деревни, заберу снадобье, а как только оно начнет действовать, сообщу вам координаты шара. Иначе никак, принимай на веру или катись к дьяволу.

— Мы так не договаривались, хотя если обманешь твои деяния станут известны не только в Москве.

— Как видишь, мы оба подстраховались. Конец связи. — Не дожидаясь ответа, Иван вышел из эфира, и оставил машину в ее изначальном состоянии, целью которого был поиск и глушение всех инородных сигналов.

— С кем это ты разговаривал, — подозрительно спросил Андрей, войдя спустя мгновение.

— Тебя не касается, это личное! — стараясь не терять самообладания ответил Иван, чувствуя как на лице появляются предательские красные пятна.

— Как раз — таки касается.

Ты разговаривал в эфире. А это строжайше запрещено, а если бы ты «сигнал смерти» перехватил, а? — Андрею было не очень-то приятно ссориться с другом, пусть и намного старше него. — Тогда бы уже тебя с асфальта соскре… — он оборвал сам себя, увидев глаза Ивана — прищуренные, усталые и словно говорившие: «Не лезь ко мне!»

— Ладно, думаю ты имеешь право знать, тем более, что мы друзья.

— Разумеется. Как сын себя чувствует?

— А как он может себя чувствовать, если то и дело обезболивающие уколы терпит?! — Иван почувствовал как на глаза наворачиваются слезы.

— Извини, я не хотел.

— Нет, наоборот, спасибо что спросил. Может оно и к лучшему. А, была не была, расскажу все, но держи в секрете, не то из-под земли достану. — Андрей, обиженный, нахмурился.

— Не хочешь не говори, больно надо.

— Не обижайся, извини.

Вот, — Иван достал из кармана шар.

— Что это?

— Это друг, разменная монета, спасительный билет для Петра. Гляди сюда, — сталкер потер шар нежным прикосновением руки. Секунду ничего не происходило, но то, что увидел вскоре Андрей врезалось ему в память навсегда.

Лампа у них над головами, секунду назад работавшая в экономном режиме, вдруг засветилась так ярко, что с непривычки зарябило в глазах. Мгла вокруг них приподнялась, спугнув несколько дерущихся крыс, и отобразив все помещение, где из мебели были только пара стульев и несколько столов — в бывшем ресторане недостатка в столах не было. Андрей не помнил, чтобы когда-то видел в изменившемся мире столь ярко светящих ламп. Воцарилось молчание, время от времени прерываемо вздохами восхищения.

— Что это, Вань?

— Да черт его знает, я стащил этот недалеко от Москвы, в покинутых частях города, — сказал он расплывчато.

Стараясь не конкретизировать-«Мало ли что, вдруг ему в голову взбредет еще такой же искать».

— Что-то я не очень понимаю, как это спасет твоего сына.

— Я выменяю эту вещь на лекарство и оно избавит Петрушу от его болезни. Он сможет выходить на улицу и даже гулять с детьми. Считай, это работа над ошибками. Откуда я знал, что с ним такое может случиться.

— Не говори так, у него доброе лицо и… Он только снаружи отличен.

— Да, знал бы ты как он меня любит, жаль что бываю я с ним редко.

— Я так понимаю, ты только что с клиентом разговаривал?

— Верно, — этот вопрос вернул Ивана в реальность.

— И куда ты на этот раз идешь?

— В Рязань, если все пройдет гладко то доберусь к завтрашнему вечеру.

— Насколько я знаю, там небезопасно. Говорят, там хоть и город, и люди живут, но убивают каждый день.

— А где сейчас безопасно, разве что в могиле, да и там с недавних пор орудуют гробокопатели или кто похуже…

— Ты это…  У меня просьба к тебе, Вань.

— Слушаю.

— Поищи там, если можешь, какие-никакие книги о былых временах. — Андрей готов был услышать отказ, поэтому ответ его сильно удивил.

— Мог бы и не просить, конечно достану, и не одну. — Снова воцарилось молчание, не гнетущее, не тяжелое… Иван посмотрел на часы — время 32 минуты первого. За толстым окном стояла непроглядная тьма, — в домах уже погас, город пребывал в неспокойном сне.

— Мне пора, удачи тебе, - сказал Иван и, как всегда в своей манере, поднялся и направился выходу, не дожидаясь реакции друга.

— Бывай, я запишу тебя в журнале, а завтра скажу что ты попросил тебя заменить, — не в первой. — Сказал на прощание Андрей, пододвинувшись к мерно гудящей машине.

— Спасибо, Андрей, — донеслось со стороны закрывающейся двери. — Спасибо за все.

Ваша оценка: None Средний балл: 7.9 / голосов: 14
Комментарии

УБЕДИТЕЛЬНАЯ ПРОСЬБА ОСТАВЛЯТЬ КОММЕНТАРИИ-ОЦЕНКА НЕ МОЖЕТ УКАЗАТЬ МНЕ НА ОШИБКИ И НЕРОВНОСТИ!!!

Владимир, если при прочтении посчитаешь что я тебя как-то оскорбил, то извини. Надеюсь, мы поняли друг друга.

P.S. Готов выслушать и прочитать все комментарии, буду только рад, если их число будет большим и, что особенно важно, информативным.

Если кто-то хочет помочь, то прошу выслать мне по почте как можно больше ПА картинок, желательно с пустошью, серые тона, или с присутствием какой-нибудь живности, но нормальной. Буду очень благодарен, в конце рассказа выражу и перечислю всех тех, кто оказал посильную помощь в написании. Вашей галереей я пользуюсь, она у меня почти вся сохранена.

Кстати, двое таких уже есть, но их не назову- они сами знают.

СПАСИБО!!!

С нетерпением жду продолжения.....Вот только к сожалению не могу почему-то поставить оценку, видимо глюк.

А чё нормально получается

Жесткая зубодробительная критика принимается? Если что - могу по почте скинуть а не здесь.

Естественно. nagorny-twins@mail.ru

отправил большое письмо с критикой по мылу

Все нормально :) ИМХО.

Уж несколько месяцев прошло..но продолжения нема...жаль :)

Да, жаль, то нет продолжения.

Мне понравилась книга, интересный сюжет, хотелось бы продолжения, потому что самостоятельно додумать просто так для себя не получится, и хочется знать именно задумку автора, так как ощущение "другой вселенной", авторской присутствует.

Быстрый вход